Тайны души

      Кол сидел на своём любимом месте, а именно на удобном диване, и попивал уже n-ую бутылку алкоголя. Вчера всё семейство Майклсон (кроме самого Кола) уехали из Мистик Фоллс, Клаус вместе с Анастейшей направились к Хейли и Хоуп, которой на данный момент было четыре года, чтобы та смогла наконец-то увидеть племянницу, о рождении которой узнала совсем недавно, хоть и не сразу в это поверила. Конечно, с ними отправилась и Ребекка, которая в своей племяннице души не чает, и к ним скоро должен присоединиться Элайджа, который верит в то, что единственный путь к воссоединению семейства — это кроха. Конечно, немного наивно, но в каком-то смысле он прав. Кол лишь несколько раз видел малютку, но она ему кого-то очень сильно напоминала, сейчас он начал понимать, кого именно. Может, это была выдумка его больной фантазии, либо пьяный бред, но эта кроха действительно действует на его семью как Ана, его сестра. Она тоже мирит их, хоть это и довольно сложно.       Улыбнувшись своим мыслям, он швырнул опустевшую бутылку в стену, которая вмиг разлетелась на осколки. Потянувшись за очередной бутылкой, которая стояла на столике, он немного заторможено, но всё же взял её в руки. Открыв её, он глотнул прямо из горла содержимое бутылки.       Видимо, древний был достаточно пьян, потому что он совершенно не услышал открывшуюся настежь дверь и влетающую в неё разгневанную вампиршу — ей оказалась Вирджиния.       Пройдя в гостиную, вампирша остановилась, хотя тут больше подойдут слова остолбенела на месте, потому что картину, открывшуюся ей, не каждый день, хотя даже не каждое столетие, увидишь. Ведь она в жизни не видела, чтобы древние до такой степени напивались. Конечно, она древних-то не видела, была лишь знакома с некоторыми из них: с Клаусом, с Анастейшей, с Ребеккой, остальных древних она ни разу-то и не видела.       Но всё-таки немного придя в себя, Вирджиния подошла к пьяному в стельку древнему. Она присела возле него. Он, похоже, только после этого действия заметил гостью. Глаза вампира заплывали, что говорило о том, насколько он пьян. Конечно, его состояние выдавало не только это, его заторможенные движения и бутылки, раскиданные по всей гостиной, говорили о его состояние не хуже. — И что же тебе надо? — похоже, Майклсону было абсолютно плевать на неё и на то, зачем она пришла, но вопрос вылетел сам собой. Сальваторе же повернулась к древнему и сказала: — Ты хоть узнал меня? — конечно, тот момент, когда они познакомились лично, она помнила достаточно хорошо, но всё-таки она была в дрова пьяна, ведь познакомились они на той самой вечеринке, которая была устроена в честь её приезда. — Я не до такой степени пьян! — не очень довольно произнёс он, нормально присев на диван, так как раньше он полусидел-полулежал на нём, а потом произнёс: — Ты Вирджиния Сальваторе! Чего тебе надобно? Я не золотая рыбка, желания исполнять не умею, так что… — он многозначительно посмотрел на девушку, насколько позволяло это ему его состояние, но, видимо, на девушку этот взгляд не подействовал, так как она придвинулась поближе к нему и, взяв бутылку элитного виски, сказала: — Не надо меня выпроваживать! Мне всего лишь нужно знать, куда уехала твоя сестра Анастейша!       Это заявление рассмешило вампира. Отсмеявшись, он произнёс: — Вот скажи, зачем я должен говорить тебе местоположение своей сестры? Я что, обязан тебе, должен? Если кто кому и должен, так это ты мне, за транспортировку тебя до комнаты! — кое-как выговаривая слова, он всё-таки умудрился закончить своё высказывание, последними словами, кстати говоря, вызвав у вампирши что-то на подобии шока. — Так это ты принёс меня тогда? — получив утвердительный кивок на свой вопрос, она продолжила: — Я не требую от тебя этого, просто мои братья страдают, а я не могу смотреть на это! — Причем здесь я? — ухмыльнулся Кол, делая ещё один глоток из бутылки. — Ты ведь знаешь, где она. Скажи мне, прошу! — Я не знаю, где она точно, я знаю лишь то, что она поехала к Хоуп, но где она находится я не знаю! У моего брата пунктик на безопасность своей семьи. Меня, например, чтобы обезопасить, он положил в гроб на несколько веков, — сказав это, Кол отхлебнул ещё немного из полупустой бутылки. Конечно, в адекватном состоянии, он бы не стал говорить всего этого, да ещё и сестре Сальваторе, из-за которого его сестра уехала, но сейчас ему было всё равно на это. — Тогда по какому поводу ты напиваешься? — выпив немного содержимого из бутылки, произнесла девушка. — Моя сестра уехала из-за твоего брата, который умудрился влюбить её в себя и разбить ей сердце, при том что за всю свою вампирскую жизнь она ни разу ни в кого не была влюблена! Я готов его убить, но я дал слово, что не сделаю ничего ни с ним, ни с его друзьями. — Ты всегда выполняешь обещания? — этот момент сильно насторожил двухсотлетнюю вампиршу. — Нет, почти никогда не выполняю, но это не относится к обещаниям, данным моим сёстрам! Их я всегда выполняю! — объяснил вампир, уже допив очередную бутылку виски и так же, как и прошлую, кинув её в стену. — А почему? — решила вывести на чистую воду Кола вампирша, ведь не каждый день предоставляется возможность разговорить древнего и вызвать его на откровенности. — Они меня всегда понимали и принимали. Ана мой лучший друг и любимая сестра, которая всегда меня поддерживала и принимала таким, какой я есть, а Бекки просто принимала меня, да, иногда осуждала, но никогда не обижалась долго, чтобы я ни сделал! Никто меня не понимал, кроме них! — было такое ощущение, что у него в голове сейчас проносились воспоминания, которые подтверждали его слова и которыми он очень дорожил, хотя, возможно, так и было. — Ты сильно их любишь, — улыбнулась Вирджиния, глядя на древнего. Сейчас ей даже стало стыдно за то, что она хотела вытащить из него какие-нибудь их семейные секреты, чтобы если что ими воспользоваться. Немного задумавшись над своим поведением, вампирша не заметила, как Майклсон оказался возле неё с новой бутылкой виски и прилёг на её колени, как обычно это делал с Аной. Что-то в новой знакомой казалось ему родным, хотя это чувство тоже можно было списать на лишний алкоголь в крови древнего. От близости симпатичного вампира, голос Сальваторе-младшей охрип. — Я, наверное, пойду. — Не уходи! — похоже, алкоголь подействовал на него достаточно сильно, ведь раньше он бы ни за что не произнёс подобную фразу, да ещё и таким умоляющим тоном. Древний поднял шоколадные, словно горячий шоколад, глаза и завораживающе посмотрел на Вирджинию, которая несколько минут просто смотрела в его глаза, а потом, нагнувшись к нему, поцеловала манящие губы.       Древний, не задумываясь над своими действиями, ответил на такой страстный поцелуй, притягивая вампиршу к себе поближе, а потом и вовсе перевернул её, оказываясь сверху, продолжая поцелуй.       Как только воздуха стало не хватать, они отстранились друг от друга, оба тяжело дыша от страстного поцелуя. Посмотрев в упор в глаза друг друга, они оба вновь потянулись за поцелуем. Впившись поцелуем в губы девушки, Кол стал поглаживать её талию через ткань шёлкового платья, постепенно спускаясь ниже. С губ он перешёл на шею, еле ощутимо целуя её, слегка покусывая шею время от времени. Руками он сжимал упругие ягодицы девушки, но, видимо, такая игра ему немного наскучила, потому что его руки скользнули к груди. Сжимая её через одежду, одной рукой он играл с грудью, второй же перешёл на спину, расстёгивая замок её платья. Правда, как только он понял, что расстегнуть он его просто не в состоянии, порвал это платье на куски. Он заметил осуждающий взгляд, направленный в его сторону, но не особо обратил на него внимания, так как ему открылось прелестное тело вампирши, которое ему очень даже понравилось, поэтому он стал играть с грудью девушки. Получив на свои действия тихий, едва уловимый стон, он посмотрел в упор в её глаза, замечая то, что они были затуманены. Ухмыльнувшись, он поднял её на руки и на вампирской скорости отнес её в свою комнату и уложил её на огромную кровать с шёлковыми простынями.

Тем временем…

      В доме Сальваторе было достаточно тихо, потому что там находился только Деймон, Стефан давно уже не появлялся в их доме, чему старший Сальваторе был рад, ведь из-за его любимого брата он поссорился с Аной. Вирджиния, конечно, жила здесь, но в последнее время она вообще не разговаривала с ним из-за того, что он натворил. Вампир не особо обращал на это внимание, ведь впервые ему было настолько тошно из-за измены, наверное, потому, что впервые он был влюблён не в Петрову, впервые она тоже была влюблена только в него, и впервые он влюбился настолько быстро. Они знакомы всего несколько недель, а он уже готов спасать её от всего на этом свете, он этого не понимал, как настолько быстро она смогла войти в его сердце и настолько крепко засесть там? На этот вопрос Деймон не мог ответить даже сам себе, но он был уверен в одном точно: он полюбил её всем сердцем, и потерять её было для него хуже смерти, хоть он был и бессмертен.       Сквозь пелену мыслей он улышал тихие шаги, которые подходили к нему. Открыв глаза он обернулся, замечая на себе взгляд своего младшего брата Стефана. — Чего надо? — отстранёно произнёс Деймон, отвернувшись от брата и направив гневный взгляд в стену. — Поговорить! — А я не хочу с тобой говорить! Я ни тебя, ни Елену видеть не хочу! — достаточно серьёзно произнёс он, не смотря на своего брата, который, видимо, подобных слов не ожидал. — Я знаю это, но… — договорить ему не дал Деймон, поднявшийся с дивана. Обернувшись, он слегка покачнулся от алкоголя в крови и, как обычно жестикулируя руками, сказал: — В этом весь ты, брат! Тебе плевать на то, что думают другие, тебе важно лишь то, что решишь ты сам, и плевать на чувства других, что будут чувствовать они! Потому что ты всегда прав, чёрт побери, но ошибки для того и созданы, чтоб на них учиться! Как ты можешь всё это терпеть? Я простил тебя за то, что ты увёл сначала Кэтрин, потом Елену, но Анастейша… Что тебе сделала она? Она первая, кто не выбирала между нами обоими, первая кто запала мне в душу всего за несколько дней, проведённых с ней! Но тебе ведь плевать на что мне больно, главное, что теперь Елене ничего не угрожает, а на остальных плевать! — проговорив это, он посмотрел в упор в глаза своему родному брату и добавил: — Ты пытался убить меня столько раз… Я не отрицаю, было за что… Но сейчас у тебя это получилось и без кола в руках! — сказав последние слова, он обошёл диван и направился в сторону лестницы, проходя мимо удивлённого брата, ведь впервые он говорил с ним так открыто. — Деймон… — Стефан хотел что-то сказать, но Сальваторе-старший как всегда его перебил: — Если я теперь отключу чувства, то это будет из-за вас с Еленой. Потому что вы отняли у меня любовь и, кажется, уже последнюю! Поздравляю с победой! — произнеся это, он поднялся по лестнице и, зайдя в комнату, лёг на свою кровать, глядя в потолок.       Стефан, похоже, только сейчас осознал то, насколько была важна для его брата Анастейша. Ведь за всё время он ни разу не видел, чтобы его брат был раздавлен.       Немного подумав, он достал из кармана телефон и, найдя в списке контактов нужный номер, нажал на звонок. Через несколько минут ожидания на звонок всё-таки ответил женский голос: — Да, Стефан, ты что-то хотел? — ответил мягкий женский голос Кэролайн. — Слушай, я знаю, что ты не хочешь со мной разговаривать, но мне нужна твоя помощь! — Стефан, я не обижена ни на тебя, ни на Елену. Приезжай, чем смогу помогу! — совершенно честно произнесла Форбс. — Хорошо, я скоро буду! — от этих слов на душе у вампира немного полегчало, но всё-таки осадок от того, что он испортил своим близким жизни, не давал ему покоя. Сбросив звонок, он вышел из дома, садясь в свою машину.       Через десять минут, Стефан, как и сказал, приехал к Кэролайн и вышел из машины. Подойдя к дому, парень постучался, но дверь, как ни странно, была не заперта. Войдя в дом, он прошёл в гостиную. На диване сидела Кэролайн, листая какой-то журнал. Лицо девушки было достаточно спокойное, а на лице была лёгкая улыбка. — Привет, Кэр, — улыбнулся Стефан, глядя на свою подругу. — Привет, Стефан. Извини, я не заметила, когда ты вошёл! — отложив журнал, девушка похлопала по дивану рядом с собой, как бы приглашая сесть рядом с собой, что он и сделал. — Рассказывай! Что случилось? — улыбнулась девушка, глядя на друга. — Я не знаю, что делать! — серьёзно заявил он, а потом, поймав на себе непонимающий взгляд девушки, он постарался объяснить: — Мой брат меня ненавидит! Из-за того, что я сделал. Я только сейчас понял, что мы натворили с Еленой: с тобой рассорились, Клаус нас возненавидел и теперь хочет убить. В принципе, как и все Майклсоны. В очередной раз разрушил жизнь брата! В общем, я не знаю, что сейчас делать! — Кэролайн сидела и слушала своего друга Стефана, не перебивая, а когда он закончил, сказала: — Да, натворили вы в последнее время немало! Но мне кажется, Деймон тебя не ненавидит, он просто расстроен отъездом Анастейши, но она вернётся через три месяца! — Откуда ты знаешь? — Клаус приходил попрощаться и сказал. Они оба вернутся через три месяца! Так что… — что ещё сказать, чтобы утешить друга, она не знала. — Спасибо тебе, Кэролайн, — он мягко посмотрел на неё. Они начали говорить на более отстранённые темы: что же произошло за то время, пока они не общались.       Тем временем Анастейша, Ребекка и Клаус уже подъезжали к дому Клауса, Хейли и Хоуп. Ребекка как всегда была весёлая и излучала позитив, пытаясь разговорить обоих родственников, но никто из них сегодня явно разговаривать не хотел. Ана всю дорогу смотрела в окно, прислонившись к стеклу, и, видимо, её настроение улавливала ещё и погода, потому что за окном была гроза, шёл сильный дождь, иногда сверкала молния. Клаус тоже не особо хотел разговаривать с сестрой. Все его мысли были заняты только одной особой, по имени Кэролайн. Ребекка уже в начале пути заметила, что происходит с её родственниками, и пыталась их немного подбодрить, но ничего не получилось.       Чёрная машина наконец-то остановилась возле большого двухэтажного поместья. Выйдя из машины, все сидевшие там на вампирской скорости оказались под крышой поместья, где было достаточно сухо. Позвонив в дверь, они дождались, пока им откроет красивая девушка с длинными, шоколадного цвета волосами, которая была одета в обычную однотонную коричнево-бардового цвета водолазку с небольшим вырезом и тёмно-коричневые однотонные брюки. Девушка была достаточно красивой и, видимо, ждала именно их, подтверждением этого стали её слова: — Наконец-то вы приехали, мы вас с Хоуп заждались! Проходите! — пропуская древних в поместье, сказала она, отходя от двери. — А где Хоуп? — вместо приветствия сказал Клаус, проходя в дом, но ответа он ждать не стал, так как на него запрыгнуло это маленькое чудо с длинными волосиками коричневого цвета и зелёными глазами. Видимо, малышка была после душа, потому что с её волос капала вода, а сама девчушка была одета в махровый халат: — Папа! Я так по тебе скучала! — писклявым голосом сказала она, прижимаясь к своему отцу, который поднял её на руки. — Тётя Ребекка, я так рада вас видеть! — передав малышку на руки своей сестре, Клаус направился осматривать дом. — А вы кто? — девчушка посмотрела на вторую древнюю. Ребекка, поставив её на пол, пошла за Клаусом, чтобы они успели познакомиться. Анастейша проследила за своей сестрой и, присев возле своей племянницы, сказала: — А я Анастейша Майклсон, твоя родная тётя! — Мам, а это правда? — спросила малышка, поворачиваясь к маме, на что та улыбнулась и утвердительно кивнула. — Ура, у меня есть ещё одна тётя! — прокричав это, малышка прыгнула на руки к девушке, отпустив малышку на пол, а Хейли решила представиться: — Хоуп, иди к папе! — малышка кивнула и направилась к своему папе, а Хейли произнесла — Меня зовут Хейли Маршал. — Меня зовут Анастейша Майклсон, приятно познакомиться. — Мне тоже! — улыбнулась девушка пропуская новую знакомую в гостиную.