Совенок. История одного человека.

Первой проснулась старшая и, совершая свои утренние процедуры, наткнулась на нас. Под утро младшая все же задремала, так и оставив вино и фотографию в машине, я же, казалось, так и просидела ни в одном глазу. - А вы чего тут? – поинтересовалась она, подходя ближе. – А… - посмотрев на место водителя, на панель и между сидений, заметила она. – Понятно. В прочем, оставлять ее в машине она тоже не стала. Обхватив ее обеими руками за пояс, та чуть сдвинула ее в сторону двери, а затем, попросив меня подтянуть ей ноги, чтобы они не застряли в педалях или не ударились об проём, пропустила одну руку под коленями, а другой подхватила под лопатки и подняла так, словно та ничего не весила. Удивительно, но младшая от такого даже не проснулась. - Принеси, пожалуйста, подушку и одеяло. – попросила та. – Сдерни с моей кровати, в коридоре темная дверь с наклейкой «Баба Яга». Благодаря тому, что на двери была такая наклейка, искать её комнату долго не пришлось. Внимание привлекла большая двуспальная кровать, стоявшая у дальней от входа стены, упираясь в нее спинкой. На стенах, тут и там, были какие-то полочки, на которых стояли разные книги и другие предметы – от лампы до катаны, которая, находясь в ножнах на специальной подставке, висела рядом с прикроватной тумбочкой. В прочем, времени разглядывать это не было, поэтому я как можно аккуратнее сняла с застеленной кровати одеяло с подушкой и вернулась обратно вниз. К тому времени старшая уже положила ее на диван в зоне отдыха и сидела рядом с ней. - Спасибо. – поблагодарила та, укрыв младшую одеялом и подсунув под голову подушку, после чего расслабила ремень на ее джинсах. – Пусть поспит. Сев в кресло, та откинулась на спинку, после чего, хлопнув себя по карману, извлекла из кармана пачку сигарет и, взяв себе, жестом предложила мне, мол: «Бери». - Я не курю, спасибо. – ответила я, сев в соседнее кресло, которые разделял столик. - На твоем месте я бы покурила. – ответила та, затянувшись. – Иначе от таких историй может крыша поехать, поверь мне. Она тебе, как я понимаю, рассказала? – спросила она после небольшой паузы. – Просто фото, - она посмотрела на то самое фото, держа его в руках. – Бутылка вина в машине и вы там вдвоем, причем ты в состоянии тотального охреневоза. Явно не из-за того, что ты увидела молодую версию меня пьяной. - Да. – не стала отрицать я, вздохнув и закрыв глаза рукой. – И про подругу, и про ее мать… - Я также, вспоминая ее, раньше напивалась, чтоб уснуть. – уперев глаза в потолок, заговорила та. – Да, в прочем, хер ли рассказывать – мы ведь один человек. Потом, через несколько лет стало… Не легче, просто смирение. - А родители? Её? Твои? - Её – ты и сама знаешь. Мамаша – угашенная об дерево радетельница за гордость семьи, все дела, которую только пуля в сантиметре от уха заставила заткнуться. Отец у нее был добрый, хороший мужик. На почве этого чуть сам на себя руки не наложил, и так горе какое, так еще и эта тварь его затрахала с тем, что: «Ну, не получилась она, что поделать». В общем, после развода я его уговорила уехать на пару месяцев в санаторий, прийти в себя. А то бы, чую, убил бы он ее на хер, либо спился. Благо, адекватным остался после всего. Хороший мужик, иногда друг-другу помогаем с чем-нибудь, я ему потом квартиру помогла купить. Мамаша её сестру и брата настолько затрахала «плохим примером», что те с ней как смогли – тоже связи разорвали. Правда, тут пришлось мне и ему включаться, ибо сперва жалко на них смотреть было. Сломала она их, короче. - Иронично выходит… - нервно усмехнулась я. Похоже, после таких событий во мне действительно что-то начало то ли меняться, то ли ломаться, что я начала видеть в подобных событиях пусть черную, но иронию… - В каком плане? - Радетельница за гордость семьи своим радением эту семью и разрушила. - Тут да, не поспоришь… - выпустила та клубы дыма. – Что касается моих родителей… - та, видимо, задумалась на секунду, взвешивая «за» и «против». – Отца убили в детстве. На моих глазах и у меня на руках умер. Царствие ему небесное, если есть, пусть он найдет покой. Мать… После этого начала пить, что с ней по итогу стало – я не знаю. Я как поступила в институт и нашла подработку – больше ее никогда не видела. Пила она по-черному последние годы, даже меня не узнавала. Я так пару раз несколько часов на морозе и в подъезде простояла, забыв ключи от квартиры, пока она не вышла посмотреть, кто там стучится. Соседи одни уехали, другая в ночь работала. Короче, отправила я ее лечиться, после чего собрала вещи и исчезла. Та все равно не интересовалась последние годы, кто я и как. А хотела бы найти – нашла, я не скрывалась. Если жива – дай Бог, если нет – земля пухом, отмучалась. Я как с Денисом познакомилась, ездила туда пару раз. Дверь не открыли, хотя были следы, что ей пользуются. Настаивать не стала. Вот такая вот краткая версия. После вот этого я уже серьёзно задумалась о том, чтобы закурить, чтобы банально не сойти с ума от представления того, через что прошла Аня, несмотря на все это оставшись в своем уме и не разучившись быть… человеком. - Прости, я забыла, что ты человек эмпатичный. – потушила та сигарету. - Ничего, я в порядке. Спасибо, что поделилась. - Не благодари. – посерьезнела та. – Я не рассказывала, потому что не хотела, чтобы ты это все потом в кошмарах видела. Но раз уж так получилось – для нас обоих будет лучше, чтобы в этой истории не осталось белых пятен. Я чувствовала, как ты на меня смотрела и, видимо, что-то для себя отмечала. Отвечу на недавнее – да, руку у меня вчера сжало не просто так. Леська тоже на гитаре играла, и меня научила. Поэтому, периодически, когда беру в руки гитару, накатывает. - Прости, я не хотела… - извинилась я, но меня остановили. - Все нормально. – ответила та. – Это наоборот, полезный навык, я сама постоянно так «читаю» людей. Не за что извиняться. - Вот как… На этом, видимо, Анна, как рассказчик, взяла перерыв и, сходив и сделав нам обеим чай, вернулась обратно. Я же все не могла никак перестать представлять это все… - Вот я чего и боялась. И по старшей версии знаю, и по тебе вижу. Вы как «загрузитесь» мысленно в какой-то ужас, так все, пока сами себя морально не переварите – не успокоитесь. – кивнула та на меня. – Старшую я научила выходить из этого и избегать, видимо, тебя тоже надо бы. - Чему? – удивилась я. - Не пропускать через себя. Не представлять у себя такое. В общем, как бы так сказать, не погружаться слишком глубоко в беды других, тем более посторонних людей. Я не знаю, как сформулировать, я не очень такому подвержена, думаю, теперь понятно, почему. Знаю только то, что тебя из-за твоей необузданной эмпатии подобное выводило из строя и закатывало в депрессию на пару дней точно. Даже истории из всяких криминальных передач тебя прям трогали. - Но… - задумалась я. – Я же не могу, например, вдруг взять, наплевать на всех и уйти. Это не по-товарищески, хотя бы. - Я не про это. Не терять себя в сочувствии другому, и быть, что называется, скотиной – не одно и то же. Потому что у тебя стремление помочь всем, каждого выслушать и каждому быть примером иногда прямо нездоровое. Я подростком сама через это проходила, с открытой душой каждому. По итогу мне туда больше гадили, чем были благодарны. Повторюсь, это не значит, что надо стать хамлом и скотиной. Просто чтобы люди не сливали в тебя свои мозговые помои, тем самым делая тебе хуже. Короче, об этом потом поговорим. Просто держи в голове. И я сейчас не в настроении и ты не в том состоянии. Это во-первых. Во-вторых – сейчас тебе надо отвлечься от этого всего, чтобы не сорвало крышу, и будет лучше, если это будет то, чего ты не делала. Даже экстремальное. Из ближайших вариантов я пока вижу три – я могу тебя напоить, благо, та «я» выпила не все вино, да и покрепче найдется. Из минусов – Денис открутит мне голову и тебе может стать плохо от выпитого. Второе – я сейчас тебе дам таблетки и ты до вечера проспишь, но насколько ты выспишься и, возможно, какой кошмар тебе присниться с твоим сочувствием – неизвестно. Вариант третий – я знаю, что ты до этого даже не пробовала курить. Кашель, никотин, то да се – здорово встряхнет организм. - А если это войдет в привычку? – испугалась я. – Буду потом дымить ходить… Извини. - А, то есть напиться видится леди более безопасным? – усмехнулась она. – Я понимаю твои опасения. Я тогда, после Леськи, в запой ушла, благо, Денис помог. Мы тогда уже были знакомы. А курю, потому что мне это помогает после всего удерживать чердак на месте, иначе есть шанс, что я бы бухала как тварь с понятными последствиями. Хотя сейчас уже гораздо меньше курю. Скорее, просто по инерции, нежели по реальной необходимости. Скажу так – после первой курить точно долго не захочется. Но это проще, что называется, один раз увидеть. Решай сама. Поколебавшись, я все же решилась и взяла сигарету. Тем более, иногда хотелось узнать, что та же Алиса или Денис в этом находят. - О, нашей психушки пациент! – усмехнулась та и, дав зажигалку, начала показывать и рассказывать, как надо курить. Объяснив, та взяла еще одну и после того, как зажгла свою, показала, что называется, наглядно. Как только я зажгла сигарету и уже приготовилась вдохнуть, за углом раздался знакомый голос: - Доброе утро! – в зале показался Денис. – Че тут у вас? От неожиданности я вдохнула слишком сильно, тут же закашлялась, а от горечи на глазах выступили слезы, попутно я прокручивала у себя в голове вопросы: «Что делать?» и «Куда спрятать?», в поисках помощи я перевела взгляд на Аню, которая… засмеялась так, что младшая проснулась. Так, кашляющей и с сигаретой, меня и застал зашедший Денис, младшая, подняв голову, сперва непонимающе огляделась вокруг, потом, видимо, увидев меня, на секунду задержала взгляд, потом, отведя глаза в сторону и поморгав, посмотрела еще раз и встала. Денис, в прочем, удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал, только спросив у Анны: «Раз пошла такая пьянка – еще есть?». Та, сквозь смех, показала на пачку. Денис же, взяв сигарету, сел на диван и закурил, словно ничего сейчас на его глазах не происходило. Младшая, по всей видимости, не найдя, что сказать, закурила тоже. Так мы некоторое время и сидели – я, пытающаяся курить, потому что прятаться было уже поздно, старшая Анна, которая еле-еле сдерживая смех, затягивалась сигаретой, младшая, которая, видимо, пока ничего не поняла и просто закурила со всеми, и Денис. - Если что – тут моя вина. – откашлялась старшая, пытаясь успокоиться. – После того, что она ночью и сейчас узнала – это был один из вариантов. - Говорила же – иди спать… - процедила младшая. - Вы о чем? – удивился Денис. - Погоди, ты серьезно? – хихикнула старшая. - Я все вижу, просто не стал пока заострять на этом внимание. – вздохнул Денис, стряхивая пепел в пепельницу. - Пусть попробует, я не возражаю. Меня больше волнует, что именно она такого узнала, что решила попробовать? - Кха… – кашлянула я. - Не держи так долго. – прокомментировала старшая. – А то как бобёр в том анекдоте. - после чего обратилась к Денису: - Про меня и про Леську. - Понял. – на удивление спокойно отреагировал Денис, после чего, вновь стряхнув пепел, поднял глаза в потолок и процедил, держа в зубах сигарету: - Даже я тогда с этого знатно… прикурил. Кашлять я стала меньше, видимо, уже начала привыкать. Но запах от рук и ощущения во рту, казалось, въелись в меня надолго. - Помоешь руки, почистишь зубы и ничего не будет. – ответила Анна на мой вопрос, что теперь делать. – Правда, тебя сейчас немного будет штормить, у меня сигареты крепкие. Пей чай пока, будет полегче. - А Денис как? – заволновалась я. - Да что мне будет… - отозвался он. Попив чай, все начали готовиться к завтраку, который отправился готовить Денис. Никто не стал протестовать против пельменей, тем более, что есть хотелось довольно сильно. - Слушай, а для чего тебе вдруг «Волга» может потом понадобиться? – спросила старшая у Дениса за едой. - В теории, Пионер может таскать «туда» транспорт. – задумался Денис. – Значит, там машина мне понадобится. И будет очень хорошо, если она будет очень, скажем так, не заводская по начинке. «Субару», во-первых, не из того времени, во-вторых – в тех условиях её ремонтопригодность находится в районе нуля, да и подходящее топливо брать неоткуда. Поэтому собирать надо старую машину на старых компонентах. Не знаю, «Смолл Блок», например, с механической коробкой. Единственное – я бы на счет полного привода задумался. Учитывая, что потенциально я туда собрался поставить еще и суперчарджер, то заднего привода может не хватить для хорошего зацепа. Особо широкие покрышки не поставить – палевно. – рассуждал Денис. – Плюс, очевидно, нужно будет решать проблемы с управляемостью. - Ну ты загнул, конечно. – вздохнула Анна. – Неизвестно, сколько у тебя времени, так ты еще и в стройку машины собрался влезть. Тебе «Субару» сколько собирали? Год, с учетом, что ты на треке еще на ней гонял? - Чуть больше. – подтвердил Денис. – Учитывая, что до финальной итерации было «положено» два мотора. Первый «Дюллахан» мы тоже не быстро собрали, благо, что обошлось без убитых моторов. - Это нам очень повезло при том, да, мягко скажем. Но и конфиг удачный был подобран – до сих пор на ходу. Не зря ты эти свои японские журналы читал. - А что за первый «Дюллахан»? – поинтересовалась я. – В первый раз слышу такое слово. - Он про тридцать третий «GT-R», на котором мы ездили в девяностых. Черный такой, в гараже стоит. Еще четыре фары сзади. – уточнила Анна. – Хотя я его «Годзиллой» называю чаще, преемственно от прошлого поколения. - А что означает вообще это «Дюллахан»? - Злобный дух в ирландской мифологии, всадник без головы на черном коне. – ответила уже младшая. – Считается вестником смерти. Появляется ночью, выкрикивая имена людей, которые должны умереть. В принципе, учитывая, что происходило с теми, по чью душу выезжала эта машина – вполне подходит. - Кошмар какой… - вздохнула я, не понимая, зачем давать машинам такие имена? Ведь, если подумать – как корабль назовешь… - Это больше мои тараканы названия придумывают. – усмехнулся Денис. – Поэтому это просто названия «для своих». Еще по легенде Дюллахан носит голову под мышкой. - Да ну тебя на хер с твоими страшилками! – воскликнула старшая, доев. – Пошли лучше дело делать. - Я помою посуду. – вызвалась я. - У меня для этого посудомойка есть. – вернулась та на кухню, забыв телефон. Вдвоем с ней мы загрузили посуду в машинку для мойки, после чего направились к месту, где должен был происходить ремонт. - Вы обе лучше идите и отдохните. – предложила она. – Мы с Денисом тут пока сами справимся. - Я все равно уже не усну. – парировала младшая. - Я… тоже. – нехотя согласилась с ней я. - Идите, хоть на диваны лягте на час-полтора, у вас обеих видок как у клиенток дурки, без шуток. Особенно, Славь, ты после всего этого прям совсем нехорошо выглядишь. Иди подреми хотя бы. Решив послушать Анну, я, аккуратно сняв тапочки, прилегла на противоположный тому, на котором спала младшая, диван. Через десять минут, которые я, от нечего делать, читала те самые правила, глаза начали ощущаться так, словно в них попал песок. Так, под звуки машин, одну из которых выкатили на улицу, а другую вновь поставили на подъемник, и звуки инструментов, я и задремала. Благо, что на диване были еще подушки. Спалось, на удивление, так хорошо, что я даже не заметила, как во сне меня, как оказалось, кто-то укрыл одеялом. И даже разговоры и шумы меня не потревожили. Проснулась я с чувством того, будто проспала до ночи, но, оказалось, что нет. Ребята просто не включали в зоне отдыха свет, чтобы не разбудить меня. В ногах, как оказалось, сидел Денис, который откинув голову на спинку дивана, видимо, задремал. Однако, почувствовав мое шевеление, тот тоже проснулся. - Доброго вечера, котенок! – улыбнулся он. – Как спалось? - П-привет… - пыталась прийти в себя я. – Сколько я спала? - Сейчас пять вечера. – посмотрел он на часы. - Я что – весь день проспала?! – подскочила я. - Тихо, вожатая тебе по шапке не даст. – хихикнул тот. – Все хорошо, хоть отдохнула, а то Аня нагрузила тебя ночью. - Нет, мне… кажется, что ей это было нужно. Кто-то другой, кто бы выслушал. – задумалась я, вспоминая события прошедшей ночи. - Быть может, так оно и есть. В плане чувств других - ты гораздо круче меня. – едва заметно дернул он уголком губ. – И это хорошо. - Почему ты так думаешь? - Потому что ты чувствуешь людей нутром, каким-то, не знаю, уникальным чутьем. По крайней мере мне так кажется, так как сам я этим обделен. И больше считываю людей по-научному, а не по-человечески. Жесты, взгляд, мимика, язык тела, какие-то реакции, слова. Но, что у них внутри – мне не всегда доступно. В средней школе, видимо, что-то у меня сбойнуло в голове, и постепенно этот аспект я стал плохо понимать. Короче, проблемы у меня с эмпатией, особенно к посторонним людям. - Может быть, ты просто все пропускаешь через призму рациональности и логики? – улыбнулась в ответ я. – Закрыв сердце для остального? - Интересная мысль. – на удивление серьезно сказал он. – Надо записать. - Но лично я ничего такого не замечаю. – тут же сделала оговорку я. – Ты жесткий в некоторых ситуациях, если они того требуют. Сейчас, со временем, я даже начинаю иногда понимать, почему ты так жестко и даже жестоко дерешься. Пусть меня это все еще пугает… - я положила руку ему на грудь. – Но я тебе верю. Плохой человек не стал бы столько раз рисковать ради какой-то девушки из другого времени. - Славь… - аккуратно обнял меня он. – Спасибо тебе. И не надо так о себе. Все таки – мы ведь вместе, пока не решим иначе. – и аккуратно прижался своим лбом к моему. - Да. – подтвердила я, еще крепче обняв. – Так и есть. Мы как-то обсуждали наши отношения с Денисом, в один из моментов после того, как он расчувствовался. Тогда мы решили, что если кто-то из нас захочет разойтись – он просто скажет об этом другому. Да, больно, да – обидно. Но пришли мы к такому пункту без возражений. Естественно, это не действовало на обычные ссоры или какие-нибудь бытовые споры, которые были просто неизбежны, так как мы два абсолютно разных человека, как ни крути. И обрывать при этом все связи тоже не обязательно – история знает много случаев, когда люди снова сходились. Каждый из нас мог взять время подумать, и уже потом решить. И, разумеется, коли мы в отношениях – никаких романов с другими. Кроме случаев, подобному тому, что произошел у Дениса. Это предложила я, так как за десять лет в другой реальности без родителей, без дома и всего остального я бы, наверное, сошла с ума. Поэтому с моей стороны никаких вопросов не было и быть не могло – Денис вообще не знал, вернется ли он или так и останется там навсегда. Тем более, что до Анны Денис был со мной. Ну, с другой мной. На этом моменте у меня в том обсуждении натурально, как говорит Денис, сломался мозг, так как такое я даже в книгах не читала. Учитывая, что дело тогда было ночью, мы согласились с тем, что обсудили, а остальное решили обсудить как-нибудь в другой раз, ибо нам обоим хотелось спать. - Пойдем чай попьем? – предложил Денис. - А как же Ани? Им не нужна помощь? - Самую тяжелую часть мы на сегодня сделали – машина теперь тормозит, да и выхлоп мы сменили. Старшая доделывает то, что делала вчера, попутно там младшая ковыряется с остальным, она часа полтора поспала, потом пришла. Я вот только минут двадцать как сел перед тем, как ты проснулась. - Тогда пойдем! – согласилась я. – А почему она не тормозила? - Задние рабочие цилиндры потекли, при том оба. Просто от времени рассохлись. А передние меняли, только поставили не те. Я когда покупал цилиндры – позвонил в один сервис, который такими машинами занимается, и мне объяснил механик, или кто там у них, что эти цилиндры бывают с автоматической регулировкой прилегания колодок и без. И внешне они почти не отличаются. И он подсказал, как найти нужные. Я потом сравнил те, что купил и родные задние с теми, которые стояли – те, которые менял тот парень, были без автоматического подвода. Вот и не тормозило ни хрена. Ну, помимо всего прочего, у нас главный тормозной цилиндр сдох. – заметил он, поставив чайник. – Благо, не вакуумный усилитель, цилиндр поменять – недолго. Тормоза мы тоже прокачали. Колеса на первой передаче задние погоняли на подъемнике – все тормозит. Колодки там хорошие, их мы оставили. Остается только сделать ручник, переодеть покрышки, ими, наверное, я и займусь, и можно выехать покататься по территории. Собственно, после нашего чаепития на двоих, Денис погрузил все, что касалось колес, во внедорожник и уехал. Я подошла было к двум Аннам, попутно отметив про себя, что, может быть, стоит узнать у них, как сделать так, чтобы, в частности, мне не путаться, как к кому обращаться. Хоть это и был один буквально один и тот же человек, просто из разных времен, но иногда мое воспитание начинало давить на то, что, мол, что-то не так, а что – непонятно. А подошла я за тем, чтобы предложить свою помощь. В прочем, те отказались, сославшись на то, что большую часть работы уже сделали «старшая» и Денис, а остальное они вот-вот закончат и ждут только колес. Подумав, что сидеть без дела будет неловко, я попросила разрешения воспользоваться кухней, чтобы что-нибудь приготовить. - А у нас в холодильнике мышь разве не повесилась? – поинтересовалась младшая. - Вроде нет, плюс в кладовке точно были макароны. – ответила старшая, убирая выбившиеся из под кепки волосы. – Пошли, покажу. Как только мы пришли на место, которое находилось недалеко от кухни, она тут же показала, где и что лежит, вспомнив, что в холодильнике еще вроде было замороженное то ли мясо, то ли фарш. - В общем, что из продуктов найдешь – все твое. – усмехнулась та, и ушла обратно в гараж. Решив сделать макароны, попутно вытащив мясо размораживаться, в процессе я заметила, что Дениса долго нет. Еще через минут десять я все же решилась ему позвонить. Оказалось, волновалась я зря – с его слов сборка колес займет у мастеров больше времени, чем он думал изначально, поэтому он пока оставил их и поехал в магазин, на момент моего звонка как раз идя к машине. - Буду ждать! – весело сказала я. - Уже еду. Люблю тебя! – и положил трубку. Может, и хорошо, что мы говорили по телефону – он не видел, насколько я покраснела. Еще через полчаса, вскоре после того, как Анна зашла на кухню попить и показала, что микроволновку можно использовать и для разморозки тоже, я услышала, как в гараже заработали открывающие механизмы ворот, а после загудела вентиляция, что означало то, что Денис наконец вернулся. - Хей! – поздоровался он, несмотря на то, что мы виделись буквально полтора-два часа назад. – Ну как ты тут? – и приобнял. - Все хорошо, готовлю вот. - Я тут как раз купил много чего. – показал он на три пакета, набитых продуктами. – Пока разложу в холодильник, если что-то нужно – бери, не стесняйся. На удивление быстро разложив такое количество всего в холодильник, Денис вновь отправился в гараж. Через полчаса, когда я выглянула, чтобы позвать ребят ужинать, машина уже стояла в гараже на своих колесах. Приготовила же я макароны с отбивными, благо, молоток для мяса я нашла почти сразу, поэтому и решила сделать именно так, приправив их сверху сыром и зеленью. - Ух ты! – удивилась старшая, когда все отмылись и сели за стол. – Спасибочки! Есть хочу – помираю, так что всем приятного аппетита! - Приятного аппетита. – более сдержанно пожелала младшая. - Взаимно! – ответили я и Денис. Изначально ужинали мы в относительной тишине, так как все очевидно устали. Но вскоре Денис поинтересовался, зачем они притащили откуда-то две железки и рулетку и что-то меряли у колес. - Сход-развал проверяли. Пока пойдет, но надо будет в дальнейшем шайбы купить и поправить. – ответила старшая. - А чего же мы сразу-то не подумали? – удивился Денис. – Я бы пластины купил нормальные, чтобы не черти чем выставлять. - Ну, это как обычно – сколько не записывай, все равно какую-нибудь хрень забудешь. В остальном – все более-менее. Разгазовывается, тормозит, светит и моргает. - Это мы испытаем. – усмехнулся Денис. - Ты только учитывай, что машину не заново собрали. – заметила в ответ Анна. – Если какой-нибудь стакан вырвет из кузова от твоих испытаний, то чини потом, как хочешь. У меня и своего зверинца хватает. Уже и так сколько не могу собраться подшипник на байке поменять и колодки. Через некоторое время обе, поблагодарив за еду, ушли курить, оставив нас с Денисом наедине. В прочем, без дела мы долго тоже сидеть не смогли. Потому, накинув куртки, сели в только что доделанную «Волгу» и выехали на территорию, которая была настолько огромной, что даже свет фар «Субару» Дениса или внедорожника Анны не мог охватить даже значительной части. - Пристегнулась? – поинтересовался Денис. - Да. – подтвердила я. - Ну-с, посмотрим, что мы тут накрутили. С этими словами Денис включил первую передачу и начал разгоняться. Разогнавшись где-то до сорока, он включил нейтраль, после чего резко ударил по тормозам, от чего машина клюнула носом и заскользила всеми колесами вперед. «Угу, хорошо. – буркнул он себе под нос». Дальше он разогнался уже шестьдесят километров в час, после чего начал тормозить плавно, по чуть-чуть. Когда мы остановились, его реакция подсказала, что все нормально. Дальше он вытянул на себя какой-то рычаг и попытался тронуться. Сделать этого у него не получилось. Убрав рычаг обратно, тот поехал проверять еще что-то. Он пощелкал фарами, потом поворотниками, проверил тормоза и задним ходом. Все было хорошо. Наконец, когда мы уже подъезжали к большой и широкой площадке, где также был и заезд в гараж, Денис вдруг включил, судя по всему, вторую передачу, резко крутанул рулем и одновременно с этим вдавил газ в пол. Машина немного повернула и, несмотря на повернутый руль, продолжала ехать вперед. На мгновение он задумался, после чего куда-то крутанул руль, чуть отпустил газ, а потом снова его нажал. И машина начала плавно кружиться по кругу, с каждым разом то уменьшая, то увеличивая радиус, то отпуская, то снова нажимая на газ. - Много руля дал! – крикнул Денис. – Не ожидал, что тут такой выворот! Чисто как плуг пошла сперва передними колесами! Наконец, убрав на одном из витков газ, Денис подъехал к воротам гаража. - Ну как? – спросила старшая через стекло, выйдя из гаража. - На удивление недурно. – протянул Денис. – Момента пятаки крутить ей вполне хватает. Даже вроде ничего не развалилось. - Ты там сцепление не сжег, надеюсь? - Нет, я чисто газом делал, тут подморозило чутка. Но руль, конечно, мое почтение, перекладки я охренею тут крутить. - В общем, заказчик доволен? – усмехнулась та. - Да. - Отлично! Теперь - кыш. – усмехнулась та. – Надо нашу подругу успеть научить хоть чему-то, пока ты опять мотор не положил. - Базар джексон. – ответил тот, открывая дверь. - Кыш-кыш. – повторяла она, театрально жестикулируя руками. И, когда Денис вышел, скомандовала: - Славя, давай за руль! - А точно нужно? – удивилась я. - Ну, до забора ты не доедешь, если что – увязнешь в снегу, здание или ворота в гараж просто слегка въехав в них машиной, очевидно, не пробить. Остальное, даже если что – поправимо. Бампера тут железные, даже если на небольшой скорости ткнешься куда – она просто упрется и заглохнет без серьезных последствий. - Хорошо. – вздохнула я. Её доводы, в принципе, звучали логично. Сама же она плюхнулась на пассажирское место. - Что объяснял Денис? – сразу уточнила она. - Ну, как трогаться, как передачи переключать, как завести. - Окей, в целом ясно. Но все равно пойдем с самого начала. И начнем мы с того, что правильно, насколько это возможно, тебя посадим и настроим зеркала. – она дотянулась до замка зажигания и повернула ключ, заглушив двигатель. – Сядь, как сидишь и выжми сцепление и газ до упора. Сцепление – крайняя левая, газ – крайняя правая. - Так? – я сделала, как она просила, хоть и левая педаль была чуть тяжелой. - Да. Заметила, что ты тянешься ногами? У тебя они полностью выпрямлены и тебе еще носком дожимать приходится, а то и на сидении ерзать. Сдвинься вперед. Денис, видимо, под себя настроил. Дальше она объяснила мне, как правильно расположиться за рулем, как настроить зеркала, расположение органов управления и всего прочего, что мне, возможно, будет здесь нужно. - Это не машина Дениса, у которого даже на потолке кнопки и тумблеры чем-то управляют. – усмехнулась та. – Тут все попроще. Ладно, выжми сцепление, покачай рычаг и запускай двигатель. - А рычаг зачем качать? – удивилась я. - Убедиться, что передача не включена. Если какая-то включена – он будет и стоять по-другому, и качаться не будет. На передаче часто оставляют при стоянке на спуске или подъеме как страховку. Ну, или если ручника нет. На подъеме на передней оставляют, на спуске – на задней. – я сделала, как она сказала и запустила двигатель. – Отлично. – прокомментировала она. – Тут машина карбюраторная, поэтому холодный пуск может требовать некоторых манипуляций. Сейчас нам это не надо, просто на будущее. Газ пока не трогай, включай первую и плавно отпускай сцепление. Тронуться с первого раза не получилось – машина дернулась и заглохла. Со второго раза получилось лучше – хоть и с рывком, но машина не заглохла и плавно покатилась вперед. Проехав некоторое расстояние вперед, Анна взяла руль своей рукой и повернула налево. - Теперь ты. Вот тут, налево. На удивление, руль поворачивался относительно легко, в отличие от того, когда Денис выезжал из гаража. Дальше я рулила уже сама. - Теперь смотри, для полной остановки сперва выжимаешь сцепление. – при этом машина издала звук, отдаленно похожий на какое-то мяуканье. – Потом плавно жмешь на тормоз. Вот так, с опытом будет плавнее. – заключила та. – Ставишь рычаг в «нейтраль» и отпускаешь сцепление. Ручной тормоз тут справа внизу. Вот эту ручку серую видишь? Я опустила взгляд по сказанному направлению, и увидела ту самую ручку. - Вижу. - Чтобы поставить – вытягивай на себя. Снять – повернуть по часовой стрелке и убрать обратно. На многих машинах тех годов похожая схема. Попробуй. - Как туго идет… - пропыхтела я, пытаясь вытянуть рукоять на максимум. - Разработается. – ответила та. – Я и Денис его смазывали, но, видимо, им давно не пользовались. Убрать его обратно было тоже той еще задачей – рукоять ни в какую не хотела поворачиваться как надо! Пришлось даже делать это двумя руками, и то получилось едва-едва. - Ладно, ручник на сегодня оставим в покое. – отметила та. – Надо разрабатывать. Еще где-то часа полтора мы так и катались по территории. В основном Анна объясняла всякие нюансы – как ориентироваться по зеркалам, как лучше переключать передачи, ездить задним ходом и так далее. - Ладно, давай к воротам и тормози, а то уже и бензин кончается. К следующему разу купим конусы, разметим с Денисом площадку. Но уже прогресс заметный – ты трогаешься и не глохнешь, когда надо – чуть газ прибавляешь. - Оно на практике проще, чем в теории выглядит. – заметила я. - У некоторых людей с этим долго проблемы, даже после получения прав. А многие после сдачи сразу пересаживаются на «автомат» и забывают напрочь, как ездить на механической. Я так одной сотруднице в честь ее дня рождения подарила сертификат на курсы повышения навыков вождения. Ей заново учиться пришлось, хоть она и сдавала на механике. Там курс просто подразумевал скольжения, и учебная машина была с механической коробкой. - А ты с Денисом как? – поинтересовалась я. - У Дениса на всех машинах механическая коробка. У меня – только на «Скайлайне». На «Тойоте» обычный автомат, на БМВ – «робот». Но, учитывая, что я постоянно езжу на всех этих машинах – мне, в общем-то, пофиг, какая там коробка, «робот» я взяла чисто из-за скорости переключений. Денис – то же самое, ему без разницы.  - И долго ты училась водить? - Ну, отучилась в автошколе обычным курсом, но своей машины у меня, понятное дело, не было. Изначально вообще не планировала, но состояние, даже спустя время после смерти Леськи было таким, что надо было чем-то себя занять, иначе спилась бы нахрен, либо сама в петлю залезла. Тогда же и в спорт ударилась. А через какое-то время, когда училась в университете, произошло знакомство с Денисом, и тогда я уже полноценно начала водить, так как у него к тому моменту машина уже была. С мотоциклом было сложнее. А сейчас… - залезла она в карман свой куртки и вытащила оттуда что-то похожее по форме на паспорт, только, как я поняла позже, с автодокументами. – Сама погляди. Пересядь на пассажирское, я сама припаркую. Пока она заезжала в гараж и ставила машину на место, я рассмотрела ее документы. На жестком розовом бланке размером с ладонь и надписью: «Водительское удостоверение» на нескольких языках, слева была ее фотография, а справа по номерам было написано: «Галактионова Анна Львовна, 08.08.1972 Москва, 22.10.2014 22.10.2024». Остальное было обозначено какими-то кодами. - А что это под номером девять? – удивилась я. – А, А1 и так далее? - Это категории транспорта, которым я имею право управлять. Посмотри на другой стороне. - Так много?! - Ну, по факту у меня все категории, кроме трамвая и троллейбуса. Так у меня еще на другие виды транспорта отдельные права, которые в водительское не пишутся. На самолет, например. - На самолет?! – все еще не могла перестать удивляться я, когда мы припарковались. - Да, и летаю я давно, у меня и лицензия частного пилота есть. На вертолет тоже, но мне не очень нравится ими управлять. Короче, сперва кот боялся пылесоса, как и я ездить, а потом его страшно затянуло, и вот он уже и ездит, и летает, и на катере с гидроциклом ходит. - А потом выясняется, что в пылесос помимо кота засосало вовсе не стиральный порошок. – я вздрогнула от того, что не услышала, как к машине подошел Денис. – Вы есть хотите? Я шавермы накрутил. Собственно говоря, оставшаяся часть времени до ночи так и прошла – мы сидели на кухне, пили чай, потом, видимо, всем, да и мне за компанию, стало скучно, и мы перебазировались обратно в зону отдыха. Денис и обе Анны поочередно играли в приставку, попутно перебрасываясь разными фразами между собой, потом включили какую-то игру мне, кое-как объяснив управление, а сами ушли к машине, вновь подняли ее на подъемник и что-то, стоя под ней втроем, обсуждали. Игра оказалась мне знакома – это был тот же «Ведьмак 3», что и у Дениса. Правда, управлять персонажем этим… геймпадом, а не клавиатурой и мышью, мне показалось не очень удобным. Что-то они говорили там про тросик, потом про механизм, то трос перетянут, то вроде нет. Учитывая, что в самой зоне был приглушен свет я, дойдя до момента битвы с грифоном, кое-как прошла ее, а потом, отложив управление в сторону, сама не заметила, как под их разговоры, треск камина и звуки работы задремала. Проснулась я от того, что почувствовала, как кто-то подсунул мне под спину и колени ладони и поднял на руки. Сначала я даже испугалась, от неожиданности, потом, присмотревшись, поняла, что это Денис. Хоть и можно было догадаться сразу, кто это может быть, но посмотрела я сугубо ради интереса, так как любой из находящихся здесь людей, судя по их силе, мог без особых проблем перенести меня куда-нибудь. - Ты чего? – сонно спросила я. - Ночь уже глубокая, тут внизу холодно бывает. – тихо ответил он. – Не хотел тебя будить, так что решил так. - Ммм… - мурлыкнула я, обвив руками его шею и поежившись от того, что действительно было прохладно. – Хорошо… Войдя в комнату, где уже была расстелена кровать Денис, аккуратно сняв с меня носки, уложил сонную меня под одеяло, а через пару минут, вернувшись с бутылкой воды, лег и сам. Последнее, что я помнила перед тем, как провалиться в сон – как обняла его со спины, укрывшись еще и его одеялом тоже. Тот лишь усмехнулся, положил свою руку на мою, после чего я и уснула. Спали мы долго, проснулась я от того, что на часах Дениса запищал будильник. Полежала, окончательно проснулась и прислушалась. На улице что-то гудело, равномерно так и довольно громко. На чью-либо машину было не похоже – звук машины Дениса я запомнила хорошо, а у Анны он не был таким громким. Выглянув в окно, я увидела, что во дворе хозяйничала Анна. Она толкала перед собой какую-то штуку с мотором, в которой вращающиеся детали загребали в себя снег и отбрасывали через трубу вверх и в сторону. - Снега ночью привалило… Доброе утро. - прокомментировал Денис, тоже встав с кровати и заметив, что пушистые шапки елок были в свежем снегу. – У нее же мини-трактор на заднем дворе есть, чего она снегоуборщик-то вытащила? – пробубнил он, надев футболку и аккуратно сложив одеяло. - Мини-трактор? – удивилась я. - Ну да, погрузчик типа «Бобкэта», еще на месте крутится прикольно. А, ладно, проще показать. Пойду, поговорю. – поцеловав меня в лоб, Денис пошел одеваться, я же пока собрала волосы и в целом привела себя в порядок. Где-то через минут десять, когда я заваривала себе и «младшей», по ее просьбе, чай, вернулся Денис, тут же взяв какую-то канистру и начав что-то оживленно крутить в багажнике своей машины. - Что-то случилось? – поинтересовалась я, попивая чай, завернувшись в лежавший на диване плед. - Да нет. Снега просто много выпало, я у нее спросил, чего она трактор не завела, а в нем то ли дизеля нет, то ли старый совсем. В запасе нигде нет, потому что вся остальная техника на бензине, а с генератора сливать долго. Поэтому я сейчас свою солью. - Свою? – удивилась я. – Подожди, машина же на бензине? - Все так. – подтвердил Денис, уже будучи под машиной, которую перед этим он затолкал на подъемник, поднял и открутил какую-то железку. – Только я не с двигателя сливаю. Дымовую завесу я как раз пускаю за счет дизельного топлива в отдельном баке. - Дымовую завесу?! – тут я удивилась еще больше, так как такое, как я думала, возможно только в кино. - Я не говорил? – удивился он, подставляя канистру. – Может и просто забыл. В общих чертах, система примерно как у танка – в выхлопную систему впрыскивается дизельное топливо, оно полусгорает-полуиспаряется, конденсируется в воздухе и на выходе превращается в густой молочно-белый дым. Дальше – уже навороты, чтобы заставить это как-то работать с бензиновым мотором. Много нюансов вышло, да и дым не прямо как у танка, но скрыть или размыть обзор на машину – хватает. Пока настраивали, - усмехнулся тот. – прошлый выхлоп прогорел к чертовой бабушке. Температура вжарила больше тысячи градусов, и старые швы не выдержали. Благо, что катализаторов у меня не было, и гореть и рассыпаться там было больше нечему. - А зачем это на… - задумалась я. – Спортивной машине? - Учитывая то, что мои родители – известные люди, на меня могут по разным причинам напасть. Не то, чтобы меня это как-то пугало, но семья настояла. Точнее, настаивали они только на том, чтобы поставить в машину хоть какую-то защиту, раз уж я живу и езжу без охраны. Ну а я добавил и активную защиту. Если что-то не так – включил дым, чтобы было сложнее прицелиться, и по тапкам. - А как же оружие? - Чтобы стрелять – мне нужно выйти из машины. Ну, или открыть окно. Если меня атакуют, например, в лесу на дороге – мне это не выгодно. Я не знаю, сколько нападающих, какое у них оружие и так далее. Преимущество будет за ними, хоть, конечно, и я не из пугливых. Но выгоднее будет либо прорваться, либо отступить, если есть возможность, и либо уехать, либо, в случае чего, отъехать куда-нибудь и приготовиться для встречи, таким образом поставив уже их в не очень выгодное положение. Оружие – конечно, хорошо, но это часть дела. Если тебя поймали в чистом поле со спущенными штанами – много хоть с чем не навоюешь. А вот когда к оружию прилагаются еще голова с нужными знаниями и навыки – это другое дело. За разговором Денис что-то отсоединил, и в канистру полилось топливо. - А разве трактору такой канистры хватит? – в руках у Дениса была довольно маленькая канистра. - Хватит, у него расход в час всего ничего. Плюс надо посмотреть, может там топливо еще не совсем конченное. Вернув все на место, Денис вновь накинул куртку и вышел на улицу. Через пару минут, найдя свою одежду, я последовала за ним. Догнала я его уже за зданием, где Денис пробил дорогу в снегу до какого-то небольшого ангара. - А тут раньше гараж у вас был? – поинтересовалась я. - Его раньше не было, это уже Ани постройка. – ответил Денис, вставляя ключ в замок на двери. – Тут всякие инструменты крупные, стройматериалы и так далее. Короче, склад для крупного. Для мелочи там помещение, которое я раньше для каких-то вонючих работ с машинами использовал. Покраска там, все такое. Ну и трактор она тут держит. Открыв калитку в воротах, Денис вошел внутрь и, спустя пару секунд, открыл уже сами ворота. За счет того, что у строения был довольно высокий фундамент, они оказались выше уровня снега и открылись без проблем. Что касается трактора – я никогда таких не видела, хоть и какая-то из двух памятей любезно подкинула мне информацию о том, что я жила в довольно большой деревне. Он буквально представлял из себя четыре близко находящихся друг к другу колеса, кабину и ковш. Включив свет, он сразу направился к задней его части. Через где-то десять минут трактор, чихнув, запустился. Хлопнув дверью в кабину, которая находилась во лбу, Денис что-то опустил сверху вниз, после чего на тракторе включились оранжевые маячки и он, немного покрутившись в стороны на месте, двинулся вперед, приподняв ковш. На то, чтобы расчистить дорогу до ворот, у них ушло примерно минут двадцать-тридцать. Снег Денис сваливал по сторонам от проезда, а там, где трактор упирался в бордюр или не мог подъехать, помогала Анна со снегоуборщиком. Правда, Денису, видимо, сидеть в тракторе быстро надоело, потому что вскоре они поменялись местами. - Ты дизель откуда взял? – удивилась Анна, когда Денис вылез из трактора и они взяли небольшой перерыв. - Что там и был, плюс со своей термодымовухи слил немного. Я посмотрел – в тракторе он еще нормальный был. Явно же не больше года он без движения стоит, если и гидравлика сразу заработала, и завелся он после прикуривания без проблем. - А, ну да… - задумалась она, закурив. – Я то ли весной, то ли летом землю под клумбу им перетаскивала. - Старость к земле тянет? – усмехнулся Денис. - Трупы удобнее прикапывать, еще и с пользой – удобрение будет. – ответила она, залезая в кабину. И вот пойми, то ли она пошутила, то ли нет. - Если что – это прикол, не волнуйся. – успокоил меня Денис. – Кто будет на своем же участке трупы закапывать? - Шутки у вас какие-то странные. – вздохнула я. - О, это еще даже не самая чернуха, которую мы шутили. Так, на краешке. Вот, например, из бородатого и, так сказать, цивильного – что будет, если в рис добавить два гриба? - Рис с грибами, наверное? – задумалась я. - Хиросима и Нагасаки. - А грибы с рисом тут при чем? – недоумевала я. - Япония и ядерный «гриб». - Все равно не поня… А-а-а. – задумалась я, и добавила. – Это не смешно. - Это нормально. Тут атмосфера нужна или компания. Тогда даже шутка про немого петуха выносит. - А как он тогда будит по утрам, если немой? – не удержалась я. - Вибрирует. В отличие от шутки про рис и грибы эта, учитывая, что у меня было с чем ассоциировать это, показалась уже смешнее. Телефон Дениса в режиме будильника весьма громко вибрировал. Ближе к полудню мы все снова собрались в зоне отдыха, попить чаю и поесть пиццы, за которой съездил Денис. Также он купил кое-что еще – огромную кучу конусов. И буквально за пару минут до чаепития он и младшая, смотря на фотографии учебных площадок, расставили их так, как надо. - Единственное – нормальная горка у нас тут только на заезде в гараж. – задумалась старшая. – Ну да ладно, потом ее тебе найдем. А пока – вот тебе рация. Говорить – вот сюда, нажимать для этого – сюда. Машину Денис тебе вытащит. - А рация зачем? – удивилась я. - Буду наблюдать за тобой и корректировать снаружи. Так, ездя со мной, ты мало чему научишься. С педалями и передачами ты более-менее разобралась, теперь накатывай сама. Мне как бы особо смысла внутри с тобой ездить нет – вторых педалей мы не делали, да и на дорогу ты не выезжаешь. Ну, могу, в случае чего, ручник дернуть, да и все. Тем более тут по краям сейчас снега нормально мы накидали. В случае чего – упрешься в него, ничего страшного. - А точно снега хватит? – такое заявление, конечно, стало для меня неожиданностью – ездила я всего ничего, а меня уже отправляют кататься по площадке самостоятельно! - Хватит. – ответил Денис. – Я даже проверю, если что. «Проверкой» в понимании Дениса оказалось влететь лбом своей машины в кучу снега так, что из него в разные стороны полетели снежинки. Машина, влетев в такой сугроб, дальше не поехала, только скребла колесами в попытке протолкнуть себя вперед. - Он застрял? – удивилась я. - Не, нифига. – констатировала старшая, закурив. – Это он просто, чтобы показать. Задние колеса у него туда не залетели, сейчас вылезет. И действительно, в задних фарах загорелся белый свет и, взревев мотором, машина вылетела из сугроба как пробка из бутылки. - Минимум километров тридцать пять в час это было. Морда усиленная с броней, плюс полный привод. Катайся, не переживай, ничего не будет. – констатировал Денис, открыв дверь. Вернув свою машину к воротам, Денис тут же выкатил из них «Волгу», а внутрь, пока та прогревалась, закатил «Субару». - Вы ворота закроете, наконец, или нет?! – послышался изнутри голос младшей, когда двигатель «Субару» остановился. – Я вам тут что, пингвин, вашу мать?! - Ты штору включи тепловую, труба иерихонская, вон пульт на стене, а лучше оденься! Твои шорты с майкой тут никого не удивят, если что! – крикнула ей в ответ старшая. - Да иди ты на… - куда именно там послала младшая версия старшую никто из нас не услышал, так как Денис в этот момент гулко хлопнул дверью. Старшую это только рассмешило. Вздохнув, Денис что-то нажал на пульте на стене, от чего, судя по его волосам, прямо над воротами что-то задуло, и нажал на кнопку закрытия ворот, выйдя после через другую дверь. К тому времени «Волга» уже прогрелась до рабочей температуры, судя по тому, что Денис взглянул на приборы и показал большой палец вверх. Мне вручили рацию и я, как и учили, тронулась, слушая комментарии Анны по рации и стараясь выполнять ее указания. Денис же, стоя рядом с ней, по виду был явно задумчив и стоял, медленно куря полностью белую сигарету. Такую же, как были у него дома, у Ани были бело-желтые «Мальборо». Тот неприятный привкус еще долго отдавался у меня в горле.

*В это же время, Денис*

- Ты че-то какой-то смурной вдруг стал. – прокомментировала Анна мою задумчивость. – И курить. - Да вот я в голове все и так и эдак верчу, а все шляпа какая-то. Кажется, то ли сон какой-то, то ли я съел че-то нехорошее, до сих пор во все это не верится. Только кролика вытащить из нее осталось. – затянулся я. – Вот смотри, если так задуматься, получается, целая мультивселенная, да? А мы сидим в этом лагере, иногда случайно оказываясь в других. И че-то ни цели, ни плана, ни конечного пункта назначения не видно. И где собака зарыта я тоже не пойму. - Тут не собаку, тут трех слонов на черепахе какая-то сволочь прикопала… - заметила она. - Тут то и оно. Короче, если меня что-то или кто-то зачем-то туда закинул, значит должен быть хотя бы мотив «а на хрена», правильно? От этого уже строится план и примерный финиш. А я сколько там времени провел – что-то в толк не возьму. Я что-то уже даже до концепции смертных грехов дорылся, тем более, что… - задумался я. - Славя, Алиса, Лена, Ульяна, Женя, Мику, Кошка – как раз семеро. Из тех, кто был в первый раз – шестеро, про Кошку я тогда не знал. Но и тут не бьется ничего. – стряхнул я пепел. – Потому что есть, как минимум, я и Семен, уже девять. Кибернетики – одиннадцать, Ольга и Виола – тринадцать, Рин - четырнадцать. - Почти чертова дюжина. – заметила та. - Я Пионера не считал, это тот же Семен. Остальных тоже. Остальной лагерь – тем более. И получается какая-то бурда, куда ни посмотри. Учитывая, что во всех лагерях, где я был, основные девчонки были плюс-минус те же, и я встречал и собственные копии, можно подумать – «собери их всех», то есть найди оригиналы. Задачка, я бы сказал, полная жопа. Даже если, окей, я – оригинал, пусть и понятия не имею, как вообще работает механизм, что я оказываюсь там. Если бы я пропадал – меня бы уже давно искали, тем более, что я провожу там много времени, и пропажу бы точно заметили. - Ну, у тебя есть привычка иногда свалить куда-то, никому ничего не сказав. – возразила та. - Не на месяц же. И не на десять лет. - Тут да. - И встает вопрос – а как мне вообще искать «оригиналы» и как понять, кто есть кто? Наша Славя ведет себя как совершенно обычный человек, в пространстве, времени и собственной личности примерно ориентирована. Есть нюанс, что она достоверно не помнит свое прошлое, только какие-то супер общие детали, а при попытке насильно вспомнить – приступ, но то может быть буквально по любой причине – начиная от нахождения в лагере, заканчивая буквальным нахождением в моей шкуре. Сделать так, чтобы вспомнила прошлые циклы – с Алисой так получилось, случайно. Толку ноль – в следующем цикле опять двадцать пять. Славе, например, после пары встреч со мной память стирать перестало. Мне после повторной встречи со Славей – тоже. - А как это вообще происходит с тобой, например? Ты забываешь только то, что было в прошлый раз в лагере? - Да. Все, что происходило со мной в наше время, я помнил, перед пробуждением в автобусе – посекундно помнил то, что происходило перед ним. Но не помнил, ни как я попал в этот автобус, ни дороги до места пробуждения. Потом неделя кончилась, мы сели в автобус, уехали – я снова просыпаюсь в автобусе, который едет в лагерь, без памяти о той неделе. И, видимо, так должно было быть по кругу. - Ты сейчас уже фильтр куришь. – заметила Анна. - Да хрен с ним. – выбросил я сигарету. – Тут экспозиция наваливается. - Я не пойму – почему неделя, если обычно смена минимум три? - В первый раз был Семен, который опоздал на смену, и попал только на неделю. Почему его было не перенести на следующую – не спрашивай, сам не знаю. Дальше в один прекрасный момент Семена через неделю благополучно, так сказать, кикнуло, а для меня и остальных цикл начал удлиняться. При этом событийно лагеря, на уровне причина-следствие, не связаны. В одном лагере я чуть коней не двинул, распахало меня там знатно, если бы не один случайный знакомец – так бы я и дотек, наверное. И патронов я там потратил тоже значительно. Как только переместились в мой лагерь – от ранений ни следа, патроны тоже на месте. Перезапуск, скорее всего, делает то же самое, раз у Саши не закончились стрелы и патроны. - Ты говорил, что у нее были шрамы. – заметила Анна, попутно поправляя Славю по рации. - Да, тут загвоздка – такие раны за неделю или три так не зарубцуются. На этот счет у меня было два рабочих варианта – либо лагерь в целом как-то ускорял процессы их заживления, либо почему-то не убирал раны и шрамы с тела при перезапуске. И есть вероятность, что, по крайней мере, Саша, окончательно умереть в лагере не может. - Бред какой-то… - Ань, я там видел такую хрень, что это, в принципе, из общей картины не выбивается. У нее на спине в районе груди и ниже такие шрамы были, что по ним можно было понять – в обычной ситуации человек такого не переживет. Ее один раз, как минимум, в тот отдел пронзили, при том есть подозрение, что насквозь, так как в районе ключицы у нее похожий шрам и по примерной траектории они сходятся. А второй рубанули чем-то по спине, да так, что человек явно не жилец – и позвоночник был бы перебит, и все остальное. И там, возможно, был далеко не один удар. Как ты понимаешь, даже мы с тобой с пробитым насквозь грудным отделом долго, мягко говоря, не побегаем. И сама она говорила – ее подвешивали чем-то, много раз ранили и так далее. - А сама она ничего не говорила на этот счет? Ну, умирает она или что? - Нет. И я не спрашивал, да и не горю желанием. Я удивляюсь, как ей крышу до сих пор окончательно не сорвало, тем более, если я прав в своих догадках. Шрамы ей после того, как она «переехала» в наш со Славей лагерь мы убрали, потому что в своем она носила форму с длинным рукавом, и это было бы очень заметно, а с короткими – шрамы не заметит только слепой. Короче, я к тому, что мы топчемся на месте, ни к чему каждый раз не приходя. Если там нужно было бы каждую спасти в своем лагере или мире, но нет, лагерь каждый раз случаен, как и ситуация. Даже в подобие глобальной катастрофы я там попадал. По итогу, сейчас у меня вырисовывается такая задача – каким-то, хрен пойми каким, образом нахлобучить моего двойника, Пионера-шизика и маньячек. И, скорее всего, в одного, с неиллюзорной вероятностью, что называется, «сфидить», если вся эта братия на меня разом вывалится вместе с пионерами. Я сам-то исхожу из того, что я вполне себе там смертен. А что дальше – хрен его знает. - Тогда почему они этого до сих пор не сделали, если ты натуральная аномалия? – резонно поинтересовалась Анна. - Я сам задаюсь этим вопросом. Тем более, я практически на сто процентов уверен, что мой двойник вполне себе живой. Ну не могли мы его в девяностых так просто убить. - Просто?! – хмыкнула она. - Зная себя – я бы даже на случай смерти какой-то бы прикол оставил. Не знаю, банально бы плеер с телефоном заминировал, например. Может и не убьет, но искалечит гарантированно. Или что-то еще с детонатором на датчик пульса. Пульса нет – взрыв. Это только самое банальное, только что придумал. - Тебе с такими придумками фамилия даже подходит. Даже после смерти ты, как пить дать, найдешь способ феерично поднасрать напоследок. Мелкий говнюк. – усмехнулась Анна. - Я скорее предусмотрительный, чем хитрый. – парировал я. - Ладно, я примерно по твоим рассказам поняла, что к чему. – заговорила она серьезно. К тому времени мы уже не один раз сходили поправить конусы. – Надо нам будет собраться, раскидать все на доске, что к чему примерно понять. По крайней мере, если удастся туда попасть – то будем как в старые добрые. Только есть одно «но» - если есть вариант туда попасть «со стороны», то я хочу взять туда еще и Артура. - Я тоже хотел его предложить добавить. – отметил я. Возможно, помимо того, что, в общем-то, он нам бы как минимум был не лишним, да и я косвенно пообещал, у Анны было и что-то личное, но я уточнять не стал. Даже хорошо, если так. Я снова обрел Славю, да и разница в хронологическом возрасте, учитывая, что как минимум я человек относительно публичный, как бы намекала. Нет, конечно, с ее, так сказать, младшей «версией» в этом плане было попроще, но как будто бы меня и Аню наши нынешние отношения более чем устраивали. После всего, что с ней случилось, у нее никого не было. У старшей, если точнее, так как для младшей еще мало времени прошло. Так, без обязательств, чисто по желанию. Правда, желания иногда бывали… Ну, в общем, человек, мягко говоря, не ханжа в этом плане, коль захочет. Уж я это точно знал. Осуждать ее мне не за что – всем все было известно сразу, все были согласны, без отношений, так как измену она точно не поддержит и на нее не пойдет, на работе это не отражалось. Поэтому это сложно назвать каким-то промискуитетом. Эту часть ее личной жизни, в целом, знать мне не хотелось, но как будто бы и все равно. И если уж так сложилось с нашими отношениями, и никто, в целом, не в претензии – разве она не заслуживает, наконец, какого-то своего счастья, если я правильно понял? Артур – вполне нормальный мужик. Для нашего кружка трех, Славю не считаем, кто в ссоре с головою – даже слишком. Кто знает, может, у них и сложится. Хотя… «У Артура же Кристина! – вспомнил я. – А я-то уже накрутил, жеваный кот…». - Отлично, вот и план. - Если подумать, то я, ты, младшая, Славя и Артур – чем-то похожи на пачку в ДнД. Файтер, егерь, оба пополам с плутом, рейнджер, друид и паладин. – засмеялся я. - Егерь? – удивилась она. – Его не было ни в четвертой, ни в пятой редакции. - Он в дополнении появился. - А, поняла. – воскликнула она, усмехнувшись, когда вбила про это в телефон и прочитала. – Да мы втроем на Егерей тянем. - А на кой три егеря в пачке? - А черт его знает. Я последний раз играла не знаю даже, когда. - Я в Америке играл. Прикольно было. Все это время мы также не забывали поправлять площадку и направлять Славю. Если с разворотом в ограниченном пространстве, в целом, начало получаться, а вот поворот на девяносто градусов надо было еще пробовать, то вот с параллельной парковкой была прямо беда. Пришлось Анне сесть внутрь и показать, как и по чему ориентироваться и чего добиваться, после чего все пошло веселей. У нас не было задачи прямо здесь и сейчас жестко начинать её учить всему, что только знаем, для начала надо было, чтобы Славя хотя бы научилась чувствовать габариты машины. У меня было попроще, так как и зеркала получше, и машина более «сжатая», что ли. «Змейку» мы решили не расставлять – для начала она не нужна, да и с такой «длиной» руля пройти ее не так просто. - А ты кого-нибудь там встречал, кто тебе доставлял бы проблем? – вдруг поинтересовалась Анна. - Если в бою, то Кошка и тот знакомец, наверное, были самыми конченными. Первая под своим «озверином» такие плюхи отвешивает, что в воздух поднимает, мне такая подача один раз прилетела – я улетел. Буквально. Второй – вообще хер пойми, что такое и благо, что давно разошлись и наши интересы, в общем, не пересекаются. Кошка на порядок сильнее и быстрее обычного человека, плюс когти с рефлексами и ловкость. Но переиграть ее еще можно. В своей «злобной» личине она вообще неадекватна, а в обычном состоянии видно, что дерется она именно силой и рефлексами, но никакой тактики или техники у нее нет. В прочем, рядовые пионеры и без этого на тысячу мелких хомячков разлетаются, да и ее альтер-эго на пару с Виолой это не помешало меня чуть не грохнуть. Плюс она то ли телепат, то ли что. Но живем мы вполне дружно, если что, она сильно помогает. А после того, как полазила по моей голове – даже стала адекватнее разговаривать. - А как она вообще появилась? - Без понятия. Одна из «Виол» говорила, что она какая-то сирота и подопытная. Мне слабо верится. Как минимум – ее уши с хвостом и способности, как максимум – до того, как она встретилась с нами, ей было довольно тяжело разговаривать в плане формирования предложений и объяснения чего-то. Долго думала, медленно говорила. Хотя, по ее словам, читать и писать она умеет, но я никогда ее за этим не заставал, да и странно, что если она это умела, то почему так тяжело говорила поначалу? При амнезии человек не забывает, как говорить. Что было до её жизни в лагере – не помнит напрочь, как и своего имени, говорит, что была в нем всегда. - Ну, я так думаю, за такое время, которое «всегда», научиться читать она могла и самостоятельно. – задумалась Анна. - Может быть, хоть и сомнительно. Хотя, учитывая, что после того, как она контактировала со мной своей телепатией, она начала сильно бойчее и лучше разговаривать, возможно, что и читать она научилась так же. Что еще меня подталкивает к тому, что неизвестно, что она такое – ей неизвестно ни что такое автомобиль, ни, например, огнестрельное оружие. Про второе я ей объяснил, учитывая, что у копий были самострелы. Что интересно – брать его в руки и как-то с ним взаимодействовать отказывается наотрез, хотя предлагали в целях эксперимента. Воняет, говорит, и «громко бухает». Но, что я заметил – с теми, кто был с самострелом, она тогда резво сокращала дистанцию и отоваривала. Это было до того, как я рассказал ей про то, что такое огнестрел. А вот в ближнем бою – наоборот, держала и в нужный момент била. Из чего следует, что либо она делала это интуитивно… - Либо ваша кошатина мастерски придуривается. – закончила за меня Анна. - Может быть… - задумался я. – Но пользы от нее больше, чем какого бы то ни было вреда. - Ладно, основное понятно. Попозже надо будет собраться, накидать планы. - Я уже от этих планов сам накидаться не против… - вздохнул я. - Сейчас лучше было. – сказала та по рации Славе. – Левым бортом ближе к левой стороне прижимайся перед поворотом, рулем раньше начинай работать. Разговаривать больше пока было особо не о чем, да и Анна с головой погрузилась в процесс тренировок. Подумав, я решил пойти что-нибудь приготовить, да воспользоваться одним из диванчиков, чтобы вытянуть ноги. Младшая, видимо, нашла себе какой-то сериал и, взяв ноутбук, разлеглась в «Лэнд Крузере» за просмотром. Было даже немного занятно, что младшая очень быстро с этим всем освоилась. Готовка много времени не заняла – я решил сделать пасту с сыром, сдобрив все это зеленью и приправив это мясом. Оставив это дело в кастрюле, я решил пойти и тоже что-нибудь посмотреть.

*Полтора часа спустя, Славя*

- Под конец пошло хорошо. – заметила старшая, остановив меня и открыв водительскую дверь. – Давай еще кружок, контрольный, и выезжай к гаражу. – и села на пассажирское. С ее подсказками изнутри пошло получше, поэтому в этот раз получилось немного быстрее и почти хорошо. На «заезде в бокс» я слишком много сдала назад и задела конус «фаркопом», как его назвала Анна. - Это сильно плохо? – поинтересовалась я. - Экзамен ты из-за этого можешь не сдать, я сейчас не помню точно, сколько там баллов за это. Но учебные машины будут, скорее всего, поменьше, и такого фаркопа там не будет. Если на этой научишься проезжать – потом к другой быстрее привыкнешь. В гараж машину ставила уже Анна, так как там было довольно тесно, да и рисковать повредить другие автомобили, понятное дело, никому не хотелось. Вечером того же дня мы с Денисом уехали домой. Через какое-то время праздники закончились, в городе начались рабочие будни. Несмотря на то, что я не работала, в привычном понимании, сидеть толком без дела я долго не смогла. Так и потянулись дни. Помимо бега, который я практиковала еще в лагере, в тренировки добавились уроки от Анны и спортивный зал. Несмотря на то, что мои навыки в бою, особенно по сравнению с той же Анной или Денисом, были совсем никакие, посещала я их по двум причинам: первая – это была очень большая физическая активность, что к концу тренировки передвигалась я откровенно с трудом. Это мне было нужно. Вторая – я, к сожалению, узнала на себе, что такое быть абсолютно беспомощной и не суметь даже попытаться защитить себя. Пусть, как говорила Анна, рукопашный бой это во многом моральная подготовка, но это было лучше, чем ничего. Вдобавок, как мне начало казаться – общество таких людей, как Анна и Денис, начало влиять на меня. Прежде всего, в понимании того, что быть добрым и заботиться о других не равно быть для всех удобной и податливой, как лошадка. Сравнивая себя и их, я понимала, где, возможно, мне стоит поработать над собой. Несмотря на то, что они родились в разное время, с разным воспитанием и прошлым, объединяло их например то, что с ними очень трудно подружиться, что можно было заметить по их общению с другими людьми, но, если вы действительно друзья – то они сделают многое, если не все, если будет нужно. А уж за свою семью Денис был готов уничтожить кого угодно. - Мне, честно говоря, абсолютно наплевать, кто и что думает или говорит обо мне и моей семье. – упомянул в одном из разговоров Денис. – Мы всегда просто делаем свое дело, а люди могут думать всякое. Но если кто-то будет прямо угрожать хотя бы моей собаке – он глубоко и надолго об этом пожалеет. Всякие знаменитости там позовут охрану, или еще что – не мой случай. Я не настолько «зазвездился», чтобы не «спуститься с небес» и лично не навалить лещей в корзинку, если кто-то сильно на это напрашивается. – усмехнулся он. – На похожую тему в английском языке даже есть выражение: «Royal pain». Означает неприятного или раздражающего человека. Но я чаще использую в контексте, когда кто-то или что-то надоело в такой степени, что даже сама королева Великобритании уже может встать с трона и лично отвесить затрещину. Спустя оговоренное Анной время я смогла получить паспорт. Больше не нужно было лишний раз напрягаться, когда мы выходили из дома. Более того – паспорт позволял покупать билеты и посещать многие мероприятия. Естественно, год рождения в паспорте был указан так, чтобы соответствовать тому, что мне семнадцать лет, а не под пятьдесят, но все остальное, включая мое имя и фамилию, было настоящим. По «легенде» я была студенткой, приехавшей поступать в Москву, но сумку с документами у меня украли. А жить собиралась у «тёти». Анна, недолго думая, временно прописала меня у себя, на той самой «базе». - С меня не убудет, это формальность. – отметила она, когда я упомянула этот момент. – Да и, к тому же, Денис тебя к себе прописать не сможет, собственник не он, а родители. Как решились вопросы с: «а где её родители?» я предпочла не спрашивать, главное, что паспорт был подлинным. За такими хлопотами, во многом, даже приятными, зима на календаре начала потихоньку отступать. Ближе к весне, вместе со мной и Анной, зал стал посещать и Денис. Объяснялось это тем, что ему необходимо было поддержать и, возможно, восстановить форму перед грядущим сезоном соревнований. Все это время меня не переставали обучать вождению, благо, что со временем мне даже понравилось. А в один из дней марта, проснувшись утром, я увидела, как Денис разбирал какие-то коробки из, как мне удалось прочесть – мотомагазина. - Доброе утро, Славянка! – поприветствовал он меня, когда я заглянула в другую комнату. - И тебе! – ответила я, после поинтересовалась: - Ты что-то купил? - Да. Кстати, об этом – давай примерим на тебя. По итогу на грудь, спину и плечи мне легла какая-то защита, а на локти и колени были надеты массивные налокотники и наколенники. Сверху на все это мне помогли надеть штаны и что-то вроде футболки, потом огромные, высокие и тяжелые ботинки с множеством застежек, а на голову мне водрузили шлем с вынесенным вперед подбородком. - Это для чего? – удивилась я. - Это для мотоцикла, который для бездорожья. – отметил Денис. – На те, что для дороги и для трека мы тебя, во всяком случае, пока, не посадим – для учебы такие как этот, - кивнул он на байк в его комнате. - Точно не подходят. - И ты все это купил? – удивилась я, смотря на себя в зеркало. - Ботинки, шлем и перчатки с панцирем – да, так как запасных у меня не было, да и размеры ботинок и шлема у нас различаются. - Твой вроде хорошо сидел, удобно так, даже чуть свободы было. – вздохнула я. - Он не должен сидеть свободно. – отметил Денис. – А четко по голове, при этом плотно, но не давя, это все-таки защитная экипировка. Если бы ничего не было – еще может быть, а так – не дефицит никакой. Ну, ботинки – очевидно. Наколенники – тоже купил другие, потому что у меня профессиональные, они огромные, мощные, похожие на деталь от какой-то брони будущего. – улыбнулся он. – Позже покажу. Для учебы подойдут и просто шарнирные. Налокотники у меня похожие были в запасе. На первый взгляд – вроде подходят, но если будут съезжать, перекручиваться и так далее – куплю другие. Штаны и джерси тоже уже были. Ну и термобелье я, естественно, купил специально под тебя. Помимо примерки экипировки меня ждал еще один сюрприз – приехав с Денисом в гараж, я увидела, как тот прицепил к своей машине прицеп с установленным тентом, в него же положил какие-то канистры и инструменты, после чего мы поехали куда-то в другой район Москвы, где я до этого точно не была. Как я позже узнала – в прицепе был черно-оранжевый мотоцикл Дениса, который был для гонок по бездорожью, а ехали мы на специальную трассу. По приезду туда я удивилась, насколько все было оборудовано – раздевалка, автоматы с водой и все прочее. Как оказалось – Денис даже специально нанял инструктора! - Здравствуйте! – поздоровался он с девушкой за стойкой, после чего переключил свое внимание на мужчину: - Иван Фёдорович, добрый день! – поздоровался он с кем-то. – Мы к вам записаны. - Добрый. – ответил мужчина, пожав ему руку. – Славяна Викторовна Ясенева, да? – уточнила девушка за стойкой. - Здравствуйте! – поздоровалась я. – Да. - Простите… - задумался мужчина, посмотрев на Дениса. – Я вас раньше нигде не мог видеть? Просто ваше лицо мне знакомо. - Вполне может быть, что пересекались. – ответил он. – Я в разных соревнованиях периодически участвую. Тут тоже бывало. Может, тут и начинал, давно было. Денис меня зовут. - А вы случаем в прошлом или позапрошлом году у нас подиум не занимали? - Было дело. - То-то я и думаю. Видимо, на фотографиях видел и запомнилось. – проходите, экипируйтесь, я подойду. - И так, у вас, получается, свой мотоцикл и защита, нужна аренда трассы и услуги инструктора? – спросила девушка. - Точно так. Заниматься будет девушка, я как зритель буду. - Опыт какой-то есть? Бывали у нас раньше? Пока я оглядывалась, подумала, что вопрос был обращен к Денису, и поняла, что обратились ко мне, лишь когда Денис легонько пихнул меня: - Нет, я в первый раз. – сообразила я. - Хорошо. – ответила она, щелкнув что-то в компьютере. – Читайте договор, расписывайтесь, после - раздевалка вот там, проходите, экипируйтесь. - Извините, моей спутнице кто-то сможет помочь с экипировкой? – поинтересовался Денис. – Она в принципе с этим всем связывается в первый раз, а я не думаю, что мое нахождение в женской раздевалке будет уместно, у вас тут сегодня не мы одни, как я вижу, а мне нужно выгрузить мотоцикл. - Одну минуту… - задумалась девушка. Взяв в руки рацию, перемотанную красной изолентой, та нажала кнопку и обратилась к кому-то: «Маша, ты свободна сейчас? Клиентка первый раз, экипировка своя, просит помочь с надеванием». В ответ в рации, спустя какое-то время, прошипело: «Сейчас подойду».  - Проходите, к вам сейчас девушка подойдет, поможет. - Извините, тут в договоре: «Ответственность за причинение ущерба…», у меня же будет мотоцикл… парня? – я замялась, так как вслух произносить это было все еще непривычно. - Разумеется, в этом случае, если у вас будет не наш мотоцикл, то ответственности по этим пунктам вы перед нами не несете. Но, соответственно, заменить его в процессе тренировки, например, в случае неисправности, мы не сможем. – ответила девушка. - Понятно. – спокойно ответила я. Остальные пункты договора в целом мне были понятны, так что, расписавшись и забрав паспорт, мы с Денисом отправились внутрь. Донеся сумку с экипировкой до двери в раздевалку, тот передал ее мне, после чего, приобняв, отправился выгружать мотоцикл. Женщина действительно подошла через какое-то время и, уточнив, мне ли нужна была помощь, зашла в раздевалку. - Только купили экипировку. – усмехнулась я. – Еще не разобралась, как застегивать. - Это нормально. – ответила она. – Так, термобелье оставляйте, надевайте спортивки, сверху наколенники. Вот так. – после чего она помогла их застегнуть. Вся защита всегда надевается под одежду, но не на голое тело. Так она лучше сидит и, если она под верхними штанами – меньше шансов, что она в случае чего провернется. Так, давайте теперь штаны мотоциклетные и ботинки. Я думала, что защиту обычно надевают именно что поверх одежды. Оказалось, что нет. - Тяжесть какая. – удивилась я, попробовав сидя оторвать одну ногу, которая уже была в ботинке, от земли. - Они и должны такими быть. На кроссе или эндуро часто падаешь, поэтому защита ног, которые как раз внизу, где палки, ветки, колеса, камни с бревнами и вот это все, должна быть максимальной. Экипировку сами выбирали? - Нет, парень вот только сегодня купил. – ответила я. - Вот как. Явно человек разбирающийся. Передвигаться во всей этой защите, особенно, когда надевала я ее буквально второй раз – было затруднительно. Ощущалось это все как какой-то скафандр на космонавте. К тому времени, как я вышла на площадку, Денис уже выгрузил мотоцикл и стоял, что-то обсуждая с инструктором и, завидев меня, кивнул ему и направился ко мне. Проверив, вся ли защита на месте, мы вместе с ним подошли к мотоциклу. - Не бойся его ронять, если что. – инструктировал Денис, помогая разобраться с подшлемником. – Он со склонов кувырком летал, ничего критического не случалось. Не бойся и не переживай на этот счет. Второе – много газа не давай, это тебе еще инструктор скажет. Он на первых передачах очень дурной, может встать на заднее колесо и перевернуться элементарно. Он прогретый, запуск у него с кнопки, ножной стартер не дергай. Перед запуском – выжимай на всякий случай сцепление. - Это мне туда?! – испугалась я, видя, как катаются люди, взлетая в воздух на различных трамплинах. - Нет конечно. – усмехнулся Денис. – Я тебя научить хочу, а не убить. Как инструктор я считаю себя очень так себе, поэтому заплатил профессионалам, которые с этим работают и у которых есть в этом большой опыт. Слушай, что говорят, и не бойся. - Хорошо. – вздохнула я. - Подшлемник с носа и рта можешь опустить – будет мешать дышать. Денис помог мне надеть и застегнуть шлем и, показав, как его расстегнуть и застегнуть, хлопнул меня по плечу и отошел в сторону, но не далеко, одним своим видом показывая, что рядом. Инструктор, видимо, уже выяснивший все у Дениса, начал объяснять мне все с самого начала – как садиться, как правильно усесться, органы управления и так далее. После всех объяснений, занявших минут пятнадцать, он, встав спереди и взявшись руками за руль, поставив мотоцикл со мной вертикально, объяснил про наклоны, как вставать на подножках и всякие прочие движения телом. Для меня, никогда даже толком не видевшей, как ездят на таких мотоциклах, это было в новинку. Просто сидеть на нем недостаточно, нужно еще работать всем телом. И вот, наконец, пришло время трогаться с места. - Газ не трогай сейчас вообще, выжми сцепление, лапку левой ногой толкни вниз и плавно, по чуть-чуть, отпускай сцепление. Почувствуем момент, когда оно будет схватывать. Почувствовала, что мотоцикл начинает тянуть вперед, выжми опять. Вот этот момент нащупай. Сделать это оказалось сложнее, чем я думала. На машине, когда я работала ногой, мне было плюс-минус понятно, но вот теперь, когда я управляла этим рукой, все переворачивалось с ног на голову, пусть и принцип был в чем-то похож – правая половина тела управляла газом и тормозами, левая – сцеплением. Только если в машине сцепление выжимала нога, а переключала передачи рука, то тут все было ровно наоборот, при этом еще и все слева. На первой попытке я, видимо, отпустила слишком много и резко, мотоцикл, резко дернувшись вперед, от чего я чуть не упала, но инструктор смог поддержать, булькнул и заглох. - Для первого раза хорошо, но много слишком. Смотри и слушай. – инструктор сам выжал сцепление и запустил двигатель. – По миллиметру, по миллиметру отпускаешь… Вот, слышишь, мотор чуть по-другому стал работать? – когда инструктор продолжил отпускать сцепление, мотоцикл стал ощутимо порываться поехать вперед. – Вот этот момент тебе надо нащупать. Тут проще – облегченный выжим стоит. Наконец, раза с четвертого, более-менее удалось понять, в каком месте мотоцикл начинает тянуть вперед. - Теперь, как нащупаешь – трогайся и давай кружочек по площадке. В некоторых местах может быть скользко, хоть и шины шипованные, учти. Чтобы остановиться – выжимай сцепление и плавно ножкой и ручкой по чуть-чуть прижимаешь тормоза. Тоже вот этот момент нужно понять, потому что если резко затормозить, особенно на вот такой каше, то можно упасть. Как, видимо, и предполагалось, падать мне сегодня пришлось несколько раз. Пережала тормоз – переднее колесо «уехало» вбок – хлоп, я на земле. Подошедший помочь Денис только шутливо поздравил меня «с посвящением». Уже потом, чтобы не заглохнуть, разворачиваясь у конуса, чуть крутанула газ. Хоть до этого мне тоже давали его почувствовать, но то ли я выкрутила много, то ли не вовремя – на сей раз из-под меня улетела корма. Колесо соскользнуло, мотоцикл завалился на бок. Инструктор и Денис все это время были спокойны, только время от времени помогая мне поднимать мотоцикл. - Сцеплением тоже нужно работать. – заметил инструктор. – Чуешь, что глохнет – выжала, потом снова отпустила. Либо выжала, чуть больше оборотов газом дала, отпустила. Нужно медленно на холостых – регулируешь сцеплением, сколько отпустила – столько поехала. Наконец, к истечению второго часа, у меня стало более-менее получаться проехать по площадке. За этим время и закончилось. К концу я уже сильно устала, а ноги, непривычные к такой работе, уже практически не слушались. - Я вас точно видел тогда на подиуме, да. Хорошо вы тогда ехали. – подметил инструктор, когда тренировка закончилась, обращаясь к Денису. – Номер еще у вас три шестерки. Я обернулась и увидела, что на задней части мотоцикла по бокам были наклеены номера. На белом, заляпанном фоне черными цифрами было выведено: «666». - Да у меня на машине номера три шестерки, поэтому я, когда выбирал номер, не стал заморачиваться. – ответил Денис, после чего обратился ко мне: - Шлем не снимай на улице, голова потная сейчас, простынешь мгновенно. После всего этого, переодевшись, в машину к Денису я упала уже почти без сил. А когда он подъехал к гаражу и начал разгружать прицеп, я, оставшись сидеть в машине, в тепле, под звуки тихо работающего радио и мерного «бу-бу-бу-бу» от двигателя так и заснула, повиснув на ремнях. Проснулась я уже от того, что машина остановилась, двигатель заглох, после чего замолчало и радио. - М? – сонно удивилась я, увидев вокруг стены парковки. - Почти дома. – слегка улыбнулся Денис. – Пойдешь на ручки? - Ты что, а если увидят… - смутилась я. - Прям катастрофа какая. – отметил он, помогая мне вылезти из машины, так как мои ноги гнуться буквально отказывались, настолько я устала. До квартиры я все же решила кое-как дойти сама, Денис, подхватив на плечо сумку с защитой, аккуратно приобнял меня за талию, чтобы мне было легче идти. В прочем, уже в квартире он, повесив мою куртку и поставив ботинки, которые помогал снять, подхватил меня на руки и перенес в кресло, стоявшее в комнате. - Ох… - невольно вздохнула я от удовольствия, когда ноги, наконец, немного расслабились и икры с коленями и бедрами стали болеть меньше. За время тренировки пот с меня буквально лился градом – термофутболка, которая была надета под всем этим, насквозь промокла с обеих сторон. Денис же, и до этого всегда будучи очень внимательным, закинув одежду в стирку, тут же переключился на заботу обо мне. - Так, вот чаёк с лимоном. – протянул он мне кружку. – Ванну я поставил набираться, полежишь в ней, это поможет расслабиться и тебе и мышцам. Потом я тебе дам обезболивающее либо мазью намажу. - Как же сложно на нем ездить… - вздохнула я. – Это на всех мотоциклах так? - Органы управления и принцип на всех один и тот же. А так – не на всех у тебя после так все будет болеть с непривычки. – усмехнулся он. – Я, скажем так, решил сразу закинуть тебя на уровень «сложно», потому что сидеть и трогаться, в целом, можно научиться на любом мотоцикле, но вот работать телом, балансом и газом со сцеплением одновременно – это проще и действенней всего на эндуро. Как минимум – его не страшно ронять, как максимум – ты сразу замечаешь результат в виде того, что ты проще и техничнее проходишь подъемы, перескакиваешь через бревна и так далее. И потом эти навыки применимы на любом мотоцикле. Даже вот на этом, - кивнул Денис на мотоцикл в комнате. – Который с места и до ста километров в час разгоняет тебя за три, или даже меньше, секунды. - И долго оно будет болеть? - Пару дней точно будешь ощущать. Я после долгих перерывов потом по лестницам передвигаюсь с трудом. – усмехнулся он. – Или после гонки. Только там не по площадке, а вплоть до часа, а то и больше, едешь в подъемы, по грязи, камням, бревнам и всему прочему. Падаешь, материшься, поднимаешься, тащишься дальше, и так до победного конца. - Ужас какой… - хмыкнула я. – И много там людей на этих гонках? - Ну, в одной из гонок было человек пятьдесят минимум. Я не считал. Там люди по классам разнесены. Я в «юниорах» катаюсь по возрасту. Но на каждых гонках классификация разная – где-то по возрасту, где-то по категориям: «золото», «серебро», «бронза» и так далее. Я тебе потом видео покажу. Многие говорят: «страшно смотреть, как ты так по лесам и всему прочему садишь». - Обалдеть… - вот уж чего-чего, но то, что на такие мучения будет такое большое количество желающих, я никак не ожидала. - А вообще – в будущем надеюсь весь самый хардкор посетить – «Эрцбергродео», «Ромэниакс», «Зе Таф Уан», и «Зе Руф оф Эфрика» и все такое прочее. В идеале – Дакар, в неопределенном будущем. Летом ездили с отцом на «Буйные есть?», прикольно было, два с половиной часа сочнейшего рубилова. Правда, на трассе, а не в лесу. Анна не поехала, проблемы были с мотоциклом. Я там чуть-чуть на призовое место не приехал. Сказалось, что первый раз и повредил колесо ближе к финишу к тому же. Если бы не оно – точно вошел бы в призеры. - Два с половиной часа?! Ты сумасшедший! – не выдержала я. Если у меня все болело после двух часов простого обучения, то что же испытывал Денис, когда ехал два с половиной часа в полную силу?! - Это весело! – парировал он. – К тому же – очень испытывает физически и морально. И тренирует тоже. Но мне многие говорят, что я, если цензурно – отбитый на голову без самосохранения. И еду – даже наблюдать страшно. Но действенно. В тех же юниорах я частенько на подиум заезжал в том году. - И при этом ты еще гоняешь на машине и втором мотоцикле? – недоуменно спросила я. - На этом – пока просто в формате хобби и не забывать, как таким управлять, учитывая, что я на нем и на работу езжу. Для этого он избыточен, но задачу закрывает, третий мотоцикл я покупать не хочу пока. А на машинах – да. Плюс стрельба и поддержание формы. В этом промежутке еще успеваю учиться и опыта в работе набираться. Потому что без физической активности и иногда адреналинового «прихода» работается и учится хуже. А так – два с половиной часа ада, после которого спишь часов двенадцать, и после восстановления я готов вкалывать как никогда. - Обалдеть… - только и смогла выдать я. - Кстати, ванна должна уже быть готова. – взглянул он на часы. – Как раз вовремя. Меня подняли на руки, после чего донесли до дверей и со словами: «Халат и тапочки уже там» опустили. Залезть в ванну удалось с трудом, но каким же удовольствием было после всего этого вытянуть ноги и потянуться в теплой воде! Это ни шло ни в какое сравнение с тем, как я тренировалась у себя дома. Но ради такого удовольствия после – я была даже не против. Особенно, находясь в тяжелых ботинках и наколенниках, устали ноги. А уж как после этого спалось – это что-то! Едва я после ванны переоделась в домашнее, как Денис сказал, чтобы я прилегла, дабы не нагружать и так уставшие ноги. Сам он тем временем пошел готовить ужин, которого я так и не дождалась, уснув через пару минут, как коснулась подушки. Видимо, будить меня он так и не решился, только, как я заметила, проснувшись рано утром, плотно укрыл меня одеялом. Самого Дениса в постели и в комнате не было, что меня порядком удивило. По пути на кухню я заглянула в другую комнату, где его и нашла – он спал на диване, в ухе торчал наушник, а в телефоне, видимо, шло какое-то видео. Будить его я, естественно, не стала, только остановившись полюбоваться на пару минут такой редкой своей умиротворенностью картиной. Зная, как чутко он спит, я решила пойти дальше, на кухню. На кухне меня ждал сюрприз – рядом со светящимся оранжевым светом дисплеем какого-то прибора лежали тарелка, вилка, деревянная лопатка и записка: «Не смог заставить себя тебя разбудить, так что оставил плов в мультиварке. Будет теплым столько, сколько нужно. Приятного аппетита!».