Любовь в маске

      - Чем занята? – вопрос был адресован юной Дюпен-Чен, что листала блокнот с эскизами, изучая все свои наброски с аксессуарами и украшениями для свадебного салона тети Риты. Ей необходимо было сделать отчет и отправить ей по почте, так как в ближайшее время у нее намечалось не мало дел, препятствующих её нахождению в салоне. Оторвав голубые глаза, героиня Парижа устало улыбнулась. Заметив не столь яркую улыбку, Натаниель подошел ближе и сел на ковер рядом с ней. Эта комната не была обширно обставлена. Обычно здесь ребята выполняли свои работы, а после освобождали место. Они решили прозвать эту комнату – студией для творчества, так как каждый мог здесь творить.       - Хочу поскорее отправить отчет мисс Рите. Она ждала его еще вчера, но я совсем об этом забыла. Благо, она не рассердилась и поняла. – ответила она, кладя скетч на мягкую поверхность. Сейчас она была одета в спортивную одежду, в которой было удобно и комфортно, а волосы были заплетены в слабую косу, отчего пару прядей волос слетали ей на лоб и щеки.       - Не перетруждай себя слишком сильно, Мари. – улыбнулся тот, поправляя прическу брюнетке, ощущая ее близость всем нутром. Его пальцы еле касались кожи девушки, отчего на лице парня сразу же проявились еле видимые пятна смущения. Сама же Маринетт этого не замечала, она чувствовала себя ужасно, хоть и не понимала, почему. Тикки в это время сладко сопела в ее комнате, а потому девушка даже не будила ее, когда покидала комнату и спускалась в студию. – Сейчас уже поздно, тебе ведь завтра утром вновь подниматься спозаранку.       - Ты прав, но я не хочу подвести тетю. Я всего лишь отправлю ей эскизы, которые я приготовила для новой ее коллекции. – оправдалась девушка. Около получаса ушло на то, чтобы осуществить этот замысел. Все это время Куртцберг был поблизости, наблюдая за девушкой и удовлетворяясь всего лишь ее присутствием. Конечно, пока они сидели вот так, в его голове много чего происходило. Он знал, что девушка стала ближе к Адриану Агресту, к которому он питал смешанные чувства. Вроде бы ненавидеть его не за что, но при этом он боялся потерять Маринетт. Она была слишком дорога ему и нужна.       - «Она ведь все еще любит его?» - сжал губы тот, целясь взглядом в пол, пока та заканчивала отчет. Он сомневался, что его любовь окажется взаимной, но старался не показывать свои сомнения. Несмотря на хмурые мысли, художник понимал всю ситуацию –девушка не обязана была его любить, ведь это будет ее выбором и ее желанием. Хотя мечта и надежда, что он наконец получит свое счастье в руки имела большое значение.       - Ну вот и все! – потянулась Мари, сидя на стуле, оборачиваясь к другу. Улыбнувшись ему чуть ярче, чем до этого, она жаждала отдыха, хотя была готова еще побыть вместе с Натаниелем. Тот был очень рад, что теперь ему будет уделено внимание. Оглядевшись и заметив, что дверь закрыта, а на часах уже было почти двенадцать, он взглянул на особу, к которой питал нежные чувства.       - Думаю, тебе стоит отдохнуть и идти спать. – проговорил аловласый паренек, решив пожертвовать своим временем для героини. Та понимающе кивнула, но через пару секунд, о чем-то задумавшись, а именно о прошлой ночи, брюнетка подсела ближе к другу, оказавшись точно на против.       - Что такое? – недоумевая, спросил студент, смущенно улыбаясь любимой. Такой неожиданный шаг с ее стороны заставил его замереть на месте, предвкушая неизвестность ее действий.       - Ничего. Просто подумала, что еще не хочу спать. – улыбнулась она, оправдываясь, хотя выглядело неубедительно. В надежде, что девушка ради него решилась остаться еще немного, он почувствовал прилив счастья. Пусть это и не были заветные слова, что он ждал от нее, ему было достаточно и этого. Дюпен-Чен позволяла ему больше, чем могла позволить бы.       - Ты хочешь мне что-то сказать? – спросил вдруг он, не осознавая вопроса. Но сказав ей это, он пожалел, ведь с его стороны это было безумно настойчиво и категорично, но ЛедиБаг не страшилась ответить, а потому, выдохнув, сделала серьезное лицо.       - Мы давно с тобой не разговаривали, и мне есть, что тебе сказать. – заговорила студентка Международной Академии Моды, слегка запнувшись, но продолжив. – Ты ведь уже знаешь, что теперь я в одной группе с Адрианом, и мы слишком часто проводим время вместе. Я стала замечать за собой, что постепенно привыкаю к нему и больше не боюсь разговаривать с ним. Впрочем, мне не впервые привыкать к человеку таким образом. Если я не ошибаюсь, но походу мои чувства остыли к нему, хотя осталось кое-что, но оно проявляется не так сильно.       - Маринетт, тебе не обязательно было с ним настолько сближаться. Хотя, я сделал тоже самое, когда стал ближе к тебе, но почему тогда мне так сложно оставить свои чувства? – вдруг затрепетал он. Слова сами вырывались, однако это именно то, что он хотел бы сказать, а не умалчивать от подруги.       - Прости, но ведь я не ты, ты не я. Я смирилась и оставила свои чувства, замещая их дружбой. С твоей стороны все по-другому. Прости, что доставляю тебе неприятности. – слегка раздосадованная она опустила лицо, но парень выдавил смешок и потянул пальцы к ее подбородку. Приподняв ее лицо, он стал немного ближе. Глаза девушки невольно широко открылись. Его дыхание опалило личико Мари, а после его губы коснулись щеки, на которой уже бушевал румянец. Она даже сама не могла понять, что происходит, но отталкивать или дерзить она даже не имела сил.       Чуть отпрянув, Натаниель смотрел в округленные глаза Дюпен-Чен, которая не могла сосредоточиться и была полностью растеряна. Осознав, что только что он сделал, он дернулся в противоположную сторону. Поспешно взлетев на обе ноги, художник мигом последовал к двери, и, редея, словно вишня, выпалил на последок:       - П-прости… Спокойной ночи! – и закрыл дверь, убегая в комнату. Оказавшись в стенах собственного мира, парень оперся о дверь и съехал вниз, ощущая на губах свое деяние. Он полностью потерялся во времени, и не зная, что делать дальше, чувствовал вину и трепет, будто в его жизни случилось что-то поистине ужасное и прекрасное. Но это до жути было таким великолепием, что он даже себя успокоить не мог – сердце подпрыгивало и заставляло ежиться от холодка, прошедшего от макушки.       А вот Мари все еще сидела в недоумении и неловкости. Парень сделал навстречу слишком широкий шаг. Но винить она его не могла, лишь не понимать, почему это произошло именно с ней и именно сейчас. Почему вторая ночь проходит таким манером? Неужели все идет к тому, что она правда решится сделать шаг навстречу? Что же делать? Дернувшись, она схватилась за лицо, пряча его, будто намереваясь не видеть этот мир, пока спокойствие не настигнет ее вновь. Однако пришло оно не вскоре и ей пришлось пылающей щеками взбираться по лестнице в комнату, где ее ожидала Квами.       Не сказав подруге ни слово и даже не взглянув на нее, она просто упала лицом в подушку, надеясь провалиться сквозь землю. Хоть это был обычный поцелуй в щеку, но поцелуй! Еще никогда такого не случалось с ней. Разве что в лице Ледибаг она для снятия проклятия проделала это, но ведь это Супер Герой Парижа! И Мари на такое без маски не способна. Тикки, не осознавая, что приключилось с ее Мари, уселась рядом, вопросительно осматривая странное поведение той.       - «Что это сейчас было?!» - задала себе повторный вопрос темноволосая супергероиня, не смея раскрыть лицо, что испытывало жар. Конечно, было очевидно, что Нат просто не мог сдержать собственные чувства, но осознать это девушке было не дано. Хотя была вероятность, что под натиском чувств, всплывших после Адриана и Маринетт, которых Натаниель застал вместе ярко беседующих, ему поддало это смелости или желания. Но поцелуй был не случайным. И это девушка ясно поняла.        - Маринетт, что с тобой случилось? – не вытерпев столько времени молчания и загадок, Тикки всполошилась и все так же ошарашено глядела на макушку ЛедиБаг. Сама студентка не решилась ответить сразу, но поднялась с подушки и ответным взглядом уставилась на нее, закусив губу. Квами сразу же распознала ту самую моську в своей подруги. Это заставило ее улыбнуться. – Неужели случилось что-то приятное?        - Не сказать точно. Просто... – голубоглазая староста группы замялась, все еще не зная, как это передать Тикки, но в итоге сказала, как есть. – Меня только что Нат поцеловал в щеку. Я немного испугалась. Он так быстро убежал. Видимо, пожалел, что сделал это. Тикки, что мне теперь делать?       - Подожди! Не так быстро! – остановила верещание Маринетт та, пытаясь уловить суть. Она уставилась на девушку, в итоге перебив. – Мари, в этом нет ничего удивительного. Он же любит тебя. Но, походу, тебя это удивило и смутило, да?       - Еще как! Меня никто не целовал… - понизив тон, проговорила она, касаясь щеки, которая оказалась на секунду соединена поцелуем с Натаниелем. Опустив лицо, голубоглазая студентка уткнулась взором в собственные коленки, пытаясь успокоиться. Конечно, это было не так легко, ведь столько эмоций заставляли ее мысли кружиться в голове. Девушка стыдилась того, что позволила себе расслабиться, но и была слегка подавлена – что-то ей подсказывало, что ее решение в ближайшее время станет более устойчивее, несмотря на притязания.       - Милая, не переживай ты так. – погладила темные волосы Тикки, которая с укором смотрела на ту, что сидела на кровати с опущенной головой. Пусть даже ЛедиБаг сейчас и пережила очень неожиданное для себя событие, она уже надумывала о том, что все сказанное Нуару было достаточно обдуманным действием. Ей стоит попытать свое счастье с человеком, который влюблен в нее и который достаточно приятен ей, как человек и друг. Она питала к нему привязанность, но любовью это назвать нельзя было. Единственный вопрос был в том, сможет ли она подарить ему счастья.       Ночь наступала неминуемо. Девушка все никак не могла сомкнуть глаз. Квами уже сопела рядом. Каждый шорох и звук заставлял Мари вздрагивать. Девушка не могла перестать обо всем таком думать. Невольно она вспоминала Супер Кота, который также был в нее влюблен. Ведь она не ответила на его чувства, а почему она должна решаться на шаг, ведущий к Натаниелю? Здесь происходила заминка: Маринетт разрывалась от дум, которые были бессмысленными и ненужными. Но долго ей мыслить не пришлось. Девушка фыркнула себе под нос и уткнулась в одеяло, заставив себя вскоре уснуть.

***

      - Она так мила и приветлива с ним. – вдруг выговорил Адриан, садясь в машину. Он даже не заметил, что проговорил это вслух и заставил усмехнуться своего черношерстого друга. Когда до блондина дошло, он встрепенулся, а после добавил. – Конечно, они дружат еще со школы! Я я только недавно стал с ней близок. Ничего, собственно, удивительного.       - Ага-ага. Это же очевидно! – выдал очередной раз Плагг, смотря на друга с насмешкой. Он не понимал, почему Агрест Младший противиться правде, а потому добавил.       – Да ты же просто обиделся! Неужели тебя это так задело?       - Что? С чего ты взял? Все отлично! – улыбнулся тот, давая газу. В итоге он отъехал от дома друзей и направился домой. Хоть зеленоглазый красавец и противился словам Квами, он знал, что на самом деле все наоборот. Ему было не по себе от мысли, что к Мари может быть кто-то ближе. Оказавшись дома, парень принялся за работу, данную ему на дом, чтобы отвлечься, а после уснул. Бессонная ночь сказалась на нем, потому отключился он быстро, несмотря на произошедшее.       Открыв глаза, первым, что увидел Адриан, была ночь. Комната уже была во мраке, а в пустоте слышалось урчание котика. Вернув себе разум, Нуар поднялся с постели и подошел к окну, за которым пылали огни и мелькали автомобили, проезжающие мимо. Посмотрев на время, тот сразу же отошел от сна: день грозил скоро прекратиться и поменять свою дату. В такое позднее время было не до прогулок, но Адриан, решив все-таки сегодня наглым образом ворваться в комнату своей подруги, у которой он был не единственным, подошел к подушке с Плаггом.       - Дружище, поднимайся, тебя ждет Камамбер! – воскликнул Агрест, надеясь таким образом быстрее поднять летающее существо. Впрочем, его ожидания оправдались и, чтобы Квами не догадалось о его замысле, воскликнул. – Плагг, когти!       Перевоплотившись в Кота, Адриан покинул свою комнату и что есть сил помчался в сторону своей подруги. Ощущая не очень теплую погоду, блондин с черными ушами передвигался по крышам, быстро преодолевая расстояние и через пару мгновений он уже скатывался по соседней крыше. Оказавшись у е дома, парень заметил, что только на втором этаже все комнаты освещены, а вот окна Мари не горели, что немного удивило его.       - «Может она уже уснула?» - подумал он, но безумно надеялся, что это не так. Решив проверить, он посмотрел в пустое темное окно и попытался пробраться. Но когда он все же спрыгнул на ковер ее комнатки, то обнаружил комнату пустой. Обернувшись, Агрест, нахмурился и выпрыгнул из окна, не забыв закрыть за собой форточку.       – «А что если она находится в той комнате?» - пришла в его голову идея, однако, как только он увидел свою принцессу, замер. Она снова была не одна. Рядом сидел паренек, чьи волосы были схожи с кровавым закатом. Он сидел возле Дюпен-Чен и они о чем-то разговаривали. Желая услышать разговор этих двоих, Нуар ближе подобрался к окну, почти прижавшись к стене, но слов он не слышал. Окно было заперто, а открывать его своими руками было бы слишком опасно – его бы обнаружили незамедлительно.       - Здорово, наверное, жить поблизости с друзьями. – усмехнулся Кот, ощущая, насколько все-таки он одинок. Его окружали только стены и близости друзей он настолько не ощущал совершенно. А здесь они рядом и могли хоть каждый день разговаривать и совместно проводить время. Невольно внимание Наура отвлекли собственные думы, однако он оклемался, когда Маринетт вдруг подсела ближе к Натаниелю. – Может я попробую… Кот достал свое оружие и направил в сторону окна, дабы увеличить звук и услышать их беседу. Вслушиваясь в слова, он вздрогнул. Признание Мари в том, что ее чувства постепенно ослабевают к Адриану задели Кота Нуара. Конечно, он не в праве был ее винить, но в его сердце что-то сжалось в малый кулек и запищало, доставляя неприятное ощущение. Но это было не самым шокирующим. Когда он увидел, как Нат тянет к себе Маринетт, староста первокурсников застыл, долго осознавая произошедшее. Этой парочки уже не было в творческой, однако Кот, сидящий на подоконнике не мог соображать.       - Почему я себя так чувствую, будто из меня выжали весь сок? Это ведь нормально. Я должен быть рад за своего лучшего друга, что у нее есть человек, который ею так дорожит. Но почему я не рад? – задал себе вопрос Черный Кот, оказавшись на соседней крыше. Его уже ничего не интересовало. Он понимал, что с каждым разом Дюпен-Чен все ближе к чувствам Куртцбергаи все дальше от чувств к Адриану Агресту. – Так лучше будет ведь? Правда? – он бросил взгляд на темное окно, за которым должна была быть та самая, что заняла место в его мыслях, а после отвел в сторону, стараясь понять себя.       - «Она не будет больше страдать.» - улыбнулся Нуар, поднимаясь на ноги. Хоть и это не доставляла ему должной радости, он пытался искренне пожелать ей счастья. Это была ее жизнь и ее желания. Если она хочет быть с тем, то лучше будет так. Единственное, чего он опасался, что она забудет о нем. Он не хотел ее терять. Возвращаться Кот не желал, а потому просто остановился на Эйфелевой башне, усевшись на край и взирая на яркие огни города. Здесь ему, черному коту, было уютно. Несмотря на то, что он обрел такого замечательного друга, время было беспощадным. Маринетт была права, что в конце им будет сложно разойтись, ведь они уже настолько привязаны.       - Я не знаю, что мне делать.

***

      В аудитории было спокойно и тихо, несмотря на то, что снаружи по коридору шел гул и много народу спешили покинуть стены академии. Адриан сидел за первой партой и наблюдал за тем, как девушка с конским хвостом пытается что-то начеркать в блокноте. Так длилось минут семь, после чего Маринетт перевела взгляд на друга, который показался ей слишком увлеченным ее работой, хотя на самом деле, когда она обратилась к нему, он вздрогнул.       - Что, прости? – переспросил Агрест, чувствуя неловкость. Он и не думал, что так увлеченно начнет размышлять не по делу. Дюпен-Чен выдала добру усмешку, а после, сделав вид, что это не задело, она продолжила.       - Я думаю, что никто совещаться не будет, и каждый сам себе будет мастерить костюмы. До последнего дня так и не узнаем, кто во что одет. Нужно хорошенько продумать, чтобы не было повторений и однотипных костюмов. – рассуждала девушка, скорее проговаривая это для себя. Блондин кивнул, полностью с ней соглашаясь. – В академии делать что-то не вариант. Здесь много лишних глаз и ушей.       - Согласен. – кивнул в ответ студент, не найдя других слов. Мари не заметила его краткоречья, а потому стала приводить примеры того, какие костюмы им можно сделать. Хоть парень и пытался слушать своего лучшего друга, но все что она говорила пролетало мимо. В итоге он даже не понял, как они оказались в машине. Очнулся он лишь тогда, когда брюнетка задала ему очередной вопрос.       - Адриан? Ты не выспался? – почувствовала неладное та, а после добавила. – Я могу тебе помочь с этим. У нас осталось не так много времени. Может ты поедешь сразу домой и отдохнешь?       - Нет-нет! – вдруг воскликнул он, чем удивил девушку, а после замахал руками, снова впадая в неловкость. – Я просто кое о чем задумался. Спасибо за помощь Мари, но… - вдруг запнулся Агрест младший. Сейчас в его голове возникла идея, но он даже не знал, как ее озвучить. Но вопрошающий взгляд голубоглазой особы заставил его договорить до конца, хотя и не впопад.       - Я рад, что ты хочешь мне помочь. Я тоже хочу помочь тебе, но не знаю, как. – закусил губу тот, отведя взгляд в сторону. Адриан понимал, что у него не так много возможностей, но при этом сказать своего предложения он не мог, хотя очень хотел.       - Если ты желаешь помочь, то думаю, стоит попробовать поработать над этим вместе. У нас есть творческая студия, где мы с ребятами порой занимаемся и готовимся. У меня есть все необходимое для работы, но за материалами, скорее всего, смогу отправиться только завтра. – проговорила Мари. Они оба сидели в машине, но пока еще не двинулись с места. Хоть Маринетт и выглядела непринужденно, зеленоглазый супергерой просто так относится ко всему не мог. Почему-то после ее слов его плечи опустились и перед глазами вновь показался тот самый момент.       - Здорово. Но какая польза будет от меня? – перевел взгляд на нее Адриан, понимая, что своим соглашением он набрасывает хлопоты девушке, но с другой стороны это позволит ему быть ближе и дольше. Ответить на этот вопрос ЛедиБаг не успела. – Хорошо, я думаю, у нас все получится. Но тогда с меня ужин!       - Что?! – не поверила своим ушам Мари, удивившись слишком бурно. Дюпен-Чен слегка смутилась совей реакции. Это длилось всего пару секунд. Она замяла паузу. – Это совсем не обязательно. Я рада работать вместе. К тому же тебе не обязательно понадобиться моя помощь.       - Не волнуйся. Я ужин буду готовить сам. И сегодня мы едем ко мне, а вечером я тебя довезу до дома. Ты меня уже угощала ужином, а теперь позволь и мне показать тебе мои кулинарные способности. – ухмыльнулся он, трогаясь с места. Такого поворота событий девушка не ожидала. Она была слишком изумлена, чтобы что-то говорить и противоречить. А вот блондин был рад тому, что он выкрутился, да к тому так, что теперь они не будут расставаться до самого вечера. А возможно, и ночи.       Минуя улицы, которые казались слишком серыми унылыми, Адриан выглядел довольным, а вот Мари чувствовала себя ужасно странно. Ее распирало чувство двоякости. Она понимала, что ее кумир к ней добр лишь потому, что он считает ее своим близким другом, но никак иначе. Впрочем, и сам Агрест думал также. В дороге они не произнесли не слова, что удручало студентку еще больше. Она не понимала, почему так все обернулось. Юная особа не раз бывала в доме Агрестов, но в новом доме Адриана – еще ни разу. Это было бы волнующе, если бы не та иронично.       Когда парочка оказалась у дома парня, Мари замерла на месте, взирая на то, насколько красив и огромен дом. Сразу вспомнились и слова, которые он однажды говорил. Несмотря на то, как здесь все здорово, он жил здесь в полном одиночестве. Это вызывало некое сочувствие. Сжав край пиджака, девушка сделала шаг вслед за блондином, который отчаянно звал ее в дом, слегка улыбаясь и нервничая. Студент не знал, как его напарница воспримет его образ жизни.       - У тебя здесь слишком уютно и красиво. – улыбнулась она, присаживаясь на софу. Осматривая гостиную. Парень быстро ответил ей и убежал в комнату, а после вернулся в домашней одежде и принес кое-что для Маринетт.       - Прости, у меня нашлось только это. Не думаю, что тебе будет удобно в рабочей одежде. – улыбнулся Агрест, надеясь, что девушка примет одежду. Взяв в руки, она слегка замешкалась, но не желая обидеть друга, Маринетт согласилась. Уйдя в ванную, которая оказалась довольно просторной, брюнетка медля переоделась. На ней оказались короткие шорты, принадлежащие, видимо, какой-нибудь особе, с которой она не была знакома. И футболка, очень похожая на футболку Адриана.       - Он слишком добр ко мне. – уныло проговорила та, глядя на себя в зеркало. Ей не хотелось, чтобы староста ее группы, с которым она так подружилась, был слишком внимателен к ней. Она догадывалась, что он хочет загладить вину, которой даже не было. Но видела в нем лишь хорошие качества – он хотел возместить те самые часы, что провел не с школьными друзьями. Но это были лишь мысли голубоглазой. – Ему не обязательно так стараться. Он и без всех этих вещей дорог мне…       После минутных мыслей, ЛедиБаг покинула ванную и вернулась к своему одногруппнику, который был уже на кухне и что-то делал. Обернувшись на пришедшую Агрест младший на долю секунды замер, а после увел взгляд со своей подруги. Он ожидал именно этого. Хотя у него и было много женской одежды, которая каким-то образом оказалась в его шкафу, брюнетке шла его футболка, которая слегка прикрывала шорты, создавая ощущение, будто кроме верха у нее ничего и нет. Это ее немного обескураживало, ведь в таком виде перед ним она еще не появлялась.       - «Она и правда безумно похорошела. А может она всегда такой была?» - задумался блондин, делая вид, что очень занят. Маринетт подошла ближе, предлагая помощь, но тот категорически был против, а потому предложил ей осмотреть дом, пока он готовит. Дюпен-Чен согласилась не сразу, но была убеждена, что это лучше, чем помогать в готовке. Мари обошла почти все комнаты, остановилась на его собственной комнате.       - «Скорее всего здесь не раз побывали другие девушки, раз у него есть в запасе женская одежда.» - решила вдруг староста первокурсников МАМ. Конечно, это было не столь приятно, но с этим поделать она ничего не могла. Оставалось лишь смириться. Опустившись на мягкую поверхность дивана, она посмотрела в широкое окно, за которым было пасмурно и серо. Ветер ударялся о ветки, качая их из стороны в сторону.       Пока девушки не было поблизости, Адриан шумно выдохнул, ощущая, как колит в боку. С одной стороны он сожалел о том, что вынудил девушку сделать это, но с другой стороны был рад, что та его не стесняется, а ведь раньше Мари почти не могла с ним разговаривать и постоянно попадала в передряги. Раньше она была совершенно другой. Что же ее так изменило? Несмотря на думы, парень ловко справлялся с продуктами, превращая их постепенно в блюдо. На готовку ушло не так много времени, но по какой-то причине он все еще не видел свою одноклассницу, которая не появлялась на его глаза примерно около часа.       - Неужели она уснула? – сам спросил себя Агрест младший, накрывая на стол. Когда стол был украшен, паренек стал искать Дюпен-Чен, которая сидела в его комнате и читала книгу. Он и не ожидал, что она найдет полку с его любимыми книгами. – Маринетт, ужин готов. – с улыбкой проговорил тот, заставляя голубые глаза оторваться от строчек.       - Прости, я зачиталась. – смущенно ответила она, откладывая печатное издание. Друзья вышли в столовую и сели друг напротив друга. – Как аппетитно все выглядит! Не знала, что ты настолько круто готовишь! – восхитилась брюнетка, пробуя блюдо. За столом они беседовали, сумев разрядить обстановку обычными темами, которые их волновали намного меньше, чем те, что они вместе проводят этот вечер.       Никто и не заметил, как день постепенно сошел со ступенек, намереваясь покинуть Париж. За окном моросил дождь, чуть барабаня по крыше и окну. Атмосфера между этими двумя стала мягче. Девушка больше не чувствовала себя лишней, а юноша стал более уверенным и спокойным. Хоть и было много того, что их выводило из равновесия, они сумели с этим справиться. Осознав, что день подходит к концу, Мари решилась все же уйти домой, обещая, что на следующий день они начнут их совместную работу. Адриан подвез девушку до самого дома, не желая вовсе прощаться с ней.       - Ужин был чудным. Даже я на такое не способна. Надеюсь это не впервые, когда меня угощаешь своим ужином. – улыбнулась она, почему-то вдруг осмелев. Раз уж она обещала быть ему ближе, сделать ей это удастся. А вот Адриан, округлив глаза, не знал, что ответить. После разлуки, он долго еще пытался понять смысл ее слов, в итоге покинув ее, он вернулся домой.