Обет Стендарру

"Ночь падает на землю незримым покровом, плотной темнотой ложиться на ее поверхность, и все вокруг становиться неощутимым, необъятным, будто слившемся с угрюмым мраком. Луны, как бы ярко они не светили, не в силах прорвать плотную завесу, им остается лишь ждать, когда наступит утро и они утонут в насыщенной синеве бескрайнего неба. А пока оно - черное полотно, не способное сдержать их света. Ветер настолько утих, что не чувствуется его холодное северное дыхание, ни одна ветка молодого, такого податливого дерева, не дрогнет, ударяясь о его слабые порывы. Звезд, обычно рассыпанных по небу - нет, но вместо них волшебство дарит нечто иное, не менее чарующее и завораживающее - мелодии, так не вовремя вдохновение поселилось в сердце музыканта, и теперь он дарит миру чудные мотивы, какие только может подарить его инструмент. Убаюкивающие, но отнюдь не спокойные, они вздымаются вверх а после, плавно перетекают в едва ли слышные звуки, при этом не теряя своей притягательность, незамысловатые, но простота идет только на пользу, в них чувствуется тоска, так часто одолевающая флейтиста. Мелодии с каждым выдохом усиливаются, но не резко, а постепенно, и от того немного пугающе, будто тысячи голосов сплетаются в одну тихую песню старенькой флейты. В такие минуты я не могу не задумываться об этом мрачном типе, многое пережившем, пожалуй, даже слишком многое. Мне мало что известно о нем, но этой информации достаточно, чтобы с уверенностью сказать, как тяжело ему пришлось. "Я был бардом, вернее хотел им быть, но потом меня заразили",- это все, что он сказал о себе, и я не имею права в этом сомневаться, потому как сам слышал его прекрасный голос. Мы встретились у старого, разрушенного жилища, недалеко от Виндхельма, я прибыл туда по заданию убить вампира, но он оказался дружелюбным и на редкость пугливым отшельником, взамен на жизнь он предложил сотрудничество, объясняя это тем, что ненавидит свою болезнь и Даэдра. И я поверил. Вот, просто так поверил. И согласился. Мы собрались путешествовать, выполняя поручения моего начальства, которое, само собой, не знает о моем спутнике. Что же до меня, то я простой Дозорный Стендарра, писатель, поэт, можно было подумать, что я наивен и доверчив, но на самом деле, я просто стремлюсь к гармонии, ведь искусство - это умение замечать прекрасное!" Парень аккуратно, стараясь не размазать по тонкой бумаге чернила, дописал последние буквы, чересчур наводя, и оставив высыхать, вышел из сделанной на скорую руку, хлипкой палатки. Данмер по-прежнему играл, закрыв глаза, видимо, вспоминая какие-то моменты из жизни. - Все играешь? - норд подошел к, отвлекшемуся на него эльфу и тут же, спохватился. - О! Я тебе сейчас кое-что принесу, оцени. - Парень спешно пошел в палатку, и вынес из нее небольшую брошюрку, на которую упал сосредоточенный взгляд данмера. - Это что? Дневник? Я думал, все записанное в нем, скрывают. - А, ну, я ведь не писал ничего секретного, и к тому же, ты можешь подтвердить достоверность. Вот, читай. - Парень плюхнулся на "подстилку" рядом с данмером, и с трепетом протянул свою книжку в руки эльфу, затаив дыхание, то и дело нетерпеливо заглядывая в дневник. Темный эльф читал быстро, соскальзывая с одной строки на другую, но для норда это казалось вечностью. Наконец, данмер остановился на одном слове - значит, закончил. - Ну как? - И какой, скажи мне, из тебя писатель, если ты ни одной книги не написал? Только в дневнике своем черкаешь, да письма родственникам носишь? - Норд обидчиво отвернулся, тихо бубня себе под нос. Нет, ну неужели сложно не портить настроение? Хотя, оспорить слова данмера он не мог, да и стоит ли? - Я стану им. И ты еще удивишься, насколько интересным бывает сюжет и красив язык. - Конечно, осталось выяснить когда. - Наблюдая за тем, как закипает норд, вампир решил спешно удалиться, разбавляя обстановку тихим смешком, что, впрочем, не помогло: горсть мерзлого снега уже достигла своей цели, оставляя маленькие снежинки путаться в волосах. - Дейвир! Говнюк. Утро осветило своим перламутровым светом, так хорошо сочетающимся с золотыми лучами солнца. Снег чуть-чуть подтаял, открывая миру зеленые расточки незацвевшего растения, которые были тут же вдавлены в землю под натиском кожаного ботинка. Его владельцем оказался данмер, решительно шагающий в сторону, распростершегося под заснеженным холмом лагеря. Догорающие угольки недавно разоженного костра, вспыхивали рыжим пламенем и мгновенно потухали, становясь совсем черными, подобно вчерашней ночи. Эльф не старался поддерживать огонь - наоборот, он обходил пепелище стороной, словно не замечал его, путь Дейвира лежал напрямую к палатке. На меховом спальном мешке, покрытом неплотной третьесортной кожей, покоилась большая сумка, сполна набитая всяким барахлом, звенящем в руках данмера. Эльф вытащил какой-то предмет, обернутый тканью, и стал развязывать крепкий узел, чтобы вызволить безделушку из своего рода оков. Ею оказался искусно высеченный кинжал, такая тонкая работа, без единой неточности, гладкое лезвие, чуть поцарапанное во время битвы, острое на конце, наверняка, не раз спасало жизнь его обладателю. Данмер изучал каждый сантиметр своего оружия, как вдруг был прерван звонким голосом друга. - Зачем ты его прячешь? - Устало покосившись на норда, Дейвир тяжело вздохнул, сейчас ему совсем не хотелось ничего объяснять, особенно это. - Это реликвия. И мой талисман, я не хочу, чтобы его стащили воры. - Талисман? И с каких пор оружие бывает талисманом? - Вот с этих самых. - Норд на секунду задумался, будто пережевывая все сказанное эльфом, тот явно не желал разговаривать, но для общительного юноши было бы слишком неприемлемо молчать. А потому, парень решил банально перевести тему, ну, почти. - А где ты его так поцарапал? Ты же не умеешь с ним обращаться. - Ну, почему же, умею. Пусть не так хорошо, как магией, но в бою больше двух минут продержусь. Поцарапал - на Солстейме, там прошло мое детство - только не я, а мой дядя. - Дейвир затих и посмотрел на любопытного юношу, тот радостно улыбался, вслушиваясь в каждое слово данмера. И от этой радости эльфу тоже стало как-то спокойно. - Ты сегодня какой-то разговорчивый, настроение хорошее? - Главное, что не плохое. - Эльф поднялся на ноги и потащил сумку к лошадям: собирается выезжать. Юноша последовал его примеру и стал складывать вещи, начиная со спального мешка. Спустя некоторое время, все припасы были сложены и погружены на лошадей, а путешественники были готовы выступать, убедившись, что они ничего не забыли, ребята оседлали скакунов и легкой рысью пустились в путь. Цокот копыт стал слышен, как только они выехали на каменистую дорогу, так, изредка переговариваясь, они перешли на галоп и скакали прямо на Ферму Лорея. Погода выдалась чудесная: солнечные блики играли на ледяной воде, а зеленая трава, и меж колосьями пшеницы просвечивались горноцветы, чьи стебли колеблются от небольшого ветра. Поляну покрывали выступающие камни, обросшие мхом, а повсюду витал аромат весенней благодати и талого в горах снега, лошади замедлили ход и приключенцам удалось вдоволь насладиться пейзажем, так и тянуло броситься в пляс, босыми ногами касаясь трав и цветов, но вопреки всему, ребята непрерывно скакали, не сворачивая с вытоптанной тропы. - Стой, Дайвир. - Норд притормозил коня, и спустился на землю. - Я сорву несколько цветов. Для Вивиан. - Эльф тут же состроил кислую мину, глядя на то, с каким энтузиазмом друг тщательно отбирает самые красивые цветы, для этой несносной дамы. Она сразу не понравилась данмеру, и как на зло, именно ей норд рассказал о его существовании. Но как бы не было перекошено лицо мера, юноша не обращал на это никакого внимания, и продолжал рвать цветы, которые, скорее всего пойдут на ингредиенты для зелий. - Ну, куда ты столько цветов? Она их что - есть будет? Хватит ей два-три цветочка, все равно не оценит... - Негоже дарить два цветка, это ведь не букет! Я считал, что вы, дамнеры, в этом лучше всех разбираетесь. - Дополняя горноцветы пасленом и лавандой, не забывая при этом вплести Корень Нирна, парень не заметил удивленное, однако, все такое же недовольное лицо эльфа, который был с чем-то сильно не согласен. - С чего это ты взял? - Ну, а как же? Стоит только почитать вашу историю и припомнить некоторых личностей. - Не греби всех под одну гребенку, Ингвар. В нашей истории много чего написано. В том числе и про нелепое союзничество с нордами. Не понимаю, как ладили наши предки. - Дейвир, шипя сквозь зубы, пытался держать себя в руках, чтобы не навалять этому бестактному северянину, что так беззаботно рвал траву для своей чокнутой любимицы. Парень бережно перевязывал букет белой льняной нитью, попутно болтая с занудой данмером, отпустившим поводья лошади. - Ну, мы же с тобой как-то ладим, и причем очень неплохо. - Дейвир чуть не подавился зеленым яблоком, от такого заявления, слишком внезапного для него. Учитывая, что пять минут назад он хотел придушить Ингвара. - Да и потом, смотри, как у нас хорошо идут дела! - Тут у эльфа не хватило ни сил, ни терпения, ни воли. - Хорошо? Да мы этого несчастного оборотня должны были еще вчера поймать. Он уже, наверное, сдох от ожидания! Плевое дело, а мы все возимся. - Тем лучше: застанем его врасплох. - Мер протяжно заскулил, всем своим видом изображая изнеможденного мученика, на чьем пути встретился вселенский ужас - веселый норд, слишком оптимистичный для такого убогого мира. На несколько минут наступила тишина, такая тягучая, что эльфу стало не по себе, видя молчаливого и задумчивого юношу. Тот перебирал какие-то мысли, совсем не радостные, не добрые, а в лице читались серьезность и недоверие. "Сглазил", - пронеслось в голове у Дейвира, но вдруг из уст приятеля послышался звук. - Кстати, о вервольфе... Ты их когда-нибудь встречал? - Я - нет, а ты разве не должен...? - Нет. Они слишком опасные, а я ведь недавно стал Дозорным. Нам повезло, что этот только начал набирать сил. - Приехали. Лошадь брюзгливо фыркнула, и остановилась, давая возможность всаднику спуститься на землю, тот немедленно слез со скакуна и привязал его к ограде у фермы, рядом со второй лошадью. Ребята подошли к двери и запнулись, проговаривая про себя, что скажут хозяевам, уже собравшийся стучать, норд вдруг остановился и повернулся к данмеру. - Натяни капюшон: догадаются. - Как только юный эльф послушно выполнил требование Дозорного - обязательное условие их общения - парень постучал. Мгновение спустя им открыли, а за дверью показался рослый имперец со смуглой кожей и голубыми глазами, вид у него был не дружелюбный и напуганный. - Вы кто? - Вы, кажется, просили прислать Дозорных Стендарра? - Хозяин облегченно выдохнул и отошел вглубь комнаты, пропуская незадачливых гостей, переминающихся с ноги на ногу. Навстречу мужчине вышла немолодая альтмерка, с таким же испуганным взглядом. - Кто пришел, Ванций? - Это Дозорные, все в порядке, - женщина приветливо улыбнулась и поманила путешественников рукой к столу. Те застенчиво усмехнулись и сели на предложенные места. Имперец сел напротив визитеров и, собираясь с мыслями, начал беседу. - Нам говорили, что вы приедете одиннадцатого, но вас вчера не было. Мы уж думали, что не придете. Голодны, небось? - Гости дружно закивали, а хозяйка дома в ответ достала тарелки.