Главный поклонник

Что ж, я расскажу вам шестнадцать причин, почему классно встречаться с Арсением. Почему Арсений хороший парень. Почему клево любить Арсения. Антон на себе испытал все из них почти сразу же, как мужчина предложил ему встречаться (вообще-то он не совсем предлагал, скорее требовал, скорее поставил в известность). Может быть, это даже не причины, а просто его особенности, но неважно, просто читайте. 1. Яблоки. Вместо зависимости от курения или алкоголя, он был зависим от этих фруктов.  — Хей, привет, ты как? — голос брюнета звучал немного искаженно в трубке. Не такой мягкий, более хриплый, более далекий. Но, несмотря на это, Тоша довольствовался разговорами по телефону в те дни, когда Арс не мог с ним встретиться из-за работы.  — Хорошо, — вздохнул он, переворачивая страницу тетради и пробегаясь глазами по определениям. — Когда ты приедешь? С той стороны провода раздался хруст. Шастун не мог ничего с собой сделать и заулыбался. Его парень хрустел теми яблоками, которые с утра ему сунул в пакетике Тоша.  — Завтра, разумеется. Слушай, что за яблоки такие? Вкусные очень. Утром дашь мне еще таких?  — Ну да, да, — смущенно засмеялся парень. — Представляешь, Максим оказался наркоманом? Зависим от иглы уже лет пять… Чуть не умер от передозировки.  — Жесть, — снова укус, — Надо лучше следить за Женей и впредь проверять всех ее парней. А то еще приучат ее к чему-нибудь, знаешь… Так что насчет яблок?  — Кушай давай… — задумчиво пробормотал Тоша. — Что, неужели ты два кило за день съел? На тебя так никаких яблок не хватит.  — Да тут еще три штучки осталось, между прочим… — обиженно пробубнил Арс. Да уж. Если Арсений на что-нибудь подсадит Антона, так это на яблоки. Не самая плохая зависимость. 2. Арахис. У Арсения были странные вкусы. Например, он ел яблоки с арахисовой пастой и молоко с солеными огурцами.  — Слушай, а ты не беременный случайно? — спросила Женя в один из выходных дней, в который они сидели на кухне.  — Неа, — Попов щедро обмакнул дольку фрукта в бутылочку с пастой и с удовольствием съел. Потом вновь проделал эту операцию, но вместо последнего пункта поднес сей деликатес ко рту своего парня. — Хочешь?  — Не, спасибо, — Шастун, со страхом и отвращением следя за этим апогеем гадости, помотал головой из стороны в сторону. 3. Мелочь. Арсений всегда носил с собой мелочь, и почему-то Антону казалось это милым и домашним. Семейным, что ли.  — Шесть рублей поискать? — поинтересовался Попов, доставая кошелек.  — Да, пожалуйста, — улыбнулась размалеванная кассирша, игриво поправляя свою форменную кепочку и пятьдесят лишних кило на животе. Шастун не знал, что ему сделать. Кисло улыбнуться женщине или с восторгом смотреть на своего парня. Разумеется, он выбрал второе. Арсений быстро расстегнул дополнительный кармашек на кошельке и ловко начал в нем копаться, отсчитывая монетки. Он сосредоточенно перебирал маленькие кругляшки и клал их в мисочку перед собой.  — Топай, чего встал? — усмехнулся он Антону, забирая две «Сахарные трубочки». И нет, это мороженое, а не то, о чем вы подумали. 4. Поцелуи. Попов очень мило целовался. В щечку. Для чего-то большего Антон был не готов (готов, вообще-то, но стеснялся об этом сказать), но он не очень жаловался. Они часто целовались. Утром, когда Шастун плюхался на водительское сиденье, например. Арсений перегибался через него, чтобы потянуть за ленту ремня, и быстро чмокал в сонную моську, попадая прямо в розовый след от подушки. Вечером, когда мужчина забирал его из универа, если у них совпадало время. Он целовал мальчика в холодную с улицы щеку и морщился. «Что, опять одевался на улице? Просил же в гардеробе это делать, чучело». Если они сталкивались на кухне, по выходным, когда вместе готовили. Арсений мог быстро слизать с щеки Шаста варенье, муку, сметану, масло… Да что угодно, цель была в прикосновении к щеке парня (не только к щеке). Успокаивающие поцелуи Антону тоже нравились. Когда он нервничал перед сдачей доклада, например, Арсений постоянно нежно целовал его щеки, скулы, руки, ключицы… Это приводило в себя и избавляло от грусти и тревоги. В общем, хороший аспект в их отношениях. 5. Шоколад. Они очень любили шоколад и все время ели его вместе, могли поделиться с Женей (но часто просто кидались в нее конфетами с дивана, пока она прибиралась).  — Представляешь, все девчонки будто с цепи сорвались, — поделился Антон, пока они с Арсом валялись перед телевизором в какое-то воскресенье. — Начали худеть. Их парни заставляют ходить в спортзал и садиться на диеты. Причем они все весят килограмм пятьдесят, не больше! Зачем этот бред? — размышлял он, закинув ноги на спинку дивана. — Может, мне тоже начать худеть? — вдруг сказал он, похлопав себя по животу.  — С ума сошел? Любимого тела должно быть много, — с умным видом пробубнил Попов. — Хочешь, чтобы моего золота было на два килограмма меньше?  — Вообще-то, я хотел сразу пять сбросить…  — Больной, — вынес вердикт Арсений. — На, съешь конфетку. Антон открыл рот, чтобы начать дискуссию, но брюнет быстро избавил шоколадку от фантика и сунул ему в рот.  — Жуй давай. А весы я заберу от вас, чтоб и в мыслях не было. 6. Обнимашки. Они о-очень много обнимались! По вечерам, когда валялись на диване. На свиданиях, гуляя по набережной. Или во время прогулки за картошкой в ближайший ларек.  — Мне грустно, — сказал хитрожопый Попов, пока Антон читал книжку на диване в его кабинете. Парень выглянул из-за обложки.  — Я предложил пообниматься пятнадцать минут назад, но ты сказал, что работаешь, — прищурился он. — Вот сиди теперь и работай!  — Ну Тош, — начал клянчить Попов, — ну совсем немножко. Ну пожалуйста. Ну этот доклад меня совсем достал, я не могу уже. Если ты меня не обнимешь прям вот сейчас, я не допишу его до завтра и не сдам начальнику! Антон закатил глаза и вздохнул, откладывая приключенческий роман. Он быстренько проковылял к нему и бухнулся на колени, сжимая за шею.  — Ну вот, теперь-то мне лучше. Слушай, а давай ты будешь так сидеть, а я буду писать доклад? У меня аж настрой появился! А то без тебя так холодно, отопление, что ли, сломалось?.. Давить на жалость всегда срабатывало, так что.  — Дописывай быстрее, так сидеть неудобно. Они оба врали. Отопление работало исправно, а сидеть было удобно. Очень. 7. Дисней. Они оба очень любили мультики.  — Что хочешь посмотреть? Это были первые выходные, которые они проводили вместе. Антон уже начал пролеживать диван, когда Попов пришел к нему с кухни с готовым попкорном и яблоками.  — Не знаю. Давай боевик, например? Или ужастик какой-нибудь, — предложил мальчик, надкусывая фрукт. Арсений странно на него посмотрел.  — Ну, давай. Первые минут десять все было хорошо. Потом убили девушку главного героя, и Тоша заплакал.  — Так я и думал, — тяжело вздохнул Попов, быстро выключая все это дело и перетаскивая мальчика к себе на колени, осыпая щеки касаниями губ. — Эй, ну ты чего? В жизни у этой актрисы все хорошо! Хочешь, в интернете поищем? Актрису эту бросил муж вместе с двумя детьми, а потом она покончила жизнь самоубийством. Через год после премьеры этого ужастика. Тоша был безутешен.  — Почему ты вообще решил смотреть ужасы? Ты же их не любишь.  — Зато ты любишь, — провыл парень.  — Ой, горе луковое, — поморщился от своей глупости мужчина. Надо было сразу не соглашаться, чтоб такого не было. — Мультики будем смотреть.  — Я не маленький, — булькнул Шаст ему в шею, размазывая по ней слезы.  — Я видел на полках полное собрание анимаций «Дисней».  — Отвали. Они смотрели "Котов-аристократов" в тот вечер. После того случая оба не скрывали свою любовь к мультикам и с удовольствием смотрели их вместе, и это было здорово. Вообще ведь здорово, когда не нужно скрывать свои вкусы от любимого человека. А тем более круто, когда у вас вкусы схожи. 8. Звезды. Арсений очень любил звезды. Он выписывал себе на дом журнал городского планетария, да и сам регулярно туда наведывался. Однажды он притащил за собой и Шастуна. Они сели на последние кресла и слушали. Но самый восторг начался, когда над их головами появилось звездное небо. Антон начал было ходить на занятия по астрономии в школе, но быстро с этим делом завязал. Видимо, космос следит за ним, потому что мужчина справа от него был болен этими светящимися штуками.  — Смотри, какие они красивые, — восхищенно шепнул брюнет, сжимая руку Шастуна. Тоша смотрел на спокойное лицо Арсения, освещенное огнями прожекторов, направленных на потолок зала.  — Да, красиво, — пробормотал он не совсем о звездах. 9. Розы. Арсений очень любил запах этих цветов. Они поняли это тогда, когда обнимались на диване в очередной раз, и мужчина прижался к шее Антона.  — Что это за духи? — спросил он.  — Это одеколон, — смущенно поправил его Тоша.  — Неа. У меня одеколон. У тебя духи. Что это за духи? — он настойчиво выделил последнее слово.  — Розы, — довольно вздохнул парень. Мужчина сильно вдавил мальчика в диван, шумно вдыхая запах с его шеи и ключиц.  — Ох ты ёлки, — Антон судорожно сжал побелевшими пальцами его плечи, чтобы немного от себя отодвинуть. Воздуха не хватало.  — Мне нравится, — немного хрипло прошептал Арсений, оставляя эту фразу только между ними. После этого мальчик душился только из флакончика с розовой жидкостью и с этикеткой роз. 10. Наркотики. Старый друг Попова умер от передоза, поэтому мужчина чутко следил за тем, чтобы никто из его знакомых не был зависим от этого. Чтобы успеть помочь им выбраться из этой дыры. Когда выяснилось, что Максим зависим, Арсений использовал какие-то связи журнала для того, чтобы отправить его в лечебницу, а после в тюрьму, так как он был дилером. Он так же заставил Женю пройти осмотр на наличие наркотических и других психотропных средств в крови.  — Зачем мне это? Клянусь, он ничего мне не давал, я ничего не принимала, — хмурилась девушка.  — Ты можешь этого не помнить. Давай же, это для твоего здоровья. Тоша снова плакал. Арсений заботился о его семье, причем серьезно заботился. Это пронимало, знаете. 11. Секс. Все втроем они смотрели какой-то фильм, когда началась постельная сцена.  — А у вас уже было? — спросила Жека, засовывая в рот целое пирожное.  — Нет, — отмахнулся от нее Антон, засовывая в рот два пряника. Арсений быстро откусил кусок, торчащий из его рта, спасая от падения на пол.  — А чего?  — Ну смотри, — Попов закатил глаза и вздохнул, — Посмотри на него, он же такой малыш. Красненькие щечки, весь такой взъерошенный и хорошенький… Прям… Прям так и хочется его тра… Бл, — осекся он, тряся головой. — Обнять хочется. Милашка же. Женя закатила глаза, а Антон не услышал оговорки. Попов поцеловал мальчика в волосы и взял за руку.  — Рано еще. На этом разговор закончился. 12. Любовные романы. Однажды Антон настолько зачитался романом, что не мог остановиться. В нем была почти тысяча страниц, так что осилить за ночь трудновато… Женя спрятала все фонарики, поэтому ночью приходилось ставить чтение на паузу.  — Доброе утро, — поздоровался Тоша с утра, пока его пристегивали и привычно чмокали куда-то в район носа. — Я тут почитаю, ты не против? Книжка интересная.  — На здоровье, — улыбнулся Попов. Шастун достал роман и принялся за чтение.  — Что читаешь? Антон пробормотал название, бегая глазами по строчкам.  — О, так это тот любовный роман, а?.. Ну, для девочек от тринадцати до… — мужчина понял, что зря это сказал, — шестнадцати, ну то есть… Ты читай-читай, интересно? На брюнета метнули грозный взгляд.  — Да ладно, Тош, — он погладил парня по тощей коленке. — Это мило. Так что единственными людьми, которые не смеялись над любовью Антона к любовным романам, были мама и Арсений. Просто мама его на них в свое время подсадила. 13. Ревность. Арсений ревновал. Сильно. Это мое, не смотри на него, лучше иди своей дорогой. Однажды Тоша решил сделать мужчине приятное, накупил яблок и приволок к зданию, в котором работал Попов. На входе ему встретился какой-то парень с хвостиком на макушке.  — Эй, это ты тот парень, который тут с Поповым тусит? — дружелюбно улыбнулся он, затягиваясь сигаретой.  — Ну да, — Шастун остановился перед ним, — А чего?  — Он мой друг. Давай я тебе помогу донести, что ты тужиться будешь? Родишь еще, — мужчина затушил сигарету и бросил бычок в урну. Антон принял помощь, потому что десять килограмм яблок были тяжелыми. Шаст решил, что неплохо сделать Арсению «рабочий запас». Пара поднялась на десятый этаж и прошли к мужчине в кабинет.  — Сень, я тут яблочек купил, — улыбнулся Тоша, смотря на спину своего мужчины, который, отвернувшись спиной к двери, перекладывал папки на полке.  — Привет, зайчонок, — радостно воскликнул Попов, оборачиваясь.  — Привет, мышонок, — пискляво передразнил его странный парень, ставя сумку с фруктами.  — О, Серег, а вы знакомы что ли? — Арсений подошел к ним и указал поочередно пальцем на каждого.  — Нет, просто узнал парня и решил помочь. А то идет и еле тащит на себе.  — Ну спасибо, — ярко улыбнулся Арс, пожимая его руку и отходя к Тоше. — Привет, — шепнул он, целуя в щеку и помогая снять куртку. — Написал бы мне, что собираешься прийти, я бы помог?  — Я сюрприз хотел сделать, — Шастун ярко улыбался, довольный радостными глазами своего парня. Брюнет чмокнул его в щеку и приобнял за талию.  — Ну давайте, развлекайтесь тут, — Сережа, посмеиваясь, вышел. — И это, Арс, — шепнул он у двери. — Я ж на мальчика твоего не претендую, — и, хихикая, ушел восвояси. Арсений закатил глаза. Антон ничего не понял и посмотрел на него. Арс покачал головой и просто чмокнул его в подбородок. 14. Подарки. Попов любил дарить подарки. Он дарил маленькие кактусы, так как Шастун решил собрать коллекцию. Он дарил искусственные цветы для венков, духи (Сеня, это женские! В смысле «ну и что?» Ой, а вкусно пахнет, дай-ка сюда…), пирожные. Да все, что угодно.  — Сень, ну чего ты? — тут же смущался мальчик. — Не праздник же.  — Ну и что? — искренне удивлялся Попов. — Чтобы тебя радовать, мне нужен повод? Нет, я так и не играю. Сырник, скажи, что у тебя хозяин — дурак? Сырник согласно мяукал. Вообще, Сырник был лучшим подарком в жизни Антона. Он грел его по ночам и приятной тяжестью ложился на ноги и живот, когда парень ложился спать. Когда-нибудь, конечно, вместе с котом его будет греть его парень по ночам, а пока и так все хорошо.  — Слушай, нашел тебе духи с какой-то лабудой, но пахнет вкусно. Нам в журнал прислали тестеры… Я прям как понюхал, так сразу тебя вспомнил, — бормотал Арсений, внимательно читая этикетку на обратной стороне.  — Мята?.. И, Сеня, духами прыскаются де-воч-ки! — недовольно воскликнул он.  — И милые мальчики, — Попов потискал его за щечки и немного попшикал на шею Антона. — О, а вкусно. 15. Арсений готовил очень вкусные блинчики. Антон проснулся около одиннадцати в субботу. В это утро его парень уже должен был готовить завтрак для него и Жени, собиравшейся на танцы.  — Доброе утро, — поприветствовал его Попов, отсалютовав лопаточкой, когда парень пришлепал на кухню.  — Привет, — Тоша быстро ухватил блинчик с тарелки и обжегся.  — Да ё моё, как так можно, воришка маленький. — Попов взял блинчик, быстро положенный обратно на тарелку, и вытянул руку на уровне рта Шастуна, другой рукой переворачивая тесто на сковородке. Тоша откусил от блинчика и довольно зажмурился. Женя смотрела на них, улыбаясь и методично макая пакетик с чаем в кипяток.  — Маэстро, сегодня все удалось особенно хорошо, — похвалила она. Попов снял перед ней воображаемую шляпу и вернулся к готовке. 16. Безусловно, это не причина любить Арсения, просто нужно же отметить. У него был старый синий халат, который ему очень нравился. Однажды он прислал его фото Шастуну, когда хвастался тем, что перестирал все белье.  — Смотри-смотри, сколько дел я переделал. Даже халат постирал. А Женя говорит, что я неспособный! — жаловался мужчина в трубку.  — Отдай его мне, — завороженно уставившись в экран, попросил Тоша. Так у него появился синий безразмерный халат, в котором он спал и часто ходил. Теперь даже по ночам у него есть запах Арсения. Иногда было даже грустно от того, что исходит он от куска мягкой ткани.  — Ты серьезно в нем спишь? — поинтересовался как-то Попов.  — Ну да, — пожал плечами Шастун, — Он пахнет тобой. Арс вздохнул и прижал его к себе.  — Ничего-ничего. Познакомлюсь со всей твоей семьей, попрошу благословения, а потом утащу к себе в свою холостяцкую нору. Будешь там жить и радовать меня, — обнимая парня за талию, рассказывал брюнет. Антон весело засмеялся.  — Скорей бы, — мечтательно вздохнул он. — А то этот халат не очень удобный, я не высыпаюсь.  — Ну, тогда не обнадеживай себя. Со мной ты точно высыпаться не будешь, — мягко засмеялся он, нежно сжимая ладонями ягодицы мальчика. Тоша покраснел, но… как-то по-другому. Ему не было неудобно от этих прикосновений и их интимности, он краснел… ну, не от смущения?  — Очень жду, — жарко прошептал мальчик в ухо своего мужчины.