Век произвола, или Кругом одна сволота!

Я не стала задерживаться в Солитьюде, хотя и чувствовала дикую усталость. В очередной раз убедившись, что меня в этот раз не преследуют, не торопясь отправилась обратно на Вайтран. Спустя несколько дней в седле я, наконец, подъехала к владениям Балгруфа Старшего. Скрыв лицо под деревянной маской и накинув на голову капюшон, незаметно вошла в город. Близился вечер. Не знаю, сколько я простояла перед дверью в страхе просто взяться за ручку, но в конце концов собралась с духом и вошла внутрь, опасаясь реакции Соратников — я понятия не имела, как они себя поведут. Круг ужинал за общим столом, изредка переговариваясь между собой. — Если ты пришёл попытать счастья и вступить в наши ряды, путник, — приходи завтра утром, — Кодлак одарил меня равнодушным взглядом и продолжил трапезу. Я немного замешкалась, но маску всё-таки сняла. Реакция присутствующих была разной: Торвар испугано отодвинул от себя бутылку вина; Фаркас почему-то оживился; Тильма, громко охнув, свалилась в обморок; Кодлак хмуро глянул на Атиса, а тот, едва заметно позеленев, принялся что-то бессвязно бормотать. — Неужели я выгляжу настолько сногсшибательно? — попыталась сгладить неловкий момент, покосившись на бессознательную Тильму и сдавленно хохотнув. Фаркас тем временем пытался привести старуху в чувства. — Объяснись! — Кодлак разозлился. Очень разозлился. — Зачем? — наигранно удивилась, сделав шаг назад. — Жива, и всё тут. — Атис? — Да это невозможно! После такого не живут! Не выживают! — данмер взорвался словесным потоком. Кодлак резко встал из-за стола, отбросив в сторону несчастный стул, и подошёл ко мне. Старик начал придирчиво осматривать глаза, трогать зубы и, наконец, огласил вердикт: — Не вампир. — Я вам потом как-нибудь всё расскажу, ладно? — испуганно пискнула, пытаясь вырваться из стальной хватки. — Потом как-нибудь?! Жду у себя! — Кодлак поджал губы и, громко хлопнув дверью, удалился в нижние комнаты. Тильма очнулась, испугано на меня посмотрела, а затем крепко обняла. Фаркас последовал её примеру. — А ты как, здоровяк, так и живёшь здесь, что ли? — успокаивающе хлопнула Соратника по плечу, пытаясь высвободиться из стальной хватки. — Карлотта к себе даже и близко не подпускает, — расстроенно выдохнул Фаркас. — Слушай, раз такое дело, может, ты поговоришь с ней? Может, она тебя послушает? — Без обид, здоровяк, но эту кашу заварил твой братец, — я и раньше не сильно спешила ввязываться в семейные дела других, а сейчас и подавно. — Пусть он и объясняется перед ней. Где это трепло, кстати? У меня к нему есть пара вопросов. — Ушёл… «Вот скотина! Нагадил и сбежал, поджав хвост!» — …Набрал заданий по всему Скайриму. Его можно месяц не ждать, как минимум. А то и больше, — хмуро ответил Фаркас, сложив руки на груди. Видимо, они с братом так и не помирились. — Понятно, — махнула рукой на прощание и, набрав в лёгкие побольше воздуха, отправилась к Предвестнику.

***

Кодлак сидел у себя в кабинете и без особого интереса просматривал документацию. — Присядь, — указал он на пустующий стул. — Я хочу знать всё, включая твои отношения с Ульфриком. — Со всем уважением, Предвестник, но необходимости вам что-либо рассказывать я не вижу. Это моё личное дело, — холодно ответила, мысленно приготовившись к самому худшему. — Твоё личное, говоришь?! — я содрогнулась от страха и вжалась в спинку стула. — Моя подопечная уезжает в Сиродил с каким-то ярлом по непонятной причине. По дороге её убивают, но, спустя почти неделю, она возвращается жива-здорова и сейчас сидит передо мной как ни в чём не бывало! Со всем уважением, салага, если ты сюда вернулась и рассчитываешь остаться, тебе лучше не скупиться на детали. — Ладно, — мне, во что бы то ни стало, нужно было остаться в Вайтране, дабы перехватить Довакина. Нет, я могла, конечно, ловить его в Ривервуде, но там сидит дражайшая Дельфина, а мы с ней как-то не слишком хорошо ладим. Могла также ждать героя в Хелгене. Но я что, дура, торчать непонятно сколько в потенциально сгоревшем городе? — Но в этот раз даже Круг не должен ничего знать. Старик молча кивнул в знак согласия, и я начала свою историю. Рассказывать пришлось долго и о Виндхельме, и о Солитьюде. Наконец, подошёл момент объяснять моё «чудесное воскрешение». — Я познакомилась как-то с одним магом, — неуверенно вступила, судорожно силясь придать голосу больше убедительности. — Он был экспертом в школе Иллюзии и часто экспериментировал… со всяким разным. Я купила у него свиток с одним очень интересным заклинанием. С его помощью можно создать масштабную иллюзию, причём настолько сильную, что даже чьё-либо вмешательство со стороны её не развеет. Не смотрите на меня так! Да, я никому об этом не сказала и не предупредила Атиса, но так ведь даже лучше, понимаете? Теперь Ульфрик, наконец, от меня отстанет. К тому же мне нельзя покидать Скайрим. Детали моей интимной жизни всё же удалось обойти стороной, хотя Кодлак задавал неприлично много вопросов. — И где была эти пять дней? — устало поинтересовался он, пытаясь, видимо, переработать полученную информацию. — Шла пешком и заблудилась, — ответила, тяжко вздохнув. Естественно, рассказывать старику всю правду я не собиралась. — У меня к вам будет просьба. Когда Довакин придёт в Вайтран, пожалуйста, примите его в Соратники, кем бы он ни был. Старик посмотрел на меня как на малахольную. — Если Довакин действительно придет в наш мир, то мы примем его, только когда он пройдет испытание наравне с остальными, — видимо, моя просьба Кодлака сильно возмутила. — Разве его членство не будет великой честью для Йоррваскра? Не прославит Соратников еще больше? — Быть Соратником уже великая честь! И заслужить ее можно только славными деяниями. Если я не увижу в Довакине доблестного воина, дверь в Йоррваскр для него будет закрыта, — услышав это, я немного расстроилась, ведь все сказанное стариком о доблести и славе ко мне как-то не относится. Мой собеседник заметил это и начал меня утешать. — Ты, может, не такой великий воин, как твои братья и сестры, но это только пока. К тому же, благодаря тебе, за пару дней по всему Скайриму пройдет молва, что Соратника не так просто убить. А слухи здесь расходятся быстрее чумы. — Угу, — улыбнулась одними губами. — А теперь иди, отдохни. А то как неживая, право слово, — Кодлак улыбнулся, подперев рукой лицо. — Вон, какие синяки под глазами. В общей комнате, как обычно, есть пара свободных мест. — А мою что, уже занял кто-то? — быстро же здесь, однако, дела делаются. — Ну, как сказать?.. — Предвестник ощутимо замялся, тщательно подбирая слова. — Там необходим ремонт. Я мгновенно подорвалась и уже через несколько секунд тормозила возле дверей в свою комнату. Хотя, скорее, возле дверного проёма — то, что когда-то было дверьми, валялось на полу кучей бесполезной древесины и разбитого стекла. — А мне не хочешь рассказать, как ты из мёртвой вдруг превратилась в живую? — пока я тщетно пыталась собрать остатки мебели, ко мне подошёл Атис. — Может, ты мне скажешь, что здесь произошло? И кому, что самое важное, предъявлять претензии? — Это Вилкас. Когда ты уехала, — эльф равнодушно пожал плечами. — Мне Рия сказала. — Вот, значит, как?! — я выхватила меч из ножен и отправилась мстить в комнату психопата. — Ты опоздала, — ушастый крикнул мне вслед и попытался догнать. — А это что? — в комнате Вилкаса был учинён разгром покруче моего. — Тоже он. Когда узнал, что тебя убили. — Он был удивлен, когда узнал это? — Может, ты мне, наконец, ответишь на МОЙ вопрос? — Атис скрестил руки на груди и всем своим видом демонстрировал недовольство. — Я ЛИЧНО держал на руках твое бездыханное тело и полдня потратил на то, чтобы похоронить тебя со всеми почестями. Я имею право знать! — Здесь все сложно, Атис. Сама не знаю, как так получилось. Но тебе спасибо, что не дождался, пока мое тело сгорит. Огонь добрался только до обуви. Потом видимо пошел дождь. Я очнулась уже вся мокрая. — Что-то мое чутье мне подсказывает, что ты знаешь намного больше. — А мне мое чутье подсказывает, что все ценное, что у меня было, ты забрал себе. — Ладно… «Что это? Румянец от стыда? У темного эльфа?» — Золото можешь оставить себе. А вот украшения мои попрошу вернуть. И скажи мне, Вилкас сильно удивился, когда узнал о моей смерти? — Да все удивились! Но он разозлился. Потребовал от меня подробностей. Ну, я рассказал, что знал. Значит Вилкас не заказчик.

* * *

Когда проснулась близился рассвет. От нечего делать, я пошла встречать солнце в Небесную кузницу. Пока смотрела на разгорающийся горизонт, пыталась придумать, что делать дальше. Скоро кто-то пожелавший моей смерти узнает, что я жива, и Темное Братство поспешит исправить «осечку». — Я думал, это только мое любимое место, — по ступеням поднимался Кодлак. — Да, вот, что-то не спалось. — Конечно. Проспала сутки. Ну что, готова снова в бой? — старик похлопал меня по плечу, и я кивнула. — У Вас есть какие-то задания возле Фолкрита? — Вилкас все забрал. За пару дней появилось несколько мелких неподалеку от Вайтрана, но я уже отправил Рию. Зачем тебе в Фолкрит? — Недалеко от города в горах живет одна отшельница. Мастер стрельбы из лука. Если она примет меня, я поживу у нее неделю другую, — Предвестник с недоумением на меня уставился. — Не подумайте! Эйла неплохой учитель. Но мне нужно учиться день и ночь, чтобы достичь хоть чего-то, пока не придут драконы. Так что, сегодня к полудню я уеду. — Тогда езжай, — старик одобрительно кивнул. — Тебе действительно нужно еще многому учиться. Да, и … Сделай для меня кое-что, — я вопросительно на него посмотрела. — Если встретишь Вилкаса, верни его домой, — на лице Кодлака промелькнуло беспокойство. — А то терпеть нытье Фаркаса уже нет сил! Как дети малые, право слово!

* * *

Собралась довольно быстро, надела маску и, ни с кем не прощаясь, отправилась на Фолкрит. Дорога была на удивление легкой и без приключений, так что к полуночи я стояла на пороге таверны «Мертвецкий мед». В это время суток главное помещение уже пустовало. Заплатив за скудный ужин и комнату, пошла спать. Проснулась от громких разговоров — таверна кипела жизнью. За столиками сидели уплетающие свои завтраки стражники с ночной смены, разношерстные торговцы, местное население и… рыжий вор. Бриньольф прятался в полумраке в дальнем углу, попивал мед и пялился на грудь дамы, что сидела у выхода. Ну, или на ожерелье на ее шее. Решила подойти поздороваться. — А ты не можешь, чтобы чего-нибудь не стащить. Как сорока, бросаешься на все блестящее?! — Уйди. Не загораживай мне вид! — отмахнулся вор. — Оу! Прости. Я думала, тебе ожерелье приглянулось, — сказала полушепотом, присев за соседний столик, и заказала себе завтрак. — Сиськи у нее, конечно, неплохие, но цацка на ее шее поинтересней будет, — пробормотал рыжий, не отрывая игривый взгляд от дамочки, кокетливо улыбающейся ему в ответ. — Ёлки-палки, Бриньольф! А я-то всё голову себе ломала, пытаясь понять, в чем твой секрет! Да ты просто мастер гипноза. Она уже раздеться готова. Действительно, выживаешь, как можешь, — хотелось уколоть его хоть чем-то. — Угу. Вот только в случае с тобой я даже не напрягался. «Козел!» Тем временем кокетливые гляделки вора и похотливой дамочки заметил рядом сидящий мужик, по совместительству, видимо, муж хозяйки ожерелья, что заставило рыжего мигом пересесть за мой столик. — Тебе смешно? Думаешь, это так легко, детка? — моё негромкое хихиканье он воспринял как личное оскорбление. — Нет, конечно! Но я и не профессионал, в отличие от тебя. Надо же, запалиться на ровном месте, — я продолжала насмехаться над рыжим, пока мне не принесли завтрак. Едва тарелка коснулась стола, рука вора потянулась за халявной едой. — Куда?! — треснула его по пальцам вилкой. — Купи себе сам, раз так голоден. — Ты чего такая злая? Не выспалась что ли? Странно. Спала ты долго. — Ты что, пялился как я сплю? Извращенец, что ли? — пока требовала объяснений, этот наглый скот успел захватить мой завтрак и даже умять половину. — О чем ты думаешь?! — оскорбленно пробурчал с набитым ртом. — Я осмотрел здесь каждый уголок, пока все дрыхли. Излишки профессии, знаешь ли. Тебя выдал символ на рюкзаке, которым с тобой так мило поделилась Карлия, — вор скривил недовольную рожу. — Хочешь сказать, что тебя это остановило, и мои вещи остались нетронутыми? Поражена твоей выдержкой, — мой голос так и сочился сарказмом. — Ты можешь удивляться сколько угодно, детка, но соглашения свои мы всегда выполняем. Ну, что, — рыжий довольно отодвинул от себя остатки моей последней надежды позавтракать, — готова поразвлечься? Отвлечешь внимание того мужика не надолго, а я быстренько пообщаюсь с его милой спутницей! — Не собираюсь я участвовать в твоих подставных «подвигах». — Почему? — неподдельно удивился вор. — А я-то думал, ты девочка рисковая! Связаться с Темным Братством тебе смелости хватило, а тут какой-то мужик, и ты на попятную… — Не поняла?! Что ты там сказал о Темном Братстве? — Ой! Вот только не надо строить из себя невинность, девочка! У нас с ними давно сотрудничество, так что… я кое-что о тебе знаю! — последнее он сказал голоском Цицерона, затем наклонился поближе ко мне и спросил шепотом: — Так, может, поделишься со мной секретом, и скажешь, какую влиятельную шишку ты заказала, раз расплатилась обручем Ульфрика? — Что?! — если бы я не сидела тогда на стуле, то точно упала бы на землю своей пятой точкой. — Как?.. — Иногда они сбывают нам кое-какие вещицы, получившие в качестве платы. Так что ты легко себя выдала. Но на этот раз твой обруч мы просто разберём… Бриньольф все говорил и говорил: то ли о себе сообразительном, то ли о чем-то еще. Его голос звучал для меня тогда как белый шум. Картинка в голове, наконец, сложилась. Лучше бы я ошибалась на счет Карлотты. Но если это действительно она, то даже не знаю, как поступить с таким предательством. Нет, конечно, понимаю, ревнивая женщина способна на многое. Но на такое! Как говорится, в тихом омуте… — Вот, — на столе зазвенело несколько монет. — Что это? — За завтрак. Может, я и не самый честный человек в Скайриме, но нагло воровать еду у милой дамы это уже низость, не находишь? — он встал из-за стола и горделиво поправил свой ремень. — Милой дамы?! Будем считать, что я повелась, — съехидничала. — Слушай, Бриньольф, ты ведь будешь еще встречаться с Темным Братством? — Возможно, — мой вопрос его явно заинтриговал. — А что? — Передай Астрид, что свою часть сделки они выполнили, а с заказчиком я разберусь сама. — Ладно, — вор немного опешил, услышав имя главы ассасинов, но слова мои передать пообещал. Я спокойно наблюдала, как рыжий направляется к выходу и ловит взгляд все той же кокетки. Ревнивый мужик, доселе косившийся на вора, на мгновенье отвернулся. Бриньольфу этого хватило — он подошел к дамочке, что-то страстно прошептал ей на ухо. Пока она пребывала в легком экстазе от услышанного, вор ловким движением руки снял ожерелье с ее шеи и покинул здание.

* * *

Хозяйка таверны, Валга Виниция, оказалась дамой довольно болтливой. Но, не смотря на это, об одинокой женщине в горах она толком ничего не знала и посоветовала мне обратиться к местному кузнецу. Тот сообщил, что раз в месяц к нему приходит некая женщина, чтобы продать оленьи шкуры. Точное ее местонахождение он не знал, но указал на карте приблизительную тропинку. Он не ошибся. К закату того же дня я привела свою лошадь к лагерю Анги. Женщина показалась мне не очень добродушной, как и по версии TES, встретив меня с кинжалом в руке. Наплела ей, что просто путешествую и любуюсь красотами Скайрима. Мы немного разговорились, она поведала мне свою трагическую историю и разрешила пожить у нее пару дней.

***

Анги основательно взялась за мое обучение стрельбе. Мне было разрешено пользоваться только охотничьим луком. Инструктор объяснила это тем, что если я буду хороша в его использовании, то со своим стеклянным луком буду хороша вдвойне. Спокойствие, скорость и точность — три урока, которые я все никак не могла усвоить. Весь день проводила на стрельбище, пытаясь попасть в самую дальнюю цель, а вечером мы уходили в лес охотиться на оленей, где я стреляла уже по живым мишеням. Так прошло несколько дней. После, Анги разрешила мне остаться еще ненадолго и продолжить обучение. Взамен она попросила спуститься в город и продать ее оленьи шкуры, а заодно и прикупить кое-какую провизию. Утром мы порядочно так загрузили Марту шкурами, и к закату я была уже в Фолкрите. Зашла к кузнецу, быстро пробежалась по местным магазинчикам, покупая все по списку Анги, и довольная пошла в таверну. Там меня, наконец, ждала удобная кровать и крыша над головой, а не тонкий спальный мешок под открытым небом. В средине было людно — посреди зала кто-то устроил драку на кулаках в лучших традициях Скайрима. Все присутствующие окружили это захватывающее зрелище, громко комментировали бой и делали ставки. Присмотрелась. «Твою ж мать!» Вилкас дубасил какого-то орка. Пока все были заняты столь кровавым развлечением, я незаметно прошла к стойке бара, заплатила за комнату, нацепила капюшон для конспирации и принялась наблюдать. Спустя несколько точных ударов, орк упал на одно колено и начал плеваться кровью. — Ха-ха! Пива этому смельчаку за мой счет! — довольно прокричал Вилкас. На протяжении всего вечера оба драчуна сидели за одним столиком, выпивая бутылку за бутылкой. Алкоголь сделал свое дело, и ударил по их речевому аппарату: — Знаеш-ш-шь, что я слыш-шал, м? — пробормотал орк. — Что Соратника низ-зя убить. — Ха! Так и есть, др-жищ-ще, — пробубнил в ответ Вилкас. — Если вы не собираетесь платить за ночлег, вынуждена просить вас покинуть таверну. Уже полночь, и вы нарушаете сон постояльцев, — к их столику подошла Валга. — Спокойно, дам-чЬ-ка. Держи! — орк бросил на стол небольшой мешочек монет. — П-каз-вай мою опочивальню, — он встал и, едва держась на ногах, пошел вслед за служанкой Нарри. — А Вы? — хозяйка таверны обратилась к Соратнику. — Ай. Мне и здесь нормально… — отмахнувшись от женщины, пьяный в зюзю Вилкас умостился на столе, подложив под голову руки. — Или платите, или убирайтесь! Иначе я позову стражу! — Но тот уже мирно посапывал. Валка попыталась его разбудить, тряся за плечо, но безрезультатно. Это позорище заснуло за долю секунды, как по волшебству. — Давайте его в мою комнату, — сказала я, тяжело вздохнув, и подошла к «спящему красавцу». — Поможете мне? — спросила у местного барда, и мы вдвоем, схватив Вилкаса под руки, еле дотащили его тушу до кровати. — Он все равно должен заплатить! — продолжала полушепотом скандалить Валга. — Я уже заплатила за комнату. — Но где же Вы будете спать? Я обязана предоставить Вам другую опочивальню. — М-м-м… Оля?! — Вилкас едва проснулся и в пьяном бреду протянул ко мне руку. — Оля… — расплылся в улыбке. — Зачем явилась? — схватил меня за рукав и нахмурился. — Я останусь здесь, — тихо сказала хозяйке, и та в недоумении удалилась. Тем временем Вилкас продолжал бредить: — Зачем пришла? Зачем ушла? — попыталась вырваться из его хватки, но тщетно. — Стой… Останься, — он потянул меня на себя. — Полежи рядом… — Спи, Вилкас, спи, — присела на кровать и принялась гладить его по волосам. Детина быстро вернулся в сонное царство, но руку мою не отпустил. В попытках освободиться заметила на его указательном пальце странное кольцо. Присмотрелась — кольцо Хирсина. — Вилкас! Твою ж мать! Дебила кусок. Во что ты вляпался?! — тихо выругалась и принялась снимать украшение. Но оно все никак не поддавалось, словно приросло к пальцу. Тогда в ход пошло старое доброе мыло. Спустя полчаса мучений, (да так, чтобы не разбудить спящего), проклятие даэдра лежало у меня на ладони. Кольцо решила спрятать куда подальше (то есть в лифчик), умостилась у ног Вилкаса и попыталась уснуть. Это, конечно, мне так и не удалось — от малейшего движения «спящего красавца» я тут же просыпалась, а под утро меня разбудили шаркающие шаги служанки Нарри. Короче говоря, поспать в ту ночь мне было не судьба. Чтобы не терять время, себе заказала завтрак, а Вилкасу купила кувшин эля. Присев на стуле у кровати, успела поесть и опять проголодаться, а этот алкаш продолжал дрыхнуть. Ожидание утомило, и, после моего сильного пинка, он, наконец, начал просыпаться. Не знала, что ему сказать, но тем более не знала, какой будет его реакция. Поэтому решила действовать по ходу. — Пора вставать. — М-м… чё? — Вилкас сменил свое положение «лежа» на положение «сидя» и схватился за голову, пытаясь, видимо, понять, где он и что вчера было. Я молча протянула ему графин с элем. — Мг… — он сказал «спасибо» и начал жадно глотать прохладный напиток. Осушив половину графина, принялся осматривать помещение. Потом уставился на меня, потер свои глаза и снова уставился. — Тебе не кажется, — ответила на его незаданный вопрос. — Тебя убили, — Вилкас резко поднялся и со всей дури отшвырнул кувшин в сторону. — Атис сказал, что тебя убили! Он соврал мне? — Нет. Вилкас быстро подошел ко мне, осторожно проверил мое запястье на наличие тепла и пульса, и отошел назад. — Да не вампир я, не вампир! Чего меня все лапают?! — Ты нас обманула? — в его глазах загорелась ярость. — Ой. Это долгая история. Потом как-то, ладно? Ты мне лучше расскажи, откуда у тебя кольцо Хирсина? — Что? — он принялся осматривать свои руки. — Где оно? — В надежном месте… — едва успела договорить, как Вилкас схватил меня за горло, поднял со стула и прижал к стене. — Где кольцо? — прошипел сквозь зубы, а я слегка скривилась от его перегара. — Если ты опять вервульф, Вилкас, клянусь, я лично тебя прибью, — сказала спокойно, но глаза предательски заслезились. Я не боялась его. Нет. Мне было его, скорее, жалко. Вилкас сам загнал себя в яму, и смотреть, как он занимается саморазрушением, было невыносимо. Он внимательно посмотрел на меня, ослабил хватку и рассмеялся. — Тогда чего ты ждешь? Давай! — Соратник развел свои руки в стороны. — Давай! — Ну, ты и придурок, Вилкас! — оттолкнула его, схватила свои вещи и выбежала на улицу. Заплатив местному конюху за обслуживание Марты, быстрым темпом повела ее к выходу из города. Злилась на себя и на Вилкаса. Меня поражало его умение насрать в душу на ровном месте. Но, видимо, этот козлина не закончил выяснять отношения, и догнал меня, едва я успела покинуть Фолкрит. — Верни мне кольцо! — он схватил меня за руку. — Куда ты его дела? — принялся рыскать по моим вещам. — У меня его нет. — Где оно? Говори! — Зачем оно тебе? Ты знаешь, что оно проклято? — Уже нет! — он продолжил поиски. — Вилкас! Это подарок даэдра. Ничего хорошего в нем быть не может! Ты это понимаешь? Вилкас. Посмотри на меня, — и тот продемонстрировал свой традиционный бешеный взгляд. — Что ты дал взамен? Что Хирсин попросил у тебя взамен кольца? — Какая тебе разница?! Когда ты уже перестанешь совать свой нос в чужие дела? Может, мне нравилось быть зверем! Об этом ты подумала, когда лезла Кодлаку в голову? Я сам в праве решать, кем мне быть! — То есть, хочешь одичать? Ты совсем идиот, Вилкас? Перестань строить из себя жертву и возвращайся в Йоррваскр. — Не говори мне, что делать, щенок! — Да в чем твоя проблема, а? Можешь мне сказать? Сейчас. Здесь. Где только ты и я. Где нет публики и не нужно строить из себя дерзкого брутального мужика. К чему эти обиды? — Верни мне кольцо! — а я думала, злее он стать уже не может. — Ты долгое время гадил мне в душу, Вилкас, и я нагадила тебе в ответ. Вместо того, чтобы что-то понять для себя и сделать какие-то выводы, ты снова принялся гадить. Но на этот раз все это дерьмо попало на твоего брата, — он хотел что-то ответить, но я не дала ему вставить и слова. — И даже не смей МЕНЯ обвинять в этом! И я тебе не враг, Вилкас! Поэтому кольцо не отдам, — высказав ему часть того, что накипело, я оседлала лошадь. — Твоя семья просила тебе передать, что ждет тебя дома. — Мне незачем возвращаться! — Как это незачем? А кто тогда заплатит за ремонт моей комнаты? Разъяренный Вилкас взбесился еще больше и стащил меня с лошади, от чего я упала на землю, сильно ударившись головой. — Или ты говоришь мне, где кольцо, или… — Какого хрена ты творишь?! — попыталась быстро встать. — Или что? Убьешь меня? Тогда кольца тебе точно не видать. Давай! — Соратник достал свой меч, и я поняла, что зря решила проверить его «на слабо». — Все это из-за амулета Мары? Это тебя НАСТОЛЬКО задело? — Это здесь не при чем! — он был готов в любой момент на меня наброситься. — Может быть. Но все же. Скажи мне, Вилкас, как тебя можно полюбить, если ты ТАКОЕ вытворяешь? Посмотри на себя. Я стою перед тобой безоружна и пытаюсь не дать тебе загубить твою душу. В обмен на это, ты готов тут же порубить меня на куски. Несколько секунд Вилкас изучал мое лицо, пытаясь что-то для себя уяснить. Но он так ничего и не ответил. Спрятав свой меч в ножны, Соратник молча вернулся в город.

* * *

У Анги я прожила еще около недели. Теперь, натягивая тетиву, чувствовала себя более уверенной. Конечно, до мастерства учителя мне было еще далеко, но она сказала, что пока это мой предел. Мы попрощались, обещая друг другу, что еще встретимся, и я уехала в Вайтран. Теперь планировала активней заняться боями на мечах. Учитывая то, что магии меня лишили, решила попробовать свои силы с двумя клинками, а лучшей кандидатуры, чем Атис (в качестве учителя), я не придумала. Все это время в моей голове сидело два человека: Вилкас и Карлотта. Если с первым все было относительно понятно, то, что делать со второй — не имела ни малейшего понятия. Но разговор с ней откладывать в долгий ящик не собиралась. Попала в Вайтран ближе к закату. Чтобы остаться инкогнито, надела маску и пошла к дому бывшей подруги. Меня весело встретила Мила: — Тетя Оля! Драсте! А мама еще на рынке. — Привет, Мила. Впустишь меня? Я ее здесь подожду. Ребенок как-то замешкался: — Мама на Вас обижена почему-то. — Я знаю, и пришла мириться. — А! Тогда хорошо. Проходите. А я пойду ее позову. — Не нужно. Я не спешу. И ты ведь не оставишь гостью одну? — я подмигнула, и девочка улыбнулась. — А хотите, покажу свои рисунки? — Давай. Ребенок принялся перелистывать стопку своих тщательно выведенных каракуль. Спустя то ли пять минут, то ли вечность, в дверях щелкнул замок, и в дом вошла Карлотта. — Мама пришла! Мам! — к ней подбежала Мила. — Смотри, кто к нам в гости зашел! Карлотта явно была чем-то взволнована, но, увидев меня, она едва смогла скрыть дикий испуг на своем лице. — Мила, солнышко! Иди в свою комнату и не выходи, пока я тебя не позову, ладно? Девочка в недоумении собрала свои рисунки и ушла наверх. Едва послышался звук хлопнувшей двери, я посмотрела на Карлотту взглядом бешеной медведицы: — Ты в курсе, что переплатила? Обруч был действительно очень дорогим. Моя жизнь столько не стоит. — Я знаю, зачем ты здесь, — сказала она дрожащим голосом, вцепившись в рукоять своего кинжала на поясе. — Но, пожалуйста, не трогай дочку. — Ты думаешь, я тебя убить пришла? — тихо хихикнула. — Тогда что тебе нужно? — она продолжала придерживаться безопасной дистанции. — Ну, подругами нам больше не быть, конечно. И да, я бы могла тебя убить, но это слишком просто. Так что, нет. Я пришла обсудить твой поступок. Вот скажи мне, твой первый муж действительно был таким законченным алкашом, или ты его тоже из ревности убила? — Фаркас опозорил меня на весь Вайтран! И я видела, как ты на него смотришь. Ты разрушила нашу счастливую семью!  — Дура ты! Да еще и с плохим зрением. Повелась на какие-то сплетни. — Вилкас сплетничать не будет! — Ой! Да у вас с ним вообще одно больное воображение на двоих. Вот оно-то вашу семью и разрушило. Вилкас увидел однажды, как в стельку пьяный Фаркас распускает руки. Вот только это трепло забыло сказать тебе, что когда его братец перестарается с алкоголем, становится невменяемым. Спроси Атиса. К нему он тоже как-то приставал. Так вот, скажи мне теперь, КУДА ты смотрела каждый раз, когда твой пока еще муж в очередной раз напивался? Наверное, на меня, не загляделась ли я на него часом! — сарказмом от меня так и несло. — Ты вогнала нож мне в спину, Карлотта, и будь уверена, я этого так не оставлю. С мужем, кстати, тебе очень повезло. Он добрейшей души человек, а вы с его братом разбили ему сердце. Ответа от Карлотты не последовало, я покинула ее дом. Как ей достойно отомстить, я так и не придумала. А убить — уже чересчур. Да и Фаркаса жалко. Решила, что, постоянное ожидание моей страшной мести, что может настигнуть ее в любой момент, уже неплохое наказание. В Йоррваскре меня встретили довольно-таки радушно. Скьор требовал деталей моего возвращения, Эйле не терпелось посмотреть, чему меня научили, цитирую, у, так называемого, мастера по стрельбе, а Рия спешила поделиться последними новостями: — Ой, ты столько пропустила! — Да? Ну, рассказывай. — Торвару недавно саблезуб чуть не оторвал руку. Вот смеху-то было! — хотя по выражению лица Торвара так и не скажешь. — А пару дней назад к нам приходили сразу два кандидата. — И как? — я начала оглядываться по сторонам в поисках новых лиц. — Парень. Молодой совсем, — сказал грустно Скьор, — и баба одна невменяемая. — Представляешь, — продолжила Рия. — Настолько самоуверенная, что успела даже выкупить дом в Вайтране и поселиться там. Теперь сидит днями напролет в таверне и жалуется всем подряд, что Соратники ей отказали. — Так что случилось-то? — зачем спросила, не знаю. Я прекрасно понимала о ком идет речь. — Кодлак поставил кандидатов друг против друга. Эта бешенная нанесла несчастному сразу несколько ударов. Бедняга. Он-то меч в руках едва держал, — сказав это, Скьор налил себе эля и выпил до дна. — Мда, жалко его! Симпатичный был, — изрекла на выдохе Рия. — А вы Атиса не видели? — вспомнила о главном для меня на тот момент. — Во дворе был. А что? — когда-нибудь любопытной Рие нос таки оторвут. Ушастый «танцевал» возле манекена, махая мечом. Заметив меня, он спрятал оружие в ножны и подошел: — Все считают меня лгуном! — И тебя это сильно беспокоит? — Не особо. Но я имею право знать правду. — Давай так: ты потренируешь меня в боях на мечах неделю другую, а я, так и быть, расскажу тебе что знаю. — Бои на мечах? Почему не попросишь Фаркаса? — Я видела тебя с двумя клинками. Фаркас такому не научит. — Эту технику боя использовали еще мои предки. Она очень сложная. — Так согласен, нет? — Хм. Ладно. Но, учти, я строгий учитель. — Договорились, — я протянула руку, и мы заключили наш устный договор рукопожатием. Тем временем во дворе появился Фаркас: — Что, уже вернулась? — Угу. Я, кстати, Карлотту видела. Тебе интересно? — Нет, — большой мальчик нахмурился. — Неожиданно. Чего вдруг? — В браке главное доверие, а она, услышав какой-то сомнительный слушок, даже не удосужилась меня спросить, правда ли это, а просто выставила меня из дома! — И как же ты пришел к такому умозаключению? — вопрос был лишним — вслед за братом во двор вышел Вилкас. По его довольной ухмылке стало понятно, чьими словами только что говорил Фаркас. — Вилкас, — как бы поздоровалась. — Оля, — ответочка за ним не заржавела. — В общем, я ничего не сделал и не собираюсь перед ней извиняться! — эх, здоровяк, как же легко тобой манипулировать. А Вилкас молодец! Даже из столь говняной для себя ситуации умудрился выкрутиться. — Она потом поймет сама, кого потеряла и еще жалеть будет! — Верно говоришь, брат! — Вилкас одобрительно похлопал того по плечу и посмотрел на меня. И тут я поняла, что речь сейчас идет не только о Карлотте. — Ну, здесь я согласна с тобой, Фаркас. Это она должна бегать за тобой и извиняться! — сделала вид, что меня тема данного разговора никоим образом не касается. — Я с ней перекинулась парой слов и, думаю, так оно и будет. Только ты не ломайся долго, ладно? А то так и останешься наедине со своей обидой, — с последними словами я перевела взгляд на Вилкаса, и тот сразу скривил недовольную гримассу, мол, ничего подобного с ним не произойдет. Приведя, наконец, себя в порядок и поужинав в веселой компании Скьора и Эйлы, пошла проверить состояние своей комнаты. Она оказалась пуста. Убрана, но абсолютно пуста! Тогда, ради интереса, решила заглянуть в комнату Вилкаса. Надо же! Какие красоты! Все было обставлено в лучших традициях местных каталогов декора! Недолго думая, принялась располагаться в своих временных апартаментах. Едва успела переодеться в пижаму, ко мне заглянул гость. — Что ты делаешь в моей комнате? — охреневший Вилкас стоял у двери, скрестив руки на груди. — В СВОЕЙ ВРЕМЕННОЙ комнате я собираюсь ложиться спать. А ты можешь идти в мою, пока ее не отремонтируют. Ну, или в общую. — Размечталась! Забирай свои шмотки и вали! — Нет, — уже мостилась на кровати. — Я не собираюсь спать в общих комнатах только потому, что кто-то не может сдержать свой гнев. — Слушай, тебя что, жизнь совсем ничему не учит? Давно ничего не болело? — Угрожаешь? Или мне показалось?! Ну, на всякий случай, давай скандалить погромче, чтобы все собрались здесь на консилиум и решили, наконец, кому же достанется эта комната. — Я не собираюсь идти в общую спальню, — видимо, что-то для себя уяснив, Вилкас начал быстро раздеваться. — Двигайся! — Мне удобней с краю, — думал, что может меня смутить. Уж лучше ночевать здесь, чем всю ночь слушать храп Ньяды. Да и этот не пожалел денег на кровать побольше. Места на двоих хватало с лихвой. Пока он раздевался, в голове заиграла типичная эротичная музычка. Вилкас плюхнулся на кровать и повернулся к стене передом, ко мне задом. Притворилась, что сплю, но, не смотря на дикую усталость с дороги, сон не шел мне в руки. Осталось только пялиться в потолок. — Где кольцо? — пробурчал сосед по койке. — Там, где ты не будешь его искать. — Разве тебя не учили, что чужие вещи брать нельзя? — Если расскажешь, как заполучил его, может, я тебе его и верну, — Вилкас повернулся на другой бок и пристально посмотрел на меня, дабы убедиться не обманывают ли его. — И даже не стану ничего говорить Кодлаку. — Ха! Ты думаешь, я его боюсь? — он самодовольно ухмыльнулся. — Я думаю, его мнение для тебя очень важно. А слушать нравоучения с его стороны ты точно не захочешь. Соратник лег на спину, и теперь на потолок пялились двое. — Ладно, — он обреченно вздохнул. — Возле Фолкрита задание было. По дороге встретил охотников местных. Они сказали, что неподалеку видели белого оленя. — И ты пошел его искать. — Во имя Исмира, ты можешь молча слушать? — он возмущенно посмотрел на меня, на что я легко улыбнулась. — Я помню, каково это быть волком, и насколько приятные ощущения дарит охота. Это нельзя забыть! Со своим зверем я не был таким… уязвимым, — я взглянула на него, чтобы увидеть, какие эмоции его переполняют. — И да! Я пошел его искать. Но он сам вышел мне навстречу. Хирсин хотел говорить со мной. Он сказал, что я должен забрать его проклятое кольцо у одного оборотня. — И ты пошел в некую пещеру поучаствовать в охоте на зверя. — Да, пошел. Но я не стал его убивать. Он отдал мне кольцо, и я отпустил его. — Убив при этом всех своих конкурентов. — Хирсин снял проклятие и подарил мне кольцо, чтобы я мог превращаться в зверя, когда пожелаю. Без него я обычный человек. — Даже при том, что ради забавы даэдра ты без малейших сомнений убил всех остальных охотников, для тебя это слишком малая плата. — Хирсин остался доволен, и никаких условий больше не выдвигал, — Вилкас начал злиться. — Ну, конечно! Кто озвучит то, что написано мелким шрифтом?! — Что ты несешь? — Я говорю, что если и есть какая-то подстава, то о ней тебе все равно не скажут. Подумай, Вилкас. Ты и вся твоя семья нагло избавились от его дара. Думаешь, даэдра прощают такое? Думаешь, он просто так отдал тебе свое кольцо в свободное пользование? Без каких-либо последствий? Хирсин, как ты сказал, сам явился перед тобой. Зачем?! Вернуть себе то, что принадлежало ему. И не о кольце идет речь, а о твоей душе, Вилкас. Сосед по кровати сел, нахмурился еще больше и злобно на меня посмотрел. — По-твоему, я — дурак?! Я это все и без тебя прекрасно понимаю! Я знал, на что шел! — Ты уже пользовался кольцом? — Не успел. — Хорошо. — А теперь, может, ты уже перестанешь умничать и отдашь мне его?! — он протянул руку ладонью вверх в ожидании получить назад свое украшение. — Тебе так сильно хочется его надеть? — Я просто хочу, чтобы оно было у меня. — А может, избавим тебя от соблазнов и попробуем расплавить кольцо в огне Небесной кузницы? — Ты уже что-то с ним сделала? — испуг и ярость в его глазах сплелись воедино. Захотелось, конечно, вкратце пересказать ему сюжет «Властелина колец», чтобы он понял, как выглядит со стороны его жажда воссоединиться с «подарком» Хирсина. Но я все-таки сдержалась. — Когда ты усмиришь свой пылкий нрав, и у тебя не останется ни малейшего желания носить это кольцо, я верну его тебе, — то есть никогда. — Мы договорились: с меня история с тебя кольцо! — Я сказала, что, МОЖЕТ, отдам его тебе. — Ты хоть понимаешь, насколько сейчас уязвима? — прошипел сквозь зубы Вилкас, осмотрев меня с ног до головы. — Ой, да убей уже меня, наконец, и покончим с этим! — Чего ты пристала ко мне, как банный лист? — от моего спокойствия и душевного равновесия он немного растерялся. — Может, я хочу тебе помочь, хоть ты этого и не понимаешь. А может, я, таким образом, защищаю себя от твоей излишней вспыльчивости. Все может быть, — я опять улыбнулась. — Как же ты меня бесишь! — с этими словами он лег и опять развернулся к стене передом, ко мне задом. Я молча смотрела на его спину, прислушиваясь к его ровному дыханию. Не удержалась — провела рукой по его волосам и плечу. Но Вилкас даже не шевельнулся. Тогда я тихонько встала и ушла слушать храп Ньяды. Здесь мне было точно не уснуть.

* * *

Следующие пару недель все свободное время я проводила за тренировками с Атисом, а если и подворачивалась какая-нибудь работа, мы уходили выполнять ее вместе с ушастым, где я теорию уже закрепляла на практике. Фаркас помирился с Карлоттой, едва она подошла к нему поговорить, и вернулся жить в ее дом. С Вилкасом мы практически не общаемся. Но когда я во дворе тренируюсь с Атисом, ему обязательно нужно поприсутствовать, чтобы озвучить свои колкие замечания по поводу моей профнепригодности. В общем, либо я сошла с ума и навыдумывала себе чего-то, либо он понятия не имеет, как ухаживать за женщинами. Пару дней назад меня таки достало это «дерганье за косички», и я немного психанула. Как обычно, я была во дворе и на этот раз отрабатывала новый прием, а Атис стоял сбоку: — Ногу выставь вперед… Локоть выше… Нет! Мечом от себя. Быстрее… Та-ак. Здесь нужно быть изворотливее, а с твоими габаритами это сложно. — Не поняла?! — я немного возмутилась, на что Рия, сидящая под навесом, громко хихикнула. — Он говорит, чтобы ты на диету села! — Вилкас спрятался в тени, спиной упершись о стену, и наблюдал за процессом. — Я совсем не это… — Атис хотел ему возразить, но я его перебила. — Тебе что, заняться больше нечем? — А я занят! Напоминать щенкам, где их место, очень тяжёлое занятие, знаешь ли, — он задумчиво посмотрел в небо. Разозлилась не на шутку, бросила мечи на землю и абсолютно безоружная пошла на Вилкаса. Он мгновенно выровнялся и приготовился отразить мою атаку, какой бы она не была. Но ее не последовало. Вместо этого, попыталась его поцеловать, но меня оттолкнули. — Ты куда лезешь? — кавалер явно не ожидал такого поворота. Я посмотрела на Рию. От увиденного она аж встала, и с довольной рожей мигом скрылась за дверью Йоррваскра смаковать с остальными это пикантное событие. — Ну, все, — перевела взгляд на Вилкаса. — Теперь все узнают, что я к тебе приставала, а ты меня отшил! Полагаю, теперь мы в расчете и ты мне отомстил?! — Судя по выражению его лица, он не до конца осознал, что происходит, и округлил глаза ещё больше, когда я полезла к себе в лифчик. — Вот, — швырнула в него кольцом Хирсина. — Делай что хочешь, только оставь меня в покое. Вилкас подобрал украшение, растеряно на меня посмотрел и удалился, не надоедая мне больше.

* * *

Атис отказался учить меня дальше, пока не услышит причину моего воскрешения. Тогда я наплела ему что-то о некроманте, собирающем цветочки неподалеку от Лабиринтиана, и о его неудачном эксперименте. А что, очень даже правдоподобно! Приукрасив историю вымышленными именами, скормила ее темному эльфу. Он сделал вид, что поверил.

* * *

Последнее время я каждую ночь просыпаюсь в холодном поту, едва мне начинают сниться драконы. Что может быть мучительней ожидания?! А Довакин? Как с ним поступить? Я настолько странная, что Соратники ДО СИХ ПОР ко мне привыкают. А что уже говорить о каком-то мужике\бабе, к которому\которой я еще должна втереться в доверие. Скоро придет Алдуин, и я это чувствую. Как же ожидание утомляет! И страх…