Ох... "Не жизнь, а сказка"

//Pov//Джесс//       Только эти слова прозвучали из его уст, как по телу прошлась ледяная волна. Я чаще задышала, чтобы скрыть панику, которая распространялась по мне, парализуя всё тело. В горле стоял огромный ком, я не могла даже сглотнуть, ибо в глазах вновь предстала живая картинка кровожадного монстра, как он вновь и вновь пожирает меня, не оставляя во мне ни капельки крови, и теперь он готов снова напасть на меня. Я не хочу видеть его безобразный вид, это вводит в дикий ужас, так что я предпочла бы забыть данное воспоминание. Теперь понятно, почему он пялился на меня, когда я ела. Возбуждал в себе аппетит. Чёртов извращенец.       Неожиданно он затронул мою руку. Его горячая ладонь легла мне на предплечье, после чего и вовсе опустилась к кисти. От перепада температуры по телу пробежались мурашки. Я даже дёрнуться не могла, до того он внушал неподдельный страх, что дышать становилось невозможно. Мне хотелось наблюдать, что он планирует сделать, но я только лишь прикрыла глаза от нежелания знать, что будет дальше. Страх медленно подползал, парализуя сначала ноги, туловище, а после руки. Но почему-то по зову ненормального голоса в голове, мои глаза открылись, чтобы хоть что-то понимать, что этот монстр планирует сделает.       Он стоял напротив меня, и мой взгляд устремился в его широкую грудь. Сжав губы в полоску, я старалась контролировать своё состояние, чтобы не закричать. Сердце колотилось безумно, аж в ушах надоедливый молоток отстукивал быстрый ритм пульса. Я лишь упёрла взгляд прямо, пытаясь боковым зрением следить за ситуацией. Но проблема оказалась в другом. Джек на самом деле такой широкий и здоровый, что я едва видела края его массивных плеч. Я медленно осматривала его габариты, пока взгляд не упал на его шею. Всё-таки меня поражает его серая кожа. Ну чёрт возьми, он же человек, тогда каким образом он обращается в монстра?       От мыслей меня вывело то, что каннибал поднёс мою руку ближе к своей синей маске. О нет, нет, нет, только не снова! Я резко попятилась назад, но упёрлась только в железный стол, отчего он издал металлический лязг. Я устремила свой взгляд в его синюю маску, стараясь вырвать руку из его ладони, но парень держал меня достаточно крепко. Ухватившись крепкими пальцами за мою тоненькую кисть, каннибал глубоко вдохнул, наблюдая за моей паникой, что начала расти со скоростью геометрической прогрессии. — Не надо, — вымолвила я и снова попыталась вырваться, от чего каннибал сжал руку так сильно, что мои пальцы тут же онемели. Какая же у него сильная хватка! Стало больно и очень не приятно, так как моя рука мгновенно посинела.       Его жёсткий настрой и стойкий взгляд через синюю маску снова напугали меня, отчего я вновь начала сопротивляться, пытаясь отойти от него подальше. Но Джек непоколебимо стоял на месте, будто мои сопротивления никак на него не влияли. Хотя, наверное, так и есть. И всё же он непоколебимо наблюдал за моей паникой, от чего я непроизвольно успокоилась, ибо его чёртово спокойствие внушало ещё больший ужас, создавая ощущение, что он резко передумал, но он лишь молчал. Пнуть его или как-то защититься у меня не хватило смелости, потому что в прошлый раз мне это аукнолось сломанной ногой, любое не послушание - избиение. Так что ему мешает сейчас вновь прибить меня до полусмерти? Я яростно и прерывисто дышала, стараясь как-то оттянуть то, что он задумал, но парень как обычно не говорил ни слова. — Может ты уже наконец-то поймёшь, что сопротивления никак не спасают тебя? — проговорил он, отчего я замерла, вновь глядя в его проклятую маску, - Или мои уроки тебя ничему не учат?       Я ощущала, как перестаю дышать. Мне страшно. Снова. Лёгкие спёрло от проклятого ожидания. Облизнув пересохшие губы, я глянула на свою руку, закусив щёку изнутри. Он сейчас снова укусит меня, я уверена. Джек вдруг поднёс свою руку к синей маске и отодвинул её вверх, оголяя нижнюю часть лица. Я бросила испуганный взгляд на его серые губы, которые чуть ухмыльнулись, увидев, что я со страхом наблюдаю за его действиями. В этот момент я почувствовала себя испуганной собакой, которая нетерпеливо ждала, что сейчас с ней сделают. Вдруг челюсть парня начала непроизвольно двигаться, становясь шире и разрастаясь почти в двое больше его черепа. Губы вынужденно разомкнулись, и из-под них начали виднеться острые зубы, анатомически сформированные почти как у акулы.       И вновь это ужасающее зрелище предстало перед моими глазами. Свободной рукой я опёрлась об железный стол, ибо мои ноги от страха подогнулись, и я была готова рухнуть на кафельный пол. Я глядела на его видоизменение и вновь не верила своим глазам. Что за ужас?! Кто он такой?       Вдруг из его рта вылез язык, толстый и раздвоенный, как у змеи. Он медленно извивался возле его лица, будто грациозный хищник, после чего потянулся к моей руке и облизнул внутреннюю сторону. Я зажмурилась от неожиданных и неприятных ощущений. Язык оказался достаточно мягкий, его невероятная извилистость остро почувствовалась на моей холодной коже, поэтому я дёрнулась, ибо не привыкла, что меня кто-то или что-то облизывает. Я застыла, стараясь не сосредотачиваться на влажных ощущениях. После прикосновения языка, я ощущала влажный след, будто собака облизнула.       И резко боль пронзила мою руку настолько, что аж электрический импульс ударил прямо в плечо. Я взвизгнула, сжав металлический стол так, что казалось, от моей руки останется вмятина на металле. Меня покосило назад, так как ноги подогнулись, и я могла бы грохнуться на пол, но парень другой рукой придержал меня за второе плечо, тем самым стабилизируя моё равновесие. Но мне плевать, так как сейчас боль настолько невероятная, что я кричала, толкая монстра в плечо, стараясь заставить его прекратить, но он как статуя стоял возле меня, давая мне разглядеть, как его острые зубы обхватили всю руку, и как они впились в плоть, высасывая мою кровь. Ощущение, что мне разрывают кожу и ткани, оставляя рваные раны, заставляли моё тело потерять координацию. От увиденного зрелища мне стало плохо, аж в глазах начало всё плыть. Мой крик моментально стих, и я ощущала, как начинаю медленно терять сознание. — Хватит, — еле проговорила я. И впервые в жизни каннибал послушал меня, отпуская мою кисть из своей изуродованной пасти.       Джек неожиданно отпустил моё плечо, отчего моё равновесие вновь пошатнулась, и я упала на пол, не удержав слабое тело на подкошенных ногах. Я неосознанно простонала, издавая какие-то полумёртвые звуки, ибо моё сознание настолько перестало понимать, что происходит, что я бормотала что-то невнятное, даже сама не понимая, что я хочу сказать. Видимо, этот урод настолько много высосал из меня крови, что я ощущала, как моё лицо побледнело, а глаза непроизвольно закрывались, так как веки окаменели и наровились быстрее закрыться. Стараясь не отключаться, я попыталась отползти к стене или к тумбе, хоть к чему-нибудь, чтобы опереть спину и сесть.       Сжав другой рукой укусаную кисть, я откинула голову назад, опираясь на какой-то шкаф. Рука онемела, будто её не просто укусили, а откусили. Я не осмелилась посмотреть, что с ней стало, потому уставилась в потолок, чтобы сознание не отключилось, стараясь не смотреть на яркий свет. Ощущала, как кровь вытекает из множества глубокий ран, что оставили его зубы на руке, потому просто старалась прикрыть их второй ладонью, чтобы кровь меньше текла, но как-то это не особо помогало, она вновь и вновь сочилась из свежих ран.       Рука невыносимо болезненно пульсировала, отчего я несносно хрипела, стараясь как-то унять боль с помощью второй руки, но ничего не выходило. Я неосознанно посмотрела на руку, ужаснувшись от её вида: поверхность была полностью проткнута множеством отверстий, что оставили зубы каннибала. Какие-то из них медленно сочились, а из каких-то отверстий кровь вытекала пульсирующий фонтаном. И вся кровь, что стекала вниз по моей руке, пропитывала чистые штаны. Боже! Я посмотрела на урода, что стоял в несколько метрах от меня. От его вида монстра даже следа не осталась. Он уже успел натянуть маску на лицо и так же ехидно поглядывал на меня, сложив руки на груди. Ублюдок, ненавижу его!       Парень вдруг оттолкнулся от тумбы и устремился в мою сторону. Чёрт, он же сейчас меня снова начнёт избивать! По привычке я хотела отползти, но потом вдруг неожиданно поняла - это ничего не поменяет. Он присел возле меня, уставившись на своё недавнее творение. Я сжала зубы от боли, хоть кровь и текла, но адская боль, что пронзила меня до самых нервов, особо не собиралась униматься, потому я с лютой ненавистью глядела на убийцу, который тоже поднял на меня свой взгляд. Мой же взгляд упёрся в его чёрные круги на маске, в то время как он неотрывно смотрел на меня. Чё он пялится на меня? И вот до моего слуха опять долетает его ехидная усмешка. Урод!       Я продолжала держать вторую руку на укусе, пока вдруг не осознала, что я больше не ощущаю, как течёт кровь. Я оторвала свой ненавистный взгляд от каннибала и приподняла кисть, чтобы посмотреть, что произошло. Мелкие раны от зубов покрылись корочками, которые образуются спустя пару дней на коже, тем самым регенерируя пострадавшие ткани. Но это ведь происходит спустя несколько часов как минимум, а тут процесс заживления прямо на лицо. Мои глаза буквально вытаращились от удивления, ибо я сейчас увидела, как мои раны начали медленно затягиваться. Похлопав глазами, я подумала, что мне мерещиться от шока, или же я выключилась, и мне это сейчас снится. Я другого объяснения найти не в состоянии.       Вылупившись на Джека, я всё ещё пыталась осознать - я сплю? Но судя по спокойному поведению каннибала - он в курсе, что сейчас происходит с моей рукой. Я наблюдала за процессом регенерации будто очарованная магией, хотя это и есть настоящая магия! Ранки от корки перешли в затягивание кожи, а после несколько минут и вовсе зажили, не оставляя ни единого шрама. Я сжала руку, чтобы попытаться ещё раз понять, сон ли это, после чего второй рукой потянулась к зажившим ранам. Ни следа. И боль ушла, будто её не было. Нет, я сплю, это точно не может быть, этого не существует! Ну уж нет, меня эта лживая реальность не обманет. Больше мой мозг не будет обещать мне какие-то надежды. Я настороженно посмотрела на каннибала, и что-то в его взгляде заставило меня передумать, что это сон. Чёрт, это что, блять, взаправду? Если раны так быстро зажили, то моя футболка в крови потому что...       Я интуитивно потянула руку к окровавленному месту футболки. Сквозь ткань я ещё раз пощупала свой бок, после чего с психа подняла край и осмотрела живот. Ничего. Никакого следа ранения нет, абсолютно ничего. А значит, то что мне приснилось, как я с комнаты Джека побежала вниз, потому что кто-то воткнул мне нож в бок - это реальность? То есть это действительно произошло? Это был не сон… в меня действительно воткнули нож, а теперь раны нет, как и на руке. Я посмотрела на Джека, который всё это время наблюдал за моими сменяющими эмоциями. Из меня вырвался нервный смешок. Впервые за это время, что я нахожусь здесь здесь, я издала что-то на подобие смеха, только вот мне совсем не смешно. У просто меня поехала крыша. — Это... — я жестом показала на свою руку, точнее туда, где только что был его укус. Как задать вопрос я тоже не смогла представить. Я глядела на каннибала с явным негодованием, потому что как такое возможно?! — Именно то, что ты увидела, — закончил он моё начало вопроса. До меня опять донеслось, как он довольно ухмыльнулся. Как обычно, он не стал мне что-то объяснять, а значит в свободное время я вновь погружусь в свои мысли в поисках несуществующих ответов. — Теперь я могу мучить тебя вечно, — довольно проговорил он, делая так, чтобы я услышала его удовлетворённый смешок. — Ну прям мечта, — он специально давит на моё моральное состояние, заставляет съёжиться от его сумасшедших желаний. Осознав, что он имел ввиду, мне показалось, я побледнела. Уставившись на него глазами полные ужаса, убийца снова что-то хмыкнул, после чего встал. - Пошли.       Джек потянул мой локоть на себя, заставляя меня подняться с холодного пола. Я хоть и встала, но мои колени всё равно тряслись от перенесённого ужаса. Он же не всерьёз сказал, что будет мучить меня бесконечно? Всё ещё придерживая зажившую руку, я последовала за каннибалом, который вновь направился на выход из своей подопытной комнаты. Да и я рада, что снова уйду от сюда. Только мы вышли на его кухню, как в нос ударил аромат жаренного мяса. Чёрт... Тошнота опять подошла к горлу, а моё сознание ещё не пришло в норму. Я ощущала, как моё тело шатает и кружится голова, так ещё этот запах еды, точнее как... моей подруги? Уперев взгляд в его спину, я хотела, чтобы убийца воспламенился и сгорел живьём. Подонок.       Выйдя в прохладный подвал, мне сразу стало холодно, ибо промокшие кровью майка и штаны прилипли к телу и вызывали мурашки. Трудно дышать. Тошнота снова подкатывала к горлу, в глазах плыло, и сознание вдруг стало невыносимо сонным. Я упёрлась рукой об бетонную стену, чтобы снова не грохнуться. В голову неожиданно врезалось воображение, как Джек расчленяет труп Мери и варит отдельные части тела в сковороде, одновременно поджаривая её органы. Моё воображение играло со мной злую шутку, как я детально представила оторванные куски мяса человеческого тела, как парень отрубает всякие жилки и очищает мышцу от бедра для дальнейшей готовки.       Какой ужас... Эта нелепая картина встала перед глазами, будто это произошло несколько минут назад. Не могу дышать. Схватившись за футболку в районе груди, мне захотелось оттянуть одежду от шеи, казалось, что меня что-то душит. Потом картинка сменилась. Мне вспомнилось, как я ела кусок приготовленного человека, а после перед глазами снова предстало лицо изуродованного монстра. Кадры сменялись один за другим, и мне невыносимо захотелось кричать, чтобы они прекратились. Мне совсем дурно, я начала быстро и глубоко дышать, стараясь попутно следовать за убийцей, но всё равно вынужденно замедлилась. Меня сейчас стошнит.       Вдруг неожиданно ко мне кто-то подошёл и тряхнул за плечо. Я испуганно подняла глаза на человека. Джек стоял перед до мной, пытаясь привести в чувства, но мой взгляд замылился, тошнота стояла в горле, и я готова сблевать от бесконтрольный мыслей. У меня началось ощущение, что я сейчас умру. Стало страшно, хотя ничего не происходило. - Я сейчас задохнусь, - проговорила я и опёрлась рукой об ледяную стену, стараясь выравнять сбившееся дыхание. - Не задохнёшься, дышишь же ещё, - проговорил Джек и тряхнул меня за плечи с такой силой, что аж голова закружилась. Зрение моментально сфокусировалось на его голове и я с удивлением уставилась на него. Тошнота всё ещё присутствовала, но меня перестало мутить. - Чё, психикой тронулась? - спросил парень и отпустил меня, давая мне немного пространства. Он отступил, а я как облупленная стояла возле стены, пытаясь понять, я действительно кукухой тронулась или нет? А может меня Джек решил отравить, подсыпав что-то в мясо, поэтому у меня начались бесконтрольные представление о его жестокости? Но не смотря на нынешние обстоятельства, меня больше не клонило в сон, да и дыхание медленно стабилизировалось.       Джек вновь тронулся с места, двигаясь к выходу из подвала, а я вновь плелась за ним, доходя до лестницы и поднимаясь в зал, точнее я думала, что в зал, но вместо него парень последовал наверх, на второй этаж. Как только мы отошли от дверей, что ввели в зал, как из них вышла девочка, одетая в розовое рваное платье. Она выглядела совсем молодо, даже по-детски, я бы ей дала лет 10-11. Она, видимо, не ожидала нас увидеть, поэтому замерла, рассматривая меня своими большими яркими зелёными глазами. Она пренебрежительно хмыкнула, уперев ядовитый взгляд в Джека. Мне не по себе от её поведения, так как её губы надулись в обиженной гримасе, и она злобно смотрела на каннибала, будто тот всю жизнь обижал её. Я метнула взгляд на парня, но тот даже не остановился, продолжая подниматься к себе наверх.        Осознав, что я отстала, я двинулась следом, вновь оглядев девочку. Казалось бы, дети не могут никак навредить, максимум выбесить своим капризным поведением, но она лишь вселила меня тревогу и желание никогда с ней не пересекаться. Неужели она такая же, как все эти сумасшедшие уроды? А вдруг её похитили? Хотя судя по её внешнему виду, и то, как свободно она себя здесь чувствует, навевает на мысль, что она тоже убийца... Боже… А ведь она достаточно красива, если снять с неё запачканное разодранное платье, причесать её растрёпанные кудрявые волосы, и она станет похоже на маленькую куколку. Что же тут твориться? Почему они все так жаждут убивать?       Хоть я и следовала за парнем наверх, эти ядовитые зелёные глаза так и стояли у меня перед глазами. Кто же она такая? А может она чья-то дочь? А ведь я тоже дочь какой-то убийцы, которая оставила и бросила меня. Может это даже к лучшему? Осознание, что мне придётся искать мать-убийцу настигло меня вновь, и я сжалась, будто меня сейчас закидают тухлыми помидорами. Мне так не хочется этим заниматься, почему именно я? Хотя ответ и так очевиден. Хоть я и её дочь, как мне её найти? Ну что за бред? Неужели мне придётся видится с тем чудовищем чаще, чтобы разыскать эту... как её зовут? Рей?       Вот же грёбаное дерьмо.       Пока я размышляла над своей никчёмной ситуацией, я вдруг заметила, как парень остановился возле стены, что-то щупая на её поверхности. Я подошла чуть ближе, чтобы разглядеть, что так привлекло каннибала. На белой стене остался кровавый отпечаток ладони, будто кто-то оттолкнулся от стены, чтобы идти дальше. Я поморгала, чтобы сфокусировать зрение. Убийца повернулся в мою сторону, оглядывая меня странным взглядом. Я не понимаю, почему он так смотрит. Он кивнул голову в сторону отпечатка, слегка ухмыляясь под маской. Я его смешки теперь наизусть знаю. И что он хочет мне сказать? - Твоё, - тихо проговорил он и вновь развернулся, не задерживаясь долго возле стены. Я не поняла его смысла, поэтому продолжила вглядываться в стену, будто она могла мне показать, что тут произошло несколько часов назад.        Следуя за парнем, я пыталась вспомнить, когда бы я могла оставить кровавый отпечаток на стене на втором этаже. Когда сбегала от Джека? Да, наверное, когда я впервые забежала на второй этаж и в панике заляпала стену своей кровью. Чёрт, а мне бы могло за это прилететь. Вглядевшись в пол, я так же заметила, что на полу тоже присутствует измазанная кровь. Кого-то били? Ещё одна жертва насилия? Иногда кровь каплями располагалась на полу, и мне стало интересно, к какой двери это ведёт. Я следила, куда мы идём, и вот мы дошли до комнаты каннибала, в которую я опять же не хотела заходить. Даже капли крови начинались именно от его двери. Неужели..? Снова потрогав свою окровавленную влажную футболку, в голову врезалось воспоминание, как я выбегала из комнаты Джека с ножом в животе, пытаясь оторваться от того, кто меня ранил. Чёрт, это же я всё заляпала!       Только я оказалась внутри, как в глаза бросилась размазанная кровь на полу. Я осторожно сглотнула, боясь, что Джек сейчас развернется и ударит меня за такую не специальную шалость. Но каннибал даже и слова не сказал, лишь скрылся в своей ванной. Я медленно подошла к кровати, откуда, видимо, всё и началось. Несколько капель всё же попали на простынь постели. Зараза, Джек же меня может избить, что запачкала его кровать. Но если это не он ранил меня, тогда кто? Парень вряд ли бы стал бить меня прямо на своей собственной постели. Ведь как только я захожу в его операционную, у него всегда чисто, даже в комнате не было особого беспорядка. Значит, вряд ли это был он.       Из ванной комнаты вышел Джек. В его руках красовалась старая влажная тряпка. Он кинул её на пол и стал рукой вытирать кровь с пола. У меня чуть челюсть на упала. Впервые я вижу, чтобы он перед до мной убирался. С трудом сглотнув, я наблюдала, как он собирает мою размазанную кровь по полу. Мне даже неловко стало. Переминаясь с ноги на на ногу, я не знала, куда себя деть. Парень встал и вновь скрылся в ванной, наверное, споласкивает тряпку от крови, судя по включенным кранам. И вот он снова вышел и опять стал проделывать все те же действия. Никогда бы не подумала, что каннибал - чистюля, а сказать что-то или спросить, у меня не хватило смелости.       Крови оказалась не так много, поэтому парень закончил очень быстро, после чего расположился на стуле напротив стола. А я осталась стоять в стороне, стараясь оторвать от себя кровавую футболку, что так противно прилегала к моему телу. Джек совсем не обращал на меня внимания, он только открыл свой ноутбук. Я невольно вспомнила, как из экрана выползло нечто, галаграмма, после чего она превратилась в парня-эльфа. Бен, вроде бы. Наблюдая за действиями парня, мне хотелось спросить его хотя бы про душ, чтобы он позволил мне ополоснуться, так как я не хочу опять протухнуть своей же кровью.       Сказать что-то я не решалась, поэтому пялила на него. Сейчас он казался таким умиротворённым, может утолённый голод подействовал на его агрессивное поведение? Он даже убрал мою кровь с пола, что открыло его для меня с новой стороны. Вглядевшись в его маску, я осознавала, как сильно его ненавижу, всей душой проклинаю этого кровожадного и уродливого монстра, но с другой стороны, я бы хотела задать ему пару вопросов о его сущности. Ведь я живу в мире, где такое попросту невозможно, не существует таких уродов, но я увидела это своими собственными глазами. Кто он вообще такой? Зачем он убивает и жрёт людей? Что же ты за тварь, Джек? — Чё ты пялишь? Иди в душ, — он развернулся на стуле в мою сторону, указывая рукой на тумбочку возле кровати, на котором лежало полотенце. Когда он успел принести его? Я неловко взяла его в руки, стараясь не запачкать его ещё не высохшей кровью. Каннибал увидел, что я вот-вот уйду с поля его зрения, поэтому опять уставился в компьютер. Пока он в таком состоянии, может я могу спросить его хоть о чём-нибудь? — Как зовут девочку? — быстро спросила я. О регенерации мне нет смысла спрашивать - не ответит. О его сущности тоже. Он весьма скрытный, или же просто не хочет делиться со мной подобной информацией. — Салли, — ответил он, так и не поворачиваясь ко мне лицом. Он продолжал что-то искать в ноутбуке, а я только хмыкнула на его ответ. Салли значит. Хоть эта девочка и показалась мне достаточно... недовольной, но я явно не хочу с ней когда-либо пересекаться. Но всё же, почему она тут? Почему она крутится с убийцами? — А как она тут оказалась? — я не знала, что значит "тут", но вопрос сам вылетел из меня, потому что иного вопроса я задать так и не решилась. Каннибал развернулся на стуле ко мне. Сложив руки на груди, он просто смотрел на меня и молчал. И почему он опять молчит? Думает? Мне становилось не по себе, когда он вот так наблюдает и при этом молчит. Наводит страх. — Потом, — наконец сказал каннибал и вновь отвернулся. Понятно, разговор не заладится.       Я не стала докучать его своими расспросами, он явно не настроен когда-либо со мной разговаривать, поэтому я просто пошла в душ. Закрывшись в ванной, я глянула на себя в зеркало. Опять в крови. Последний раз, когда я тут была, я тоже мылась, смывала с себя все издевательства, которые вытерпела от этого урода. Сняв одежду и опять замотав её в комок, я зашла в душ, чтобы привести себя в порядок. В этот раз всё оказалось куда приятнее, ибо вода не раздражала раны, поэтому я позволила себе небольшую шалость постоять под тёплым душем некоторое время, пока не почувствовала, что достаточно задержалась.       Взяв полотенце, чтобы замотаться, я мельком глянула на себя в зеркало. Нахмурив брови, я не сразу заметила с прошлого раза каких-либо отличий. Но в этот раз мне приятнее смотреть на себя. Хоть я и оставалась всё такой же худой, как чёртов ходячий скелет, но моё тело уже не касалось таким бледным, и я больше не похожа на оживший труп. Ну что тогда изменилось? Присмотревшись по лучше, я всё так же заметила огромный шрам на животе, что останется моим вечным напоминанием и самым страшным воспоминанием, как я лежала распотрашённая на операционном столе каннибала и осознавала всё, что происходило, видела, как он поедал мой орган. Дотронувшись до загрубевшего рубца, я провела по нему пальцем, подмечая, насколько же он жёсткий. Чёрт... какой же ты ублюдок, Джек.       Но на самом деле я ещё заметила, что на моем исхудалом и тощим теле нет больше ни синяков, ни гематом, никаких-либо ссадин. Неужели то, что случилось с моей рукой, произошло тоже самое и с другими ранами и синяками? Или же всё так быстро зажило? Нет, невозможно, таким гематомам и синяк нужно больше времени, гораздо больше. Но что тогда происходит? Я болею? Или становлюсь сказочным вампиром? Но не только гематомы ушли с моего лица, опухоль на лице явно спала, словно и не было сломанного носа и избитого лица. Пытаясь вспомнить, какие ещё у меня были повреждения, я вспомнила про изнасилование, как сильно у меня болело внизу после того... урода, что так бесцеремонно и грубо трахал меня на своих проклятый кожаных качелях. Пытаясь сжать мышцы тазового дна, я не так же не ощутила явной боли. Ну ахренеть можно.       Я упёрлась руками об раковину, пытаясь принять то, что я только что увидела и поняла. Мои раны зажили. Вот так просто затянулись и всё. Я увидела этот процесс своими глазами. Чёрт, я так точно сойду с ума, пережить столько эмоций и событий... не каждый нормальный человек справиться. Я ощущаю, как моя психика начинает страдать. Что это было в подвале? Паника. Паническая атака. Она показалась мне настолько сильной, что казалось, я задохнусь и умру. Вот так просто. Перенесу все издевательства, которые не каждый человек может перенести, а умру просто задохнувшись на ровном месте.       Чёрт, как же мне хочется домой. Воспоминание о доме всегда греют душу, а теперь я даже не знаю, останусь ли жива. Если даже я найду эту Рей, где гарантии, что меня отпустят? Я вспомнила своих настоящий маму и папу. В груди защемила невыносимая тоска, такая сильная, что слёзы опять полились по-моему лицу. Я ведь они даже не подозревают, через что я прохожу: мне ломают кости, отрывают от меня куски заживо и едят органы, пьют кровь, вставляют ножи в бок, насилуют, заставляют есть человечину, мою же подругу…       Пытаясь не вгонять себя в бездонную депрессию, я умыла лицо холодной водой, чтобы привести себя в порядок. Физически стало легче, но в груди так больно и тоскливо. Страшно. Я даже уже под снотворным не могу спать, кто-то обязательно придёт в эту чёртову комнату и выманит меня за её пределы, чтобы продолжить издевательства. Выключив кран, я собиралась надеть одежду, но обнаружила, что сменку мне так и не дали. Обернувшись небольшим полотенцем, я вышла в комнату к Джеку.       На бессильных ногах я присела на кровать, пытаясь не смотреть на парня, что до сих пор глядел в ноутбук. Некоторое время он не обращал на меня внимание. Стало прохладно, и я обняла себя руками, чтобы согреться. Исхудав в этом месте, во мне не осталось ничего, чтобы как-то защитить себя от холода, поэтому даже мимолётный ветерок вызывал дискомфорт.       Джек неожиданно встал, отчего его стул слегка скрипнул. Я чуть дёрнулась от неожиданности. Каннибал подошёл к шкафу, открыв дверцу, и что-то взял с полки, после чего протянул мне стопку свежей одежды. Ну спасибо. Я приняла его благосклонность и скрылась за дверьми ванной комнаты. Когда я надела на себя футболку, то с ужасом осознала, что он дал мне свою одежду. Вот только небольшие шорты мне не показались мужскими. Ладно, не буду думать об этом.       Когда я вышла из ванной и подошла к кровати, я мельком увидела, как лучи солнца стали еле заглядывать в комнату, пробираясь сквозь синие шторы. Уже светает. Мда, каждая ночь насыщена событиями, которые происходят именно со мной. Дни здесь летят с невероятной скоростью, не удивительно, что я теряюсь во времени. Присмотревшись в щель между шторами, я разглядела, как из-за гор выглядывало солнышко, а вот лесные обитатели всё ещё спали, даже ранние пташки не хотели просыпаться. Грустно выдохнув, я решилась прилечь на кровать, в надежде, что Джек не наорёт на меня и позволит отдохнуть. Натянув на себя одеяло, я прилегла на мягкий матрас. Боже... Это единственное удовлетворение, которое я могу тут получить. Ещё раз посмотрев на парня, я убедилась, что он не собирается ложиться спать. Оно и к лучшему. Отвернувшись к стене, я закрыла глаза, не заметив, как провалилась в сон. //Pov//Автор//       Джон сидел за компьютером, вновь и вновь сверяя свои сведения, найденные улики и проведённые анализы. Он снова прочитывал разные статьи в интернете, из полицейских источников и забытых документах, чтобы наткнуться хоть на какие-то факты, которые могут привести его к похитителю дочери. Мужчина потёр глаза, которые от переутомления покраснели, даже роговица пересохла от постоянного напряжение. Закрыв все листки и папки, которые он просматривал на протяжение всего дня, он прилёг на стол. Под светом монитора он думал и прокручивал то, что ему понадобится для дальнейшего расследования. Рядом стоял почти выпитый Корвалол, так как Джон сильно переживал и в последние дни не мог спать. Только сидел и думал, как спасти свою дочь. Весь его подвал перерыли в поисках улик, комната Джесс стояла разгромленной, смогли только убрать тела убитых, а остальное всё ещё было не тронутым. Каждая улика проверяется экспертами, постоянно приходят готовые анализы и экспертизы, но пока они просто дополняли картину, но никак её не раскрывали. Даже неизвестное вещество, что нашёл Скай, до сих пор обрабатывалось, и так же ввело в заблуждение многих экспертов.       Нежные руки неожиданно опустились на его зажатые плечи, что заставило вздрогнуть мужчину. Он настолько погрузился в свои бесконечные мысли, что даже прикосновение жены испугали его. Сзади него стояла Клер, медленно гладя его по спутанным волосам. Она ничего не говорила, да и нечего было говорить. Её ласки заставили плечи детектива поникнуть, расслабиться и сбросить напряжение. Она ни раз говорила ему, что ему нужен отдых и свежая голова, иначе он только запутается. Да и сам Джон всё понимал. Но сон ни в одном глазу. Он устал, очень хочет спать, но не может заснуть.       Мужчина встал со стула и нежно погладил женщину по распухшей щеке. Пару дней она всё же встала с постели и сама заговорила с мужчиной по поводу расследования. Джон много что рассказал, лишь упустив самые жестокие и ужасающие детали преступления. Клер наконец-то смогла взять себя в руки, хотя этого состояние никогда не хватало на долгое время. В какой-то момент она могла пить чай и снова начать плакать, закрывшись в ванной. Но Джон всё равно слышал её душевные страдания, иногда успокаивал, когда мог. Но теперь детектив взялся за это расследования, что вселяло надежду в них обоих. — Нам нужно отдохнуть, — сказала Клер, медленно убирая руку Джона от лица, но не переставая держать его ладонь в холодных руках.       Мужчина покивал и пошёл в ванную, чтобы умыться и хоть как-то смыть с себя сильное переутомление. Облив лицо холодной водой, он снова задумался. Пока он его мозг по сей день бодр, он бесконтрольно придумывал различные идеи. И одна из них заставила Джона посмотреть на себя в зеркало с полным удивлением и страхом. Он подумал, что если он сейчас вернётся в свой дом и заново всё осмотрит? Сам. Без контроля начальника и всяких экспертов. Это, конечно, грубое нарушение, да и плевать он хотел на это. Ради Джесс он мог нарушить не только правило, но и закон, если это потребуется. Ещё раз ополоснув лицо водой, он вышел из ванной, поглядывая на утомлённую супругу, что ждала его на кухне. - Я должен идти, - сказал Джон, пытаясь вложить в эти слова больше нежности, что бы жена вновь не перенервничала, но слова получились больше решительными, чем мягкими. Женщина уставилась на него непонятным взглядом, поглядывая на время на кухне. Уже почти 2 часа ночи, куда бы он мог собраться? - Куда? - спросила она, медленно вставая со стула. Ей это очень не нравится, что за сумасшедшая идея пришла ему в уставшую голову на ночь глядя? - Я хочу лично осмотреть наш дом, - проговорил он, виновато глядя на свою жену. Мужчина не хотел врать, он мог сделать хуже, если бы солгал, а сказать правду было проще как для него, так и для Клер. Идея, что пришла ему буквально минуту назад, не даст ему заснуть, а днём его могли неожиданно вызвать на участок. Да, в доме темно, и нет света, но почему-то его интуиция почти кричала, что он должен пойти. - Ты с ума сошёл? Уже глубокая ночь, - возразила женщина и подошла к супругу чуть ближе, пытаясь донести до него, что это плохая идея. - Подожди хотя бы до утра, - она положила свои руки ему на плечи, стараясь убедить, чтобы он остался, но мужчина только покачал в головой в знак протеста. - Утром могут снова вызвать, как и днём. Я должен идти сейчас, иначе я не засну, - проговорил он, поглаживая руки супруги. Он поцеловал её в щеку, вкладывая в этот жест то, что он будет в порядке, и что она должна довериться ему. - А если убийца вернётся? Ты же сам говорил, что некоторые убийцы возвращаются на места своих преступлений, - взволнованно спросила Клер, и на её глазах снова выступили слёзы горечи и страха. Она сжала футболку мужа в руках, хватаясь за него, как за спасательный канат, но он оставался непреклонен. - Не вернётся. Верь мне, - снова сказал он и обнял переживающую жену, чтобы она не накручивала себя придуманными проблемами. - Я оставлю тебе рацию, чтобы докладывать тебе, что я в порядке. Если что-то пойдет не так, ты позвонишь Лему. Но я уверен, что до этого не дойдёт, - он положил в её руку небольшую рацию, показывая, как ей пользоваться. Он знал, что супруга не уснёт, будет ждать его возвращения, потому старательно успокаивал её. Она со слезами на глазах внимательно слушала его разъяснения, пытаясь побороть в себе нарастающую панику.       Когда жена всё же взяла себя в руки, Джон быстро оделся, вооружившись рацией и фонариком. Он даже взял батарейки, на всякий случай. На выходе детектив снова оглядел Клер, которая стояла возле порога и провожала его беспокойными глазами. Джон лишь кивнул на прощание и вышел из отеля, попутно вызывая такси, чтобы прибыть к месту назначения.       Как только машина остановилась возле их дома, что до сих пор огорожен полицейской лентой, он сказал в рацию, что прибыл, и попросил жену не слишком часто связываться с ним, чтобы он смог внимательно всё осмотреть и поразмышлять над ужасающей картиной, что произошла в его доме совершенно недавно. Получив соглашение от супруги, он положил рацию в карман и направился на ограждённую территорию.       Джон пролез под лентой и оказался напротив входа в дом. Сразу включив фонарик, он принялся обыскивать землю в поисках не найденных улик. Но пока что на внешней территории он не смог обнаружить то, за что бы он мог зацепиться, поэтому последовал к подвалу. На траве уже и вовсе не осталось никакой крови, скорее всего, она вымылась недавнем дождём или сыростью от росы. Взглянув на железную дверь, что вела в злосчастный подвал, Джон нервно сглотнул. Хоть он уже и видел тот ужас, что царил в той комнате несколько дней назад, то сейчас ему стало и вовсе не по себе.       Открыв дверь, он всё же спустился вниз, обводя фонарём помещение. Он снова приметил брызги крови на стенах, и беспорядок, что до сих пор царил по всему холодному подвалу. В прошлый раз он хорошо обыскал данное помещение, оглядев щиток, опрокинутые инструменты и лужу крови прямо по середине пола. Он внутренне понимал, что тут он вряд ли найдёт что-то, что ему поможет, поэтому ещё раз оглядев это место, он вышел.       Внутреннее чутьё подсказывало ему, что, возможно в доме, он сможет найти какие-либо улики, или хоть что-нибудь, что они могли бы упустить. Подойдя ко входу, он раскрыл дверь и вошёл внутрь. Дом встретил его отстранёно, будто он и не жил здесь всю жизнь. В темноте, в едва уловимом свете ночи, он разглядел застоявшуюся мебель. С такого ракурса может показаться, что дом и вовсе заброшен. С коридора можно хорошо разглядеть зал, где весела тоненькая тюль, что раскачивалась на едва уловимом ветру. Судя по всему, где-то открыто окно, потому что воздух не стоял спёртый, наоборот, пахло свежестью. Джон прошёлся вдоль гостиницы, подмечая лёгких скрип полов. Тишина. Оглушительная тишина. Дом совсем не внушал прежнего уюта, как будто нарочно показывая детективу, что теперь их собственное жилище не будет впредь таким комфортным и живым. Отныне, всё, что окружает его, будет напоминать, что тут действительно произошло.       Глубоко вздохнув, Джон двинулся в зал, проверяя, что тут могло произойти. Он ничего не заметил, лишь увидел несколько брошенных журналов жены. Всё казалось таким безликим, пустым. Нет прежней уютной атмосферы, лишь прохладный ветерок и пустой дом. Детектив обыскал зал, после чего двинулся на кухню. Он помнит, что тут была разбитая посуда. Мужчина так же припоминает, как полицейские осматривали кухонные тумбы, чтобы найти отпечатки пальцев и удостовериться, что они принадлежат убийце, но ничего не нашли, лишь обнаружили, что из верхнего ящика гарнитура была вынута одна тарелка, что потом, предполагаемо, разбилась.       Если бы это была его дочь, что по не аккуратности разбила тарелку, то на ручке дверки оказались бы её отпечатки, и она бы убрала осколки с кафеля. А значит, кто-то специально разбил посуду, чтобы выманить подростков в зал, или наоборот, напугать, чтобы потом зарезать всех прямо в комнате Джесс. От предполагаемого вывода Джона болезненно передёрнуло. Он нервно выдохнул, пытаясь успокоить бешеное сердце. Он опять почувствовал колющее чувство в груди, но сейчас не время давать слабину. Поэтому мужчина расправил плечи, чтобы вдохнуть воздуха побольше и успокоить себя.       Убедившись, что на первом этаже он больше ничего не найдёт, мужчина двинулся по лестнице на второй этаж, к комнате Джесс. Проходя вдоль небольшого коридора, он так же вспомнил, что и тут была разбитая ваза. Убийца по-любому давал им понять, что он тут, ждёт, когда они выйдут, чтобы после похитить или убить.       Войдя в комнату дочери, детектива опять передёрнуло, да так сильно, что его руки моментально вспотели, а фонарик наровился выскользнуть из влажных ладоней. Ухватившись за него покрепче, мужчина оглядел помещение: на полу и частично на белом ковре остался след от засохшей и пропитанной крови Эшли, что лежала в полумёртвом состоянии с огромной раной на животе. Мимолётно в голове Джона прошлось воспоминание, как он спасал ей жизнь, и был почти уверен, что не сможет этого сделать, уж слишком много крови она потеряла в ту ночь. Но девочка чудом осталась жива и сейчас находится в больнице.       Джон так же оглядел другое место, где лежал парень с распотрашённым животом. Тогда его кишки вывалились наружу, вытягивая за собой и остальные органы брюшной полости. Его лицо перекосилось от боли и ужаса, который он увидел перед страшной смертью. Ужасная картина, сколько же жестокости у этого убийцы... Мужчина почувствовал, как его слегка затошнило, но всё же сглотнул ком в горле, стараясь угомонить разбушевавшийся желудок. Пытаясь больше не вспоминать кровавые зрелища, Джон прошёлся по комнате. Должно тут быть что-то.       Он пока не мог точно отыскать нужную зацепку, но почему-то именно комната Джесс заставляла бродить вдоль комнаты. Мужчина осмотрел каждую деталь, замечая пустые бутылки из-под палённого шампанского. На письменном столе стояли хрустальные бокалы, из который, вероятно, ребята выпивали. Пастель скомкана, на ней явно лежали и бесились подростки. Некоторые вещи, что оставались здесь после совершения преступления, были изъяты и переданы на расследования, но всё же, что-то осталось на месте. Например, шоколад, что тоже лежал рядом с бокалами, видимо, для закуски.       Комната пустовала. А ведь раньше тут жила его дочь. Джону крайне тяжело тут находится, ибо мозг работает так, что он невольно заставляет вспоминать хорошие воспоминания, которые они создали с Джесс в этой комнате. Здесь были и хорошие моменты, связанные с одобрением родителей по поводу гостей, и ругань, когда дочь обижалась на родителей из-за очередной поучительной тирады. Мужчина потёр лицо руками, разгоняя нахлынувшие воспоминание. Не время настальгировать.       Мужчина вновь прошёлся по комнате, решив обшарить самые затаённые углы, и когда он заглянул под кровать, то обнаружил чей-то мобильный телефон, что был скрыт от всех свисающим на пол пледом. Джон взял устройство в руки, пытаясь осознать, чей это телефон, но не припомнил, чтобы Джесс пользовалась такой моделью. Взбудораженный находкой, бывший, а видимо уже нынешний, детектив присел на кровать, молясь, чтобы телефон смог включиться. Нажав кнопку блокировки, экран окатил лицо мужчины ярким светом, отчего он зажмурился.       Глянув на зарядку, оставалось совсем мало процентов, он вот-вот выключится. Тогда мужчина глянул на розетку, стараясь вспомнить, где Джесс заряжала свой телефон. И он нашёл воткнутую зарядку. Из-за этого случая он много раз ругал дочь, но сейчас уже не важно. Посмотрев, сможет ли она подойти к телефону, он всё же воткнул её. Облегчённо выдохнув, Джон снова уселся на матрас, пытаясь выяснить, есть ли пароль. Но то ли судьба оказалась милостива, то ли просто везение преследовало мужчину в эту ночь, но телефон разблокировался, что означало - пароля нет.       Он понимал, что сейчас может нарушить личные границы владельца телефона, но ведь он даже не знал, кому устройство принадлежит. Поэтому сначала он открыл вызовы, и нашёл исходящий звонок от Джесс. Его дочь звонила в тот зловещий день кому-то. В вызовах так же было много пропущенных вызовов от родителей Мери, что бесконтрольно разрывали телефон. Естественно, им никто не ответил. А ведь родители практически не показывались в участке, а может они приходили, когда его не было. Скорее всего так есть. Пролистав остальные контакты, что были сохранены и записаны, детектив сделал вывод, что это телефон пропавшей подруги - Мери. От осознание его руки затряслись, вдруг он сможет найти хоть что-нибудь.       Понимая, что он вынужден проверить телефон для дальнейшего хода расследования, он открыл галерею, окончательно убедившись, что это телефон лучшей подруги дочери. На фотографиях была именно она, а некоторые фото были сохранены и с Джесс. А ведь он прежде не видел этих фотографий. Слегка улыбнувшись от вида счастливой дочери, у мужчины заслезились глаза. Как же он скучает по ней... именно поэтому он нашёл дату того дня и обнаружил записанное видео. Дрожащими руками он нажал на кнопку "плей".       На видео была запечатлена комната Джесс, где они, все 6 человек, находились у него дома и развлекались, выпивая алкоголь и просто дурачась на кровати. Узнав бы он при нормальных обстоятельствах, Джону стало бы крайне не приятно, ведь дочь не предупредила, что собирается позвать друзей к себе домой, при этом воспользовалась их отсутствием. Но сейчас, наоборот, всё казалось так, как должно быть. Улыбнувшись шуткам, что так же попали в видео, мужчина чуть улыбнулся, будто и сам находился там, с ними, и просто наслаждался время провождением.       Но тут свет выключился и все ребята затихли. Сначала они не придали этому большое значение, поэтому постарались пощёлкать выключатель, в надежде, что это был небольшой сбой. Потом они думали, что лампочка перегорела, потому проверили компьютер. Но он тоже оказался выключен. Следом они выглянули в окно, чтобы понять, вдруг свет вырубили именно в их районе. В итоге они поняли, что именно дом оказался обесточен. С динамика послышались возмутительные голосы, а так же засветилось обеспокоенное лицо Джесс, которая искринне не понимала, что случилось. А ведь это и была роковая ошибка - спуститься в подвал. И Джон её предупреждал - не ходить туда. После нескольких возгласом и разговоров, что делать, видео останавливается.       Джон замер, вглядываясь в пустой экран. Он будто и сам испытал то жуткое волнение, недопонимание и мимолётный страх. Вспомнив, что в подвале провод в щитке оказался перерезан и были опущены штекеры, мужчину будто окатили ледяной волной, потому что он осознал - убийца уже пришёл в его дом и вскрыл замок в подвал, чтобы вырубить свет и начать свои ужасающие планы. По его лбу потекла капелька пота, но детектив и вовсе не ощущал это.       Вдруг в рации что-то зашипело, вероятно, Клер оказалась обеспокоена его долгим отсутствием. Дёрнувшись всем застывшим телом, мужчина вытащил вибрирующую рацию из кармана и нажал кнопку приёма. Но связь никак не хотела работать, доносились обрывки фраз женщины и шипение, как из сломанного радио. Пытаясь настроить устройства на нужный сигнал, он так и не смог отрегулировать рацию. Неужели в их доме нет сети? Взяв свой телефон в руки, он проверил связь и выход в интернет - ничего. Это странно. Неужели у него закончились деньги на телефоне? Хотя вряд ли. Рация до сих пор шипела от помех.       Детектив поднялся с матраса, засовывая найденный телефон в карман. Нужно как можно быстрее покинуть дом, чтобы его жена не распереживалась и не потеряла сознание от волнения. Дав себе несколько минут, он ещё раз окинул испуганный и задумчивым взглядом комнату. Как давно нет связи? Судя по исходящему вызову в телефоне Мери - связь была, но потом пропала. Это как-то связано с убийцей? Но ведь даже глушилка не способна полностью оборвать и интернет и связь, если конечно, она не от правительства и не предоставлена ФБР. А ведь Скай из ФБР, детектив может позже спросить у него.       Джон намеривался выйти из дома, как остановился в комнате как вкопанный. Собственные мысли и догадки вновь стали врываться в голову, словно беспощадные пули. Чёрт... Он ещё раз оглядел телефон Мери, чтобы убедиться, что ему не показалось. Связи точно нет.       Поэтому никто из ребят не смог вызвать полицию или связаться с кем-то через интернет, и в 911 никаких вызовов не последовало. Джон не мог утверждать точно, но его интуиция говорила обратное - что-то здесь не чисто. Следуя логике из видео, убийца вырубил электричество, этим самым выманив Метта и Уилла за пределы дома, в подвал. Скорее всего, с ними пошла и его дочь, ведь она хозяйка этого дома. А ещё это подтвердила Эшли, когда они разговаривали в больнице. Она упомянула, что Джесс ушла с Меттом. После этого убийца либо запер их в подвале, либо сразу убил. Но вновь вспоминая рассказа Эшли, он припомнил, что Джесс вернулась испуганная. Почему? Увидела убийцу?        Но если вернуться в момент, к событиям в подвале, Метта распотрашили и вытащили почки. Это значит, что убийце нужно было время, а из этого следует, что бойня в подвале произошла позже. Скорее всего, Метт оказался в подвале один на один с убийцей, после чего оказался убит. И кровь на стене тоже оказалась его. Ему порезали горло, после чего зверски убили на полу. Джесс пошла с ним, чтобы открыть в дверь подвал, ведь позже ключи лежали в траве. Но Метта убили первым, а значит, Джесс смогла вырваться и выбежать. Поэтому она вернулась без друга. Но почему тогда Уилл пошёл в подвал? Его время смерти отличается от время смерти Метта, значит он был убит позже, а значит и в подвал спустился позже. Из рассказа Эшли он понял, что Джесс снова спутилась в подвал, на этот раз вместе с Уиллом.       Если же Джесс выбежала из подвала и попросила Уилла проверить, значит она не увидела, что её друга Метта убили? Иначе зачем ей идти на верную смерть? А значит картина складывается такой: Метт и Джесс пошли в подвал проверить щиток, но дверь уже оказалась взломана. Света в доме нет, значит в подвале они были в полной и кромешной темноте. Возможно, найдя причину отключения электричества, они решили вернуться, но убийца уже был там и наблюдал за ними! А затем возле лестницы перерезал парню горло, прямо как в игре про стэлс, чтобы сделать всё тихо и подчистую. А значит Метт шёл сзади Джесс, и она не увидела и не услышала, что друга убили прямо за её спиной!       От возможной догадки последовательности событий, Джон вымок прямо на месте. Сердце стучало бешено, будто и вовсе готово выпрыгнуть, дышать стало трудно, будто температура поднялась под градусов сорок. Ему плохо, очень плохо, пот покатился по груди и по спине, пропитывая ткань одежды. Вытирая лоб от испарины, мужчина вышел в коридор, ощущая свежесть от открытых окон на первом этаже.       Неожиданно Джон вспомнил про рвоту, которую отнесли к его дочери. Значит Джесс и Уилл спустились вместе в подвал, видимо узнать, что случилось с Меттом. Началась драка за выживание, где Уилл однозначно проиграл. Убивая Метта, убийца пользовался слишком острым инструментом, вероятно, скальпелем, а Эшли была ранена ножом. Хотя на счёт Гарри он не уверен, ведь выпотрошить кишки можно и другим острым предметом. Убийца носит несколько орудий убийства? И вновь вспоминаная показания подруги Эшли, она подтвердила его теорию. Убийц было двое. Джон понял, что ему нужно проверить камеры, подъезжал ли кто-нибудь к их дому.       Но Уилл... он был просто избит. Силы удара оказались такими сильными, что убийца просто избил его до смерти. Или же они убивали парня вдвоём? Из двух вариантов, Джон больше склонялся, что убийц оказалось двое, потому что похищены две девушки. Но почему тогда Джесс вырвало? Наверное, она увидела, что случилось с Мэттом, что дало естесвенную реакцию организма, а значит убийца уже не ждал в подвале, скорее всего, ушёл на второй этаж, чтобы убить остальных. Но Джесс и Уилл могли услышать грохот сверху, или хотя бы выбежать из подвала, раз они увидели свежий труп. Почему не выбежали? Их заперли? Однозначно.       А битая посуда? Чтобы выманить подростков. И судя по тому, что пропала Мери, и примерно понимая её бесстаршный характер, она вышла, где её либо вырубили, либо быстро заткнули рот и связали. А скорее всего, оказывается первый вариант, чтобы не поднимать лишний шум. А после чего убийца убил тех, кто находился наверху - Гарри и Эшли. Но почему они опустили тот факт, что Эшли может выжить? Мало времени? Вряд ли. Раз у него было время распотрашить и вырезать почки Метта, значит убийца не спешил. Тогда что случилось? Его отвлекли? Но кто? Он, вряд ли, был один. Кто-то другой тоже пожаловал в их дом. Их точно было двое. Не больше. Иначе было бы слышком много шуму, и они вряд ли бы допустили дальнейшую жизнь Эшли.       После совершённого убийства на втором этаже, они спустились в подвал и завершили своё дело - убили Уилла и похитили Джесс, вместе с Мери. Сволочи... Джон аж от злости ударил кулаком по стене. Как такое возможно? Зачем? Что им было нужно? На глазах навернулись слёзы горечи, прожигая веки от сдерживаемой истерики. В груди сдавил тяжёлый груз, выдавливая из Джона глухой болезненный стон. С одной стороны, он понял, как всё произошло, но с другой стороны, куда убийцы отправились потом - он не понял. Поэтому мужчина быстро покинул дом, внутри себя ощущая, что больше он не найдёт в доме нужных улик и доказательств. Причём эти уроды действовали крайне профессионально, ни оставив после себя никаких улик и отпечатков, даже почерк убийств оказался совершенно разный. Сукины дети.       Джон буквально вылетел из дверей, покидая обведённую летной территорию. Достав рацию, он стал наблюдать, когда он сможет выйти на связь. Стоило ему отойти на несколько метров от дома, как рация перестала издавать помехи и на другом конце послышался встревоженный и дрожащий голос Клер. Мужчина тут же поторопился её успокоить, сказав, что через несколько минут он вернётся в отель и расскажет, что обнаружил. //Pov//Джесс//       Меня разбудили толчки в спину. Я думала, мне показалось, или что Джек встал с кровати. Я невольно отодвинулась ближе к прохладной стене, натягивая одеяло по самую шею, чтобы не мешать каннибалу и продолжить спать, но сильный толчок в поясницу вновь меня потревожил. Я разлепила сонные и свинцовые веки, поглядывая в сторону толчков. — Вставай, — сказал парень, выпрямляя спину. Я развернулась к нему лицом, не понимая, что случилось. Что за ЧП? Протерев глаза кулаком, я не всё ещё не могла прийти в себя после глубокого сна. Чувствовала себя лучше, немного отдохнувшей и более менее свежей, но моё моральное состояние заставляло меня желать лучшего.       Я глянула на парня, который одевался. Он опять надел свою паршивую маску. Я когда-нибудь увижу его лицо? Почему он постоянно её носит, даже в помещении? Конечно же, мне сразу бросился в глаза его необычный, даже не человеческий цвет кожи. Бледно-серый. Я пробежала любопытным взглядом по его стройному телу. А он в хорошем телосложении: его торс однозначно подкачен, даже немного высушен, что позволяло увидеть его рельеф мышц, атлетическое телосложение этого парня говорило о том, что он явно очень сильный, возможно быстрый, даже его подкаченные руки притягивали взгляд. Я невольно вспомнила, как он не раз сжжимал моё горло. Поэтому было так больно. Это однозначно дало мне понять - он следит за своим телом. Но для чего? Или для кого? Он высок и широкоплеч, что могло объяснить его непостижимую силу и ловкость в драках. Такой притегательный мужчина, а является настоящим монстром, не только снаружи, но и внутри.       Каннибал всё же надел футболку, закрывая своё тело от моего изучающего взгляда. После чего его маска устремилась прямо на меня. Я интуитивно поняла, что если сейчас в ближайшую секунду я не встану, он лично дернет меня с кровати, что будет весьма больно и не приятно. Поэтому я скинула с себя одело и поплелась в ванную, попутно разлепляя веки.       Я зашла в ванную комнату и взглянула на себя в зеркало. Глаза снова опухли от недостатка сна. Сколько всего я спала? И который час вообще? Но судя по тому, как я себя ощущаю, то проспала я достаточно для восстановления. Включив воду, я выкрутила кран на максимально холодную воду. Сначала умылась, чтобы взбодриться и отогнать отёк с лица. Возле крана, на полке, лежала моя прежде использованная зубная щётка. Спасибо и на этом. Потому принялась приводить себя в порядок, чтобы хоть как-то ощущать себя живой. Взяв какую-то расческу и резинку для волос, я расчесалась и сделала хвост.       Когда я закончила и вышла из ванны, мой живот снова издал голодное бурчание. Чёрт, я снова хочу есть. Интуитивно держа руку на животе, я взглянула на каннибала. Для чего он меня разбудил? Что ему от меня снова нужно? Парень же только ухмыльнулся при звуке урчания. Не перестану повторять, какой же всё-таки он подонок. - У меня осталась добавка со вчера, - как-то весело проговорил он, поглядывая на меня, видимо, ожидая мою реакцию. Меня скривило от воспоминаний о вчера. Сукин сын. За то голод как рукой сняло. Я ничего не ответила, лишь вновь испытала тошноту и тугой ком в груди. И так настроение в полной жопе, а он ещё напоминает, окончательно убивая здравую психику в моей голове. — Пошли за мной, — вновь сказал Джек. И куда?        Если честно, меня уже начало бесить вечно ходить за ним как собачка. Но выхода нет, лучше уж с ним рядом, чем отдельно от него. Убедилась уже. Но если он опять ведёт меня в свою подопытную, я точно сойду с ума, хотя если он захочет меня убить - то пусть.       Как же всё надоело.       Когда мы прошли лестницу и подошли к залу, я невольно напряглась. Даже не знаю что лучше - идти в проклятый подвал или вновь заходить в место, где тусуются эти сумасшедшие уроды? Мы всё же зашли в зал. Относительно тихо, лишь приглушённый телевизор вновь крутил какую-то неизвестную мне передачу. На диване сидел какой-то парень в синей кофте. Я не могла разглядеть его, лишь его профиль, что тоже был скрыт маской. Ну и фетиш же у них на эти грёбанные маски. Хоть в помещении снимали бы их.       Мы зашли на кухню, где сидела какая-то девушка в голубом платье. Сначало мне показалось, что такие платья носят служанки, но её стиль давал понять, что это явно не так. Её лицо казалось мертвенно-бледным, будто она сильно заболела. Её подол рассыпалась по стулу, закрывая бёдра тонкой тканью, а её голени покрывали полосатые чёрно-белые гольфы. Она казалась изящной дамой, на неё прямую осанку хотелось смотреть бесконечно. Но как только она взглянула на меня, меня пробрало от ужаса от его мертвого и безразличного взгляда. Лицо худое, как у утончённой аристократки, а чёрные отросшие волосы свисали прямо на обеденный стол. Заострённый подбородок вздёрнулся вверх, и без того тонкие зажатые губы превратились в ровную линию. Я ожидала, что она заговорит, или хотя бы поздаровается с каннибалом, но они оба молчали.       Джек вдруг отодвинул стул и показал мне, чтобы я села. С явным напряжением моё тело опустилось, и я откинулась на спинку, явно чувствуя себя не комфортно рядом с этой девушкой. Парень вдруг взял чайник, из которого валил пар, и налил в кружку, подавая её мне. В нос ударил аромат свежезавареннего чая — это прекрасно. Я наклонилась к кружке, чтобы снова вдохнуть приятных травянной запах, отчего по телу от горячего пара прошлись приятные мурашки. Я схватилась за чашку, чтобы согреть холодные руки. После Джек поставил мне что-то в тарелке. Это выглядело аппетитно, но я если честно, не понимала, что это. Слава Богу, что точно не мясо, я теперь долго не смогу есть его. Пытаясь понять, что мне подали, я снова нагнулась к тарелки попыталась уловить запах этого блюда, но почувствовала что-то мучное. Пахнет вкусно, прям как человеческая еда. Они могут и нормальную пищу есть? — Как доешь, в зал иди, — сказал мне Джек и вышел из кухни. Чёрт. Я проводила его уходящую спину паническим взглядом. И как только он скрылся, я развернулась к подданому завтраку.       Я осталась наедине с этой девушкой. Я не решалась поглядеть на неё, уж очень жутко становилось от её пронициательного и бездушного взгяда. Мой живот снова издал голодное урчание, отчего мне стало неловко. Пытаясь загулишть звук рукой, которую я положила на недовольный живот, я набиралась смелости схватиться за кружку и отпить немного чая, который я не пила уже долгое время.       Когда я всё-таки осмелилась и отпила глоток горячего напитка, я невольно попробовала кусочек блюда, которое на вкус напомнило сладкую булочку. Сверху она оказалась чем-то полита, какой-то бесцветной жижой, что как раз и придавала мучному изделию слегка сладкий вус. Я спокойно начала уплетать еду, чувствуя, как разгорается аппетит. Как же давно я не ела чего-то сладкого. Поглощая завтрак, я мысленно благодарила Бога, что мне всё-таки выдалась такая возможность и благосклонность этих уродов.       Как только я закончила кушать, я боковым взглядом увидела какое-то неожиданное движение возле стола напротив. Я сначала прислушалась, надеясь понять, что происходит, но не смогла различить какие-либо звуки. Тогда я покосилась на смирно сидящую девушку, стараясь не пересекаться с ней взглядом. Возле неё струился едва различимый дымок, будто кто-то выпустил облако пара. Сначала он просто гулял по воздуху, я думала, что девушка неожиданно закурила. Но когда это облачко превратилось в лысого кота, я замерла от удивления.       Еле как проглатив последний глоток чая, я вспомнила, как голограма из компьютера тоже превратилась в осязаемого человека. Хоть это и произошло единожды, подобные феномены всё равно поражали меня до глубины души. Логикой тут явно не отделаться, если всё-таки попытаться как-то объяснить подобные явления. Это прям как в сказке, ей Богу. Я понимала, что никто уже не удивляется ничему подобному, но для меня, как для простого человека, это казалось волшебством, или же каким-то паранормальным явлением. Но ведь такого не бывает в жизни, и я ничего не курила, чтобы видить такие странные галлюцинации. Хотя мне может просто отбивает память и я медленно схожу с ума?       Отвлекаясь от скептических мыслей, я всё же обратила внимание на животное. Кот был отчасти красив, но ровно так же, как и девушка, внушал ужас. У него нет шерсти, а строение его тела очень странное: он настолько худой, что его эластичная кожа облегала весь кошачий скелет. Хвост оказался настолько длинный, что касался моих колен, щекотя мою коленку кисточкой на кончике. Вглядевшись в такое зрелище, я отчётливо увидела его позвонки, начиная от головы, заканчивая хвостом. Как же жутко.       Девушка погладила кота, который наглым образом лёг ей на колени. Я смотрела как завороженная на их дуэт, и кот почувствовал, что за ним следят, и на меня уставились два горящих жёлтых глаза. Его улыбка, явно не по-кошачьи, расплылась на всю морду, обнажая острые белые зубы. У меня аж дыхание спёрло от такого своеобразного приветствия. У него в одном ухе проделано кольцо, как серёжка, а на лбу красовались узоры, будто ему сделали тату. Впервые вижу такого странного, страшно-красивого кота.       Хоть он и ничего не сказал (хотя я не удивлюсь, если он заговорит), его выразительный взгляд впился в меня, как на странный живой объект. Он вольяжно махал хвостом, и я не понимала, он специально затрагивает меня, вводя меня в ещё большее удивление, или же ненароком соприкается с моей ногой? Я сидела не подвижно, потому что боялась спровоцировать с их стороны агрессию и недовольство. Я опустила взгляд на его хвост и остро почувствовала его торчащие позвонки. Даже не знаю, что я ощущаю в даннный момент - отвращение или восторг?       Еле как оторвал от них свой потрясённый взгляд, я взяла посуду и поставила её в железную раковину. Сначала я собиралась уйти, но вдруг подумала, стоит помыть ли мне за собой? Не долго думая, взяв губку, я вымыла тарелку и кружку и поставила их сохнуть на расстеленном полотенце. Мне так не ловко хозяйничать здесь, поэтому я хотела как можно быстрее покинуть кухню. Я нервничала, поэтому мои руки чуть тряслись. И когда я убедилась, что всё сделала правильно, я буквально выбежала из комнаты.       В гостинице сидел Джек вместе с тем странным парнем. Они просто смотрели телевизор. Каннибал казался немного отстранённым, в то время как тот парень вообще сидел неподвижно, будто восковая кукла. Как только Джек заметил меня, он тут же встал, и не глядя на меня, пошёл куда-то дальше, сворачивая совсем в другой проход. Кажется, я не припоминаю, куда он ведёт. Не желая больше оставаться с непонятными личностями, я пошла за каннибалом следом, явно понимая, что Джек не станет повторять снова. Мы спустились в каменный, в более просторный подвал, в котором, скорее всего, бесконечные свечи для освещения столь тёмного помещения. Меня неожиданно пробрал неподдельный ужас, и голова стала какой-то свинцовой и невыносимо тяжёлой. Я съёжилась от страха, пытаясь понять - куда меня всё-таки ведут. Но потом я вспомнила - Джек ведёт меня к Главному.