Век произвола, или Кругом одна сволота!

Маршрутка ехала медленно. Я наконец успокоилась и могла трезво оценить пережитое за сегодня. «Почему я здесь? Почему сейчас? Ульфрик ещё даже не убил Торуга. Драконов тоже нет, а, значит, я всё-таки не Довакин. И хорошо, что осталась собой. Хоть какой-то плюс». Всё, что смогла придумать на тот момент, это посетить Коллегию Винтерхолда, где, возможно, мне удастся узнать каким образом я оказалась здесь и как, собственно, вернуться домой. Я едва сбежала из того ада. В мыслях то и дело всплывал мёртвый парень и залитый кровью стол. Это зрелище настолько шокировало, что я поклялась никогда не брать в руки оружие. Так что идти к Соратникам было бессмысленно. Думала, только опозорюсь на две жизни вперед. Решила отправиться к Тильме, отдать ей посылку и спросить совета. Ведь, судя по здешним ценам, деньги у меня закончатся быстро, а жить за что-то надо. Но одно могла сказать точно: нет здесь белых и пушистых. Скайрим суров не только погодой. О насилии на каждом углу и вовсе говорить нечего. Убийство человека здесь, походу, как за хлебушком сходить. Более менее определившись с планами на ближайшие пару дней, наконец смогла спокойно рассмотреть окружающий мир: всё оказалось сплошь засыпано снегом, солнце светило ясно; ветра не было, но я не снимала капюшон. Пассажирки молча на меня глазели, и я поняла, насколько выгляжу глупо. Обе они сидели ровно. Холод их, казалось, совсем не беспокоил. Женщина была одета в традиционное платье и меховую накидку, девочка же довольствовалась меховым жилетом. Ну, а меня всю скрутило от холода. — В Сиродиле теплее, — улыбаясь, ответила я на незаданный вопрос. Женщина вежливо улыбнулась в ответ. А девочка, смущаясь, спряталась за мамино плечо. Она чем-то напомнила мне мою племянницу. Я не очень люблю детей, но с её рождения всё изменилось. У нас же с мужем детей не было. То ли не стремились, то ли не судьба. Внезапно мой живот демонстративно заурчал. «Конечно! Картофана ведь так и не поела». Достав свою сумку, заглянула внутрь. В нос сразу же ударил запах свежеиспеченного хлеба и яблок. Я отломала кусок выпечки и предложила соседке. Та вежливо отказалась. «Эх! Сейчас бы по пятьдесят грамм с попутчиком, и в тамбур покурить». Тогда я вынула яблоко и предложила девочке. Ребёнок смутился, но подарок взял и отдал матери. Женщина благодарно улыбнулась. Пришлось отдать и второе.  — Спасибо! Она очень любит фрукты, — сказала пассажирка. Девочка уже не пряталась за маму. — Она очень похожа на мою племянницу, — сказала, дабы завязать разговор. — А у вас детей нет? — такие вопросы в лоб незнакомые люди у нас не задавали. Но тут, видимо, это в порядке вещей.  — Нет. Не сложилось. — А вы замужем? — Была. В прошлой жизни. — Как я вас понимаю. Я от своего тоже ушла и решила начать всё с начала. — Да что вы говорите? — ответила с искусственным интересом. Никогда не любила этот трёп. Но зато теперь могла спокойно поесть и не подавиться. Обычный домашний хлеб и обычный домашний сыр. У кого бабушки в деревнях с полноценным хозяйством, те поймут. — Алкаш был да лентяй. Вот, как этот, один в один, — она показала на спящего мужика «на нижней полке». — Забрала дочку и ушла. — И куда вы сейчас? — Я сама из Вайтрана. Там у меня жила мама. Давно там не была. Хочу, вот, вернуться. Открою лавку с овощами и фруктами. — Вы сказали «жила»? — Да. Она умерла недавно, — спокойно ответила женщина. — Пошла за цветами и наткнулась на медведя. Храни, Аркей, её душу. Похоже, разговор о смерти матери её никак не задевал. Видимо, с этим тут тоже просто. Родился? Ну, о`кей! Умер? Тоже нормально. — Кстати, меня зовут Карлотта Валентия*, а дочку — Мила. Мои глаза округлились. Первый сюжетный персонаж вживую. — А я Ольга, но можете звать меня просто Оля. — Приятно познакомиться. Так куда вы едете? Трибун сказал, что у вас какая-то миссия. Я уже во всю рассматривала её лицо. Если мне память не изменяла, она слыла красной девицей всея Вайтрана, и к ней цеплялся местный бард. Что ж, Карлотта была хороша, хотя и выглядела несколько измотанной. Больше всего впечатлили глаза почти бирюзового цвета. Но стоило ей улыбнуться, и сомнений на счет её красоты больше не возникало. — Пока в Вайтран, а там… видно будет. Да и миссия не столь важна. А вообще, ищу себя. Надеюсь, ещё не поздно. — Никогда не поздно, — странно, но я нашла утешение в её словах. Ведь самое страшное — начать новую жизнь. Пусть и грядки придётся разделывать. Опыт в этом есть. Спасибо бабулям. — Так как вы с мужем разошлись, мирно? — Да никак. Умер он, — и снова это невозмутимое лицо. — Узнал, что ухожу, и пошёл напился. Опять. Заснул в сугробе недалеко от таверны. Замёрз насмерть. Но зато с бутылкой вина в руке. «Какой-то парад нелепых смертей». Я доела свой обед и решила спросить у пассажирки напротив самое главное:  — Карлотта, подскажите, пожалуйста, какой сегодня день, месяц и год? Деликатно не получилось. Она посмотрела на меня как на дуру. Даже извозчик повернулся. Про его пару ушей я как-то забыла. — Вы ничего такого не подумайте! Я долго добиралась сюда из Сиродила, потеряла счёт времени. Просто хочу убедиться, что вела дневник правильно. Извозчика этот ответ устроил, и он повернулся, продолжая созерцать дорогу. — Сегодня седьмой день Вечерней звезды двухсотого года четвёртой Эры. — Это по счёту какой месяц? — похоже, я опять выставила себя идиоткой. — Последний, — Карлотта слегка округлила глаза. Нужно было срочно выучить календарь Тамриэля. — Значит, скоро наступит Новый год? Я просто думала, что доберусь раньше. — Да уж. Скоро. В Вайтране всегда умели отмечать Праздник Новой Жизни. Звучит символично, не так ли? — Угу. По-моему, все эти дела с Довакином, Алдуином и Ко начнутся в двухсот первом году. Значит, не так далеко меня занесло. Впрочем, проблемы Довакина меня мало интересуют. Тем временем девочка спряталась под мамино крыло и задремала. А вслед за ней и сама Карлотта. Мне спать не хотелось. Природа Скайрима очаровывала. Большие чистые озера; красивый лес; нигде не валялись фантики и не летали по ветру целлофановые кульки. «Лепота!» Что-то упало мне на ногу. «Ах да, шмотки. Я про них забыла. А дочурка трибуна не очень хотела с ними расставаться. Значит, вещички неплохие. Посмотрим, что тут у нас. Пара ботинок, которые мне явно малы. Отдам Карлотте. Ого! Аж два платья. Ткань интересная, шерстяная, что ли. Хотя в шелке тут особо и не походишь. Но на ощупь приятно. Пахнет ромашкой и… хозяйственным мылом? Хвала небесам, здесь есть хоть какие-то средства гигиены! Наверное, тоже из золы варят». Трибун явно постарался. Нужно отдать ему должное в желании помочь Империи. К платьям ещё прилагалась накидка из шкуры северного волка и шапка с меховым ободком. Головной убор был явно маловат, и я решила отдать её девочке. Развернув одно из платьев, слегка разочаровалась. Оно выглядело, скорее, как ночнушка свободного покроя, не смотря на то, что на воротнике была изящная вышивка. К одежде прилагался кожаный корсет и широкий пояс. Подол изделий едва закрывал мне колени. «Бл*ть. Буду как девочка-переросток. Но хоть как-то». Запихав вещи в сумку, достала книги. Нужно оценить свои магические способности. Конечно, вероятность их наличия была ничтожно мала, но попробовать стоило. Первая — «Пламя». На первый взгляд: ощущение, будто всё на китайском. Но потом присмотрелась и узнала кириллицу с теми же завитками и точечками. Тексты заклинаний чередовались с зарисовками разных положений пальцев и рук. У огня, оказалось, есть три режима горения. Но, как не пыталась, как не скручивала пальцы, не удалось создать даже искорку. С магией Разрушения всё понятно, так что перешла к «Лечению». Либо зарисовки были неудачными, либо тут действительно нужно для начала переломать себе все пальцы. «Цепные молнии» даже не доставала. В общем, с магией ничего не вышло. Обидно. Особенно за «Лечение» и «Электричество». Я, конечно, не физик, но уже представляла себе, как заряжаю телефон с помощью магии. Да и в Коллегию Винтерхолда было бы проще попасть под видом ученика, а не случайного прохожего, желающего заглянуть в библиотеку. Короче, лишний раз убедилась в том, что моё место на грядках, а лучшее оружие — лопаты и сапки. — Что, не получается ничего? — извозчик повернул голову в мою сторону. Видимо, всё время наблюдал, как я крутила дули. — Оно и не дивно! Мало кому из нордов удаётся овладеть магией. Да и то, если в роду были бретонцы. Солнце почти спряталось за холмами. — Скоро будем в Ривервуде! — огласил следующую остановку извозчик. — Сколько ещё примерно ехать? — Да, вот, как стемнеет, так и приедем. «Ни хрена себе, скоро! Как минимум, часа полтора!» Мы проехали указатель Фолкрит/ Ривервуд/ Вайтран. Мужик под скамьей проснулся и сел возле меня. Он достал сверток из кармана, а оттуда — варенные куриные яйца, и съел их, практически не почистив. Мерзкое было зрелище. Карлотта принялась приводить себя и дочку в порядок. Я отдала ей ботинки и шапку для девочки. Она удивлялась, что безвозмездно, и долго благодарила. Сказала, что последний раз к ней была так добра только мама. Я сделала для себя неутешительный вывод: доброты и понимания здесь не допросишься. Да и подаренные мною вещички стоили не таких уж больших денег. Под повозкой что-то треснуло. Колесо попало в яму. — Тр-р-р! Приехали, к даэдровой матери! — извозчик матерился на всю округу. — Чего сидим?! Слезайте! Дальше только пешком. А то колесо сейчас разломит надвое. Девушка, вещички свои можешь оставить. Авоську бросила. Всё равно там не было ничего ценного. Меховую накидку надела поверх пуховика, а деньги давно распихала по карманам. Септим — монета небольшая. По размеру как пять советских копеек, но толще и тяжелее раза в два. Идти оставалось недалеко. Минут десять, от силы. Извозчик вёл за собой лошадей и продолжал жаловаться: — Говорил ей, нужны новые колеса! Так она мне: «Меньше пей! Будет в доме больше денег!» Старуха скупая! Уже мужику и выпить нельзя! — Верно говоришь, — поддержал дядька с вареными яйцами. — Больно бабы любят командовать. Сидели бы, лучше, помалкивали, да пироги пекли. Мое феминистское нутро сильно возмутилось и я посмотрела на Карлотту, в ожидании поддержки, но она на это не отреагировала совсем.

***

Ривервуд. Дома такие же, как в виртуальном мире, но сама деревушка побольше. Когда мы туда добрались, на улицах было уже темно и безлюдно. Водитель сразу же пошёл стучать в дверь кузнеца, а мы забрали свои вещи и побрели греться в таверну. Перед ступеньками красовалась табличка «Спящий великан». Внутри оказалось тепло и душно; практически весь свет шёл от длинного очага посреди главного зала. Поэтому освещение оставляло желать лучшего. Кроме барда и дремавшего в углу деда никого не было. Мужик за стойкой оживился, а женщина сбоку напряглась. В принципе, как и я. Это была Дельфина. Пока шла по залу, она сверлила меня прожигающим взглядом. Глава Клинков была маленькой, на вид, — совсем хрупкой дамой средних лет. Карлотта с дочкой уже подошли к стойке. — Приветствуем вас в Ривервуде. Хотите перекусить или же остаться на ночлег? — Пока просто погреться, — подошла ближе, но смотрела на Дельфину. Та, убедившись, что я — просто БОЛЬШАЯ нордка, успокоилась и указала на стулья возле огня. — Мы направляемся в Вайтран, но внезапно сломалось колесо. Извозчик пошёл за помощью к вашему кузнецу, — Карлотта объяснила ситуацию. Я тем временем уже грела руки у костра и осматривала таверну. Дымохода почему-то не было, и дым от огня частично расходился по всему дому. — Новых колес у кузнеца нет, — извозчик зашел в таверну. — Будет ремонтировать это, но завтра. Так что придётся вам заночевать здесь. А я пойду к старому приятелю. — А где мужик, что с нами ехал? — спросила, оглядываясь по сторонам. — Так ему до Ривервуда нужно было, — ответила Карлотта. — Что ж, у нас есть только одна свободная комната, но там две кровати, — хозяйка таверны воспользовалась ситуацией и незаметно подошла ближе, так что теперь она стояла возле меня. — Если берёте, за ребенка денег брать не буду. — А нет у вас комнаты, скажем, на чердаке? — сделала вид, будто смотрю куда-то вверх. — Что? — Дельфина снова напряглась. — Нет. Или берёте эту, или проваливаете! «Что ты ляпаешь постоянно? Кто тебя за язык-то тянул вообще? Грелась бы себе тихонько! Ты и так выглядишь подозрительней некуда!». — Конечно, — быстро пролепетала Карлотта, пока хозяйка не передумала, и отдала положенную плату. Дельфина удалилась к себе. Я оставила свою долю и пошла в номер. В комнате оказалось ещё темнее, потому как освещалась она лишь одинокой горящей свечой, что сиротливо примостилась в углу. Мать с девочкой уже дремали на дальней кровати и, по ходу, конфисковали мою соломенную подушку. На её место я положила мешок, а сумку бросила к ногам. Тепло от очага едва сюда доходило, поэтому куртку я снимать не стала. День был насыщенным, и сон вот-вот должен был меня победить. Но отчего-то не спалось. Дверь со скрипом отворилась, и в комнату вошёл тёмный силуэт. Дельфина передвигалась очень тихо и вскоре подошла к моей кровати. Сердце заколотилось как бешеное. В голове заиграла музыка из фильмов Хичкока. Но, вместо того, чтобы тихо перерезать мне горло, она аккуратно взяла мой тряпчатый пакет и так же тихо вышла из комнаты. Это было слишком. Ох! Я бы пробежалась по их «Книге жалоб и предложений», если бы могла! Не долго думая, встала и пошла вслед за своими вещами. В главном зале никого не было. Дельфина тем временем уже успела как-то разобраться с молнией на сумке: каждую вещь она трясла над кроватью. — Что вы делаете? — я была спокойней лемура: стояла с видом крутого детектива, упершись о дверной косяк плечом и скрестив руки на груди. Дельфина подскочила, но быстро сориентировалась и наставила на меня меч. Вот это реакция настоящего воина! Я аж восхитилась. — Кто ты такая? Зачем пришла в Ривервуд? — Я еду из Хелгена в Вайтран. А вообще, приехала сюда из Сиродила, — всё-таки острый меч перед носом напрягал, и я рефлекторно подняла руки вверх. — Ты слишком странная даже для Сиродила. Что ты здесь разнюхиваешь? — её рука даже не дрогнула. Сама же Дельфина оценивала мой физический потенциал. — Ничего не разнюхиваю. Проезжали мимо, остались на ночлег. Что тут такого? — Почему спрашивала про комнату на чердаке? — Да просто спросила. Мало ли таверн с такими комнатами?! — на лбу предательски выступили капельки пота. Помните её пылкий нрав по версии ТЕS? Так вот, в реальности всё куда страшнее. — А почему ты такая? — Какая есть! Ну не с другого же мира пришла! — нервно хихикая, ответила я. — Дедушка был альтмером. Поэтому такая высокая. А бабушка вкусно готовила. Поэтому такая большая. — Ладно, — Дельфина опустила оружие. «Да, подруга. Подкосил тебя страх быть рассекреченной. Хотя у любого, наверное, поехала бы крыша». — Могу я теперь вернуть свои вещи? — Ну забирай. Но я буду следить за тобой, — меч был уже в ножнах, но в воздухе всё ещё чувствовалось напряжение. — Спасибо, — прикинулась няшкой-приняшкой и безропотно забрала свои вещи. — Да и вот, возьми это. Плата за твоё молчание, — она протянула мне мешок с золотом. — Эм, это необязательно. К тому же, думаю, мы ещё встретимся. И, скорее всего, при других обстоятельствах. — Ты мне угрожаешь? — Дельфина вернула своё оружие в прежнее положение. Нет, ну что за истеричка? Не успела я что-либо ответить, как её меч прошёлся по мне от левого плеча к правому бедру. Сначала я почувствовала просто удар, но пол уже окрасился несколькими каплями крови. Я удивленно опустила взгляд вниз. Всё замедлилось. На смену тупой боли пришла режущая и жгучая. Потом меня словно ударило током. Снова. Чувство было уже знакомо. — … плата за твое молчание, — истеричка стояла с протянутым в руке золотом. Я осмотрела себя. Пол оказался чист, куртка — целой, а в груди не болело. — Эм, это не обязательно. Я вам не враг, — на этот раз была более аккуратной. — Надеюсь, когда мы ещё с вами встретимся, вы это поймёте. — Неважно! Возьми, я сказала! — она швырнула мне мешочек. Почувствовала себя шлюхой после отработки. — Надеюсь, у тебя есть хоть капля чести сделать то, за что тебе заплатили. Поняла: спорить бесполезно. А ещё, что без кинжала в сапоге в этом мире не обойтись. Возвращаясь в свой люкс, обдумывала очередной сбой Матрицы. Но, едва умостившись на мешок-подушку, позорно вырубилась.

***

Утром меня разбудила Карлотта. Она сообщила, что на рассвете кузнец приступил к ремонту колеса, и скоро маршрутка на Вайтран будет снова в рабочем состоянии. Как мне не хватало зубной щетки! Также пришло время переодеться во что-то более адекватное. Как и думала, платье мне оказалось до средины икры, но с кожаным ремнём смотрелось очень даже прилично. Если не смотреть вниз. С леггинсами и ботинками вообще отпад! Ну, хоть по ширине нормальное. Меховая накидка завершила этот «трогательный» образ. В главном зале никого не было. Дельфина наверняка сидела у себя в норе. До Вайтрана оставалось часа три пути. Это вам не три минуты трусцой через горбики-полянки. В игре карта была ОЧЕНЬ сильно упрощена. Я вышла, наконец, на свежий воздух. За ночь всё пропиталось костром, от дыма болела голова. Было решено приобрести что-то для самозащиты. С клятвой никогда не брать в руки оружия я немного погорячилась. Не успела даже подойти к кузнецу, как тот сразу заговорил: — Брони на тебя нет. Нужно снимать мерки. Да и работа займет два-три дня. — И вам добрый день, — он встал из-за точильного станка и повернулся ко мне. Наконец я встретила человека моего роста. «Комплекс Гулливера» потихоньку отпускал.  — Добрый, — кузнец оценивал меня с ног до головы. — Я бы хотела купить у вас какой-нибудь кинжал. — Какой именно? — ему явно не понравилось это моё «какой-нибудь». Ну, да. Ещё бы попросила, чтобы он был красивеньким таким и к сумочке подходил. — Стеклянный есть? — Есть эльфийский. — Давайте. — Шестьдесят септимов. Свой пуховик я держала в руках. Поэтому, отсчитав положенную сумму, почувствовала, как куртка заметно полегчала. Кузнец помог мне прикрепить к поясу ножны для кинжала, и я, не торопясь, деловито зашагала к повозке. За ночь дорогу засыпало снегом, и лошади катили транспорт ещё медленней. По пути попадались волки, из-за чего я была полна готовности наложить пару кирпичей себе в подштанники. Но телегу они не трогали и держались на расстоянии, демонстрируя свои красивые зубки. Извозчик объяснил, что перед каждой поездкой обмазывает внешние стенки своей колымаги кровью разных хищников. Самая эффективная и самая дорогая — кровь снежного тролля. Удивительно, но в меховой накидке мне было куда теплее. А, значит, все выдуманные исследования моей выдуманной коллеги каджиту под одно место. Наконец мы выехали из лесной зоны. Нам открылся шикарнейший вид на Вайтран и окружающие его земли. Внизу долины вдоль реки всё было усыпано домами в белых «шапках» из снега. На самом верху величественно возвышался Драконий Предел, а под ним, как под квочкой цыплята, разместился город. Повозка остановилась у конюшен, и мы втроём стали подниматься к главным вратам. Последние сутки были весьма насыщенными, но только тогда почему-то до меня дошло, что дальше всё будет только хуже. А ещё, что я, впервые за эти сутки, хочу в туалет.