Наследница Блэка

Кухня на площади Гриммо, 12 повидала много историй и жизненных сцен разных людей. Её стены были пропитаны радостью и грустью, горечью обиды и искренними слезами счастья, на ней зарождались любовь и бунтарство, проявлялись ранимость и слабость. Но никогда еще эта комната не видела и не слышала такого, что творилось здесь сейчас.  — Ты мне не говорила, что собираешься оставить Хогвартс! — крикнул Джордж, убегая от Сэм по всей комнате. Парень забрал у слизеринки волшебную палочку, обезоружив её, тем самым защищая себя. Но злости девушки не было предела, и эти эмоции просились наружу, поэтому в ход шли все подручные предметы, начиная от веника, заканчивая тарелками.  — Я говорила! Ты просто никогда меня не слушаешь! — вскрикнула Блэк, остановившись, чтобы отдышаться от бега. — Никогда!  — А вот и нет! Некоторые вещи нельзя воспринимать всерьез и я думал…  — Он думал! — возмущенно вскинула руки Саманта. — А меня спросить было нельзя? Я тут хожу, существовать пытаюсь, каждый день хочу поговорить с тобой, а ты всегда отшучиваешься!  — Я считаю, это глупо…  — Ну так пересчитай, Джордж! Я не вернусь в школу! Просто не могу ужиться с мыслью, что опять придется терпеть Амбридж с её бестолковыми декретами, Драко и его пустоголовых озабоченных дружков, постоянную дисциплину и контроль!  — Да никому не хочется ехать туда! Жаба там этих декретов наверняка за каникулы штук десять накатала! А капитан слизеринской квиддичной команды поле для тренировок уже на каждый день забронировал! Ах, я забыл! Нас же выгнали из команды!  — Я все думал-гадал, когда же ты доведешь своего Джорджика! — в кухню заявился Сириус, от которого в очередной раз несло выпивкой. — Моя племянница — блэковской крови, а тут все девушки с характером. Мой тебе совет, дружок, — Блэк присел возле Джорджа и сочувственно похлопал его по плечу, — беги. Беги, пока не поздно.  — Уже поздно, — саркастично фыркнула Сэм, немного утихомирившись после прихода дяди.  — Вы еще такие молодые. Зачем же тратить время на ссоры? Лучше бы нормально попрощались за то время, что вы тут орали, — ухмыльнулся Бродяга и заиграл бровями, подумав явно о чем-то непристойном.  — Сириус, ты пьян, иди проспись, — сказала Сэм, заваривая себе чай в чудом уцелевшей кружке. Блэк послушался её и мирно поплелся наверх, бурча что-то о неправильной молодежи. Джордж сел за стол и хлебнул чая, приготовленного девушкой. Она поглядывала на него исподлобья, но начать ругаться по второму кругу не решалась. В конце концов, допив содержимое кружки, Саманта подошла к Джорджу и протянула к нему руку.  — Моя палочка.  — Не начинай, — закатил глаза гриффиндорец. — Здесь ты меня уделаешь, не успею я и рот открыть. А мне, честно говоря, жить хочется.  — Не подлизывайся и отдай палочку. Я уберу здесь и пойду спать, — холодно ответила ему Сэм. Её рука была все так же протянута, хоть теперь и немного дрожала. Но Джордж, вместо того чтобы послушаться, поднялся и зажал её руки за её спиной. Потом начал ласково, будто прося разрешения, прикасаться губами к шее Саманты, иногда нежно кусая мочку уха. Девушка закусила губу, чтобы не выдать своего наслаждения и желания получить что-то большее. Когда холодные руки парня внезапно проникли под её свитер, заставляя множество мелких мурашек пробежаться по коже, Сэм нежелательно отпрянула. Ей стоило титанических усилий отдалиться от Джорджа в такой момент, но она была бы не Блэк, если бы подсознательно не желала проявить свою силу воли.  — Моя палочка, — прошептала она в губы Джорджу. Руки её дрожали, а в голосе не было и дольки той надменности или самоуверенности, что обычно, скорее печаль, сожаление и тоска. Она просила. Причем надеялась, что он остановит ее, отговорит от всех затей. Ей хотелось быть маленькой девочкой, чтобы кто-то другой решал её проблемы. Она ведь такая гордая только снаружи, а на самом-то деле хрупкая, словно фарфоровая кукла.  — В моем кармане, — промолвил Джордж, забыв о шутках и юморе на этот раз. Он знал, что она уже сделала выводы. Но он боялся, что видит её сейчас в последний раз. И был жутко зол сам на себя из-за собственной беспомощности и незначительности. Блэк без лишних угрызений совести вытянула из кармана джинс парня свою волшебную палочку. Её взгляд опять остановился на его вишневых губах, слегка обветренных холодным воздухом, но все равно таких желанных. Она не сдержалась. На носочках потянулась к нему и коснулась его губ со всей любовью, на которую была способна. Саманте не хотелось его отпускать. Не хотелось так надолго расставаться. Не хотелось забывать вкус его губ, цвет глаз и аромат парфюма.  — Я завтра уеду в Хогвартс, — окончательно решил Джордж.  — А я останусь здесь, — подытожила Саманта и, не выдержав такого эмоционального напряжения, выбежала из кухни.

***

 — Саманта полночи плакала, — шепнула Гермиона Джорджу на завтраке, на который Сэм не пришла. — А в оставшуюся половину ночи помогала Сириусу опустошать его алкогольные запасы. Ты должен с ней поговорить.  — Перестаньте мне рассказывать, что я должен, — парень потер виски. — Когда мы уезжаем?  — Через минут 15, как только все соберутся. Но, Джордж, вам нужно по-человечески попрощаться.  — Я принесу чемоданы. Твой захватить? Грейнджер кивнула. Она действительно сочувствовала Саманте, но была уверена, что во всем этом Блэк виновата сама. Она могла бы вернуться в Хогвартс и не нарываться на нерешаемые проблемы, тем самым не привлекая к себе внимания Снейпа и Амбридж. Гермионе было действительно сложно понять эту девушку со всеми её поступками. Джордж и Фред тем временем стащили вниз все чемоданы и нетерпеливо ждали, пока сопровождающие их Тонкс и Люпин закончат завтрак. Фред не разделял мнения Гермионы о происходящем. Он считал, что самым лучшим решением было бы и Джорджу бросить Хогвартс, что он и собирался сделать через несколько месяцев. «А какая разница — месяцем раньше, месяцем позже? Таких девушек очень мало, братишка», — изрек Фред несколько часов назад. Но Джордж не прислушался к нему. Он любил Саманту, но её неуместная принципиальность была ему поперек горла. Он не устал от нее, но отрицать то, что отношения с Блэк — дело сложное и требующее терпения, никогда бы не стал. Когда миссис Уизли начала поторапливать всех к выходу, сверху удосужились спустится Сириус с племянницей. У обоих были красные и невыспавшиеся глаза, да и видок не из лучших. Бродяга мгновенно поспешил к крестнику, а Сэм, поздоровавшись с кузиной, неуверенно подошла к Джорджу, которого мама уговаривала надеть варежки.  — Мам, можешь нас оставить? — попросил парень, и женщина удалилась к другому близнецу с теми самыми варежками. — Не выспалась? — Да, есть немного, — Саманта замялась. Так много несказанных слов и так мало времени, чтобы их сказать.  — Я люблю тебя. И пообещай, что эти полгода ничего не поменяют в твоей жизни. Так же, как и в моей. Сэм быстро и часто закивала, уже не сдерживая накатившихся слез. Черт, она стала чересчур эмоциональной и несдержанной. Вместо любых слов просто прижалась к Джорджу, носом утыкаясь в свою любимую ямку возле ключицы. Через несколько минут все начали по очереди покидать поместье. Сириус, не желая демонстрировать чувства на публике, опять вернулся наверх и погрузился в собственное одиночество.  — Это все так бессмысленно. Зачем такие плачевные прощания, если мы увидимся через… Через несколько месяцев? — досадно улыбнулась девушка.  — Так и будет, — Джордж поцеловал её в макушку и следом за братом вышел из дома. Как только ученики закрыли за собой дверь, поместье будто погрузилось в очередную спячку. Теперь нигде не звучал звонкий смех Джинни, стихли подозрительные и ничего хорошего не предвещающие перешептывания близнецов, в гостиной теперь не было и следа Рона и Гарри, всегда играющих там в шахматы, не было и блуждающей по дому с книгами Гермионы. Вместе с ребятами поместье покинул дух жизни и оптимизма.  — Не печалься, милая, — к Саманте, тоскливо смотревшей на дверь, подошла миссис Уизли и обняла её за плечи. — Это твой выбор. Так может быть даже лучше. Парни сосредоточатся только на учебе. И ты за это время сделаешь много полезных дел. Ведь так?  — Да, да, миссис Уизли, Вы правы. Простите, но я тоже уезжаю, — Блэк вытерла слезы рукавом вязаной кофты и натянуто улыбнулась.  — Как? Куда? — удивился мистер Уизли, что уже несколько дней как вернулся из больницы.  — К своей тете. Мне так и не удалось побывать у нее на каникулах. Андромеда будет в ярости, когда узнает, что я бросила школу. Но она поймет, — однозначно сказала Сэм.  — Прямо сегодня?  — Прямо сейчас. Саманта высвободилась из объятий миссис Уизли и побежала за своими вещами. Единственная мысль, которая держала её тут и заставляла сердце больно ежиться — понимание того, что Сириус опять остается один в четырех стенах. Блэк решила, что сейчас ей предстоит еще одно тяжелое прощание.  — Прости, что отвлекаю, Сириус… — Саманта без стука вошла в комнату Клювокрыла, где находился её дядя. — Я уезжаю.  — Это должно было когда-нибудь случиться, — развел руками Блэк и хмуро улыбнулся. — А куда хоть?  — К Андромеде.  — Моя милая кузина Меда… Давненько мы с ней не виделись. Может, захватишь с собой свою верную, старенькую собаку? Она тоже хочет прогуляться, — попросил Блэк с надеждой.  — Я бы с радостью. Но Дамблдор не одобрит, — отрицательно помахала головой девушка.  — Я подыхаю здесь. Артур и Молли сейчас уедут домой и ты тоже. Да даже чертов Кикимер, и тот куда-то смылся!  — Хорошо, хорошо, успокойся. Это безобразие, сумасшествие… Но ладно, — согласилась Саманта. Блэк радостно улыбнулся и поднялся, а все его действия сопровождались обиженным взглядом гиппогрифа.  — Вот это уже по-нашему!  — И мы только проведаем Меду и в тот же день вернемся сюда. Но это не значит, что такие вылазки станут регулярными, ты же понимаешь? — мужчина кивнул. Сейчас он был рад просто потому, что сможет на полную грудь вдохнуть свежего воздуха и кожей почувствовать дуновение холодного ветра.  — Нам нужен план, как незаметно и без лишнего внимания добраться до дома Тонксов.  — Можно в виде маггловской девочки, которая выгуливает своего домашнего питомца, переместиться как можно дальше от площади Гриммо, а потом трансгрессировать к Тонксам. Если нам кто-то сядет на хвост, они потеряют наши следы, — не долго думая, предложила слизеринка. Её терзали сомнения о правильности этого необдуманного решения. Но где-то в самом темном уголке внутреннего мира её душа плясала в ожидании предстоящей авантюры. На том и сошлись. В одну минуту Сириус нарушил обещания, данные не только Дамблдору, но и Гарри, Молли, Люпину и еще половине Ордена. Это путешествие было до непозволительного опасным и рискованным, отчего еще более интересным и ожидаемым. Как только чета Уизли попрощались с Блэками и покинули поместье, Сириус и Сэм начали собираться «в гости». Это звучало настолько буднично, будто никто из них не подвергался смертельной угрозе, показываясь на улице. Саманте превратиться в обычную маггловскую девочку не составило большого труда. А вот с Сириусом были некоторые проблемы. Сначала они полчаса искали поводок и ошейник (чтобы уж наверняка), а потом Сэм едва удалось надеть это на Блэка, что уже превратился в большую черную собаку, которая при каждой попытке напялить на себя ошейник нетерпеливо крутилась и махала хвостом. В конце концов, ближе к обеду дядя с племянницей выбрались на улицу. Крохотные снежинки кружили в воздухе, веял мягкий, игривый ветер, и Бродяга бежал ему навстречу. Сэм не успевала за ним и каждый раз недовольно фыркала, когда пес останавливался, оглядываясь и ожидая хозяйку.  — Еще раз так убежишь, я трансгрессирую без тебя. Твоя одежда в моей сумке, а в образе анимага переместиться ты не сможешь. Так что будь послушным песиком, — Блэк почесала собаку за ушком, и после этого он далеко от нее не отходил. Где-то за два часа с горем пополам Блэки добрались в другую часть Лондона. Там Сэм зашла в какой-то Мерлином забытый бар, который сразу напомнил ей «Кабанью Голову», дала в зубы своей собаке сумку и направила его в туалет, а сама же присела и заказала два кофе. Она ждала заказ, нервно теребя в руках чек и постоянно осматриваясь по сторонам. Ей не верилось, что им удалось так успешно и без лишних забот добраться сюда. За несколько минут к девушке присоединился Сириус, на этот раз в человеческом обличии. На нем было обычное черное пальто, джинсы и сапоги. Ничем не примечательная парочка, в общем.  — Ты чудо, Саманта. Я чувствую себя прекрасно, — сказал Блэк и зевнул, лениво растягивая слова. — Но мне приятно осознавать, что это еще не конец путешествия.  — Легко тебе говорить. Ты ведь на четырех бежал, а я на своих двоих едва успевала за тобой. Но согласна, прогулка неплохая. Допивай кофе и пошли. Выйдя из бара, они завернули в какой-то глухой переулок и уже оттуда трансгрессировали к Тонксам. Точнее сказать, трансгрессировала только Саманта, а Блэк просто крепко держался за нее, поскольку, если верить Дамблдору, велась тщательная слежка, и появление на людях серийного убийцы Сириуса Блэка, да еще и в компании племянницы, могло повлечь за собой ужасные последствия. Надо отметить, что переместились они весьма удачно — всего за несколько кварталов от дома Андромеды, что было даже хорошо, так как трансгрессия прямо к Тонксам могла навлечь подозрения. Да и не культурно это — врываться к людям вот так среди белого дня. На часах было пять часов вечера, когда Блэки наконец добрались до места предназначения. Сэм оглянулась и только потом постучала в дверь, пребывая в радостном предвкушении перед встречей с тетей. Через несколько минут дверь распахнулась, и взору Саманты предстал Тед Тонкс, муж Андромеды.  — Саманта? Неужто ты? Не давала знать о себе больше полугода, а тут так вот просто заявляется на пороге! — говорил мужчина, но при этом лучезарно улыбаясь и обнимая девушку.  — Я тоже рада тебя видеть, Тед! — Сэм похлопала его по плечу. — Это, кстати, мой дядя, Сириус.  — Сириус? Сириус Блэк? — удивился мистер Тонкс. Он ожидал увидеть на своем пороге кого угодно, но только не этого человека с такой мрачной репутацией.  — Собственной персоной. А сестренка моя дома? — спросил Бродяга, через плечо Теда заглядывая в дом.  — Да, да, конечно, — взяв себя в руки и опять приобретая вид доброжелательного хозяина, мистер Тонкс пригласил всех войти. — Вы как раз вовремя, сейчас будем ужинать! Саманта следом за мистером Тонксом вошла внутрь, за ней — Сириус, увлеченно разглядывая помещение. Он выглядел, как маленький, счастливый ребенок.

***

У каждого есть такое место, где его душа чувствует себя дома. Для Саманты этим местом был дом тети Меды, в котором она была спокойна и умиротворена, который был для девушки с детства своеобразной маленькой планетой. Вернувшись в этот дом сейчас, Блэк была поражена тем, что в нем ничего не изменилось. Все картины весели так же, как и в прошлый раз, не подвинувшись даже на миллиметр, в воздухе витал утонченный запах несменного парфюма Андромеды, а в гостиной привычно шумел телевизор.  — Меда, у нас гости! Из кухни, попутно снимая фартук, появилась миссис Тонкс. Она ахнула, увидев, кто решил нанести ей визит.  — О мой Мерлин! — прошептала женщина, и её рука потянулась куда-то к области сердца. Тед сразу поспешил помочь жене, что неестественно побледнела и едва держалась на ногах. А Сэм и Сириус так же неподвижно стояли в коридоре, освободившись от обуви и верхней одежды. — Сириус? Это действительно ты?  — Тот же, что и двадцать лет назад, — улыбнулся Бродяга. Он подождал несколько секунд, пока его кузина придет в себя. Щеки Андромеды залились алым румянцем и она сама кинулась к Сириусу.  — Я уже и не надеялась увидеть тебя! — созналась женщина, обняв Блэка.  — Жив, здоров и почти счастлив, — ответила Сэм, обнимая одновременно и тетю, и дядю.  — А вот с тобой у нас будет другой разговор! — более строго сказала Меда, обращая внимание к племяннице. — Пропадала неизвестно где и писала только тогда, когда ей что-то нужно! Ты представляешь, Сириус? — жаловалась женщина, ожидая, что дядя окажется таким же воспитателем, как и она. — А почему ты, кстати, не в Хогвартсе? Семестр завтра ведь начинается!  — Я, ну, как бы… — замялась девушка, боясь поднять взгляд на тетю и незаметно дергая дядю, прося о поддержке.  — Она экстерном закончила учебу. Профессор Дамблдор был удивлен умениями и талантами нашей племянницы, так что разрешил ей быстрее сдать экзамены, — откликнулся Сириус.  — Знаю я ваши экстерны, — презрительно фыркнула миссис Тонкс. — Сколько раз ты во время учебы пытался так маму провести, а, Блэк? Сознавайся, Сэмми… Опять выгнали?  — Я сама ушла.  — Хогвартс сейчас и близко не тот, что раньше, её можно понять, — продолжал защищать Саманту Бродяга.  — Не хочу даже слышать этих глупых оправданий! — отчеканила Андромеда. Она любила порядок и контроль во всем. И когда Сэм пыталась изменить привычный ход вещей, Меде это действовало на нервы, ведь она забыла, какой была в свои молодые годы. — Мы вернемся к этому разговору позже. А сейчас идем на кухню, там ужин стынет. Саманта облегченно вздохнула и опять обняла тетю. Она почувствовала себя в правильном месте с правильными людьми, впервые за долгое время. Усевшись за столом, все принялись за ужин. Сириус блаженно закатывал глаза, наслаждаясь каждым лакомым кусочком. Миссис Тонкс была отменной хозяйкой, тут не поспоришь. Позже, вдоволь насытившись пищей, Тед и Сириус ушли в гостиную, обсуждать привычные для мужчин вещи, а Сэм осталась помочь Андромеде.  — Так что там со школой? Не заставляю тебя туда возвращаться, я кое-что слышала о новых порядках и кто их там теперь устанавливает. Не представляю, как Дамблдор такое допустил! Но все же расскажи, неужели все действительно так плохо? — поинтересовалась Андромеда, а Сэм весьма удивилась такому отношению тети к данной ситуации. Если даже взрослые считают происходящее в Хогвартсе проблемой, значит надо в корне что-то менять. И первым «что-то» является розовая жаба, вытурить из школы которую близнецы собрались в этом семестре. Блэк поставила себе пунктик на то, чтобы по возвращении домой сразу же отправить Фреду и Джорджу посылку с их рождественскими подарками для Сэм — им-то они понадобятся больше. — Даже хуже, чем ты можешь себе представить, — ответила на то Саманта, готовясь немного приукрасить правду и поделиться ею с миссис Тонкс. — Амбридж — это вообще сущее зло! Говорят, она дала добро на предложение вернуть физические наказания в Хогвартс. Хотя, ей ничего не мешало их использовать, когда эти наказания были запрещены, — сказала Блэк, вспомнив о кровавом пере.  — Плохие времена грядут, Сэмми. Держись подальше от всего этого, — материнским тоном попросила Меда, гладя ладонь девушки. — Твой отец…  — У меня нет ничего общего с моим отцом, — категорично перебила её Саманта.  — Сам-Знаешь-Кто возродился, и твой отец поспешил примкнуть к нему. Нарциссе удается держаться в стороне от Пожирателей Смерти, но вот малец Драко не понимает всей опасности, в которой находится. Он будет рад присоединиться к Пожирателям при первой же возможности. Цисса уже потеряла надежду переубедить сына, что это не принесет ничего хорошего. Она просила об этом тебя, но ты не ответила на её письмо, которое она прислала на Рождество. Твоя мама надеется, что ты поможешь брату отличить добро от зла.  — Ох Мерлин, я совсем забыла о том письме! Мы с Драко не разговариваем и вряд ли будем в ближайшее время, — без нотки волнения ответила девушка, но в душе её крохотным огоньком загорелась тревога за Малфоя-младшего. — Я не смогла подружиться с братом за эти полгода. Каждая моя попытка начать разговор заканчивалась очередными ссорами и унижениями.  — Мы с Цисси уверенны, что Драко сам захочет с тобой посоветоваться. Стать Пожирателем Смерти — дело серьезное и ответственное… Саманту начало раздражать, что её мама и тетя ведутся на уловки её брата. Возможно, Драко как-то выпалил что-то о Пожирателях и желании присоединиться к ним, только чтобы манипулировать родителями, а они делают из этого такую трагедию.  — Вы с мамой опять общаетесь? — спросила Сэм, переводя разговор в другое русло.  — Она ищет любую помощь и поддержку. Я не знаю, как чувствовала бы себя я, реши мой ребенок присоединиться к самому темному и жестокому волшебнику.  — Меда, Волдеморт не подпустит пятнадцатилетнего подростка к себе и близко. Пусть этот подросток и является сыном одного из самых преданных Пожирателей… — Блэк говорила как можно более спокойнее. Неужели все посходили с ума? Дамблдор души не чает в Поттере, в которого якобы вселился Темный Лорд, Цисса и Меда трясутся над Драко, который даже слово «Волдеморт» с тремя ошибками напишет. Саманта не понимала, почему все такие перепуганные.  — Может, ты и права… Но твой брат все равно в зоне риска. Пообещай, что если он тебе что-то расскажет, ты немедленно поделишься этой информацией с мамой.  — Само собой, — Блэк зевнула и потянулась. — Знаешь, мы с Сириусом, пожалуй, будем возвращаться домой. Никто не должен узнать о том, что он приходил сюда, хорошо?  — Конечно, — согласилась Андромеда и начала собирать своим гостям какую-то еду в дорогу. Саманта составила компанию Теду, который увлеченно смотрел маггловские новости и каждый раз неодобрительно махал головой, когда оповещали о чем-то плохом. Сириус же незаметно отправился на кухню к кузине, чтобы наконец поговорить с ней без лишних ушей. Блэк был несказанно счастлив очутиться здесь. Он был всей душой благодарен Мерлину, что послал ему племянницу, которая плевать хотела на правила и запреты. Бродяга столько времени провел один, поглощенный собственными бедами и заботами, что и думать перестал о счастливой молодости, проведенной в компании верных друзей и семьи. А теперь же ему предоставилась возможность вспомнить все это вместе с подругой юности, когда-то беззаботной и ветреной Медой, а сейчас — серьезной и состоятельной миссис Тонкс. Блэк зашел на кухню и встретился взглядом с кузиной, что ловко вытирала помытые тарелки и одарила его наивной ребячливой улыбкой.  — Сириус, Сириус… Сколько же воды утекло, а ты все такой же безбашенный, как и в школьные годы. Сидел бы и не высовывался. Ты хоть знаешь, сколько дают за твою голову? — заботливо спросила Меда. Возле друга детства она молодела на глазах.  — Пусть сначала поймают! — отмахнулся Блэк, и губы его расплылись в мальчишеской усмешке. — Я не такой легкомысленный, как раньше.  — Может, в это поверит кто-нибудь другой, но не я. Ты лучше расскажи, как вы с Сэмми нашли друг друга.  — Чисто случайно. Если б не её внешняя схожесть с тобой и Беллой, я бы никогда не подумал, что мы родственники, — сознался Сириус и продолжил играть с волосами кузины.  — Я так переживала за нашу племянницу тогда. Согласна, может, я повела себя слишком несдержанно, выгнав её из дома, но ты сам посуди! Третья школа и это всего за шесть лет! Нигде этому ребенку спокойно не сидится!  — Саманта больше пошла в нашу семью, нежели в этих, — Блэк начал щелкать пальцами, вспоминая что-то, — нежели в Малфоев. Она горделивая, самоуверенная, но при этом у нее очень доброе сердце. А что касается частой смены школ… Ну же, Меда, никто из нас в её возрасте не был золотым ребенком.  — А вот и нет. Я прилежно училась и меня всегда ставили в пример другим, — отчеканила миссис Тонкс и обиженно поджала губы.  — Тебе напомнить, как вы с Беллой постоянно убегали из Хогвартса после полуночи, и вас однажды застукал и сдал сам Люциус Малфой, потому что вы обе отказали ему, когда он предлагал вам встречаться? — на одном дыхании произнес Сириус и засмеялся. Андромеда удостоила его мстительным взглядом.  — Откуда тебе-то об этом знать? Ты в то время еще слюни вытирать не научился! И тише там про Люциуса, не дай Мерлин Тед и Сэм услышат, — недоброжелательно прошипела женщина.  — Хотя вы молодцы, что отшили этого самовлюбленного блондина. Но младшая сестренка, так сказать, подобрала все, что не понравилось старшим, — продолжал рассуждать в голос Блэк.  — Риктусемпра! — тихо промолвила женщина, и Сириусу едва удалось увернутся от чар щекотки.  — Так по-детски! — расхохотался Блэк, вытаскивая свою палочку. — Давай же, Меда, удиви меня! — с вызовом сказал мужчина. Миссис Тонкс была рада принять предложение кузена и сразу направила в него несколько заклинаний, от которых он удачно защитился. Такое времяпровождение напоминало ей о тех безоблачных днях, когда у всех гулял ветер в голове, когда никто не разделялся на Пожирателей Смерти, орденцев и несчастных жертв.  — Эй, Блэк, неужели «Протего» —это все, на что ты способен? — залилась смехом Андромеда и присела на стульчик. — Но должна признаться, я и сама давно не практиковала заклинаний, за исключением хозяйственных и бытовых. Стареем, братец!  — Пусть у меня и есть морщинки, но душа вечно молода! — возразил мужчина. Его взгляд пал на часы, висящие на стене, и выражение лица резко переменилось. — Пожалуй, нам с Самантой стоит уходить. Не люблю, честно говоря, шастать теперь ночью.  — Ты прав, — Меда похлопала его по плечу. — Давай о себе знать чаще, чем раз в десятилетие. Договорились?  — Заметано! — улыбнулся Блэк. Еще долго они с Андромедой прощались, не желая расходиться. Было столько тем для обсуждения, но время поджимало. Но тем не менее, ближе к полуночи дядя и племянница покинули дом Тонксов и поспешили вернуться на площадь Гриммо.

***

Переступив порог мрачного жилища и закрыв за собой все многочисленные замки и засовы, Блэки разошлись по спальням. Сириус, нашедший внутреннюю гармонию и успокоение после визита к кузине, мгновенно заснул, только коснувшись подушки. Он был действительно счастлив и надеялся, что с появлением племянницы его жизнь станет чуть более яркой и красочной. Впервые за долгое время Бродяге не снился Азкабан. Вместо этого во сне его проведал младший непутевый брат Регулус. «Уж лучше дементоры» — подумал Блэк, проснувшись посреди ночи в холодном поту. Саманте же долго не удавалось сомкнуть глаза. Она, как и планировала, отправила близнецам Уизли посылку, перед этим старательно попрятав в ней разные фокусы на случай, если Филч решит проверить, а к посылке начеркала короткое письмо: «Фред и Джордж, Я подумала, вам эти вещи в Хогвартсе пригодятся больше. У меня все в порядке. Надеюсь, вы благополучно добрались в школу. Передавайте привет Ли. С наилучшими пожеланиями, Саманта Блэк». После отдала посылку совам, что как нельзя кстати оказались здесь и принялась за чтение письма от мамы. Сэм трепетно взяла в руки тонкий желтоватый конверт и аккуратно открыла его. Затем достала оттуда пергамент и начала читать, вдумываясь и анализируя каждое слово. «Дорогая Сэмми, Я рада, что ты не забыла обо мне. У нас все в порядке. И вправду, на Рождество к нам приехала Пэнси. Очень милая девочка, несомненно. Хотя, как мне показалось, Драко не заинтересован в ней так, как она в нем. Мне приятно, что ты делишься со мной своими проблемами. Думаю, тебе не стоит бросать учебу. Но если ты все же решишь не возвращаться в школу, уверенна, твой парень поймет тебя, если действительно любит. Есть еще одна причина, по которой я хочу, чтобы ты продолжала учиться. И эта причина — Драко. Точнее сказать, его озабоченность Пожирателями Смерти. Для тебя не секрет, что я не одобряю такую радикальную и абсолютно негуманную деятельность этой организации, поэтому не хочу, чтобы кто-то из моих детей состоял в ней. Я надеюсь, тебе удастся вразумить брата, ведь у меня уже нет на него никакого влияния. Береги себя. С любовью, Нарцисса Малфой». Слизеринка фыркнула и закатила глаза, бросая письмо в пылающие языки пламени. Естественно, кому нужна она, Саманта? Все заботятся о Драко, единственном и неповторимом. Кого волнуют реальные проблемы, происходящие в мире, если безмозглый маменькин сынок возомнил себя персоной вселенной важности, готовой подвергнуться настоящему риску? Черт, как же это все неправильно. Не желая будить Сириуса от такого крепкого сна, насладиться которым он смог впервые за длительное время, Блэк взяла под контроль свои эмоции и вернулась в комнату, мечтая побыстрее очутиться в царстве ведений.