Our Hope. (продолжение скоро...)

— Боже, откуда в тебе столько… Всего?! — не понимает девушка, держа мои волосы на затылке. Утро субботы выдалось для меня ужасным. Я проснулась от ужасного токсикоза. Девушка по соседству готовит какое-то непонятное-ужасное-пахнущее блюдо. От одного запаха меня вывернуло так, что глаза чуть не выпали. Я умываюсь и вытираю лицо полотенцем, после взаимных утренних объятий с унитазом. Слышу звонок телефона и уже автоматически не делаю никаких попыток посмотреть, кто мне звонит. — Сегодня идёшь встречаться с родственниками Гарри, не забудь! — кричит Виктория, которая любезно моет после меня унитаз. Чёрт, точно! Я попросила Тори напоминать мне все мои планы, потому что я забываю буквально всё, и это уже не смешно. Сегодня я заставляю себя выпрямить свои уже длинные волосы и надеваю длинное нежно-розовое платье, белые Converse, и джинсовку на два размера больше. Мне до сих пор не комфортно, когда люди смотрят на меня, как кусок мяса в голодовку. Я отправляюсь в ближайшее кафе, чтобы съесть блинчик с вареньем и выпить немного сока на обед. Больше в меня ничего не залезет. Весь вчерашний вечер я смотрела апартаменты в Брайтоне. Я серьёзно подумываю перебраться именно туда. С Гарри или без. Скорее всего без. — Алло, добрый день. Меня зовут Кэтрин, я хотела бы узнать по-больше о квартире в Брайтоне, которую вы сдаёте, — начинаю я. Я слушаю часовой монолог о том, почему именно квартира этого мужчины по имени Джулиан мне подходит. Его рассказы очень вдохновляют меня, звучит он очень убедительно. Вид на великолепный берег — это то, что серьёзно заставляет меня хотеть переехать туда прямо сейчас. — Спасибо за информацию, я позвоню вам, как только решусь на переезд, — прощаюсь я с Джулианом и тяжело вздыхая, складываю пару долларов на чай любезному официанту. Всё мое тело дрожит, когда я паркуюсь у дома Джеммы. Что они будут говорить мне? Я не хочу слышать миллион вопросов и просьб простить дурацкое поведение их сына и брата. Он ясно дал мне понять, что его абсолютно не волнует наш… Мой ребёнок и я. Тяжело осознавать это. Я люблю его больше всех на свете, но к счастью, именно Гарри научил меня чувству собственного достоинства. Я не знаю, что всё-таки сделаю, когда родится ребёнок, но говорить то, что говорил Гарри… Слова просто невероятного идиота! Я больше не дам себя в обиду. Он не дождется. — Кэтрин, мы ждали тебя, заходи! — Джемма обнимает меня, после чего её действия повторяет Энн. Они одни дома. Спасибо, Господи! Я разуваюсь и прохожу на кухню. — Расскажи нам всё от и до, — радуется Джемма, как только я сажусь на стул, и я сдерживаю себя со всех сил, чтобы не закатить глаза. Спустя три кружки невероятно вкусного чая, я наконец заканчиваю эту не очень грустную историю, и тяжело вздыхаю. — Гарри должно быть полнейших кретин, раз не понимает, какое это счастье, — говорит Джемма, и я делаю вид, что не слышала её. — Он просто очень переживает, — оправдывает его Энн. Я понимаю, что это её сын, и она никогда не поверит в то, каким дерьмом он иногда бывает. Но, увы, это так и есть. — Почему когда он улетает со своей командой и оставляет её здесь одну, никто не думает, что она очень переживает? Не надо оправдывать мужское поведение. Каждый ведёт себя именно так, как он хочет себя вести. И Гарри не «просто очень переживает», Гарри превратился в полного придурка! Несмотря на все оскорбления, я очень благодарна Джемме за её слова. Мне приятно, что она входит в моё положение, но и слышать все эти слова о Гарри очень тяжело. Мне хочется обнять и убить её в одно время. Энн грустно опускает голову и я почти вижу, как её глаза наливаются слезами. Я обещала себе не плакать. Я буду сильной, я буду стараться жить для себя и для ребёнка. Тратить нервы на всё остальное у меня просто нет сил. Я встаю и обнимаю Энн, в то время как Джемма объясняет ей, что он не стоит её слез. — Ты хоть будешь ходить к нам в гости с ребёнком, если всё-таки не простишь его? — слёзно умоляет меня женщина. Если бы я только знала, что будет, когда я рожу его…или её. Не думаю, что ребёнок останется со мной. Хоть и в глубине души я этого очень желаю. — Конечно, Энн. Оставшиеся три часа Джемма рассказывает нам о своей предстоящей свадьбе. Звучит всё так невероятно сказочно. Ловлю себя на мысли, что немного ей завидую. Она счастлива, это увидит даже слепой. — Кэтрин, на улице ужасный ливень, ты сегодня остаёшься у нас! — говорит Джемма, и Энн с ней соглашается. — Ничего страшного, я доеду до кампуса за три минуты, — вру я, ведь дорога до компасу от дома Джеммы занимает полных сорок минут. — Нет. Это даже не обсуждается. Комната сверху уже готова, ты можешь остаться там, — объясняет Джемма, и я зеваю. — Вот видишь, ты уже засыпаешь. Закатываю глаза и мы смеёмся. Несмотря на на что, я очень люблю эту семью. Они всегда рядом и всегда заботятся обо мне. Не знаю, за что я заслужила таких людей рядом. Когда я наконец принимаю быстрый душ, надеваю майку и короткие шорты, которые мне оставила Джемма на постеле. Какая же всё-таки мягкая кровать. Она не сравнится с моей кроватью в кампусе. Пишу сообщение Тори, что остаюсь у Джеммы, ведь она наверняка ужасно переживает. Глаза закрываются, и я даже не успеваю укрыть себя одеялом. Чувствую резкое тепло на своём животе и моментально открываю глаза. Покрываюсь холодным потом, ведь в темноте ничего не видно, и мне становится ужасно страшно. Обнимаю живот и пытаюсь вглядеться в фигуру, сидящую на кровати рядом со мной. — Это я, — шепчет мой горячо любимый голос, доставляя мне огромную боль. Я выдыхаю и стараюсь держать себя в руках. «Я. Должна. Быть. Сильной.» — Зачем ты пришёл? — спокойно спрашиваю я, и опрокидываюсь на подушку. Гарри включает лампу у кровати, и я морщу глаза. — Я не знаю. — Хороший повод, — язвлю я, ведь ничего не могу с этим поделать. Он смотрит на меня около минуты. Какой же он красивый. Его обкусанные гласные губы так и просят облизнуть их. Ох. — Ты ведь знаешь, что я не хотел тебя обидеть? Его отчаянный голос раздражает меня и пробуждает желание разрыдаться и простить ему все его грехи. Я провожу рукой по животу. — Это уже не важно, Гарри. Мой спокойный голос удивляет его, и он пытается взять меня за руку, но я вовремя её отдёргиваю. Меня слишком обидели его слова в прошлый раз. — Ты любишь меня? — его голос рвёт моё сердце на части. Господи, он невероятный дурак, если думает, что я не люблю его. Но я не позволю больше относится ко мне так, как он делал это. — Я переезжаю, — говорю я первое, что приходит мне в голову. — Что?! — ошарашенно спрашивает он. — Да, переезжаю. Я встаю и иду умывать лицо. Я вся горю. Хочу убить его или переспать с ним прямо сейчас.