Хотят ли русские войны? (Е.Евтушенко)

Не только за свою страну Солдаты гибли в ту войну, А чтобы люди всей земли Спокойно ночью спать могли. Секретная клиника. Майкрофт превзошел сам себя, организовывая для Таши Демидовой лучшую палату и первоклассных специалистов. Лечить старательнее было просто невозможно. Джон понимал это и потому просил братьев Холмс не терроризировать врачей. Шерлок и Майкрофт буквально поселились в больнице. Старшего на работу силой выманивала Антея, а младший не отказывался от участия в расследованиях и выдавал инструкции инспектору Лестрейду по скайпу. Уотсон временами не мог понять смысла происходящего. Гении единодушно сошли с ума? Кто вообще такая Таша Демидова и почему она настолько дорога им? Задавать вопросы братьям не имело смысла, — оба отвечали неохотно и туманно. Шерлок советовал не засорять мозг лишней информацией, а Майкрофт изъяснялся путанными фразами. Что бы ни связывало гениев от политики и дедукции с обычной с виду молодой женщиной, эта связь неуклонно грозила превратить Холмсов в зомби. Старшего брата "накрыло" на рабочем месте. Антея вошла в кабинет, чтобы доложить о выполнении задания, и увидела шефа обмякшем в кресле. Помощница немедленно вызвала неотложку. Шерлок просто шел из столовой больницы вместе с Джоном, в очередной раз сопротивляясь уговорам доктора нормально поесть, и внезапно упал. — Истощение. Максимальное физическое и эмоциональное истощение. — Джон отложил историю болезни, чтобы взглянуть на девушку в кровати. — Майкрофт и Шерлок практически загнали себя в могилу, переживая за вас. Было бы непростительно продолжать оставаться безразличной. Придите в себя, жестокая, и откройте мне свою тайну. Что может связывать британских гениев и вас? Русскую. Некрасивую. Чужую. — Зачем вам знать? Уотсону показалось, что тихий скрипучий голос — иллюзия, но приборы демонстрировали, что больная пришла в сознание. Его захлестнула волна ярости, чтобы приди в себя, пришлось стиснуть руки в кулаки. — Так все это время вы притворялись?! — Ну конечно. Делать мне больше нечего, кроме как ломать комедию. Для этого у меня слишком мало времени и много дел. Таша открыла глаза и рывком села в кровати, опираясь на руки. Губы немедленно искривила гримаса боли. — Вам нельзя двигаться! — Сидите, доктор Уотсон. Я и так пребывала в покое непростительно долгое время. — Всего неделю. Раны едва затянулись. Демидова медленно спустила ноги на пол и сумела встать. В широкой больничной робе она вдруг показалась хрупкой и уязвимой. Девушка испытывала непрерывную боль, потому как действие обезболивающих лекарств закончилось, а иглу для повторного введения она выдернула недрогнувшей рукой. Рану заклеила куском ткани и пластырем. — Доктор, вас не затруднит подать мне телефон? — вежливо процедила Таша сквозь зубы. Уотсон исполнил просьбу. — И все же вам следует вернуться в постель и продолжить лечение, — заметил он. Таша на скорости печатала сообщения, после сделал два телефонных звонка. Говорила на русском языке. Отрывистые фразы, холодный тон могли сказать доктору о многом, если бы он понял хоть слово. — Вам не выдадут одежду, Таша. — Есть иной способ покинуть гостеприимный дом. Внезапно в палату вошла Антея. Верная помощница Майкрофта Холмса принесла вместительную дорожную сумку. Вручив ее пациентке, Антея увлекла Джона с собой в коридор и усадила на стул. Дверь в палату девушка плотно прикрыла. — Переодевается, — кратко пояснила она, не отрывая взгляда от телефона. — Здравствуйте, Джон. — Здравствуйте, Антея. Разве вы работаете не только на Майкрофта? Антея улыбнулась. — Искать между ними различия долго, хлопотно и глупо. — Давно вы знаете Демидову? Еще одна улыбка поверх устройства. — Вспомните легенды о близнецах. Когда больно одному — страдают оба. Бывает, что половинок одного целого более двух. — Но кто эта русская братьям Холмс? — Я сама до сих пор ищу ответ на этот вопрос. Для собственного успокоения пока остановилась на парадоксе. Таша — это Майкрофт и Шерлок. И наоборот. Удачи, Джон. Отдохните, вам необходимо поспать. Завтра утром будет много дел. — А как же вы? — И я пойду домой. Наши Холмсы спят, поспим и мы. Вы никогда не думали о Шерлоке «мой Холмс»? Вот и я порой. Но знайте правду. Холмсы не наши. Они оба принадлежат лишь одной женщине. До встречи, Джон. — Доброй ночи, Антея. Уотсон послушался, не особо надеясь, что сможет уснуть, однако погрузился в сон сразу же, как только его голова коснулась подушки.