Долгожданный подарок

День не задался с самого утра. Нет, всё было как обычно. Мама хлопотала на кухне, сестра убирала комнаты гостей, братья кололи дрова для кухни, брат с женой были пока у себя, малышка капризничала. Ярру что-то обсуждали с Вилларом и наставницей, батя ушел за ведуном. Всё как всегда. Только я никак не мог собраться. Почему-то я за одну ночь стал чувствовать своих новых родичей чётче и ярче медведей, и меня это здорово напрягало. Какие-то цепи ежеминутно связывали нас всё сильнее, затягивая крепче и крепче. Шевелиться было затруднительно, эти самые незримые цепи будто по живому впивались в кожу. Похожее у меня с Вилларом, но не так агрессивно и резко, что прям до слёз, плавно очень и приятно, даже ласково, каждый виток, каждая вязь воспринимается, будто Виллар меня по голове гладит. Я так и не смог собраться к завтраку, маму не пустил, отослал, мол, потом поем. Уже скоро наставница придёт, а меня всё из стороны в сторону мотыляет. Наверное, правильно было бы Виллара позвать, но не буду же я его по каждому пустяку тревожить. Покружится голова и пройдет, поболит и перестанет. Вроде, эмоции в узде держу, снег не собирается, так что перетерплю. - Флерран? Ты отчего не готов ещё? – наставница неслышно вошла в мою комнату, глянула на меня, встревожено руками всплеснула: – Что с тобой, мальчик?! Я непонимающе глянул на неё. - Всё хорошо… Вроде… - Какое там хорошо! Да ты ж бледней снега! Виллар! - Я уже тут, Ленова… – он стремительно поднялся по лестнице, отстранил наставницу. – Флерр, сердце моё… – мужчина обнял меня, нежно по спине провел, по голове погладил, а я успокаивался, расслаблялся с каждым мигом всё больше. Как мало мне не хватало… – Чего же ты молчишь-то! – потеребил меня Виллар. – И от меня закрылся, глупый… - Честно, всё хорошо… И как это я от тебя закрылся? Не помню, разве я так умею? - Умеешь, умеешь, на мою беду… – пожурил он меня, мягко поцеловав меня в лоб. Я вцепился в него, не хочу отпускать, не сейчас. Виллар почувствовал мой настрой, прижал крепче. – Лучше скажи, как ты себя чувствуешь? Я лишь головой покачал, не знаю я, как это словами выразить, всю ту маету, что дышать мешает. - Очень сумбурно… Каша в голове… - Это из-за родичей, да? Всё-то он понимает… Я кивнул, пожаловался на наболевшее: - Они стали ярче медведей. И почему-то к себе тянут. Сильно тянут, прям всю душу вытягивают. Это больно. - Хороший мой, это узы… ты принял их, потерпи немного… Вам надо побольше пообщаться. Проведи этот день с Ликъясом, он как раз к вам с Леновой на урок просился. Ему завтра уходить, ведун обещался утром быть, с переходом помочь. - Хорошо… Пойдешь со мной? Их слишком много… - Ну, конечно же… Ленова, ты не против лишних на уроке? - Да какой уж там урок-то будет! Так, поплещемся в водичке, да на солнышке погреемся… – махнула рукой наставница, отчаявшись провести нормальное обычное занятие. - Пусть сегодня будет открытый урок! – улыбнулся я - Открытый? – удивилась Ленова. – Да хоть какой. Пойдемте же, негоже заставлять остальных ждать. Остальными оказались Ликъяс с учеником своим, Сетти, который вертелся и горестно вздыхал, оглядываясь на дом, где остались Кайса с женихом. Урок Ленова решила провести на том же берегу, что и вчера. Так что мы, не спеша, всей большой компанией шагали по лесу. Я держал моё солнце за руку и упивался весенним днем. Рядом с ним он расцветал немыслимыми красками и ароматами. Листочки казались изумрудными и переливались на солнце, капельки невысохшей росы на их кончиках – маленькими бриллиантами, мерцавшими загадочно. Теплый ветер пел негромкую песню в вышине, закручивая белоснежные облака в причудливые спирали, в такт ему покачивали макушками деревья, птицы порхали с ветки на ветку, глазками-бусинками глазея на непрошенных посетителей. Опять низко пролетела сердитая пчела, но уже с товаркой, будто вдвоём у них больше шансов найти сладкий нектар в мелких бутонах ярких первоцветов, одуряюще пахнущих. Мимо проскочил смешной, наполовину полинявший заяц, спугнутый нашими шагами, только серо-белые бока и сверкнули. Просто удивительно, как быстро просыпается лес после зимы! У реки порхали бабочки. Пять великолепных красавиц, небольших, но ярких невесомых частичек радуги. Я завороженно следил за их трепетным танцем, будто цветы ожили и взметнулись навстречу весне и жаркому солнцу, радуясь жизни. - Красиво… – Виллар обнял меня со спины, любуясь на них. - Да… - Флерран! – подозрительно ласково окликнула меня наставница. – Не соблаговолит ли мой уважаемый ученик уделить немного своего бесценного внимания занятию? - Ой, простите, мастер, конечно же, сейчас… - Виллар, не мешай и не отвлекай! – строго отчитывала теперь она Виллара. – Коли не терпится, так поодаль посиди, понаблюдай!! - Прощения прошу, достопочтенная, – с улыбкой ответил он, отпуская меня. Сам же вместе с ярру устроился на стволе поваленного этой зимой дерева, чья крона целиком погрузилась в воду, и теперь юркие серебристые мальки играли между его ветвями и молодыми листиками, что распустились даже в воде; этот великан не собирался умирать только от того, что на боку оказался, и половина корней сохла на солнце. - Флерран, хватит ртом хлопать, приступай уже. Или же тебя смущают столь высокие гости? - Ну нет, что вы! – я не выдержал и рассмеялся, скажет тоже - "высокие", ярру же низкие, а по сравнению с медведями и вовсе недорослями кажутся. Или она что-то другое имела в виду? - Довольно уже в облаках витать, пора поплавать! – наставница окатила меня водой. Менее всего ожидавший подобного, я не выдержал и рассмеялся. - Привет, речка! А я в гости! – со смехом я влетел в воду по колено, замер в паре шагов от берега. – Моя наставница поплавать хочет, давай, поможем! Вода закружила у ног и плеснула широко на берег. Ленову я не хотел мочить с ног до головы, всё же учительница, но вот обувку замочить – это можно! - Ах! – наставница, махнув расшитым рукавом, резво отскочила на пару шагов. – Ну, всё, сам напросился! Не успел я оглянуться, как в меня влетели несколько шариков воды. Пулялась моя учительница замечательно метко. Но и мы тоже не лыком шиты! Я доставал свои шарики из воды, перехватывал её, пытался не упустить контроль над летящими в сторону Леновы. В какой-то момент она сделала хлыст и подсекла под ноги, и я плюхнулся прям на попу, разбрызгивая воду кругом. Только успел мокрые волосы от лица отвести, как на меня хлынул водопад. Мне оставалось поразиться тому, с какой лёгкостью наставница управляла большой водой. Пока я поражался и восхищался, меня отнесло потоком метров на десять. Вскочив на ноги, я побежал обратно, а то с них станется меня бежать вылавливать. Водный хлыст у меня получился раза с пятого, все мои попытки прерывала Ленова, точно и метко запуская шарики воды, целясь в голову и грудь, я не успевал их все отвести, а уж в неё запустить только парочку и удалось. Зато она в какой-то момент так увлеклась бомбардировкой меня любимого, что упустила мой хлыст, тонкий и нестойкий, тем не менее, достаточно цепко дёрнувший её за ногу. Тонко взвизгнув и рассмеявшись, она припала на колено, но быстро вскочила и смела меня сразу тремя хлыстами, ударившими поочередно. Эта возня в реке захватила меня с головой. Следующие хлысты-змеи получались у меня всё лучше и лучше. Даже получалось удерживать шары и прицельно бить хлыстом. Пусть Ленова не показывала мне никаких новых приёмов, но со вчерашними я освоился на все сто. - Великолепно! – захлопали в ладоши на берегу. Ликъяс воодушевленно продолжил: – Просто потрясающе! Честно говоря, я так заигрался, что совсем про них забыл, так что замер посреди реки с водной змеей на плечах. Ленова обернулась к ярру, поклонилась, через миг вода покинула её, и наставница аккуратно уложила сухую косу на голове, растрепавшуюся в ходе нашей игры. Я пока так и не понял, как ей удалось остаться сухой, и с меня вода текла ручьями, мокрая коса прилипла к спине. Хлыст без моего контроля обрушился обратно в реку, намочив меня ещё больше. - Ленова, я преклоняюсь перед Вашим талантом наставника! – на берегу ярру продолжал расхваливать наставницу. - Право же, не стоит, уважаемый Ликъяс, – поклонилась она старшему ярру. Окликнула меня: – Флерран. Хватит загорать! На сегодня достаточно! Иди к нам! Я кивнул и заспешил к ним. Уже приближаясь к берегу, заметил, что подо мной глубокое дно, и в темной воде плавно колыхаются водоросли. - Флерран! – одернул меня оклик наставницы. – Не вздумай под ноги любоваться! Живо на берег! - А я на воде стою! – поделился я своим открытием. - Да что ты? Вот удивил-то! – фыркнула наставница. – Поди сюда немедля! Не поверила? В доказательство потыкал пальцем под ноги, я был по щиколотку в воде и тонуть не спешил. - Но я, правда, стою! - Флерран, ты уже третий час по воде резво бегаешь! И только сейчас заметил? - Ух ты!! Я хожу по воде!!! – завопил во всё горло. - Флерран… – застонала учительница на берегу, поняв, что дорогой ученик ещё не скоро вернется на землю, Виллар только рассмеялся: - Не переживай так, пусть побегает. Мне же было не до их разговора, занятие было первостепенной важности: понять, как это я так, интересно, делаю? Для целостности эксперимента я походил, попрыгал, на спине полежал, даже на руках походил – результат один, глубже, чем на ладонь, я в воду не погружался. Интересно, а если я поплавать захочу? В тот же миг я провалился под воду. - Флерран! – взволнованно вскочил на берегу Виллар. - Я тута! – кряхтя, я выполз обратно на гладь воды. С этим опытом я понял одно: если я не захочу – фиг меня кто утопит. Стоило только представить, как опираюсь руками о деревянный настил мостка и вылезаю из воды, так тут же река стала упругой и сама меня на поверхность вытолкала. Здорово, что уж тут. Только одежда высыхать не торопилась. Может, для этого надо на берег выйти? Пора уже, наверное… и наставница звала. - Может, хватит уже? – позвал меня моё солнце: – Флерр, вылазь! - Иду! – улыбнувшись, я побежал к берегу. - Флерран, ну нельзя же так увлекаться! – пожурили меня на берегу. - Извините, Ленова, но было так здорово! - Ладно, чего с тебя взять! Шалопай ты ещё! – растрепала она мои мокрые волосы. - Мастер, а как мне волосы высушить? Вчера они сухими были, сколько в воде не были, а сейчас не получается. - Попробуй представить, как она улетает, испаряется. Ну, на воображение мне никогда жаловаться не приходилось, так что я последовал советам наставницы, и через пару минут одежда и волосы были сухие. - Справился? Молодец! – похвалила Ленова. – Домой пойдем? Да и гости уже соскучились, наверное. - Ничего не скучали мы! – воодушевленно замотал головой Ликъяс. – Увидели просто замечательный пример усердия и прилежания! Все бы ученики были столь увлечены происходящим, сократились бы все сроки обучения! В миг единый бы мастерами сделались! – при этом он скосился на поникшего Сетти. - Будет Вам нахваливать мальца, зазнается ещё! – одернула его моя наставница. – Может, завтра и Сетти покажет нам, чему обучился? А ещё лучше – сам на пару дней до отъезда на праздник его учителем побудет! - Отличное предложение! Как раз познает мой ученик хоть малую толику ответственности. А то всё баловство на уме. Сетти, слышал? - Да, мастер, – кивнул он не слишком-то радостно. - Не вешай нос, – подбодрил его Ликъяс. – Ты всему уже обучен, только усидчивости не хватает, как раз у малыша и поучишься. - Хорошо. - Вот и славно, договорились. Флерран, готов? - Да, минутку погодь. Воспользовавшись заминкой, я попросил Виллара заплести мне волосы, и пока наставники спорили, он ловко справился с косой, вплетя напоследок кожаный шнурок с собственных волос, моя-то лента давно уплыла. - Готово! – воскликнул я, когда Виллар, чмокнув в лоб, отпустил от себя. Мы уже возвращались, а меня грызла некая недосказанность, неясность. Ведь я так и не понял, зачем ярру с нами пошли, даже позабыть умудрился об их присутствии. - Ликъяс, – решился я позвать его, – а зачем вы с нами ходили? - Ты разве против? – удивился он. - Нет-нет! – поспешил заверить ярру. – Просто я думал, что и вы меня чему-нибудь научите, а вы даже к воде не подошли. - Флерран, мальчик, я бы не взялся советовать тебе что-либо, не оценив глубины твоих знаний и степени мастерства наставницы твоей. Скажу честно, увиденным я более чем доволен, и считаю, что не вправе вмешиваться в ваши уроки. Её стиль работы мне очень по сердцу, и ты с ней отлично ладишь, а это самое главное. Кроме того, у тебя поразительные результаты. Скажу честно, так полно чувствовать воду не каждый может, подобное только великим мастерам под силу. Ты не видел ещё городов наших, но я всем сердцем надеюсь, что ещё увижу твои творения. - Какие творения? Мои картины? - Нет, малыш. Ты знаешь, как мастера строят города? - Нет, откуда. - Мастер своей волей пропитывает водой камень, растворяет породу, любую породу, в потоке, и придает жидкой массе необходимую форму, поднимая на любую высоту вверх, в любом направлении. Потом из жидкой взвеси убирается вода, и в воздухе остается навеки застывшее великолепие. На самом деле всё просто и вместе с тем очень сложно. Для подобного творения необходимо очень тонко чувствовать поток, контролировать его на любой стадии и достаточно далеко. - И я так смогу? - Не сразу, после обучения соответствующего, но сможешь, да! - Здорово. Даже не верю. - Поверь. Тут мне поверь. Вот скажи, тебе удобно по воде ходить? - Ну, да, – не задумываясь, ответил. - И, по-твоему, это просто? - Чего уж проще! Услышавший мой ответ Сетти лишь вздохнул. - Видишь, как вздыхает? Он смог договориться с потоком лишь на седьмой год, а чувствовать его до такой степени, чтоб ходить по воде – буквально недавно. Так быстро принять стихию не каждому дано. Я недоуменно смотрел на них и не мог поверить. - Флерр? – приобнял меня Виллар. – Ты чего? - Я… Это… Гений, да? – смутившись, спросил я. Он рассмеялся, у Ликъяса и наставницы лица вытянулись, Сетти же тоже не выдержал, засмеялся. - Да! – отсмеявшись, выдавил Виллар. – Ты очень-очень скромный маленький гений! - И славно, – довольно улыбнулся я. – Пойдёмте же скорее, юный гений кушать хочет! - Флерран! Негодник такой! Гений он! – негодовала наставница. – Захвалили тебя! Завтра расскажешь пути применения силы! - Не ругайтесь! Расскажу, всё расскажу! А вот если мы не поторопимся, близнецы сопрут пирог и без нас слопают! - Ох, распустили тебя! – уже шутливо продолжила наставница. – Только о еде и думаешь! - Так я же ещё расту! Или уже нет? – спросил у ярру. - Растёшь-растёшь, не переживай, – покивал дядя. Из леса нам навстречу вышли их кошки, муркнули и потыкались бошками лобастыми в руки ярру, и дальнейший путь мы пошли вместе. Все мои мысли были о том, что мне бы очень-очень хотелось на них покататься. Если я очень-очень вежливо попрошу, мне же не откажут? Не отказали. И последнюю треть пути до дома я наслаждался неспешным шагом кошек, шосса, и держал моё солнце за руку. Он покататься не захотел, пожелав пройтись рядом. Мне же было просто сказочно хорошо. Солнца с небосклона жарили уже почти по-летнему, Виллар негромко рассказывал истории про животных, разные, смешные и забавные, в его устах это звучало просто завораживающе. Этот день был прекрасен. Немного подзадержалась я, заигралась с Федечкой. Но еще кусочек вам на радость написала!