Ох... "Не жизнь, а сказка"

— Можно мне пойти с тобой?        Ковыляя по коридору, я опустила голову, чтобы не видеть реакцию каннибала. Моя просьба явно странная, даже я удивилась, что спросила подобный вопрос. Тишина. Он ничего не говорит. Встав в пару метре от него, я завернулась в разорванную кровавую майку. Ну какая же я жалкая. Вытирая мокрое лицо от слёз и крови, я продолжала стоять возле стены, ожидая хоть какой-нибудь ответ.       Скорее всего, он откажет, с чего бы ему снова возиться со мной? Хотя для этих уродов издевательства над людьми - увлечение, сумасшедшее хобби. Поэтому надежда, что он позволит пойти с ним, всё ещё сидела глубоко в груди. Да, я сдаюсь. Отсюда не выбраться, ни за что. Обреченность давила в груди, как чертовски тяжелой груз, заставляя сдерживать слезы отчаяния.        Все же решив глянуть на парня, я увидела, что он стоял напротив, засунув руки в карманы черной толстовки. Пытаясь не смотреть на синюю маску, я рассмотрела его кофту, что заляпана темной кровью. Каннибал настолько вымазался в ней, что даже на черной ткани видно засохшие багровые пятна. Меня чуть не передернуло от понимания того, что кровь, в основном, моя. Это заставило меня вспомнить, как он издевался надо мной.       Невольно рассматривая парня, я обратила внимания на свой избитый вид. На мне практически не осталась живого места. А после недавних удуший больного ублюдка, я все ещё чувствовала болезненную пульсацию на шее. Пощупав ее, шея оказалась распухшей, даже кожа стала настолько дряхлой, что трогать было противно. — Неужели, — вдруг сказал каннибал, заставляя меня от неожиданности вздрогнуть. Он опять ехидничает, что заставляяет меня сжаться, потому что подобный тон никогда не предвещал ничего хорошего.       Медленно сглотнув, я обняла себя за плечи, всё ещё ожидая положительного ответа. Хватит заставлять меня ждать, а то я чувствую себя, будто кто-то решает мою судьбу, умереть или жить. Хотя, наверное, сейчас так и происходит. Было не сложно догадаться, что парень думает, и скорее всего, ищет идею, что ещё можно сделать со мной, да желательно по интереснее. Но Джек продолжал молчать, как рыба в воде. Томно выдохнув, я готова была присеть на пол, так как ноги всё ещё дрожали. — Ну пошли, — резко сказал он и развернулся в противоположную сторону.        Я пошла за ним, стараясь прибавить темп, но каннибал целенаправлено шел по коридорам, быстро отдаляясь от меня. Ковыляя, как старая бабка, я пару раз чуть не упала, но придерживаясь за своего друга, а точнее за прохладную стену, я увереннее прибавила темп ходьбы. Каннибал вдруг остановаился возле прохода на лестницу и терпеливо дожидался, когда я его догоню. Он в упор глазел на мои мучения, и по-любому, наслаждался смешным зрелищем. Как бы я не хотела его материть, всё же сдерживала негативные мысли. Он все-таки разрешил пойти за ним, а это уже маленький плюс. Ковыляя со сломанной ногой, я всё же дошла до лестницы. Черт, ещё же ступеньки. Кто-то покатиться кубарем. Ну, Джек, наслаждайся шоу.        Все же это могло быть очень смешно, если не было бы так грустно. Невольно взглянув на каннибала жалостливыми глазами, я схватилась за перила и медленно пошла по ступенькам, придерживаясь за поручни. Спускаться легче, чем подниматься. Но боль во всем теле уже невынасима, особенно в ноге, поэтому каждый шаг на правую ногу отдавал болезненным импульсом в бедро. Еще этот урод потрепал ее, наступив тяжелым ботинком. Чтоб он сдох, подонок. Пройдя уже пол лестницы, я вдруг услышала тихий смех каннибала. Я остановилась, думая, что послышалось, но парень быстро прошел мимо меня. Нет, не послышалось, он угарает надо мной, сукин сын. Как же я его ненавижу.        Как только я прошла одну лестницу, как дверь первого этажа отворилась. Из нее вышли две девушки и начали подниматься наверх. Я замерла. Вот только этого не хватало. Я сделала пару шагов в сторону Джека, пытаясь закрыться от них за его широкой спиной. Но мне это не удалось, так как убийца отошел вперед. Девушки быстро заметили нас, ну, и, конечно, обратили на меня заинтересованные взгляды. Замедлив ход, они приостановились напротив нас. Я же старалась не глядеть на них, чтобы не давать им возможность увидеть мои полные отчаяния глаза. — Экспонат увидели? — спросил каннибал, отчего я опять дернулась, как зашуганная мышь. Голос парня оказался громким, даже слегка агрессивным. Одна из девушек лишь пожала плечами, показывая, что это совсем не так, хотя заинтересованный взгляд в мою сторону всё-таки проскальзывал.        Одна из них более похоже на человека, хотя она, наверное, такой и является, так как внешность ее совсем не походила под описание свихнувшеся психа. Только шрам возле одного глаза, но даже он не вселяет ужаса. По сравнению с другими убийцами, которых я встречала, она единственная одета в яркую одежду, в красную толстовку. Её голубые глаза впились в меня, как холодные айсберги, отчего прошлись мурашки по коже. Также я заметила ее светлые волосы с обгорелыми кончиками. Может они просто так покрашены? Слегка улыбнувшись, она поглядела на каннибала, как бы вызывая его на разговор. Но я чувствовала, что парень не настроен на общение, раз так агрессивно отреагировал на встречу. — Так это она и есть? — спросила ещё одна девушка, слегка прищурив свои черные, как смола, глаза.       Она стояла рядом со мной, уставив суровый взгляд на меня. Я хотела скрыться от нее, ибо ее внешность настолько удивительна, что отталкивает. Ее кожа бледна, как у поганки, а бездонные чёрные глаза пристально осматривали меня, как мерзкую сколопендру. Я поглядела ей в глаза, и в них не было видно ни зрачка, ни хрусталика. Это линзы? Но что-то подказывает мне, что это не так. Девушка откинула чёрные длинные волнистые локоны назад, так как они сползли с плеч и болтались практически до бедер. Она даже отчасти красива, но ощущение такое, что мне лучше с ней не пересекаться. — Ага, — неохотно промычал парень, наровясь уже обойти девушек и двинуться вниз по лестнице. Но другая, что более похоже на человека, вдруг перекрыла парню проход. Её лицо не показывало злости или ехидства, она просто улыбалась Джеку, стараясь задержать его подольше. И как, такая как она, может быть убийцей? — Не торопись, нам тоже интересно, столько слухов ходит, — заявила она, практически касаясь груди каннибала рукой, чтобы приостановить его желение поскорее уйти от разговора.       Только она коснулась его толстовки, как тут же отдернула руку. Потерев пальцы между собой, она убрала ладонь в карман. Помявшись на месте, она поднялась на одну ступеньку, поравнявшись с парнем. Она глядела на него слишком простым взглядом. Мне стало жукто. — Нечего рассказывать, — сказал он. Начинает злиться. А достанется, как обычно, мне.       Девушка лишь вновь душевно улыбнулась, признавая, что не сможет вытянуть из каннибала никакую информацию. Вторая же стояла возле меня. Как она незаметно подошла? Черноволосая медленно вдохнула, вынюхивая тухлый запах, что смрадил от меня. Мне стало так паршиво и неловко. Как же унизительно я себя чувствую. Пытаясь вжаться в угол стены, я надеялась, что она не учуят отвратительный аромат, но ее нос сщурился, демонстрируя, что запах исходил достаточно сильный. — Ну и вонь, почти как от Джеффа, — сказала она, отходя от меня подальше.       Другая девушка прыснула от смеха и тоже поспешила последовать за другой убийцей на следующий этаж. Уже стало легче. Я тоже хочу поскорее закончить незапланированную встречу, поэтому последовала за каннибалом, медленно спускаясь по лестнице. Не хочу больше ни с кем пересекаться, особенно в этом доме. Боже упаси встретить ещё кого-нибудь. Хмурясь от неприятного разговора, в котором я, к счастью, не участвовала, наконец дошла до первого этажа. — И кстати, Джек, тебя Нина потеряла, — крикнули девушки со второго этажа.       Нина? А это ещё кто? Хотя почему я задаюсь этими вопросами, походу, здесь этих убийц куча. Тихий женский смех быстро пробежался по холодным стенам, а потом вскоре стих, заставляя почувствовать мимолетное облегчение. Тишина оглушила, а шаги парня нарушили ее, быстро спускаясь вниз. Даже это помещение, в котором расположилась крутая лестница, внушала мне устрашающие чувства. Хотя любое место в доме внушало мне подобные ощущения.        Каннибал быстро спустился в подвал, а я замерла, смотря на лестницу, что вела в коридор подопытных комнат. Сердце опять бешено застучало, страх снова окатил холодной водой. Снова туда... руки затряслись и отказывались придерживать моё истерзанное тело за перила. Вспоминая всё, что я там пережила, в голову ударила громкая мысль - бежать прочь. Но я понимала, что не смогу сбежать, это бесполезно. Придется принять поражение и добровольно пойти на терзания.       Нет, я не смогу. Слезы едва ли не покатились по лицу, но я тут же смахнула их, судорожно выдыхая заставший воздух в легких. Дышать вновь стало тяжело, что заставило снова вспомнить недавнюю пытку в виде удушения. Спускаясь на дрожащих ногах, я увидела парня, что дожидался меня возле двери. Меня трясло, а сердце начало болеть от постянного быстрого темпа. Я на секунду остановилась. Я добровольно иду на пытки. Надеюсь, в этот раз, я умру.        Спустившись по лестнице, я подошла ко входу. В это время парень открыл дверь и вошел в коридор. Едва сглотнув, я ступила на порог подвала. Каннибал зашагал вправо, а я следовала за ним, как на смертную казнь.        Дрожь не покидала, отчего сводили мышцы всего тела. Нога чуть притихла, но всё равно болезненно отдавала в тазобедренную кость. Лицо так вообще стало в два раза больше, все сильнее опухая то от ударов, то от крови, то от слез. Шаги убийцы напоминали мне звон курантов, что ежесекундно отсчитывали удары до определенного времени. Именно сейчас они считали время до начала моих пыток. Я уверена, что он снова придумает что-то изощренное. Атмосфера подвала сильно нагнетала, поэтому я обречённо смотрела в маленькие загрязненные окошки, надеясь увидеть свет солнца. Ковыляя за парнем, мы вскоре дошли до подопытной комнаты.        Подходя в его двери, каннибал демонстративно пригласил меня пройти первой. Злобно глянув в его маску, я быстро проскользнула в проход, встречая злощастную комнату. Сколько меня тут не было? Час? Два? Пройдя в маленькую кухню, я заметила, что стало чище, а от моей отхарканной крови на полу не осталось и следа, хотя запах металла, а точнее крови, всё ещё витал по комнате, вызывая сильную тошноту. Но даже не смотря на это, мой живот громко издал бурчание, прося хоть что-то съедобное. Я положила руку на талию, пытаясь надавить на него. Рано или поздно я всё равно умру, не от пыток, так от голода, поэтому было бесполезно издавать звуки голодного желудка.        Продолжая стоять позле деревянного стола, ко мне подошел парень, протягивая стакан чистой воды. Я вздернула брови в удивлении. Вода? Питьевая? Я взглянула на парня, но он молча поднес стакан ближе, чтобы я взяла его. Медленно протягивая трясучую руку, я вцепилась в стеклянную емкость, принимая своеобразный подарок от убийцы. А вдруг он туда что-то подсыпал? Я подняла стакан к носу, пытаясь учуять странный запах, но ничего не почувствовала. Тогда я поднесла его к разбитым губам и коснулась ими воды, пересохшим языком слизывая прозрачную жидкость. На вкус обычная вода. Одной капли хватило, чтобы вызвать во мне необузданное желание осушит стакан до дна. Я с осторожностью сделала глоток, чтобы окончательно убедиться, что там ничего не намешано. Смешок каннибала тут же донеся до слуха, и я осознала, что он наблюдает за мной. Точно что-то подмешал. - Не отравлено. Пей, - сказал он приказным и суровым тоном.       Сжав стакан сильнее, мне было не ловко пить при нем, когда он так внимательно наблюдает. Дрожащими руками я снова поднесла стекло к губам и начала пить маленькими глотками, чтобы полностью насытиться пресным вкусом. Вода подействовала успокаивающее, слегка охлаждая глотку, как лечащий бальзам. Как же хорошо... Я выпила до дна. Мне хочется больше. Облизывая потрескавшиеся губы, я развернулась к Джеку и протянула стакан, не смелясь просить больше. Стоит ли мне сказать спасибо?        Парень поставил стакан на стол, после чего последовал к следующей двери, отворяя ее. Он кивнул головой, чтобы я следовала за ним. Меня колотило, я безумно боялась, но преодолев себя, пошла за ним, заходя на порог операционной. Воздух пах чем-то медицинским, а точнее обеззараживающими средствами. Железный стол смотрел на меня зловеще, а выключенная лампа нависала над ним, словно дожидалась, когда я лягу на кушетку, чтобы осветить меня ярким светом. Рядом с ними стоял дефибриллятор, предназначенный для электроимпульсной терапии грубых нарушений сердцечного ритма. Мне становится плохо, к глотке подкатывает тошнота. Лишь бы не блевануть. Сердце не перестаёт долбить грудь. Что он собирается делать? - Помочь? Или сама приляжешь? - парень похлопал по столу, приглашая меня добровольно лечь. Я незаметно замотала головой. Опять ложиться на этот стол?!       Парень ожидал, когда я приму решение, но вместо этого я замерла на месте, не решаясь сказать и слова. Слезы подкотили к глазам и покатились по щекам. Ну вот и все, мне конец. Хлюпая заложенным носом, я подошла к краю стола. Руки сильно тряслись, не уверена, что я даже смогу залезть. Мне хотелось умолять его, чтобы он не стал делать того, что задумал, но его непоколебимость чувствовалась даже на большом расстоянии. Умолящее взглянув на тирана, я мысленно просила судьбу, чтобы он смиловался, но она не услашала мои молитвы, так как каннибал дернул головой, приглашая меня лечь на железную кушетку. — Нет, — сказала я и отошла назад. Не могу, не могу добровольно лечь на проклятый стол.       До меня донеся усталый выдох парня, после чего он обошел стол и направился в мою сторону. Оставаясь на месте, я даже не пыталась сопротивляться, это бесполезно. Схватив меня за предплечье, он грубо толнул меня к столу. Даже без малейших слов, я поняла, что мне нужно самой залезть на кушетку. Хлюпнув носом, я с дрожащими руками тянула время, так как забраться на стол - сложная задача, ибо я обессилена. Толкнувшись ногами, почувствовала болезненную пульсацию в бедре, отчего руки подогнулись и я призмелилась на пол. Каннибал опять раздраженно выдохнул, подходя сзади и приподнимая меня за плечи. Я завалилась на бок, ощущая холодное железо стола.        Он перевернул меня за плечо, чтобы я легла на спину, и грубо запрокинул мои руки назад, вновь заковывая их в кандалы. Наручники опять уперлись в кисти рук, провоцируя боль от незаживших ран. Слезы уже непроизовльно текли по лицу, медленно скатываясь по скулам и скрываясь за затылком. Даже сейчас каннибал не спокоен, его действие кажутся нервозными и торопливыми. Быстрее хочет меня пытать?       Он встал надо мной, опуская огромную лампу. Яркий свет ударил по глазам, вызывая боль в области лба. Я зажмурилась, а открыть глаза меня заставили руки Джека, которые схватили края футболки и развели ее по разные стороны. Да что он делает?! Я тут же засуетилась, как змея, но прикованные руки блокировали движения. Парень навис надо мной, словно пума над оленем, и внимательно осматривал мой живот, медленно проводя пальцами в районе пупка. — Пожалуйста, не надо, — взмолилась я и попыталась поднять голову, чтобы взглянуть на него, но яркий свет слепил меня, поэтому я видела только его темную фигуру.       На мою просьбу, он, естественно, не среагировал, продолжая ходить вокруг. Меня начинала душить паника, но я всеми силами сдерживала истерику. Я начала ерзать, стараясь хоть как-то следить за действиями маньяка, но прикованные руки держали тело в одном положении, из-за чего паника усиливалась. Парень вдруг отошел, вновь гремя металлическими инструментами. — Джек, пожалуйста, — снова взмолилась я, но опять безрезультатно, он совершенно игнорировал мои слова.        Через какое-то время до меня вдруг донеслась мелодия. Я озадаченно замерла. Прислушиваясь к звукам, я поняла, что это каннибал что-то мурлычит себе под нос. Больной урод. Теперь из неторопливого убийцы он резко превратился в меломана? Мелодия, которую он мычал, действовала совсем не успокаивающее, скорее наоборот, вызывала ужасающие ощущения. Ну зачем он так делает?        Вдруг он развернулся и опять ко мне подошел, брызгая на живот холодной жидкостью, отчего мышцы резко сжались. Потом прошелся бинтом по поверхностью, насухо вытирая остатки дезинфекции. Мне плохо, кажется, меня сейчас вывернит на изнанку. Но паника сдавила горло, не позволяя внутренности выйти наружу. Я тяжело сглотнула, но тошнота никуда не ушла. Каннибал взял скальпель в руки.       О, нет, нет, нет! — Правая или левая? — его голос прозвучал так сладко, что не сложно было догадаться, что он улыбается. Больной! Больной урод!       Его рука легла на живот, нажимая сначала на левый бок, потом на правый. Я снова зашевелилась, пытаясь сбросить его руку, но мои попытки абсолютно безуспешны. Он ждет, но чего? Моего ответа? Что может быть справа и слева? Паника, это все, что я сейчас ощущаю, а ещё страх. Мне так страшно, что меня тошнит, а слезы безостановочно текут, вызывая дрожь в челюсти. Ну за что?! — Не надо, — я молила его, в надежде, что он передумает, но сама понимала, что это маловероятно. Джек замотал головой, как бы удостоверяясь, что я не отвечу. Но он продолжал ждать, видимо, всё ещё надеясь на ответ. А я не могу говорить. Почему он дает мне право выбора? Ни один из вариантов не будет лучшим, зачем так издеваться?! — Ну? — он хлопнул меня по лицу, как бы подгоняя моё решение, но я могла только скулить как трусливая псина. Он же убьёт меня, я умру от боли. Он зарежет меня заживо... Господи, пусть я отключусь быстро и больше никогда не проснусь: — Джесс, — повторил он, и его тон изменился из сладкого на агрессивный. Черт, надо что-то ответить, иначе может быть хуже. Хотя куда хуже? Тихо схлипывая от обреченности, я взглянула на его маску. Каннибал непоколибимо ждал. — Правая, — тихо прошептала я, зажмуривая глаза от безумного страха.       Его рука в миг оказалась на животе, ощупывая правый бок. Без предупреждения он нажал на него, отчего стало больно, поэтому правая нога дернулась. Я издала какой-то звук, похожий на шипение, и парень быстро убрал руку. Но потом снова нажал в области апендицита, отчего я снова скукожилась, стараясь заглушить давящую боль. Это повторилось несколько раз, пока я не увидела, как он подносит руку со скальпелем к моему животу. Я тут же задергалась, мешая ему делать задуманное. Я ожидала, что он предпримет какие-то действия, чтобы ударить и угомонить меня, но вместо этого он выпрямился, склоняясь к моему лицу. — Либо ты сама успокоишься, либо успокою я, — процедил Джек, сурово глядя на меня. Голос оказался холодным, как сталь, отчего я замерла и с жалостью посмотрела на него.       Челюсть не перестала трястись, тело подхватило ее ритм и тоже начало ходить ходуном. Под его холодным взглядом я перестала дергаться, хотя внутренние чувства алчно вырывались наружу. Как же страшно... Закусив потресканную губу, я закрыла глаза, чтобы не видеть устрашающей реальности.       Неужели это происходит на яву?        Я замерла, ожидая резкой боли, но ощутила только его горячую руку на животе. Он ещё раз пощупал правый бок. И в миг, резкая, холодная, мимолётная боль прошлась по поверхности живота. Я визгнула, но голос оборвался. Снова и снова быстрая боль проходила по всему телу, пока не стала нарастать. Он режет мой живот скальпелем!        Осознание пришло не сразу, дергаться не хватало смелости, но боль становилось глубже и всё время усиливалась. Тело начало вздрагивать, я безшумно рыдала на столе, не в силах остановить эти пытки. Так продолжалось несколько минут, пока мимолетная боль не перешла в стадию невероятной боли. Я пыталась закричать, но глотка сокращалась, заглушая охрипший голос. Мозг сконцентрировался на ранениях, и я не могла больше отвлекать себя. Вдруг по моим бокам потекла теплая кровь, скатываясь и промокая разорванную майку.        На момент я услышала бормотание парня, но слух не воспринимал никакие звуки, так как от боли звенело в ушах, а в глазах стояла пелена. Яркий свет от лампы напоминал мне былый свет в конце туннеля. Заглядевшись на неё, я почувствовала долгожданную невысомость, будто на лицо надели маску, пытаясь ввести меня во временный сон. И казалось, что сейчас я провалюсь в небытие, как что-то болюче-острое прошлось по телу, целенаправляенно уходя прямо в сердце.       И это вновь повторилось, отчего грудная клетка взлетела ввысь и ударилась об стол. Сознание вернулось в реальность и я увидела каннибала, что держал надо мной дефибриллятор. Он вывел меня из обморока, используя шоковую терапию? Я лениво захлопала глазами, пытаясь вновь вернуться в невысомость, но боль в животе резко обострилась, не давая забыть о ней.        Руки парня легли по бокам моего живота, и он раздвинул кожу, делая разрез шире. После чего во внутрь что-то вставили и это нечто зашевелилось во внутренностях. От шока и резкой нестерпимой боли я подняла голову, чтобы разглядеть, что происходит. Каннибал стоял над столом, засунув окрававленную руку в разрез. О, Боже! От этих мучений я заорала, и голос через сдавленную глотку всё же вырвался наружу, оглушая собственный слух. В ушах всё зазвенело, предупреждая, что я снова проваливаюсь в темноту. Я почти потеряла сознания, отчего моя голова со звуком упала на железную кушетку.       Темнота быстро сгущалась, заглушая посторонние звуки. Тело расслабилось, но потом вновь взлетело вверх. Сердце занаво начало отсчитывать удары, будто его ударили резиновыми поводьями. И вновь в груди что-то лопнуло, заставляя прийти в себя. Открывая глаза, я опять видела этот аппарат. Каннибал не дает мне шанса потерять сознания! Подонок! Он заставляет терпеть эту пытку! Ненавижу его!        Увидев, что я снова в сознании, парень отошел к животу, снова повторяя ужасающий процесс. И вновь сильнейшая боль. Это невыносимо! От беспощадной муки голос с яростью вырывался из горла, будто мог помочь смягчить мучения. Хруст где-то внутри, справа, отразился адской болью. Его рука нарошно сильнее шевелилась в животе, чтобы вызвать нескончаемые мучения. Мне стало не хватать воздуха из-за боли в сердце. Оно так сильно долбило в груди, будто устало качать кровь по организму.       Меня трясло, отчего появились судороги, а пальцы на руках растопырились в стороны и не могли пошевелиться. Его рука резко выскочила из меня, держа в руках какой-то орган. Не в силах больше это терпеть, я закрыла глаза, надеясь опять уйти в небытье. Даже не смотря на то, что каннибал больше не прикосался ко мне, я всё равно ощущала адскую боль по телу. Но корчить лицо или кричать, срывая голос, я уже не могла, ибо последние силы окончательно покинули меня. Мучения прекратились, тело начало успокаиваться, а судороги быстро прошли, стоило дрожи немного ослабнуть. Сердце болит, а дышать глубже не получается.        Какие-то звуки всё ещё доносились. Помутневшим взглядом я постаралась найти каннибала в ярком свете лампы. Его очертания так плохо виднелись, что пришлось напрячь веки и прищуриться. Парень также стоял возле стола, медленно поедая орган, который недавно достал из меня. Если мне не изменяет зрение, кажется, он опять изменился, так как маска отъехала в бок, оголяя его новую внешность, что пожирала мои внутренности. Мое состояние настолько слабое, что я даже не почувствовала тошноту или омерзение.       Единственное, что меня сейчас беспокоило, это боль в сердце. Глаза невольно опустились вниз, замечая огромный разрез на животе, начиная от груди и заканчивая до лобковой кости. Меня практически вывернули наизнанку, так как я видела собственные кишки. Как я ещё жива? Воспользовавшись случаем, пока каннибал наслаждался едой, я закрыла глаза, чтобы наконец-то уснуть, в надежде, не просыпаться больше никогда. //Pov//Автор//       Все полицейские, что недавно обследовали дом Твин, сидели в том же кабинете, где они изначально проводили беседу. Люди медленно рассаживались по своим местам. После окончания расследования, начальник решил вновь собрать всех, чтобы обсудить кое-что. Что именно, он не упомянул, лишь кинул фразу, что новый сотрудник, возможно, сможет поделиться полезной информацией. Джон как в трансе зашел в кабинет, ища прежднее место.       Его чувства будто отключились, он совершенно запутался. Некоторые улики так и не выходили из головы, а новый агент вызывал противоречивые ощущения. Казажется, он действительно сможет помочь делу, а потом мужчина осознавал, что всё не так просто, как кажется. Облокотившись о стол локтями, он уставился в одну в точку, издредко моргая. Скай стоял рядом с окном, овтернувшись от всех, и о чем-то думал. — Может Вам принести стул? — спросил начальник, присаживаясь на своё излюбленное место.       Агент обернулся, нервно теребя рукав рубашки. Он сначала даже не ответил, только помотал головой. Его взгляд вновь устремился на заходящее летнее солнце. Последние лучи едва пробирались в полуоткрытое окно. Парень задумался, и причем серьезно. То, что он сотворил, уже имело необротимые последствия. Когда тишина начала оглушать, он обернулся ко всем, делая шаг назад от подоконника. — Я попросил вас вновь собраться, чтобы Скай Браун рассказал вам одну инетерсную догадку, хотя предупредил меня, что, возможно, это никак не относится в нашему делу, — проговорил начальник, слегка ерзая на стуле. Сегодня жарко, а к вечеру наплыла духота, что не давала спокойно дышать. Лем потеребил воротник, слегка оттягивая от вспотевшей шеи. В итоге не справившись с жарой, он нашел маленький пульт, чтобы включиться кондиционер. — Да, всё верно, — сказал агент, вновь всматриваясь в окно, осматривая знакомую окрестность, но на самом деле он высматривал своего обожаемого друга — ворона.       Тот летал рядом со зданием, кружась над верхушками деревьев. Массивное тельце привлекало некоторых граждан, что фотографировали его на телефоны. Птица вольяжно взмахнула крыльями, медленно усаживаясь на ближайшую ель. Ворон какое-то время вглядывался в окна полицейского участка, что совсем не свойственно обычному зверю, и стал наблюдал за хозяином. Удостоверившись, что Скай глядит на него, птица расслабилась и принилась чистить свои крылышки. — Когда будут готовы улики? — спросил кто-то из-за стола. Агент обернулся и увидел Райана, что сидела уже рядом с Джоном, рассматривая что-то в папке. Он нервно тер щитину на подбородке, ожидая ответ на заданный вопрос. Они собрали достаточно улик. Дальнейшее уже будет зависеть только от заключений. Мужчина совсем недавно получил звание подполковника, поэтому решил уточнить, когда точно ждать экспертиз. — Некоторые должны быть день, другие через три дня, примерно так, — ответил Лем. Никто не знал, чего ожидать от страшного преступления, поэтому даже начальник сомневался в точной дате готовых результатов. Но его мозг сейчас занят тем, что агент хочет посветить им. Кария глаза генерала уставились на Ская, ожидая, что тот начнет, но другой вопрос опять отвлек его от нужных мыслей, заставляя концентрироваться на другом. — Где остальные? — полковник, Гер, оглядывал кабинет, пытаясь выяснить, почему недавно было людно, а сейчас кабинет остался таким же составом, что был и на изначальном собеседовании.       Начальник нахмурился, но всё же решил ответить, так как полковник задал весьма важный вопрос. Не всегда, не во всех расследованиях участвует много сотрудников, но сейчас им, желательно, обсудить всё прежним составом. В будещем, если это потребуется, он обязательно посвятит в это и других полицейских, но пока в этом нет необходимости. — Пока останемся так, дальше посмотрим, — сказал Лем, показывая рукой на всех. Он немного помолчал, ожидая, что кто-то ещё задаст вопрос, но все молчали, уставившись на начальника.       Тот тихонько кивнул, поглядывая на агента, что всё ещё стоял возле окна. Джон сидел на стуле с пустым взглядом. Расследование вытянуло из него все силы, поэтому он мечтал только о том, чтобы лечь отдохнуть, а завтра со свежим умом сопоставить фаткы. Раскрытый блокнот лежал перед ним. Мужчина всё равно готов записывать нужную информацию. — Я могу предположить, кто мог совершить подобное преступление, — заявил Скай. Уставшие люди, что сидели из последних сил после расследования, резко оживились, выпрямляя спины.       Джона будто ледяной водой окатили. Он почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось, удивление быстро осело на уставшее лицо, сгоняя сонливость. Джон будто проснулся от давней спячки. Как же так? Детектив устремил взгляд на Ская, который всё ещё стоял ко всем спиной. Парень обернулся, намереваясь продолжать рассказ. — Возможно, где-то в далеком прошлом, а возможно, в недавнем прошлом, вы натыкались на те преступления, которые попросту не имели улик, которые бы могли помочь в поиске преступников, — парень пошел вдоль коридора, морально готовясь к куразным вопросам. Все молчали: — Возможно, где-то глубоко в архивах, у вас остались те преступления, что остались неразгаданными, — все слушали, никто не смел перебивать. Скай замолчал, останавливаясь за спиной начальника. Он видел, как все задумались над его словами, стараясь вспомнить подобные преступления. — Продолжай, — задумчиво проговорил главный, потирая уставшую шею.       После заявление агента духота в воздухе будто умножилась в разы. Даже начальник мог припомнить некоторые преступления, которые просто закрыли из-за недостаточного количества улик. Растерзанные люди в горах, оторванные головы, изнасилованные девушки и пропавшие дети... Все прокрутилось в голове как безумное торнадо, вытаскивая из недр памяти подобные злодеяния. Начальник уставился в одну точку, а жар по телу разлился как вулканическая лава. — Не впервые в этих краях происходят подобные злодеяния, — парень возобновил ходьбу, проходя мимо сидящих полицейских, которые внимательно слушали рассказ агента: — Я наслышан лишь об одном таком безжалостном убийце, — он остановился позади Джона, разглядывая его затылок. Джона это напрягло, но он не подавал виду, что чувствует себя уязвимо, когда не видел Ская перед собой. Парень будто прочитал его мысли, делая пару шагов вперед, чтобы встретился взглядом с детективом. — Что же именно происходило? — задал вопрос Джон, внимательно вглядываясь в нахальные глаза агента. Тот улыбнулся добродушной улыбкой, впервые в ней нет хитрого оскала. За свою долгую жизнь демон повидал не мало преступников, но именно этот убийца вызывал в нём ярую злость. Вспомнив каннибала, он не усомнился в своей затеи, поэтому просто прошелся до окна, облокатившись об подоконник. — Происходит тоже самое, что и много лет назад. Нарыв некоторые справки, я пытался найти хоть что-то полезное, но, к сожалению, об этом убийце мало полезной информации. В интернете лишь некоторые слухи, а полиция так и не смогла выйти на его след. Узнав про ваше дело, я моментально заинтересовался и первый выдвинул свою кандидатуру для помощи местной полиции, — Скай объяснил свой нездоровый интерес к этому преступлению, высокомерно глядя на начальника, что продолжал удивленно и внимательно слушать.       Судя по его побелевшему лицу, демон явно попал в самую точку, сообщая о том, что многие преступления так и не были раскрыты. Скай знает, они сталкивались с подобным, но именно эти ситуации и сподвигли ссору между Лемом и Джоном. Двое мужчин встретились глазами, будто передавали бессшумные мысли с помощью телепатии. Начальник первый прервал контакт, опуская глаза в стол. — Одно я знаю точно, этот парень часто вырезает некоторые органы из жертв, именно поэтому меня и осенило, после того, как Джон поведал мне, что у одного парня нет почек, — демон объяснил и своё поведение на расследовании, хотя его нервозность отражалась так же и в другом.        Наступила оглушающая тишина. Сотрудники уперли глаза в стол, пытаясь обдумать слова, сказанные агентом. Кто-то засомневался, кто-то с интересом раздумывал, а кто-то побледнел от таких вестей. Скай отвернулся к окну, и злорадная улыбка показалась на его губах. Он прекрасно знает, на что идёт. Проблема одна – если Хозяин узнает, что он выдал одного из важнейших подчинённых полиции, то ему не поздоровится. Он переломает ему все кости, терпеливо дожидаясь, когда он восстановится, и продолжет свои пытки до тех пор, пока демон не взмолиться и не попросит прощение. Но это можно и перетерпеть, зная, что его задуманный план всё же свершиться так, как он хочет.       Но убить – не убьёт, так как Хозяин тогда сильно подставит себя и свой приказ. Будет много вопросов, куда пропал агент Скай. Демон чуть ли не рассмеялся от удовлетворяющих мыслей, хотя он понимал, что если и Джек узнает о его подставе, то точно выткнет ему едисвенный глаз и сожрет, не оставляя не идинного шанса на восстановление зрения. Но его это не пугало, он знает, как надо действовать и знает, что делает. — Так кто же это? — спросил Лем, вырывая Ская из мыслей и нарушая звенящую тишину.       Парень обернулся к начальнику, ещё раз задавая себе вопрос. Стоит ли? Но он уже начал, а значит он пойдет до конца. Приподнимая уголки губ, парень вольяжно развернулся, понимая, что от его слов зависит многое, даже сам ход расследования. Томно вдохнув, он почувствовал прилив сил и мощную мотивацию. — Безглазый Джек, — сказал демон, определено шокируя всех, кто находился в душном кабинете.        Глаза начальника будто выкатились из глазниц, полковник опустил голову и поднял брови вверх, как бы говоря о издевательстве агента. Джона будто пнули под дых. Какого черта? Он издвевается чтоли? Детектив чуть не сломал карандаш от злости. Что за шутки? Этот парень сведет его в могилу. Сжимая руку в кулак, он чуть ли не стукнул им по деревянному столу. — Вы что, издеваетесь? — агрессивно спросил Джон, хмуря густые темные брови. Губы напряглись, что выдавало его злость. Ноздри расширились, стараясь вобрать как можно больше воздуха. Скай смахнул усмешку с губ, пытаясь донести до всех, что он абсолютно серьезен. Но на детектива это не подействовало, он так же сердито сжимал длинный тонкий карандаш, намереваясь окончательно сломать его пополам. — Думаете, шучу? — вдруг спросил Скай. Этого стоило ожидать. Звание этого урода всегда вызывает злость или веселье, так как многие вопринимают это как глупую шутку. Знали бы они, как сильно ошибаются, когда реагируют на подобные заявление так не серьёзно.       Демон закатил глаза, продолжая молчать. Другие так же уставились на него сердитыми глазами, уже готовые возразить или начать обвинять агента в непрофессионализме, но парень поднял руку, разом присекая лишнее вопросы. — Все это звучит как несуразный бред, но если я скажу, что по настоящему его зовут Джек Найрас, тогда это будет звучат для вас, как глупая шутка? — агент опустил руку и засунул ее в карман, вновь ожидая сердитые взгляды. Многие слегка остыли, но всё ещё с подозрением глядели на парня.        Джон лишь опустил злой взгляд. А ведь, возможно, это не бред? Мужчина вытащил из памяти забытые воспоминания о предыдущих убийствах, которые он так и не смог раскрыть, так как начальник не поддержал его в деле. Постоянно ругаясь и споря, они никак не могли прийти к единому мнению. А ведь убийства были действительно хорошо спланированы, так как ценных улик так и не нашли. Пытаясь достучаться до Лема, что всё здесь не так просто, не привели должного результата, поэтому всё закончилось тем, что его уволили. И вот он снова в деле, только теперь он не отступит, не под каким предлогом. Поднимая глаза на Ская, он убедился, что парень не врет. Но вопросы всё ещё есть. — Откуда вы узнали о нем? — Джон снова перешел на более уважительный тон к Скаю. Это подействовало на демона весьма положительно. Он даже добродушно взглянул на детектива, разделяя его интерес.       Агент уверенно встал на обе ноги, расправляя плечи. Многие всё же не решались задавать вопросы, но это пока что. Все знали, что Джон не оставит в покое парня, поэтому с радостью расслабились, ожидая дальнейшего рассказа. — Честно, по слухам интернета. Но в нем есть одна достоверная статья из ближайшего города, где брали небольшое интервью у одной девушки, которая интересным способом всё же как-то сталкивалась с этим парнем. Но, правда, это было давно, — Скай приостановился. Его рассказал то внушал неподдельный интерес, а после холодное безразличие. Всё это не имело никаких оснований или ценной информации. Но парень продолжил. — Можете сами посмотреть это видео, убедитесь сами. Сейчас вам кажется это всё бредом, но уверяю Вас, что некоторые слухи всё же является правдой. Хотите найти пропавших девушек и наказать подонка? Тогда советую прислушаться к моим словам и поверить на слово, так как могу быть уверенным, что даже собранные сегодня улики принесут вам мало пользы. А других зацепок пока нет, — Скай говорил весьма убедительно, стараясь каждому заглянуть в глаза. Если в некоторых всё ещё присуствовало сомнения, то в глазах Джона просочилась надежда, что, возможно, именно этот убийца виноват в этих убийствах и в похищении. — Но в нашем предположении, убийство совершили двое преступников, так как один вряд ли бы утащил двоих девушек, да причем незаметно, — подметил Райан, который, видимо, прочитал данную заметку в своей тетради.       Все обратили внимание на агента, ожидая, что он скажет на данное заявление. Но тот лишь ухмыльнулся, подавляя усмешку. Выдать ещё и психа, который и сам не прочь выдать себя? Или же умолчать об идиоте и придумать свою байку? Скай на секунду задумался, всё же гордо вздернув подбородок. — Никто не отрицает, что у него могут быть сообщники, — Скай как-то загадочно улыбнулся, вызывая удивление у многих сотрудников, но парень быстро замаскировал это добродушной улыбкой, снова отворачиваясь к окну. Солнце уже почти садилось за горизонт, стало стремительно темнеть.       Ворон встревоженно взлетел над деревьями, пархая рядом со зданием. Демон какое-то время наблюдал за ним и заметил, что никто не задает ему вопросы. Он обернулся, чтобы вглядеться в эмоции сотрудников. Никто ничего говорил, лишь перескакивали взглядами от одних глаз к другим, стараясь убедиться, кто и о чем думает. — Но почему он получил такое прозвище? Неужели у него нет глаз? — вновь задал вопрос Джон, уперевшись локтями с стол. Вся эта информация больно помещалась в распухшем мозгу. Но он старался быть бодрым, хотя бы сейчас.        Мужчина даже не глядел на агента, только старательно тёр виски, чтобы убрать свинец в голове. Мозг будто налился железом и присекал все попытки сосредоточиться. Но Джон убрал руки, уставшими глазами оглядывая помещение. Уже темно. Свет никто не включает, от этого сильно рубит в сон. Детектив откинулся на стул, чтобы четче видеть агента. — Потому что он ходит в синей маске с черными дырами в глазах. В них не видно даже самих глаз, от этого и его прозвище, — пояснил Скай, оглядывая других полицейских.       Многие вскинули брови, только не Райан. Он отвественно записывал сказанную информацию в тетрадь, быстро чертя ручкой по бумаге. Джон тоже не отставал, записывая нужные сведенья для дальнейшего расследования. Он обязательно пробьёт его в Интернете и попытается найти любую информацию, что сможет помочь в будущем. Дописав всё, что ему пригодится, он закрыл тетрадь. — Вам больше нечего добавить? — спросил Лем с изумленным лицом, как бы говоря о том, что мало верит данному рассказу. Начальник некоторое время вынуждающе смотрел на агента, хотя всем видом показывал, что его сведенья вызвали лишь удивление и недоверия к нему.       Но агент просто отвел глаза в сторону, пытаясь найти поддержку хоть в ком-нибудь, но никто, кроме Райана и Джона не восприняли данную информацию в серьез. Агент ухмыльнулся, понимая, какую грубую ошибку сейчас они совершают. — Да, пока что всё, — ответил он. Демон мог и больше рассказать, но всем стоит сначала познакомиться с убийцей, почитать о нем хотя бы основную информацию.       Все тут же расслабились, понимая, что день подошел к столу. Сотрудники обратили взгляды на начальника, который всё ещё нервно покачивался на стуле из стороны в сторону. Главный прерывисто выдохнул, будто не понимал, что делать дальше. Хотя, наверное, это так и есть. Он оглядел своих починенных, после чего набрал воздух в легкие. — Тогда, думаю на сегодня закончим. Всех прошу прочитать про этого загадочного преступника и ознакомиться с его биографией, если, конечно, она достоверна. Дальше мы ждем результатов экспертиз, как только появятся важные улики, сразу соберу всех. А так завтра все выходят по расписанию, кроме тебя, Джон, — он указал на детектива рукой. Начальник ему кивнул, на что Джон сделал легкий кивок.       После слов Лема все закрипели стульями, чтобы поскорее покинуть кабинет и закончить тяжелый рабочий день. Полицейские покинули комнату, и в ней остались только агент и начальник. Они серьезно посмотрели друг на друга, будто совершенно не знакомы, но демон одарил начальника улыбкой, стараясь растопить его сомнения в голове. Лем отвернул голову к окну, не зная, как реагировать на поведение агента. Скай лишь засунул руки в брюки, ожидая, что скажет главный. Но он молчал, задумчиво глядя на заходящее бронзовое солнце. — Я думаю, Вы понимаете, что нам надо поторопиться? — сказал Скай, смотря прямо на начальника. Тот оторвал глаза от заката, слегка зашторивая окно. Он теребил легкие белые занавески, стараясь скрыть неуверенность. Сейчас он не знал, что делать.       Скай смог надавить на больные точки полиции, даже про предыдущие преступления упомянул. Гордость Лема не позволяла ему поверить в услышанное, тем более принимать столь странный рассказ от агента, который пришел к ним только сегодня, а ведь он даже не проверил его и не связался с ФБР. Нахмурив брови, он зашторил окна полностью, грозно глядя на агента. — Знаю, анализы придут только через несколько дней, а без них нам не о чем говорить, — сухо ответил начальник, всё ещё не отрывая сурового взгляда от агента. Демон уловил его настрой, из-за чего оскалился, пытаясь сдержать злобную усмешку. Как же он глуп. Такими темпами он подохнет быстрее, чем раскроет такое сложное дело. Агент помялся, облизывая напряженные губы, после чего снова обратился к нему. — Если Вы так категорично настроены ко мне и ко всему делу, то не пытайтесь выяснить правду этого преступления, потому что с суровым настроением у Вас ничего никогда не выйдет, — отчеканил демон, уже по злому глядя на начальника. Тот аж сжался от пристального взгляда, чуть ли не отходя назад.       После чего мужчина почувствовал странное приятное навождение и постарался удержать эти чувства как можно дольше, но они быстро прекратились, так же, как и появились, стоило ему только прервать зрительный контакт с агентом. Лем проморгался. Показалось? Снова глянув на Ская, тот стоял в прежней позе. Начальник смягчился, слегка кивая головой. — Приму к сведению, — как-то мягко проговорил главный, но уходить из кабинета так же не решался, в прочем, как и сам демон: — Но откуда Вам известен этот убийца? Почему мы никогда о нем не слышали? — спросил начальник, подавляя свою гордость, что заставляя молчать и не проявлять заинтересованность. Скай прыснул от смеха, как бы насмехаясь над тупостью начальника. Отведя игривый взгляд в сторону, он секундку помолчал, прежде чем продолжить. — В этом и его профессионализм. Он настолько хорошо скрывает улики, что по ним даже не поймешь и не откапаешь нужную информацию про этого урода. Но в программе можно найти подозреваемого парня, правда он числиться как убитый. И его тоже зовут Джек Найрас. К следующей встречи я могу доложить Вам всю необходимую информацию. Но подсказывает мне что-то, что всё тут запутанно, — Скай прервался, глядя на летающего ворона. Его понесло, он выдал уже слишком много. Начальник хмурился, но уже от раздумья: — Я пытался заниматься этим делом один, но без правоохранительных органов мне не удалось. Я думаю, вам стоит самому почитать, это займёт немного времени, — Скай улыбнулся ему, снимая образ грозного парня. — Надеюсь теперь Вам удасться полностью вникнуть в данное дело и найти преступника, —сказал Лем, решая уже покончить с этим сложным днем. Начальник прошел мимо Ская, напрявляясь к выходу из кабинета. Агент какое-то время оставался на месте, глядя себе под ноги. Этот урод получит по заслугам. Парень твердо решил доказать всем, что он не просто пешка в этом мире. Со злым выражением лица он развернулся к начальнику, что ждал его на выходе из комнаты. — Пойдёмте, — позвал его Лем и уже решительно стал прикрывать дверь. Скай выпорхнул из душного кабинета, и его злость коснулась начальника, который обомлел от гневной гримасы демона. Лем не отрывал глаз от Ская, пристально наблюдая за его походкой. Демон быстро обернулся, кинул слова прощания и поспешил к выходу из полицейского участка.        Держа папки в руке, начальник быстро захлопнул дверь и дрожащей рукой вставил ключ в замочную скважину. Ему стало жарче, рубашка неприятно прилипла к телу, вызывая влажный дискомфорт. Лем вытер тыльной стороной руки мокрый лоб. Он никак не мог понять, что заставило его занервничать. Но вспоминая неистого злое лицо агента, его передернуло, чувство тревоги ворвалось в грудь, как великан в дом. Держа папку в одной руке, он поспешил спуститься вниз и с кем-нибудь заговорить, только бы забыть пробирающее до костей прощание с агентом.        Скай пулей вылетел из здания полиции, быстро спусаясь по ступенькам вниз. Погода смиловалась, стоило только сонлцу скрыться за массивными горами. Воздух стал прохладнее, что давало неимоверное облегчение после душного дня. Август в этом году очень жаркий, что удивительно, ведь обычно это переходный месяц к осени, а значит должно холодать. Но не в этом городе. Демон растегнул пуговицу на белоснежной рубашке, позволяя воздуху проникнуть под тонкую ткань. Злость заставила почувствовать жар сильнее, поэтому температура его тела накалилась, чуть ли не прожигая одежду на сквозь. Парень прошелся по каменному тротуару, сворачивая на едва заметную тропинку.        Солнце окончательно опустилось за горы. Тьма окутала город, скрывая злого парня на улице. Фонари быстро зажигались по всему городу, вновь освещая улицы. Скай чуть ли проклил всё, что находилось вокруг него. Дома ровно выстроились вдоль улиц, а трассы начали реветь от проезжающих машин, на которых люди торопились вернуться в уютные дома и не вылезать с них до следующего утра. Демон быстро перешёл дорогу, стараясь скрыться в чаще кустов, чтобы быстрее добраться до горы. Теперь ему осталось пройтись вдоль главной дороги, чтобы незаметно оказаться в лесу.       Его ворон тихо летел рядом, над головой, лишь изредко издавая истошное карканье, как бы напоминая хозяину, что он рядом. Скай готов взреветь, так сильно он пылал от нарастающего гнева. Стоило ему скрыться за дорожкой, что вела в лес и скрывалась в чаще тонких берез, он моментально вернул свою настоящую внешность. Белые волосы легли за спину, а рога цепляли торчащие ветки. Но демону плевать, он практически не чувствует никакого дискомфорта. Он хочет вернуться домой.       Джон тем временем быстро добрался до дома. Райан подбросил его до гостинцы, пожелав спокойной ночи. Детектив пробурчал деликатное спасибо и вышел из автомобиля. Зайдя вовнутрь, он снова поприветствовал белобрысую женщину. Она добродушно кивнула ему, и милая улыбка украсила ее старческое лицо. Джон на секунду остановился, но быстро двинулся дальше, возвращаясь в комнату. Коридор освещен небольшими настенными лампочками, а коричневатые обои создали атмосферу уюта.       Джон невольно вспомнил их зал в доме, в похожих оттенках. Воспомимание об играх на телевизоре с Джесс вызвали болезненную улыбку. Лицо дочери отчетливо появилось в памяти, а после и воспоминания, когда она впервые выйграла его в одной игре. Какое же счатье тогда она испытала, когда узнала, что Джон даже не поддался ей. Заливистый смех подростка разнесился по всему дому, отчего Клер бросила готовку и поспешила в гостиную, чтобы узнать, что такого смешного произошло. Какое же было беззаботное время. Мужчина резко остановился возле дверей номера, после чего тут же вошел.        Он не услышал никаких звуков. Абсолютная тишина. Клер поди снова уснула. С утра она была совсем плоха, только закапывала нос, чтобы легче дышать, и вытирала опухшие глаза от слез. Подсев на сильные успокоительные, она особо не говорила, лишь лежала на кровати, убитая горем. Джон никак не мог помочь ей, даже слова поддержки не вызывали спокойствия. Сейчас ей нужно принять произошедшее и осознать, что делать дальше. Для этого может потребоваться время.       Мужчина прошелся в спальню и увидел жену, лежащую на кровати и укрытую теплым пледом. На тумбочке горел свет, а на ней стояли таблетки мощного успокоительного и полупустой стакан с водой. Джон выключил свет, чтобы жена хорошенько выспалась, и вышел из комнаты.        Зайдя в ванну, он снова скинул с себя влажную одежду и встал под холодный душ. Настроение убитое, в душе пусто, тяжесть в груди не давала спокойной дышать, а голова раскалывалась из-за стресса. Холодная вода немного помогла прийти в себя, заставила тягостные чувства отступить на некоторое время. Выйдя из душевой кабинки, Джон растерся полотенцем и потопал на кухню, заварить себе зеленый чай и обдумать всё, что он узнал за сегодня. Прихватив свой блокнот, он включил чайник и принился листать минитетрадь, разглядывая ровный почерк.        Расследование он особо вспоминать не хотел, но это пока что, так как осознание данного преступления вызывало только боль. В его родном доме... быстро перелистнув страницу, чтобы выкинуть это из головы как можно быстрее, он уткнулся на имя, услышанное сегодня. Безглазый Джек. Кто же он такой? И почему он о нем ничего не знает? Постучав пальцем по столу, он вспомнил слова агента, которые описали его внешность. Точнее только синюю маску.       Но почему именно синяя? Откуда этот агент столько знает, если даже ФБР не говорили им никогда о неком Джеке Найрасе? Да и предыдущих преступлениях он не выходил на этого парня, никакие улики не помогли даже узнать о нем. Он что, ни с кем не знаком? Или он так отчаянно прячется от всех? Но как? Что-то тут явно не сходится. Но детектив подумает об этом позже. Сначало надо почитать об этом убийце.        Вскипевший чайник щёлкнул, давая понять, что вода вскипела. Налив полкружки чая, мужчина уселся возле окна, всматриваясь в ночной город. Он всё ещё активен, люди на улице толпятся, пытаясь поймать летние ночи последнего месяца лета. Джон открыл окно, чтобы проветрить помещение. В комнате душно, поэтому спать будет тяжелее, а свежий ночной воздух помогает расслабиться. Вот бы ещё звуки дождя. Медленно попивая напиток, Джон думал о своём.       Его мысли также занимал этот странный загадочный агент, по имени Скай Браун. Уверенный, знающий своё дело, видящий ситуаццию под своим углом... А ведь по возросту он должен быть ещё не опытен. Выглядет достатчно молодо. Неужели у него талант? Но почему тогда ему хочется верить, но порой возникают такие смущающие чувства, что от него стоит держаться подальше? То он добродушен, то резко отстраненный, вечно копается в своих мыслях и не спешит делится догадками со всеми. Совсем не понимая, как вести себя с молодым парнем, Джон допил чай и вернулся в комнату. Сейчас нужно выкинуть все мысли и отдохнуть. Стоило ему лечь на матрас, как глаза снова затяжелели, проваливая сознание глубоко в темноту. * * *        Тело девушки лежало на кушетки в маленькой палате. Свет в команте не горел, лишь едва яркие лучи заходящего солнца освещали белую каморку. Полутьма окутала маленькое пространство, так что каннибала можно едва разглядеть. Он сидел на тумбе, слегка потрясывая бутылку спиртного. Его взгляд устремлен в окно, где едва можно разглядеть зеленную густую траву. Тишина, и она продолжается уже несколько дней.       Джек лишь глазел на грязное окошко, его лицо практически не выражало никакой эмоции. Совсем недавно он осознал то, что так отчаянно пытался вспомнить. Не сказать, что это вызвало шок или удивление, скорее наоборот, отторжение. Наверное, он не хотел это принять или же хотел избежать будущих проблем. Но потом он свыкся, привык, и теперь эта девушка вызывает в нем ещё больше злости. Взблолтав темную жидкостью в бутылке, от отпил едкий алкоголь. Слегка обжигает, но опять не дает нужного эффекта. Тело немного опьянело, а вот сознание осталось чистым. Зато теперь он хоть немного успокоился и не чувствует нескончаемой злости.        Каннибал вдруг взглянул на девушку, что лежала без движение уже как три дня. Разорванная майка слегка прикрила полуобнаженное избитое тело. Убийца всмотрелся в самый большой ушиб, что находился на её животе снизу. Он сильно посинел, а багровые кровоподтеки смешались в одно огромное пятно, отчего оно стало фиолетовой, как слива. Воспоминания о ее избиении слегка подняли его настроение, но уже не вызывали неугамонного желания бросить всё и снова поиздеваться над ней. Он так же подметил, как сильно она исхудала за последние несколько дней. Худоба сильно заметна, особенно то, как выпирали ее ребра и тазовые кости. На грудной клетки остались синие следы в виде квадратов от шоковой терапии.       Каннибал томно выдохнул, осознавая, что она измучена, голодна и обезвожена. А ему совсем не хочется приводить ее в здоровое состояние, избитая она ему нравится намного больше. Слегка наклонившись вперед, Джек протянул руку к животу девушки, нащупывая уже почти затянувшийся шрам. Рубец отчетливо выпирал, он почувствовал его пальцами, с легкостью обводя покругу. Каннибал прошелся вниз, практически до ушиба, и нащупал гематому, что образовалась под плотным синяком.        Выпрямившись, он сделал последний глоток алкоголя и бросил бутылку в угол комнаты. Скоро встреча с Главным, и Хозяин уже пожелал увидеться с ней. Хоть каннибал и вспомнил, кого Джесс так напоминает, но всё ещё не совсем понял, для чего нужна эта обычная девчонка. Если Главный намерен отыскать ту женщину, то каким образом Джесс сможет это сделать? Он ещё поразмышляет об этом.       Спрыгнув с тумбочки, он ослабил ремень на бойцовских штанах, так как он туго стягивал пояс. Всё-таки виски немного помогли ему расслабиться, так как тело непослушно отошло в сторону. Джек немного покосился, но быстро выпрямился. Всё равно не тот эффект. Пнув бутылку из-под алкоголя, он вышел в операционную, где на деревянной тумбочке лежала старая рванная майка. Каннибал развернул ее, убедившись, что она подойдет, и вернулся в маленькую палату.        Даже не закрыв дверь, он кинул майку на кушетку, рядом с девушкой. Джесс лежала в прежнем состоянии, она как отключилась от болевого шока, так до сих пор не пришла в себя. Ее удары сердца изменились, темп стал более прерывистый и неровный. Оно то учащалось, то неожиданно замирало. Это говорило о том, что он переборщил с током, и теперь это скажется на следующей ее попытки удрать от него как можно дальше. Убрав кровавые локоны от лица девушки, он кинул взгляд на торчащие ключицы. Черт, а это выглядет даже аппетитно, захотелось вырвать их из тела и обглодать.       Подобная мысль побудила вспомнить недавний гастрологический оргазм, как он сожрал ее свежую почку, только что вырванную из горячего тела. Ему понадобилось несколько минут, чтобы отойти от удовольствия. Но ему всё ещё было мало. Когда он зашивал огромный разрез на животе, ему стоило немалых усилий, чтобы сдержаться и не впиться в остальные органы. Каннибал аппетитно сглотнул, но почувствовав, что начал видоизменяться, тут же натянул маску на лицо.        Отойдя к маленькому окошечку, он начал отсчитывать минуты. Это поможет успокоить голод. И тем более ещё есть пару минут. Каннибал не хотел будить девушку, она мирно спала, а главное, не раздражала своей слабостью и заносчивостью. Парень снова затянул ремень потуже и натянул капюшон на голову. Солнце всё быстрее заходило за гору, подсказывая, что время вышло. Отсчитав три минуты, убийца подошел к девушке, присаживаясь на белую кушетку. Ее дыхание нормализовалось, раньше оно было совсем слабым. Грудная клетка медленно вздымалась и опускалась, поэтому каннибал прислушался к ровному ритму. Но тянуть больше нельзя, пора знакомить ее с Главным. — Пора просыпаться, Джесс.