Покер со смертью

      Мол успела отойти от дверей особняка метров на десять, когда сбоку взвизгнули тормоза: перед ней оказался черный бок стального монстра, дверь распахнулась, и она увидела его хозяина.  — Садись в машину! — четко и холодно сказал Рид. — Или, Богом клянусь, я тебя насильно сюда затащу, устроив гостям просто незабываемое шоу — будешь завтра лицезреть себя на всех первых полосах. Молодая женщина кинула быстрый взгляд на особняк, они были на самом виду, в их сторону уже косились зрители, поджав губы, она села на мягкое сиденье, захлопнув дверь. Эрик нажал педаль, и «БМВ» рванул с места, он ловко вырулил на подъездную аллею, вдавливая газ в пол. Молли втиснуло в сиденье, но через пару минут мужчине пришлось сбавить скорость, они выехали на дорогу с достаточно плотным потоком машин. Рид заблокировал двери, приоткрыл окно и закурил, держа руль одной рукой.  — Давай заедем куда-нибудь и выпьем? Молли хотелось накричать на него, но сил не было, они все ушли на его игнорирование. Она весь вечер делала вид, что не замечает его присутствия: взгляда, которым он буквально опалял кожу, низкого и глубокого голоса, который вызывал в теле вибрации, хриплого смеха, что посылал стаи мурашек по шее и спине, заставляя ее непроизвольно сжимать бедра. И сейчас ей хотелось не ругаться, а просто насладиться его присутствием: вдыхать запах его одеколона, что кружил голову своими древесными, неимоверно мужскими нотками, ощущать его тепло, слушать дыхание, стараясь окончательно не потеряться в этой упоительной парестезии. Несмотря на его грубость и хамство, она не могла отказаться от удовольствия находиться рядом с ним лишние пару минут. Да она становится мазохисткой! Обреченно наклонив голову, Мол проговорила:  — Если это избавит меня от тебя, то я согласна. Он хмыкнул и ловко перестроился, поворачивая налево и выезжая к Западной Петле.  — Куда мы едем?  — Ко мне домой.  — Зачем?  — Ты сама говорила, что нам нельзя вместе появляться на публике. Значит, вариантов два: или к тебе домой, или ко мне. Но до Лейквью мы будем добираться минимум час, а мой дом, как ты помнишь, за тем поворотом. Мол промолчала, он, конечно, прав, и ее даже не удивило то, что мужчина знал, где она живет. Рид заехал в подземный паркинг, помог ей выйти из машины, и они поднялись к нему в квартиру. Мол устало скинула туфли, садясь на диван, Эрик снял пиджак и галстук, оставшись в рубашке, и принес ей и себе стаканы.  — Мартини с водкой. Подходит?  — Вполне. Они молча выпили, Мол изучала взглядом стену, а Эрик ее.  — Хватит прожигать во мне дырку! — не выдержав, раздраженно проговорила Этвуд. — Я хочу уехать от сюда! Вызови мне такси.  — Нет! Она удивленно на него посмотрела.  — Я с тобой выпила, как ты и хотел! — сердито проговорила она. — Мне кажется, что ты сегодня перевыполнил свой план: ты прилюдно оскорбил меня, почти похитил, заставил пойти с тобой. Что тебе от меня еще надо?  — Я хочу тебя!  — А я тебя нет!  — Лгунья! — осклабился Эрик и в следующую секунду оказался рядом. — Можешь, конечно, кричать, но подумай о том, какую картину увидят полицейские, когда приедут и выломают дверь. Он не дал ей и слова сказать, сгреб в охапку, не давая двинуться и подхватив, понес в сторону кровати. Когда он ее отпустил, уложив на покрывало, Молли попыталась его ударить, но Эрик быстро зафиксировал ее руки своей ладонью, а коленями зажал ноги, лишая ее хоть каких-то шансов дать ему отпор. Она пыталась скинуть его с себя, извиваясь, но все ее попытки были тщетны, он был слишком тяжелым и держал ее, словно в тисках. Вытащив из кармана галстук, Рид ловко сделал петлю и затянул его на женских запястьях, привязав их к перекладине спинки.  — Немедленно развяжи меня! — прошипела Мол.  — Только после того, как ты кончишь подо мной! — промурлыкал Эрик, с наслаждением наблюдая, как ее зрачки затапливает паника. И хоть она снова начала извиваться и брыкаться, пытаясь помешать ему, он все равно задрал подол ее платья, ловко уворачиваясь от ударов; сощурившись, оценил картину, расстегнул молнию на боку и сдвинул лиф, открывая взгляду грудь. Бесцеремонно вклинился коленом между ног, с силой разводя бедра в стороны, открывая ее для себя. Навис сверху, изучая, поглаживая подушечками пальцев ареолу соска.  — Они как капли карамели! — прошептал Эрик и, наклонившись, поцеловал шелковистую кожу, прихватывая сосок губами, кружил ладонью по ее ноге, лаская. Мол зажмурилась от его слов, а когда почувствовала его руку между своих ног, дернулась, пытаясь избежать прикосновения. Ей хотелось сгореть от стыда — тело с величайшим удовольствием откликалось на его ласки. — Мокрая! — его довольный смех отозвался спазмами внизу живота. — Все еще будешь упрямиться и утверждать, что не хочешь меня? Она закусила губу, сдерживая стон удовольствия, когда Эрик сдвинул тонкую ткань, и его пальцы начали гладить чувствительные складочки, а через мгновение протяжно закричала, когда к пальцам присоединился мужской язык. Она металась по покрывалу, задыхаясь от наслаждения, вскидывая бедра, разводя ноги в стороны, как можно шире, давая Эрику больше доступа, что делало его ласки еще более бесстыжими и откровенными. Мол выгнулась дугой, гортанно вскрикивая, когда оргазм прошелся электрическим разрядом от макушки до кончиков пальцев, хватая ртом воздух, пытаясь восстановить дыхание. Эрик полуукусами-полупоцелуями «расписывал» ее бедра и живот, продвигаясь выше к груди, и, наконец, накрыл ее рот своим. Они жадно и жарко целовались, когда в брюках завибрировал телефон, Рид его проигнорировал, но тот продолжал настойчиво трезвонить.  — Да вы издеваетесь! — он оторвался от ее губ и достал айфон. — Что случилось? Что ответил собеседник, Мол не услышала, через секунду Эрик отключился. Он снова ее поцеловал, мягко смещаясь губами на шею, прихватывая кожу и слушая тихие стоны, а потом, подняв голову, прошептал:  — Кристина пыталась покончить с собой, наглоталась таблеток. Она в больнице. Трис просит приехать, — и уткнулся носом в ямочку у ключицы, вылизывая языком кожу.  — Конечно, поезжай! — прошептала Молли. — Хочешь, я поеду с тобой?  — Хочу, очень хочу! Но лучше не надо, там, пожалуй, уже свора фотографов собралась! — ответил Эрик и снова ее поцеловал, рыча и вдавливая в кровать своими бедрами. Она обхватила его ногами, прижимая ближе, вырывая из мужской груди приглушенный стон. Оторвавшись от ее рта, Эрик, встав на колени, развязал руки, поглаживая запястья, а потом прикоснулся к каждому быстрым легким поцелуем, словно охотник клеймил свою добычу.  — Я отвезу тебя домой, — после того, как они привели себя в порядок, сказал Рид.  — Не надо, ты действительно сейчас застрянешь в заторе на Мичиган авеню. Все-таки вызови мне машину. Он посадил ее в такси, заплатив водителю, и смотрел, как желтое шевроле скрывается за поворотом, а после отправился в больницу.