Дома

В перерывах между турами мы почти безвылазно сидим дома. Там мы совсем другие.. Вместо того, чтобы прыгать по сцене и кричать песни, по вечерам я читаю книги или смотрю фильмы. А Ваня? А Ваня спит большую часть дня. Вместо обдуманного принятия решения, чем бы позавтракать на шведском столе, он встает поутру, сам готовит завтрак, заваривает кофе и идет будить меня. Потом снова ложится до обеда. Иногда я волнуюсь - вдруг он заболел? Но нет, всегда отнекивается. Хоть мы и оба почти все свободное время проводим в одной квартире, мы не так часто пересекаемся. Я сижу в комнате, которую мы превратили в подобие кабинета, читаю там книги и пишу тексты. Если, конечно, хоть что-то в голову идет, а то после тура в черепной коробке стоит какой-то вакуум. Сил и желания почти ни на что нет. Видимо, у Евстигнеева наступило похожее состояние, и он не придумал ничего лучше, чем весь день спать, а потом всю ночь шататься по квартире, как привидение. Иногда даже под утро не засыпает и весь следующий день сидит за компом. Как сегодня, например. На экране идет какой-то фильм, но я еще в самом начале ушел куда-то далеко в себя. Просто задумался. Я честно решил попробовать понять, что же все-таки происходит на экране, но по сюжету творилась какая-то полная чепуха. От мысленного втаптывания режиссера данной безвкусицы в дерьмо меня отвлекли шаркающие шаги. Краем глаза я видел, как Ваня вышел из спальни и, завернувшись в плед, медленно побрел к дивану, на котором я разлегся. Это тоже происходит не в первый раз. Просто кот замерз и хочет ласки. Он, абсолютно игнорируя телевизор и танцующих канкан девушек на экране, ложится рядом, перебираясь к спинке и укладываясь на меня. Он очень теплый и тихий. И все же сложно его не любить. Я перебираю его волосы за ухом, слегка почесывая. Он лишь слегка выдыхает и устраивается поудобнее. Прижавшись щекой в его макушке и прислушиваясь к его мерному дыханию, я снова пялюсь в экран. Но я совершенно не вникаю в замысел фильма. Я снова ушел куда-то далеко. Куда-то с ним..