Любовь по расписанию

      — Ты не против, если я присяду?       Юля не сразу поняла, что парень обращается к ней и все так же продолжала набирать Диме SMS.  — Ау, ты что, глухая или, может быть, немая? — продолжал парень, бесцеремонно усаживаясь на место Димы, попутно достав учебники. — Советую отсесть от меня, — ответила девушка и отправила SMS. — С какого перепугу?       «Какой же он все-таки надоедливый, » — эта мысль посетила Юлю и заставила немножко отодвинуться от Надоеды. — С такого, что в этом классе я пользуюсь не лучшим авторитетом. Могу посоветовать вон ту компанию около учительского стола или ту, что около входа в класс — они здесь вроде «элиты». — Пожалуй меня не волнует твоя репутация. Тем более, что обе из этих групп послали меня к тебе. Сказали, что рядом с тобой мне и место. — Тоже изгой? — Нет, новенький. Я кстати Артем. А тебя как зовут, вредина? — Во-первых, я не вредина. — Ладно-ладно! Я просто пошутил… — А во-вторых, имя моё тебе знать незачем — все равно пересадят через несколько минут. — Это мы ещё посмотрим… — Как знаешь. Но я тебя предупредила: со мной лучше не водиться.       Прозвенел звонок, и все сели на свои места. В класс вошла учительница Ирина Михайловна — учитель строгих нравов и ужаснейших мер наказания, а так же классный руководитель 10 «Б». — Всем встать! — строго проговорила учительница. — Суд идёт! — крикнул Миша и все залились громким смехом. Все, кроме Юли. — Очень остроумно, Варшалин! Сядьте!       Она уже давно смирилась с его несерьёзностью. «Это бесполезно» — говорила она себе. Её следующим шагом было избавиться от него, выгнать из школы. Вот только как это сделать по закону — учительница еще не придумала… — У меня две новые информации для вас! Во-первых, у нас новый ученик. Встань, пожалуйста!       Юлин новый сосед по парте встал, чтобы показаться всему классу. Вдруг Михаил снова закричал: — Смотрите, он сидит с Чудачкой! — и класс разразился громким смехом. — Тихо! Всем тихо! Молчать! — кричала Ирина Михайловна, только все без толку. Когда все замолчали, она вздохнула и произнесла тихим и спокойным голосом: — Его зовут Артём Садофьев. Он приехал к нам из Твери. Будет учиться с нами до конца школы. Вы сможете с ним познакомиться поближе на перемене. Спасибо, можешь садиться.       Новенький сел на своё место и ехидно шепнул соседке на ухо: — Ну, что я тебе говорил? Придется тебе теперь терпеть меня! О, я прям прозой заговорил…       Юля предпочла промолчать. — А вторая информация заключается в том, что на Новый год мы идём на каток.       У всего класса поднялось настроение. У девочек, потому что они смогут похвастаться новыми коньками, у мальчиков, потому что они смогут посмеяться над девочками, которые хвастаются новыми коньками.       На Юле не было лица. Ей никогда не нравилось ходить куда-либо со своим классом. Учитель не прощает прогулов даже за это. Будь ты болен, хоть при смерти, экскурсии — это святое, и пропускать их нельзя! — Ещё две недели и Новый год! Ты пойдёшь? — Артем снова начал докучать своей соседке. — Пропускать нельзя. Придётся снова потерпеть. — Притворись, что больна. — Все равно нельзя. Сашу Радченко даже не отпустили на день рождения тёти. — Жестоко… — подумал сосед и отстал от девушки.       Каждый год на экскурсиях или праздниках Юля подвергается жестокому обращению от одноклассников. Подножки в галерее, камень в лоб в парке, толчок в музее — ко всему этому она уже привыкла. Каждый год одно и тоже. И в этом году, наверное, все будет так же…       За время урока она смогла рассмотреть Артёма получше: короткие белые, как пшено, волосы, голубые, как летнее небо, глаза. И яркая улыбка от уха до уха. То, чего не хватало Юле: улыбки и слов от сердца — все это было у него. Полная ее противоположность. Несовместимые. Но кто-то ведь однажды сказал, что противоположности притягиваются…

***

Последним уроком была география. Как только прозвенел звонок, ученики ринулись со своих мест, не заботясь об открытых сумках и падающих учениках младших классов. Учитель, возмущаясь их безрассудству, вышел в коридор. В кабинете не осталось никого, кроме Юли и Артёма. — А ты чего не уходишь? — поинтересовался парень у девушки. Она, в свою очередь, смотрела на телефон. А если быть точнее, на его темный экран. — Жду пока все уйдут. А ты почему не уходишь? — А я тебя жду, — беззаботно ответил новенький и поднялся со своего места, направляясь к карте мира. — И зачем ты это делаешь? — спросила Юля, оторвав глаза от мобильника. — Что именно? — Ну, достаёшь меня. Зачем тебе это? Ты что в сговоре с кем-то из девочек? Или тебя подослали мальчики, чтобы выведать все мои страшные секреты, а потом мной манипулировать? — Нет, зачем мне это? Ты обо мне плохого мнения! — Это первое впечатление, — огрызнулась ученица и снова уставилась в темный экран. «Почему же он не отвечает…» — Эй! Ау! Ты в сети или где? — паренёк помахал своей рукой перед лицом Юли и посмотрел на предмет её заинтересованности. — Я целый день за тобой наблюдаю. И целый день ты пялишься в этот телефон! Он что, святой? — Не твоего ума дело! — А я все же думаю, что моего! — с этими словами Артем схватил телефон и побежал к учительскому столу. — Эй, отдай! — завозмущалась девушка и вскочила с места. — Верни телефон! — Тебе что, парень должен написать, ты так волнуешься? — Отдай!       Беготня по классу продолжалась несколько минут, пока Артему это не надоело. — Хорошо, хорошо, — мальчик остановился около карты и поднял руку с телефоном. — Я отдам тебе твою вещь, если выслушаешь меня!       Юле тоже надоела эта беготня, поэтому, остановившись перед ним, она скрестила руки, выдохнула и произнесла: — Ладно, но только побыстрее, я могу опоздать.       Новенький взял со стола указку и направил ее на Россию. — Это — ты!.. — С чего вдруг? — ей явно не понравилась такая аллегория. — Дай договорить! Это — ты! Такая же важная и неприступная! А это, — указка переместилась на Америку, — я! Такой же новый и далекий. — Новый — это отсылка к Новому свету? — Да! Правильно мыслишь, Одноклассница! — мальчик не нашёл лучшего имени, чем это, как указка снова начала перемещаться по карте. — Так вот, Россия не даёт Америке право на переговоры уже сколько времени! Может быть, у Америки не плохие намерения, а даже наоборот? — Россия уже давало право на переговоры, и даже Аляску отдала. Да вот только толку от этого не было — одни санкции! — Юле понравилась эта игра в страны, и она даже вошла в раж. — Быть может, Россия хочет назад Аляску! — Может быть… А что, если Россия на самом деле просто хочет остаться неприступной?       Эти слова задели Юлю. Да, она не хотела общаться с этим человеком! Да, она хочет оставаться неприступной, и именно поэтому слова Артёма задели её. — Знаешь, мне уже пора… — она вырвала телефон у Артема, взяла свою новую сумку, подаренную мамой за хорошие оценки, и уже почти вышла, как её окликнули: — Так как тебя зовут? — Я скажу, только если мы с тобой сегодня увидимся хотя бы ещё раз.

***

      Юля любила танцы. Больше уроков или своего кота. Она ими жила, дышала. Ей нужны были танцы, как глоток свежего воздуха. На них она расслаблялась, ловила кайф, уходила в себя. Она не видела своё будущее в танцах, но в них она видела себя.       Сейчас каждый подумал, что эти танцы являются бальными, балетом или хип-хопом. А вот и нет. Это степ. Да, это не обычно, но все же этот звук ударяющихся ботинок о паркет действительно может расслаблять… Но сегодня ей хотелось убежать… Убежать ото всех и всего. Но она не успела… Не смогла…

***

— Сегодня к нам пришёл новенький. Его зовут Артём. Он занимается степом столько же, сколько и мы. Поэтому без труда сможет обучаться с нами. Встань вперёд, чтобы я смогла посмотреть, как ты двигаешься. И так, начнем с разминки! Внимание: три, четыре! Разом ударились металлические пластинки о паркет и зазвучали в такт друг другу. Только одна пара ног стояла на месте. И хозяин этих ног, смеясь, смотрела на свою соседку. — Ну, здравствуй! — сказал он, его улыбка не сходила с лица до сих пор. — Помнишь, что ты мне обещала? Девушка злилась на саму себя. Зачем, ну зачем она ляпнула тогда эти слова, никто же за зык не тянул! Но она была девушкой-словом, поэтому, немного помявшись, тихо сказала: — Юля. Меня зовут Юля.