6 демонов Камиллы Вей

В один прекрасный день, когда шестерняшки занимались своими делами и не беспокоили меня, я гуляла по поместью. Открывала интересующие меня двери и проходила в комнаты. В общем, осматривала своё временное жилище. И странно, что я решила заняться этим именно сейчас. Хотя… Мне просто стало скучно. Осо даже не пытался приставать ко мне сегодня, и я думаю, что он заболел. Конечно, было бы неплохо, если бы самый похотливый и извращённый брат перестал смотреть на меня, как на девушку. Но, исходя из приведённых мною прилагательных, следует, что этот хиккан-извратник не перестал бы обращать внимания на меня просто так. У него определённо что-то случилось. А если я поинтересуюсь как у него дела, то он от меня ещё век не отстанет и напридумает себе много лишнего. В поместье, в ранее невиданных мне комнатах, я нашла много чего интересного. В одной, например, я нашла футон на шестерых человек. Можно предположить, что раньше братья спали вместе (как это мило). И если сейчас я бы не знала, что у них у каждого своя комната, то предположила, что они спят вместе до сих пор (это уже странно). В ещё одной комнате я нашла кошачий рай, и догадалась, где Ичи проводит все своё свободное время. Эта комната мне собо понравилась, так как здесь можно играться с пушистым зверьем. И стоило мне открыть дверь, как все животные, что там обитали, обернулись ко мне и замяукали в один голос, зазывая меня поиграть с ними… Игралась я с ними долго. До того момента, пока не поняла, что с ног до головы в кошачьей шерсти. Она даже была у меня во рту. И я, напоследок обняв и погладив всех котов, побежала чиститься. Чистилась я куда дольше, чем играла. И последняя, удивившая меня комната, казалось, прилагается к Чоромацу. Это была домашняя библиотека… Точнее с виду это была обычная домашняя библиотека. Светлые шторы были занавешены, в воздухе летала солнечная пыль, воздух был немного спертый, но все это придавала комнате некую отчужденность от внешнего мира. Мне казалось, словно я залезла в шкаф и оказалась в другом мире. Ещё стеллажи стоят так причудливо, но довольно интересно — так мне казалось. Книжные шкафы стояли в два ряда, а посередине между ними был узкий витиеватый проход, который ввёл в глубь библиотеки. Проход состоял из стеллажей, забитыми книгами, и я шла вперёд, вертя головой из стороны в сторону. Он был не длинный, и как только закончился, пропали и шкафы с книгами, а передо мной предстало жалкое зрелище — алтарь певицы Ня, или как-там-её, окружённой аниме-девулями и всякими анимешными штуками. «Комнатка» была небольшая, так как наполовину была забита всяким хламом (хламом для меня естественно). С правого боку был футон, закиданный мягкими подушками, а возле него стояла табуретка, на которой находились аудиопроигрыватель и коробка с салфетками. Я тут же скривилась, и у меня появилось желание ретироваться и больше никогда здесь не появляться. Не появляться в этом доме, разумеется. Стены все полностью были обклеены плакатами, вырезками из журналов, фотографиями (на некоторых героиня фантазий Чоро даже не представляла, что её снимают). Слева от меня стоял стеклянный гроб шкаф, за которым находилась кукла Ня. И это было жутко. Её безжизненные глаза совсем не вязались с лёгкой улыбкой на её фальшивом лице. Мне стало совсем не по себе и я, сглотнув, решила сбежать отсюда поскорее. И по закону жанра, было уже слишком поздно — я услышала, как хлопнула дверь. Это, конечно, говорило о том, что кто-то вошёл в «священную обитель», а приближающиеся шаги только подтвердили мою догадку. Если бы я была в фильме ужасов, то я по идее должна была уже судорожно думать, куда мне спрятаться. Правда… Хоть моя жизнь сплошной триллер, но это не фильм, это место — не логово серийного маньяка-убийцы, а Чоро — всего лишь девственник-хикки. А я — это я. Мне не было ни стыдно, ни страшно, что я спалила его райский уголок, а вот ему как раз-таки будет и стыдно, и страшно, и многое другое. Уж я об этом позабочусь… — К-к-ками-чан?! — заикаясь, кричит он, стоило ему только заметить, как я «заинтересовано» осматривала его алтарь. Я брезгливо пнула в сторону его носок на полу, и развернулась к нему лицом, широко донельзя улыбаясь. Он весь покраснел, прикрываясь руками, будто стоит голый передо мной. Хотя, наверное, с его стороны все так и кажется. Все походило на то, словно я вломилась к нему в душ, и настойчиво пытаюсь убрать его руки от его мужского достоинства… Сравнение так себе. — Ого! Что это за место такое?! — спрашивает он, обливаясь потом, а сам наигранно смеётся и начинает копошиться в вещах. Думает, будто я поверю, что он не знал об этой комнате. Его же комнате. Он единственный отаку в доме, на кого он хочет свалить это все? Очкарик, который очки вовсе и не носит, шумно вздохнул и схватился за голову. Он смотрел на меня отчаянным взглядом, но все ещё пытался убедить меня, что этот уголочек библиотеки никак с ним не связан. А когда он пытался улыбнуться, — о боги, — мне стало совсем жутко и чуточку жаль его. Подыгрывать ему я не собиралась, разговаривать с ним тоже особо не хотелось. Не было с моей стороны и осуждающих взглядов, и я не пыталась ему сказать что-то вроде «сдохни», я просто развернулась и спокойно пошла на выход. Я думала, что Чоро оставит меня, либо среди ночи ворвётся в мою комнату и станет просить не рассказывать никому. Почему же никто раньше не находил его обитель? Да потому что никто и не читает в этом доме. Джуши ещё маленький. У Осо есть телек и журналы. Все книги о кошках в комнате Ичи. У Тодо есть телефон, где он может найти интересующую его литературу, вдруг приспичит. Кара… ну, он просто идиот. А знай я, что в этом доме есть библиотека, я бы если и взяла пару книг, не факт, что бы их прочитала. — Ками-чан! — умоляюще окликнула меня Чоро, догоняя на выходе из прохода. Я развернулась к нему лицом, а он упал на колени, и прислонился лбом к полу. Я чувствовала власть, но мне было слегка стыдно. — Прошу, не рассказывай никому! — А что мне за это будет? — спрашиваю я, не упуская момента подстегнуть человека в отчаяние. Он завис, думая над тем, что может мне предложить. Я смеюсь не громко. — Встань, дурашка. — он покорно встаёт, и я одной рукой треплю его за щечку. — Никому я не скажу, — весело улыбаюсь, сверкнув глазами, а он облегченно вздыхает, хватаясь за сердце и сгибается, будто бежал марафон. — Спасибо, Ками-чан, — мямлит, и я прыскаю. Жалостливо поднимает на меня свои глаза. — Должен будешь, — говорю я, несерьезно пригрозив пальчиком, и развернувшись на пятках, быстро иду на выход из библиотеки. Хехехе. В случае чего, лишняя поддержка мне не помешает. А Чоро всегда теперь будет на моей стороне.