Ох... "Не жизнь, а сказка"

      Мы остановились прямо перед массивными дверями кабинета. Рядом с ними стоял парень, одетый в жёлтую толстовку и с натянутой на голову чёрной маской на лице с красными глазами и улыбкой, что вырисовывали довольный смайлик. Складывается впечатление, что я где-то его видела, но где? В голове промелькали ближайшие воспоминания, но я не смогла припомнить, где я его встречала, пока не уставилась на его жёлтый жакет. Знаю я одного урода, что ходит в чём-то подобном, и у него и маска другая, а этот...       Но не успела я сообразить, кто он такой, как двери раскрылись, и мы вошли в кабинет, который при свете дня казался уже не таким мрачным, как в объятиях ночи. Теперь же в окна светило утреннее солнце. Хоть сквозь густые ели и высокие сосны оно не особо могло пробиться и осветить зловещий лес, но зато теперь его лучи осветили помещение, раскрывая моему взору то, что мне не удавалось разглядеть в прошлый раз. Стало приятнее находится в кабинете Главного без давящей тяжёлой атмосферы. Я не сразу осмелилась поднять глаза и найти Хозяина взглядом, ведь в прошлый раз он вышел из тени, как истинное чудовище. Хоть сейчас уже и не так темно, и его появление не будет столь пугающим, я всё равно сжалась, ощущая, как голова слегка кружится. Я вспомнила, как он подвешал меня на своих проклятых щупальцах прямо над полом, и как его голос звучал в моей голове, беря под контроль моё тело.       Двери вдруг закрылись, издав тяжёлых хлопок, отчего я внутри дёрнулась, слегка подпрыгивая на месте. Я вдруг увидела, что каннибал подошёл ближе к столу, поэтому я тоже последовала за ним. Не хочу отходить от него ни на шаг. — Можешь идти, Джек, — прозвучал голос, отчего я резко подняла голову в сторону доносившегося голоса. Опять это странное ощущение, что кто-то говорит в твоей голове. Хотя, это, наверное, так и есть.       Каннибал развернулся и двинулся в сторону выхода, не сказав ни слова. Я хотела сорваться с места и уйти вместе с ним, но ноги будто вросли в пол. Я стояла как вкопанная возле его огромного дубового стола и боялась глянуть на него. Я отчётливо заметила, что Хозяин сидел за столом, сверля в моей голове дыру. Стояла тишина, и я не знала, стоит ли мне сказать хоть слово, но язык онемел, будто превратился в камень. — Ты можешь сесть, — мои глаза невольно посмотрели туда, откуда доносился голос. Главный действительно сидел на стуле, за столом, и абсолютно спокойно ощущал себя, по крайней мере я не почувствовала от него угрозы или нескрываемой агрессии.       Он указал мне присесть на диван, что стоял рядом с его столом, поэтому я послушно села, плюхнувшись на мягкое сидение. Диван достаточно мягкий, даже расслабляющий, но моя спина не осмелилась откинуться назад, не тогда, когда на меня с неким любопытством смотрит это зловещее существо. Моё напряжение сковало всё тело, даже нормально вдохнуть воздух не могла. И всё же, хоть его настроение не казалось агрессивным, внутри меня всё равно сидел едкий страх, что расползался по телу, как еле остывший свинец. — Ты же помнишь, о чём мы с тобой последний раз говорили, Джесс? — он вновь поглядел на меня. Его руки упёрлись об поверхность стола. Хоть у него и нет глаз, я очень чётко понимаю, что он смотрит на меня. До чего это жутко, будто приведение заглядывает мне в душу. Я поёжилась на диване, будто мне в зад впились иголки. — Да, — ответила я, такой разговор тяжело забыть, особенно когда он меняет понятие твоего прошлого, переворачивая всё понимание твоего существования. — Я предоставил тебе кое-какие бумаги, ты должна изучить их, - он указал на стопку бумаг, что лежала на углу его стола. Судя по размеру стопки, их не слишком много, да и с виду не похоже это на бумаги, скорее на некие старые тетради и газеты из прошлого, но изучать их? Для чего? Как это мне поможет в поисках этой... матери-убийцы? - Может, ты уже наслышана о ней? Подслушала, или кто-то рассказал тебе про неё мельком? — он пододвинул стопку бумаг ближе ко мне, чтобы я потом унесла их для дальнейшего изучения. Но стоп, что значит наслышана о ней? Я о ней ни черта не знаю, только что я кому-то кого-то напоминаю, и всё время мелькает число 20, особенно "20 лет назад". — Я практически ничего не знаю, — ответила, проглотив комок в горле. Вдруг он сейчас разозлиться, что я до сих пор ничего не знаю? Я мельком поглядывала на него, пытаясь уловить различную реакцию, но его лицо оставалось непреклонным, спокойным и уравновешенным. Его грудная клетка приподнялась, будто у уставшего профессора университета, которому предстоит читать ещё одну занудную лекцию. — Её зовут Рей Рост, — он глядел на меня, чтобы я начала вникать в суть нашего разговора, поглядывал на меня и ловил мой запуганный взгляд, чтобы найти заинтересованность в моих глазах. А я просто всё ещё не могла принять данную реальность. Чтобы спасти себе жизнь, я должна хотя бы попытаться заинтересоваться, в конце концов, вдруг что-то новое узнаю? Поэтому я подняла голову и попыталась сконцентрироваться на том, что он говорит. — Она родом из другого города, мы забрали её из-за одного случая... в доме, — Главный всё же отвел взгляд, впиваясь задумчивым взглядом в другую точку в своём кабинете, после чего и вовсе посмотрел в окно. Он сначала молчал несколько секунд, но потом продолжил, вновь возвращая свой требовательный взгляд на меня. - После этого случая мы её и забрали к нам, - вновь проговорил он, как будто больше для себя, нежели для меня. Я просто покивала, понимая, что мне ничего не даёт его информация. Что за случай? Что она натворила? Какие такие случаи обрекают человека на подобные страдания? - Я не расскажу много, сначала изучи бумаги, иначе я ещё сильнее запутаю тебя. Как только что-то поймёшь и будешь в курсе многих событий, мы поговорим с тобой в будущем, - Хозяин будто сдался и положил свою тонкую ладонь на поверхность различных бумаг. Он погладил их так, будто это были самые ценные бумаги на Земле. А я не поверила, что он вот так просто закончит разговор, просто назвав её имя. — Хорошо, — ответила я, но встать не решилась, просто сидела на удобном и приятном диване, осознавая, что вставать я и не хочу. Хоть я и спала всю ночь более менее спокойно, но всё равно я ощущала себя очень уставшей, наверное, я могла бы проспать ещё долгое время. — Если будут какие-то вопросы, ты можешь сначала спросить Тима о ней, потому что именно он следил за ней, так как и Джек следит за тобой.        Заманчиво он завуалировал слово "следит", это не слежка, это настоящее издевательство. Судя по его словам, я пыталась сопоставить их воедино, уловив его логику. Неужели моя мать-убийца прошла такие же мучения, как сейчас прохожу их я? А вдруг они все проходили эти мучения, чтобы стать такими уродами и психопатами? Судя по тому, как они все издеваются над людьми, их жертвы моментально могут стать сумасшедшими, ибо человеческая психика просто не выдерживает таких зловещих издевательств. И если кто-то из них показывает стойкость, то они становятся монстрами и убийцами, а тот кто не выдерживает, их просто убивают. Это как "естественный отбор"? А вдруг я тоже стану такой? - Интересный задумчивый взгляд у тебя, - вновь проговорил Главный, вытаскивая меня из размышлений. Я даже не знаю, смею ли я задавать те вопросы, что неожиданно подкрались к моей голове. - Прошу прощения, я задумалась, - я совершенно не понимаю, как я должна себя вести и о чём размышлять в присутствии Хозяина. В первую встречу Главный читал мои мысли, возможно, таким образом он ворвался в моё сознание, а иначе как объяснить эти водовороты, что я испытала в его кабинете в прошлый раз? - Не стоит, твои вопросы весьма интересны, - Вот! Опять! Он снова читает мои мысли! Чёрт... Хозяин впервые откинулся на спинку стула, будто наконец почувствовал себя более расслабленным, и в упор посмотрел на меня, как будто мои мысли раскрылись перед ним как доступная книга. Он покатала простой карандаш в своих длинных пальцах, как самый настоящий художник, который на данный момент раздумывает, как правильно построить свой рисунок. - Естественный отбор проходит не так, как ты представляешь. У нас вообще нет отбора, только если кто-то проявляет себя так, как нам это нужно, - пояснил он, а я, услышав эти слова, впилась глазами в его пустые глазницы, поражаясь такой наглости. "Как нам это нужно"... ну с ума сойти можно. Это как им нужно-то? Зарезать кого-то? Убить? - Понимаю твою негодование, но такова реальность, а вот насчёт всех ли мы мучаем... - он задумался на какое-то время, после чего снова продолжил, - нет, не всех, но Рей испытала тоже, что и ты.       Отличное объяснение, я прям поняла. Нахмурив брови, я уставилась в бетонный пол, ощущая, как мне становится противно, ощущая, как непонимание и негодование нахлынывают на меня, как морские бушующие волны. Походу, это я такая удачница, что прохожу эти издевательства в одиночку. Прекрасно. Но только спустя какое-то время я поняла, что Рей тоже прошла через всё это. Может, она не виновата, что стала такой? Вдруг она и вовсе не хотела этого? Вдруг её заставляли? - Нет, её не заставляли убивать, - неожиданно подал голос Главный, отчего я слегка дёрнулась и тут же вновь нахмурилась. Сколько можно мне в голову лесть? Я немного раздражённо поглядела на существо, отчего оно чуть ухмыльнулось. Ну и чего смешного?       Мы оба замолчали. Я старалась думать аккуратно, ибо Главный постоянно читал мои мысли, но не получалось, порой мысли тяжело контролировать, особенно в стрессовой ситуации. Уж не знаю, как он это делает, но меня это напрягает, вдруг он будет недоволен или разозлиться? Ведь я не одобряю всё это дерьмо, во мне кипит ненависть к каждому, кто тут находится, и я вообще хочу свалить от сюда, желательно живой, но что-то подсказывало мне, что это далёкие мечты. Ещё недавно я наслаждалась жизнью, грезила о своём будущем, а сейчас сижу в кабинете чудовища, и только и думаю, как остаться живой. - А кто такой Тим? - спросила я и взглянула на Главного, что оказывается смотрел на меня, пока я размышляла. Чёрт, он меня сейчас опять подвешает за подобные мысли, верно? Я отвела взгляд, будто собака, которую застали за воровством корма. — Тот, что стоял тут в прошлый раз, когда тебя ко мне привели, — проговорил он, слегка кивая головой в сторону дверей. Я проследила за его жестом и задумалась, пытаясь вспомнить, кто тут был раньше. Прогоняя воспоминания, я ужаснулась, ведь это оказался тот самый парень, что пытался меня изнасиловать, когда я случайно забежала к нему в комнату, а потом и вовсе к стене прижал в коридоре, угрожая мне. Ублюдок. — Он тот, который может тебе помочь, — добавил он, смирно постукивая карандашом по столу. Прекрасно, и как мне теперь с ним контактировать, если этот урод снова может попытаться навредить мне? Чёрт. Я потёрла щеку, стараясь придумать способ, как общаться с этим парнем, если вдруг мне понадобиться его помощь, хотя в животе скрутился клубок страха от мыслей о нём.       В голову врезались все недавние воспоминания, которые произошли со мной за последние дни нахождения в этом чёртовом доме. Меня передёрнуло, а в животе будто кто-то скрутил мне кишки. Он пытался меня изнасиловать, а потом совсем иное существо осуществило то, что не смог осуществить этот Тим. И как мне общаться с ним насчёт матери, если он начнёт манипулировать мной? Или вообще предложит расплатиться своей натурой? Ведь Джек не смог уберечь меня от того, чего я боялась больше всего, так как он тогда убережёт меня от этого подонка? Я закрыла лицо руками, пытаясь выровнить дыхание, потому что мне становилось так противно от этих уродов, что невольно захотелось вскрыться и покончить со своей тяжёлой судьбой. — Он был близок с Рей? — спросила я, пытаясь переключиться на другую тему и понять, как они связаны, ведь если он присматривал за ней так же, как и Джек присматривает за мной, то, возможно, тут действительно есть смысл и логика пообщаться с этим уродом. — Я не знаю, я знал её, как коллегу, не более, как впрочем и всех, — он вдруг опрокинулся и задумался. Я посмотрела на его лицо, и почему-то не особо поверила его ответу. Он хочет найти пропавшую убийцу двадцатилетней давности, какая к чёрту коллега? Может они были ближе, чем коллеги, иначе почему у него такое рвение к ней? Главный помолчал буквально ещё пару секунд, после чего продолжил: — Её интуиция была очень чуткой, она могла даже предсказать очень серьёзные и поразительные события, так что твоя связь поможет тебе найти её, — Слендер отвернулся к окну, сваливая на меня своё бремя, а я тупо опустила уставший взгляд в бетонный пол. Связь значит. Я что, ведьма? Вроде к эзотерики меня никогда не тянуло, какая к чёрту связь? И если у этой Рей была такая прекрасная интуиция, то почему я обделена её прекрасным талантом? — Вы говорили, что я могу почувствовать с ней какую-то связь… как мне это сделать? - я украдкой взглянула на мимику Главного и тут же отвела глаза. Его брови нахмурились, а я боюсь любого изменения его эмоций, ведь я всё ещё помнила то подвешивание на потолке. — Ты должна почувствовать её, как будто она приходится для тебя... близкой, что ли, — он поиграл мышцами лица. Близкой? Как я могу сблизиться с тем, кто убивает людей? И тут встал вопрос: а что значит "близкий человек"? — То есть, узнать её? Понять её чувства и отношения ко всему миру? — прозвучало больше как ирония, но я старалась максимально точно понять, что значит "стать близкой с кем-то", но судя по его постукиванию по столу, он видимо сам не понимал, как объяснить это. — Скорее всего, да, мне кажется, именно поэтому я потерял с ней контакт. Тут два варианта: либо она умерла, либо она кардинально поменялась, — он загнул пальцы, будто повторял для себя одни и те же слова по несколько раз. Если он потерял с ней контакт, то значит он и других людей ощущает? А если он чувствует, неужели он не может понять, если кто-то умрёт? — А разве Вы не почувствуете, если кто-то умрёт? Разве разрыв связи ничем не отличается? - я спросила прямо, хотя ощущение у меня такое, что задавать такие вопросы нельзя, как будто это как-то личный секрет. — Что ты имеешь в виду? - он погладил подборок, явно озадаченный таким вопросом. — Разве Вы не отличаете эти разрывы? Я имею ввиду, что ваша связь разорвалась, потому что она умерла, или Ваша связь разорвалась, потому что она поменяла свои интересы? Когда Вы перестаёте ощущать её, Вы не можете понять: умерла она или всё-таки как-то поменялась? - сама не верю, что задаю такие вещи, это как будто из другой вселенной. — В этом и вопрос, Джесс, я не могу понять эту разницу, как бы я не старался разобраться. Мы пытались найти её, но безуспешно, — Главный упорно смотрел на меня, чтобы я поняла его, но так как эта тема для меня звучала впервые, я лишь нахмурила брови от непонимания, что он вообще несёт. — А когда она всё-таки пропала? — я понимаю, что он сказал мне сначала изучить эти бумаги, но примерно понять ситуацию хотелось, вдруг в будущем я смогу сопоставить какие-то факты. — Когда на нас напали. Тогда я был занят совсем другим делом, я был с Салли, которая пострадала, и это отвлекло меня от главной задачи. Воспользовавшись этим, полиция, в буквальном смысле, подорвала нас, отчего распространился сильный огонь. Пришлось бежать, многие были ещё, как бы, новичками, и пострадали от такого нападения. Когда мы были в лесу, мы собрались, вот только Рей не было, тогда она и пропала. Именно в этот момент я и потерял с ней связь: ни тела, ни её самой нигде не было, — Хозяин яростно об этом рассказывал, после чего выдохнул и опрокинулся на спинку. Мне даже было их не жаль, когда он рассказал мне это. Эти люди убивают, насилуют, едят других людей. Так им и надо. — Наши потомки всегда необычны, дети часто что-то унаследуют, так же, как и в твоём случае, — он встал и ближе подошёл ко мне, быстро сменяя тему с одной на другую, проще говоря, возвращась к тому, с чего мы начали, — ты могла унаследовать от неё всё, что угодно: интуицию, связь, страсть к убийствам, спонтанность… и только ты можешь её найти по кровным связям. Я очень сомневаюсь, что она так просто умерла, но увы, моя связь с ней потеряна, а твоя кровная связь всё ещё жива, ты понимаешь, что я имею ввиду?— Главный встал около окна, даже не смотря на меня. Я глубоко вздохнула, совсем отчаявшись вернуться к нормальной жизни. Вот же жопа, в какой же я большой заднице. — Немного, но почему она всё-таки отказалась от меня? — мне даже стало обидно понимать, что моя родная мама отказалась от своего ребёнка — меня. И если она смогла сбежать, вдруг я тоже так смогу? Интересно, есть ли у меня связь с Главным? Чёрт, я не должна о таком думать, он может услышать мои мысли. — Я этого не знаю, но подразумеваю, что оставила она тебя после того, как сбежала, — он чуть повернул голову в мою сторону, немного хмуря брови, а я вновь сжалась от его внимательного взгляда, потому что как ни крути, но он вселяет ещё больше ужаса, чем каннибал. — Что будет, если я найду её? Вы вернёте меня домой? — я резко поменяла позу, в упор смотря на Главного. Адреналин меня словно захлестнул в этот момент. Задать такой вопрос - требуется огромная смелость, может гордиться собой, дура. Но с другой стороны, я не хочу оставаться с этими уродами и провести здесь всю свою оставшуюся жизнь. — Не могу обещать такого исхода, но и сказать "нет" точно не могу, — Главный вернулся обратно на стул, сел и вновь пододвинул стопку бумаг ближе к краю стола, — У тебя есть работа, — он указал мне на макулатуру. Встав с дивана, а на дрожащих ногах подошла к нему и взяла бумаги в руки. У меня всё тряслось от бессилия, мозг уже устал думать, а мысли лезли только одни, смогу ли я выбраться от сюда? — Но вы не убьёте меня? — честно сказать, я хотела жить, у меня есть цель — вернуться домой и увидеть своих родителей, а потом по возможности подальше свалить из этого города. Но пока что эту мысль пришлось отложить на вторую полку. — Не в ближайшее время, - сказал он, и я почувствовала, как это чудовище довольно улыбается. Он шутит надо мной? От такого ответа легче совсем не стало. Нахрена мне тогда искать эту убийцу, если я всё равно сдохну? Какой смысл? Я со страхом в глазах поглядела на Главного, от чего тот слегка засмеялся. - Расслабься ты. Сейчас тебя никто не тронет, ведь ты теперь наш главный… человек, — он сделал паузу, видимо, ему не часто приходилось говорить это слово. Но расслабиться после этого я разговора я явно не могла, только хуже стало. — Я имела в виду потом, — спросила я. Мне хотелось услышать хотя бы сладкую ложь, чтобы в моей душе жила хоть какая-то надежда на светлое и человеческое будущее. — Очень маловероятно, — Слендер опрокинулся на стул. Это он ответил на мой вопрос, или отсёк мои мысли в голове? — Можешь идти, — он указал мне на выход. Я неохотно взяла под руку бумаги. Вряд ли сейчас я добьюсь точного ответа, да и какая тут правда может звучать в этом чёртовом доме? Я развернулась в сторону дверей и с тяжёлой ношей на душе покинула его зловещий кабинет.       В коридоре никого не оказалось. Очень странно, я думала, Джек меня подождёт. Поёжившись от прохлады каменного прохода, я взглянула на свечи, которые совсем не согревали помещение, хотя чтобы прогреть такое место даже отопления не хватит. Обхватив мукулатуру крепче, я побрела вдоль стены, переваривая то, о чём мы только что говорили. Голова заболела, даже не знаю почему, от того, что мне сейчас только что сказали, или от усталости?       Пока я брела по коридору, я дошла до небольшой лестницы, по которой я и каннибал спустились сюда. Я аккуратно поднялась и открыла двери, выходя прямо в коридор, справа которого находился зал. Меня передёрнуло от мысли, что мне вновь придётся вернуться туда. Так, вдох и выдох. Я вздохнула поглубже, и только захотела выйти из тени, как оттуда послышался хохот несколько человек, наверное, там происходит что-то интересное.        Когда я всё-таки шагнула в сторону и вышла в свет, я сжалась, будто пожухшее яблоко, которое пролежало под сонцем очень долгое время. Я медленно двигалась вдоль стены, будто это могло мне помочь остаться незамеченной. Атмосфера стояла оживлённая, боковым зрением я видела, что там сидит достаточно много людей, но перед глазами стояла одна цель - дойти до дверей и подняться на второй этаж. А дальше? Чёрт, я не помню, где именно находится комната каннибала.       Тогда я всё же посмотрела на диван, на котором собралось достаточно людей, чтобы давящая атмосфера дома превратилась в большой ажиотаж. Несколько человек, если их можно так назвать, сидели в небольшой кучей и пялили в экран телевизора. Они что, играют в приставку? Я остановилась, стараясь понять, что именно это за игра, и тогда я даже немного удивилась, потому что они играли в достаточно популярную игру под названием Mortal Combat. Это открытие вызвало во мне настольгическую улыбку, потому что я помню, как постоянно играла с папой. А сколько было у меня визгу, когда он мне подарил приставку. Этот факт вызвал мне такую грусть и тоску, что я с теплом окунулась в эти воспоминания, потому что они - это всё, что осталось у меня, пока я нахожусь среди этих уродов.       Понимая, что долго я точно тут не хочу оставаться, я всё же предприняла попытку найти каннибала, вдруг он тут решил меня подождать? И, о, чудо, он сидел среди них на краю дивана и держал джойстик в руках. Из-за того, что его маска постоянно закрывает его лицо, я не могла определить, нравится ли ему вообще процесс игры. Но его тело оставалось будто бы в напряжении, но в то же время казалось расслабленным, ибо его пальцы спокойно нажимали на нужные кнопки для совершения комбинации в бою. Похоже, он сейчас как раз соревнуется с кем-то, потому что никто до сих пор не заметил моего присутствия. А ведь оно даже к лучшему.        После какого-то времени неожиданно раздались радостные и разочарованные голоса. Я вскинула взгляд на экран и заметила окончание раунда. Некоторые парни похлопали Джека по плечу, но каннибал никак не отреагировал на их поздравления, лишь протянул джойстик девушке, что была одета в клетчатую рубашку. Она приняла устройство в руки, но почему-то её взгляд в сторону Джека оказался очень недовольным, даже враждебным. Они поссорились? — Не парься, выйграешь ещё, — сказал один из парней, обращаясь к тому, кто, видимо проиграл. Это оказался тот самый парень с топором за спиной. А я даже по сей день не знаю его имени, но отчётливо помню, как он зашёл ко мне в палату. Его оружие действительно похоже на то, которым казнят, поэтому я и подумала тогда, что всё, мне хана.       Этот парень с очками передал свой джойстик другому игроку. Этот игрок вообще оказался самым необычным из всех, кто сейчас присутсвует тут. Его жёлтые глаза хорошо дополняли его образ, ибо не видно ни зрачка ни хрусталика, и походу, они явно светились в темноте. Его чёрные волосы падали ему на плечи, и выглядели в разы лучше, чем у другого обладателя чёрных волос, у того ещё щёки разрезаны аж до самых скул, урод из уродов. Этот парень запрокинул ногу и довольно улыбался, явно чувствуя экстаз от предвкушения игры. Не знаю почему, но он казался самым настоящим манипулятором, который может дёргать людей за ниточки, чтобы получить желаемое. Уж очень его образ ассоциируется именно с таким человеком. Да они все... необычные, аж глаз не оторвать от их образов. Хотелось бы мне забыть каждого, кто находится в этом доме, но мне, наоборот, приходилось запоминать каждого, кто тут живёт, ведь мне придётся с ними контактировать в будущем, чего я очень хочу избежать. — Опа, там твоя стоит, — сказал этот парень, показывая на меня Джеку. Пока я разглядывала и думала о своём, даже не заметила, как он повернул в мою сторону голову и палил своими янтарными глазами прямо на меня. Каннибал тут же встал и пробрался ко мне, немного запинаясь об тех, кто сидел на полу на ковре. — О чём болтали? — спросил он, вставая напротив на меня, ну, а я очень удивилась, он впервые со мной заговорил сам, без прикола, без колкостей. Я даже обомлела, не зная как правильно ответить на вопрос. Вместо этого схватилась за бумаги ещё крепче, слегка кивая головой в их сторону. — Он… дал мне бумаги, — сказала я, сама себя даже не услышав. Я сглотнула ком в горле и крепче сжала бумаги в ладонях. — Понятно, — парень кивнул в сторону лестницы, чтобы я следовала за ним. Наверное, мы возвращаемся к нему в комнату.       Пока мы двигались по лестнице и заходили на второй этаж, я задумалась, может пока Джек рядом, мне следует поговорить с этим подонком? Да, может мне сначала нужно изучить эти чёртовы бумаги, но кто знает, может после разговора я ещё больше пойму ситуацию о пропажи моей матери? Хотя о чём я его спрошу? Как с ним разговаривать? Глянув на каннибала, я засомневалась в своём решении, но всё же что-то внутри меня подсказывало, что стоит сделать это сейчас - решиться и спросить Джека, где находится Тим на данный момент, и пока он рядом, пообщаться с этим... уродом. — Мне нужен Тим, не знаешь, где он? — проговорила я дрожащим голосом, потому что разговаривать с каннибалом, и вообще что-то у него спрашивать, мне всё ещё очень непривычно и немного пугающе. Джек резко замедлил шаг, будто его током ударило, но ко мне не повернулся, наоборот, остановился, украдкой взглянув на меня. — Он живёт тут, сейчас надо? — его голос стал грубее, будто его раздражает моя просьба. Поверь мне, Джек, я и сама не в восторге, особенно после того, что он хотел сделать со мной, но у меня нет выбора.       Я взглянула на дверь, и мои воспоминания нахлынули на меня новой волной. Я до последнего помню, как забежала в эту проклятую дверь, как этот ублюдок угражал мне пистолетом и пытался задушить ремнём, а теперь я сама, по своей воле, вынуждена войти и попытаться поговорить. Моё сердце опять заколотилось, меня бросило в жуткий жар. Но почему-то присутствие каннибала немного успокаивало, потому что судя по его языку тела, ему тоже не нравилась эта идея. — Мне нужно с ним поговорить о Рей. Главный сказал, что он может помочь, — сказала я, пытаясь уладить свой голос, который снова задрожал. Расплывчатая картина по сей день стояла у меня перед глазами, а невидимые прутья будто обвили мою шею, и я почувствовала, как стало трудно дышать.        Джек глубоко вздохнул, молча поглядывая на проклятую дверь. Я не знаю, чего он ожидал, но ему потребовалось время, прежде чем постучать. Тишина. Меня сразу отпустило и моментально полегчало, потому что я подумала, что этого ублюдка нет в комнате, но тут послышались тяжёлые шаги, что становились громче по мере приближения. Моя душа будто сделала кульбит, ибо я невольно сделала шаг назад, как только шаги остановились возле проёма двери.       Дверь отворилась. Перед нами появился Тим. Его сонное выражение лица давало понять - мы его пробудили. Он недовольно сщурил глаза, упираясь на косяк двери, и судя по его выражению лица, он явно раздражён. Он протёр глаза рукой, чтобы разглядеть, кто к нему явился, а после на его лице появилась едкая ухмылка.       Я вновь увидела его вблизи, и мне резко захотелось закрыть дверь перед его наглым лицом. Что-то желание разговаривать с ним поубавилось, но раз уж мы его разбудили, придётся действовать. Я вновь взглянула на него, рассматривая его черты лица, что казались мне немного странными. Толи из-за лохматых волос, толи от постоянного опьянённого состояния, он казался немного сутулым и худым, хотя по прошедшей встречи с ним, я бы не сказала так. В этот раз он стоял в красной футболке, которая оказалась уже вся во въевшихся пятнах от рутины. — Чё вам двоим надо? — он слегка взбодрился, как только разглядел меня. Я лишь от злости схватилась за бумаги. Он совсем не внушает мне доверия, как вообще можно контактировать с таким ублюдком? Я украдкой взглянула на каннибала, который не отнимал свой взгляд от парня. Злится, опять. — Поговори с ней, — каннибал повернулся на меня, будто побуждая, что я перестану молчать как рыба в воде. Мне от их взглядов, гневного и едкого, становилось не по себе, страх опять подкрался к горлу, образуя ком в гортани. Мне вспомнились слова Главного, что якобы меня больше не будут трогать, но это ведь не значит, что я в полной безопасности. — Что тебе нужно? - повторил он свой вопрос, уже конкретно задавая его мне. Я опять глянула на Джека, но тот не проронил ни слова, давая мне волю на свой собственный ответ, но мне даже упоминать имя матери-убийцы не хочется. — Поговорить о Рей, — быстро ответила я, отводя глаза в сторону. Мне не хотелось видеть его реакции, мне казалось, будто одним взглядом он может превратить меня в пепел. Сначала никто ничего не говорил, но потом вновь послышался вопрос. — И нахер мне с тобой о ней говорить? - грубо, конечно, он спросил меня, но другого ожидать не требовалось. А ведь он, похоже, не настроен на разговор. И как мне его уговорить? Я некотороые время мялась на месте, но не упомянуть Главного всё же не смогла. — Мне Главный поручил найти её, сказал, что ты сможешь помочь, рассказать о ней, — я взглянула на него, в этот раз уже не боялась бурной или грубой реакции с его стороны. Он нахмурил лоб, немного удивившись, после чего слегка почесал свой затылок, явно обдумывая мои слова. — Ох, блять, — он очень мощно и раздражённо вдохнул, будто работал несколько часов непокладая рук, а после чего слегка потянулся, пытаясь вновь взбодриться. На его лице больше не было едкой улыбки, парень какое-то время что-то обдумывал, после чего приоткрыл дверь шире. — Заходи, — он слегка отошёл от двери, приглашая меня войти, а сам стоял и ждал, когда я всё же решусь. Но я не хотела заходить в его комнату. Сердце и так стучало быстрее некуда, меня начало лихарадить от одной мысли добровольно вернуться туда. Не удивлюсь, если мои шары чуть не выпали из глазниц, ибо каждый проход, туннель, подвал и комната - для меня это приглашения на пытки.       Я посмотрела на каннибала, будто тот мог бы исправить ситуацию, и я была бы благодарна, если бы он вошёл вместе со мной. Джек хоть и не заметил моего молящего взгляда, но встал прямо на пороге, огородив меня от двери. Я невольно уткнулась носом в его спину, после чего быстро сделала шаг назад. Каннибал смотрел на парня так, будто сейчас начнётся бойня, но ничего не происходило. - Держи свои желания при себе, понял? - резко и чётко проговорил каннибал, дожидаясь, пока этот урод ответит на его вопрос. Но тот лишь нагло улыбнулся, будто его это позабавило, после чего покивал головой. - Понял, как никогда, - ответил он и снова пригласил меня войти, показывая рукой, чтобы я уже зашла в комнату. Но я не двигалась, лишь выглядывала из-за плеча каннибала и молилась, что смогу избежать этой участи. Тишина и бездействия кого-либо, видимо, достало их двоих, поэтому Джек сам двинулся в направлении, которое держал до того момента, как мы остановились. Я смотрела ему в спину, не веря, что он оставил меня снова, с этим ублюдком, один на один. — Заходи давай, — уже грубее и раздражённее произнёс парень, продолжая держать дверь открытой. Я дёрнулась от его гневного голоса и на дрожащих ногах пересекла порог его комнаты.       Только я зашла в его тёмную обитель, как снова вспомнила, что тут происходило несколько дней назад. В нос ударил запах ментола, отчего дышать в этой комнате стало как-будто свежее, и уже нет этого едкого аромата табака, от которого хотелось задохнуться. Комната так и оставалась в полной беспорядке, а его жёлтый жакет, который так мне запомнился, валялся рядом со стулом, что был откатан от стола к подоконнику. Шторы вновь были задёрнуты, а кровать помята, хотя это было не удивительно, потому что он же спал несколько минут назад.       Тим закрыл дверь и прошёлся вдоль комнаты, плюхаясь на свою ещё тёплую кровать и закуривая какую-то сигарету, похожую на саморучную скрутку. Только он зажёг кончик, как густой дам вырвался из его прокуренных лёгких и окутал всю комнату. Аромат травки быстро пропитал помещение и в миг дошёл до меня, отчего я сщурила нос и помахала рукой перед лицом. Запах марихуаны явно отличался от запаха табака, хоть она и не пахла так едко и противно как табачные сигареты, но всё же жённая трава тоже вызывала желание открыть окно или выйти из помещения. Парень же закрыл глаза, явно наслаждаясь очередным наркотиком. Я стояла возле его стола, совсем не понимая, куда мне сесть, и можно ли? Я делала вид, что что-то рассматриваю в бумагах, хотя саму меня немного потряхивало, так как я вновь осталась наедине с очередным убийцей.        Вдруг Тим сел на кровати и обратил взор в мою сторону, открыто и даже немного бесстыдно осматривая меня, особенно моё лицо. Такое внимание меня пагуло, даже отталкивало, но его не волновала моя реакция. Он лишь продолжал пялиться, будто перед ним стояло что-то воистину редкое, и он пытался запомнить каждую деталь. Я хваталась за бумаги, будто они были моим якорем, ибо не понимала, как реагировать на это. - Может сядешь уже? Ты меня нервируешь, - сказал он и рукой указал мне на стул возле подоконника. Я развернулась и подкатила стул к столу, аккуратно присаживаясь на мягкую поверхность. На столе стоял тот же бардак, где-то виднелись следы белого порошка. Чёрт, да он настоящий наркоман. — Ну спрашивай уже, хули ты молчишь? — я снова слегка дёрнулась от его голоса. Дожили, шарахаюсь, как запуганная мышь, хотя, наверное, так и есть. Я сглотнула слюну, и попыталась собрать мысль в голове, чтобы как-нибудь сформулировать вопрос, но мозг будто отключился. Надо собраться, иначе он меня прибьёт ещё. — Главный сказал, что именно ты за ней... — чёрт, а что он за ней? Приглядывал? Как правильно назвать то, что они творили с Рей? - Что именно ты за ней приглядывал, - всё же произнесла я, поглядывая на парня, который до сих пор сидел на кровати и затягивал косяк. Он чуть улыбнулся от моих слов, будто ему и самому стало смешно от моей формулировки. — Ну, типо того, да, — парень стряхнул пепел в пепельницу, что стояла на прикроватной тумбочке, и снова затянулся. — Почему именно ты? — спросила я, озадачившись вопросом. Действительно, почему он приглядывал за ней? И почему за мной приглядывает Джек, а не Тим? Как это распределяется? — Не знаю, Главный решает, кто за кем приглядывать будет, — ответил он и наконец затушил скрутку об пепельницу, скидывая остатки в мусорку. Убийца облакотился локтями на колени, поднимая на меня голову, а я в это время судорожно придумывала следующий вопрос. Очень сложно вести диалог, когда боишься любого неправильного слова, из-за которого можно получить гематому на теле или того хуже. — От кого Рей забеременела? — я аккуратно на него глянула, но потом в голову пришло резкое осознание. Чёрт, если этот подонок за ней приглядывал, то... может ли он быть моим биологическим отцом? От собственных догадок у меня всё похолодело, и я услышала, как застучало сердце в груди. Я уставилась на парня так, будто он стал приведением. Тим же заметил мою своеобразную реакцию и улыбнулся во все зубы, наслаждаясь моим страхом перед правдой. — Можешь дышать, крошка, я не твой батя, — сказал он и слегка засмеялся. Его смех не показался мне обыденным, скорее... накуренным? Парень запрокинул голову назад, вглядываясь в потолок, но так и остался в этой позе, продолжая какое-то время молчать, - Она забеременела от другого, - уже без смеха проговорил он, и потом как-то очень медленно опустил голову и глянул на меня, будто пытался противиться действию наркотика. — От кого? - спросила я с облегчением, потому что я не пережила бы, если бы этот урод оказался моим отцом. Значит это кто-то другой, но кто? - Он уже сдох, - равнодушно проговорил он, смотря куда-то в окно. А я не понимала, что испытала, толи радость, толи горечь, толи разочарование? Я не понимала, что на самом деле ощущаю, я этих людей никогда не встречала, никогда о них не знала, наверное, это нормально ничего не испытать, когда узнаёшь, что кто-то умер или погиб. - Главный так же упомянул, что Рей забрали после одного случая, и потом она начала убивать, особенно после мучений, - сказала я неверную информацию. Ну как неверную? Я не знаю точно, как всё было, да и сортировать информацию и правильно состовлять вопрос тоже было очень не просто, особенно в присутствии этого урода перед собой. - Она убила до того, как Главный её забрал, - проговорил Тим, спокойно и чётко, как сухой факт. Ну, а я просто обомлела. Как это? То есть до того, как попасть в этот зловещий дом Рей уже кого-то убила?! А я уже начала жалеть её, сочувствовать её участи, а она уже убила? Ну почему? — Кого она убила? — спросила я, ошалевшим и разочарованный взглядом поглядывая на убийцу. - Да хер знает, какую-то подругу или знакомую, что-то не поделили и Рей в порыве ярости задушила её, - спокойно ответил парень, всё так же поглядывая вниз, на пол.       Значит вот оно как получается: она убила свою подругу, в порыве ярости задушив беднягу, и после чего попала к этим уродам на истезания. И почему именно её? Ведь в мире полно убийц, но вербуют они не каждого. Но раз Рей уже можно назвать убийцей, то зачем им было её истязать? Неужели она как-то сопротивлялась? — Но почему именно её забрали? — спросила я, после чего парень раздражённо посмотрел на меня. От его стального взгляда, и от красных и сумасшедших красных глаз по телу прошёлся холодок, который не предвещал счатливого окончания разговора. - Мне-то, блять, откуда я знать? Я, по-твоему, могу залесть в голову Хозияна и мысли его прочитать? - взгляд убийцы будто становился яростнее, но через минуту и след от злости простыл. Он слегка улыбнулся, покачивая головой из стороны в сторону. Чёрт, да он накурен. - Ну зачем её надо было мучить, раз она уже убила до этого? - я совершила ещё одну попытку задать очень важный вопрос для моего понимания. Тим изобразил какое-то странное выражение лица, казалось, он собирается с мыслями. От его нелепевого поведения становилось дурно, но парень умел менять эмцоии на ходу, и вот он уже сидит более менее серьёзный, смотря прямо мне в глаза. - Потому что сначала она не хотела быть такой, - проговорил он, после чего расслабил спину ещё сильнее, и его тело полностью расслабилась на кровати. Казалось, он сейчас упадёт, но он держался более уверено. - Какой "такой"? - Ну, убийцей, ёбанный тебя по голове, догоняй уже мозгами, чё ты меня дрочишь-то? - раздражённо проговорил парень и поднялся с кровати, в то время как я сжалась как ёжик, и моментально замокла, ибо мне снова стало страшно довести кого-то до нервного срыва. - Ты не видела мой жёлтый жакет? - спросил он меня, оглядывая комнату. А я вспомнила, когда вошла в его комнату, видела его жакет валяющимся на полу возле окна. Я развернулась на стуле к зашторенному окну, и отовдинув увесистое полотно, подняла его жакет, который так сильно запонился мне. После чего я встала и протянула ему одежду. — Некогда больше болтать, мне пора уходить, — он резко прошёл мимо меня, открывая прикроватный комод, и достал оттуда тот самый пистолет, которым мне когда-то угрожал. Меня будто кипятком ошпарили: как только я увидела оружие, я буквально взлетела со стула, отчего бумаги, что всё время лежали у меня на коленях, разлетелись по всему полу.       Меня одолела такая резкая паника, что я ощутила, как тошнота подошла к горлу. Мне захотелось убежать, умчаться прочь из его комнаты, потому что моё тело буквально кричало: "Беги, беги без оглядки, ты в опасности!!!". В груди сдавило так, будто рёбра хотели сжать мои бронхи, чтобы я задохнулась от недостатка воздуха. Из-за нехватки кислорода, перед глазами начало плыть и одновременно темнеть, после чего возникла та самая ужасная картинка, как этот урод сжимает ремень вокруг моей шеи, а я в конвульсиях стараюсь сопротивляться, чтобы выжить. Я на автомате схватилась за шею, а потом прижала руку к груди, чтобы попытаться выровнять сбившееся дыхание. — Блять, ну, давай быстрее, собирай свою чёртову макулатуру, - вдруг раздражённо проговорил он, откровенно пялясь на меня.       Я наклонилась поднять бумаги, стараясь как можно быстрее сложить их в одну стопку. Все летело к чертям, ибо мои руки вспотели, по лбу потёк холодный пот. В какой-то момент я взяла небольшую тетрадку, что с виду напоминало книжку, и потрогала её обложку, которая с годами чуть пожухла. Ощущение старой бумаги под холодными пальцами стало возвращать меня в чувство, и моя паника стала сходить на нет. Дышать стало легче, сердце чуть убавило темп, а после и зрение вернулось, темнота стала отступать. Я на дрожащих ногах поднялась вместе с бумагами, ощущая, что после такого состояния появилась нереальная слабость. - Как прочтёшь всё это... дерьмо, можешь потом ещё раз прийти, а пока не дрочи меня вопросами, если не до конца поняла всю информацию, лады? - спросил меня Тим, подходя к двери и открывая её на распашку, как бы говоря, что мне пора уходить. Я только кивнула и поплелась на выход, ожидая, что меня сейчас толкнут с такой силой, что я снова грохнусь на пол, но Слава Богу, я спокойно вышла в коридор. — Тим! — неожиданно раздался женский голос где-то слева от меня. К нам подходила девушка, которую я ещё нигде не видела. Её светлые, практически белые волосы красиво заплетены в косичку, и ложилась аккуратно на правый бок. По опыту я уже шарахнулась в сторону, чтобы меня снова не тронули. — Куда ты пошёл? — она остановилась почти рядом с парнем, поглядывая на его состояние, и походу, явно поняла, что Тим снова под кайфом. — Надо кое-куда сходить, — убийца заправил пистолет куда-то сзади, а вернее в кабуру, с которой я тогда и вытащила пистолет, и скорее всего, этим самым спасла себе жизнь. Я развернулась к ним спиной и хотела уже покинуть их, но вопрос девушки снова заставил меня остановиться. — А это кто? — я чувствовала, как она смотрела мне в затылок, да так внимательно, будто пыталась прожечь во мне дыру. Я томно, но тихо выдохнула, явно уставшая от такого ненужного внимания. — Она сама ответит, — вдруг поговорила она, после чего я аккуратно обернулась, пытаясь разглядеть её получше.       И вот снова перед до мной ещё один сумасшедший человек, если и её можно так назвать. Вокруг её глаз нарисованы чёрные круги, и даже не понятно, это краска или может вообще уголь? И у неё тоже разрезаны щёки? Когда я прищурила глаза, то заметила, что разреза вроде нет, но шов, что шёл от уголков губ до самых скул тоже абсолютно настоящий, прям как у той самой девушки с часами в глазу, что приходила к Джеку поглазеть на меня. У них мода такая тут? И кто задал эту моду? Тот самый урод, что убил мою подругу? - Как тебя зовут? - снова спросила она. В её голосе я не почувствовала какой-то вражды или агрессии, но меня это и пугало. С виду спокойные убийцы могут быть страшнее любого агрессора. Она так внимательно палила на меня и терпеливо ждала моего ответа, что мне стало не по себе, и я почувствовала, что обязана ответить. — Джесс, — пробубнила я, и кажется, ответ её как-будто удовлетворил, ибо она чуть улыбнулась, и только сейчас я заметила, что её губы окрашены в чёрный цвет. От её улыбки мне стало очень сильно не по себе, и поэтому я сделала шаг назад, как запуганная дворовая собака. — Боишься меня, знаменитая Джесс? — знаменитая? Стоило мне сконфузить лицо от недопонимания от этого прозвища, она резко сделала шаг вперёд, отчего я отшатнулась. Она тут же остановилось, слегка улыбаясь, и я совсем не поняла, она хочет напасть или просто злорадствует надо мной. После её выпада в мою сторону, на её плечо легла рука Тима. — Не надо с ней связываться, Зеро, иначе у Джека снова истерика начнётся, — он дёрнул её чуть назад, после чего она забрыкалась, скидывая его ладонь с себя. Хоть Тим и потешится над поведением каннибала, они все явно его остерегаются. — Да я и не собиралась на неё нападать, просто пошутила, — проговорила она и снова мне улыбнулась. Ну, и шутки у тебя, просто офигенное чувство юмора. Я лишь чуть нахмурилась, ибо страха в моей жизни стало присутствовать настолько много, что я уже не знаю, как с ним уживаться. Я и так в полной жопе, а меня ещё пугают какие-то... люди, которые ко мне никак не относятся. — Пошли уже, — сказал Тим и развернул девушку спиной ко мне.       Они пошли дальше по коридору, совсем в другую сторону, а меня оставили одну, я лишь могла слышать обрывки их диалога, и очень надеюсь, что они не адресованы ко мне. После их ухода мне полегчало, я смогла выдохнуть, но когда осознала, что снова одна, мне вновь стало страшно. Чёрт, да где комната Джека?! Почему я не запомнила?       Я поплелась в том же направлении, куда пошёл и Джек, когда оставил меня с Тимом. Я прижала бумаги к груди и ощущала себя, как некая заучка, которую все обижают в школе. Я всматривалась в эти чёртовы стены со встроенными светильниками, и проклинала всё, что вижу перед глазами. Спустя время я вгляделась в окно, за которым располагался густой лес, и обратила внимание на солнце, что было уже в зените. Оно с помощью лучей очень ярко освещало помещение, в котором я сейчас бродила. От его света стало явно легче, я даже улыбнулась, ибо очень люблю солнце. Настроение даже приподнялось, и желание проклинать всё подряд явно уменьшилось.       Я побрела дальше, задумавшись о том, что теперь мне предстоит делать, а именно: выполнить задание Главного, изучить эти чёртовы бумаги, так ещё и мать-убийцу найти надо, которая куда-то сбежала. Почему же она сбежала, раз она так любит убивать? Что её не устроило в этом доме? От кого забеременела в итоге? Почему оставила меня, а не воспитала? Что у неё на уме?       Я посмотрела вперёд, чтобы попытаться понять, куда я в этом лабиринте забрела, и в голове снова вспыхнуло воспоминание, как я со сломанной ногой убегала от каннибала - моя неудачная попытка побега. Сначала я ухмыльнулась, но воспоминания продолжали приходить, и моя улыбка сползла с лица. Я ощутила, как сердце снова застучало, и если сравнить меня с испуганной кошкой, я яростно ощутила, как все мои волосы встали дыбом. Я услышала какие-то шаги, кто-то двигался за мной, как прям тогда, когда я поняла, что за мной следовал не только Джек, но и существо, от которого я спряталась в чей-то комнате с этими жёлтыми лианами.       Я ускорилась, ведь нога сейчас целая, и вроде не болит, но шаги продолжали нарастать, и я обернулась назад, чтобы убедиться, что мне не кажется, что это не игра моего воображения. И из дальнего угла показалась светлая фигура человека. Я её не узнала, но нутро подсказывало, что это точно не каннибал. Следом за ним выскочила вторая фигура, явно меньше, и очень похожая на какой-то животное. Собака? Они шли следом, и я хотела скрыться, но следующий поворот оказался ещё достаточно далеко. — Эй, целочка, потерялась? — я дёрнулась от неожиданного голоса, что отразился от стен коридора, и с испугом вновь обернулась назад.       Фигура парня приближалась, будто он специально ускорил шаг, чтобы догнать меня. Но когда он всё же настиг меня, меня вновь пробрал ужас. Это тот самый псих, что убил мою подругу! Он встал практически в десяти метрах от меня, мерзко улыбаясь своей отвисшей челюстью, и с помощью жёлтых почерневших глаз уставился на меня. Правда выглядел он очень потрёпанно, ибо его белая прежде толстовка полностью окрасилась в красный цвет, чёрные волосы слиплись от застывшей крови, и от него смрадило так, будто он выполз из ямы протухшей крови и разложившихся кишков. Меня от него колотило так, будто я оказалась на суровом морозе. Я вцепилась в бумаги, не отнимая от него испуганного взгляда.       Но злобный рык заставил меня оторвать от этого сумасшедшего урода глаза. Рядом с ним сидела большая собака, что по виду очень напоминала породу Хаски. Её шерсть местами почему-то покраснела и казалась отросшей, местами даже неухоженной и запутанной, скалдывалось ощущение, будто она участвовала в собачих боях. И она казалась явно не дружелюбной, наоборот, животное оскалилось при виде меня и обнажило свои белоснежные зубы. Вот только это не клыки, как у обычных собак, её улыбка напоминала человеческую. Её пасть казалась настолько огромна, что вызывало явную жуть внутри меня, таких собак не бывает! Она внимательно смотрела на меня и едва рычала, показывая мне, что она явно хочет напасть. — Нравится мой пёс? Хочешь, я продемонстрирую тебе его способности? — псих склонил голову в вниз так, что я видела только его глаза, и настрой явно показал мне, что мне пора бежать.       Его челюсть будто бы совсем потеряла контроль, обвиснув практически до груди, а его движение казались скованными, будто он как робот собирал себя по частям, заставляя тело двигаться в каком-то не естественном положении. Ощущение, что его будто бы сломали, и он как демон правлял свои кости обратно в суставы. Я только дёрнулась назад, как собака моментально дёрнулась в ответ. Если я побегу, меня тупо догонят и загрызут. В горле встал ком, а в висках я ощущала свой пульс. Твою мать, ну почему они не оставят меня в покое?! — Смайл, нравится приманка? — спросил он своего дурного пса, отчего тот клацнул челюстью, явно выражая согласия на вопрос. Псих растенул улыбку на всё лицо, отчего разрез на щеках сильнее расширился. Он настолько меня испугал своим жутким лицом и странной ходьбой, что мои бумаги повалились с рук, вновь разлетаясь по всему полу. Я интуитивно бросилась прочь, подальше от них, попутно ища, в какую комнату бы спрятаться.       Но не успела я до поворота добежать, как ощутила, что меня догнал пёс и очень больно вцепился мне в ногу, прямо в голень, которая совсем недавно зажила от перелома. Я закричала от резкой и острой боли, и упала на пол, буквально спотыкаясь об свои дрожащие ноги. Пёс прокусил кожу, отчего из раны фонтаном брызнула кровь. Я так сильно закричала, что чуть сама не оглохла от своего крика, после чего попыталась пнуть собаку, целясь прямо в нос, но пёс был явно обучен, ибо он пригнул голову, и моя нога пролетела над его черепом. Животное отпустило меня всего на секунду, после чего снова вцепилась зубами в мышцу, явно наровясь оторвать от меня кусок. Я снова заорала, потому что это невыносимо больно. На фоне моих криков и злобного рыка пса, я слышала сушесшедший смех этого психа, что откровенно гоготал над моими страданиями, будто смотрел комедию по телевизору. - Отцепись! - прокричала я, и снова попыталась ударить пса по морде. Я хоть и попала ему по носу, но ему будто всё равно, он лишь сильнее стиснул челюсть, а я ощущала невыносимую болезненную пульсацию в голени, и как пасть животного разрывает мышцу так, будто его очень давно не кормили, и он налетел на меня, словно я была последней надеждой для его выживания. — Прекрати, — приказал псих своему псу, задыхаясь от своего мерзкого хохота, и собака резко отпустила меня, отчего я издала протяжный облегчённый вздох. Я не ощущала место укуса, ибо место горело адским пламенем, а перед глазами от боли снова поплыло.       Я рапласталась на полу, и снова испытала всё то же самое: боль, слабость, унижение. Меня мутило, в глазах стояла чёрная пелена, но отключиться не могла. Надо мной встал парень, жутко улыбаясь и смотря прямо мне в глаза. Хоть перед глазами и плыло, но его мерзкое до жути лицо оставалось чётким, будто на фотоаппарате настроили киноэффект. Я зажмурила веки, но даже в темноте его лицо не покидало моё воображение. Оно казалось по всюду, куда бы я не посмотрела. В груди снова нарастал страх, а я лежала на полу, не в силах пошевелиться, давая себе понять, что я сдалась, устала бороться за свою жизнь.       Я снова открыла глаза, но перед до мной уже никого не было. Я пошевелила пальцами на руках, чтобы осознать, что я всё ещё жива. Я приподнялась на локтях, вновь разглядывая увечье, что мне очередной раз оставили на моём теле. На ноге красовался укус, очень похожий на человеческий, и из проколов обильно текла тёмная кровь. На ноге можно было заметить, как пёс практически оторвал от меня кусок, ибо мышца и кожа потрескалась, будто от сырого мяса пытались оторвать волокна соединительной ткани.       Я не знала, что мне делать. Я не решалась прикоснуться, лишь сидела в своей крови на полу и опустошённо глядела на недавно оставленный укус. С глаз потекли слёзы, но ни одна мышца лица не дрогнула от рыданий. Мне страшно, я никогда не ощущала себя настолько ничтожной, я думала, человеческая жизнь - это ценный подарок, и каждый человек обязан ценить подаренную жизнь, и нельзя обесценивать жизни других. Но не здесь. И всё же я вновь заплакала, ощущая, как боль возвращается, адская ноющая боль вновь окутала моё тело. — Целочка, — эхо от стен донеслось до моего уха, и я дёрнулась, сразу же оглядываясь по сторонам. Он что, снова возвращается? Я в панике покрутила головой в разные стороны, никого нет. Мне послышалось? В глазах снова встал его образ, это ужасное жуткое лицо, что так неотрывно смотрело своими мерзкими прожженными глазами, вызывая во мне такую волну страха, что от всего этого можно было бы и обделаться.       В ушах сильно зазвенело, и мозг снова подкинул болезненное воспоминание. Этот писк в ушах был совсем не звоном от удара об пол, а истошный крик, который издавала моя подруга в последний момент в своей жизни. Я снова увидела испуганное и опустошённое лицо Мери, что смотрела на меня в надежде на спасение, но я не смогла её спасти. Я будто снова вернулась в это воспоминание и почувствовала горячую кровь на руках. Потом драка, как каннибал врезал этому психу по его роже, и его злобный сумасшедший смех, что окутывал всё помещение. Я схватилась за голову, закрывая уши, чтобы перестать видеть эти зловещие воспоминания, перестать слышать болезненные крики и хохотания. — Хватит! — крикнула я, чтобы заглушить это, чтобы мой голос наложился на эти звуки и они перестали звучать в моей голове.       Вдруг меня кто-то тронул за голову, но я сразу же попыталась отбить это прикосновение от себя. Я сейчас ничего не понимаю, не слышу и не вижу. Но меня снова затронули, будто пытались меня поднять. - Не трогайте меня! - снова крикнула я, но меня не послушали, силой взяли на руки и куда понесли, - Пожалуйста, - снова попросила я, хотя понимала, что вежливость здесь совершенно бессмыслена. Слабость меня одолела, мне плохо, даже больше не физически, чем морально.       Я открыла глаза, чтобы картинка с места убийства Мери поменялась, и я вспомнила, что нахожусь сейчас не там, а в коридоре на втором этаже. Но перед глазами оказался кто-то, парень, который меня куда-то нёс. Не знаю, показалось мне или нет, но вроде я разглядела синюю маску на его лице. Джек? Но так как опустошение в душе разрослось до чёрной дыры, мне почему-то стало всё равно, хоть и ощущала, как моё тело трясёт, толи от страха, толи от бессилия, толи от боли... я лишь закрыла глаза, чтобы попытаться снова забыться.