Совенок. История одного человека.

Денис так и стоял, гладя меня по голове и целуя. Наконец, спустя какое-то время, не знаю, сколько, у меня в ухе раздалось хрипловатое: - Пойдем… Фильм посмотрим, что ли. Пошатнувшись, он, не дожидаясь ответа, вышел из кухни и направился в комнату. Из потолка по команде с пульта снова выдвинулся проектор, на стене начало разматываться полотно. - Какой фильм будем смотреть? – поинтересовалась я. - Да… - вздохнул он. – Черт его знает. Я долго не усну после таких признаний. – и усмехнулся. – Можем посмотреть «Фантастические твари и где они обитают», можем «Доктор Стрэндж», «По соображениям совести», «Экипаж», это из того, что помню – выходило. - «Экипаж»? – удивилась я. – Я же его лет в одиннадцать смотрела! Он вышел тогда. - Нет, я не про тот. Тут современный вышел. Сюжет чуть другой и актеры. Не смотрел ни тот ни другой, но примерно знаю сюжет. - А что за «Доктор Стрэндж»? – спросила я, так как решила, что «Экипаж» - это не то, что я хочу посмотреть сейчас. - Это по комиксам. Про нейрохирурга, который становится волшебником. - Ого! И людей лечит? - М-м-м… нет. – подумав секунду, ответил Денис. – Я, честно, сам не смотрел. Хотел сходить, но не до того было. - Давай его тогда? - Не вопрос. Денис щелкнул что-то на компьютере, и на проекторе появилось изображение с его монитора. Пересев поближе ко мне, в соседнее кресло, он открыл очередную бутылку лимонада и разлил по кружкам. - Если хочешь – ложись на кровать, там тоже хорошо видно. – отметил Денис. Кровать и кресла у Дениса были расставлены таким образом, что и с них и с кровати открывался хороший обзор на полотно, при этом эти предметы мебели не мешали друг другу. - Я посижу пока. – вздохнула я, думая, как разрядить некую задумчивость, повисшую в квартире после той сцены на кухне. – Но… Если вдвоем, - пыталась хищно улыбнуться я. – То я за! Несмотря на то, что большую часть времени мы проводили дома, по Денису даже внешне было заметно, что он вымотан. Видимо, та сцена на кухне сильно сыграла на его нервах. Это было не тем, что я добивалась в числе целей, но сказать это я считала необходимым. Все же, было тяжело смотреть, как Денис наплевательски относится к своей жизни. Не в плане занятий и всего прочего, а в плане ее сохранения. Он толком не отдыхает, спит черт знает как, даже у себя дома, так еще и мое попадание сюда, из-за которого он больше суток провел без сна и много времени за рулем. При этом еще убирается дома, готовит, обслуживает всякие свои вещи, при этом еще явно беспокоясь обо мне, ездил со мной, развлекал. Параллельно с этим явно находясь в состоянии повышенной бдительности касательно всего вокруг. А в лагере я даже толком не видела, чтобы он спал кроме пары раз! Для меня бы это было просто непосильной задачей, и даже не стыдно в этом признаться! - Ты… уверена? – поинтересовался он. – Просто… Хм, не заставляй себя делать то, что ты не хочешь или тебе это неприятно. Меня это тоже касается, я уже говорил. - Денис… - вздохнула я. – Останови, пожалуйста. - Да, сейчас. – Денис нажал на одну из кнопок пульта, остановив фильм, после чего включил обычное освещение в комнате. - Так вот. – кашлянула я, прочищая горло. Уж никак не думала, что когда-то мне придется успокаивать Дениса. – Пожалуйста, послушай то, что я тебе сейчас скажу. Ты мне не неприятен, а очень даже наоборот. Это первое. Второе… - я на секунду осеклась, так как помнила, как Денис отреагировал на мои слова о том, что он очень многое для меня сделал. – Я никогда не заставляла себя делать вещи, которые считаю неприемлемыми для себя. Тем более с тобой. Мне правда приятно, что ты так обо мне заботишься, но такая предосторожность – это лишнее. Я уже давно признала тебя своим молодым человеком, так что если ты или я этого захотим… Можем делать что мы оба, - я сделала особый акцент. – между собой захотим, и это останется между нами. Со своей стороны я могу это обещать. К тому же, пожалуйста, не обижайся, но… Я чувствую, что тебе явно плохо и ты сильно вымотан и насильно разгоняешь себя. Может, это от бабушки досталось, может это мое собственное, но я часто могу ощущать эмоции и состояние людей. И втройне если я их касаюсь и часто с ними взаимодействую. Я всегда чувствовала, что ты на самом деле не злой и просто хочу тебе помочь! - Это называется «эмпатия»… - заметил он. - Что? - Я про твою способность ощущать эмоции и состояние людей. Ты эмпат, я тоже давно это заметил. - Я запомню. – резюмировала я и тут же одернула: - Ты слышал, что я тебе говорила? - Да, более чем. – повернулся он. – Раз ты сама и от всей души это говоришь – то я не буду противиться. – на секунду мне показалось, что он попытался улыбнуться. – Пойду, поменяю постельное белье и переоденусь. От радости хотелось прыгать, но я сдержалась. На удивление, Денис сделал все очень быстро, буквально за десять минут, после чего сходил в душ и вернулся уже свободных шортах и футболке с короткими рукавами, до этого он был в спортивных штанах и футболке с длинными. Проделав те же самые действия, что и ранее Денис, я вдруг вспомнила, что в вещах, купленных Денисом, лежал то ли костюм то ли какой-то комбинезон, который он купил мне для дома. Я не очень поняла, что это вообще такое, потому что была поглощена книгой в момент, когда Денис занимался стиркой, но сейчас, увидев, что он висел в сушильном шкафу, где уже, судя по ощущениям, просох после стирки окончательно, я взяла его, чтобы рассмотреть поподробнее. Это был, судя по всему, какой-то мягкий костюм из теплого материала. При том, на все тело и очень свободный. На капюшоне были какие-то ушки а из, как я поняла, спины отходил хвост. - Это пижама-кигуруми. – отметил Денис, когда я спросила у него, что это такое. – Прикольная штука, по дому ходить – самое оно. И довольно теплая. Я по крайней мере на ночь еще на градус-полтора снижал температуру раньше, а тебе и так иногда у меня не очень-то тепло. Я решила примерить, с помощью Дениса, и это действительно оказалось тепло и удобно. По рисунку на этой пижаме было понятно, что сейчас я похожа на кошку. А учитывая, что она хорошо грела, оставалось только где-нибудь свернуться калачиком и поспать. - Вау! – отозвался Денис. – Тебе очень идет! - Спасибо! – поблагодарила я. – Но… чувствую себя я, конечно, странно. Кажется, что как будто это выглядит нелепо. Я ведь уже не ребенок. - Эм… - задумался Денис. – Тут есть кто-то, кто тебе всерьез будет говорить, что прикольная одежда – только для детей? – приложив раскрытую ладонь к уху, Денис для вида покрутил головой. – М, по крайней мере, я никого не слышу. – и добавил уже серьезно. – Не переживай по поводу. Ходи в чем комфортно и хочется, тут никого не бывает, кто будет всерьез докапываться до одежды. Согласившись с тем, что немного юмора в одежде мне явно не повредит, да и этого никто, кроме меня и Дениса, которого после всего я считала своим, вряд ли увидит, я натурально упала на кровать. - Денис… - позвала я. – Иди сюда. - Ладно. Он последовал моему примеру, улегшись поудобнее, чтобы видеть экран. - А теперь… С этими словами я что есть силы обняла его сзади и притянула к себе, после чего почти что, как по мне, обернула его собой, перекинув свою руку через его ребра и положив ему на грудь, одновременно с этим прижимаясь к нему. - Это очень… уютно. – сказал через какое-то время Денис. – Признаться, я даже не мечтал, что кто-то вот так будет меня обнимать. Большое спасибо за это. Денис и не думал сопротивляться и только положил свою руку на мою, аккуратно поглаживая. - Раз так – я буду делать это чаще! – тихонько усмехнулась я. – Зато теперь я знаю, что ты это любишь. - Да, пожалуй. – вздохнул он. - Так и есть! – возразила я. – Но… Я теперь тоже очень такое люблю. Лежать в тепле, в обнимку с любимым… Так приятно! В ответ на это Денис аккуратно взял в свою и поцеловал мою руку и в момент, когда я опешила от такого, резко перевернулся и поцеловал в губы! Внутри все зажглось словно огнем, я наверняка была совершенно пунцовой и, повинуясь чувствам, ответила на поцелуй. - Хи-хи! – усмехнулась я, когда у нас обоих закончился воздух. – Мы так фильм пропустим! - Да и черт с ним! – парировал Денис, вернувшись в изначальное положение. – Зато мы убедились, что нам обоим нравится. - Хи! – ответила я, обхватив его сзади и, не знаю зачем, легонько куснув за мочку уха. Денис на мгновение напрягся, но потом, повернувшись с краснеющим лицом, сказал: - Пожалуй, это тоже запишем в нравящееся! После чего засмеялись уже мы оба. Тем не менее, улегшись обратно, мы принялись смотреть фильм. Денис перед этим только добавил, что, дескать, если уснем – компьютер и проектор выключатся сами через определенное время и можно не беспокоиться. Как он объяснил – фильм был по комиксам, и хоть я иногда и не совсем понимала, что и зачем происходит, в целом мне нравилось. А уж эффекты были просто поразительны! До финала мы так и не уснули, а после, выключив с пульта аппаратуру и поболтав пару минут, Денис буквально растаял и через какое-то время тихонько заснул в моих объятиях. Я же, порадовавшись, что сейчас он хотя бы немного сможет поспать, прикрыла нас одеялом и, прижавшись к нему, заснула под его ровное и спокойное дыхание. Так мы и проспали до позднего утра, когда нас разбудил звонок телефона. Я проснулась чуть раньше, и было, признаться, очень забавно наблюдать за пробуждением Дениса. Открыв и тут же сощурив глаза, он обвел комнату взглядом с гримасой как у сонного котенка, после чего, пару раз открыв и закрыв глаза, видимо, понял, что это за звук. - Поднять трубку. – сонно буркнул он. - О, ну наконец-то! – раздался из динамика уже знакомый голос. – Я уже третий раз звоню! Спишь что ли? Еще и не один? - Спали. Славя тоже это слышит, ты на громкой связи. - Кхм… - звонившая прочистила горло. – Короче, я вас жду в полдень в огневом центре. - Стесняюсь спросить - нахера? – выругался Денис, поднимаясь с постели. - Чтобы было дохера! – в том же духе ответили ему. – Я хоть и поспала в самолетах, но бегать-прыгать сейчас вот вообще не в настроении. А вот посмотреть, что у нее со стрельбой – сильно проще. Сейчас праздники, так что никому заниматься не вперлось, вот я и взяла пока центр в личное пользование. - Ты время вообще видела? - Да, десять утра. Неужели только лег? – съязвили на том конце. - Ой, да иди ты… - осекся Денис. – В баню. - Как раз только вышла, спасибо за заботу! Короче, жду! И давай без отлагательств, неизвестно, сколько вы тут пробудете! Заодно и сам разомнешься! О, кстати, ружье прихвати свое, тут на «Сайге» газовая трубка лопнула, а запасную я на месте не нашла. Послышались короткие гудки. Денис просто сидел на кровати и сонно потирал виски. - Доброе утро! – дотронулась я до него. - И тебе, моя теплая кошечка! – усмехнулся он, потрепав меня по голове, и тут же добавил: - Спасибо большое! Не знаю, что ты со мной делала, но спал я как убитый! - Да ничего такого! – от смущения я покраснела и попыталась спрятать свою улыбку в подушку. – Просто обняла тебя так сильно, как ты того заслуживал! - Спасибо тебе. – нежно проговорил Денис и аккуратно чмокнул меня в щеку. – Пойду погрею нам еду, м? - Хорошо! С этими словами Денис ушел в сторону кухни. Я же, примерно убедившись, что лицо стало не таким румяным, тоже встала на ноги и пока Денис грел еду, пошла приводить себя в хоть какое-то подобие порядка. Денис еще тогда стал для меня настолько своим, что меня перестали сильно волновать всякие штуки о распускании волос перед парнем и прочим, так что я не стала сразу заплетать волосы. Наконец, закончив с умыванием и зубами, равно как и с прочими утренними ритуалами, я отправилась на кухню, где Денис уже расставил тарелки с пловом. - Приятного аппетита! – пожелал он. - Спасибо! – улыбнулась в ответ я. Просидев минут десять, украдкой поглядывая друг на друга, я спросила его: - Слушай, а как в тир вообще ходят? Как одеваются? - Ну, совершенно спокойно и ходят. Если не со своим оружием – то по паспорту. Но мы сегодня в тире компании заниматься будем, там Аня, судя по всему, уже сама разобралась и в целом там только наши сотрудники. А так – тиров прилично. Одеваются… Ты, верно, для себя? - Угу. – подтвердила я его догадку. - Там тепло, так что футболки и спортивных штанов будет достаточно. Только лучше без декольте. Горячая гильза довольно неприятная штука, а уж если туда попадет… Много таких случаев бывает, короче. Наушники и очки я тебе дам, либо там подберем, если не подойдут. - Кстати, а зачем наушники, все таки? В армии вон, и в фильмах все без них, да и охотники тоже. - Многие охотники стреляют раз двадцать за сезон хорошо если. И в открытом поле. И зачастую по банкам. А в остальное время охотятся за зеленым змием. Не все, но много таких. В фильмах – на то они и фильмы. В армии – вот на самом деле интересно, но тоже там стреляют хорошо если больше одного раза за службу. У меня в среднем тренировка – от ста и больше выстрелов, если ружье. Калибр большой, пространство ограниченное. Слух пропадет очень быстро. В ухе есть своего рода волоски, благодаря которым ты и слышишь. И вот если постоянно долбить и долбить, то эти волоски в конце концов отмирают. И не восстанавливаются. Вместе, как понимаешь, со слухом. Да и это просто удобно – ты после стрельбы все нормально слышишь, а в момент не глохнешь, и после голова не болит. Я один раз бахнул, забыв надеть наушники. Могу сказать – ушам было ощутимо больно. И смысл таким мазохизмом заниматься, даже если забыть про вред? Тем более – не так дорого наушники и стоят, а уж обычные, а не как у меня – вообще копейки. - Нулевой. – резюмировала я. - М, тут то и оно. - Что еще мне нужно знать? – поинтересовалась я. - В общем, больше то и ничего. Ну, кроме очевидных вещей, по типу того, что не надо направлять на нас или других людей оружие. Даже если уверена, что оно не заряжено. В целом, есть четыре правила, чтобы не сотворить какую-то хрень на стрельбище, первое – обращайся с любым оружием как с заряженным, второе – никогда не направляй оружие на то, что не собираешься уничтожить, третье – не клади палец на спусковой крючок, пока оружие не направлено на мишень, четвертое – проверяй свою мишень и что за и перед ней. Обычно, чтобы что-то произошло, нужно нарушить как минимум два из них, но… лауреатов на премию Дарвина это не останавливает. - Что за премия Дарвина? - Это, можно сказать, виртуальная антипремия, ежегодно присуждается тем, кто наиболее тупым образом умер или потерял способность к размножению, в результате вычеркнув дефективные гены из генофонда человечества. - Звучит крайне цинично! – вздохнула я. – А если человек не сам умер? - Тут один из критериев – он должен сделать это по собственной дурости. Ну, не знаю, посветить зажигалкой в цистерну с топливом или, например, заглянуть в ствол заряженного ружья после того, как оно не выстрелило сразу. - Посветить в цистерну топлива… зажигалкой?! – удивилась я. – Это же как такое в голову может прийти? - А это еще далеко не самый удивительный случай. Нередко встречается. Например, при заправке посветить в бак зажигалкой или сигаретой с завидной регулярностью додумываются. Признаться, сказанное Денисом на минуту заставило меня переосмыслить некоторые вещи. - Раз уж до такого додумались… То, с одной стороны, я даже могу понять, хоть это и выглядит откровенной чернухой. - Ну, что есть – то есть. – резюмировал Денис, ставя на стол чай. – Да и черный юмор – тоже юмор. Денис вытащил на стол разные сладости, и чего у него только не было – пара шоколадок с разными вкусами, пачка рахат-лукума, халва, конфеты, зефир! «Такое плохо сказывается на фигуре… - подумала я». - Бери, не стесняйся. – бросил Денис, плюхаясь обратно за стол. – Очень советую зефир, кстати. Этот хороший, хоть вкус есть. И не прям калорийный. – видимо, он понял причину моей задумчивости. Быстрое чаепитие в основном прошло в обсуждении новостей да всяких шуток. Забросив все в посудомоечную машину, Денис вышел с кухни со словами: - Я пойду пока соберу оборудование, да надо одеваться потихоньку. И ушел в комнату, куда, зайдя умыться, пришла и я. К моменту, когда я пришла, в комнате был открыт один из шкафов, где, как оказалось, было вмонтировано что-то типа сейфа. Рядом с ним стояло что-то похожее на автомат, опертое на мебель, а Денис ковырялся в другом отсеке, вытаскивая оттуда какие-то пачки. - Это что? Автомат? – удивилась я, разглядывая оружие. - Нет, самозарядное ружье. – услышала я из шкафа. - Ружье?! Никогда таких не видела. Обычно охотничьи там, как они… двустволки, вот. А это выглядит как автомат Калашникова, только магазин большой. – заметила я, увидев лежащий рядом магазин. - Принцип схожий с автоматом Калашникова, это да. Есть ружье на его базе – «Сайга» называется. Но у меня другое немного. База не от автомата, а от ручного пулемета Калашникова. Называется «Вепрь-12». Более толстая коробка и сам он в целом массивнее. – присев, Денис начал складывать пачки, как я поняла – патронов, в рюкзак. - Кстати, вот такие к ружью патроны. – Денис открыл пачку и вытащил оттуда один. – Лови! Я едва успела среагировать, чтобы его поймать. Было даже слегка страшно, что он выстрелит. Но, подумав, что Денис не стал бы кидать вещь, которая может взорваться в руках, я решила рассмотреть его подробнее. Гильза была пластиковой, а не металлической, патрон большой и довольно тяжелый, а спереди, внутри, ниже бортика, была, как я поняла, запрессована пуля. - Это пуля? – уточнила я. – Разве из ружья стреляют не дробью? - Она самая. – ответил Денис. – И нет, не только. Пуля для охоты на средних или крупных животных, так как по тому же лосю дробью стрелять – сомнительная затея. Или для спорта, как в моем случае. В закрытом тире нельзя стрелять дробью. И стальными пулями тоже. Можно либо тир повредить, либо с большей вероятностью познакомиться с таким веселым явлением, как рикошет. А так в основном из ружья стреляют дробью, картечью и пулей. А учитывая, что ствол гладкий и большой – то при желании ты в патрон хоть шляпки от гвоздей засунуть можешь. В одном фильме, российском, кстати, герой так и делал. Или рубленые монеты. Конкретно это – свинцовая подкалиберная пуля. - Опасная вещь. – заключила я, вернув Денису патрон. – Но интересная. У дедушки, помню, гильзы металлические были. - Это для тех, кто патроны в основном сам снаряжает. – ответил он, запихнув патрон обратно в пачку. – Тем актуально, да. Тем более в двустволку. У меня полуавтоматическое ружье с магазином, да и стреляю я много. Иногда, конечно, и сам снаряжаю, если есть желание, пластиковые тоже можно повторно использовать. Но, в подавляющем большинстве – просто покупаю. Расход приличный выходит, еще и каждый раз самому снаряжать – запарно. Ружье хочешь посмотреть? - А можно? – удивилась я. - Конечно. Ты из него даже постреляешь сегодня, я думаю. Денис взял ружье в руки, чуть отодвинул затвор назад, заглянув внутрь и, видимо, удовлетворившись тем, что он там увидел, протянул его мне, одновременно с этим раздвинув приклад, который, по всей видимости, регулировался по длине. Взяв его в руки, я даже слегка согнулась от неожиданности – весило оно очень прилично! Денис, поддерживая ружье, встал сбоку, развернул приклад мне в плечо и, взяв за ствол, поднял ружье стволом на шкаф. - Тяжелое! – заметила я. - Это нормально. Левую руку убери от шахты магазина, продвинь вперед, перед ручкой. – у Дениса спереди на ружье стояла какая-то короткая рукоятка. – Палец со спуска убери наверх, на корпус. – я подчинилась. – Вот так. Теперь левой рукой упрись на себя. – большой, указательный и средний палец у меня остались на ружье, а вот остальные – съехали на рукоятку. – Так. Правую ногу чуть по диагонали назад, стопой прямо. Левую чуть в сторону. Теперь наклонись чуть вперед, корпус прямо разверни. И вот эту точку… - Денис убрал какие-то резиновые колпачки и крутанул барабанчик, от чего, как я поняла, в прицеле, загорелась красная точка. – Совмещаешь с целью. Вон та ручка от шкафа, например. Удовлетворившись увиденным и заметив, что от тяжести у меня уже начали дрожать руки, Денис показал, как правильно опустить оружие, после чего взял его и, отключив прицел и надев защитные колпачки, сложил его в чехол. - Когда будешь стрелять – назад не отклоняйся, вставай вот так, как стояла. Тут отдача сильная, даже несмотря на дульный тормоз, если встать ногами вместе и назад выгнуться – можно и на попу хлопнуться и плечо отбить. Аня тебе еще там покажет, в любом случае. - А это не опасно? – поинтересовалась я. – Ружье все-таки. - При соблюдении правил уровень опасности практической стрельбы… примерно равен шахматам. – парировал Денис. – Дураков там быстро отсеивают. В основном несчастные случаи происходили, когда люди пытались поймать падающий пистолет, и при попытке его схватить тот выстреливал. В просто тирах – да, бывают случаи, когда люди элементарно в первый раз пришли, или просто редко тренируются, и по неопытности или дурости либо себя либо кого-то уработали, а инструктор вовремя не среагировал. Но, в нашем случае это, считай, исключено. Нас всего трое будет на весь тир, Аня лицензированный инструктор с большим опытом плюс сама в соревнованиях участвует и я человек, ну, тоже с опытом, скажем так. - Да я на счет тебя даже не сомневалась. – пошутила я, ибо уж кому-кому, а видеть Дениса «в деле» мне доводилось. И это было действительно очень страшно. - М-да… - пробурчал Денис, оттащив рюкзак и чехол с ружьем в коридор. – Ладно, давай одеваться, нам уже выезжать надо. Ждать себя долго я не заставила, и через двадцать минут Денис сел за руль и, ревя мотором, поехал в сторону их стрелкового центра. Меня удивило то, что на дорогах было довольно мало машин по сравнению с тем, что я видела раньше, хотя было уже не тридцать первое и не первое число. - Так праздники же. – ответил на мой вопрос Денис, перестраиваясь в соседнюю полосу. – У нас они дольше, чем в СССР, с первого по восьмое. - Это если с выходными – то может и десять дней выпасть? – примерно подсчитала я. - Все так. - Ничего себе! А работать то когда? - В остальное время. – вздохнул Денис. – Сейчас многие люди и так ничего кроме дома и работы не видят, ни путевку, ни что-то еще тебе просто так не дадут. Это мне повезло, благодаря родителям, но, как понимаешь, абсолютно не всем повезло так, как мне. Многие работают пять через два минимум по восемь часов, многие – больше. Так что всех за год успевает задолбать эта работа. - А отпуск? - А что отпуск? Отпуск это право, но в какое время тебе его дадут – тут как повезет. Можешь сам выбрать, а может и так случится, что в то время, в которое хотел – не дадут, так как уже выбрали другие и работать некому, как пример. - Похоже, в твое время и правда все сильно изменилось. - Да, - ответил Денис, сворачивая с дороги к зданиям. – И не всегда в лучшую сторону. Тем временем – приехали. Денис подрулил к шлагбауму, перекрывающему дорогу и остановился, опустив стекло. Ни охраны, ни кого-то еще видно не было. Спустя пару секунд шлагбаум вдруг дернулся и начал подниматься. - Это ты сам открыл? – удивилась я. - Нет, по камере база данных сверила номера и машину с лицом. Я для этого стекло и опустил. А открыл охранник дистанционно. Теперь полчаса закрывать… - буркнул он, переключая передачу и поворачивая за угол. Стекло же действительно поднималось довольно медленно. - А тут вообще кто-то есть из людей? – поинтересовалась я. - Аня точно, вон ее машина стоит. – Денис показал на черную спортивную машину, стоявшую у, как я поняла, входа. – Ну и обычный штат охраны. Ща, припаркуюсь и пойдем. Повернув рядом с ее машиной направо, Денис сдал назад и встал рядом с ней и, забрав из багажника ружье и рюкзак, мы направились внутрь. - Сиди-сиди, - остановил он охранника при входе, который, завидев Дениса, встал из-за стойки. – Я и плюс один, были заявлены. - Все верно, проходите. – отрапортовал охранник. – Она вас ждет. Взяв ключ, предложенный охранником, Денис прошел дальше - И даже документов не спросил? – удивилась я, снимая в раздевалке пальто. - Он знает в лицо, кто я такой. – Денис, приняв мое пальто, повесил его на вешалку, после чего разделся сам. – Плюс Аня – начальник всей охраны. Только не волнуйся и не переживай, разговаривай с ней как со мной. Выглядит она грозно, но вне работы или со «своими» – вообще душка. - Ладно. – вздохнула я. – Постараюсь. – для меня было странным разговаривать с человеком старше меня по возрасту и статусу так же, как и с Денисом. - Я думаю, вы поладите. Ну и да, я уже говорил – она может подкалывать, но не принимай близко к сердцу, она не со зла это делает. «Та» ты из девяностых с ней вполне подружилась, хоть и не сразу, так как некоторые шутки ее тоже бесили. Потом привыкла и вы даже друг друга подкалывали. Идем? - Да, пойдем. Поправив кобуру с пистолетом, Денис вышел и, подождав, пока выйду я, закрыл раздевалку и направился дальше, вглубь помещения. - Вот эта галерея. – заметил Денис и открыв дверь заглянул внутрь. – Никого. Ладно, заходи пока, свет горит, значит нам сюда. - Странно. – заметила я. – Где же она? - Да может покурить пошла, сейчас придет. – вздохнул Денис и, набрав воздуха в грудь, крикнул в коридор: - Анна! Ты где?! - Че ты орешь, полудурок? – раздался откуда-то из коридора веселый женский голос. – Тут я! Докурю и приду, видела что приехали, раскладывайтесь пока! - М, я же говорил. – усмехнулся Денис. – У запасного выхода курит. Пока Денис раскладывал ружье и патроны, я тем временем сняла с себя свитер, потому что мне уже стало жарко и осталась в футболке. Спустя какое-то время в коридоре послышался хлопок двери и через минуту в двери в галерею появилась женщина. - Здоров! – обратилась она к Денису. - М, и тебе не хворать! – ответил он, пододвинув к себе тумбу на колесах и положив на нее ружье. После чего они пожали друг другу руки и Анна, отойдя на секунду, чтобы раздеться и кинуть на лавочку куртку, вновь развернулась к нам, будучи уже без нее. - Славя, - взглянул на меня Денис. – наш начальник службы безопасности, мой учитель и хороший друг моей семьи – Анна. Анна – это Славя. - Титулы мог и не расписывать. – ответила она и повернулась ко мне. – Привет! Сказать, что я обомлела – это ничего не сказать. Учитывая, что они с Денисом знали друг друга еще в девяностые, и ей тогда было, исходя из моих рассуждений и рассказов Дениса, в районе двадцати пяти лет, то сейчас ей должно быть под пятьдесят! Я, конечно, видела её на экране телефона, но лицо мне говорило мало что, хотя я уже тогда удивилась. Но, увидев её полностью, ей невозможно было дать больше тридцати! Мускулатура, которая выделялась облегающим спортивным топом, ярко выраженный открытый пресс, подчеркнутый спортивным поясом, на котором висели пистолет и магазины, ростом где-то между мной и Денисом, крайне тренированные руки… Я никогда не видела настолько тренированных женщин. - З-здравствуйте! – я поняла, что надо уже хоть как-то отреагировать на то, что ко мне обратились. - Давай сразу на «ты», бояться меня не надо. – усмехнулась она. – И так, с настоящего времени я в том числе твой тренер… - задумалась она, окинув меня взглядом. – Да, походу, по всему. Что-то пробовала из разряда водить, стрелять, драться? - Х-х-хорошо. Денис один раз учил водить… - собиралась с мыслями я. – Ну и на НВП в школе автомат показывали. - Угу… Ладно, сейчас начнем. Она открыла какое-то подсобное помещение, вытащив оттуда автомат и пару коробок с, как я поняла, пачками патронов. - Что мне делать? – поинтересовалась я. - Сперва очки и наушники надень. Потом посмотрим, что ты умеешь. – оное мне тут же принес Денис и, водрузив это на меня, она повернула мою голову, что-то щелкнула и покрутила на наушниках, отчего я начала слышать все как в тот раз. – Пошли со мной. Взяв вторую тумбу на колесах, она положила на нее две пачки патронов, вторую кобуру с ремнем и потянула за собой, ближе к мишеням. Я вопросительно посмотрела на Дениса, но тот кивнул, мол: «Иди», и сам надел свои очки и наушники. Подойдя к тумбе, я встала рядом с Анной. - Что теперь? – поинтересовалась я. - Теперь… - она достала из кобуры на поясе пистолет, передернула затвор и, щелкнув чем-то на корпусе, положила на тумбу, стволом к мишеням. – Объясню тебе теорию, дальше – попрактикуешься. Пистолета Макарова сегодня не будет, у нас патроны под него закончились, но тебе с этим, - кивнула она на пистолет. – Попроще будет. «Чезет» семьдесят пять эс пи ноль один «шедоу», если интересно. Хорошая машинка, тем более для начала. Анна сперва объяснила мне основные правила безопасности, потом, задав мне вопросы и убедившись по моим ответам, что я их запомнила, перешла к самому оружию. Сперва подготовка к стрельбе, как поставить на предохранитель, как снять, зарядить или разрядить, для чего нужно то или иное действие, затем зарядила в магазин, который сняла со своего пояса, учебный патрон, показала, что и как происходит на том или ином этапе и так далее. Все это заняло где-то полчаса. - Ладно. – резюмировала она. – Для начала неплохо, дальше наработаем практикой. Клади все на тумбу. Положив пистолет и магазин на тумбу, я наблюдала за тем, как она, открыв пачку с уже боевыми патронами, зарядила один в магазин и заговорила: - Пока заряжу один, посмотрю, как ты справишься с отдачей. - Только один? - Дело в том, что если патронов будет больше одного и если пистолет вырвет из рук отдачей, а ты в этот момент нажмешь на спусковой крючок из-за проворота, есть отнюдь неиллюзорный шанс залепить себе в голову. Пока проверим, если все нормально – естественно, будем заряжать больше. Какая отдача со стороны – сейчас покажу. Вставив магазин, заряженный большим числом патронов, который тоже был у нее на поясе, она обхватила пистолет одной рукой, видимо, для наглядности, так как мне она показывала удержание в двух руках, и раз десять выстрелила в сторону мишеней. От первых выстрелов меня аж передернуло, так как резкого звука я все же не ожидала, но наушники сработали и меня не оглушило так сильно, как могло. - Как будто бы небольшая. – заметила я, когда она положила разряженный пистолет на тумбу. - Вначале будет казаться большой. Но это кажется, это девять миллиметров, а не револьвер под охреневший патрон. Вот там да, новичку вообще руки отшибет на раз. Вот твой, - подтолкнула она магазин. – Зарядить, приготовиться. Взяв, как учили, в правую руку пистолет, следя за тем, чтобы стволом он смотрел в сторону мишеней, левой я вставила магазин в рукоятку и… застопорилась. - Сними предохранитель, передерни затвор и снова поставь на предохранитель. Палец на спуск не клади, пока не будешь готова стрелять. – подсказала мне Анна, встав по левую руку от меня. – Моя рука будет рядом, я перехвачу тебя, если что-то пойдет не так. Не переживай. - Вытянув правую руку, она держала ее рядом с моими двумя и пистолетом, но непосредственно их пока не хватала. Когда я сделала, что она просила, ухмыльнувшись, та скомандовала: - По готовности – огонь. «Так… - пронеслось у меня в голове – Огонь. Точно, предохранитель!». Сдвинув флажок вниз, на боку пистолета исчезла белая и появилась красная точка. Вытянув руки вперед и встав примерно, как она показывала, я совместила мушку и целик и, вздохнув, вдавила спуск на себя. Произошел выстрел и затвор откатился назад, оставшись там. Дрожащими от испуга руками я извлекла магазин и показала Анне его и пистолет. - Осмотрено. – раздалось в ухе. – Сними с затворной задержки, контрольный спуск, предохранитель. Магазин положи. Положив на тумбу магазин, я кое-как нажала на клавишу, про которую она говорила, отчего затвор пистолета поехал вперед, вернувшись в изначальное состояние, я нажала на спуск, убедившись, что ствол смотрел в сторону мишеней, и нажала флажок предохранителя вверх. - Клади на тумбу тоже. Только положив пистолет на тумбу, я смогла более-менее выдохнуть. - Я куда-нибудь попала? – спросила я. - Нет. – окинула та взглядом мишени, стоявшие от нас где-то в пятнадцати метрах. – Но сейчас такой задачи у нас нет, чтобы ты везде «альфу» выбивала. Ты слишком зажато стоишь, напрягаешься, боишься выстрела, отчего наваливаешься чуть вперед, и дернула пистолет вниз. С другой стороны – правила безопасности не нарушены. Остальное – с практикой. Пистолет в этом плане требовательное оружие, карабин попроще. Но с карабином штука тоже своя – использовать легко, сложно стать мастером. - Ясно… - задумалась я, прокручивая сказанное у себя в голове. – Слушайте, кхм, слушай, - поправилась я. – Можно спросить? - Я тут в том числе и для этого, зачем спрашивать разрешения? - А Денис как? Он будет сегодня стрелять? - Хм… - задумалась она. – Ладно, думаю, пусть покажет, что такое реально мощная пушка. Только давай-ка сперва свалим назад. Возражений у меня не нашлось, и вскоре мы вернулись к тому месту, где стояли до этого. - О, мне предлагаете? – поинтересовался Денис и получив утвердительный ответ, воскликнул: - Хо! Меня дважды просить не придется! Берегите уши только. Денис отправился на рубеж, мы же с Аней встали от него чуть сбоку, как она тронула меня за плечо: - Ближе не подходи особо. – отметила она. – У него с этого дульника выхлоп конский, особенно вправо и назад, как раз на нас. Я сюда специально встала, чтобы ты почувствовала, но ближе лучше не вставать. По ушам и в глаза давлением ударит сильно, если близко встать, да и прическу испортит. - Готовы? – спросил Денис. - Да, долби. – ответила Анна. - Внимание! – предупредил Денис. Когда Денис выстрелил, я машинально, даже несмотря на то, что на мне были наушники, закрыла ладонями уши. Если пистолет просто издавал резкий высокий звук, то здесь звук был гораздо громче и при том раскатистее и басовитее, словно в помещении бахнули из настоящей пушки. С края ствола, там, где у Дениса, видимо, висело какое-то устройство, сверху и с боков вырывались вспышки пламени, а на нас неслабо так дуло, словно кто-то махал огромным веером прямо перед нами, при том сила потока была такая, что, казалось, даже давит на кожу. Волосы ощутимо трепало. Грудная клетка тоже вибрировала. Несмотря на это, я не могла оторвать от этого глаз. Наконец у него, видимо, закончились патроны в магазине, затвор ружья тоже откатился назад. Вынув магазин, Денис нажал куда-то рядом со спусковым крючком, затвор с лязгом возвратился вперед и после того, как он нажал на спуск и щелчка, видимо, включения предохранителя, он отошел левее и положил ружье на тумбу, стволом тоже в сторону мишеней. - Как ощущения? – усмехнулся он. - Думала, у меня сердце остановится! – выпалила я, поправляя волосы, благо, перед выездом я быстро собрала их в хвост. Но спереди все равно они из-за этого представления немного растрепались. – Аж внутри все трясло! Как вы вообще из этого стреляете? - С кайфом! – хихикнула Анна, отходя от меня. – Это еще не самое громкое, что тут было. - Я не хочу это лично проверять. – съязвила я. – И мне что-то на очки попало. - Дай гляну. – сказала Анна, протягивая руку. Я сняла с себя очки и дала ей. – А, это ерунда. Частицы пороха и газы долетели, протри и все. – заключила она и вернула их обратно. Так я и поступила. После Анна продолжила инструктировать меня, и я расстреляла еще несколько магазинов из пистолета. Попадания приходились в основном в нижнюю левую часть мишени, на что она ответила, что я, машинально пытаясь держать пистолет так, чтобы он при нажатии на спуск не ушел правее, в итоге направляю его левее. Но при этом похвалила, заметив, что отдачи я стала бояться меньше. - Ладно, пока сменим, так сказать, тему. – вздохнула она, убрав пистолет в свою кобуру и отошла к месту, где стоял автомат. – Попробуй вот этого красавца. Автомат был весь черный, даже приклад, кое-где поблескивая немного слезшей краской. - У вас тут и автоматы есть? – удивленно спросила я, когда она протянула мне его. - Это гражданское оружие. – ответила она. – Да, это АК, только без возможности вести автоматический огонь. И со сложенным прикладом не стреляет. Остальное – то же самое. - Легче, чем ружье Дениса. – прикинула я автомат в руках. - Да. Это же автомат, а у него ружье, так еще и с базой от пулемета. Там и ствол больше и тяжелее, и затвор, и коробка толще. Плюс у него тюнинг тоже веса немного добавляет. Магазины там на десять то ли на двенадцать патронов, точно сейчас не скажу, какими он пользовался сейчас, но патроны тяжелее на несколько порядков. Ну и дульный тормоз с цевьем и прицелом тоже чуть прибавляют. По прикладу не скажу, я разницы по весу со стандартным особо не замечаю. У меня такое же ружье для соревнований, только собрано чуть по-иному – другие рукоятки, прицел и цевье с прикладом. Глядя на ее мышцы можно было подумать, что она бы и разницы в пару килограммов практически не почувствовала. - Но, все же… - задумалась я. – Это правда гражданское оружие? - Да. – цыкнула она, открывая бутылку с водой. – Получаешь лицензию на охотничье ружье в восемнадцать лет, пять лет владеешь им, затем можешь получить лицензию на нарезное. – и, отпив из нее, продолжила. – А там – хоть снайперскую винтовку можешь себе купить, были бы деньги. Но чтобы пострелять в тире – лицензий не надо. Про юридические тонкости я тебе потом расскажу, коль захочешь. Или можешь Дениса спросить. - А тут есть? – заинтересовалась я, ибо снайперских винтовок я в руках не держала, в отличие от автомата Калашникова. - Что? – не поняла сперва Анна. – А, снайперки? Нет, тут нет. У меня есть болтовка, но с собой я ее, понятно, не таскаю. Это винтовка с продольно-скользящим затвором, а-ля как у винтовки Мосина. На слэнге – «болтовка», «болтовик» ну и всякие производные. – пояснила она. – А что? - Да просто я никогда их в руках не держала, вот и интересно стало. – смутилась я, ибо никогда не говорила до этого другим людям, что пощупать всякую технику мне тоже может быть интересно. - Ну, тут есть «Тигр» - это гражданская версия винтовки Драгунова, пощупать дать могу потом, но пострелять сразу не получится – там меняли прицел, но еще не пристреливали. С «болта» потом дам пострелять, как раз думала выгулять свою винтовку. Но там калибр серьезный, не знаю, как тебе будет… Ладно, пока к нашим баранам. С автоматом или, как называли его Анна с Денисом – карабином, было проще. Удивило также и то, что отдача была довольно маленькой. Я думала, что мне прям нужно будет упереться ногами в пол, чтобы не улететь в стену стрельбища, но нет. Анна точно так же выставила меня в стойку, показала, как заряжать и разряжать так, чтобы, как она выразилась: «Не бегать потом, как обосранный олень и с дырой там, где ее изначально быть не должно». Со стрельбой из него у меня все получилось гораздо лучше, хоть мы и отошли подальше от мишеней, на отметку в пятьдесят метров, но позже выяснилось, что большинство моих выстрелов легли в окружность мишени, а несколько из них даже поразили цифры, довольно близкие к центру. - Для начала – сойдет. – резюмировала Анна, меняя мишень и прикрепляя ее к стене степлером. – Пока пойдем передохнем, пусть проветрится. В свою очередь ты вспомни вот те ощущения, когда ты попадала в около центр, по моим прикидкам это где-то в середине было, примерно вспомни, куда и как ты смотрела, как жала на спуск, и постарайся это зафиксировать у себя в голове. Остальное – ты резко давишь на спуск и так же «клюешь» вперед-вниз, как бы ожидая выстрела. Из хорошего – я заметила, что ты не жмуришься в момент выстрела. Это хорошо, не придется ставить это отдельно. Остальное – практика и практика. - Я не знаю, стоит ли мне. – задумалась я. – Это опасные вещи, да и я же все таки девочка, да и в целом – не хорошо это, в людей стрелять. - Пхах, - усмехнулась Аня. – Ты же в транспорте ездишь, пассажиром там, или водителем? - Ну… да. – я не поняла, к чему был вопрос. - У нас за 2015 год только в России больше двадцати тысяч человек погибло в ДТП. Получается ну плюс-минус километр пятнадцать, почти шестнадцать человек на сто тысяч населения. Я давно статистику по годам смотрела, не помню точно. Раненых – больше двухсот тысяч точно, я не помню конкретное число. – такие цифры меня шокировали. – Вот и думай. Девочка – ну и что с того? Так и сидеть кашеварить всю жизнь или что там, не знаю, сама придумай? Я сколько в соревнованиях по стрельбе участвую – женщин полно, особенно за рубежом. И убила я там только картон и кучу денег. Поэтому брось ты это, про «опасные вещи». Это не про то. Никто не мешает заниматься спортом и в жизни не выстрелить ни в человека ни в животное. А сдуру, как говорят, можно и хер сломать. – этим слоганом Аня закрыла за нами дверь в галерею и направилась к запасному выходу, откуда вначале и пришла. - А куда мы? – спросила я, ибо Денис за все наше нахождение тут особо не разговаривал. - Я – курить, вы – хоть воздухом подышите. Благо, я додумалась надеть на себя свитер перед тем, как выйти. Денису же, кажется, прохлада была нипочем. В целом, несмотря на то, что она доносила свои мысли иногда грубо и даже вульгарно, не согласиться с ней было сложно. Действительно, а кто меня заставляет стрелять именно в людей? Особенно здесь и сейчас? Там, «у себя», я и не задумывалась особо, что оружие может использоваться кроме как для охоты или для службы. Если так подумать – в целом, хоть оно и было громко и иногда страшновато, но в чем-то даже интересно, а уж тем более в компании Дениса. Да и Анна, несмотря на то, что была прямой и иногда резкой, никаких плохих эмоций у меня не вызывала, напротив, инструктируя меня максимально четко объясняла, поправляла, если было что-то не так, даже не повышала голос. Видно, что человек профессионал в своем деле. Мы втроем, как оказалось, вышли на задний двор. Анна, выйдя из двери следом за нами, достала пачку сигарет и, взяв одну, протянула нам, мол: «Будете?». - Не курю, спасибо. – ответила я. Денис задумался, кинув взгляд на меня, на что я пожала плечами. Подумав еще секунду он, со словами: «Вообще не хочу, но раз такое дело…» взял сигарету. Анна закурила сама, после чего отдала зажигалку Денису. - Ух, крепкие, зараза! – воскликнул Денис, возвращая зажигалку владельцу. Попутно они, как будто заранее договорившись, встали так, чтобы дым не попадал на меня. - Да вроде обычный красный «Мальборо». – заключила она. – Че то сегодня захотелось, вот и взяла. - Мне крепковаты. – ответил тот, выпустив дым. – У меня батя такие курит. - А, кстати, к твоим рассуждениям про «опасные вещи»… - обратилась она ко мне, стряхивая пепел. – Знаешь, почему кот однажды все-таки перестал бояться пылесоса? Денис же отреагировал на это то ли вздохнув и что-то неслышно сказав, то ли просто решил затянуться посильнее. - Нет. – ответила я и на пару секунд задумалась, но вариантов ответа придумать так и не смогла. – Почему? - Он втянулся. – закончила она и вновь сделала затяжку. Я сперва не очень поняла, в чем смысл вопроса и ответа на него. Денис тоже стоял с каменным лицом, стряхивая пепел в урну. «Так, - задумалась я. – Кот перестал бояться пылесоса, потому что… А-а-а…». И засмеялась. - Нашли друг друга… - вздохнул Денис. - Да ладно тебе! – улыбнулась я. – И правда хорошая шутка. - Только я ее ей и рассказал. – усмехнулся уже он. – И в разных вариациях уже слышал раз пятьсот наверное. - Я в первый раз слышала. – улыбнулась я. – Особенно еще и с вашими сигаретами тоже забавно. Ой… - задумалась я, посмотрев на них. – Кстати, а где здесь туалет? - От входа налево, вторая дверь слева. – опередила Дениса Анна. – Иди. – она поднесла какую-то карту к устройству с огоньками рядом с дверью, после чего, пискнув, дверь открылась, впуская меня внутрь. Вернулась обратно я минут через пять, успев услышать через дверь то, как они о чем-то разговаривали: - … можно будет оформить, я знаю, кого можно тряхнуть на этот счет. С правами и прочим – это потом, сперва надо продумать легенду. На этот счет надо потом обсудить, втроем. – говорила Анна. - Спасибо. – отвечал Денис. – Вопрос в том, хватит ли у нас времени до того, как мотанет обратно. - Учитывая, сколько вы уже здесь, - на слове «уже» она сделала особенный акцент. – То, скорее всего, вас вышвырнуло надолго. Я даже не успела ничего сказать как она, видимо, открыла дверь с той стороны. В прочем, на мое присутствие особого внимания она не обратила. Выйдя снова во двор, я встала рядом с Денисом, который давно докурил, но запах сигарет от него, конечно, был приличный. - Ты как? – кивнул он мне. - Все в порядке. – улыбнулась я. - Кхм… - кашлянула Анна, переведя взгляд с двери на меня. – Короче, где-нибудь неделю особо в местах, где могут проверять документы, не отсвечивай. Есть у меня один человек, с которым я поговорю на этот счет. Сделаем тебе документы. Не поддельные, не переживай. – успокоила меня она. - Спасибо… - сдавленно поблагодарила я, так как даже не знала, что сказать еще. - Вопрос только в том, указывать твое имя или лучше сменить? - Зачем? – удивилась я. - Если кто-то будет вас разыскивать – он пробьет твое имя и фамилию. Оно у тебя редкое, вариантов будет немного. В целом – под вымышленным именем будет безопаснее, с одной стороны. С другой – можем оставить твое, так можно будет наоборот узнать, кому и на кой черт ты понадобилась, если что, да и привыкать не придется. И так придется привыкнуть к новой биографии. - Если это не подставит вас с Денисом, - высказалась я. – Я бы хотела остаться со своим именем. Анна посмотрела на Дениса, но, видимо, в их немом диалоге дал понять, что не возражает. - Ну, дело ваше. – вздохнула она. - А как быть, если нас остановит ГАИ? – поинтересовалась я. – У меня то документов сейчас нет. - Номера Дениса каждая собака знает. – ответила Анна. – Пробьют и отпустят, если не что-то прям чрезвычайное уровня сбитой бабки посреди магистрали. – но, видя мое непонимание, пояснила: - Если не вдаваться в подробности – там все свои, никто связываться без крайне, - подчеркнула она. – весомой причины не станет. И вопросов задавать тоже. Не суетись. - П-поняла. - И не сболтни кому лишнего. – предупредила она. - Хорошо… - признаться, этим своим предупреждением она меня несколько напугала. - Да не пугай ты человека понапрасну. – вмешался Денис. – И так не из болтливых. - Хм… - только фыркнула в ответ Анна. - И вообще – там, так то, стволы стынут, если ты уже докурила. - Ну так пошли, чего тупите? – парировала она. В помещение, в которое мы вернулись, стало ощутимо свежее. Не дожидаясь команды, я на всякий случай вновь натянула на себя очки и наушники. В этот раз включал их мне уже Денис, он же и спросил: - Ружье попробуешь? - Мне после того, что я увидела, даже страшно. – призналась я. - Да не дрейфь! – включилась Анна. – Как комарик укусит! С цефтриаксоном да без лидокаина! - Денис гневно взглянул на нее, после чего она подняла обе руки кверху: - Шучу-шучу! - Если неправильно вложиться – будет больно. – констатировал он. – Поэтому мы и здесь, чтобы ты отсюда уехала с целыми плечами. - Ну, раз уж такое дело… - вздохнула я, взглянув на лежащее на столе ружье. - О, наш человек! – оживилась Анна, отставив бутылку с водой в сторону. На сей раз рядом уже были оба – и она и Денис. Сперва тренировались без магазина и патронов, Анна на примере Дениса показывала, как мне правильно взять ружье, так как, по ее словам, «тягать такую дуру по сто раз» она была сегодня не в настроении. После чего ружье гордо вручили мне, сходу исправляя ошибки и недочеты. Конечно, на вытянутых руках долго его было не удержать – вес около пяти, как объяснил Денис, килограммов тому ни разу не способствовал. Вдобавок он объяснил, что у его ружья отдача несколько меньше, чем у обычной версии, за счет устройства на стволе и какого-то буфера, как он его назвал. Наконец, мне вручили магазин, пока с одним патроном. - Учитывай, отдача тут серьезная. – еще раз предупредила Анна, вновь держа свою руку рядом с ружьем. – Все ошибки по вкладке сразу выявит. - Угу. – опустила я ружье к поясу, так как до этого просто примерялась. У Дениса на ружье стоял прицел с красной точкой, но стоял он выше того, который был на ружье изначально, поэтому мне было немного непривычно. - Зарядить, приготовиться! – скомандовала она. Магазин щелкнул в шахте сам. В отличие от автомата, его не нужно было зацеплять, но я на всякий случай подбила его снизу, после чего сняла предохранитель, передернула затвор и вернула предохранитель обратно. - Готова? - Да! – крикнула я. - Огонь! Но «огня» не получилось – предохранитель почему-то застрял в верхнем положении. Как учили, держа оружие в сторону мишени, я спросила про это Анну, и после ее подсказки мне удалось таки снять предохранитель. Как оказалось – в таком случае нужно было чуть оттянуть его от корпуса и также опустить вниз. - Огонь! – повторила команду она. Вскинув ружье, я совместила красную точку с мишенью и надавила на спуск. Ощущения, помимо адского грохота и ощущения, что мне что-то чуть дунуло в лицо, были такими, словно меня ударили в плечо ногой до такой степени, что даже рука немного занемела, меня шатнуло и немного повернуло. - Разрядить, показать! Кое-как поймав магазин вместе с рычагом сброса левой рукой, я продемонстрировала его Анне, после чего, вернув затвор в исходное положение выезжающим рядом со спуском рычажком, щелкнула спуском и вернула предохранитель в верхнее положение, после чего положила ружье на тумбочку. - Попала на границе четверки и пятерки. – констатировала Анна. – Плохо вложилась, дернулась от боязни выстрела. Ты аж сжалась вся. От плохой вкладки и того, что ты неправильно поставила ноги оно и врезало в плечо вместе с мотанием. Но ружье не бросила и не начала им крутить, похвально! Еще раз! Что примечательно, несмотря на это, она не вмешалась, что значило, что техника безопасности мною нарушена не была. - Еще раз?! – удивилась я. – Это было больно! Не знаю как вам, конечно… - Оно от того и больно, что ты ошиблась и неправильно вложилась. Ничего страшного, часто случается. – перебила она меня. – А у меня уже мозоль на плече, мне похеру. - Ла-а-адно! – вздохнула я. Уж не знаю, что во мне в тот момент взыграло, но я решила, что так просто я это дурацкое ружье не брошу. На этот раз мне зарядили уже полный магазин, из-за чего это несчастное ружье стало еще тяжелее! Оставалось только завидовать тому, насколько Денис ловко с ним управлялся. - Теперь смотри, - начала она. – У тебя сейчас заряжено десять патронов. Твоя задача – ровно, не спеша, сформировать вкладку, ноги, как показывали, и сильно, но плавно давя на спуск, заколотить все это дело в мишень. Дышишь ровно, спокойно. - Да как тут спокойно! Все грохочет, все лягается, еще и может кого-то убить ненароком, если я ошибусь! - Убить ты тут сейчас сможешь максимум стены и пол с потолком. Ну, еще картон. – вздохнула она. – Не похоже, чтобы они были живыми, м? Значит, смотри, - она расположила руки так, словно сама держит карабин. – Выдох, чуть задержала, выстрел, вдох. Выдох, подержала, выстрел, вдох. Спокойно, никуда не спеши, если устали руки – опусти ружье к поясу, убрав палец с крючка. Чуть отдохнула, вскинулась – опять по той же схеме. Никто тебя никуда не гонит. Попробуешь? - Попробую. – отчеканила я, уже даже начиная немного злиться. - Не смотри на меня, смотри на мишень и представь, что твоя злость должна лететь в нее. Или можешь чью-то особо ненавистную рожу представить, не знаю, но настрой уже боевой. – прокомментировала она и скомандовала: - Зарядить, приготовиться! – и, после того, как я все сделала: - По готовности – огонь! «Выдох… - повторяла я сама себе. – Точка и мишень. Бах. – нажала я на спуск. – Вдох. Выдох. Задержать. Бах. – таким образом две пули отправились в мишень». - Крепче вдави в плечо! Больше левую руку в работу, не перевешивай на правую! Правая поддерживает и спуск! – кричала Анна. После третьего в тот момент выстрела, я опустила ружье, ибо руки начало уж слишком трясти. И я, наконец, осознала, что рукоять спереди довольно удобна, если схватить ружье тем же хватом, что и Денис, тогда пара пальцев левой руки как раз чуть обопрутся на нее и сформируют хороший упор. До этого я машинально перехватывалась ей ближе к магазину, хоть мне и показывали как раз тот хват, что и у Дениса, и рука соскальзывала по гладкому цевью, отчего я сильно напрягала руку в попытке удержать ружье на месте. - Вот так! Хорошо! – воскликнула Анна, когда я вновь вскинула ружье и сделала выстрел. – Продолжай! Да! Да! Именно! – в этот раз уже действительно было не так больно, а в магазине оставалось еще четыре патрона. Руки после того, как я нашла для себя точку опоры, тоже стали уставать меньше, ибо я, благодаря упору, перестала тратить силы на то, чтобы направить ствол вверх, а вместо этого просто упирала левой рукой в себя, из-за чего он и так оставался на месте, и укрепилась в поясе. – Умница! – прокомментировала она, когда я вновь выстрелила. – Дави! Последние два! Вот так! Разрядить, показать! Осмотрено, контрольный спуск, предохранитель! - Ну что? – спросила я. - Это я называю «дошло». – ответила она. – Пошли, глянем. Подойдя вмести с ними к мишени я обомлела – почти все попадания пришлись в около центральную часть мишени, а два из них легли почти в одну точку, поразив «десятку» и «девятку» рядом друг с другом, образуя рисунок восьмерки от находящихся почти друг в друге пробоин! - Молодец! – похвалила меня Анна. – Хороший результат! - Воу, это отлично! – вторил Денис. - Еще месяцок мне с тобой поработать – глядишь, все не дальше восьмерки уложишь! – вторила Анна. - Да ладно… - им удалось меня одновременно засмущать и порадовать. – Мне просто повезло. - Не, нифига подобного! – возразила Анна. – Хорошая, уверенная куча, особенно для начинающего. – провела она маркером по мишени. – Десять раз подряд повезти не могло. Даже пусть и на тридцать метров, но это уже некисло! - Но, тут же прицел, да и само ружье… - Оно само от этого не наводится! – возразил Денис. – Толку от прицела, если стрелок будет безрукий. - А тут совершенно обратное… - цыкнула Анна. – А вот это, - ткнула она в две пробоины в «десять» и «девять». – Уже хорошая заявочка, здесь ты лучше всего все сделала. При том дважды. Теперь тебе нужно воспроизвести свои ощущения и механику тела, как ты сделала этот выстрел тогда. Как плечо, кстати? - Вроде… - удивленно задумалась я. – Цело. - А зачем левую руку до этого к себе жала? Все правильно, она у тебя так и скользила и, по итогу, вместо того, чтобы прижимать, то есть двигать в одном направлении – на себя, ты левой рукой пыталась одновременно с этим направить переднюю часть вверх, обратно на мишень, потому что согнутая так рука с такой массой оружия тебе не давала достаточного, так сказать, рычага. По итогу ты начинала отклоняться назад в спине, чтобы удержать, и вот такая вот фигня шла по нарастающей. - А почему сразу не сказали про это? - Оно лучше, когда до тебя это самой дошло. Я же говорила – не сжимайся в комок, не прижимай руку так, у тебя вон целая шпаргалка визуальная стояла в лице этого парня, вы с ним по росту и длине рук не бог весть как отличаетесь. А вот правую руку, то есть локоть, в сторону отставлять сильно не надо. Я сейчас не про твою стойку, ты вот конкретно сейчас хорошо стояла, вообще в целом. Увеличивает твой силуэт со всеми из этого… выходящими с вытекающими. Давай еще магазин, и хватит с твоего плеча на сегодня. И хватит «выкать», я не настолько старая! На удивление, после того, как до меня все действительно дошло, стрелять стало гораздо веселее и она перестала доставлять настолько болезненные ощущения. - Молодец! Вот теперь точно хвалю! – прокомментировала она, посмотрев мишени. В прочем, теперь с моего плеча, которое уже начало болеть при движении им, было точно достаточно. Денис, видя мои движения, сразу поспешил успокоить, сказав, что у него есть хорошая обезболивающая мазь. Это немного, но действительно успокаивало, так как мне не придется терпеть эту тяжесть в руке. После чего в дело включился Денис, и наблюдать за ним было действительно завораживающе, особенно, когда я представляла, как каждый его мускул движется, манипулируя с ружьем, как руки сжимают эту рукоять и давят на спуск… - Растаешь, снежная королева! – вывела меня из забытья Анна, протянув бутылку воды. – На, попей, а то в облаках витаешь. – хихикнула она в завершение. - А… - только и смогла вздохнуть я и тут же смутиться. - Да ладно тебе! – хлопнула она по плечу. – Зрелище для девушки ведь действительно что надо. - Я вообще-то вас слышу. – заметил Денис. – И чувствую, что пялитесь, тоже, хе-хе! - Наслаждайся! – фыркнула Анна. Меня же его заявление о том, что он чувствовал наши взгляды, заставило покраснеть еще сильнее. - Дела-а-а… - вздохнула она, посмотрев на меня и сделав пару глотков из своей бутылки. – Отойдем? Надо поговорить. – такое предложение меня несколько удивило, и я посмотрела на Дениса. – Да не бойся, не съем я тебя. - Только не убейте там друг дружку. – то ли пошутил, то ли констатировал Денис в ответ на мой взгляд и разговор Анны и едва улыбнулся, глядя мне в глаза и слегка кивнув головой, мол: «Все в порядке, иди». Разговор у нас состоялся все там же. Я же в удивлении стояла и смотрела, едва успев натянуть на себя свитер и взять из раздевалки куртку перед тем, как Анна открыла дверь на улицу. Закурив, та, из верхней одежды будучи только в едва застегнутой куртке, откинулась на стену и заговорила: - Короче, тут еще такая ситуация вырисовывается. Через день-два, я позвоню, съездишь либо со мной, либо с Денисом, обследуем тебя. - Зачем? – удивилась я. – Спасибо, конечно, но на здоровье я не жалуюсь. - Во-первых, - выпустила дым Анна. – После того, где и как тебя нашел Денис, тебя нужно обследовать уж хотя бы на предмет пневмонии. То, что он дает тебе, это так, профилактика. Во-вторых – для того, чтобы, на всякий случай, у тебя была хоть какая-то медкарта. Сразу тебя успокою – мне медицинская информация о тебе не сдалась. Как минимум потому, что я и так знаю основное. - А… Каким образом? – удивилась я. - Из девяностых. Группа крови, резус, физические данные, аллергии – это то, что я знаю точно. Это было нужно на экстренный случай. - Кстати, Денис ведь рассказывал, что «ту» меня ранили… Можете, кхм, - поправилась я. – Можешь рассказать об этом? - Особо рассказывать нечего, меня там в тот момент не было. – вздохнула она. – Тебе повезло, что пуля, видимо, врезалась во что-то до того как попасть в тебя, поэтому тебе не так сильно разворотило ногу, как могло бы. У некоторых пуль калибра пять сорок пять есть такое поганое свойство, что при попадании в мягкие ткани она начинает в них кувыркаться. Мне Денис как-то рассказывал из-за чего такое, что-то там со свинцом и оболочкой на производстве, не суть. Так вот, тебе повезло. Пионер и Денис с Виолой тебя быстро, как для такого ранения, поставили на ноги. Но вот меня другая история смущает. – стряхнула она пепел в урну. - Какая? – поинтересовалась я. - Он тебе не сказал? - Не сказал что? – признаться, эти вопросы с интригой начинали раздражать. - Что ты много лет там считала его мертвым. Он ушел из твоей жизни, а после сымитировал свою смерть. - Чтобы «ту» меня оставили в покое! – возразила я. – Да, я знаю эту историю. - И тебя в ней вообще ничего не смущает? Что он потом встречался со мной, не давал той тебе знать о том, что на самом деле жив, только потом, когда уже тебя он и Артур приперли раненую на его базу? - Меня там не было. – отрезала я. – Конец истории. Человек десять лет пробыл, я уверена, в аду, не в своем времени, без друзей, без родителей, без ничего! – в удивлении для себя краем сознания я отметила, что начинаю «заводиться». – И что мне теперь? Убиваться, что ой, что он там вытворял без меня, не дождался, или что? Или что он все помнит и он в теле семнадцатилетнего? Ты в своем уме? Чего ты добиваешься? - Воу-воу, спокойно. – ответила она, подняв руки в примирительном жесте. – Мне-то откуда было знать, что ты и так все знаешь. - Чего ты хочешь этим добиться? Рассорить нас? Зачем поговорить хотела? - Да успокойся, мать! – впервые за все время повысила она голос. – Я хотела моменты некоторые выяснить, чего бочку то катишь сразу? - Извини. – осела я на скамейку. – Не знаю, что на меня нашло. - Проехали. – затянулась она. – Сдались вы мне, ссорить вас. Мне и без этого дел вот так вот, - провела она рукой по горлу. – Хватает. То своя работа, то еще два влюбленных дебила на голову свалились. Нет, чтобы мне сразу позвонить, так нет, собака, молчит, как партизан. - Он звонил. – поправила я, вспомнив тот день и рассказ Дениса позже. – Ты не ответила. - Может, спала или не успела подойти. Чего не перезвонил? - А я откуда знаю? – вздохнула я. – Кстати, раз уж так, можно и мне такой нескромный вопрос? - Валяй. – почти докурила она. – Но не факт, что отвечу. - Почему ты нам, после всего, помогаешь? Особенно мне? – этот вопрос меня интересовал с момента того, как она позвонила Денису в торговом центре. - Извини, тут изливать душу не стану, поэтому объясню как можно проще. – ехидно ответила она. – Денис очень помог мне в том времени, в котором я родилась и жила. В чем – рассказать, во всяком случае, пока, не могу. Могу только сказать, что это крайне личное. Плюс, благодаря его рассказам и советам я пережила всю ту, не побоюсь этого слова, жопу. В некоторую, конечно, я могла бы и сама не лезть, но оставим это за скобками. И получила эту работу. Плюс он меня учил. Поэтому, я перед ним в охренительном долгу, вот и приглядываю за ним и его семьей. И за вами тоже. - И… - ее история заставила меня задуматься. – Как давно? - За ним – с самого его детства в этом времени. За вами – скажем так, в том времени больше всего со мной подружились Алиса, но это неудивительно, мы во многом похожи. Что удивительно – ты тоже. - Я?! – благо, что скамейка была со спинкой. - Да. И, должна признать, мудрости и смелости вам обеим не занимать, что тебе, что взрослой тебе. Это я уважаю. – судя по тону и взгляду, говорила она совершенно серьезно. – И ты и молодой и, собственно, мне, которая я, тоже во многом помогла. Особенно с некоторыми тараканами в голове. Поэтому, скажу прямо, я – один из последних людей, кого тебе нужно бояться. Несмотря на мой вид и, зачастую, манеру общения. И, кстати, извини, если чем-то тогда задела. - Все в порядке. – выдохнула я. – Я понимаю. Ты меня видела первый раз в жизни. - Да вот как бы и не так. – присела она рядом. – Пусть вы и несколько разные с тобой взрослой, но все же. - В каком смысле разные? – поинтересовалась я. - Та версия взрослой тебя… - задумалась она. – Из-за событий до всего этого стала несколько… жестче. Да, наверное, лучшая формулировка в этом контексте. Перестала пытаться всем понравиться, играть в спасателя, убегать от себя настоящей и своей жизни в работу. Да и дрыном так может отходить, если припрет – мать родная не узнает. - И такое было?! - Да, к сожалению. Не меня, там, была ситуация, ее пытались «подцепить» на улице трое. Отмудохала она их этой то ли палкой, то ли трубой, до кровавых слюней. Она после «гибели» Дениса и знать то никого не хотела, а тут эти со своими подкатами. Ну и все, перекрыло барышню. Сама, говорит, особо ничего не помнит после того, как ее облапали, просто в один момент выключателем щелкнули, и она стоит со сбитыми руками, с трубой или палкой этой, а эти по всему двору валяются. Кто блюет, кто в отключке. Говорит, соседи потом рассказывали, с какими матюгами и демоническим голосом она их звездюлями угощала. У одной попугай потом всех такими же херами крыл, - рассмеялась она. – У второй, которая с собакой рядом была, собака под себя ходила какое-то время, боялась на улицу идти. Она ж потом пришла к некоторым соседям, выяснять, что было, и так, извиниться, так собака от нее под диван забилась. Там при том не карманная собачка была ни разу. Ой… - отсмеялась она. – В общем, шутки шутками, но как есть. - Я действительно такое сделала? – удивилась я. - Ага. Да и потом, когда меня Денис отправил приглядеть за тобой, я там пару алкашей тоже отпинала под видом КГБ-шницы. Но ты, судя по выражению лица, была не особо удивлена что мне, что пистолету у меня. Хотя и спалила, по-моему, что пистолет у меня не такой. Я тогда другим именем представилась. Ну и потом, когда я при смерти лежала, ты тоже на костылях приползла, держала меня за руку, что-то говорила. У меня периодически так, полубредовое сознание появлялось на какое-то время, слышала твой голос. Мне, видимо, Денис перелил кровь и с Виолой еще тоже что-то намутил, вот я и не померла. Собаке моей ты тоже понравилась. А уж он редко в людях ошибался. - Я вот хотела спросить на этот счет. – вспомнила я. – Денис говорил, что по итогу там было две тебя. Как это вообще… ощущается? - Да никак. Я и она – один и тот же человек, просто из разных временных периодов. Сознание у нас у каждой свое, да и мысли друг друга мы не читали. Поэтому мы друг другу не мешаем. - Но, я же правильно понимаю, что для тебя это время, где сейчас мы, не родное? - Все правильно. Хотя различий, в принципе, не так много. В этой реальности я уже освоилась за два десятка лет, а туда – хах, как в старый дом вернулась. - И сколько же лет тогда было вам всем? – поинтересовалась я. - Денису где-то двадцать семь, мне где-то двадцать четыре – двадцать пять, тебе тоже в районе двадцати семи, Алисе и остальным – по семнадцать-восемнадцать. Они тогда, когда вы с Денисом были помощниками вожатой, были в младшем отряде, и потом там неоднократно встречались, переписывались и так далее. Почему вдруг так раскидало – не имею ни малейшего понятия, так как я знаю, что в лагере вы все одного возраста. Кстати о лагере, тебе что-нибудь говорит имя Кристина Мечникова? - Мечникова… - задумалась я. – У нее еще волосы до шеи и виски коротко стриженные? - Да, она. - Знаю такую, но не общались. Она то ли во втором, то ли в третьем отряде. А что? - Ее ищет один мой хороший друг. Денис показал ему фотографию в толпе, он ее узнал. Это его девушка, пропала то ли в восемьдесят каком-то, то ли в раннем девяностом, он не уточнял. Села в автобус и с концами. А на фото она, только моложе. Им там в начале их отношений было что-то чуть за двадцать, сейчас, то есть, в той реальности, Артуру где-то тридцать два – тридцать три, особо не спрашивала, он тоже не говорил. Его так зовут, если что, родился в ГДР. - То есть, в один лагерь могут спокойно попасть люди из разных времен и реальностей? – скорее констатировала, чем задавала вопрос я. - Видимо. – ответили мне. – Я обо всем этом знаю только со слов Дениса и Пионера, сама то я там не была. Но материализующиеся люди из воздуха и то, что я сама телепортировалась, будучи явно трезвой, мне как бы намекнули, что Денис-то не врал. - Ты умеешь телепортироваться?! – удивилась я. - Нет, сама по себе нет. Мне помогал Пионер. - Вот как… - задумалась я. – Просто это многое бы объяснило. - Просвети, что именно? - Да нет, я так, мысли вслух. - М, - смерила она меня взглядом. – Ну ладно. Кстати, по поводу твоей безопасности – я бы посоветовала сменить внешность. На всякий случай. - Каким образом? – удивилась я. – Операцию я делать не буду. - Да при чем тут это, господи. – вздохнула она. – Сменить прическу, одежду, перекрасить волосы, надеть очки без диоптрий, макияж сделать или, не знаю, пирсинг – вариантов куча. Кстати, вот, – протянула она мне визитку. – Я в этом салоне красилась, хорошо сделали. - А, то есть… - повнимательнее глянула я на нее, а точнее на то, что ее волосы были словно седые. - На самом деле у меня черные волосы, да. - Ничего себе. – удивилась я. – Я думала… - Что я поседела – да, многие так подумали. Но мне это на руку. Человека с крашенными в необычный цвет волосами меньше воспринимают всерьез, типа, детство в жопе. А осознание, как правило, приходит уже поздно. - Ясно. – вздохнула я. - Ну а по косметике – надо тебя будет сводить в магазин, где есть нормальная. - Да я ей не пользовалась особо. В школе и лагере особо нельзя краситься, да и не зачем. Вульгарщина лишняя, да и потечет все от спорта или от работы. - Сейчас есть решения для этого, водостойкая косметика. А про вульгарщину – присмотрись к людям на улице и в интернете. Здесь все по-другому. Да и Денис, думаю, будет не против. – ухмыльнулась она. - Да… - смутилась я. – Он то тут вообще при чем? - Ой, не придуривайся. Самой же понравится потом свой вид. К тому же – на постоянной основе можешь не красится, если не хочешь. Кстати, уж не знаю, что ты с ним сотворила, но у него хоть цвет лица чуть здоровее стал. - Да ничего я не делала… - Да ладно, шучу я, не красней. Это ваше личное дело. Как раз после этой фразы из глубины коридора показался Денис с вопросом: «Вы там не замерзли?». Выяснилось, что он решил не расстреливать все взятые с собой патроны и уже сложил все обратно. - Че, небольшой расход? – уточнил у нее Денис, когда погрузил все в машину. - Ага. Я завтра-послезавтра заеду за вами. - Спишемся. Удачи! – махнул он ей. Сев в свою черную спортивную машину, Анна, запустив мотор, с громким звуком уехала первой. Поворачиваясь, чтобы пойти сесть в машину Дениса, я впервые обратила внимание на его номера. На белой металлической табличке было написано черными символами: «В666АТ», справа, в отдельном квадрате, еще три цифры, и под ними буквы «RUS» с бело-сине-красным флагом. - Что-то не так? – поинтересовался Денис. - Да нет. Просто твои номера впервые увидела. Они что-то означают? - Сами по себе – ничего они не означают. – ответил он. – Но, так как в современных номерах используются только те буквы, которые и латиницей и кириллицей записываются одинаково, буквы «Д» там нет. Иначе я бы нашел комбинацию с «Д» в конце. Вышло бы еще смешнее. - Я знаю только, что 666 – это очень нехорошее число. И с буквой «Д» получилось бы… В666АД? - Ну да, типа, «в ад» и три шестерки. Как раз мое направленьице… - Денис, это правда не смешно! – состроила я сердитую мину, ибо его шутки про собственную смерть, зная то, что он не ценит свою жизнь, были совершенно не смешными. – Рано тебе туда собираться! - Ладно… - вздохнул он, обойдя машину. – Три шестерки в христианстве означают число зверя. Не простого, а зверя апокалипсиса. Ну, по крайней мере, это самая распространенная версия. Поэтому считается нехорошим числом. Но лично я себе искал такие номера как дополнительное выражение презрения и к жизни и к смерти и символ агрессии. Что, учитывая, как я иногда вожу, крайне агрессивно, вполне подходит. Плюс запоминаются, выглядят круто, да и многих людей с них прям разрывает, типа: «Сатанинская машина». А я, в целом, не против. - Не припомню того, чтобы ты как-то агрессивно водил. – протиснулась я сквозь заботливо открытую Денисом дверь и каркас. – Быстро – да, меня это напугало. Но вроде не подрезал никого, не ударял. - Славь, я за тобой когда ехал, разогнался минимум под триста, просто у цифрового спидометра, который вот этот, - показал он, усевшись за руль. – двести девяносто девять это предел показаний. А про мое агрессивное вождение… Скажем так, я иногда делал незаконные вещи. - Это какие? – удивилась я, так как думала, что в своей реальности Денис законопослушен. - Когда меня выбросило в один из первых выкидов, меня выбросило на машине, у которой уже собрались полицейские, пытались вскрыть дверь, ибо машина по факту лежала в канаве. По итогу, чтобы уехать, я протаранил их машину, так как она стояла у меня на пути. Не волнуйся, я специально целился так, чтобы люди, если бы они были в машине, не пострадали. Просто скинул с дороги машину ударом в заднее крыло, и все. - И тебя не нашли? - Я думаю, даже не искали. Номера были скрыты, стекла тонированы, снаружи меня и мое лицо не разглядеть. Догнать меня – без вариантов, особенно на УАЗ-ике. Плюс это было, судя по навигатору, где-то в Тверской области. Только в Тверской и Московской областях черных тонированных «Субару» явно больше, чем одна. – он запустил двигатель, от чего, уже даже привычно, двинулись стрелки всяких приборов, моргнули какие-то индикаторы. - Понятно… - вздохнула я. – Но, все же, у них работа такая, зачем с ними так? - Мне лишние вопросы ни к чему. – ответил Денис. – Да и, к тому же… Ладно, это я тебе лучше с примерами покажу. Или можешь Анну расспросить, она со многими оттуда контачит, историй, после которых у тебя пропадет вера в человечество – вагон и маленькая тележка. Как вы там поболтали, кстати? Не подрались? – усмехнулся он. - Да нет, ты что! Наоборот – много чего интересного сказала. - М-м-м… - Денис явно задумался над тем, что спросить дальше, но, видимо, так ничего и не придумал. – И как у тебя впечатления в целом? Жить можно? - Ну, конечно, сперва она грубой показалась и даже какой-то злой, особенно внешне, но сейчас я увидела, что она хороший человек. Спокойная, энергичная, умная и… кажется, она хорошо читает людей. Я чувствовала, что она меня изучает и делает для себя какие-то выводы. Не знаю, зачем, но, судя по нашему разговору, выводы ее устроили. - Да, это есть такое. – тронул машину с места Денис. – Я говорил, что она может показаться, мягко говоря, своеобразным человеком. Но, судя по тому, что уехала она довольная, ты ей понравилась. Не буду спрашивать, о чем вы говорили, если сами не расскажете, но я удивлен. - Нет, все хорошо! – отметила я. – Она мне многое объяснила и, в общем-то, никакого негатива я к ней не испытываю, если ты так хочешь поставить вопрос. Напротив, я бы была не против еще с ней пообщаться. Она с Алисой действительно в чем-то похожа. Но ее вид, конечно, меня сначала напугал, весь этот пояс, мышцы, магазины… - я на мгновение задумалась. – Курит она, правда, много. - Есть такое. – согласился Денис, выруливая на дорогу. – Но, скажем так, не то, чтобы без причины. Большего не могу сказать, если не сказала она, извини. - Ничего, я понимаю. - По итогу – ты согласна, что она будет тебя тренировать и, в целом, с тобой взаимодействовать? - Да. Денис, не переживай, мы многое обсудили, она хороший человек, да и как инструктор она мне очень даже понравилась! - Я к чему – возможно, тебе придется взаимодействовать с ней без меня. Куда-то ездить, в других местах и так далее. Ты уверена, что тебя не будет нахождение с ней как-то напрягать? - Все хорошо, не переживай! – ответила я. – Конечно, было бы проще, если бы мы дольше друг с другом общались, но в целом, я думаю, мы найдем общий язык. - Хорошо. – вздохнул Денис. – В целом на счет нахождения с ней можешь не переживать – она много лет знает меня и мою семью и как профессионал и как друг. Поэтому, с ней будет безопасно. Единственное – если она в случае опасности будет тебе что-то говорить и указывать, то делай, как и что она говорит, пусть хоть делает она это трехэтажным матом. Вопросы ей сможешь потом задать, когда опасность кончится, хорошо? - Да, хорошо. - На счет остального, как там что – не переживай. Если она тебя, например, из квартиры забрала, значит, ровно туда же приведет обратно. Ездит она в основном на черном БМВ купе, ты ее видела только что, но может быть и на другой машине. Точно знаю, что «крузак» и «скайлайн», которые у меня были там, у нее до сих пор бегают и здравствуют. Потом покажу фотки. - Кстати, на счет машин. – вспомнила я то, что хотела спросить еще давно. – А почему они у вас такие громкие? В плане, я слышу, как работают машины на улице, и они явно тише, чем ее и твоя. Только твоя, почему-то, то тихая, то громкая. - У нас у обоих стоит более производительная выхлопная система, которая, из-за того, что она производительная, хуже гасит звук. Потому что глушители создают большое сопротивление на выходе, поэтому у многих спортивных машин они либо другие, которые плохо глушат звук, но при этом у них и сопротивление выходящим газам меньше, либо их вообще нет. Для большей мощности, в общем. Но, правда, к «Жигулям» с выхлопом диаметром с водопроводный стояк это не относится – там просто зачастую за рулем кандидат на справку из дурки. Это в двух словах. Почему то громче, то тише – управляемая заслонка в выхлопе. В обычном режиме, как сейчас, она закрыта, но как бы сопротивление, все дела, поэтому прям до каждой лошадиной силы мотор мощность не выдаст, которая у меня изначально – не то пальто. Когда надо прям максимум – открываю. У Анны тоже такой же принцип, но у нее она просто, видимо, была открыта. У нее, правда, и с открытой выхлоп тише моего – мотор не в такой фарш затюнингован, как минимум. А так, у большинства машин – да, обычные глушители, им хватает. - Суть я поняла, но смысл – не особо. Видимо, надо будет посмотреть про это где-нибудь. А сколько, кстати, мощность тут? – кивнула я на мотор. – Я знаю, что у «Волги» где-то сто лошадиных сил. - Конкретно сейчас, на слабой карте и с закрытой заслонкой – в районе четырехсот пятидесяти, либо что-то подобное, давно не мерял в таком режиме на стенде. Максимум – 550-580, в зависимости от многих факторов. Это на подходящем топливе и с прочими пирогами. Можно и на бензине с заправки выдавать, но я когда ехал за тобой, использовал спортивное топливо. С ним все таки получше. На короткий срок можно и чуть больше выдать, но это ограниченная по времени акция – мотор долгой работы в таком режиме не переживет, у меня и так по охлаждению все не очень из-за брони, так что 550 это, я бы сказал, предел «в долгую», чтобы мотор был не одноразовый. - Минимум четыреста пятьдесят?! – я не на шутку испугалась. – Это же убиться проще простого! - У Анны с доработками тоже. Там шестьсот двадцать что ли. Как видишь – ездит. И это у нее еще и задний привод. У меня полный. - И… - уже чуть спокойнее спросила я. – Ты на этой машине пытался учить меня водить? - Ну да. – удивился он. - А что? Я бы все равно не дал тебе убиться, а органы управления везде плюс-минус одинаковые. Ну, только у меня руль с другой стороны. На этот довод я, в целом, не нашла что ответить, так как Денис действительно что-то бы сделал, если бы то действо пошло не по плану. - Ладно уж… - вздохнула я. – Злиться, так и быть, не буду. - Радует. – усмехнулся Денис. – Кстати, мы тут мимо магазинов косметики едем, тебе что-то нужно? - Мне? – удивилась я от неожиданности вопроса. – Даже не знаю… А, думаешь, надо? Кажется, Денис в этот момент чем-то подавился. - Славь… - откашлялся он. – Я отказываюсь отвечать на такие вопросы, оно, судя по моим наблюдениям за знакомыми, плохо кончается. Ты очень красивая, просто, если тебе нужно или хочешь попробовать – можем заехать. Все равно на светофоре стоим пока. - Я даже не знаю… - сказала я чистую правду. – Я мало ей пользовалась. – Хотя, признаться, провести время с Денисом и посмотреть на интересные штучки я была не против. – Но, все-таки, я бы прогулялась, если ты хочешь. - Понял-принял. Тронувшись со светофора, Денис быстро сменил полосу, и через несколько минут, потребовавшихся, чтобы сделать нужные маневры и припарковаться, мы уже входили в магазин.