Тайны души

      Кол сейчас находился на вечеринке в доме Сальваторе. Конечно, в его доме он не очень хотел находиться, но для его нахождения здесь были целых две причины: первая — это его сестра Ана, потому что попросила его явиться сюда во чтобы то ни стало, что он и сделал, второй причиной — он просто обожал всякие тусовки, хоть и не особо в этом признавался.       Сидя на диване, он попивал уже вторую по счёту бутылку виски, слушая энергичную музыку и выбирая, кем он поужинает сегодняшней ночью. Выбор был велик, ведь вокруг было много в умат пьяной молодёжи, половина из них были красивые девушки, начиная от блондинок и заканчивая рыжими. Конечно, Кол обычно выбирал либо самовлюблённых стерв, которые думали, что мир вертится вокруг них, либо милых скромниц, потому что с ними всегда было весело играть и делать всё, что угодно.       В этом списке, конечно, было несколько исключений, но это были исключения не из-за влюблённости или любви, так как Кол за всё время, что был вампиром, никого не любил, кроме своей семьи, а выбирал он других особ только из-за нужды, ну, или из-за того, что они были очень красивы, и он просто не мог их не взять в свою коллекцию.       Мужчина немного задумчиво смотрел на будущих жертв его игры, как вдруг возле него приземлился кто-то. Повернув голову, он увидел красивую черноволосую девушку с голубыми глазами, которая ему показалась знакомой, но всё-таки выпитый алкоголь давал о себе знать, поэтому перед глазами древнего всё расплывалось.       Повернувшись к ней полностью, парень слегка придвинулся, чтобы его было слышно, так как музыка гремела на полную катушку, и везде слышался только шум и гам. — Здравствуй, как тебя зовут? — улыбнулся он, более внимательно глядя в глаза девушки, пытаясь вспомнить, где он её видел, ведь у него было такое ощущение, что он знал её и причём знаком был с ней, как ему казалось, совсем недавно. — Вирджиния… — начала отвечать та. — …Сальваторе! — уверено за неё закончил вампир, глядя в голубые, словно небо, глаза, мотая головой, будто прогоняя наваждение от пронзающих глаз. — Анастейша познакомила нас около часа назад! — Да, а ты Кол! — рассмеялась та, глядя на мужчину кокетливым взглядом. — Какая догадливая! — ухмыльнулся Майклсон, придвигаясь ещё ближе к черноволосой и закидывая свою руку на спинку дивана, слегка дотрагиваясь своей ладонью до её плеча. — Какая есть! — ухмыльнулась та, выпивая ещё один бокал какого-то алкоголя. А потом вновь посмотрела на вампира…       Неожиданно сон девушки прервал надоедливый лучик солнца, который скользнул по лицу прекрасной черноволосой Сальваторе. Приоткрыв голубые глаза, вампирша попыталась сфокусировать свой взгляд, чтобы понять, где находится, и в одном она была уверена точно: не дома. Слегка придя в себя, девушка немного окинула ясным взором достаточно мрачную комнату с множеством различных коллекционных бит, что слегка удивляло, хотя комната и была достаточно мрачной, но Вирджинии она очень понравилась.       Попытавшись приподняться, она почувствовала что-то тяжёлое на своей талии. Это был мирно спящий Кол, который обнимал её мускулистой рукой за талию, прижимаясь к ней. Лицо древнего было умиротворённым, и таким он выглядел очень симпатичным, наверное, потому что из его уст не вырывались язвительные замечания, и спящим выглядел совершенно нормальным человеком, каким уж точно не являлся. По крайней мере, по мнению младшей Сальваторе. Конечно, вчера этот парень был довольно симпатичен ей, ведь он не язвил и был довольно нежен вчерашней ночью, что было в принципе не естественно для него. По крайней мере так казалось самой Сальваторе. Аккуратно выбравшись из хватки вампира, она с вампирской скоростью оделась, и уже хотела тихонько уйти, как раздался немного хриплый голос со стороны кровати: — Вы, Сальваторе, всегда сбегаете с утра? Это ваша семейная традиция, что ли? — насмешливо уточнил Кол, приподнявшись на локтях. В его взгляде была ничем не скрываемая насмешка, его явно забавляла эта ситуация. — А ты бы хотел, чтобы я осталась? Сомневаюсь в этом, — ухмыльнулась девушка, таким же насмешливым взглядом смотря на симпатичного, пока не открывает рот, вампира. — Знаешь, я не очень люблю просыпаться в одиночестве, это не слишком приятно, — серьёзно заявил Майклсон, глядя на девушку, а потом серьёзность спала с его лица, и он произнёс: — Джин, можешь сделать мне кофе? — Кофе? — видимо, эта просьба Кола её удивила. — Ну да! — уверено кивнул он, пытаясь понять, что могло девушку так удивить. Как только понял, вампир усмехнулся и сказал, — а ты думала, что я кроме крови и виски ничего не употребляю? Представляешь, я пью кофе по утрам! — Я не хотела тебя обидеть! — Ты не обидела, я привык, — улыбнулся он и добавил: — Пожалуйста, приготовь кофе. — Кол Майклсон сказал «пожалуйста», я не ослышалась? — язвительно сказала она, с усмешкой глядя вампиру в глаза. — Вообще-то, я по-нормальному разговариваю, — он посмотрел в упор на девушку, которая виновато глядела на вампира. — Про… — хотела извиниться девушка, но Майклсон её перебил: — Ничего, я уже говорил, меня невозможно обидеть такой ерундой! Да и вообще обидеть нелегко! Так ты сваришь мне кофе? — уточнил он, на что Вирджиния немного неуверенно кивнула, но всё же направилась вниз, а потом и на кухню.       Кол же не спеша поднялся со своей кровати и начал медленно одеваться. Медленно натянув на себя одежду, он вышел из комнаты и, спустившись с лестницы, направился на кухню, где Вирджиния уже успела приготовить две кружечки кофе и разлить его по чашечкам.       Сев за стол, она ни слова не говоря начала пить кофе, даже не глядя на красивого вампира в расстёгнутой рубашке. — Ты чего молчишь? Мне становится страшно! — у него на лице появился лёгкий испуг, который был лишь маской, хорошо разыгранной Колом, но всё-таки в голосе едва уловимая язва, которую Сальваторе заметила с лёгкостью. — Не язви, Майклсон. Если я сделала тебе кофе, это не значит, что я тебя полюбила! Это не значит, что я теперь одна из твоих пустоголовых кукол! — сказав это, девушка выпила последние остатки кофе и, даже не поправившись, вышла из поместья Майклсонов. Её действия только заставили Кола улыбнуться и выпить очень вкусный кофе.

***

Тем временем Ник сидел в одной из комнат своего двухэтажного дома. Эта комната считалась его мастерской. Здесь находилась всё, что нужно для него: краски, простые карандаши, кисти, мольберт, бумага разных форматов, палитра и так далее.       Конечно, кроме принадлежностей для рисования, здесь находился ещё и рояль, на котором умел играть только Клаус, что он сейчас, кстати, и делал, ведь находился он в этом доме в полном одиночестве, так как все члены семьи пошли в парк с его дочерью Хоуп, оставив его наедине со своими мыслями, которые не давали ему покоя.       Гибрид играл довольно хорошую русскую песню, название которой «Крик». Первые звуки были очень тихими и нежными, а дальше пошёл голос Майклсона: Порывы ветра достигают Моей растерзанной души, Кого-то это забавляет, Кто видит истину во лжи. И я лечу в пустой колодец, На дне его ни капли нет Моя нетронутая совесть Не стоит двух монет.       В его подсознании всплыл момент, когда Кэролайн умирала. — Я умираю! — твёрдо заявила девушка, глядя снизу вверх на Клауса, который стоял возле её кровати. Он нагнулся к ней, а потом и вовсе присел на её кровать, одну ногу оставляя свисать с кровати, а на вторую усевшись возле симпатичной блондинки. — Я могу дать тебе умереть! — заявил Клаус, придвигаясь ближе к её лицу, чтобы она расслышала каждое его слово, произнесённое в её адрес. — Сейчас! Если ты хочешь, если больше не видишь смысла в жизни, — сказал он, а потом через силу продолжил. — Я сам думал об этом. Пару раз. Каждое столетие, если честно, — он придвинулся ещё ближе к заинтересованной его словами блондинке. — Но я раскрою тебе маленький секрет. Перед тобой теперь открыт весь мир: большие города, искусство, музыка… — Длинные пальцы коснулись до её браслета, — истинная красота! У тебя всё это может быть! У тебя будет ещё тысячи дней рождения! Надо только попросить! — ресницы девушки задёргались, и она произнесла: — Я не хочу умирать, — Клаус слегка улыбнулся, чтобы этого не заметила блондинка, ведь он надеялся на то, что она согласится, а потом, оттянув рукав чёрного пиджака, придвинул руку к губам Кэролайн, поднимая её одной рукой и придвигая совсем близко к своей руке. — Давай, дорогуша! Налетай! — девушка послушалась его, впиваясь клыками в его запястье и выпивая кровь, его кровь, а потом он тихо у самого её уха произнёс: — с днём рождения, Кэролайн! — её глаза налились кровью, и она сильнее придвинула запястье гибрида… Ты можешь все купить, ты можешь все продать, Но никогда ты не сможешь ее понять, Любовь — она как сон, любовь она как миг, А после остается в сердце крик.       В голове гибрида вновь появились очертания воспоминаний, когда он укусил Кэролайн, заставляя её умирать на диване и спокойно смотреть на это до определённого момента… — …И с этим ничего не поделать! — заявил он, всё так же стоя у прохода, скрестив руки, пока девушка находилась на диване и тяжело дышала: — Нет, это потому что… тебе сделали больно! — она попала в точку, именно в тот раз Клаус взглянул на неё немного по-другому. — И, значит, часть человека ещё в тебе! — он, подойдя поближе, присел рядом с диваном, на котором она лежала. — Почему ты так считаешь? — Кэролайн немного жалостно посмотрела на гибрида. — Потому что я видела! Потому что я сама хотела забыть те ужасные вещи, что ты сделал! — у него появились слёзы на глазах, древний даже не пытался их скрыть. — Но ты не можешь?! Никак?! — упрямо заявил он, а вампирша, тяжело вздохнув, сказала: — Я знаю, что ты влюблён в меня! — гибрид сжал зубы. — И тот, кто способен на любовь, его ещё можно спасти! — вампир попытался скрыть свои эмоции, отвернувшись от её глаз. — У тебя галлюцинации! — Может и так! — её тело начало сильнее содрогаться, и голова опустилась на подлокотник дивана. — Кэролайн! — гибрид совершенно не знал, как ему быть в данную минуту, ведь его любимая умирала по его вине, но он не мог дать ей свою кровь из-за того, что они подумают, что тот слаб, и слабость его имеет имя «Кэролайн Форбс». Немного подумав, он оказался возле неё, надкусывая своё запястье и давая ей свою кровь, надеясь на то, что её ещё можно спасти… Сколько раз искал предлоги Разочарованный игрок, Были напрасны все уроки. Мы долго жали на курок, Ты никогда не станешь мною, Собою тоже уж не быть. В последний раз дышу тобою И перережу нить. …Девушка стояла перед Клаусом, на её глазах наворачивались слёзы горя, а дыхание было тяжёлым от пережитого: — Эй, эй, — схватив её руки, сказал Клаус и посмотрел ей в глаза. — Похоже, тебе нужна поддержка! — блондинка кивнула, и на её лице появилась первая дорожка слёз. Она с надеждой посмотрела на бессмертного гибрида, а тот ухмыльнулся. — Так найди же себе кого-то менее ужасного! — надежда в глазах Кэролайн резко потухла, и она с неверием посмотрела в глаза гибриду, но там увидела лишь холод, поэтому она, развернувшись, быстро побежала из леса, даже не догадываясь, зачем Клаус на самом деле это сказал и насколько ему было тяжело говорить эти слова. Он проследил за ней и направился в другую сторону. Ты можешь все купить, ты можешь все продать, Но никогда ты не сможешь ее понять, Любовь — она как сон, любовь — она как миг, А после остается только крик. Ты можешь все купить, ты можешь все продать, Но никогда ты не сможешь ее понять, Любовь — она как сон, любовь — она как миг, А после остается только крик. —…Зачем мне переставать быть самым сильным существом на планете? — То есть, ты хочешь сказать, что в твоей жизни не было момента, когда бы ты захотел стать человеком? — задала вопрос Кэролайн. Клаус только состроил рожицу «о чём ты говоришь?» и сказал: — А как насчёт тебя? Жизнь бы была намного проще! — Клаус поднялся со скамейки, ставя бокал с шампанским на эту же скамейку и доставая листок из внутреннего кармана пиджака, разворачивая его. — А разве ты не скучаешь по тому, как была председателем комитета по обустройству города и… — первые слова заставили Кэролайн с недоверием посмотреть на листок и тут же вскочить, пытаясь вырвать его: — Это моя анкета на конкурс «Мисс Мистик Фоллс»? — Да, — Клаус отодвинул девушку, смеясь над ней, и продолжил читать. — Когда меня выберут, я изменю все понятия о великолепии, — а потом как бы издевательски произнёс, — ты знаешь, мне здесь очень нравится слово «когда». Такая самоуверенность! А ещё я обещаю управлять, вдохновлять и умилять. — Девушка натянуто улыбнулась и посмотрела на Майклсона, который оторвался от письма, продолжая язвить. — А дальше что, кончились слова на «-лять»? — девушка опять попыталась вырвать анкету из рук древнего, которому безусловно нравилось то, что происходило, ведь он даже смеялся. — Очень смешно! Просто оборжаться! Отдай! — гневно сказала она, но, глядя на развеселённого Клауса, её лицо тоже тронула улыбка, а потом засмеялась… Каждое мгновение — островок надежды, Я не стану прежним. — …Я придумал подарок, который тебе понравится! — видимо, следующие слова дались ему не слишком легко. — Тайлер может вернуться в Мистик Фоллс! — Что? — не веря произнесла Кэролайн, хотя лёгкая надежда зародилась в её голосе, да и в душе. — Он твоя первая любовь! А я хочу быть последней! — видя, как лицо девушки расцвело от счастья, а на глазах навернулись слёзы радости, на лице у Клауса тоже появилась улыбка, хотя в душе радость он не чувствовал. — Сколько бы времени на это ни ушло! — затем он поцеловал девушку и, отстранившись от неё, произнёс: — Поздравляю, Кэролайн! — девушка улыбнулась, и эта улыбка сделала его счастливым, пусть и ненадолго, ведь она была адресована именно ему… Ты можешь все купить, ты можешь все продать, Но никогда ты не сможешь ее понять, Любовь — она как сон, любовь — она как миг, А после остается только крик. Ты можешь все купить, ты можешь все продать, Но никогда ты не сможешь ее понять, Любовь — она как сон, любовь — она как миг, А после остается только крик. — …Так что, если пообещаешь уехать и никогда не возвращаться, то я честно скажу, чего хочу! — с надеждой взглянув на задумчивого Клауса, немного повышенным голосом произнесла Кэролайн. — Я уйду! И никогда не вернусь! Обещаю! — твёрдо сказал гибрид, ожидая правды от девушки, которая, немного подумав, стала приближаться к нему и совсем рядом с его лицом произнесла: — Хорошо, — совсем тихо произнесла она, целуя древнего в губы с некой страстью и, заметив улыбку на лице вампира и звериный взгляд, направленный в её сторону, улыбнулась и впилась в его губы страстным поцелуем, а гибрид тем временем прижал девушку к ближайшему дереву, отвечая на его поцелуи с не меньшей страстью…       Допев, он почувствовал взгляд на своей спине и увидел направленный на него омут карих глаз, глаз его сестры, которая видела в нём хорошее несмотря ни на что, хоть и не признавалась в этом. — Давно я не слышала, как ты поёшь, Клаус! — Это потому что тебя давно не было, — ухмыльнулся он, поворачиваясь к ней, замечая сияющую улыбку на её лице. — О Кэролайн думал? — вампир замялся, а девушка ещё шире улыбнулась. — Она неплохая! И, думаю, тебе подходит. С ней ты другой. Я уверена, что она дождётся тебя. — Хватит нести чушь, Ана. Лучше скажи, где моя дочь? — Ещё на прогулке, вместе с Хейли, Элайджей и Беккой. Мне стало скучно, Хоуп уснула, да и тем более там и без меня есть кому о ней позаботиться! Продолжение следует…