часть 9
3 июня 2019 г., 16:07
Нет, не глючит. Да, закончен. Черт, это были долгие 2,5 года ТТ
***
Вся компания со смехом вывалилась из дома. Дерек вышел следом за Айзеком, Бойдом и Пэрришем. — Клянусь вам, она так и сказала. Я не вру!— воскликнул Пэрриш. — А я думаю, что ты говнюк, — сказал Айзек. — Брехло с кучей небылиц. — Ты просто ревнуешь, — отозвался Стайлз, идущий позади Дерека. Вдруг парни резко остановились. — Могу я вам чем-то помочь? — спросил Пэрриш. — Привет, — раздался женский голос. Дерек услышал его и ощутил, как с лица схлынула кровь. — Я ищу Дерека Хейла. — А вы кто? — поинтересовался Пэрриш. Бойд с Айзеком обернулись на Дерека и отошли с пути, открывая обзор, и Дерек, увидев девушку, чуть не свалился в обморок. Лора. Всего лишь в нескольких шагах от него стояла Лора. Стайлз подошел и взял его за руку, но Дерек не отреагировал — он, застыв на месте, смотрел на свою сестру. В джинсах, ковбойских сапогах и футболке она выглядела все так же. Длинные темные волосы спадали с плеч, голову прикрывала ковбойская шляпа. Она выглядела в точности как их мать. Она тоже смотрела на него. Какое-то время никто из них не двигался и ничего не говорил. — Дерек, — наконец сказала она, сделав шаг вперед. — Ты Лора, — Стайлз не спрашивал, это было утверждение. — Сестра Дерека. — Да, — она мельком взглянула на него и вновь перевела взгляд на Дерека, но потом покачала головой и протянула руку. — Лора Хейл. — Стайлз Стилински, — он пожал протянутую ладонь свободной рукой. Дерек по-прежнему не двигался. Он даже не был уверен, что может сейчас это делать. — Боже, Дерек! — Лора внезапно сорвалась и кинулась обнимать брата. Стайлз отпустил его руку, но все равно остался рядом, глядя на всхлипывающую и обнимающую Дерека Лору. — Я думала, что никогда тебя больше не увижу. — Мы… кхм, пойдем, — сказал Айзек, и трое помощников ушли, оглядываясь на Хейлов через каждые три шага. Стайлз остался стоять на месте. Лора отстранилась, положив ладони на плечи Дерека и рассматривая его: — Ты стал таким взрослым. — Что, — начал Дерек, но голос внезапно дрогнул. Он прочистил горло, сделал глубокий вдох и попробовал снова: — Что ты здесь делаешь? Буквально на мгновение лицо Лоры исказилось болью, но она быстро взяла себя в руки. — Я приехала к тебе. — Как? — Дерек никак не мог осознать происходящего. Его сестра была здесь, на ранчо Стайлза. Спустя столько лет. Лора достала что-то из кармана. Это оказалась одна из его открыток, уже изрядно потрепанная по краям. — На всех последних карточках стоял одинаковый штемпель, — сказала Лора, и на все еще непонимающий взгляд Дерека, объяснила: — Ты никогда раньше не присылал открытки из одного и того же места. А в последние несколько месяцев они все приходили из этого города. Поэтому я приехала, поспрашивала по округе, и мужчина узнал свою карточку и тебя, — она долго с грустью в глазах всматривалась в лицо Дерека, а потом перевела взгляд на Стайлза. — Спасибо, что приютили моего брата. — Мы были рады это сделать, — ответил Стайлз. — Хотя мой папа чуть не пристрелил его в то утро, когда впервые увидел. — Лора округлила глаза, и он добавил: — Ну, он же не пристрелил его… очевидно. Мы нашли его спящим в нашей конюшне. Я подумал, что он какой-нибудь убийца, — Стайлз провел рукой по волосам. — Прости. Это, похоже, вообще не помогает. Почему бы нам не поговорить в доме? — Хорошая идея, — отозвалась Лора. Взяв Дерека за руку, Стайлз потащил его за собой. Это стало своего рода катализатором и все-таки заставило Дерека двигаться. Лора посмотрела сначала на их переплетенные руки, а потом озадаченно на брата. Дерек же двигался за Стайлзом на автопилоте, его сердце стучало в груди отбойным молотком. Проводив их в гостиную, Стайлз принес два стакана лимонада и встал рядом с Дереком: — Я оставлю вас наедине, — сказал он, но у Дерека эта мысль явно вызвала панику, поэтому он сжал ладонью его плечо и заверил: — Если понадоблюсь, то я буду наверху в своей спальне. После этого Стайлз покинул гостиную, оставив Дерека и Лору вдвоем. Дерек посмотрел на сестру и поймал ее внимательный взгляд. — Он милый, — сказала Лора. — И он явно переживает за тебя. — Он мой парень, — тупо выдал Дерек. — Да я уже сама поняла, — улыбнулась Лора. Сняв шляпу, она положила ее на спинку кресла, а потом склонилась вперед, облокотившись на колени. — С тобой все хорошо? — Нет, — откровенно ответил Дерек. — Я не… я… — он не знал, что сказать. Его сестра сейчас сидела перед ним, только руку протяни, а ему хотелось просто забиться в ближайший угол и отгородиться от всего. — Знаешь, я тысячи раз думала, что скажу тебе при встрече, — призналась Лора. — А сейчас из всего того не могу вспомнить ни слова. Почему-то от этого Дереку стало чуточку лучше. — Как Кора? — У нее все отлично. Она хотела поехать со мной, но я уговорила ее, что лучше мне поехать одной. Я… если честно, я не знала, каким я тебя найду. — Разочарована? — Как ты можешь такое спрашивать? — возмутилась Лора. — Конечно же, нет. Дерек рассматривал царапину на ее ботинке и старался собраться с мыслями. Лора, кажется, все понимала, потому что не давила. Он все так же смотрел в одну точку, прокручивая в голове годы, наполненные чувством вины и невысказанных слов. Да, должен был настать день, когда придется встретиться со своей семьей, но Дерек не был готов, что этот день настанет уже сегодня. Он думал, что у него еще будет время подготовиться. Наконец, Дерек поднял глаза, не обращая внимания, что они наполнены слезами. Когда Лора заметила это, ее лицо смягчилось. — Прости меня, — прошептал он, — за все. Встав с кресла, Лора присоединилась к нему на диване, обняла и прижала к себе. Сначала, пока она гладила его по волосам, он оставался неподвижным, но потом расслабился и, услышав, как она шмыгнула носом, обхватил ее за талию. — Все в порядке. Я просто очень рада, что нашла тебя, — сказала Лора. Ему хотелось рассказать о многом. Хотелось излить ей душу, рассказать, как он сожалеет, что в восемнадцать сбежал с Кейт, что поругался с родителями в их последнюю встречу, что оставил их с Корой после пожара и смерти родителей. Хотелось рассказать, что он так и не смог с этим справиться, что до сих пор едва может думать об этом. Хотелось рассказать, что родители по несколько раз в неделю снились ему в кошмарах, но сейчас, когда Стайлз спал с ним, стало немного лучше. Хотелось рассказать о Стайлзе, о Талии, об Эрике и даже о козах. Но вместо этого он положил голову ей на грудь и позволил Лоре просто быть для него старшей сестрой.***
Дерек сидел за столом на кухне, пока Лора помогала Стайлзу готовить ужин. — Дерек рассказывал, что ты участвовала в конных соревнованиях, — начал Стайлз. — Да, — ответила Лора, — хотя уже много лет этого не делаю. В основном я управляю делами на ранчо и даю уроки. Кора, вот настоящий профессионал. Она прошла отбор на следующие олимпийские игры. — Правда? — удивился Дерек. Лора повернулась к нему с улыбкой. — Да, она так усердно тренировалась, чтобы подготовиться. — А Кейт все еще соревнуется? — тихо продолжил Дерек. — Нет, но ее племянница Эллисон тоже едет на олимпиаду. Они с Корой дружат. Она занимается вольтижировкой. Ее конек - это стрельба из лука со спины лошади. У нее отлично получается. Дерек нахмурился, а Лора тем временем повернулась к Стайлзу: — А ты чем занимаешься? — Готовкой, — пошутил он. — А вот моя мама была титулованной наездницей. Я думал, что пойду по ее стопам, поэтому Дерек давал мне уроки, и я даже один раз участвовал в соревнованиях. Хотя после первого раза я понял, что не буду этим заниматься. Лора цепко взглянула на брата. — Дерек тебя учил? — Да, — кивнул Стайлз, — и он отличный тренер. Он и другим дает здесь уроки. — Правда? — На самом деле, это была его идея. Продолжая разговаривать со Стайлзом, Лора задумчиво поглядывала на Дерека. Тот хоть и сидел рядом, но словно отгородился и затерялся в собственных мыслях. Он отключился от всего, чтобы спокойно пережить этот ужин.***
После ужина Лора и Дерек сидели на крыльце, медленно раскачиваясь в креслах-качалках. — Они все такие милые, — сказала Лора. — Как долго ты здесь? — Примерно пять месяцев. — Как нога? — Болит временами. — Почему ты никогда ничего не писал на открытках? — Я не знал, что сказать. — Мог бы написать хоть что-нибудь, — возразила Лора. — Я давал тебе знать, что все еще жив, — Дерек отказывался смотреть на сестру, глядя прямо перед собой в темноту ночи. — Дерек, этого было недостаточно. Ты оставил меня заботиться о Коре и ранчо. Ты не один потерял родителей. Они были и моими родителями тоже. — Я знаю. — Тогда какого черта последние три года ты вел себя как эгоист? — повысила голос Лора. Дерек закрыл глаза и глубоко вдохнул. — Как я мог вернуться? Или смотреть вам с Корой в глаза? — тихо спросил он. — В год смерти родителей я с ними практически не разговаривал. В наш последний разговор мы снова поругались. Я ругался с ними всего за неделю до их смерти. И не видел их три года. Как я мог после этого остаться? Лора никак не ответила, и Дерек продолжил: — Потом Трискель и травма. Я за месяц потерял все. — Ты не потерял все, — со злостью сказала Лора. — У тебя были мы. На этот раз промолчал Дерек. На долгое время между ними повисла тишина. Лора прервала ее первой: — Я сняла номер в городском отеле. Наверное, мне стоит уехать на ночь, — они оба поднялись, и Дерек неловко посмотрел на сестру. — Я хочу, чтобы ты вернулся со мной. Кора хочет тебя видеть дома, как и я. Мы слишком долго не виделись. Дерек оглядел скрытые темнотой просторы ранчо, и мысль о том, что он покинет это место, сдавила ему горло. — Это не твой дом, — сказала Лора. — Твой дом в Монтане, Дерек, — она обняла брата и исчезла в темноте. Дерек стоял на крыльце, пока не услышал звук заведенного двигателя, а потом смотрел на удаляющиеся задние огни. Он лежал на спине и глядел в потолок, когда вскоре после отъезда Лоры в дом вошел Стайлз. Кровать прогнулась, и Стайлз прилег сбоку, положив голову ему на плечо. — Она милая, — сказал Стайлз. — Как поговорили? Дерек не ответил, продолжая смотреть в потолок. — Дерек, — зашептал Стайлз, — не делай этого. — Не сегодня, Стайлз. Пожалуйста. — Прости, — Стайлз поцеловал его в щеку и прижался ближе. — Ты можешь рассказать мне все, что захочешь. Я люблю тебя. Дерек уставился в потолок, не в силах избавиться от вины и печали, поглотивших его настолько, что трудно было дышать. Стайлз уснул на его плече, а Дерек так и лежал, приклеившись взглядом к одной точке.***
Дереку снились кошмары о родителях, горящих домах, быках и грохоте падающих лошадей. Он проснулся еще до восхода и даже не пытался больше уснуть. Он рассматривал спящего Стайлза, его сжатую в слабый кулак ладонь, прижатую к щеке, его слегка приоткрытый рот и веер темных ресниц. Его чувства к Стайлзу пугали. Он никогда не чувствовал к кому-то ничего подобного — настолько глубокой, почти болезненной любви. Стайлз лучшее, что с ним когда-либо случалось — лучше родео, лучше побед, лучше всех спонсоров и денег, лучше тех восьми секунд на быке. Бык заставил его чувствовать себя непобедимым, но Стайлз заставлял его чувствовать, что каждый день с ним, каждая минута стоит того, чтобы жить. Больше всего хотелось вызывать у него улыбку, защищать и помогать сохранить ранчо, чтобы он был счастлив и мог сохранить земли своей семьи. Он хотел дать Стайлзу хотя бы часть того, что тот дал ему. Но Дерек прекрасно понимал, что недостаточно хорош для Стайлза, что он сломанная кукла, которая, скорее всего, никогда не починится. Лора права. Пора возвращаться домой. Он бежал слишком долго, и настало время взглянуть в лицо своему прошлому, наконец настигшему его. Если он сможет справиться с этим сейчас, то в будущем сможет управлять собственной жизнью. Когда Стайлз проснулся, Дерек сидел рядом с ним уже полностью одетый. — Ты сегодня рано, — Стайлз широко зевнул, его спутанные после ночи волосы торчали в разные стороны. Он был сейчас таким красивым, что Дерек мог бы просыпаться рядом с этим образом до конца своих дней. Это все усложняло. — Нам надо поговорить. — Звучит серьезно, — Стайлз сел, потерев глаза. — Лора попросила меня поехать вместе с ней в Монтану, — начал Дерек. — И я согласился. — Хорошо. Это ведь очень хорошо, верно? Ты должен поехать домой, повидать Кору, свое ранчо, навестить могилы родителей. — Мне страшно, — тихо признался Дерек. Пододвинувшись ближе, Стайлз погладил Дерека по бедру и прижался лбом к его лбу. — Все будет хорошо. Если хочешь, я поеду с тобой. — Тебе нужно оставаться здесь, — покачал головой Дерек. — Попытайтесь с Пэрришем придумать что-то еще, чтобы сохранить ранчо. — Уверен? Дерек кивнул. У Дерека не было вещей, потому, когда Лора подъехала на своей машине, он был готов ехать. Еще утром он попрощался со всеми работниками, а сейчас, когда Лора ждала его в машине, он стоял на крыльце вместе со Стайлзом и не мог сдвинуться с места. — Я люблю тебя, Дерек, — Стайлз обхватил его руками и уткнулся носом ему в шею. — И я тебя тоже люблю, — ответил Дерек, так же крепко прижимая Стайлза к себе. — Возвращайся скорее, ладно? — Стайлз посмотрел грустными глазами, и Дереку пришлось отвести взгляд, но он все равно кивнул и повернулся обратно для прощального поцелуя. Поцелуй получился отчаянный и закончился слишком быстро. Стайлз оставался на крыльце, пока Дерек садился в машину, и, когда Лора тронулась с места, махнул им рукой. Пока машина поворачивала с подъездной дороги на трассу, Дерек чувствовал, что оставляет свое сердце позади.***
Первые пару часов пути они почти не разговаривали. А потом Лора заговорила. Она рассказывала ему о том, что произошло в последние несколько лет, о переменах на ранчо и всем том, что он пропустил. А Дерек смотрел в окно, думая о Стайлзе и клубничном варенье.***
Дерек крепко схватился за дверную ручку, когда машина въехала за ворота ранчо. Несмотря на время, несмотря на пожар, это место выглядело как прежде. По мере приближения к дому им овладевали смешанные чувства. В последний раз он видел лишь выжженные стены, а сейчас перед ним стоял вновь отстроенный, почти такой же дом, разве что ставни были другого цвета, и перед домом разбили цветник. Та же внутренняя структура, та же белая краска, словно вырванное из прошлого воспоминание. Почему-то от этого стало только хуже. Дерек знал, что это не тот же самый дом. Половины людей здесь никогда уже больше не будет, а фасад надежно скрыл шрамы и раны их семьи. Зачем скрывать это и притворяться, когда ничего уже не будет как прежде? — Ты в порядке? — Лора повернулась к нему, выключив двигатель. Дерек кивнул, а затем вышел из машины. Он думал, что, вернувшись домой, будет чувствовать себя по-другому, а ощутил ностальгию и чувство потери. И много боли. Входная дверь распахнулась, и в проеме появилась Кора. Она стала взрослой, примерно того же возраста, что и Стайлз. В последнюю их встречу ей было двенадцать, так что приближающаяся к нему девушка сейчас казалась незнакомкой. — Привет, Кора, — обратилась Лора к сестре. Кора молча подошла к Дереку и заехала кулаком прямо в нос. — Кора! — воскликнула Лора. Дерек ошарашенно уставился на младшую сестру, невзирая на пульсирующую боль. — Это тебе за то, что бросил маму и папу, — со злостью выдала Кора. А затем ударила еще раз. — А это тебе за то, что свалил после похорон! — Дерек почувствовал потекшую с носа кровь, но ничего не смог с этим сделать, потому что Кора вновь занесла кулак, но на этот раз он перехватил удар. — Ты эгоистичный придурок, Дерек. — Кора! — вновь прикрикнула Лора. — Мы это с тобой вчера обсуждали. — Я в бешенстве! — таким же криком ответила Кора. — Ничего, я заслужил, — Дерек вытер нос тыльной стороной ладони и, взглянув вниз, обнаружил на ней длинную полоску крови. — Давай найдем тебе тряпку, — обратилась Лора к Дереку, а затем глянула на сестру. — А ты возьми себя в руки! Кора фыркнула, но последовала за ними в дом. Когда Дерек сидел в кресле, прижимая тряпку к носу, чтобы остановить кровь, Кора смотрела на него уже без прежней злости. — Я рада, что Лора нашла тебя. — А по моему носу не скажешь, — ответил Дерек. Лора усмехнулась. — Считай это любовным похлопыванием. Дождавшись, пока кровь прекратит течь из носа, Дерек рассказал Коре, как провел все эти годы. — Лора сказала, что у тебя есть парень, — вскинула брови Кора. — Не знала, что ты по парням. — Одна из многих вещей, что я обнаружил для себя в турне, — ответил Дерек. — Расскажи, какой он? — Привлекательный, с красивыми глазами, отличный наездник и саркастичная заноза в заднице. Тебе бы он понравился. — Ха-ха. Сидя на кухне и слушая рассказ Коры о подготовке к Олимпиаде, Дерек ощущал себя странно. Он рад, что они не стали воссоздавать вид прежней кухни. Так было гораздо легче. В разговоре между ними по-прежнему царила какая-то формальность и напряженность, вопросы и ответы были натянуты, лишены комфорта или вольностей, как это было прежде. Дерек догадывался, что этого следовало ожидать. После стольких лет между ними уже не было прежней близости. Позже Лора переглянулась с Корой и обратилась к Дереку: — Пойдем, мне нужно кое-что тебе показать. Она привела Дерека к длинной, недавно покрашенной конюшне. Там было много лошадей, и работали люди, которых Дерек никогда раньше не видел. Это место выглядело лучше, чем ранчо Стилински, и, очевидно, намного благополучнее. Когда Лора открыла конюшню, Дерек понял, что скучает по скрипу дверей. — Зачем мы здесь? — обратился он к Лоре. Нескольких лошадей в конюшне он помнил еще с прежних времен, но было и много новых. — За этим, — Лора остановилась перед одним из стойл, и Дерек во второй раз за последние дни едва не свалился в обморок. — Этого не может быть, — Дерек вновь и вновь качал головой, переводя взгляд то на Лору, то на большого черного коня. — Он же умер, — услышав голос Дерека, Трискель подошел к двери и толкнулся носом в его руку. Дерек ошарашенно посмотрел на коня, держась за дверь, чтобы не упасть. — Как? — Я пыталась тебе рассказать после того, как все это случилось, — начала Лора. — Кейт все время отвечала по телефону, что ты ни с кем не хочешь разговаривать. Когда ты покинул арену, я отправила Трискель к Дитону, приготовилась его усыпить. Дитон сказал, что у него серьезные переломы, но спросил, не хочу ли я его вылечить. Я… я просто не смогла его усыпить. После того как видела твое лицо, после смерти родителей. Я должна была попытаться. Поэтому мы забрали его домой. Дерек все это время смотрел на Трискель, боясь прикоснуться к нему, чтобы эта фантазия не рассеялась. — Я пыталась тебе сказать, Дерек, — вновь повторила Лора. — Но потом у тебя произошла травма, и я не знала, где ты. А потом ты просто исчез, — она протянула руку и погладила Трискель по шее. — Лечить его было чертовски трудно. И дорого. Мы сотни раз решали его усыпить, но каждый раз, когда я приближалась к нему… мне казалось, я так вновь потеряю тебя, и я не могла. Зная, как много Трискель значил для тебя, я не могла избавиться от последнего, что у меня от тебя осталось. Дерек все еще был слишком потрясен и не до конца понимал, что происходит. Трискель вновь толкнулся носом в его руку, выпрашивая угощение. — Можешь покататься на нем, — сказала Лора. — Он хромает и может только ходить по пастбищу, не больше, но ему не больно. Наконец, Дерек нашел в себе силы и протянул руку, коснувшись шеи Трискель. — Как и я, — он повернулся к сестре и улыбнулся. — Я не знаю, что сказать, Лора. Спасибо. Она оставила Дерека одного в стойле. Дерек подошел к Трискель, погладил его по щеке, прислонился лбом к его лбу и закрыл глаза. Трискель не умер. Как и Дерек, будучи сломанным, он выжил. Он уже не был прежним, он хромал, но был жив. Дерек провел в конюшне весь оставшийся день до поздней ночи, не в силах покинуть Трискель.***
Дни перетекали в недели. Дерек не чувствовал себя здесь, как дома, но и уйти не мог. Лора и Кора то и дело поглядывали на него, словно ждали, что он вот-вот сбежит, поэтому Дерек оставался. Он знал, что задолжал им. Он пытался найти себе работу на их ранчо. Лора и еще несколько ее коллег занимались тренировками, а всю остальную работу на территории делали бесчисленные рабочие. Ранчо пребывало в превосходном состоянии, и Дереку тут делать было нечего. — Воспринимай это как отпуск, — сказала как-то Лора. — Ты заслужил небольшой отдых. Но Дерек просто не мог сидеть сложа руки. Когда он не был ничем занят, то думал о родителях, Стайлзе, и чувство вины грозило затопить его. Ему необходимо было чем-то заняться, найти что-то, что заняло бы его руки и отвлекло от мыслей. Дни, проведенные за строганием, помогали лишь отчасти. Спустя неделю после возвращения, он нашел Хэнка — главного среди рабочих. — Я могу заняться чем угодно. Лошади, коровы, машины, постройки, — перечислил Дерек. — Я могу работать со всем. — Мы не нуждаемся в помощи, мистер Хейл, — сказал ему Хэнк. — У нас все под контролем, работа идет бесперебойно. Может быть, осенью сможем для вас что-то найти, — он вытер лоб тряпкой. — Спросите у мисс Хейл, а у моих ребят все схвачено. Вам не стоит ни о чем беспокоиться. Дерек бродил по ранчо в поисках какого-нибудь дела — починить забор или сенной пресс, — но ничего не находил. И каждый раз, когда он к кому-нибудь обращался, ему говорили «нет». Наверное, это хорошо, что у Дерека не было необходимости работать. Блудному сыну, вернувшемуся домой, прямо сейчас нужно было беспокоиться не о работе, а том, чтобы как-то наладить собственную жизнь. Сейчас у него были деньги от родео и страховка — вероятно, этого будет достаточно, чтобы не работать до конца своих дней. Но Дерек не нуждался в деньгах. Ему нужно было чувствовать себя нужным, словно у него есть дом, словно он часть семьи. Со Стайлзом они разговаривали каждые несколько дней, и спустя две недели Стайлз спросил: — Когда ты вернешься до… назад? — Дерек слышал, как Стайлз почти уже сказал «домой», слышал боль в голосе, но попытался сохранить нейтральность. Он уже сам потерялся в собственных чувствах, был слишком растерян и подавлен, пытаясь все переварить, когда даже поговорить не с кем. Большую часть дней он проводил в поле наедине с Трискель, а вечерами слушал болтовню Лоры и Коры, разговаривая лишь тогда, когда к нему обращались. — Я не знаю, — ответил Дерек. На том конце повисла тишина. — А ты вообще вернешься? — Я не знаю, — вновь повторил он. — Но ты же сказал, что пойдешь за мной куда угодно, — голос Стайлза стал тихим и надломленным. — Это сложно. — То есть ты мне сейчас сказал, что мы, возможно, никогда больше не увидимся, а мне от этого должно стать лучше? — Стайлз сорвался на крик. Дерек ничего не ответил. Он чувствовал себя потерянным и неуместным, хотелось просто ринуться в путь и не останавливаться, пока не окажется за много миль отсюда. — Думаю, лучше тебе не звонить больше. — Ладно. Стайлз бросил трубку, не сказав больше ни слова. Дерек нашел, где пасется Трискель, и медленно повел его вокруг пастбища. Он пытался не думать о Стайлзе, но его голос все еще эхом звучал в голове. Оглядывая ранчо, Дерек ожидал увидеть Айзека, чинящего забор неподалеку, искал взглядом Бойда на лошади, перегоняющего скот на другое пастбище, прислушивался к хрусту гравия, когда Пэрриш проезжал мимо на своем грузовике. Но больше всего он хотел услышать, как ругается Стайлз, возясь со сломанным сенным прессом, или увидеть, как ранним утром он несет свежие яйца в дом. Но никого из них здесь не было. Вместо этого Дерека окружали незнакомцы, которые его игнорировали. Ему казалось, что он похож на Трискель — покалеченное бесполезное пастбищное животное, просто существующее изо дня в день.***
Следующим вечером Лора нашла Дерека строгающим на крыльце. Она опустилась на качели с другой стороны веранды и просто наблюдала. — Ты сейчас в точности как дедушка, — с улыбкой сказала она. — Думаю, что я почти так же хорош, как и он, — ответил Дерек, обтесывая брусок. — Дерек, ты счастлив здесь? — Конечно, — пожал он плечами. — Лжешь, — руки Дерека застыли, а взгляд метнулся к сестре. — Я хочу получить обратно своего брата. Здесь твое тело, но не мысли, — она постучала пальцами по виску. — Поговори со мной. Дерек отложил дерево в сторону. — Я люблю вас с Корой. И я очень по вам скучал. — Как и мы. — Но мне очень сложно, — продолжил он. — Находиться снова здесь. — Почему? — Я не уверен. — Дерек, мы семья, — сказала Лора. — Это твой дом. Дерек рассеянно потер бедро, разглядывая стружку на полу. — Ты знаешь, что последнее я сказал маме? — в итоге спросил он. — Нет, не знаю. — Мы разговаривали по телефону, ругались из-за моего возвращения домой. Я сказал ей: «Ты пытаешься разрушить мою жизнь, я никогда не вернусь домой». А потом случился пожар. — Ты же не то имел в виду. И она это знала. — Это не отменяет того факта, что я так сказал. Последнее, что я говорил отцу, я даже не помню, потому что это было так давно. — Знаешь, они тобой очень гордились, — тихо сказала Лора. — Папа все время тобой хвастался. «Мой сын — звезда родео мирового класса. Он сделал то, что не смог я. Он взял от меня и мамы все самое лучшее». А у мамы был альбом, в котором она хранила все статьи о тебе, которые только могла найти. Она покупала газеты, журналы, печатала страницы из интернета. Каждая победа, каждая статья — все это есть в альбоме. — Я просто хотел заниматься любимым делом. Это была не просто глупая подростковая чушь. Конечно, это Кейт уговорила меня поехать с ней, но я бы все равно нашел способ. Это было в моей крови, я нуждался в этом, как в кислороде. А когда произошла травма… — Дерек покачал головой. — Казалось, что у меня не осталось причин жить, — закончил он, думая о маме, о собранных ею статьях, несмотря на его побег и ненавистные слова. — Кора такая же, — заявила Лора. — Я никогда не понимала ее тягу, но для нее нет ничего важнее верховой езды. Я думаю, что мама была такой, но не папа. Скорее всего, именно поэтому маме удалось так легко уговорить его выйти из игры. — А я никогда не понимал, почему мечты Коры для них были нормальными, а мои нет, — отозвался Дерек. — Мама просто не хотела, чтобы ты пострадал. И теперь ясно, что не безосновательно. — Несчастный случай произошел потому, что в том состоянии мне не стоило садиться на быка, — огрызнулся Дерек. — Я сам виноват, что погубил свою чертову жизнь. — Уверена, что без Кейт тут не обошлось. — Но именно я принял решение и пустил все под откос. На время между ними повисла тишина, разбавленная лишь тихим скрипом качели. — Со временем будет легче, — первая сказала Лора. — Мы рядом с тобой, Дерек, и сделаем все, что тебе нужно, — она встала и подошла, положив руку Дереку на плечо. — Ты дома. Следующим утром Дерек нашел альбом в старом сундуке. Края обуглились, последние страницы слишком сильно обгорели, чтобы что-то разглядеть, но большая часть его осталась нетронутой. Он взял альбом с собой, когда впервые посетил могилу родителей. Сидя на траве между надгробий, он разглядывал страницы. Лора не шутила, он нашел там интервью, о которых уже успел забыть, и статьи, о которых даже не знал. Вся его карьера сохранилась на страницах обугленного альбома. Дерек отложил его в сторону, посмотрел на надгробия и заплакал. Слезы лились долго, пока не осталось ничего, кроме икоты и боли в горле. А потом он начал говорить. Он рассказывал о своих сожалениях, о днях на родео, о Кейт, травме и скитаниях. Потом рассказывал о Стайлзе, работниках и шерифе. — Они бы вам понравились. Я думаю, что вы полюбили бы Стайлза так же сильно, как я, — с улыбкой сказал Дерек, вытирая ладонью глаза. — Я так скучаю по их ранчо. По Талии, по парням и Стайлзу. Боже, я так скучаю по Стайлзу. Здесь я не чувствую себя так же. Слишком многое изменилось. Я как будто не дома, а в каком-то чужом месте, которому не принадлежу. Он сорвал несколько травинок и покатал их между пальцев. — Кора все еще злится на меня. Наверное, она никогда не сможет простить. А я не думаю, что заслужил прощения, — сказал он надгробиям. Дерек провел там весь день, проговаривая вслух все то, в чем не решался признаться все эти годы даже себе, а когда закончил, то почувствовал себя настолько измученным и опустошенным, что по возвращении домой сразу же пошел спать. На следующий день он повел Трискель на пастбище. Подняв взгляд и ожидая увидеть плоские золотые равнины и белый фермерский домик вместо гор и большого деревянного коттеджа, Дерек понял, что это больше не его дом.***
Стайлз проигнорировал стук в дверь и отвернулся в другую сторону, глядя в окно. Но дверь все равно открылась, а спустя мгновение кровать прогнулась, и его предплечья коснулась ладонь. — Ну же, ребенок, — раздался голос отца. — Ты не можешь еще один день провести в постели. — Нет, могу, — отозвался Стайлз. — То, что несколько человек приехали посмотреть землю, еще не означает конец света. — Для меня это конец, — жалобно проговорил Стайлз. — Ты же знаешь, что для Дерека так будет лучше, — вздохнув, мягко сказал отец. — Он должен быть со своими сестрами. — А как же я? — Стайлз почувствовал вновь скопившиеся слезы и потер глаза, что и так болели после нескольких дней. Спасибо отцу, что хотя бы не говорил: «а я тебя предупреждал». После ухода шерифа, Стайлз все так же лежал в постели и смотрел на маленького деревянного волка, стоящего на тумбочке — единственное напоминание, что Дерек был реальностью, а не каким-то сном. Прошла неделя с их последнего разговора, три недели с момента его отъезда, и Стайлз скучал намного сильнее, чем предполагал. Айзек принес обед, но Стайлз так и оставил его нетронутым на прикроватной тумбочке. Он даже не отвечал на звонки Скотта из Калифорнии. У него больше не было Скотта, не было Дерека, а очень скоро не будет и ранчо с Лютиком. Стайлз не мог придумать причину покидать постель, потому он этого и не делал.***
Стайлз с отцом сидели в гостиной и смотрели телевизор, когда раздался стук в дверь. Они переглянулись. На дворе был ранний вечер, но они не ожидали гостей, а работники уже разошлись по домам. Стайлз поднялся с дивана, чтобы открыть дверь. Обнаружив с другой стороны Дерека, он крепко ухватился за ручку, чтобы не упасть от накативших вдруг смешанных чувств — облегчения, надежды, злости и обиды. — Что ты здесь делаешь? — спросил Стайлз. — Дерек? — удивился появившийся в прихожей шериф. — Здравствуйте, сэр, — поздоровался Дерек. — Могу я войти? Стайлз открыл дверь шире, пропуская гостя в дом, и неловко застыл, пока шериф не пригласил их в гостиную. В голове крутились мысли, что вот он Дерек, в его доме, только руку протяни. Шериф выключил телевизор и опустился в кресло. Дерек устроился на диване, а Стайлз так и остался стоять на месте. — Что ты здесь делаешь, — повторил свой вопрос Стайлз. Он не мог дать себе слепую надежду и вновь пройти через все это. Сейчас, когда Дерек был здесь, хотелось, чтобы он снова ушел и не разбивал его снова. — У меня, кхм, есть предложение, — начал Дерек. — Я хотел бы узнать, могу ли я инвестировать средства в вашу ферму. Стайлз ошарашенно приоткрыл рот. Он не это ожидал услышать. — Сынок, — шериф растерянно посмотрел на Дерека, — я не понимаю. — То есть теперь ты хочешь забрать у меня ранчо? — взбесился Стайлз. — Вернулся, будешь вести себя хорошо, пока не получишь свое, а потом оставишь меня с разбитым сердцем и без ранчо? — Стайлз, я бы никогда так с тобой не поступил, — защитился Дерек. — Так, подождите, — прервал обоих шериф. — Дерек, о чем ты вообще говоришь? Ты хочешь купить ранчо? — Да, сэр, — ответил Дерек. — Перед моим отъездом мы с Пэрришем успели несколько раз просмотреть книги. Я мог бы купить часть хозяйства, этого будет достаточно, чтобы вам не пришлось продавать все ранчо, а потом вложить часть средств на завершение строительных работ, необходимое для коз и обучения верховой езде. — Откуда у тебя такие деньги? — поинтересовался шериф. — Потому что мы говорим о немаленьких суммах. — Они мои, — объяснил Дерек. — Оставшиеся деньги от родео и моей части родительской страховки. Шериф раздраженно выдохнул, провел рукой по лицу и недоверчиво посмотрел на Дерека. — Почему? Почему ты хочешь потратить на нас свои деньги? — Потому что вы спасли мне жизнь, — Дерек посмотрел шерифу прямо в глаза. — В тот день, когда нашли меня и предложили мне работу. Никто ничего не ответил, и шериф развернулся к Стайлзу. Стайлз затаил дыхание, когда Дерек тоже повернулся к нему и сказал: — Потому что ты мое все. Шериф еще некоторое время смотрел на сына, а потом вновь повернулся к Дереку. Стайлз ощутил укол разочарования, когда Дерек так же отвел от него взгляд и посмотрел на шерифа. — И, сэр, это мой дом. Если мне здесь по-прежнему рады. — То есть ты возвращаешься? — Если вы готовы принять меня и Трискель, — кивнул Дерек. Дерек поднялся с дивана, и Стайлз сделал пару шагов вперед, пристально глядя на него. Его мозг работал слишком быстро, все тело вибрировало, и он никак не мог разобраться в собственных мыслях. Однако одну самую главную, он все же смог выцепить. Дерек вернулся. Стайлз обхватил его крепкими объятиями, они оба застыли, просто держась друг за друга, и в итоге, уткнувшись лицом Дереку в шею, Стайлз пробубнил: — Если ты еще хоть раз бросишь меня, я надеру тебе задницу. — Я никогда тебя больше не оставлю, — прошептал ему Дерек. — Сынок, ты абсолютно уверен в своем решении? — подойдя к ним, уточнил шериф. — Сумма большая, и такие дела не делаются спонтанно. Стайлз неохотно отпустил Дерека, но остался стоять рядом с ним. — Я уверен, — кивнул в ответ Дерек. Он протянул руку для рукопожатия, но шериф притянул его к себе и крепко обнял, прошептав: — Спасибо.***
Лежа на сеновале, Стайлз прижимался к Дереку, крепко обхватив его торс руками. Он просто не мог оторваться от Дерека, не мог перестать прикасаться к нему все это время с момента возвращения. — Получается, что теперь у тебя есть права, — весело сказал Стайлз. — И удостоверение личности. — Ага, и теперь я могу не полагаться на тебя, когда мне нужно будет в город. — Я никогда не возражал. — Я знаю. — И, — протянул Стайлз, выводя пальцем узоры на груди Дерека, — со всеми этими деньгами, есть ли у меня шанс, не знаю, получить новый сенной пресс? Дерек рассмеялся, и Стайлз подумал, что это самый прекрасный звук на свете. — Уже начал клянчить? — Эй, ты сказал, что хочешь инвестировать в ранчо, — воскликнул Стайлз. — А новый сенной пресс - это инвестиция в мое душевное равновесие! Дерек коротко чмокнул Стайлза в губы. — Я уже начал его подыскивать. — Серьезно? — Стайлз шлепнул Дерека по груди и взволнованно поцеловал. — Я люблю тебя, ты знал? — Дерек на это только улыбнулся. Некоторое время спустя Стайлз спросил о том, как отреагировали Лора и Кора на его решение. — Расстроились, конечно. Но я думаю, что они все прекрасно понимают, — Дерек ненадолго замолк, и Стайлз провел рукой по коротким темным волоскам на его бедре. — Они словно незнакомцы, — продолжил он. — И я хочу снова их узнать. Надеюсь, однажды они простят меня. — Конечно, они простят тебя, — заверил его Стайлз. — Они же твои сестры. — Я их бросил. — Ты был убит горем. — А до этого? — Нельзя же вечно цепляться за чувство вины, Дерек. — Не знаю, смогу ли когда-нибудь вернуться туда, — признался Дерек. — Не навсегда. Я не уверен, как часто смогу их навещать. Это слишком больно. — Может быть, когда-нибудь. — Там мне не было места. Они научились жить без меня, и я просто не вписываюсь в их жизнь. — Твое место здесь, рядом со мной, — сказал Стайлз. — Может, в этом все и дело. Там раньше был мой дом, но я уже не тот Дерек Хейл, который в восемнадцать сбежал оттуда. Даже до того как я в тебя влюбился, это место уже казалось мне домом. — Я рад, что ты нашел свой дом, — Стайлз крепче сжал руки вокруг Дерека. — Но я обещал, что мы будем видеться хотя бы раз в две недели. Я вновь хочу почувствовать, что они мои сестры. — Можно мне в следующий раз поехать с тобой? — спросил Стайлз. — А я без тебя и не поеду. — Хорошо, — Стайлз поцеловал Дерека в шею. — Кора хочет с тобой познакомиться, — продолжил Дерек. — Говорит, что должна выяснить — достоин ты ее брата или нет. — Я ее боюсь, — сообщил Стайлз. — Если она тебе разбила нос, когда увидела, то что же она тогда со мной сделает. — Для тебя она не копила внутри злость и разочарование шесть долгих лет. — Эй, — позвал Стайлз, заставив посмотреть на него. — Ты же знаешь, что в этом нет ничего плохого. Что с тобой не все в порядке. Но все обязательно образуется, я в этом уверен. — Я знаю, — с улыбкой отозвался Дерек. Стайлз приподнялся и поцеловал его. Легко не будет, у них впереди еще много работы, но теперь у них есть шанс на победу. Прижимая к себе Дерека, Стайлз думал о том, что теперь у них есть общий дом, и это лучшее, что он мог пожелать. Дерек накрыл их покрывалом, и они вместе смотрели на звезды сквозь дверь сеновала, слушая тихие звуки спящего ранчо и пение цикад.***
Год спустя. Стайлз закончил звонок и записал под своим именем нового клиента. На осенний сезон мест практически не осталось — у Дерека и Бойда по одному, у Пэрриша ни одного, а у него самого осталось три места. Стоит учитывать, что Стайлз учил детей и абсолютных новичков, в то время как остальные трое тренировали более продвинутый уровень. Дерек в этом сезоне даже открыл секцию по подготовке к соревнованиям. Но Стайлзу нравилось прививать доставшуюся от матери любовь к лошадям новому поколению наездников. Он с улыбкой закрыл свой ежедневник. Дерек и Айзек пришли на обед веселые и грязные. Дерек тут же подошел к Стайлзу и поцеловал. — Спасибо, ты меня испачкал, — буркнул Стайлз, но потянулся за еще одним поцелуем. — Я продал все козье молоко и сыр, — похвастался Айзек, прихватив из холодильника банку лимонада. — Круто, — обрадовался Стайлз. — Леон из магазина просил передать, что завтра он получит партию персиков. Стайлз усмехнулся, раскладывая для всех сэндвичи. — Отлично. Можно будет в выходные приготовить персиковое варенье. — В эти выходные к нам собираются приехать Лора и Кора, — напомнил Дерек, когда Бойд, Эрика и Пэрриш вошли в дом. Рабочая одежда Эрики была вся в грязи точно так же, как у парней. Ей предоставили возможность самой возиться в грязи и работать с лошадьми. — А что, в их присутствии нельзя варить персиковое варенье? — поинтересовался Стайлз. — Кора ненавидит персики? Она их ненавидит, верно? Вполне в ее духе. Надо написать ей, что она идиотка. — Я не говорил, что она ненавидит персики, — закатил глаза Дерек. — Просто думаю, останется ли у нас время. — Время мы найдем. Устроим пикник в субботу вечером, — пожал плечами Стайлз. Все согласно закивали. — О! — внезапно воскликнул он. — Я утром разговаривал со Скоттом. У него появилась девушка, ее зовут Кира. Он сказал, что ему не терпится познакомить нас, когда я поеду к нему в следующем месяце. — Мне нужно потрахаться, — застонал Айзек. — Всегда можешь пригласить на свидание сестру Дерека, — подколол его Пэрриш. — Я же знаю, что ты запал на нее. Дерек посмотрел на Пэрриша, затем на Айзека. — Нет. — Кора горяча. — Она не из твоей лиги, — взгляд Дерека стал злее. — Что ты хочешь этим сказать? — возмутился Айзек. Стайлз до конца обеда слушал их перепалку. На вечер он решил приготовить папино любимое блюдо, так что он достал из морозилки цыпленка, поцеловал Дерека и снова покинул дом. Но они не стали сразу возвращаться к работе. Вместо этого они с Дереком заглянули на пастбище, чтобы найти Лютика и Талию. Проходя мимо Трискель, Стайлз погладил его по шее, а Дерек угостил яблоком и говорил с ним несколько минут, гладя по гриве. Проходя мимо Талии, Стайлз гордо расправил плечи, когда она не убежала, а лишь проводила его настороженным взглядом. Дойдя до Лютика, Стайлз поговорил с ней немного, а потом запрыгнул ей на спину и пустился вскачь. Дереку не потребовалось много времени, чтобы догнать его на Талии. Они скакали по полям, рассекая ветер. Стайлз чувствовал свободу, мчась вместе с Дереком через акры земли, мимо ручьев и деревьев, мимо стад скота. Он оглядывал золотые поля и зеленые пастбища, землю семьи его мамы, его и Дерека землю. Он посмотрел на Дерека, красивого и счастливого на спине черной лошади, поймал его ответный взгляд и улыбнулся.
