Strange birds

      Валери, с котом в одной руке и с чемоданчиком в другой, шла уже по второму вагону, ища свободное купе: настроения знакомиться с кем-либо в поезде у неё особо не было. К тому же, представив умиротворённую обстановку без группы назойливых студентов, она вдохновилась на рисование. «Попозируешь мне, а, Локи?» — спросила она игриво у своего пушистого питомца, который спокойно сидел у неё на руке. Кот, сверкнув своими яркими глазами, одобрительно промурлыкал. Будущая ученица Хогвартса слегка улыбнулась и заглянула за очередную выдвижную дверь. «Наконец-то!» — завидев пустующее купе, она удовлетворённо выдохнула и, выпустив кота и поставив чемодан на сидение ближе к стенке, задвинула дверь, дабы избежать нежданных попутчиков. Локи сразу разместился в наиболее ленивую, но интересную для рисунка позу и громко замурлыкал. Достав из своей маленькой сумочки небольшой альбом и карандаш, девушка начала зарисовать эскизы, изредка отдаляя от себя своё художество, чтобы сравнить его с натурой.       В скором времени поезд наконец тронулся, и у юной волшебницы был полноценный чёрно-белый рисунок сладко спящего кота. Некоторое время любуясь своим творчеством и подправляя мелкие недочёты, она уже хотела начать следующий эскиз, как в конце вагона послышался довольно надменный голос, после чего последовал громкий гогот, отдалённо похожий на смех. Закатив глаза и упрекнув про себя хогвартских учеников в ужасном поведении, Валери попыталась сосредоточиться и продолжить своё занятие. Сделав пару штрихов, она скорчила непонятную рожицу и уже потянулась за ластиком, чтобы стереть неправильные линии, как вдруг дверь в её купе резко отодвинулась. Перед ней стояли, держа свои небольшие чемоданы, три парня в мантиях с эмблемой Слизерина. Несложно было догадаться, что именно они как раз и смеялись в конце вагона секундами раннее. В данный же момент на их лицах отразилось недоумение, которое быстро заменили недружелюбные ухмылки. «Ну вот, прощай, спокойствие», — устало вздохнув, подумала юная ученица.       — Это наше купе, — раздался уже знакомый высокомерный голос.       Фраза принадлежала богато одетому парню с платинового цвета волосами, серыми глазами, среднего роста и телосложения. По его виду сразу было видно, что он из богатой чистокровной семьи и играл главенствующую роль в этой странной компании. Правда, манерами, к сожалению бывшей студентки Шармбатона, он, судя по всему, не обладал. Хотя в последнее время она и сама редко соблюдала этикет, всё больше погружаясь в период бунтующих подростков, но всё же привыкла испытывать должное отношение к девушкам высшего общества. Проще говоря, к себе.       — О-у, неужели? Оно что, подписано? Если да, то я выйду, — парировала Валери, артистично ища глазами несуществующую табличку с именами. В это время Локи, почувствовав напряжённую обстановку, прыгнул поближе к своей хозяйке и устроился у колен, недовольно шикнув. — Хм, вроде нет, — усмехнулась волшебница и, вопросительно вздёрнув бровь, уверенно посмотрела на слегка опешившего парня. Явно не ожидавший достойного отпора, он опасно сощурился, в то время как на лицах его двоих друзей застыла гримаса непонимания.       — Судя по твоей одежде, ты новенькая, — без стеснения разглядывая девушку оценивающим взглядом, наконец произнёс слизеринец. — Кто ты? — с интересом спросил он, осознав, что юная волшебница однозначно из обеспеченной и чистокровной семьи. Валери, даже особо не удивившись такой перемене к своей персоне, в ответку внимательно рассмотрела парня, отметив про себя пронзительные, сверкающие какой-то властностью серебряные глаза.       — Валери Дюлак, — твёрдо ответила она, показывая внутренний стержень. После того, как её фамилия разнеслась по купе, все трое слизеринцев удивлённо переглянулись между собой.       — Дюлак? — явно до конца не веря услышанному, переспросил всё тот же слизеринец. Юная волшебница утвердительно кивнула, уже порядком уставшая от бессмысленного разговора, почёсывая своего успокоившегося кота за ухом. — Я Драко, — с блеском в глазах представился парень, после чего девушка поняла, что где-то уже слышала это имя. — А это Крэбб и Гойл, — указав на своих друзей, дополнил он. И тут до Валери дошло, откуда ей знакомо не только его имя, но и даже лицо.       — Драко… Малфой? — вспомнив разные рассказы отца про работу и некоторые события, описываемые в газетах, безэмоционально спросила она. После её вопроса Драко чуть ли не засветился от гордости.       — Слышала обо мне?       — Я знаю много чистокровных семей, так что я слышала не только о тебе, — усмехнувшись, ответила будущая ученица Хогвартса, явно задев самолюбие слизеринца. Малфой, шумно выдохнув и чуть сощурившись, демонстративно поставил свой чемодан рядом с чемоданом Валери и сел напротив неё. Крэбб и Гойл быстро последовали его примеру. Девушка устало закатила глаза и громко вздохнула: теперь со спокойствием точно придётся распрощаться. — Что ж… Слизеринцы, — риторично проговорила она скорее самой себе, смакуя новое слово, которое будет фигурировать в её словарном запасе явно чаще, чем раньше. — Есть предположения, куда я могу попасть? — чтобы не сидеть в угнетающей и неловкой тишине, решила завести хоть какой-нибудь разговор Валери.       — На Слизерин, куда же ещё, — усмехнулся Драко, после чего девушка наградила его скептичным и сощуренным взглядом. — Что?       — Предвзятость у вас, я смотрю, дело обычное, — бросила в ответ Валери, только сейчас заметив, что не успела убрать свой небольшой альбом и карандаши обратно в сумку, в то время как Драко как раз проследил за её взглядом.       — А это что? — спросил он, пропустив её ответ будто мимо ушей, и начал рассматривать эскиз. — Ты рисуешь? — немного удивлённо задал риторический вопрос Малфой, поразившись таланту будущей слизеринки.       — Как видишь, — съязвила девушка, но, заметив довольно-таки одобрительный взгляд, смягчилась. Не хватало ей в первый же день с кем-то поругаться. — Локи даже нравится мне позировать, — дополнила она.       — Локи? — непонимающе переспросил слизеринец, оторвав взгляд от рисунка и положив альбом обратно на столик.       — Мой кот, — пояснила чистокровная волшебница, погладив спящего у неё на коленях питомца по голове.       — Странное имя, — посмотрев на кота, произнёс Драко. Валери уже хотела объяснить смысл имени, как слизеринец заговорил, — вообще мне надо сейчас на собрание старост. Пройдёшься с нами? Могу рассказать про Хогвартс то, чего в книгах явно не пишут, — заговорщески предложил Малфой.       Девушка немного удивилась такому предложению, но, недолго думая, согласилась и отправилась вместе со слизеринцами. Новоявленные друзья или хотя бы знакомые, которые ей могут рассказать об английской магической школе, явно не помешают в данный момент.       Некоторые вещи и факты, которые рассказывал Малфой, бывшая шармбатонка знала и так, но всё же большую часть она слышала впервые. К примеру, абсолютно всем было известно, что на первом курсе Гарри Поттер одолел Волан-де-Морта. Благодаря этому и подвигам друзей Поттера факультет Гриффиндор победил в ежегодном соревновании за кубок школы, прервав череду побед Слизерина, который выигрывал шесть лет подряд. Но только студенты Хогвартса знают, что изначально признали победу Слизерина, а потом «нагло», как выразился Драко, отобрали эту победу, добавив Гриффиндору, который был последним, ровно столько очков, сколько было нужно, чтобы поравняться со Змеиным факультетом. А затем добавили ещё десять баллов несчастному Невиллу Долгопупсу, «который даже зелья нормально сварить не может». Проще говоря, Валери услышала немало нелестных слов в отношении гриффиндорцев и немало, даже ей так показалось, несправедливых случаев по отношению к Слизерину. Она теперь отчётливо поняла, что слизеринцев в школе явно недолюбливали. Как девушка и сказала ранее, предвзятость здесь — обычное дело. Видимо, даже у профессоров и директора.       Малфой начал рассказывать дальше что-то ещё, как вдруг на другом конце очередного вагона они увидели открывающуюся дверь, а затем вышедшую девушку, одетую в старые джинсы и какую-то бесформенную кофту. Её и без того пышные волосы были немного взъерошены, а в руках она держала чуть потрёпанную книгу. Волшебница никого не заметила и, облокотившись спиной о перекладину, продолжила чтение. Валери тихо и немного брезгливо фыркнула, так как, будучи богатой чистокровкой, не привыкла к такому типу одежды.       — А вот и грязнокровка Грейнджер, — на лице Драко появилась хитрая ухмылка, которая не предвещала ничего хорошего.       Дюлак уже отчётливо видела будущую стычку гриффиндорки и слизеринца, но из-за собственного ужасного любопытства решила изначально не вмешиваться и, стоя в сторонке, просто понаблюдать за типичными днями в Хогвартсе. «Чувствую, я могу разочароваться», — она грустно усмехнулась своим же мыслям и пошла следом за своими новыми знакомыми.       — Так, так, так… Что это тут делает гриффиндорская грязнокровка? — медленно и даже немного пафосно протянул Драко, резко выхватив книгу из рук девушки. Увидев новое лицо в компании Малфоя, она стала незаметно рассматривать незнакомку, пропустив первые слова слизеринца мимо ушей. — Что это мы тут читаем? — Драко брезгливо осмотрел книгу и ту историю, которую читала Грейнджер. Заметив её взгляд на свою спутницу, он ухмыльнулся. — Что, Грейнджер, завидно? Сама, небось, отродясь такого не носила, — Крэбб и Гойл внезапно загоготали, отчего будущая хогвартская ученица даже испуганно вздрогнула. — Думаю, ты сможешь кое-чему научиться. Хотя, постой-ка, ты же гразнокровка! — Малфой с особым наслаждением проговорил это слово так, что не разобрать его было невозможно. — Но, если тебе так интересно, кто в этом году будет лучшей студенткой в нашей школе, я готов вас познакомить. Итак, Валери Дюлак, приехала к нам из Франции, будет учиться на Слизерине, — Драко криво улыбнулся, а Валери лишь незаметно закатила глаза, ведь никто ещё толком не знает, куда она попадёт, хотя подобная лесть со стороны парня тешила её самолюбие. — Так что это ты всё-таки читала? — парень раскрыл начало истории. — Питер Пэн. Что еще за Пэн? Читаешь про мальчика-ручку, что ли*? — Крэбб и Гойл снова захохотали, а вот Дюлак, услышав знакомое имя, сразу вспомнила кое-какую известную среди чистокровных магов историю. — Да, Грейнджер, я подозревал, конечно, что у тебя не все в мэноре, но чтоб настолько…       Гермиона вырвала книгу из рук слизеринца и гордо подняла голову, одарив однокурсника презрительным взглядом. «Хм, неверный ход», — облокотившись плечом об окно поезда и скрестив руки, усмехнулась про себя Валери глупому поступку девушки, зная, что подобное отношение чистокровные волшебники не терпят, тем более от магглорождённых. «Ещё и спиной к нему повернулась… Совсем, видать, забылась».       — Петрификус Тоталус, — едва слышно произнёс Малфой, направив свою палочку на гриффиндорку, которая в следующую же секунду упала без возможности пошевелиться. Дюлак мысленно поаплодировала своей проницательности. — Не так быстро, грязнокровка, — ухмыльнулся Драко. — Ты поступила очень опрометчиво, вырвав у меня свою никчёмную книжонку. Теперь ты за это поплатишься. Крэбб, Гойл! — упомянутые слизеринцы перестали смеяться, вслушиваясь в слова Малфоя. — Заберите у неё книгу и порвите у неё на глазах! И да, не забудьте уничтожить обрывки Адским пламенем, чтобы она не смогла её восстановить.       Валери устало закатила глаза. Этот детский сад ей порядком надоел. В какие-то доли секунды ей, как немного избалованной и привыкшей обходить стороной магглорождённых, было даже иногда весело наблюдать за всей этой сценой. Но сейчас она поняла, что это уже слишком. В том плане, что для будущих пятикурсников такие перепалки чересчур глупы. В Шармбатоне уже с третьего курса были стычки и посерьёзнее.       — Драко, оставь ты её и её книгу. Неужели ты всегда тратишь своё время и силы на этих грязнокровок? — последнее слово девушка невольно по-особенному выделила, ведь, как и все чистокровки, маглорождённых она не признавала, но так, как Драко, Валери этого не показывала. По крайней мере, в высшем свете. — Она и секунды не стоит. Грязь остаётся грязью, сколько её не чисть. Во всяком случае, внутри. Так с чего бы тебе так о ней заботиться? — «подобные слова — лучшее средство манипуляции…» — в который раз усмехнувшись, произнесла Дюлак, посмотрев на неподвижную гриффиндорку.       — Хм, а знаешь, Дюлак, ты права, — «кто бы сомневался», — ухмыльнулась девушка в ответ парню. — Бросьте вы уже эту дрянную книгу! Вцепились в неё, будто читать умеете! Это занятие оставьте нашей невыносимой всезнайке. Пошли! — кинув эти слова своим «друзьям», Малфой подождал Валери, а затем их делегация прошла дальше по вагону.       Перед самой дверью французская студентка обернулась и бросила взгляд на всё ещё неподвижную гриффиндорку. На сотую секунды ей даже стало как-то жаль её, но затем, выбросив глупые мысли из головы и сказав самой себе, что это не её дело, Дюлак направилась за новыми знакомыми к купе, в котором должно было проходить собрание старост.       Когда Валери вместе со слизеринцами наконец дошла до нужного места, там уже были старосты с Когтеврана и Пуффендуя. А также ещё одна староста со Слизерина — Пэнси Паркинсон. Она узнала о ней от Драко, который упомянул её вскользь в очередном рассказе. Старост Гриффиндора ещё не было, чему Малфой не удивился и, напоследок упрекнув своих школьных врагов в плохой пунктуальности, зашёл в купе. Будущая ученица Хогвартса осталась стоять у двери вместе с Крэббом и Гойлом, которые, по-видимому, заводить разговор первые не решались. Она уже хотела их о чём-нибудь спросить, лишь бы не стоять в молчании, как вдруг в вагон залетела уже знакомая гриффиндорка в компании её не менее нелепого рыжеволосого друга. «Хм, по-видимому, это Уизли… Только вот который из них?» — подумала про себя Валери, вспоминая всё те же истории от Малфоя. Гриффиндорская парочка, никого не замечая, влетела в купе старост, после чего Дюлак услышала очередные язвительные комментарии от слизеринцев. Передумав заводить какой-либо разговор, юная волшебница облокотилась о перекладину и стала ждать окончания этого собрания, погрузившись в свои мысли.       Когда дверь купе наконец отворилась, оттуда вышли Уизли и Грейнджер с гордо поднятым подбородком, демонстративно не заметив стоящих слизеринцев, а затем и остальные старосты. Малфой вышел в сопровождении Пэнси, чуть ли не висевшей на нём. От этого зрелища Дюлак чуть не стошнило, ибо она не особо любила, когда подобное выставляют на показ. К тому же, Паркисон не обладала шикарной внешностью или чем-то ещё, так что смотреть на это было вдвойне… неприятно. Судя же по лицу Драко, его эта обстановка тоже не радовала, однако сделать он ничего не пытался. Завидев Валери, он, к удивлению, тут же немного приободрился и, «скинув» с себя слизеринскую старосту, подошёл к девушке.       — Знакомься, Паркинсон, будущая лучшая ученица Хогвартса — Валери Дюлак, — явно решив задеть гордость и самолюбие Пэнси, уже второй раз за день представил Малфой новенькую, после чего она даже слегка смутилась от подобной лести. Слизеринка, оценивающе осмотрев Дюлак, гордо вздёрнула голову.       — Пэнси Паркинсон, — сквозь стиснутые зубы проговорила девушка, явно до этого слышав фамилию французской студентки и не желая вступать с ней в конфликт, хотя её самооценка была однозначно задета.       — Думаю, пора тебе познакомится с остальными слизеринцами, — обращаясь к Валери и не обращая внимания на скверное настроение Пэнси, предложил Малфой. Будущая хогвартская волшебница, хмыкнув от вида этой небольшой сценки, согласилась со слизеринцем, и они все направились в купе, где сидели студенты Змеиного факультета.       Представив Валери остальным слизеринским ученикам, Драко начал расписывать недавнее событие с гриффиндоркой. На моменте, где он начал её высмеивать в том, что она читает детские сказки про какого-то мальчика-ручку, Дюлак устало и громко выдохнула, дабы на неё обратили внимания. Она, ещё будучи во Франции, предугадывала, что здесь плохо с образованием насчёт магглов, но чтоб настолько… Когда большинство взглядов было направлено на неё, девушка решила посвятить чистокровных английских магов в то, что французские обычно знают с детства.       — Этот мальчишка, про которого читала Грейнджер, был одним из самых сильных и загадочных волшебников в Шотландии, — после этого заявления слизеринцы замолчали и стали заинтересованно смотреть на новенькую, ожидая её дальнейшего рассказа. Малфой же с неким удивлением и даже уважением посмотрел на свою новую потенциальную подругу, в то время как Пэнси нахмурилась и стиснула зубы со злобы, так как всё внимание было приковано не к ней. — Он не старел и оставался ребёнком до самой своей смерти. Про полёты магглы, конечно, выдумали. Так что эта Грейнджер в этом плане знает больше. Мне, например, родители с детства читали маггловские сказки и говорили, где правда, а где выдумка. Я думала, во всех чистокровных семьях родители делают так. Видимо, ошиблась, — усмехнулась Валери под конец своего недолго рассказа. Она действительно даже и не подозревала, что здесь так мало знают про подобные истории. — У вас, как я посмотрю, кроме отвращения к магглам вообще ничего нет, — дополнила Дюлак, после чего студенты ещё больше удивились, но теперь уже её дерзости. Девушка маленькой долей души, может, и недолюбливала магглорождённых, будучи типичной чистокровкой и, плюс к этому, перфекционисткой, но не унижала их за это, хотя и старалась по возможности с ними не сталкиваться, сохраняя авторитет среди остальных чистокровных магов. А вот самих магглов она не презирала. Ей даже нравились многие вещи из маггловского мира.       — Раз этот Пэн не старел, как ты утверждаешь, отчего же он умер? — вопрос задала Паркинсон, чему Валери даже не удивилась.       Она уже поняла, что эта особа не отличалась выдающимися знаниями и старалась привлечь внимание Драко любыми способами. Некоторые слизеринцы, тоже не особо блещущие умом, после вопроса Пэнси засмеялись, в том числе и Крэбб с Гойлом, но, получив от Малфоя предупреждающий грозный взгляд, затихли.       — О, это долгая история. Питер влюбился в свою спутницу — фею Тинкербелл, — начала рассказ французская ученица, вспоминая давние вечера у камина, когда мать ей это всё рассказывала. — Но феи тоже не живут вечно. Она поранилась одним смертельно ядовитым растением, опасным в равной мере и для человека, и для мага, и для феи, и умерла. Пэн был в отчаянии и пошёл к Смерти попросить вернуть ему его фею. Смерть лишь улыбнулась и сказала, что это возможно, если Питер сможет переплыть Кокитос, реку плача. Но проблема была в том, что сил переплыть ту реку достаточно только у взрослого, потому что не рассчитывал никто, что ребёнок будет готов пожертвовать жизнью ради спасения кого-то другого. Поэтому Питер и не переплыл. Река унесла его под землю, и никто больше его не видел, — закончила одну из своих любимых историй Дюлак. Слизеринцы молчали, проникшись историей и удивившись тому, что раньше они не знали подобного.       — Но Пэн ведь был магом. Он что, не мог с помощью магии выбраться из реки? И вообще, говорят, что Смерть никого не обманывает.       «Мерлин, ты когда-нибудь заткнёшься?» — с раздражением подумала про себя Валери, закатив глаза. С ней у девушки в будущем явно будут не самые приятные отношения. Паркинсон снова решила вставить своё слово, после чего один или даже два слизеринца усмехнулись. Вот только чему именно: глупости вопроса Пэнси или же несуществующей глупости истории, Дюлак не поняла.       — Кокитос нейтрализует любую магию. А Смерть никого и не обманывала. Правила были одинаковы для любого, будь то маг или ребёнок. Кто ж знал, что ребёнку не под силу переплыть реку? — всё так же спокойно ответила она, хотя эта Пэнси её действительно стала нервировать.       Случайно посмотрев за приоткрытую дверь купе, Валери заметила, что там кто-то стоит. Да и не так, чтобы непринуждённо, будто отдыхая от шума, а именно подслушивая разговор слизеринцев. Она уже хотела тихонечко встать и разоблачить «шпиона», как вдруг раздался голос Малфоя, из-за чего Дюлак успела увидеть лишь знакомую капну пышных и чуть потрёпанных волос. «О, Мерлин, почему так не вовремя?».       — Думаю, нам пора в наше купе за вещами — скоро уже приедем, — с этими словами слизеринец вместе со своей свитой и Валери вышли из купе Пэнси и направились в своё. Девушка сразу же посмотрела туда, где видела с минуту назад знакомый силуэт, но уже никого, как и предполагалось, не было. Разочарованно выдохнув, она направилась за новоявленными друзьями.       — Драко, ты не забыл, что нам ещё нужно сопровождать младшекурсников? — снова раздался приторно-сладкий голос Паркинсон, которая, видимо, абсолютно любыми способами старалась привлечь внимания юного аристократа.       — Нет! — небрежно кинул в ответ Малфой, продолжая свой путь. — Вы подождёте меня около карет, пока я разберусь с этими мелкими недотёпами? — спросил он скорее даже не у названных «друзей», а у Валери перед входом в купе.       — Хорошо, — ответила девушка, усаживаясь поудобнее на последние минут пятнадцать поездки. Слизеринец довольно и, как показалось Валери, даже искренне улыбнулся и начал очередной разговор про тайны и сплетни английской магической школы.