Сломленный

Взять подушку было хорошей идеей, и стул был удивительно комфортным. Его разбудило какое-то движение, но не Нила, это была медсестра, которая проверяла его. Ее лицо было незнакомое. Он потянул за рычаг на кресле, возвращая его обратно в вертикальное положение. Он был немного смущен тем, что он растянулся здесь и, наверное, храпел, а персонал больницы входил и выходил из комнаты. Он посмотрел на часы: семь пятнадцать. Он посмотрел на IV, висящий над Нилом; конечно, один пропал без вести. Лекарства, чтобы держать его в отключке, больше не применялись. Это было запланировано на пять утра. — Как он? — спросил он, его голос хриплый со сна. Ему нужен был в кофе. — Замечательно, — сказала она, — у него сильный организм. Он, кажется, хорошо реагирует на прекращение седативных. — Она оглянулась на Нила. — Его дыхание и пульс возвращаются к норме. Мы должны внимательно следить за наличием признаков инфекции или осложнений после операции, особенно в течение следующих десяти часов. Питер поднялся и шагнул ближе к кровати. Не было похоже, что Нилу стало хуже. — Когда он проснется? — Когда он будет готов, — ответила она, — Агент Берк, да? Он кивнул и она продолжила. — Меня не было здесь вчера, но они сказали мне, что вы были здесь, с того момента, как его привезли, — она взглянула на блокнот, что держала в руках. — 'смягчающие обстоятельства' с разрешения врача абстрагироваться от политики посещения. — Есть преимущества быть агентом ФБР, — сказал он с улыбкой. — Меня проинструктировала по его делу старшая медсестра, когда я пришла, — сказала она. — Как хорошо, что эти 'смягчающие обстоятельства' были, — она посмотрела на Нила. — Он чувствует себя удивительно хорошо, и я понимаю, почему вы не хотите, чтобы он проснулся в одиночестве, — она сделала паузу, — но все же могут пройти часы, прежде чем он придет в сознание. Возможно, вам стоит сделать перерыв — пойти домой. Если мы увидим признаки пробуждения, я обещаю, мы позвоним вам. — Я принесу кофе, — сказал Питер, — и буду в порядке некоторое время. Если он не проснется к обеду, я пойду домой, приму душ и увижу свою жену. Мне просто нужно убедиться, что когда он проснется, он будет там. Под ее любопытным взглядом, он понял, что на самом деле сказал. — Я имею в виду, убедиться, что он в порядке. — Это не то, что вы сказали, — заявила она. — Что вас беспокоит, Агент Берк? Питер вздохнул. А она проницательна. — Когда мы его нашли, он был в сознании пару минут, — объяснил он, — но что-то было не то; не то чтобы он был в бреду или запутался, или еще что-то. Я мог бы справиться с этим. Но у него не было ничего. Там была… пустота в его глазах, — он остановился и улыбнулся, хотя ему было нисколько не смешно. — Нет никаких признаков повреждения головного мозга, — заверила она его. — И есть несколько факторов, которые могли стать причиной отсутствия реакции. Например, шок, — она продолжала. — Также возможно, что он просто ничего не осознавал. Иногда глаза пациента могут быть открыты, но они не осознанные и не осведомлены о своем окружении. — Я все это знаю, — сказал Питер, — но у меня плохое предчувствие, и я не думаю, что оно пройдет, пока он не проснется и я не увижу, что он действительно в порядке, понимаете? — Да, — она улыбнулась, — Идите выпейте кофе. Показатели у него хорошие, но не похоже, что он вот-вот проснется, так что позавтракайте. Ему нужен был кофе и ему нужно было позвонить Элизабет. Было еще слишком рано, чтобы беспокоить Джонса с теми докладами, но это было в списке его дел на сегодня… — Хорошо, — сказал он, — я пойду. Мне все равно надо размяться, — он шагнул к двери, но оглянулся на Нила. Она увидела его нерешительность. — Обещаю, я сразу позвоню, если что-нибудь случится. Они не должны были позвонить ему; он надеялся, что будет сидеть рядом с Нилом, когда тот откроет глаза. Он придвинул стул с прямой спинкой и оставил кресло для ночных часов. Питер не видел, как его глаза открылись, он взглянул на него и увидел, что голубые глаза были открыты. Он не издал ни звука, но, в то время, как Питер читал отчет Джонс, он продолжал смотреть на Нила, желая открыть его глаза. Он только прочитал предварительную экспертизу рубашки Нила; были найдены следы крови и мозгового вещества. Он с ужасом понял, что тот человек был казнен перед Нилом. В самом деле, согласно докладу, прямо перед ним. Нил бледнел при виде мертвого тела в комнате, под простыней; Питер мог только представить, насколько травмирующей была казнь, свидетелем которой он стал. Когда он посмотрел вверх, глаза Нила были открыты. — Привет, — сказал он, быстро положив папку и поднимаясь со стула. Его улыбка быстро угасла, когда Нил никак не отреагировал на его приветствие. Он даже не двинул головой. Питер повел головой вниз, подставив его голову взору Нила. — Нил, — он пытался не допустить умоляющие нотки в его голосе, но совсем не удалось. — Пожалуйста, посмотри на меня, Нил, — Он почувствовал проблеск надежды, когда Нил двинулся; его голова сместилась, как и рука на постели. Когда Питер выпрямился, голова Нила передвинулась, как бы следуя за ним. Но до сих пор не узнавание в его глазах; они были так же пусты, как и в подвале. Питер почувствовал знакомое стеснение вокруг его груди; тяжесть страха в животе. Нил повернул голову в сторону, даже не глядя в сторону Питера. Питер протянул руку, и за подбородок Нила осторожно повернул его к себе лицом. Не было никакого сопротивления. — Ты меня слышишь? — Питер спросил, его глаза разглядывать голубые, в поисках своего друга. — Нил? — ответа не было; ничего не было. Нил смотрел мимо него, не подозревая, что он даже был там. Питер отпустил подбородок Нила через мгновение; голубые глаза снова закрылись. Питер испустил судорожный вздох; то, что он боялся больше всего случилось. Глаза Нила были открыты, но его друга по-прежнему там нет.