Our Hope. (продолжение скоро...)

— Тебе следует уйти. Немедленно, — добавляет Энн, когда мы с Гарри смотрим друг на друга не отрываясь минут шесть. Сколько слез я еще должна пролить, чтобы больше никогда не плакать? Жалкое состояние. Он проводит рукой по волосам, а я наконец отворачиваюсь от него. Совсем не хочу его видеть после всего, что он сделал и сказал. Ни одна девушка не заслуживает такого отношения. Это ужасно. — Расскажи мне обо всем, Кэтрин. Я умоляю тебя, — молвит Энн, как только закрывает дверь за Гарри. — Я беременна Энн. У нас с Гарри будет малыш. Мой голос дрожит так, будто я боюсь произносить слов. Но мне просто больно, и комок в горле растем с каждым словом. А даются они мне крайне тяжело. Еще несколько часов мама Гарри задает мне тысячу и семь вопросов, и в конце концов мне становится легче. Она уходит, обещая встретиться со мной на выходных у Джеммы, и берет с меня слово, что я обязательно приду. Она ни разу не припоминает Гарри в разговоре, что несомненно радует. Она слишком волнуется за меня. Решаю не сидеть в кампусе целый вечер, а прогуляться по вечерней набережной, что недалеко отсюда. Надеваю теплый спортивный костюм и угги, и закутываюсь в теплый шарф, чтобы не простудить горло. Я слышала, что на набережной сильный ветер, особенно вечерами. Не описать, какое впечатление я получила от одного вида на эту набережную. Множество фонарей, расположенных вдоль создают необыкновенно прекрасную атмосферу. Я покупаю горячий черный чай, недалеко от места, и наслаждаюсь своей вечерней прогулкой. Глажу живот время от времени и ловлю себя на мысли, что привыкаю к своему положению. Интересно, мальчик это или девочка? Понятия не имею, но мне надо предупредить мою маму об этом. И я совершенно не знаю, как это сделать. Медленно передвигаюсь по набережной, рассматривая всю красоту вечера и невольно задумываюсь о переезде. Мечта жизни в Брайтоне так вдохновляет, что на секунду я перестаю думать о Гарри. Это великолепный город. Я уверена, что жизнь там имеет много перспектив для меня. Я так хочу переехать туда, и сейчас кажется идеальным временем. И для меня, и для… моего ребёнка. Решаю вернуться в кампус и хорошенько поесть. Приглашаю Викторию на ужин, и она соглашается, но говорит, что придет через час вместе с Дорданом. Я не прошу ее не брать его с собой, потому что уверена, что она посчитает это странным. Знаю, будет безумно неловко, но все-таки хочу хорошо провести время. Вечер проходит замечательно, Дордан постоянно шутит и обнимает Тори. На душе становится легко и спокойно, и я рада, что между нами нет никакой неловкости. Хотела бы я сейчас быть в любимых объятиях, но я совсем не желаю видеть Гарри прямо сейчас. Снова и снова отклоняю звонки, закатывая глаза. — Снова он? — спрашивает Тори, и я заливаюсь краской. Киваю головой. — Надеюсь он понимает, что натворил. Это отвратительно — так поступать с беременной девушкой, — ругается кудрявая. Дордан давится пиццей, и мы обе смеёмся. В данной обстановке мне уже не важно, что она только что сказала. Я абсолютно потеряна. — Ты беременна? — удивляется парень, и переводит взгляд на мой живот под бесформенным свитером, под которым совсем ничего не рассмотреть. Я снова киваю головой, и еле сдерживаю истерику. Беременность дает о себе знать. — Вау. Ты так молода, вся жизнь впереди, — говорит парень, немного меня раздражая. — Да, точно, — бросаю я, отводя взгляд. Почему мне вдруг стало стыдно? — Ты собираешься оставить его? — снова спрашивает Дордан, почти возмущая меня. — Дордан! — ругается Виктория. — Все хорошо, правда, — вру я, надеясь, что они не поругаются. — Мы… Я не уверена, что смогу позволить себе оставить ребенка, — грустно отвечаю я, и перевожу взгляд на свой округлившийся живот. Слышу глубокий вздох девушки напротив. Понимаю, такое сложно слышать, но сложнее это переживать. — Знаешь, моя сестра уже два года не может забеременеть и постоянно ищет суррогатную мать. Она предлагает большие деньги, и она действительно хороший и заботливый человек, прямо как ты. Если ты рассматриваешь вариант отдать ребенка на усыновление после родов, то я могу предложить тебе встретиться с ней, если ты хочешь, — увлеченно рассказывает нам Дордан. Эта идиотски ненормальное предложение звучит так просто из его уст. Я совершенно не знаю, то делать, но это и было одним из вариантов моей дальнейшей жизни. У Гарри нет времени и желания иметь ребёнка прямо сейчас, а у меня нет возможности содержать его одной. После нашей последней встречи, мне кажется, то всё кончено. Точнее, я абсолютно запуталась. — Ты не мог бы оставить мне её номер? Я позвоню, как только решусь на это, — прошу я, ненавидя все свои слова. — Да, конечно. Виктория дает Дордану ручку и он черкает номер своей сестры на белоснежной салфетке. — Нормани Он пишет её имя. Я забираю салфетку у Дордана и нервно складываю её в карман джинс. — Спасибо, — стыдливо произношу я и опускаю взгляд. Гарри. Он снова пытается дозвониться до меня. Сбрасываю, зная, что это выводит его из себя. Знаю, веду себя как маленький ребёнок, а не будущая мать, но я не смогу разговаривать с ним после тех слов, что он наговорил мне.