Совенок. История одного человека.

Хихикая и милуясь, уснули мы с Денисом довольно быстро. И, видимо, спать вдвоем уже становилось нашей привычкой, так как, несмотря на то, что у каждого было свое одеяло, все равно просыпались мы в объятиях либо кого-то одного, либо друг друга. Удивительным было и то, что за все эти разы Денис ни разу не придавил мои волосы. Понятно, когда бодрствует, но вот даже во сне – удивительно. Иначе вставать куда-то или вылезать было бы проблематично, не говоря уже о том, что это как минимум неприятно. Проснулись мы снова утром, на что Денис заметил, что «такими темпами и режим наладиться». Похоже, на меня начинала действовать та расслабленность, которую для меня обеспечивал Денис своим присутствием – не хотелось выползать из теплой постели. Тот же, выползя в утреннюю прохладу комнаты, подошел к столу и, взяв гитару, пару раз провел по струнам и начал что-то наигрывать. После, видимо, поняв, что все звучит хорошо, взял аккорд и начал играть боем, периодически глуша струны хлопком. «Тёмной тропой, домой. – проигрыш, во время которого он прикрыл глаза, будто что-то вспоминая. – По светлой тропе, к тебе. – вновь проигрыш. – Тихо все за спиной, спрятался домовой, дремлет в печной трубе… Знать бы где спрятан клад, сразу поднимешь взгляд, выпустишь стрелы в цель. – проигрыш. – Кто тебя обвинит в том, что опять гремит первой грозой апрель…» - Ух ты! – воскликнула я, усмехнувшись. – Песней под гитару меня еще не поднимали! Кстати, как называется? Мне понравилось. - Ну, я могу хоть каждый день так поднимать. – улыбнулся тот в ответ. – А песня называется «Домовой». Автор – Александр Васильев, основатель группы «Сплин». Я иногда ее слушаю, когда там дождь, пасмурно, сидишь на лоджии с книжкой и наслаждаешься. Можешь послушать в интернете. - А долго ты ее разучивал? - Песню? Нет, день-два, там ничего сложного. Я в целом довольно быстро их разучиваю, поэтому много чего умею играть. По видео, правда, получается быстрее. - Почему? - Я вижу, как, куда, с каким темпом и в какой момент человек ставит пальцы и как играет. Если сугубо по табам разбирать, например, оно дольше выходит. Ну и у меня хорошая память, в том числе на движения. Допустим, многое из того, что играет Алиса, я могу повторить, просто посмотрев на ее руки и послушав. - Алиса не так играет, как ты. – сравнила я, вспомнив. - Она самоучка. Ее чуть подтолкнуть – и будет не хуже. Да я и сам не сказать что гитарный ас. Так, недо-любитель. В основном на электрогитаре играл. Даже в группах был. – вздохнул тот. - Я знаю, Анна рассказывала. – придвинулась я ближе к краю. – А почему сейчас на электрогитаре не играешь? - В основном – не для кого и смысла нет. – задумался тот. – Для себя - я и на акустической поиграю, а чтобы прямо музыку – это надо ударника, клавишника, еще кого-нибудь и вокалиста. Гитариста и вокалиста я, конечно, совмещал, но всех в одно лицо заменить не смогу. Можно, конечно, и под записанную музыку играть, но не так зрелищно будет. Да и громко, хоть у меня и толстенная шумоизоляция, но все равно соседи могут нехилый концерт слышать. Поэтому либо в гараже играю, либо подключаю к компьютеру и слышу ее в наушниках. Несмотря на рассказанную Анной историю с приютом, сожженной машиной и избитыми людьми, я не стала пытаться узнавать, правда ли это или она это выдумала, чтобы меня проверить. Учитывая, что всей ситуации я не знаю, плюс это было давно, в целом – это дело дней минувших. Хотя кастеты в карманах плаща Дениса, которые точно были у него в лагере, намекали, что это вполне может быть правдой. Будучи в его теле и покопавшись поневоле у него в карманах, становилось удивительным, что Денис носил с собой столько всего. Только из оружия – пистолет с патронами, ножи, кастеты, а то еще и мечи со своим луком. Последнее, правда, спрятать было, на мой взгляд, невозможно, что косвенно доказывалось тем, что видела тогда я их всего один-два раза и то не очень подробно. И все это явно размещалось не просто так, а чтобы суметь быстро это применить. «Кстати… - задумалась я. – Если его вещи, по большей части, остались в лагере – откуда у него тогда здесь плащ?». - А он и не в единственном экземпляре был сделан. – озвучил он довольно очевидный ответ. – Они делались по одному заказу и друг от друга ничем не отличаются. На тот случай, если один будет грязный или, например, поврежден. Собственно, на этом мы плавно перебазировались на кухню, так как разговоры разговорами, но есть утром хотелось еще как. Пока Денис накрывал на стол, ему вновь позвонила Анна, он поставил телефон на громкую связь. - Алло? – ответил он на звонок. - Привет! Спите? – раздалось в трубке. - Че-то я не могу сейчас придумать шутку, - ответил он после двухсекундной паузы. – Поэтому нет, уже не спим. Ты опять что-то придумала? - Ты на громкой? - Да, у меня руки заняты. - Короче, я тут че-то лежала, листала объявления по машинам, вдруг подумала – мы же Славю будем учить водить? - Э-э-э… А стоит? – спросила я. – Мне, конечно, понравилось, когда мне Денис дал порулить, но самой ездить… - Учитывая вашу ситуацию – лучше чтобы ты тоже умела хотя бы просто стронуться с места и уехать, раз уж вас кидает постоянно вдвоем в разную дичь. На тот случай, если Денис будет ранен, либо тебе самой нужно будет убежать, например. - Поняла. – ответила я, больше не задавая вопросов. - Короче, что за идея у тебя возникла и почему, как я понял, наши машины для этого не подходят? – вновь завладел разговором Денис. - От твоих «Жигулей» там одно название – ездят и управляются они не так, как обычные, первое. Второе – твоя «импреза» и мой, который также и твой «скайлайн» не подходят как минимум по причине того, что у них правый руль. Остальные машины не подходят потому, что там автоматическая коробка передач. На «автомате» я ее тоже покатаю, чтобы было понимание, но сам понимаешь. - Я не очень понимаю, какая разница, с какой стороны руль, если задача – просто научить водить? – задумался Денис. - Тебе без разницы, это да. А тебе напомнить, что ты за руль всякой техники считай с детсада садился? Тот же картинг и мотоциклы. Тебе хоть сзади руль поставь – ты и так уедешь. – вздохнула та. - Какие думы-то по итогу? – поинтересовался тот, раскладывая столовые приборы. - Я тут отобрала пару вариантов, сейчас пришлю ссылки. Есть пара «Жигулей», остальные в остальном «Волги». - Я больше за «Волгу» голосую, сразу говорю. – оживился Денис. - Чего вдруг? – удивилась Анна. - Во-первых – у отца Слави двадцать четвертая «Волга», во-вторых - мне и одних «Жигулей» хватит, в третьих – есть у меня планы замутить кое-что на базе «Волги», и мне либо сама машина потом, либо знания что там и как очень пригодятся. - «Волга»? – удивилась я. – Она же сколько стоит! Вы что! - Ничего она сейчас не стоит, другое время, другие деньги. – ответила мне Анна. – Сейчас в нормальном ходовом состоянии тысяч за 100-200 можно искать. Если прям совсем идеал – оно, конечно, можно до бесконечности. Для сравнения – моя машина, у которой нет задних сидений и так далее, там только каркас, как ты заметила - больше одиннадцати миллионов стоит. Это без учета тюнинга. - Одиннадцать… миллионов?! – от таких цифр я просто выпала, что называется, в осадок. - В «Субару» Дениса я думаю минимум три с половиной – четыре миллиона тоже закопано. Это без учета брони и всяких других систем. – видимо, она решила меня добить. - Да там сильно больше… - на секунду задумался он. – Мне ссылки не с руки смотреть, какой вариант поближе? - Есть несколько вариантов в Москве и Подмосковье, вот смотрю один по фоткам – черная, с документами, кузов вроде более-менее. Пишет, что есть по электрике проблемы и нет тормозов, но заводится и ездит. Еще написано, что переделана на тормозную систему с ВУТ, вакуумный усилитель, по-моему, и бесконтактное зажигание. Уже хорошо. - Вопрос только, насколько это хорошо там сделано. - С электрикой я разберусь, так или иначе… - задумалась та. – У тебя есть пожелания? - Кузов более-менее и чтобы ремонт того, что придется, не полгода занял. Тормоза те – это ладно. Ну и документы, естественно, не от холодильника, чтобы оформить можно было. - Добро. Раззадорил ты меня, поеду тогда черную посмотрю, если владелец еще не продолжает отмечать. - Если он живой и в своем уме еще. – добавил он. - Не факт. Может, молодой пацан какой взял или по наследству досталась, но не вытянул гайки крутить. Ну да ладно, роли не играет. Давайте. – и повесила трубку. - Не живется человеку спокойно в отпуске… - вздохнул Денис, оглянувшись. – А… Ты чего не ела? - Тебя ждала. - Спасибо, но… - задумался он. – Забудь. Приятного аппетита! - И тебе! Испеченные пирожки в это утро были благополучно доедены за чаем, как и половина борща уже улетучилась из кастрюли. Погрузив посуду в посудомоечную машину, мы, на удивление, нашли себе занятия – я пошла дальше читать книги, Денис же решил пока почистить свои ботинки, хотя, на мой взгляд, для зимы они были вполне себе чистыми. Дальше он, на удивление, присоединился ко мне, достав впоследствии из шкафа ту самую мангу и сев рядом. Собственно, до где-то часов одиннадцати время так и прошло, с тем лишь отличием, что Денис быстро прочитал свою мангу и, убрав ее в шкаф, вновь включил компьютер, но, что-то, видимо, вспомнив, тот щелкнул пальцами и открыл шкаф, где, как я увидела, хранились всякие камеры и фотоаппараты. - Основной остался в лагере, ну, да не суть. Анна же просила тебя сфотографировать на документы. - А так можно? Самому фотографировать, а не в паспортном столе? – удивилась я. - Можно. Нужны фотографии формата три на четыре на белом фоне. Кем и как они будут сделаны – без разницы, хоть на телефон. Главное – без обработки лица. - А… - задумалась я. – Где мы возьмем белый фон? - Из ящика квантовой запутанности. – вздохнул Денис и, поставив фотоаппарат на стол, спустя какое-то время на поиск, выудил из ящика с постельным бельем крахмально-белый пододеяльник. Далее он вытащил из ящика несколько небольших металлических гвоздиков, после чего, сходив на лоджию, принес оттуда молоток и вбил их по краям пододеяльника, растянув его на стене. - А… - удивилась я таким действиям Дениса. – Как же обои? - Ничего им не будет. Гвоздики небольшие, особо отверстий и не будет заметно. В крайнем случае – залеплю чем-нибудь, не переживай. - Да я не переживаю, просто… Для меня необычно, что ты так спокойно вбиваешь в обои гвозди на один раз. - Славь, в крайнем случае – я просто куплю рулон обоев и переклею этот кусок. Мы с батей эту комнату то ли за полдня, то ли за день оклеили. – пожал тот плечами. Удивляться дальше я не стала, так как, по всей видимости, Денис не преувеличивал, и ему в какой-то мере было все равно на эти обои. Пока он устанавливал на фотоаппарат объектив, подзаряжал аккумулятор и ставил свет, я отправилась приводить себя в порядок. Купленный ранее макияж я решила не наносить, так как время для того, чтобы научится им пользоваться, было неподходящим. - У меня все готово! – послышалось из комнаты. - Иду! – ответила я. Несколько минут Денис подбирал свет, чтобы все выглядело нормально, мне уже даже стало немного жарко и неприятно в глазах, так как этот фотосвет, хотя, я бы назвала его прожекторами, был очень мощный. Наконец, Денис снял защитную крышку с объектива и, наведясь, сделал пару фото, после чего, включив просмотр, показал фото мне. Мне даже понравилось, как я там выглядела – сосредоточенный взгляд, новая чистая белая рубашка. - Можно переделать, если что-то не так. – заметил он. - Нет, все отлично! Мне нравится. – высказала я ему свои размышления. - Супер! Денис выключил этот свет для фотографий, вынул из него, по всей видимости, карту памяти, вставил ее в компьютер через, по всей видимости, переходник, как тут у него зазвонил телефон. Как я поняла из разговора – Анна, а звонила именно она, купила какую-то машину и привезла ее к себе. «Неужели действительно, вот так просто купить «Волгу»? – задумалась я». Также Денис отправил ей мои фотографии. Она же, как я поняла, попросила его взять что-то из своих инструментов. Перекинувшись парой слов с Денисом, тот предложил съездить и посмотреть. Я, не раздумывая, ответила согласием. Сперва мы заехали в гараж, где Денис взял какие-то свои инструменты и позвонил ей, чтобы узнать что-то про какой-то компрессор. По всей видимости, ответ его устроил, и тот положил в уже взятые инструменты что-то похожее на большой пистолет. - Что это? – удивилась я. - Пневматический гайковерт. – ответил Денис. – Особо засевшие гайки откручивать. Также он взял, по его пояснениям, пару электрических инструментов, среди которых были снова гайко- и шуруповерт. Бросив в небольшой багажный отсек его машины еще пару наборов, в одном из которых были ключи, а в другом, как я увидела, головки и трещоточные ключи, мы отправились в путь. И вот, через довольно небольшой промежуток времени, мотор Дениса уже бурчал рядом с воротами, которые на удивление быстро открылись. Анна уже махала нам, стоя в открытых воротах бокса. Свою машину Денис внутрь не загонял, так как, по их с Анной прикидкам, тогда бы там не осталось достаточно места, чтобы полноценно заниматься ремонтом и не натыкаться на другие предметы. - Насколько я помню – там хватало бы места. – услышала я, когда они перетаскивали инструменты. - Так я тут и переделала сколько всего. – парировала та, что старше. В шесть рук они моментально выгрузили инструменты, после чего Денис оставил машину у бокса и мы зашли внутрь. Меня даже слегка передернуло, когда я увидела, что в ремонтной зоне стояла один-в-один похожая на «Волгу» отца машина, пусть и не в таком хорошем состоянии. Обе Анны поздоровались со мной, после чего вместе с Денисом отошли к машине. - На что пациент жалуется? – поинтересовался он. - Тормозов нет вообще никаких. – начала перечислять Анна. – Ни ручника, ни обычных, холостых больно дохрена, в проводке тоже нахимичено черти что – еду назад и при попытке затормозить у меня почему-то поворотники работать начинают, правая фара задняя тоже исполняет. Сечет глушитель еще. Это из того, что я заметила. А, датчик температуры и клаксон тоже не работают. Пока дальше не смотрела – ждала тебя, так веселее. - Хорошо, а что работает? – на последнем слове Денис сделал особый акцент. - Ну, зарядка вроде как есть с генератора. – усмехнувшись, ответила младшая. - Прикольно… - вздохнул он в ответ. Дальше, пока я пила чай, предложенный старшей, они, переодевшись, в шесть рук накинулись на эту машину, смотря кто что. Денис что-то смотрел под капотом, Анна постарше то сидела на корточках, то вваливалась в салон, что-то смотря под приборной панелью, младшая же пока открутила заднюю правую фару и что-то делала с ней. - О! А я нашла почему клаксон не работал. – воскликнула старшая. - И почему? – послышался голос Дениса из под капота. - Тип тут че-то с предохранителями нахимичил. Как вижу – пытался сделать также, как на 24-10, переколхозив под другие «преды». На обычной «двадцатьчетверке» тут термобиметаллические, с кнопкой. Ну и короче, нахимичил он тут – мама дорогая. Но прикол даже не совсем в этом. - А чем? - А нахрена на звуковой сигнал предохранитель на двадцать ампер? - Прикольно… - вздохнул тот. – И что скажешь? - Что-что… - задумалась та. – Выдерну все это нахер и сделаю, как было. Благо, мне там запчастей к ней навалили – даже не разбирала еще, но предохранители родные там точно были. - А я тут вижу еще более забористую дичь. - Какую? - Тут такое ощущение, что вместо масла молоко залито. - Как неожиданно и приятно-о-о… - протянула та. - А масляный фильтр… - послышался звук, что что-то ударило в крышку капота и вылетело наружу, на что он проводил это «что-то» взглядом. – М, хорошо не в глаз. Так вот, фильтр как в сливочном масле тут бултыхается. - Это что там сейчас ударило только что? – спросила та в ответ. - Пружина с болтом из фильтра вылетели. – крякнул Денис, вылезая в их поисках. - А это совсем плохо, что масло так выглядит? – поинтересовалась я. - В данном случае - не особо. – ответила мне из салона Анна. – Скорее всего, прокладка головки блока рассохлась от времени и тосол, или что там залито в систему охлаждения, пошел в масло. Поменять не сложно, просто запарно все это откручивать-прикручивать. - Короче, с моей стороны – свечи, прокладка, патрубки, все идет нахер. – буркнул Денис. – Свечи тут вообще в разнобой понатыканы черт их разбери какие, и им прямо плохо – как у негра из… - задумался тот. – Выхлопа выкрутили. – Анна, ковырявшаяся с задней фарой, хихикнула сзади. – Прокладка понятно, патрубки тоже доверия не внушают. Карбюратор – надо фотки глянуть, как оно там изначально сделано, тут че-то какой-то сваркой насрано, куда-то трос газа прицеплен хрен пойми куда. - В фаре лампочки сгорели и контакты все были окислены. – заговорила «младшая». – Контакты я почищу, лампочка на столе, рядом с ноутбуком. На стоящем на столе ноутбуке, как они его назвали, в который я, ради интереса, глянула, были открыты какие-то схемы. - Окей. – ответил Денис. – Ладно, тут мне ясно, что дело темное, давай снизу глянем. Подняв машину на подъемнике, Денис встал под ней, рассматривая все под днищем. - Че там? – спросила младшая. - Трос ручника вытянут весь. – подергал, по всей видимости, именно его Денис. – На «штанах», как я посмотрел там, не хватает болтов. Как, собственно, и резьбы. Выхлопной трубе тут тоже плохо, тоже меняем. А так – днище вроде норм. Тормозным трубкам, правда, тоже хреновато. Переделано то оно нормально, я в девяностые видел эти машины, и там мне знакомы обе системы, что с гидровакуумником, что просто с вакуумным усилителем. И то ли где-то в автоколонне это переделывали, то ли хороший механик, явно прошлый хозяин. С медными магистралями я косяков не вижу, а вот трубки которые к колесам подходят – я бы поменял. - Это я смотрела, когда покупала. – подтвердила старшая. – Давай колеса снимем, глянем барабаны и цилиндры. Опустив машину пониже, они, взяв два электрических гайковерта, моментально открутили все четыре колеса, откинув их в стороны, и начали снимать тормозные барабаны, стуча по ним молотками. - Как прикипел, сволочь! – воскликнула Анна минут через десять, когда звонкие и высокие звуки от их ударов молотками уже серьезно резали уши. - Ань, мы дауны. Тут вот есть места под болты, их вкручиваешь, они с другой стороны упираются и резьбой барабан стягивают, только сейчас заметил. - Где? Покажи мне. – подошла к нему та, ругаясь. - Вот и вот. Цыкнув, та полезла в какие-то свои ящички в мастерской, и достала оттуда пару болтов с вопросом: «Такие»? Денис ответил утвердительно и та, взяв еще себе, села снимать барабан со своей стороны. - Колодки еще хорошие. – рассматривал Денис тормоз изнутри. – А вот цилиндр рабочий – не очень. - Чего там с ним? – спросила старшая. - Течет. – Денис посветил внутрь, после чего засунул голову внутрь и поглядел с другой стороны. – Да, этому хана. - Я видела ремкомплекты в магазинах, не думаю, что это проблема. - Да на кой нам они, проще целиком цилиндры купить, да и все, этим все равно жопа. Даже после переборки я не уверен, что они будут нормальными. Советское то советское, но я бы с тормозами шутки не шутил. Тут может что-то еще, помимо резиночек, накрылось. Так прошло часа еще где-то полтора, прежде, чем они закончили осмотр, и еще полчаса все втроем составляли список запчастей, которые им нужно будет купить. Сегодня был будний день, так что магазины должны были работать. Распределились они так, что Денис брал внедорожник и ехал в какой-то крупный магазин на МКАД-е, потому что он собирался покупать выхлопную трубу, покрышки и прочие большие детали, младшая брала «Скайлайн» и ехала за всякими сравнительно мелочами. Старшая же и я оставались здесь. - А почему мы остались здесь? – поинтересовалась я. - Первое – я хочу просмотреть еще схемы, куда и что подключается. Второе – нет смысла таскаться с ними, они и так знают, что купить. Третье, - прервалась она на то, чтобы откусить кусок яблока. – Мне лениво. Плюс тут есть ты, так что с кем потрындеть и похрумкать яблоками тоже есть. Кстати, - взяла она еще одно из пакета. – Держи, мытое. - Спасибо. – поблагодарила я, тут же откусив кусочек. Ответив: «Не за что!», Анна что-то продолжила смотреть в схемах, открытых на ноутбуке, который, как я поняла, был тем же компьютером, только переносным, периодически что-то записывая или зарисовывая на бумаге. Взяв из пачки очередную сигарету и, предварительно уточнив, не против ли я, щелкнув зажигалкой, прикурив, та откинулась в кресле и задумалась. - Кстати… - заговорила она спустя пару секунд, после чего встала, дошла до какого-то шкафа и вытащила оттуда небольшую сине-красную бумажную книжечку и села обратно. – Изучай пока. На обложке было написано: «Правила дорожного движения Российской Федерации». Справа также было: «Новые штрафы» и ниже: «А также! – и далее список: - Уголовная ответственность, гражданская ответственность, коды регионов РФ, примеры нарушений, за которые лишают водительских прав». Судя по всему, это была книжка со сводом правил. - Вы с Денисом точно уверены, что стоит? Мне, конечно, интересно, просто странно это все. – поинтересовалась я. - Стоит. – ответила Анна, затянувшись и стряхнув пепел в пепельницу. – Как я уже говорила – по крайней мере, на экстренный случай лишним не будет, учитывая, что ты постоянно с Денисом. Машина специально подобрана из тех времен. - Понятно… - вздохнула я. – А кстати, это же нынешние правила. А Советского Союза у тебя есть? - Они между собой, в целом, мало отличаются, если сравнивать твое время и нынешнее. Сейчас знаков больше только и мелочи, которые проще на практике понять. – пояснила та. – Что будет непонятно – спрашивай. Учитывая, что делать было, в общем-то, нечего, я засела за эту книжку. Через какое-то время Анна позвонила Денису, попросив его купить какие-то нужные ей провода, реле и так далее. И больше за эту пару часов ничего не происходило. Первой приехала «младшая», что можно было понять по звуку. Еще где-то через полчаса в гараж вернулся и внедорожник, которым рулил Денис. И если младшая купила, как и было нужно, всякую мелочь и некоторые инструменты, которых, правда, набралось несколько пакетов, то внедорожник был загружен так, что больше некуда. Из него в шесть рук разгрузилось четыре колеса, еще несколько покрышек, какие-то детали от выхлопа, несколько мотков проводов, аккумулятор, куча лампочек, какие-то еще детали для, как я поняла, электрики, прокладки, коробки с надписью: «Цилиндр колесный», пакет с кучей резиновых трубок, коробка, исходя из надписи, с карбюратором, большая металлическая деталь, похожая на кастрюлю, с выходящей наружу штангой, прокладки и еще куча других деталей, в том числе, зачем-то, обрезки металла разной толщины и длины. От моей помощи все дружно отказались. - Это столько всего нужно? – удивилась я. - Не факт, но раз уж собрался влезть, так сказать, в историю – то пусть лучше будет. – вздохнул Денис. Несмотря на вечер, эти трое, вточив по банке энергетика каждый и включив музыку на весь гараж, накинулись на несчастную «Волгу» всем скопом. После слива жидкостей первой сиротливо лежать в стороне осталась крышка капота. Затем распределились они так, что Денис и «младшая» бодро начали раскручивать все под капотом, а «старшая» тем временем влезла в салон, ковыряясь в проводах, периодически закуривая, что, учитывая позы, в которых она порой находилась, было удивительно, и отборно ругаясь. На стол же рядом с Денисом и «младшей» вскоре легли всякие резиновые трубки, старый карбюратор, вентилятор, большая черная металлическая «кастрюля», металлические пруты и еще несколько каких-то деталей. Вскоре «старшая» вдруг объяснила мне, где взять рабочую одежду и посоветовала перевязать волосы повыше. Ответив на еще незаданный вопрос, та сказала, что, возможно, с «головой» будет нужна помощь, чтобы сорвать ее с места и снять. «Ну и так, чтобы не скучала. – добавила та». Пришла обратно я как раз к тому моменту, когда перемазанные Денис и «младшая» смотрели на двигатель как мыши на крупу, думая, как лучше к нему подступиться. - Посмотри болты со своей стороны. – попросил ту Денис. – Может, забыли где-то открутить. - 10 гаек на «17», все правильно. – вздохнула та. - Тогда «гусём» за впуск попробую подцепить, может, пойдет. - Чтоб и коллектор развалить заодно? – спросила из салона «старшая». - Да и х… хрен бы с ним! Все равно я новый купил на такой случай. - Попробуйте втроем со Славей! - Да, чтоб у всех троих спина отвалилась. – заметил Денис, волоча за собой конструкцию на колесиках. – Она прилипла намертво, хотя, судя по тому, как тут нагажено в клапанной крышке, я не удивлен, даже монтажку некуда подсунуть, когда я пробовал поднять. Есть кран, зачем пыжиться? Подкатив этот самый кран, Денис зацепил тросы за, как я поняла из их разговоров, коллектор, и сказал нам шевелить головку блока и легонько стучать по ней молотком, в то время как он будет пробовать сдернуть ее краном. «Ну, надо – так надо. – подумала я, обойдя машину и заняв место с другой стороны». Спустя пару минут головка как будто сдвинулась чуть вкось и явно дернулась кверху. Не теряя времени, «младшая» тут же всунула туда монтажку, позже пропихнув такую же и с моей стороны, немного пошевелив при этом. - Давай, поднимай! – сказала она Денису. – А мы с тобой ее ровно будем монтажками направлять. К тому моменту Анна, видимо, устав битый час находиться в скрюченном положении, вылезла из машины и тоже подошла глянуть, что тут происходит, заодно и подстраховав по большей части меня, чтобы я не зарядила инструментом себе в голову или не встретилась с поднимающейся головкой двигателя лбом. - Ох, нихрена себе! – воскликнула она, заглянув сперва в головку, потом посмотрев на мотор. – Сколько ж тут масла было похоронено. Пацан, видимо, совсем не шарил и с упорством, достойным лучшего применения, масло доливал. - Я баллонов шесть клинера купил на первый случай. – сказал Денис, разворачивая кран и отвозя снятую головку в сторону. - Таз большой железный возьмешь на заднем дворе. Выливать – на кострище, ну, знаешь, где. Хрустнув спиной и покурив, та вновь забралась в машину. Денис же, передвинув кран к столу, на который опустил головку, пошел сразу за тазиком, так как, по его словам: «Я на оси, выражающей сразу абсциссу, ординату и аппликату вертел остов прокладки из такого говна выковыривать». - Вот это завернул… - усмехнулась «младшая», тоже закурив. Через пару минут Денис вернулся с большим железным тазом, помыл его в технической, как я поняла, раковине, после чего взгромоздил на соседний столик большую картонную коробку, внутри которой при этом что-то бряцнуло, из которой достал большой баллон, отдаленно похожий на тот, в котором у него был освежитель воздуха. После, надев очки, перчатки и респиратор, стал поливать содержимым головку, попутно скобля шпателем, который был в инструментальном ящике. - А это что такое? – поинтересовалась я, подойдя поближе. - Химический очиститель. Я брал разные – карбюратора, тормозов, конкретно этот – как раз от нагара и масла, для деталей. Глаза, осторожно, и лучше не вдыхать. – предупредил он, когда я собралась было подойти поближе. Надо было признать, что эта химия реально работала, с головки буквально на глазах облетала всякая грязь, копоть и масло, попутно он шпателем выскреб оттуда остатки старой прокладки. - То ли треугольные, то ли круглые, нифига не пойму. – буркнул тот, полив этим составом и саму прокладку. – Пробило в районе третьего горшка. - Что именно? – поинтересовалась я. - Отверстия по форме на прокладке. – повторил Денис, подняв ошметок в воздух. - Я посмотрю поближе? – протянула я руку. - Да, только руки помой потом. В глаза попадет – очень неприятно будет. - Тут больше похоже на овалы… - задумалась я, крутя прокладку в руках. – Хотя, вот, вижу пару, похожих на треугольники. - Понял, спасибо тебе большое, значит, надо другую ставить. – поблагодарил Денис. - Почему? – удивилась я, отправившись к крану, чтобы смыть химию с рук. - Насколько я читал про эти машины – на них ставились в основном два мотора – «ЗМЗ 402» и «24Д». И по конструктиву они сильно похожи, даже некоторые детали друг от друга подходят. Но прокладки у них с разными отверстиями. Тут стоит первый мотор, а прокладка от второго. Если наоборот – с «402» на «24Д» - то возможно, пусть и с нюансами. А вот так, как тут, с «24Д» на «402» - нет. И, как я понял, не все продавцы про это в курсе. - Продавец в автозапчастях не знает, какая прокладка подойдет? – удивилась я. - Еще веселее – я заехал по пути туда в магазин, мне тип доказывал, что мотора «24Д» вообще не существует. – усмехнулся Денис. – По итогу я не стал ничего доказывать, развернулся и уехал. А купил я две прокладки, потому что не был уверен, какой мотор тут стоит. Прошлому хозяину, видимо, такой же придурок продал прокладку от другого мотора под видом нужной. И это одна из причин, почему все пошло по бороде. - Никогда бы не подумала, если бы не услышала… - обе новые прокладки лежали на соседнем столике в пленке, и сравнив их, можно было бы принять их за одну и ту же, если человек не разбирается. - Щас начнется… - донеслось из салона. - Что «начнется»? – не поняла я. - Этот индивид, который сейчас с прокладками ковыряется, когда они с отцом в Америке собирали его «Чарджер» 69-го года, неделю безвылазно «курил» мануалы, то есть инструкции по всему там, что только нашел. Денно, бляха муха, и нощно. И что характерно – большую часть помнил в голове. Я балдею без баяна. Какие шланги куда там подключить, какой карбюратор или карбюраторы, я не помню, там разные моторы ставились, стоит и так далее. Посмотрит на прокладку такой, покрутит, каждое отверстие на обеих головках блока сравнит, только потом ставит. - На обеих? – удивилась я. – Там две таких? - Да, там V-образная «восьмерка», то есть восемь цилиндров. С каждой стороны по четыре и цилиндры стоят под углом, соответственно, на каждую сторону по «голове». Потом покажу фотку, поймешь. – прокряхтела та, вылезая наружу. – Какой чудак на букву «м» ему эту проводку делал? Все перебуробил, черт ногу сломит. - Как будто под музыку делали. – спокойно пробурчал Денис, ставя новую прокладку. – Там вон и динамики сзади лежали. - А, то есть у вас все остальное в машине уже сдохло, но зато музыка должна быть! – вздохнула та. – Дебилы… - выругалась та. Еще через какое-то время Денис, показывая мне, как и что, установил прокладку на место, нанеся на нее герметик. - А вот эти вот красные кружки – это не герметик разве? – поинтересовалась я. - Он самый. Но, учитывая, порой, качество этих прокладок и плоскости на двигателе – лишним не будет. У меня все готово! - Супер. – отозвалась младшая, которая до этого что-то химичила под машиной. В восемь рук, хотя, конечно, меня можно считать постольку-поскольку, установка прошла быстрее. Пока «старшая» собирала обратно основное, попутно привлекая меня и показывая, какие гайки и куда тянуть, а позже что и куда вставлять, Денис и «младшая» после этого быстро собрали все снятое обратно. - Че там у нас? – поинтересовался Денис у старшей. – Можем пробовать запустить? - Основное я более-менее вернула, как надо. Силовые провода, конечно, жопа, но их поменять недолго, пока покурите, я сделаю. Предохранители я пока на временную схему собрала, завтра поставлю. - Кстати, а сколько время?! – встрепенулся Денис и, достав все еще грязными руками телефон, посмотрел на экран. – Мать твою! Что-то я не планировал настолько заседать тут! - Оставайтесь ночевать. – предложила старшая. – Завтра как раз продолжим. - Да я то, в общем, и не против, а Славя-то как? Я не рассчитывал, мы даже одежды сменной не брали особо, кроме моей рабочей. - Да найду я запасную футболку со штанами, не проблема. - Я бы осталась, если тебе будет не трудно. – вмешалась я. – И поздно уже, да и Денис, думаю, устал. – взглянула я на него. – Да и, в общем-то, с вами мне неплохо. - Тогда супер! – казалось, та даже обрадовалась. – Сейчас доделываю провода, меняю свечи, заливаем масло, запустим, и на сегодня хватит. Переставим «Волгу», как раз для «Субару» места хватит. - Только выхлоп я не прикручивал, если что. – заметил Денис. – Там резьба конченная. - Хрен с ним. – отрезала она. – Он все равно сечет весь. Идите лучше умойтесь пока. Вместе с Денисом мы ушли в ванную, где была раковина, чтобы отмыть руки и умыться. Посмотрев на себя в зеркало, я заметила, что, несмотря на то, что была в перчатках, да и мало что делала, все равно умудрилась немного испачкаться – на лице были следы масла, видимо, после того, как я вытерла лоб тыльной стороной. - А тебе идет. – улыбнулся Денис. – Хоть на агитационный плакат фотографируй. В ответ я лишь улыбнулась, продолжив умываться и отчищать попавшую на руки и лицо грязь. Наконец, несколько минут спустя, я посмотрелась в зеркало, на всякий случай уточнив: - Больше вроде нигде нет? - Локти сзади грязные. – заметил Денис. - А? Я повернула голову в его сторону, и уже было хотела поднять руку, чтобы посмотреть, как тут же ощутила на своих губах поцелуй и обнявшие за талию руки. - Хи! – усмехнулся он, обняв меня и поцеловав еще раз, на сей раз – в лоб. - Ах ты проказник! – шутливо отчитала его я. Простояв так пару минут, мы еще раз умылись и вышли к остальным. За это время две Анны, судя по всему, поменяли нужные провода и заменили свечи. - О, а вот и вы! Пробуем тогда! - Будет громко, не пугайся. – вполголоса сказал он рядом с моим ухом, отчего я даже почувствовала его дыхание. «Младшая» села за руль, выжала, судя по звуку, какую-то педаль, и начала пробовать запустить двигатель. Первые пара попыток ничего не дали. - Подсос вытащи и подкачай педалью чуть-чуть! – крикнула старшая младшей, попутно стоя рядом с капотом с отверткой в руках. - Там ничё не течет? – спросила та в ответ. - Ну, пока нет. Третья попытка продлилась дольше, казалось, вот-вот мотор должен запуститься, но что-то не получилось. - Что-то не так? Почему не заводится? – спросила я у Дениса. - Это нормально. Сейчас топливо и давление масла накачаются во всех системах и должно. - Давай подсос чуть меньше и не так на газ дави! – командовала тем временем старшая. Четвертая попытка продлилась, наверное, секунд десять. В этот момент старшая пшикнула что-то внутрь карбюратора одной рукой, а другой дернула какую-то тягу. Через пару секунд, судя по звуку, стартер как-будто начал вращаться быстрее, а еще через пару мгновений в помещении раздался такой грохот, что я машинально закрыла уши руками и, попытавшись отойти, уперлась в Дениса. Разговаривать при таком грохоте было невозможно, как и услышать, что говорили около машины. «Старшая» что-то покрутила отверткой, после чего стало хоть чуть-чуть, но тише, младшая же в этот момент вылезла с места водителя и тоже подошла посмотреть под капот. Подошли и мы с Денисом, пусть я и с зажатыми ушами. Из работающего двигателя сбоку вырывались языки пламени, которые, казалось, доставали аж до кузова изнутри. - А мы так не загоримся?! – прокричала я Денису. - Нет! – сказал он мне в ответ. – Без глушителя это нормально! Он же и пламя гасит тоже! - Понятно! – крикнула я. Через пару минут младшая подошла и что-то сделала в салоне, после чего старшая еще покрутила что-то отверткой, и стало еще немного тише. - Глуши! – крикнула она ей. И через пару секунд двигатель остановился. От такой внезапной тишины даже зазвенело в ушах. - Холостых у него накручено, мама дорогая. – резюмировала старшая, кладя отвертку в паз под капотом. Через пару минут «Волга», ревя двигателем, переместилась в гараже, чтобы освободить место для машины Дениса, которая, с характерным «бу-бу-бу-бу» поместилась в него как влитая. Как было понятно, никаких дальнейших работ на сегодня они не планировали, потому, после того как обе Анны смыли с себя всю грязь, все занялись своими делами. Я села почитать, младшая что-то смотрела в телефоне, старшая же с Денисом играли в какую-то видеоигру, где два персонажа мутузили друг друга с видом сбоку. - Да серьезно… - протянул Денис. – Может хватит спамить эту хрень? - Ха-ха, нет! – ответила та. – Контрить научись. - На Эрроне Блэке – без вопросов. - Ты только на нем и умеешь! – усмехнулась та. - Я не задрочу в файтинги! – парировал тот. – Шутеры – другое дело! - А можно мне попробовать? – мне стало интересно, в чем вообще смысл этой игры. По итогу, следующие где то полчаса Анна объясняла мне управление, показала пару атак и комбинаций на некоторых персонажей. Конечно, играть против нее – было что-то с чем-то. Ее навыки в этой игре были на несколько порядков выше, хоть я примерно и поняла что к чему. - Слушай чего, - вдруг оживился Денис, который до этого вытянулся на диване рядом со мной. – А у тебя обе гитары исправны? – поинтересовался он у Анны. - Да. - Сыграем, может? - Хм… А погнали. Включив вместо игры обычный телевизор, та куда-то ушла и буквально через минуту вернулась с двумя чехлами. Денис же тем временем разжег камин и успел сходить поставить чайник, как он мне сказал. Несмотря на то, что, очевидно, в этом огромном здании было отопление, камин тут был самый настоящий, в котором сейчас уютно разгорались дрова, приятно потрескивая и согревая одним своим созерцанием. - Ты заслонку открыл? – поинтересовалась Анна, глянув на камин. - Открыл-открыл. – подтвердил он. – Мне семнадцать, а не сто семнадцать, уж как камином пользоваться я помню. - Да хрен тебя знает. – усмехнулась та. Пока Анна распаковывала гитары, положив одну Денису и усевшись крутить настройки на второй, он сам ушел на кухню, и через пять минут вернулся с четырьмя кружками чая. - Так-то лучше, а? Возражать не было ни малейшего желания. Денис, пару раз проведя по струнам и подкрутив несколько струн, кивнул Анне снизу вверх, видимо, с вопросом: «Что будем играть?». Та в ответ лишь пожала плечами. - Без понятия. – подтвердила та. - Давай, начинай, я подхвачу, если знаю. – предложил он. Анна чуть пересела, положив поудобнее гитару и на моменте, когда она хотела положить руку на струны, она вдруг остановилась. Я заметила, как ее правая рука сжалась в кулак настолько сильно, что, казалось, жилы и костяшки сейчас порвутся от натуги. В прочем, эта заминка, не смотри я на ее руки, так бы и осталась незамеченной, потому что спустя буквально пару секунд та, выдохнув, кое-как разжала руку, что как будто далось ей с трудом, и поскакала пальцами по струнам, начиная играть вступление. Денис, похоже, знал эту песню, так как почти сразу заиграл вместе с ней. И вот уже две гитары наигрывали что-то одновременно звучащее с надеждой и в то же время, как будто, с разочарованием. - За ливнями придут снега, - запела Анна. Я удивилась тому, как глубоко и с какой-то печалью она начала петь первый куплет. Конечно, я предполагала, что она умеет петь, но чтобы так – нет. – Все в норы до апрельских дней, но нам плевать на зиму и себя. Мы вместе, и от этого теплей. – протянула она последнее. – Мы верили чужим словам. Нам обещали чудеса. И ливнями нас моют и смеются, такие добрые, святые небеса. - И мы не сможем быть чище воды, - запели они вдвоем. – Кислотных снегов и дождей. Мы не сможем быть добрее, чем есть, мы не сможем быть добрее людей. Мы не сможем быть чище воды, кислотных снегов и дождей. Мы не сможем быть добрее, чем есть, мы не сможем быть добрее… людей. Далее следовал красивый, особенно в две гитары, долгий проигрыш, и, видимо, перед следующим куплетом она ненадолго остановилась, кивнув Денису, после чего оба заиграли снова. - Мы выбрали другие имена, - с каким-то гневом и агрессией пропел он. – Забыли только души поменять. Подальше отбежали от себя и пробуем себя догнать. – протянул он. – Мы верили пустым словам. Пытались сами делать чудеса. А получались только дети да война, - вновь перешел он в агрессию, а затем сразу будто в насмешку: - Смеются и рыдают небеса. Припев они пропели вместе, а дальше вновь вступила Анна, на этот раз она словно почти чеканила каждую строчку, одновременно будучи как будто в шаге от того, чтобы выпустить что-то из себя, закричав назврыд: - Бесплатное счастье твое и навек, после каждого дождика в каждый четверг. Мы проживем сотню лет и умрем в один день, если нас раньше не убьет наша лень. Мы за церковную свечку щемимся в рай, и плачем: «За что нас швыряет на край?», в ночной тишине услышь голоса – над нами смеются навзрыд, - выкрикнула она. – Небеса. – и закончила уже протяжно. Вокал в исполнении Анны зачаровывал, звуча так, будто она выкрикивает строки изнутри горящего дома — с отчаянием, злостью, но и неистовой верой в то, что где-то, за дымом, есть воздух, есть свет. В её голосе я буквально могла почувствовать проносящиеся искорёженные города надежд и все же, где-то там, внутри, был огонь, который очень упрямо, никаким образом не хотел гаснуть. Почему-то я была уверена, что эти эмоции она отнюдь не играла, а вспомнила, вложив их в свое пение. Припев они вновь закончили вместе. Смотря на все ее реакции, взгляд, который иногда будто вроде был предельно осмыслен, но, в то же время, смотрел куда-то сквозь, когда она отдыхала. Также ее собранность, силу и ответственность, маскирующиеся под слоем напускного раздолбайства и какого-то особенного веселья с зубоскальством, я могла предположить, что когда-то в ее жизни произошло что-то такое, что переделало ее навсегда. Буквально, как будто если бы не нагретый металл силой запрессовали в нужную форму. Пожалуй, из всего многообразия я могла описать это только так. Резко и одномоментно. Если Алиса была, несмотря на свою жизнь, просто чертенком, то у нее было что-то такое, что взрастило в ней настоящих дьяволов. Теперь мне еще больше стало понятно, почему, по ее рассказам, они, несмотря на разницу в возрасте, хорошо дружили с Алисой. Такой друг и одновременно наставник, знающий, как держать внутреннего дьявола в узде, а то и обращать его в пользу, был ей просто необходим. В прочем, пришлось отвлечься и отложить свою способность узнавать людей в сторону. Денис абсолютно точно был обо всем в курсе, но совершенно также точно никогда бы об этом не рассказал. Анна – тоже вряд ли. - Ну как? – поинтересовалась она, поправив гитару и смотря на меня. - Очень здорово! Очень чувственно и эмоционально, я не знала, что ты так петь умеешь! - Ха… - вздохнула она. – Давно училась. Еще вместе с подругой. Ну, да ладно, - отложила она гитару в сторону. – Пойду я прилягу, наверное. Завтра надо максимально все доделать, пока все здесь. Денис тут все знает, как пойдете ложиться – комнату и постельное найдете, недалеко от меня, но нормально, друг другу не помешаем, если что. – ехидно улыбнулась она. – Славь, одежду тебе я комнате оставлю. Спокойной ночи всем! - Спокойной ночи! – пожелала я. - И тебе. – Тоже ответил ей Денис. - Взаимно. – вздохнула младшая. - Чего вдруг правила решила почитать? – поинтересовался Денис, когда вернул гитары на место и вернулся на диван, попивая чай. - Да это Аня дала, мол, изучай, пригодится. - Тут не поспоришь. – отпил он еще немного. – Чаек, кстати, хороший, пей, пока теплый. - Спасибо. – поблагодарила я. – Только, боюсь, не усну после такого крепкого на ночь. - А я крепкий и не заваривал. Это Аня сама делает – земляника, смородина, их листья, мята и всякое прочее. Как раз на случай подобных посиделок. Я попробовала. Чай действительно был не крепкий и очень даже вкусный. Младшая вскоре допила свой чай и, пожелав нам спокойной ночи, тоже пошла спать. - Славь, все в порядке? – забеспокоился Денис через какое-то время после того, как она ушла. - Все хорошо. – удивилась я вопросу. – А что такое? - Да нет, просто… - вздохнул он. – Мы ночуем не дома, то да се, если что – в любой момент можем уехать, только скажи, если будет что-то не так. – Денис явно хотел спросить что-то еще, но поняв, что все со мной хорошо, не стал продолжать. - Да нет, не переживай. – улыбнулась я, продолжая пить чай. – Все хорошо, правда! Денис ничего не ответил, положив плед с дивана мне на плечи, после чего аккуратно придвинулся, обнял и, положив голову на мое плечо, прикрыл глаза. Это было очень мило, казалось, он вот-вот замурлыкает, когда я игралась с его волосами. Наконец, когда я допила чай, Денис показал, где душевая комната и предложил пойти первой, а он пока принесет одежду. Было забавно видеть, как Денис, изо всех сил пытаясь не подглядывать и не смущать меня, зашел спиной вперед, положил одежду и быстро вышел. Хотя, возможно, я бы была и не против, раз мы теперь вроде как пара. Но, видимо, он не хотел форсировать события и, как ему казалось, давить на меня, за что его, как минимум, следовало уважать. Наконец, когда я закончила, я легонько поцеловала Дениса на выходе и пошла в комнату. Денис рассказал, как до нее дойти, так что проблем с этим не возникло, тем более, что он специально оставил дверь открытой. И пока мылся он, я застелила кровать и в целом приготовила комнату ко сну. Еще же минут через двадцать мы с Денисом, уснув в обнимку, видели уже десятый сон. Однако, что-то странное заставило меня открыть глаза посреди, как мне казалось, ночи. С мыслями о том, что надо бы сходить в туалет и попить воды я аккуратно, чтобы не разбудить Дениса, встала с постели, нащупала свой телефон, взглянув на дисплей которого я поняла, что время было где-то шесть утра и все еще точно спали. Стараясь не шуметь, я провернула небольшую ручку замка, на который закрывалась дверь в нашу с Денисом комнату, и вышла в коридор. Благо, и Анна и Денис ознакомили меня с тем, где и что находится, так что долго плутать не пришлось, хотя, конечно, ходить одной в темноте по коридорам такого большого здания мне было немного жутковато. Посетив уборную и умывшись, я спустилась вниз, чтобы пойти на кухню, но тут мое внимание привлекло то, что в зоне, где стояли машины и диваны с телевизором, было как-то холодно, и присутствовал непонятный запах дыма, то ли табачного, то ли что-то горело. Я точно помнила, что перед уходом Денис потушил камин, а Анна, куря в последний раз, бросила в него сигарету. Но это точно никак не могло быть связано, так как бросила она ее в горящий камин и та уже сто раз сгорела. «Накурено. – принюхалась я». В этот момент я увидела, что рядом с машинами кто-то есть и в салоне внедорожника тускло горел свет. - Ребят, кто здесь? – крупный темный силуэт меня немного пугал. - Это я. – узнала я голос младшей. – Извини, если напугала. Дополнительно понять, что это была какая-то из Анн, помог звук чирканья зажигалки, которая также на мгновение подсветила лицо своим пламенем, и засветившийся затем огонек сигареты. Но голос был… надрывным, словно она сдерживала слезы. - Аня? – удивилась я. – Что-то случилось? - Нет… - вздохнула та, очевидно, пытаясь скрыть свое состояние. – Все в порядке. - Но… Твой голос. – обратила внимание я. - Славь, иди спать, пожалуйста. – вежливо, но жестко попросила та. – Я хочу побыть одна. - Что случилось? – удивленно повторила я. - Это личное. – отрезала та. – Не ходи ко мне и иди спать. Тебе же будет лучше. - Ты же не станешь бить меня, правда? – несмотря на просьбу и даже предостережение, я все же решилась подойти. - Нет. – грустно усмехнулась та. – Просто то, что ты увидишь, тебе не понравится. Встав рядом с одной из передних дверей, я увидела то, чего действительно никак не ожидала. На сиденье с заплаканным лицом и дорожками от слез сидела младшая, куря, видимо, уже далеко не первую по счету сигарету, судя по тому, что пачка явно была новой, и там не хватало приличного числа. Рядом с ней, между сиденьями, стояла почти пустая бутылка вина. На приборной же панели внедорожника стояла, опертая к стеклу, небольшая фотография какой-то молодой девушки, которой тут до этого не было. - Эх, Леська, Леська, черт… - стряхнув пепел в пепельницу, та взяла в руки бутылку и отпила немного прямо «из горла». – Как же вот так, - тихо выругалась она. – Вышло, а? Ты – там, а я – тут… - Кто… это? – аккуратно поинтересовалась я, присев на сиденье рядом, так как не могла просто так взять и уйти, видя ее в таком состоянии. Но все-таки села я с краю и открыла дверь, чтобы, если вдруг что, успеть хотя бы крикнуть. - Подруга. – ответила та, затянувшись. – Можно даже сказать, сестра, пусть и не родная по крови… - Мои соболезнования… - пытаясь представить, что она чувствует, искренне сопереживала я. - Спасибо. – поблагодарила та, окинув меня взглядом. – Ты садись нормально, если хочешь. Я не настолько пьяная, чтобы буянить начать, это вино всего лишь, просто… - вновь заплакала та. – С-с-сука, не могу я по-другому это вспоминать… - она сложила руки на руль, упершись в них лицом, тем самым скрыв его. Через пару минут, которые я просто сидела, не зная, что делать и как помочь, зная только, что не надо никого сюда звать, та вдруг откинулась на спинку кресла, затянулась уже порядком истлевшей сигаретой, вновь сделала глоток и с вопросом: «Будешь?» протянула бутылку мне. Некоторое время подумав, я взяла бутылку и сделала глоток. Этого определенно не было достаточно, чтобы опьянеть, но, как мне казалось, было достаточно, чтобы проявить сочувствие и, видимо, помянуть важного для нее человека. - Спасибо. – поблагодарила я, поморщившись и кашляя от вкуса алкоголя. - Не за что. – удивленно посмотрела на меня та, вновь поставив бутылку между сиденьями. Та просто сидела и курила, пока, видимо, сигарета не начала обжигать ей пальцы, после чего та потушила ее в пепельнице, которая была установлена в машине. - … так вот и думаю, - заговорила она. – Как бы она радовалась, будь сейчас здесь, в этих годах, пусть и там. Сколько одежки всякой, наверное, интернет, общение, путешествия, книжек сколько… - Наверное, так бы оно и было… - осторожно пыталась поддержать разговор я и осторожно поинтересовалась: - Онкология? Сердце? – спросила я первое, что могло прийти в голову, ибо от чего, если подумать, можно было умереть в таком молодом возрасте? - Нет… - горько вздохнула та, беря в руку бутылку. – Люди… - отчеканила та сталью и ядом одновременно. – А потом – сама… - и допила оставшуюся часть одним глотком. - Как…? – в шоке спросила я. - Изнасиловали. Толпой, по кругу. Парень на вечеринку привел. – тяжело проговорила та, сглатывая слезы. – А потом еще и фотки какая-то тварь проявила, всплыли они откуда-то. Она и… Повесилась, в общем. Если бы я только не решилась пройтись пешком, а доехала до конца на автобусе… Я же ее… - всхлипнула та. – Теплой еще вытащила… Буквально три минуты, и… - Аня… - обняла я трясущуюся от плача девушку. - И мамаша ее, с-с-сука… - продолжала та. – Капала на мозги… «Что же люди скажут! Ты же на весь город теперь опозорена!». Тварь… Даже после смерти в покое не оставила. Я ей памятник поставила, и так получилось, что мы встретились, она там своих родственников навещала. Та мне решила вякнуть, что как я посмела, самоубийце место в аду в безымянной могиле, и как ее вообще не за оградой похоронили… - Поверить не могу… - только и повторяла я в шоке. – Как так можно… Свою же дочь?! А отец или кто-то еще?... – но она уже не слышала. - В итоге я приставила ей пистолет к башке… - Боже… - И сказала, что если увижу ее еще раз на могиле Леськи или она хоть пальцем что-то здесь тронет… Её никто и никогда не найдет. Даже пепла. И смерть будет ей казаться раем. И выстрелила ей рядом с головой, чтобы точно дошло. Она, падаль, ей ни тогда не помогла, ни после смерти рот свой поганый не закрыла, так ей, сука, было важно, что «ее весь город теперь знал!». Но Леську так позволить поносить я не могла. А была такая спокойная, милая женщина. И такая тварь оказалась…    - Тех, кто это сделал, наказали? – с надеждой спросила я. - Конечно… - вздохнула та. – Нет. Все списали на то, что, мол, это она сама. Времена сложные, а узнать, кто там и что – это не их проблемы. Так что пришлось брать все в свои руки. Спустя какое-то время вычислила главного заводилу. - И…? – со страхом спросила я. - Нет. – с усмешкой выдохнула та. – Знаешь такую вещь, как «участь хуже смерти»? - Хуже смерти? – вздрогнула я. - Ага. Скажу так – наверное, он очень хотел бы себя убить, чтобы, наконец, отмучаться. Но сделать это будучи слепым, немым, глухим парализованным «самоваром» с сердобольными родственничками - невозможно. Так ведь самое смешное – даже подкатывать ко мне пытался, зная, что я её подруга, когда я его пару раз посещала в своем расследовании. - Я сидела ни жива ни мертва от только что узнанного. – Можешь осуждать меня - мне насрать. Даже если ад действительно существует – я спущусь туда, ни о чем не жалея. – откинулась та на спинку сидения, устремив взгляд через лобовое стекло куда-то в никуда. Так мы и просидели еще какое-то время, пока, наконец, она не заговорила снова: - Иди спать, Славь. Или полежи хотя бы. И… Спасибо. – поблагодарила та непонятно за что. – Мне немного полегчало. Но спать тем утром мне уже совершенно не хотелось.