Франкенштейн

      Франкенштейн прискакал к особняку, лишь недавно отделавшись от ощущения слежки. Может, это родные стены так влияют? Сняв Офелию с лошади, он на руках понёс её к дому. На крыльце стояла вся его семья, за исключением, конечно, отца. Все улыбались, готовые встречать гостью, однако, увидев покрытого кровью юношу, бледную, перепуганную девушку на его руках и меч, на котором не осталось ни одного чистого пятна, мгновенно всё поняли. Кейт и Ларо бросились к Франкенштейну. Капитан забрал Офелию, оставив племянника на попечение Ларо, который разбирался в ранах лучше него. Краем глаза отметив, что девушка перекочевала в заботливые руки матери, дворянин глазами указал на Брукса. Кивнув, солдат пошёл осматривать гостя на предмет укусов.       - Что там случилось? – спросил Ларо.       - Мутанты, - хрипло проговорил юноша. – Много мутантов. Они напали на особняк. Пока я пробирался к Офелии, я не нашёл никого живого, кроме них двоих.       - Понятно, - нахмурился мужчина. – Сейчас поедем?       - Да, дай только переодеться, в этих тряпках невозможно биться!       Пройдя в дом, Франкенштейн быстрым шагом направился к себе в комнату, по пути рассказывая обо всём, что увидел в особняке Ларкиных. Отвлечься его заставило сердитое ворчание Кейта – впереди стояла Карли. На губах юноши тут же расцвела улыбка.       - Карли! – обрадовано сказал он, широко разведя руки в стороны и шагая к женщине, словно намериваясь её обнять. – Я только о вас и думал весь этот путь! Давайте же поторопимся, моя дорогая!       Солдаты ошеломлённо замерли, глядя на стоящую в ступоре горничную и крепко обнявшего её Франкенштейна. Выпустив её, юноша резким движением сорвал с себя пиджак и рубаху сразу, оголяя стройное накаченное тело, которое совсем не искажали потёки чужой крови. Карли застыла, раскрыв рот и глядя только на него и совсем не замечая, что есть кто-то ещё в этом же коридоре.       - Дышите, моя дорогая, - прошептал юноша, наклоняясь к ней. – Не забывайте про дыхание.       Медленно наклонившись, дворянин стянул с себя штаны, оставшись только лишь в нижнем белье, и кошачьей походкой скользнул ближе к хватающей воздух губами служанке.       - Карли, я очень прошу вас, - промурлыкал юноша. – Как можно быстрее выстирайте эту одежду, пока кровь не засохла, я очень люблю этот костюм, и мне не хотелось бы его терять.       Осторожно передав женщине одежду, дворянин скользнул за дверь, захлопнув её как можно скорее. Кейт и Ларо ушли в классную комнату, через неё попадая в комнату к виконту. И только оказавшись за закрытыми дверями оба мужчины бессовестно заржали.       - Ты же её едва до сердечного приступа не довёл, малец, - хохотал Ларо, вспоминая выражение полной потерянности на лице женщины, прижимающей к себе костюм.       - Ну, Франкенштейн, давненько я так не смеялся, - поддержал его Кейт. Усмехнувшись, юноша, как мог, оттёр кровь тряпками и водой из кувшина и, решив, что вымоется потом, оделся.       - Пойдемте, нельзя дать монстрам двинуться в нашу сторону, - сказал он. Вся весёлость немедленно слетела с родных лиц. Перед дворянином снова стояли капитан и его первый помощник.

***

      Приехав на место битвы, солдаты нашли только разрушенный особняк и горы трупов. Больше никого. Особняк был разрушен практически до основания. Над обломками возвышались несколько стен и единственная уцелевшая башенка. По земле были разбросаны монстры, останки людей, клочки одежды и других вещей, и ни одного признака жизни.       - Странно, кто с ними разделался? – удивился Франкенштейн. – Когда я уезжал, большинство из мутантов было живы.       - Интересно, - задумчиво проговорил Ларо, оглядывая обломки здания. – Весьма интересно. Франкенштейн, ты точно не замечал ничего, хм, странного?       - Да нет, вроде, - нахмурился виконт.       - Любая странность, - настоял помощник капитана. – Даже незначительная.       - Мне показалось, - задумчиво протянул юноша. – Да, всё-таки показалось, словно кто-то был кроме меня, не считая монстров и Офелию с мистером Бруксом. Словно кто-то, кого я не видел, помогал мне, убирая врагов с пути.       - Вот оно как, - задумчиво протянул мужчина, о чём-то крепко задумавшись. Пройдя немного вперёд, он провёл рукой по одной из царапин, словно что-то для себя уясняя.       - Кажется, кто-то переволновался за свою невесту, - хохотнул Кейт, не обращая внимания на своего помощника.       - Это уж точно, - улыбнулся Ларо, отходя от колонны.       - Ты не знаешь, кто мог расправиться с ними? – решил попытать счастья юноша.       - Не имею ни малейшего понятия, малец, - ответил мужчина, проходя дальше, вглубь двора. Франкенштейн подошёл к той колонне, где была царапина. Сам бы он ни за что не заметил, не обратил на это внимания, если бы не Ларо, но это повреждение было не от когтей. Такое ощущение, словно здесь поработал идеально заточенный меч. Потрогав царапину рукой, юноша нахмурился – судя по всему, оружие было не только заточено, но и раскалено до предела, иначе как объяснить эти оплавленные края? И по размерам складывалось ощущение, что это был вовсе не меч, а что-то похожее на длинный кинжал. Но с какой силой надо было ударить, чтобы кинжалом оставить настолько длинную и глубокую царапину на таком крепком камне?       - Ты идёшь? – окликнул его Кейт.       - Да, - отозвался юноша, отходя от колонны и сталкиваясь с внимательными карими глазами учителя. Мужчина ничего не сказал, сразу переключаясь на другое.       Трупы быстро перетаскали в одну кучу и сожгли, чтобы не было восставших. Сейчас, зная, что искать, Франкенштейн отмечал ту или иную странность: колонна была разрушена так, словно её верхнюю половину срезали, сквозь четыре стены были пробиты три дыры друг напротив друга, а на последней – сильная вмятина. Складывалось ощущение, словно кем-то протаранили эти самые стены.       - Что же здесь произошло? – задумчиво спросил себя юноша, когда они уже уезжали из разрушенного особняка. Бросив взгляд на учителя, он понял, что тот что-то, да знает. Но не расскажет.

***

      В тот же день, сыграв героя на чёрном коне, роль коня взял на себя Шальной, юноша толкнул длинную речь о том, как этот момент его жизни повлиял на него, как он всё понял и хотел никогда не расставаться. И уже через несколько минут слёз счастья, Офелия стала его невестой.       - Вот и славно, - удовлетворённо кивнул дворянин на согласие, отпуская коня и протягивая букет цветов девушке.       - Франкенштейн, какой же ты романтичный! – саркастично проговорила Офелия, принимая цветы. – Мог бы и завтра на закате солнца прокатить меня куда-нибудь далеко, где красиво, и там бы уже распинаться.       - Тебе бы было скучно.       - Да, но это не повод опускать романтику! – весело возмутилась девушка. - Наверняка решение жениться созрело сегодня, м?       - Решение да, но невеста всегда была одна, - коротко ответил юноша, сразу же уходя в конюшню, разнуздывать жеребца. – Не забудь написать отцу!       - Да, милый, конечно, милый, - ядовито ответила Офелия. Однако и тот, и другая буквально светились от счастья.       - Мда, - протянул Ларо. – Когда эти двое встанут во главе семьи, монстров можно будет не бояться. Сбегут.

***

      Ночью, скинув с себя оружие и броню, Ларо прошёл в комнату ученика, который, несмотря на позднее время, ещё не спал. С влажных чистых волос ещё капала вода, скатываясь по обнажённой спине и заставляя юношу ёжиться от холодных капель, но он продолжал что-то писать. Весь стол был завален карточками, бумажками, перьями, как целыми, так и затупленными. Подцепив одну из карточек, Ларо удивлённо посмотрел на виконта.       - На свадьбе будут иностранцы?       - С чего ты взял? – устало спросил юноша, откидываясь на спинку стула и щуря усталые глаза.       - Дорогие Мышка-Норушка и Remedioss! – вслух прочитал мужчина. – Позвольте пригласить Вас на самое главное торжество в моей жизни – наш первый семейный праздник, на котором мы соединим наши судьбы и наши сердца!.. Кто они?       Мужчина оглядел со всех сторон красивую открытку, исписанную аккуратным почерком бывшего ученика. Адрес был, но был весьма странным: «ficbook.net/authors/…» и дальше непонятные цифры.       - А, они, - Франкенштейн чуть нахмурился, подбирая правильный ответ. – Скажем так, Мышка-Норушка, хм, наблюдает за моей жизнью.       - Так, что я её ни разу не видел? – усмехнулся мужчина. – Ладно, а Remedioss?       - Тоже, но она ещё помогает мне, исправляет ошибки. Не знаю, что бы я без неё делал!       Помощник капитана некоторое время молча смотрел на юношу, вздохнул и поинтересовался:       - Мне сказать, чтобы добавили приборы?       - О, я думаю, что вы их даже не заметите, - улыбнулся Франкенштейн. – Но я уверен, что они обязательно будут присутствовать. И не только они. Просто я обещал отдельные приглашения для этих двоих. Однако и все остальные приглашены, они тоже будут, я уверен.       - Друг мой, ты здоров ли? – встревожился мужчина, попытавшись смерить температуру. Виконт увернулся и засмеялся.       - Не переживай, - весело проговорил он. – Завтра ты даже не вспомнишь об этих приглашениях, впрочем, как и я. Ты вообще не должен был попасть в этот кусок моей жизни. Иди спать, Ларо. Я закончу приглашения для… моих наблюдателей и тоже лягу.       Сбитый с толку мужчина вышел из комнаты, чтобы в недоумении застыть на половине шага. Что только что произошло? Резко развернувшись, учитель заглянул в комнату. Франкенштейн спал. Ветер развевал абсолютно сухие волосы и шевелил один-единственный свиток на столе.       - Что за чертовщина? – пробормотал Ларо, заходя в свою комнату. – Что только что произошло?

***

      Следующий день прошёл в подготовке к празднику. Срочно созывались гости, прибирался особняк, в особенности бальный зал, на кухне готовили угощение. Франкенштейн, забредший как-то в кухню, с тоской оглядел изящные блюда, которые готовили на пробу, вздохнул и рискнул предложить добавить в меню жаренного мяса.       После этого его бесцеремонно вытолкнули в коридор, ещё и двери захлопнули, оставив виконта ошеломлённо хлопать глазами. Горестно повздыхав, юноша пошёл было к Офелии, но и оттуда был выставлен, на этот раз родной матерью, заявившей, что до самого вечера он её не увидит. Нахмурившись, юноша сунулся в казармы, но и там никому до него не было дела.       - А надо было дату свадьбы назначать не на следующий день после приезда, а хотя бы через неделю, - смеялся Кейт, оглядывая обиженного племянника.       - Ты видел меню? На балу мы все умрём от голода!       - Виконт, а вы после церемонии приходите к нам, - шепнул Патрик, подмигнув. Немного воспряв духом, юноша оседлал коня и поехал в город, за подарками на обе свадьбы. Голодная смерть им больше не грозила. Уж где-где, а на солдатской свадьбе голодным не останешься!       Гуляя по рынку, он услышал странный разговор. Около одного из прилавков стояла смутно знакомая женщина. Она что-то покупала, но явно не разбиралась в ценах.       - Я вас не понимаю! – вздохнула незнакомка. – Почему не хватает-то? Или мне что-то не то сказали?       - Что вы, миссис Кравей? Уж кто-кто, а Геджутель-ним разбирается в ценах! – тут же залопотал один из её охранников. Женщина прикрыла глаза и расстроено вздохнула.       - Прости, Игнесс, видимо, мамочке придётся вернуться домой без этой куклы, - проговорила она, возвращая куколку продавцу. Франкенштейн нахмурился, увидев, что из покупок у неё было всего несколько игрушек и нож, видимо, для мужчины. Но в ладони продавца было гораздо больше монет.       - Замер! – рявкнул виконт так, что вздрогнули все, даже охранники странной иностранки. – Попробуй только руку убрать, лишишься её!       - М-молодой человек? – неуверенно позвала Кравей.       - Прошу прощения за вмешательство, миледи, - чуть поклонился юноша. – Но этот шарлатан вас обманывает. Сейчас я вам объясню ценность денег. Как только мне их вернут.       Выразительный взгляд в сторону продавца, и деньги тут же перекочевали в ладонь дворянина. Вскоре в руках незнакомки снова оказалась понравившаяся ей кукла и сдача.       - Ох, спасибо вам огромное! – соловьём разливалась женщина. – Я просто не представляю, как вас благодарить!       Вежливо ответив на все две минуты благодарности, юноша проводил незнакомку к дороге и окинул взглядом с ног до головы.       - Мы с вами нигде не встречались? – нахмурился Франкенштейн. – Вы кажетесь мне знакомой.       - Этого просто не может быть! – засмеялась каджу. Не говорить же ему, в самом-то деле, что она на его глазах разрушила стены в крошку! Странно, что контроль разума не сработал, как надо. – Я бы вас запомнила.       - Впрочем, как и я.       Голубые глаза пытливо разглядывали её, и каджу поняла, что ей надо срочно менять темы для разговора.       - Вы чем-то встревожены, - совершенно серьёзно проговорила Кравей, оглядывая ауру человека. – Но в то же время счастливы. Что-то случилось? Если, конечно, не секрет!       - У меня сегодня свадьба, приехал за подарками, - улыбнулся виконт. – Однако опасаюсь нападения монстров, вот и всё.       - Оооо, - протянула женщина. Вот совпадение! Они как раз по этому делу! Но не говорить же ему об этом! Однако что-то в этих голубых глазах мелькнуло такое, что ей просто захотелось успокоить его. Кравей подошла к нему близко-близко и сказала без улыбки:       - Ни о чём не беспокойся сегодня. Никто не побеспокоит этот день и эту ночь.       Сказав эти слова, женщина тут же метнулась в сторону, уже с ветки наблюдала за удивлённым собеседником, который оглядывался, не понимая, куда она делась.

***

      Домой Франкенштейн вернулся уже в бодром настроении. Проехав через ворота, он улыбнулся, оглядывая украшенный дом и казармы, где будет проходить свадьба великана и Анжелы. Около ворот стояла карета Ларкиных. Граф крепко обнимал свою дочь, причитая:        - Я так боялся, что больше никогда тебя не увижу!       Юни, впрочем, тут же увела сына, чтобы тот не видел невесту.       - Для неверующей ты слишком суеверна, - проворчал Франкенштейн. Графиня звонко засмеялась, но не выпустила рукав виконта, продолжая вести его за собой.       - Что будешь делать с Джеймсом?       - Зажарю и подам на обед мутантам, а что?       - Франкенштейн!       - Прости.       - Я о завещании. Ты же читал завещание Мэри?       - Конечно, - вздохнул юноша. – Я что-нибудь придумаю. Не переживай.       Кивнув, женщина поднялась и на мгновение положила руку на плечо сына.       - Я так рада за тебя, Франкенштейн, - тихо проговорила она.       Двери закрылись, и виконт остался один в своей комнате. До начала церемонии ещё было время, можно отдохнуть. Юноша специально назначил свадьбу так скоро, чтобы гостей Джозефа было как можно меньше, хотя он и понимал, что большинство из них всё равно приедет. Жили они недалеко.       Откинувшись на спинку стула, юноша слегка улыбнулся. Настроение было прекрасным. Почему-то вспомнился первый день, когда они познакомились с Офелией. Ему тогда было всего пять лет, а Офелии – четыре.       - Франкенштейн! – позвала Юни, выходя в сад. Мальчик оторвался от освобождения кустов малины, героически поедая ягоды, и посмотрел на маму.       - Иди к папе, да умойся, чумазый такой! – засмеялась женщина. – Сейчас к нам приедут гости. Граф Ларкин со своими детьми. Ты, скорее всего, не помнишь их. Когда они приезжали в прошлый раз, ты был совсем крохой.       - Я понял, ма, - улыбнулся мальчик, со всех ног бросаясь в дом. С гиканьем увернувшись от попытавшегося поймать его дядюшки, он залетел в комнату отца.       - Мама просила меня умыть! – гордо проговорил мальчик. Джозеф отложил свитки в сторону, с улыбкой глядя на сына.       - Сорванец, - констатировал мужчина. – Опять всю малину слопал?       Подхватив мальчика на руки, мужчина понёс его умываться. Скоро должен приехать граф, не выпускать же этого парнишку таким грязным?       В ожидании кареты Франкенштейн разве что не подпрыгивал. Мама сказала, что детей будет двое: мальчик и девочка. И если мальчик был старше юного виконта, то девочка была всего лишь на год младше.       Ворота распахнулись, впуская во двор большую карету, на месте возницы которой сидел, как оказалось, сам граф.       - Всё никак не наймёте кучера? – весело спросил Джозеф.       - Он есть, - в тон ему ответил мужчина. – Просто дома остался.       Оба рассмеялись, а Франкенштейн, поздоровавшись с мужчиной, нетерпеливо смотрел на открывшуюся дверь. Первой вылезла пухлая женщина-нянечка, которая помогла спуститься милому мальчишке семи лет.       - Знакомься, мой сын – Джеймс, - представил его граф. – Это Франкенштейн.       - Очень приятно, - степенно проговорил мальчик, протягивая ладонь. Нянечка тут же заворковала, мол, какой молодец, какой умница, воспитанный виконт. Франкенштейн же пожал руку и снова перевёл взгляд на карету. Джеймс ему не понравился.       Однако второй пассажир выходить не спешил, боязливо прячась в карете. Нянечка хмуро посмотрела туда, потом на весело болтающих дворян, и тихо прошипела:       - Выходи немедленно, несносная девчонка!       Удивлённо посмотрев на женщину, Франкенштейн сделал шаг к карете.       - Разве вы имеете право так разговаривать с виконтессой? - нахмурился он. - Я обеспокоен вашей непрофессиональностью и вынужден говорить с графом Ларкиным по этому поводу. А сейчас, пожалуйста, отойдите и позвольте мне поприветствовать юную гостью.       Женщина ошеломлённо замерла, глядя на серьёзного пятилетку. Заметив, что никто его не остановил, мальчик смело дошёл до кареты и с любопытством заглянул внутрь.       Там, прижавшись к стенке, сидела маленькая девочка. Зеленые глаза со страхом смотрели на него, светлые кудряшки рассыпались по плечикам. На голове была небольшая шляпка.       - Привет? – неуверенно поздоровался Франкенштейн. – Почему ты боишься?       Девочка ему понравилась, поэтому он решительно взял её за ладошку и потянул за собой. Малышка неуверенно выбралась на улицу.       - Как тебя зовут?       - Офелия, - тихо проговорила она.       - Я – Франкенштейн, приятно познакомиться, - выдержал все рамки приличия мальчик. – Думаю, что мы здесь больше не нужны, пойдём играть?       - Играть? А можно? – удивлённо распахнула глаза девочка.       - Конечно, можно! – воодушевлённо проговорил Франкенштейн. – Мама сказала, что вы у нас будете гостить неделю, знаешь, как здорово! Я тебе столько всего покажу!       Он всё говорил и говорил, найдя, наконец, объект, с которым можно было обсудить всё на свете! Ведь не всегда взрослые понимали, что с этой стороны куста малина вкуснее, чем с другой. А на высокой ветке яблоко волшебное, особенно если достать его самому.       Постепенно Офелия тоже разговорилась, оказавшись чуть менее активной девочкой, чем сам Франкенштейн. Уже к вечеру она с гиканьем носилась по замку, пытаясь отобрать шляпку и совсем не обращая внимания на грозную нянечку.       Виконт открыл глаза. Граф тогда был рад, что девочка, наконец, расшевелилась, и старался как можно чаще ездить к ним в гости или хотя бы отвозить туда детей. Сам он частенько бывал занят, из-за чего юные дворяне оставались на попечение мамок и нянек.       Но как это отразилось на его подруге, юноша понял, только услышав разговор матери с тётушкой Офелии.       Сейчас, думая о детстве, он вспоминал, как Джеймс выражал свою нелюбовь к сестре: толчки, подножки, обидные слова. Он всегда старался сделать это так, чтобы никто не заметил. И когда Офелия станет его женой, он обязательно схватится за возможность лишить её наследства.       Губы юноши растянулись в улыбке. Если он так этого хочет, почему бы и нет?       Поднявшись, он сладко потянулся и вышел из комнаты. Услышав лёгкие шаги, юноша тут же свернул в ту сторону. Кому принадлежат эти шаги, он знал точно.       - А, вот вы где, мисс Карли, - проговорил Франкенштейн. – Я случайно разлил варенье в подвале, уберитесь там, пожалуйста. К тому же, мисс Анжела уже давно просила вас подготовить мне костюм. Поспешите, я не хочу опоздать.       Женщина скрипнула зубами, но кивнула и послушно пошла в подвал. Виконт слегка усмехнулся. Горничная выглядела уставшей. Конечно, перед отъездом за подарками он попросил её убрать весь особняк. А на попытку позвать Анжелу ледяным тоном заявил, что невест не дёргают по таким пустякам. Сейчас он отмечал влажные (а кое-где и мокрые) полы, значит, она не рискнула ему перечить. Это хорошо. Интересно, сколько она так продержится?

***

      Свадьба. Это слово всегда представлялось юноше весельем и праздником. Церемония бракосочетания прошла хорошо. Поцелуй, кольца, первый вальс – Офелия светилась от счастья, Франкенштейн довольно улыбался, глядя на неё. И в бальный зал они приехали под впечатлением этих моментов счастья.       Чтобы уже через час заскучать. Однообразные танцы, весёлая и спокойная музыка, накрытый стол и бокалы – это быстро наскучило. Тоскливо переглядываясь, новобрачные незаметно вздыхали и снова танцевали. Заметив краем глаза движение около портьеры с секретным ходом, юноша напрягся. Оттуда выглянула Юни, махнув рукой, мол, иди сюда. Воровато оглядевшись, виконт подхватил жену под локоток, незаметно скрываясь за тканью.       - Думаешь, не будут искать? – спросила Офелия.       - О, им уже не до вас! – весело заметила графиня. – Идём!       На улице, в казармах, весело горел костёр, солдаты чествовали Патрика и Анжелу. Оба так же ещё одеты в свадебные наряды. Оба счастливые.       - А вот и ещё новобрачные! – радостно заметил Ларо, отсалютовав им бокалом. Заметив Офелию, все заметно напряглись, но, повинуясь негласному знаку виконта: «Свои», расслабились.       Этот праздник был намного веселее. Несмотря на отсутствие музыкантов, пели песни, плясали, прыгали через костёр, приведя в ужас виконтессу и её же утянув прыгать. Не прошло и пяти минут, как сама Офелия бесстрашно бросалась в пламя. Франкенштейн только лишь посмеивался, держа в руках не самую элегантную, зато большую кружку с чем-то горячительным, он ещё не пробовал. Патрик и Анжела вовсю обхаживали его невесту, полюбив, словно родную дочь. Было здорово!       - Виконт, простите, - вдруг раздался шёпот за его спиной. – Ваш отец срочно требует обратно на бал вас вместе с госпожой!       Немного оглянувшись, юноша увидел одного из охранников, что остались в зале. Кивнув ему, юноша сделал большой глоток содержимого кружки и передал её помрачневшему дяде.       - И её заберёшь?       - Нет, скажу, что она неважно себя чувствует. Только постарайтесь, чтобы моя дорогая жёнушка не заметила моего отсутствия. Примчится же.       Пройдя обратно в зал, Франкенштейн влился в толпу так, словно он никуда и не отлучался. Общаясь с гостями, он дошёл до отца, отмечая его не самое трезвое состояние.       - Вы звали меня отец?       - Где Офелия?       - Офелии стало нехорошо, я отвёл её в комнату, - спокойно ответил юноша, оглядывая стоявшего рядом мужчину.       - Ясно, - усмехнулся граф. – Знакомься, сын мой, это граф Мейси. Муж моей рано почившей сестры. Получается, что он твой дядя.       - Приятно познакомиться. Моё имя – Франкенштейн, - вежливо улыбнулся юноша, крепко пожав руку гостю. Странно, что он раньше его не видел.       Однако этот человек, несмотря на приятную внешность и доброжелательную улыбку, ему совсем не понравился.       Пообщавшись с гостями и проведя в помещении ещё немного времени, Франкенштейн снова улизнул. И на улице, среди весёлой пляски и жаренного мяса, утолившего его голод, виконт и думать забыл про графа Мейси.       Далеко за полночь увёл Офелию в дом. И потом, глядя, как утренние лучи солнца постепенно пробиваются сквозь щель штор, он обнимал уснувшую жену и не думал ни о чём. Словно не в этой жизни были монстры, словно не его ждут эксперименты и голодные мутанты, словно нет опасности, а есть только они вдвоём.       Он и Офелия.