Золотарева.

- Ген, ты что, гей?! – сделала я круглые глаза. На что Гена пронзительно заржал. Фух, слава Богу, он не голубой. - Ну почему на это все так реагируют, а? Такие глаза делают? И спрашивают именно этот вопрос. Слово в слово. Хех, забавно, да? - Так, я не поняла... Ген? - Да, я не натурал. Да, мне неинтересны девочки. Да, да, да. И хватит делать такие большие глаза. - Ген, можешь по-человечески все объяснить, без твоих дурацких усмешек? - Тише, тише. Сейчас объясню тебе все. Тебе действительно интересна история моей жизни? - Да, очень. И еще, почему ты Лешке все рассказал? - Какая ты любопытная Варвара! Ладно, слушай, ребенок. История моя началась в седьмом классе. Ну сама понимаешь, начинаем взрослеть, все интересно. И на беду, в наш двор поселился симпатичный мальчик, окна напротив меня, обзор отличный. Занавесками он не пользуется. Так и познакомились, через окно. Он мне улыбнулся, а я, ничего не понимая, ответил. Познакомились, его Паша звали. Ему было семнадцать. Он был сильный, красивый, высокий. Мы дружили. Вначале просто общались, с ним было интересно. Я не заметил, как влюбился. Представляешь? Испытать такое в тринадцать лет! Я-то тогда даже представить не мог, что являюсь геем! Неделю не спал, думал обо всем этом безобразии. И в один прекрасный день я наконец решил признаться, но мой любимый уехал. Именно в этот день! Оставив мне только записку. Эти слова я запомнил на всю жизнь - это ощущение безысходности. А я ведь мог признаться раньше, но нет. В общем, хреново очень, пойми. В тринадцать лет... Тогда я даже в первый раз заплакал. Как я скучал тогда. Сейчас уже, конечно, полегче. "Но я его найду, обязательно найду" - думал тогда. А сейчас даже не знаю. Столько времени прошло, он, наверное, изменился, очень изменился. Да и черты его лица, я уже смутно помню. Встретил бы, не узнал. А он меня не ищет, не нужен я ему нафиг. - А что было в той записке? – прервала его рассказ. Генка смущенно опустил глаза: - Красивая история, но грустная. В записке были такие слова: «Геныч, мне надо уехать, но мы еще встретимся. Обязательно. Буду скучать. Когда-нибудь я найду тебя». Я плакал на глазах всех дворовых мальчишек. Он уехал, жизнь кончена. Я рыдал взахлеб, Боже, какой позор! А все смеялись надо мной. Противно. Смотря в глаза Генке, я плакала. Вроде банальная история, каких много. Но когда это все так близко, становится не по себе, в душе появляется жалость. И слезы. Гена подсел ко мне рядом, и обнял: - Не ной. После той истории я не плачу. И ты не плачь. Это противно, когда все смеются над твоими слезами. Я тоже обняла его: - Ген, а почему ты все Лешке рассказал? - Ну, он мне понравился. - Лешка?! - Хватит так удивляться! - Прости, прости! Но как же тот парень? Может, он тебя еще найдет? - Нет, не найдет. Не верю больше. Но и Леша тоже не вариант. Я ему обо всем рассказал, а он меня послал. И скоро все узнают о моей ориентации. Но дело уже сделано, - попытался улыбнуться Зверюга. - Может, я поговорю с Лешей? - Да он тебя тоже пошлет. Теперь будем вместе держаться, лохушка и гомик. Мило, правда? - Да хорошо все будет! Не ной, будь мужиком! Ой, прости! - Так, если я не натурал, это не значит, что я не мужик! - Мужик, - улыбнулась я, на что Генка легонько дал мне подзатыльника и засмеялся. Да и не важно кто он, гей или натурал. Все равно мы друзья, хоть и любим одного. - Так мы конкуренты? - А ты думала, я с тобой в игрушки играю? – заржал Зверюга, - Не парься. Я ему не нравлюсь, он натурал. У тебя намного больше шансов, чем у меня. Опять дружный смех. Эту веселую атмосферу прервал звонок. Гена открыл дверь, и мы побежали к классу. - Золотарева, садись со мной! - Ладно. Но давай, чур, не смешить меня! - Ладно, ладно,- почесал подбородок Гена. - Дурак! - толкнула его я и тихонько засмеялась.