Дикие лошади

      Стайлз нервничал. Вечер был потрясающим, но сейчас, очутившись в домике наедине с Дереком, он чувствовал, как его пробивает нервная дрожь. Они застыли посреди комнаты, просто смотря друг на друга. Стук сердца гулом отдавался в ушах, Дерек выглядел столь же нерешительно, и от этого Стайлзу становилось чуточку лучше. Стайлз взволнованно облизал пересохшие губы, но стоило Дереку подойти и поцеловать его, вся нервозность начала испаряться.       Не разрывая поцелуя, Стайлз попятился назад и, наткнувшись ногами на край кровати, завалился на нее спиной, утягивая Дерека за собой. Глядя вниз напряженным, полным желания взглядом, Дерек начал расстегивать его рубашку. Стайлз, приподнявшись, дрожащими пальцами начал делать то же самое, но глядя на этот стриптиз, наблюдая, как медленно обнажаются мышцы торса Дерека, Стайлз отвлекся, на время забыв о собственных кнопках. Ему захотелось почувствовать под своими пальцами кожу Дерека, и он не стал себе отказывать — протянул руки и скользнул ладонями меж распахнутых пол рубашки, провел ими вверх и коснулся сосков большими пальцами. Дерек, прикрыв глаза, подался на прикосновение и, запустив пальцы одной руки в волосы Стайлза, второй закончил расстегивать рубашку. Стайлз уже увереннее обвел пальцами соски, поцеловал плоский живот и прижался носом к пупку. Он положил ладонь на пах Дерека, где под узкими джинсами четко прорисовывалось очертание твердого члена, и мягко сжал.       Потянув за волосы, Дерек заставил его посмотреть на себя и глубоко поцеловал, тем временем окончательно расправляясь с рубашкой Стайлза и стягивая ее с плеч. Стайлз задрожал, ощущая по всему телу мурашки от прикосновения рук к коже, и, когда рубашка полетела на пол, он вновь упал спиной на кровать. Дерек наклонился и накрыл ртом один из сосков.       Стайлз охнул, хватая Дерека за волосы, и в следующие несколько минут, пока они раздевали друг друга, он совсем потерялся в ощущениях. С каждым снятым предметом одежды они ненадолго останавливались, руками и губами изучая только что обнажившиеся участки кожи.       К тому времени, когда они оба оказались полностью обнаженными, Стайлз весь дрожал. Положив ладони на щеки Дерека, он гладил большими пальцами его щетину и смотрел в глаза, видя в их глубине отражение своих собственных чувств.       — Все хорошо? — Стайлз опустил руку и погладил Дерека по шраму на бедре.       — С тобой меня это больше не тревожит, — кивнул Дерек, глядя на Стайлза искренним, полным любви и восхищения взглядом. — С тобой мне абсолютно комфортно, — добавил Дерек, погладив его щеку тыльной стороной ладони. Стайлз подумал, что для него это, пожалуй, самый лучший комплимент.       Дерек перекатился на спину. Нависнув над ним, Стайлз застонал, коснувшись членом паха Дерека, и очень сильно постарался не толкаться бедрами вперед. У сегодняшней ночи была иная цель.       — По-моему, нам стоит побыстрее продолжить, пока я не кончил раньше времени, — пробормотал Стайлз в губы Дерека, и тот улыбнулся.       — Какой нетерпеливый.       — Чувак! Я девственник, мой член трется об твой, и ты адски горячий, — заявил Стайлз. — Меня не в чем винить.       — Как романтично, — закатил глаза Дерек.       — А мне нравится, какой ты на самом деле романтик, — Стайлз поцеловал Дерека в щеку, прошелся губами вдоль линии челюсти и переключился на шею. — Подумать только, я испугался тебя, когда впервые увидел.       — Когда ты меня впервые увидел, я был совсем другим человеком.       Стайлз приподнялся, вгляделся в лицо Дерека и, приметив румянец на щеках и блеск глаз, подняв руку, убрал волосы с его лба.       — А я не думаю, что ты был другим, — сказал Стайлз. — Наверное, ты просто был потерянным.       — Я рад, что ты меня нашел.       — Я тоже.       Потом они снова целовались. Стайлз скользнул ладонями вниз по предплечьям Дерека, переплел их пальцы и поднял руки вверх, удерживая их над его головой.       — Как ты хочешь, — оторвавшись от него, спросил Стайлз.       — Хочу, чтобы ты был сверху.       — Правда? — удивился Стайлз и сглотнул, получив в ответ утвердительный кивок. Не в силах поверить, что Дерек действительно этого хочет, Стайлз внезапно вновь занервничал.       — Я люблю тебя, — Дерек освободил свои руки и обнял ладонями лицо Стайлза. — Не волнуйся.       Стайлз кивнул и слез с кровати. Дерек грустно посмотрел вслед, но Стайлз просто улыбнулся: — Подожди, нужно кое-что взять, — он нашел свои джинсы на полу и выудил из кармана презерватив. Из другого кармана он достал маленький тюбик смазки, купленный им в Уолмарте во время их совместной со Скоттом и Айзеком поездки в город. Изначально он планировал использовать ее во время дрочки и даже не подозревал, что ему доведется использовать ее вот так. Когда все оказалось на кровати, Дерек округлил глаза, глядя на тюбик. — Что? Я подготовился.       — Кто-то сегодня точно рассчитывал на секс, — усмехнулся Дерек, пока Стайлз снова забирался на кровать.       — Надеялся, — поправил его Стайлз. — Я надеялся.       Стайлз выдавил на пальцы немного смазки и обвел дырку Дерека. Сердце грозилось выпрыгнуть из груди, он не мог поверить, что это на самом деле происходит. Но от взгляда в глаза Дерека немного отпустило — там читалось такое доверие, нужда и желание, что это, по мнению Стайлза, могло быть самым сексуальным, что он когда-либо видел.       Дерек вокруг его пальца был тугим и горячим. И если сейчас он испытывал такие ощущения, он даже представить себе не мог, как будет ощущаться Дерек вокруг его члена. Растягивая его, Стайлз внимательно следил за сменой эмоций на лице Дерека, и в один из моментов он не выдержал и наклонился, целуя долго и глубоко.       Вскоре, когда пальцев уже было три, Дерек кивнул в поцелуй и помог надеть презерватив. Спасибо рукам Дерека, это получилось намного сексуальнее, чем Стайлз того ожидал. Когда Дерек перевернулся и встал на четвереньки, Стайлз урвал момент, чтобы полюбоваться на плавный изгиб его спины, ноги и ягодицы. Спустившись поцелуями вдоль позвоночника, Стайлз выпрямился и, помогая себе руками, плавно толкнулся внутрь.       Ничто не могло бы подготовить его к тому, каково будет внутри Дерека. Это было самое невероятное чувство в мире. Он едва мог сдерживать себя, эмоции переполняли так, как никогда прежде.       — Все хорошо? — Дерек оглянулся через плечо, и Стайлз понял, что застыл на месте. Дерек накрыл руку, которой Стайлз упирался в кровать.       — Да-да, все хорошо, — выдавил из себя Стайлз, несколько раз глубоко вздохнул, унимая дрожь в конечностях, и на пробу вильнул бедрами.

***

      Дерек никогда не думал, что такое возможно. Он никогда не чувствовал ничего подобного с Кейт или с кем-либо из других своих партнеров. Секс был просто сексом. Просто и ясно. Но это… это было божественно. Стайлз не торопился, и Дерек был этому рад. Последний секс с парнем у него случался около трех лет назад, потому вначале было немного больно и не комфортно, когда Стайлз вошел в него. Но сейчас, когда Стайлз прижимался грудью к его спине, целовал плечи и толкался бедрами вперед, Дерек не мог сдержать стонов.       Стайлз ласковым шепотом бормотал ему в шею: «какой же красивый, так хорошо, Дерек, никогда не хочу останавливаться, люблю тебя». Каждое слово стреляло точно в сердце Дерека, и налившийся кровью член тяжело свисал между ног.       Но потом ногу прострелило уже знакомой болью. Нет, подумал Дерек и постарался ее игнорировать, вместо этого сосредоточившись на ощущении заполняющего его члена. Но чем больше он стоял на коленях, тем больнее становилось. Эрекция почти спала, и он попытался отпрянуть.       — Эй, Стайлз, остановись, — сказал он, хотя это последнее, чего бы ему сейчас хотелось. — Моя нога.       — Черт, — Стайлз сразу вышел из него, и Дерек немедленно почувствовал обидную пустоту. Он сокрушенно упал на постель и вытянул ногу перед собой, начав растирать больной участок и отказываясь смотреть на Стайлза.       — Эй, — Стайлз подцепил пальцами его подбородок и заставил посмотреть на себя. Дерек едва мог смотреть в это лицо с открытым и понимающим выражением. — Все в порядке. Надо было сразу мне сказать.       — Прости.       — Тут не за что извиняться, — Стайлз наклонился и поцеловал бедро Дерека, помогая растирать мышцы, а потом посмотрел на него сквозь ресницы.       Дерек сам не знал, за что ему так повезло.       — Можем попробовать по-другому, вообще без проблем, — сказал Стайлз. Его лицо сморщилось от концентрации, и Дерек ощутил необходимость захватить поцелуем эти надутые губы. Когда они разорвали поцелуй, Стайлз продолжил: — Давай на боку? Я бы предложил тебе лечь на спину, но тебе тогда придется согнуть ногу.       — Я люблю тебя, — невпопад сказал Дерек, целуя Стайлза снова.       Они легли на бок, Стайлз прижался сзади, закинув здоровую ногу Дерека себе на бедро, и плавно вошел. Член все еще был мягким, поэтому Дерек просто расслабился, отдаваясь на волю плавным толчкам и скользящим по телу рукам. В этой позиции он чувствовал себя немного по-другому, но все так же хорошо. Стайлз был нежен, его руки ласкали места, о чувствительности которых Дерек раньше даже не подозревал, а губы целовали везде, куда только могли дотянуться. Уже совсем скоро возбуждение вернулось. С каждым толчком Стайлз задевал простату, посылая по всему его телу волны невероятных ощущений. Словно каждый нерв, каждая клетка вибрировала энергией, которая в скором времени грозилась выплеснуться через край. Член Стайлза ощущался толстым и твердым внутри, впервые за долгие годы заставляя его чувствовать себя полным и завершенным. Стайлз заполнил собой пустоту внутри, и в этот самый момент Дерек вновь ощущал себя целым, а не той оболочкой, которой он был совсем недавно.       Дерек толкнулся в обхватившую его член ладонь Стайлза, и вывернул шею, поймав его рот своими губами. Хоть угол и был немного неудобным, Стайлзу удалось ускориться. Очень скоро, сдавшись на милость ласке и заполняющему его члену, Дерек застонал в поцелуй и кончил Стайлзу в руку. Еще несколько толчков, и Стайлз, толкнувшись в последний раз особенно глубоко, замер, кончая.       Отстранившись, Стайлз снял презерватив и, завязав его узлом, выкинул в стоящую рядом с тумбочкой урну. Потом снова лег на кровать, прижавшись к Дереку, и поцеловал его. Дерек чувствовал себя усталым и измотанным, но вместе с тем таким счастливым, каким не был уже очень давно.       — Это было… круто, — сказал Стайлз, целуя Дерека в грудь.       — Точно, — лениво улыбнулся Дерек.       — Мне просто необходимо, чтобы ты в ближайшее время сделал со мной то же самое, — Стайлз улегся сверху, положил подбородок на грудь Дерека. — Ты бы этого хотел?       — Определенно, — Одна только мысль о том, что он трахнет Стайлза, заставила его член заинтересованно дернуться.       Стайлз лег головой ему на грудь и широко зевнул.       — Я собираюсь спать здесь. Надеюсь, ты не против.       — Я бы расстроился, если бы ты ушел, — честно ответил Дерек.       — Я никуда не уйду, — сонно пробормотал Стайлз. Дерек наклонился и поцеловал его в волосы.

***

      Проснувшись, они позволили себе немного поваляться в кровати, целуясь и крепко прижимаясь друг к другу. Но впереди их ждали дела, потому скоро Стайлзу все же пришлось встать и одеться. Дерек просто натянул пижамные штаны, проводил его на крыльцо и поцеловал снова, не желая отпускать.       — Мне нужно в душ, потом собрать яйца и приготовить завтрак, — сказал Стайлз. — Мы увидимся за завтраком?       — Зависит от того, что ты собираешься готовить, — поддразнил Дерек, зацепившись пальцами за шлевки на джинсах Стайлза.       — Ну, у меня сегодня отличное настроение, — Стайлз широко улыбнулся, — так что я подумываю испечь знаменитый хлеб Стилински. Возможно, добавлю немного джема.       — Звучит заманчиво. Я приду, — Дерек поцеловал его медленно и глубоко. Сердце все еще трепетало после пережитой ночи, и единственное, чего сейчас хотелось, это обнимать этого парня весь оставшийся день, но у них были обязанности, поэтому Дерек отпустил Стайлза, наблюдая, как тот уходит все дальше по утренней росе.

***

      Следующие несколько дней прошли в волнении. Ночи Стайлз проводил вместе с Дереком, они занимались любовью, а потом болтали до тех пор, пока не заснут. Дни и вечера он проводил со Скоттом, стараясь не считать минуты до отъезда друга. Дерек каждый вечер сидел на крыльце с Айзеком, вырезая из дерева. Сам он пытался закончить свою работу, а Айзек начал вырезать самую элементарную на вид утку.       Вечером перед отъездом Скотта в колледж, шериф развел костер на одном из полей. Пэрриш установил очаг, а Дерек расставил стулья близко друг к другу. Этим вечером он впервые встретился с мамой Скотта, а Стайлз приготовил большую кастрюлю чили, которую они разогревали над огнем. К ним присоединись Эрика, Джексон и Лидия.       Дерек сидел между Стайлзом и Эрикой, молча ел чили и слушал остальных. Они смеялись и шутили, а Мелисса и шериф делились историями из детства своих сыновей.       — У меня чуть сердце не остановилось, — смеялась Мелисса, рассказывая одну из историй. — Я только на секунду выпустила их из виду, а они тут же исчезли. Я начала паниковать, потому что Скотту было всего шесть, а Клаудия нахмурилась и сказала: «Это точно Стайлза идея, я знаю, где они». И она действительно знала.       — Она всегда могла найти Стайлза, где бы он ни был, — согласился шериф. — Он пропадал по пять раз на дню, и она непременно его находила. На пруду, в конюшне, под домом, в курятнике. Не важно, где. Однажды мы нашли его в курятнике, он сидел на куче яиц. Когда Клаудия спросила, что он делает, Стайлз ответил: «Они же замерзнут, а их мамы рядом нет! Они умрут!», и начал плакать, когда она попросила его спуститься.       — Вполне себе в духе Стайлза, — протянул Джексон.       — Заткнись, — Стайлз кинул Джексону в голову фасолину из своей тарелки чили, но промахнулся и попал прямо в Лидию. Ее взгляд стал убийственным, но Стайлз и Скотт просто рассмеялись. — Давайте уже прекратим рассказывать неловкие истории про Стайлза, а? Пожалуйста?       — Доставь удовольствие своему старику, — с грустной улыбкой сказал ему шериф.       — И где тогда нашлись Стайлз и Скотт? — спросил Дерек у Мелиссы, зачерпнув ложкой еще чили.       — Не поощряй их, Дерек, — застонал Стайлз, уткнувшись лбом ему в плечо. Дерек постарался не заострять внимание на задумчивом взгляде шерифа, брошенном на них двоих. — Миссис МакКолл, поверить не могу, что ты рассказываешь эту историю.       — Это была одна из любимых историй твоей мамы, — ответила она. — По всей видимости, Стайлз очень сильно привязался к своей самой первой лошадке. Он верил, что она летающая или что-то вроде того.       — Пегас, — поправил ее Стайлз. — Я назвал его Пегас, потому что тот мог распускать крылья, — Дерек хохотнул, глядя на Стайлза. Тот поймал его взгляд и тоже улыбнулся.       — Этот конь был на одном из полей, — продолжила Мелисса. — Поэтому мы с Клаудией отправились на поиски именно туда. Но эти двое ошиблись полем, а там оказался старый дурной бык. Мы услышали вопли и побежали на звук. Стайлз убегал, Скотт за ним, а следом за ними бык, — смеялась она, глядя на парней. — Стайлз практически перемахнул через забор, хотя ему было всего шесть, а Скотт оказался на грани приступа астмы, пытаясь перебраться через ограду.       — И этот придурок просто бросил меня там! — прокричал Скотт, пихнув Стайлза. Тот засмеялся и пихнул его в ответ.       — Чувак, мне было шесть, и я до чертиков испугался!       — Клаудия была в бешенстве! — припомнила Мелисса. — Она схватила Стайлза за шиворот и кричала на него всю дорогу до дома.       — У нее был крутой нрав, — добавил шериф.       — Уже тогда мне стоило догадаться, что Стайлз ходячая катастрофа, — с теплотой в голосе сказала Мелисса. — В последующие двенадцать лет эти двое то и дело попадали в передряги.       — Эй! — обиженно воскликнул Стайлз. — В половине из них виноват Скотт.       — Чувак, это неправда, — шикнул Скотт, ударив его по руке.       — Нет уж, это чистая правда. Ядовитый плющ в четвертом классе? Ты. Клещи в пятом? Ты. Катание на коровах в шестом? Ты. Дженни Томпсон в восьмом? Ты, Скотт!       — Кто такая Дженни Томпсон? — поинтересовался Дерек.       Стайлз огляделся, словно только осознал, что вокруг сидят еще люди. И все смотрят прямо на него.       — Ой, да так, никто. Забудь, скучная история, — преувеличенно небрежно отмахнулся Стайлз. Шериф закатил глаза.       Мелисса вытерла глаза и улыбнулась, глядя на сына.       — Я буду так по тебе скучать.       — Мама, — простонал Скотт. — Не начинай.       — Но мой малыш едет в колледж, — она приподнялась и сжала его лицо в ладонях.       — Мама, — заныл он, пытаясь вырваться из ее рук.       На лице Стайлза на мгновение промелькнуло и тут же исчезло грустное, потерянное выражение, но Дерек, взглянув на него, все равно заметил. Он подтолкнул ногу Стайлза носком своего ботинка, дождался его взгляда, еще несколько раз легонько постучал носком по его лодыжке и получил в ответ грустную улыбку.       Когда чили закончилось, Скотт и Стайлз ненадолго исчезли в доме, а потом вернулись с большой упаковкой зефира, плитками шоколада и коробкой крекеров.       — Сморы*! — закричал Стайлз, кинув в голову Джексона зефирку.       — Стилински, богом клянусь, я тебя когда-нибудь прибью, — зарычал Джексон, поэтому Стайлз кинул в него еще одну.       Съев свою порцию сморов, шериф и Мелисса извинились и оставили детей развлекаться одних. Когда на землю легли покрывала и все устроились вокруг костра, Дерек забрался Стайлзу на колени. Тот мгновенно сомкнул руки вокруг его талии и поцеловал.       — Господи, если твой отец ушел, это не значит, что теперь вам все дозволено, — застонал Джексон. — Меня сейчас стошнит. Идите в другое место.       — Стайлз, не слушай его. Он не сможет быть романтичным, даже если от этого будет зависеть его жизнь, — сказала Лидия. Джексон фыркнул, и Стайлз бросил в него еще одну зефиринку.       — Стилински, я тебя точно прибью! — завопил Джексон. С другой стороны в его голову прилетел еще один зефир, на этот раз от Лидии, и вся компания взорвалась смехом.       Дерек поудобнее устроился между ног Стайлза и привалился спиной к его груди, делая сморы.       — Слишком мало шоколада, Дерек, — сказал Стайлз.       — Не понял, ты их готовишь или я? — отбил Дерек. — Помолчи.       — Черт, у тебя получатся провальные сморы, — буркнул Стайлз, пока Дерек держал двое щипцов над огнем.       — По-моему, ты хотел сказать восхитительные, — пошутил Дерек.       — Странно видеть тебя таким, — глядя на Дерека, сказал Пэрриш. — Ты кажешься таким… нормальным.       — Что? — возмутился Стайлз, а Дерек на этот вопль только фыркнул. — Ты считал его ненормальным?       — Просто не привык видеть, как он болтает и улыбается, — пожал плечами Пэрриш, слизывая шоколад с пальцев.       — Да, это немного жутковато. Такое ощущение, что кто-то завладел его телом, — согласился Айзек. Дерек рассмеялся и кинул ему в голову зефир. — Видишь? Дерек кидается зефиром, как по-настоящему веселый человек. Это инопланетяне, точно тебе говорю.       — Да, и мы здесь, чтобы захватить вашу планету, — невозмутимо продекламировал Дерек. — Нам нужен ваш скот.       Стайлз от удивления поперхнулся смехом и поцеловал его в щеку. Дерек оглядел людей, что смеялись и болтали, сидя возле костра, и впервые за много лет думал о семье. Это не стерло ощущения от потери собственной семьи, но вместе с тем не вызвало сокрушительного чувства вины и засевшую глубоко внутри боль. Дерек ощутил, что его место рядом с этими людьми, и неожиданно для себя осознал, что любит их.       — Эй, сожжешь ведь, — Стайлз дернул его за запястье.       — Какая же ты заноза, — шутливо возмутился Дерек, вытаскивая сморы из огня. Он подождал, пока они немного остынут, потом протянул один Стайлзу, а когда тот собрался откусить, толкнул угощение ему в лицо, вымазав зефиром и шоколадом весь рот и нос.       — О нет, не смей, — сквозь смех воскликнул Стайлз, когда Дерек потянулся за еще одним смором. — Это война! — Стайлз попытался выхватить угощение, но Дерек вытянул руку в сторону подальше от него. Завязалась борьба и в результате Дерек завалился на спину, а Стайлз оседлал его сверху и, выхватив, наконец, упавший на покрывало смор, с громким хохотом размазал его по лицу Дерека. Хотя тот особо и не сопротивлялся.       Следом размазав по лицу Дерека еще одно пирожное, Стайлз самодовольно уставился вниз.       — Вот тебе.       — Ты хоть представляешь себе, сколько я буду оттирать этот зефир от своей бороды? — Дерек прикоснулся к липкой подсыхающей субстанции на лице. Стайлз наклонился и слизал смесь зефира и шоколада с его щеки.       — Парни, вы это серьезно? Мы со Скоттом вообще-то все еще сидим рядом! — возмутился Айзек. Стайлз со смехом скатился с Дерека и продолжил катиться, пока не добрался до Айзека и Скотта. — Отвали, придурок! — Айзек оттолкнул его, но все равно расхохотался, когда Стайлз развалился в позе морской звезды на их со Скоттом ногах.       Дерек принял протянутую Бойдом салфетку и попытался оттереть зефир с лица и бороды, пока Стайлз, развалившись на друзьях, болтал с ними о всяких пустяках. И, делая себе еще один смор, он не мог перестать улыбаться. ____________ * Сморы — (англ. S’more от англ. some more — «ещё немного») — традиционный американский десерт, который едят в детских лагерях обычно по вечерам у бивачного костра. S’more состоит из поджаренного маршмэллоу и куска шоколада, прослоенных в два куска крекера «грэм»

***

      Утром Скотт уехал в колледж, а Стайлз весь день провел вместе с Дереком в его маленьком домике. Его то и дело пробивало на слезы, и Дерек в такие моменты обнимал его и держал в своих руках. Еще несколько дней после этого Стайлз был в депрессии. Дерек просто решил дать ему время. В одни ночи они практически не виделись, когда Стайлз оставался у себя, а в другие ночи они трахались до изнеможения, и после Дерек крепко обнимал Стайлза, пока оба не засыпали.       Однажды днем они поехали в другой округ, чтобы купить презервативы и смазку. Впервые подобное путешествие состоялось на следующий день после первого секса. Тогда Стайлз сказал: — Папа обязательно узнает, если я куплю все это в городе.       — Он и так однажды узнает.       — Нет, не узнает, — возразил Стайлз. Это была тема, из-за которой они ругались много раз. Дерек хотел рассказать шерифу, потому что чувствовал за собой вину, но Стайлз говорил, что лучше засунет руку в дробильную машину. — И даже если узнает, то хотя бы не из городских сплетен, что сын шерифа вместе с бродягой покупают презервативы.       Заехав по дороге домой в продуктовый магазин, Дерек как обычно подписал на открытке адрес Лоры и вновь оставил поле для сообщения пустым.       — Ты когда-нибудь напишешь ей хоть слово? — поинтересовался Стайлз, когда Дерек опустил открытку в почтовый ящик.       — Что я ей напишу?       — Привет? Я соскучился? Я люблю тебя? Я жив? — перечислил Стайлз. — Да она наверно с ума там сходит.       — Стайлз, я не хочу об этом говорить, — отрезал Дерек и пресек любые возражения грозным взглядом. На том разговор был окончен. Всю дорогу домой Дерек смотрел в окно, стараясь не думать о Лоре и Коре.

***

      Несколько дней спустя Дерек занимался расширением загона для коз, кувалдой разбивая мешающие камни. Солнце в конце августа пекло нещадно, рубашка насквозь пропиталась потом, и влажная ткань натирала в подмышках, поэтому Дерек скинул ее, а следом и майку. Солнце обжигало кожу, но так все равно было лучше. Услышав позади себя хруст шин по грунтовой дороге, он положил кувалду на землю и обернулся. Из кабины выпрыгнул Стайлз с бутылкой в руке.       — Подумал, что ты не откажешься от воды, — сказал он. Дерек вытер лоб предплечьем, стянул с ладоней рабочие перчатки и с благодарностью принял бутылку. Опустошив ее, он заметил, как взгляд Стайлза жадно исследует его торс.       — Нравится то, что видишь? — усмехнулся Дерек.       — Определенно, — облизав губы, кивнул Стайлз.       — Я весь липкий от пота, — закатил глаза Дерек. — И воняю.       — Поправочка: ты потный, чертовски горячий и пахнешь мужественностью.       — А ты идиот. Поправочка: озабоченный идиот.       — Ой, заткнись. Только не говори, что не хочешь, чтобы я прямо сейчас заскользил руками по твоим гладким блестящим мышцам.       — Кто-то смотрел слишком много порно, — сказал Дерек.       Стайлз схватил шляпу с головы Дерека и надел ее на себя. Тот заинтересованно изогнул бровь.       — Как тебе, ковбой? — игриво поинтересовался Стайлз.       — О да, — Дерек зацепил пальцами шлевки на джинсах Стайлза и притянул его к себе. — Вот теперь ты чертовски горяч.       — Это на тебя так шляпа повлияла?       — Конечно, — Дерек наклонился и поцеловал Стайлза в скулу. — Почему ты их не носишь? Это заводит.       — Я не ношу ковбойские шляпы, — Стайлз усмехнулся, — и ковбойские сапоги.       — Ты родился на ранчо.       — И унаследовал разве что любовь к клетчатым рубашкам.       Дерек отступил и оглядел Стайлза снизу вверх.       — Я бы хотел увидеть тебя только в этой ковбойской шляпе.       — Ну, — у Стайлза загорелись щеки, — тогда мне, наверное, придется пересмотреть свое к ним отношение.       — Было бы неплохо, — Дерек ухмыльнулся, крепко поцеловал Стайлза и оттолкнул от себя. — А теперь мне пора возвращаться к работе. — Стайлз вернул шляпу Дереку, подошел к пикапу и кинул злаковый батончик ему прямо в голову. Дерек только рассмеялся: — Спасибо.       — Кто-то же должен за тобой присматривать, — Стайлз забрался в кабину и укатил в сторону дома.       Закончив с камнями, Дерек с помощью копера установил столбы вокруг пастбища, потом закинул все инструменты в багажник и поехал к конюшне. Убирая на место кувалду, Дерек внезапно почувствовал, как руки сомкнулись вокруг талии и теплые губы оставили поцелуй на шее.       — Привет, красавчик, — прошептал Стайлз.       — Привет, — Дерек обернулся через плечо и поцеловал Стайлза в губы. — А ты разве не должен работать?       — Возможно, — Стайлз взял его за руку и повел в глубину конюшни, прямиком к пустому стойлу с чистым сеном.       — Что ты делаешь? — Дерек, на самом деле, уже сам догадался. Он достаточно хорошо знал Стайлза и понимал, к чему все идет.       Даже не потрудившись расстегнуть пуговицы, Стайлз стянул через голову рубашку вместе с майкой и откинул их в сторону. Окинув обнажившуюся грудь жадным взглядом, Дерек сжал ладонями бедра Стайлза и застонал, когда чужие скользнули по его груди.       — Думаю, ты и сам прекрасно знаешь, что я делаю, — поиграл бровями Стайлз. — Покувыркаемся на сеновале?       — Придурок.       — А ты носишь слишком много одежды.       Когда они оба обнаженные лежали на сене, Стайлз вдруг рассмеялся. Дерек приподнялся и посмотрел на него как на сумасшедшего. Продолжая посмеиваться, Стайлз вытащил из его волос соломинки, затем толкнул в грудь, укладывая Дерека на спину, и начал выцеловывать его грудь.       Вытащив из кармана джинсов презерватив, Стайлз надорвал зубами упаковку и раскатал его по члену Дерека.       — Сегодня моя очередь, — пояснил он на вопросительно вскинутую бровь, ухмыльнулся и взял в руки бутылочку со смазкой. К тому моменту это было для них не в новинку, потому что они менялись уже много раз. Еще в следующую ночь после первого секса Стайлз потребовал, чтобы Дерек сделал с ним то же самое, и Дерек с радостью подчинился.       Дерек еще раз попытался подняться, но Стайлз снова толкнул в плечи, укладывая на спину, оседлал его и покачал головой: — Нет, ты лежишь и не дергаешься.       — Блять, Стайлз, — выдохнул Дерек, когда до него дошло. Стайлз обхватил ладонью его член, придерживая, и начал медленно опускаться. Дерек застонал, ощущая жаркую тесноту, и выражения удовольствия на расслабленном лице Стайлза было почти достаточно, чтобы свести его с ума. — Блять.       — Боже, как хорошо, — Стайлз повел бедрами, привыкая к ощущениям. — Как же хорошо, Дерек.       Стайлз слегка приподнимался и медленно опускался вниз. Придерживая его за бедра, Дерек согнул одну ногу для опоры и сам начал вскидывать бедра вверх. Стайлз застонал, запрокинув голову назад, и был таким красивым сейчас с закрытыми глазами, с расползающимся по шее и плечам румянцем.       Когда Дерек обхватил ладонью его член, движения Стайлза стали дерганными, словно он никак не мог решить, чего он хочет больше: толкнуться в руку Дерека или насадиться поглубже. В результате получалось что-то среднее, какие-то странные движения вперед-назад, пока Дерек не сжалился над ним, начав резче толкаться вверх и двигать рукой в такт.       — Да, Дерек, да, пожалуйста, пожалуйста, не останавливайся, — взмолился Стайлз.       Дерек подтянулся и поцеловал одуревшего от ощущений Стайлза, крепко обхватив его тело свободной рукой. Казалось таким грязным трахаться на полу конюшни, но вместе с тем это, наверное, было самой горячей вещью, что Дерек когда-либо делал.       Стайлз переместился на шею Дерека, целуя и засасывая кожу именно в том месте, что всегда сводило того с ума, а потом втянул между зубов мочку уха, и Дерек, не в силах больше сдерживаться, кончил с громким стоном. Стайлз двигал бедрами, ни на секунду не останавливаясь и продолжая целовать Дерека сквозь его оргазм. Когда Дерек повалился спиной обратно на сено, Стайлз положил руку на свой член, присоединившись к руке Дерека. Спустя несколько взмахов, Стайлз толкнулся бедрами в последний раз и забрызгал спермой живот и грудь Дерека.       Стайлз завалился сверху, отходя от оргазма и подставляя лицо под поцелуи, а потом медленно сполз в бок. Дерек стянул презерватив и завязал его узлом, отложив в сторону. Стайлз снова прижался к нему для поцелуя, несмотря на липкое ощущение пота и спермы.       — Отвратительно, — хохотнул Дерек. Смесь запахов была не очень-то и приятной.       — Наплевать, — Стайлз сел и провел рукой по влажным волосам. — Это было чертовски горячо.       — Да, — согласно кивнул Дерек, — ты был чертовски горяч.       Стайлз покраснел и прикусил губу.       — Я все никак не привыкну слышать такое от тебя.       — Давно уже пора это сделать, — сказал Дерек, поднимаясь на ноги. Тело ныло от дневной работы, а теперь еще и спина чесалась от сена.       — К тебе сено прилипло, — Стайлз подошел сзади, отряхнул спину, оставив после этого поцелуй на плече. Дерек развернулся и, обняв лицо Стайлза ладонями, поцеловал в губы.       — Люблю тебя, — сказал он.       — И я тебя, — ответил Стайлз.       Найдя тряпку, чтобы вытереться, они оба оделись, Стайлз прихватил презерватив, собираясь выкинуть его в мусорку, а Дерек, поцеловав его снова, вышел из конюшни. Пришло время возвращаться к работе.       — У тебя засос на шее, — позже тем же днем сказал Бойд, помогая Дереку поставить забор вокруг загона для коз. Дерек прикоснулся к шее и надавил ладонью, ощутив тупую боль. Эта боль странным образом вызвала удовлетворение. — Стоило бы попросить Стайлза быть немного осторожнее.       — Заткнись.       — Хорошо, что Эрика не оставляет засосы там, где их можно увидеть. — Дерек на это заявление хмыкнул, а Бойд встал, отряхнул руки и добавил: — О, у тебя еще сено в волосах.       Дерек чертыхнулся под смех Бойда.

***

      Стайлз смотрел телевизор, когда папа вернулся с работы.       — Еда в духовке, — крикнул он. Отец расстегнул оружейный ремень, положил его на стол и уже через несколько мгновений появился в гостиной, усаживаясь в кресло. — Трудный день?       — Нет, все было тихо, — ответил шериф.       Пока отец ужинал, Стайлз рассказывал, как прошел его день, а после еды принес лимонный капкейк на десерт.       Слизывая глазурь с пальцев, шериф сказал: — Стайлз, нам надо поговорить.       — Что бы это ни было, виноват Айзек, не я, — подняв руки, протараторил Стайлз.       — Я серьезно, — закатил глаза шериф. Он наклонился, оперся локтями о колени, и Стайлз почувствовал, как внутри копится страх. Он не знал, о чем хочет поговорить отец, но вот это его серьезное лицо обычно ничего хорошего не предвещало.       — Какие именно у тебя отношения с Дереком?       Стайлзу показалось, будто кто-то вдруг резко выдернул из-под него диван. Он избегал этого разговора главным образом потому, что не хотел, чтобы он вообще когда-либо состоялся. Сказать отцу, что ему нравятся парни и что у него роман с Дереком? Хорошо, что пистолет находится на кухне.       — Ну-у, мы друзья, — сказал Стайлз и энергично закивал. — Да, мы крепко сдружились.       — Стайлз, — шериф сжал пальцами переносицу, — не ври мне.       — Что? Ты думаешь, что мы с Дереком не можем дружить?       — Можете, конечно, я не спорю, — шериф опустил руку и посмотрел на сына. — Но это не объясняет, почему я за последние две недели множество раз видел тебя выходящим рано утром из его домика.       Стайлз вспыхнул, внезапно осознав, что не может смотреть отцу в лицо. Он понятия не имел, что на это ответить.       — Стайлз, я не дурак, — продолжил шериф. — Я заметил, как Дерек смотрит на тебя. Как будто ты всё для него.       — Правда? — Стайлз пораженно вскинул на него взгляд.       — Правда, — кивнул шериф и вздохнул. — Почему ты не рассказал мне?       — Ты злишься? Разочарован?       — Нет. Хотя я немного обеспокоен.       — Почему? — задал вопрос Стайлз, приготовившись защищаться.       — Я просто хочу быть уверен, что ты готов к этим отношениям.       — Папа, если это потому, что он парень…       — Дело не в этом, — перебил шериф. — Хотя я надеюсь, что ты хорошенько все обдумал.       — Для меня это не имеет значения, — сказал Стайлз, решив, что больше нет смысла отрицать. — Я хочу быть с ним несмотря ни на что.       Взгляд шерифа смягчился, но вот беспокойство из него никуда не делось.       — Сын, у Дерека большой багаж за плечами.       — Я знаю. Поверь мне, я знаю.       — Это очень тяжелая ноша. И ему далеко до полного исцеления.       — Но ему уже намного лучше, — сказал Стайлз, на что шериф согласно хмыкнул.       — Но ему еще многое предстоит. От такого горя сложно избавиться за несколько месяцев.       — Он молодец, пап, — заявил Стайлз, хотя у него все еще дрожали руки и горело лицо. — Он обязательно справится.       — Знаю, но все же я не очень доволен, что ты проводишь с ним ночи, — сказал шериф. Лицо у Стайлза, кажется, вспыхнуло еще сильнее. — Ребенок, береги себя, ладно?       — Мы предохраняемся! — Стайлз воскликнул и тут же пожалел об этом, потому что это не та информация, которую его отец должен был знать.       — Я не это имел в виду, — шериф провел рукой по лицу, — но все равно рад слышать, — продолжил он, как будто ему физически больно. — Я говорил о твоем сердце.       — Я верю Дереку.       — Понимаю, но все же.       — Хорошо, пап, — кивнул Стайлз.       Когда отец лег спать, Стайлз сбежал к Дереку. Позже, когда они, крепко обнявшись, лежали на кровати, Стайлз рассказал о недавнем разговоре.       — Он злится? — спросил Дерек, расчесывая пальцами волосы Стайлза.       — Нет, он просто беспокоится обо мне.       — Я же говорил, что стоило рассказать ему раньше.       — По-моему, он давно об этом знает, — сказал Стайлз.       — Наверное, ты прав.       Стайлз не ответил, задумчиво глядя в открытое окно.

***

      — Я нервничаю, — признался Стайлз. Они находились на региональных конных соревнованиях, стояли в стороне и наблюдали за выступлениями некоторых участников. Рейнинг* — дисциплина, в которой должен выступать Стайлз, была следующей. Он чувствовал себя некомфортно в своем костюме. С рубашкой и джинсами все было в порядке, но вот ковбойские сапоги ощущались на ногах непривычно, а чапы** были слишком тяжелыми. — Эти люди намного лучше меня.       — Ты отлично справишься, — взяв Стайлза за руку, заверил Дерек.       — Твоя мама всегда нервничала перед соревнованиями, — рассказал шериф, стоящий с другой стороны от Стайлза. Он решил посмотреть на соревнования сына, хотя все еще не одобрял эту затею. — Но по ней никогда не было видно.       — И как ты во всем этом соревновался? — спросил Стайлз у Дерека, жестом указывая на свой наряд. — Такое ощущение, что я вешу на миллиард фунтов больше.       — Привычка, — пожал плечами Дерек.       — Это была плохая идея, — Стайлзу казалось, что его сейчас вырвет. Он так давно этого хотел, а сейчас его охватила неуверенность. Один только взгляд на арену приводил его в ужас.       — Мы можем уйти, если хочешь, — мягко сказал Дерек. — Я хочу, чтобы ты делал только то, что делает тебя счастливым.       — Нет, — покачал головой Стайлз. — Я так давно об этом мечтал. Я должен хотя бы попытаться.       — Тебе нужно подготовить лошадь. Мы с твоим отцом будем на трибуне, — Дерек сжал его руку, и Стайлз наклонился, поцеловав его. Наплевать, что вокруг были люди. Прямо сейчас ему нужны были силы.       — Иди ребенок, сделай их, — сказал шериф, обняв сына. А затем они с Дереком ушли, оставив Стайлза одного.       Соберись с мыслями, сказал себе Стайлз. Это была его идея, он хотел этого столько, сколько вообще себя помнил. Для этого мама начинала его тренировать. Он сможет.       Он нашел Лютика, угостил ее яблоком и расчесал гриву.       — Вот так, девочка, — сказал он мягко, — мы с тобой делаем то, что нам суждено.       Стайлз с дрожащими руками ждал начала. Вот он услышал их с Лютиком имена, а затем получил сигнал выходить на арену. Сделав глубокий вдох, Стайлз сфокусировался на том, чему учил его Дерек последние несколько месяцев. Ожидая начала, он перебирал в уме схему рейнинга, и когда раздался сигнал, начиная отсчет времени, Стайлз и Лютик слились в единый организм. Они начали с кругов, потом перешли на рандаун и слайдинг-стоп. Каждое движение плавно переходило в другое, пока не настало время спи́на. Стайлз нервничал. Он знал, что эта часть схемы самая сложная, но обязательная. Лютик начала поворачиваться на задней ноге, остановилась в нужном месте, а затем вновь повторила то же самое, только в обратную сторону. Она немного перекрутилась, но для Стайлза это было не важно. Они отработали всю схему, и, по его мнению, сделали это хорошо.       Когда они остановились, Лютик как всегда терпеливо застыла на месте, а Стайлз оглядел трибуны, выхватив взглядом папу и Дерека. Они повскакивали со своих мест, хлопали в ладоши и громко кричали. Стайлзу стало грустно, что мама не дожила до этого момента. Хотя вместе с тем у него складывалось странное ощущение, что она здесь, вместе с ним, как будто бы совсем рядом. Как будто он мог оглянуться и увидеть, как она улыбается ему из седла своей лошади. После подсчета оценок стало ясно, что его балл выше среднего, и это было больше, чем Стайлз рассчитывал. Он подтолкнул Лютика, и они медленно поскакали с арены.       Оказавшись в зоне ожидания, он тут же спрыгнул с Лютика, погладил ее по шее и прикоснулся к ней лбом.       — Мы сделали это, девочка, — сказал он. Сейчас, когда все случилось, он не чувствовал того удовлетворения, которого ожидал. Он ничего не чувствовал. Выпрямившись, Стайлз посмотрел на лошадь, обнюхивающую его руку в поисках угощения.       Выступление не вернуло ему маму. Не заполнило ту зияющую дыру внутри него, что осталась после ее смерти. Угощая Лютика морковкой, он понял, что обожает свою лошадь и любит кататься на ней больше всего на свете. Он любит ранчо и хлипкую конюшню со скрипучей дверью, сломанный сенной пресс, пруд и ту землю, на которой он вырос, играя со Скоттом и наблюдая, как катается мама.       Он застыл и уставился в одну точку, немного приоткрыв рот.       Он любит ранчо. Он прожил годы, ненавидя это место, ощущая, что задыхается там, и стремясь скорее его покинуть. Но что-то изменилось. Ранчо больше не ощущалось концом мира. Возможно, он не уедет в колледж как Скотт, но с ним все будет в порядке.       Услышав звуки шагов, Стайлз выглянул над спиной Лютика и увидел Дерека с отцом. Дерек улыбался, и даже отец выглядел гордым. Да, с ним определенно все будет в порядке.       Дерек бросился к нему, обнял за талию и, приподняв его над землей, покрутился на месте. Стайлз рассмеялся и хлопнул Дерека по плечу.       — Опусти меня, пока нога не заболела.       — Я так тобой горжусь! — сказал Дерек. Некоторые кидали на них неодобрительные взгляды, но Стайлзу было все равно. Он обнял Дерека за шею, когда тот опустил его на землю и поцеловал. — У тебя отлично получилось.       — Скорее, нормально, — ответил Стайлз.       — Это было только первое соревнование. В следующий раз будет еще лучше.       — Не будет следующего раза, — сказал Стайлз. Дерек с отцом переглянулись. — Я это сделал. Я осуществил свою мечту и поучаствовал в соревнованиях, но понял, что это не мое, — он ласково похлопал Лютика по крупу. — Думаю, что я лучше буду просто кататься по ранчо и, возможно, помогу с уроками верховой езды.       — Ребенок, ты уверен в этом? — спросил шериф.       — Уверен, — кивнул Стайлз, и схватил Лютика за поводья. — Поехали домой.       — Даже не хочешь узнать свое место? — удивился Дерек, посмотрев на арену.       — Это уже не столь важно.       Стайлз вышел из зоны для участников, ведя за собой Лютика. Шедший рядом отец положил руку ему на плечо: — Ты выглядел просто отлично.       У Стайлза сжалось сердце от этого комплимента.       — Спасибо, пап.       — Ты был похож на свою маму, — шериф сжал его плечо, и Стайлз понял, что этот опыт того стоил. ____________________ *Рейнинг - является одной из главных дисциплин вестерна. Его часто называют «выездкой стиля вестерн». Главная задача этой дисциплины - показать идеально выезженную спортивную лошадь, которая без сопротивления реагирует на малейшие, незаметные команды всадника. **Чапы , легины — кожаные ноговицы (гетры, гамаши), рабочая одежда ковбоя , которые надеваются поверх обычных штанов, чтобы защитить ноги всадника во время езды по зарослям чапараля (chaparral — заросли карликового дуба и можжевельника), от укусов лошади, от ушибов при падении, проч.

***

      Стайлз зашел в дом, чтобы приготовить обед, прошел мимо столовой и заметил отца, сидящего за столом и изучающего какие-то бумаги.       — Эй, пап, — позвал он, прислонившись к дверному косяку. — Чем занимаешься?       — Да так, ничем, — рассеянно ответил отец.       Стайлз подошел к столу и с любопытством посмотрел на бумаги. Один лист привлек его внимание, и он схватил его со стола.       — Стайлз, — начал отец, но сын его прервал.       — Ты же не серьезно, — Стайлз недоверчиво уставился на бумагу. Это был договор с риэлторской компанией. На продажу ранчо. Он с ужасом посмотрел на отца. — Ты продаешь ранчо?       — Успокойся, пожалуйста.       — Успокоиться? — закричал Стайлз. — И когда ты собирался мне об этом сообщить?       — Сын, — вздохнул шериф, — мы уже говорили об этом. Ты знал, что этот день настанет.       — Но у нас сейчас дела идут гораздо лучше, — возразил Стайлз. — Мы же начали обучение верховой езде.       — Этого недостаточно, — с грустью сказал шериф.       — И у нас есть козы, — беспомощно продолжил Стайлз.       — Это уже ничего не значит.       — ЭТО ЗНАЧИТ ВСЕ! — завопил Стайлз.       Нужно было убираться отсюда. Он просто не мог оставаться там, точно не сейчас, зная, что отец хочет продать их дом.       Стайлз вылетел из дома, никак не отреагировав на громкий оклик отца. Он пробежал через двор к пастбищу, на котором паслись Лютик с Талией и другими лошадьми. Открыв ворота, он позвал свою лошадь, а дождавшись ее, запрыгнул ей на спину и пустил галопом. Голова шла кругом, на глаза наворачивались грозившие сорваться слезы, и дышать получалось с трудом, как и думать.       Этого не может быть. Не может, только не это.       Лютик несла его галопом по дороге, Стайлз держался за ее гриву и доверял увезти себя как можно дальше отсюда. Впереди на краю дороги показался Дерек, и Стайлз замедлил лошадь, остановившись рядом с ним.       — Привет, — улыбнулся Дерек, но, вглядевшись в лицо Стайлза, стал серьезным. — Что случилось?       — Садись, — Стайлз кивнул себе за спину, и Дерек без колебаний забрался на лошадь. Дождавшись, когда Дерек прижмется сзади, так уютно и тепло обняв его за талию, он тут же вновь пустился в галоп. Даже объятия Дерека не могли унять боль в груди. Губы Дерека коснулись его шеи, и Стайлз все же почувствовал, как слеза скатилась по щеке.       Немного снизив темп, Стайлз откинулся спиной на грудь Дерека, направляясь вниз по дороге, прочь с ранчо, прочь из городка, только вперед к открытому небу.       — Хотел бы я оставить все позади и вечность просто скакать вот так, — сказал Стайлз.       — Нет, не хотел бы, — мягко ответил Дерек.       — А если я сбегу, ты сбежишь со мной?       — Да, — Дерек даже на секунду не задумался. Стайлз удивленно оглянулся через плечо. — Я пойду за тобой куда угодно, — добавил Дерек. Изогнув шею, Стайлз поцеловал его и на мгновение прижался лбом к его лбу.       — Мой папа продает ранчо.       Дерек не ответил, только крепче сжал руки вокруг его талии. Стайлз и сам знал, что говорить тут не о чем. Это уже ничего не изменит.       Они катались весь день и вернулись уже после заката. Расчесав Лютика и скормив ей пару морковок и ужин, Стайлз сразу направился в домик Дерека. Он не мог вернуться в свой дом, не сейчас. С отцом встречаться совсем не хотелось. Ощущение предательства и разочарования было еще слишком свежо.       Стайлз сел на кровать, Дерек устроился рядом и достал два завернутых бутерброда, принесенных из дома.       — Поужинаешь?       — Я не голоден.       Поужинав бутербродами, Дерек разделся до белья и помог Стайлзу сделать то же самое. Позже, уже лежа в кровати, он обнял Стайлза, даже не пытаясь заверить, что все будет в порядке. Дерек, как никто другой, знал, что ничего уже не будет в порядке. Стайлз был в этом уверен.

***

      Зайдя утром в дом, чтобы приготовить завтрак, Стайлз с радостью обнаружил, что отец уже уехал на работу. Он сегодня почти не спал и пока не хотел с ним встречаться, не зная, что сказать при встрече.       Утро прошло как в тумане. В груди ныло от одной только мысли, что придется навсегда покинуть это место. Для него это было сродни вновь потерять маму.       Тем же днем он чинил дверь конюшни, когда его нашел Дерек.       — Пойдем со мной, — позвал он.       — Я занят, — Стайлз даже не обернулся, продолжая заниматься петлей.       — Это может подождать.       — Я сказал, что занят! — прикрикнул на него Стайлз. Дерек не стал отвечать на агрессию, просто опустился на землю рядом со Стайлзом и прислонился спиной к стене.       — Я понимаю твои чувства, — тихо сказал он. — Когда я приехал домой на похороны, половина дома была сожжена. Я никогда не думал, что это возможно, ведь это же мой дом, знаешь? Я думал, он будет там всегда. Но его внезапно не стало. А я все не мог перестать думать о кухне. Цвет шкафов, вид пола, зазубрины на прилавках в тех местах, где много лет обычно резали продукты. Я рыдал над долбаной кухней. И я до сих пор скучаю по этой кухне так, что временами становится больно.       — Это просто кухня, — пробубнил Стайлз, хотя сам понимал, что ведет себя как козел.       — А это просто дом.       — Не просто, — Стайлз с силой отбросил в сторону гаечный ключ и уставился на землю. — Это не просто дом.       — Я знаю, — ответил Дерек.       Стайлзу хотелось кричать, хотелось, чтобы отец понял — они не могут продать это место, потому что это единственное, что осталось от мамы, от ее семьи. Это его детство, его воспоминания, все, что он знал и любил — это его жизнь. Но сегодня утром он посмотрел книги и понял, что они в долгах. Вырученных за последние несколько месяцев денег действительно не хватает.       — Пойдем, — Дерек медленно поднялся на ноги и протянул руку. — У меня для тебя сюрприз.       — Дерек, — застонал Стайлз, — у меня нет настроения. Даже если сюрприз включает в себя твой член.       Дерек приподнял брови, все еще протягивая руку.       — Доверься мне.       Стайлз неохотно принял руку и пошел следом за Дереком. Ожидавшие их лошади были полностью готовы, Стайлз погладил свою по шее и запрыгнул в седло. Забравшись на спину Талии, Дерек повел их по тропе, а Стайлз всю дорогу пытался убаюкать взбесившиеся мысли знакомым покачивающимся аллюром Лютика.       Тропа привела их к пруду. Дерек, добравшись до места, направил Талию направо, открывая перед Стайлзом картину: на поляне возле причала было расстелено покрывало, на котором с самого края стояла небольшая корзина для пикника.       — Твоя работа? — спросил Стайлз, хотя знал, что это глупый вопрос. Дерек кивнул, покраснев.       Стайлз дернул за поводья, останавливая лошадь, спрыгнул на землю и все еще удивленно подошел к расстеленному на земле покрывалу. Дерек смущенно стоял рядом, засунув руки в карманы.       — Спасибо, — Стайлз повернулся, обхватил его за шею и поцеловал. Дерек в ответ обнял его за талию, и на время они застыли, просто прижимаясь друг к другу.       Пока привязанные к дереву лошади спокойно щипали траву, Дерек и Стайлз обедали сэндвичами, жареной картошкой и фруктами.       — Прости, что так все просто, — сказал Дерек. — Я не умею готовить так, как ты.       — Да ты шутишь? — Стайлз закинул жареную картошку в рот и улыбнулся. — Поверь, я с легкостью могу смириться с тем, что кто-то готовит вместо меня.       На десерт были вчерашние булочки и полупустая банка клубничного варенья. Когда булочки закончились, остатки варенья они доедали с ножа. Пара капель упала и покатилась по запястью Стайлз. Дерек взял его руку и медленно слизал варенье с кожи, пристально глядя прямо в глаза. Стайлз едва дышал. Ощущение, как язык Дерека скользит по его запястью, посылало импульсы прямиком в пах, и Стайлз провел рукой по щеке Дерека и, преодолев расстояние между ними, поцеловал.       Лежа с закрытыми глазами на коленях Дерека, ощущая пальцы в своих волосах, Стайлз улыбался, в этот самый момент чувствуя себя счастливым. Думать о чем-то совершенно не хотелось. Ему нужна была эта минута спокойствия.       — Это самое романтичное, что для меня когда-либо делали, — признался он.       — Ты заслуживаешь романтики, — ответил Дерек.       Стайлз открыл глаза и взглянул вверх.       — С Кейт ты тоже был романтичным?       Дерек мигом поджал губы.       — Я пытался. Думал, что сама идея сбежать вместе против воли родителей и присоединиться к родео была романтичной, — он сделал паузу, лицо погрустнело. — Однажды я купил ей розы и поставил их в нашем номере. Я сделал так, чтобы все было идеально для совместного романтического вечера. А когда она пришла, то просто рассмеялась и сказала: «Ох, милый, какая прелесть», — Стайлз положил руку на предплечье Дерека и погладил его большим пальцем. — Мне было так неловко. Я-то думал, что это романтично. Хотя, что я тогда мог знать? Мне было восемнадцать, ей двадцать четыре.       — Как с нами, — заметил Стайлз. — Мне восемнадцать, тебе двадцать четыре.       — Мы не похожи на меня и Кейт.       — Точно, — Стайлз перекатился и оперся на локти. — Потому что, если бы ты купил мне цветы и устроил романтический вечер, я был бы только за. Неважно, посчитал бы я это глупым или нет.       — Вот почему я люблю тебя.       — К тому же, мне нравятся всякие глупости, — продолжил Стайлз, подняв голову и на полпути встретившись губами с Дереком. — А еще мне нравится, что ты такой романтичный. Не хочу, чтобы ты это прекращал.       — Обещаю, этого не случится.       Взяв Стайлза за руку, Дерек подвел его к маленькой рыбацкой лодке, стоявшей на якоре возле причала. Там обнаружились две удочки, ящик для снастей и контейнер с червями. Стайлз усмехнулся. Этим летом времени на рыбалку совсем не оставалось, поэтому ему было очень приятно.       Уже в лодке, спустя долгое время тишины и ожидания клёва, когда стало немного скучно, они завалились на дно лодки и начали целоваться, совсем забыв об удочках. Рыба все же клюнула, но Дерек под смех Стайлза снял ее с крючка и бросил обратно в воду.       Вернувшись на берег, целуясь и прижимаясь к Дереку обнаженной кожей, Стайлз концентрировался лишь на движениях внутри и ни на чем больше. Он говорил себе, что в мире нет больше ничего, кроме их переплетенных тел и греющих кожу солнечных лучей. Он шептал «я люблю тебя», скользя пальцами по потной спине Дерека. Дерек обжигал кожу поцелуями, касался приоткрытым ртом его шеи, плечей и ушей. Стайлз и сам уже не знал, где заканчивался он и начинался Дерек, только дрожал, пока Дерек медленно и плавно толкался в его тело.       После этого они купались голышом. Стайлз раз за разом бомбочкой нырял с пирса, Дерек так делать отказывался, но он, видимо, поставил перед собой цель окунуть Стайлза под воду столько раз, сколько только сможет.       Пока они вместе лежали на покрывале и обсыхали на солнце, Дерек сказал: — У меня для тебя кое-что есть.       — Но ты и так уже дал мне слишком много!       — Это подарок, — Дерек покачал головой и полез в корзину. Стайлз взволнованно сел, ощущая себя нетерпеливым ребенком. Дерек усмехнулся и достал какой-то небольшой предмет, завернутый в газету. — Надеюсь, тебе понравится.       Стайлз быстро развернул обертку и осторожно взял в руки маленького, затейливо вырезанного из дерева волка. Стайлз с открытым ртом уставился на фигурку.       — Ты сам его сделал? — Дерек ответ смущенно кивнул. — Обалдеть, специально для меня? — задал вопрос Стайлз, вновь подняв взгляд на Дерека.       — Да, мне просто хотелось для тебя что-нибудь сделать. Этот вариант мне показался идеальным, ведь волк — символ нашего ранчо. Так что я подумал… — Дерек замолчал, пожав плечами.       — Идеально, — Стайлз прижал фигурку к груди и поцеловал Дерека, потом снова посмотрел на волка, начав уже более внимательно изучать детали.       Возвращаясь домой, чтобы вновь приступить к работе, они медленно ехали бок о бок, держались за руки и улыбались друг другу.       — Спасибо за сегодняшний день, — сказал Стайлз. — Это один из лучших дней в моей жизни.       Дерек поднял их переплетенные руки и прикоснулся губами к костяшкам пальцев Стайлза.       — В моей тоже.       Когда Стайлз добрался до дома, он тут же поднялся в свою комнату и присел на краешек кровати, держа волка в руках. Большим пальцем он прочертил вдоль выгравированных на дереве линий и огладил замысловатые детали меха, вырезанные рукой Дерека. Дерек сам сделал это, только для него.       Стайлз с улыбкой поставил волка на тумбочку рядом с кроватью. Душа все еще болела, но уже не так сильно.