Франкенштейн

      Лорд сидел на своём троне, изящно положив голову на тыльную сторону ладони и прикрыв глаза. С самого утра никого не было, где же их носит-то?       Уже со вчерашнего дня он ждал доклад от клана Кравей и Кертье, которые были отправлены на разведку в мир людей. Может, отправить им подмогу?       В это же время двери распахнулись, и в зал стремительно прошли оба каджу.       - Лорд, - проговорил Рейгар. – Задание выполнено, монстры и создавший их человек были уничтожены.       - Никто вас не заметил?       - Нет, Лорд.       - Отлично! – хлопнул в ладоши благородный. – Тогда поднимайтесь! Расскажите мне, что вы узнали о людских землях? О, каджу Кравей, что это за прелестная кукла у вас в руках? Постойте, - мужчина резко оборвал сам себя. – Вы что же, прямо сразу прибыли ко мне, не заходя в дом?       - Да, Лорд, - синхронно проговорили оба каджу.       - Эх, - мигом поник Лорд. Тоскливо посмотрев на них, он быстро и без каких-либо эмоций протараторил. – Вы-наверное-устали-доклады-все-потом-идите-отдыхайте. Кыш!       Когда благородные ушли, мужчина вздохнул. Скучно. Но не мог же он заставить уставших каджу тешить его только из-за того, что он заскучал? Главное, потом не забыть расспросить их обо всём!       - Лорд, я пришёл к вам с ежемесячным докладом! – радостно проговорил Геджутель, заходя в зал.       Благородный правитель горестно застонал.

***

      Со дня свадьбы прошло два года. Два тихих и спокойных года, за которые Офелия вошла в их семью так прочно, словно жила здесь всю жизнь. Она помогала Юни, скрасив одиночество женщины, ведь не всегда её мужчины могли уделить ей должное внимание. Юни же, в свою очередь, обучала невестку всему, чему не успела Мэри.       Мистер Брукс так же быстро влился в армию графа, отчасти из-за знакомства с Ларо. Патрика Франкенштейн по-тихому повысил до второго помощника капитана. Граф не заметил, подмахнув не глядя.       Анжела в первый же год после свадьбы родила ребёнка: мальчишку, очаровательно совместившего в себе черты отца и матери. Мальчика назвали Райан.       Франкенштейн, теперь уже двадцатилетний молодой человек, осторожно пробрался в старый лаз и устало потянулся. Засыпать за столом было не самой лучшей идеей. Решив размять затёкшие мышцы на тренировке, он прошёл во двор. Офелия уже третий день гостит у отца, завтра вечером надо будет забрать её, к тому же надо наладить отношения с их поставщиком продуктов, которого отец оскорбил, перебрав вина. И принять графа Мейси в гости, хотя это скинуть на Джозефа. Сам пусть разбирается с этим неприятным типом, будь он хоть трижды дядей!       Уже скоро усталый и мокрый от колодезной воды дворянин бодро шёл по направлению к своей комнате.       - Доброе утро, виконт, - послышался откуда-то из-за лестницы звонкий голосок. Молодой человек посмотрел в ту сторону.       - О, Эмили, прошу прощения, я вас не заметил, - тепло улыбнулся он. Новая помощница мисс Анжелы неловко поклонилась. Молодая девушка, девятнадцати лет, с густыми каштановыми кудряшками и пронзительными карими глазами. Простая, добрая и невероятно весёлая.       - Ничего страшного, виконт, вам не надо извиняться, - солнечно улыбнулась она. Не ответить на такую улыбку было невозможно. Но, увидев около служанки два ведра, наполненные водой, молодой человек тут же нахмурился.       - Эмили, сколько раз вам можно говорить? – вздохнул он. – Не таскайте такие тяжести! Вам нельзя перегружать спину!       - Н-но… как же? Я же…       Увидев, что испугал её, Франкенштейн тут же сменил гнев на милость. Подошёл и сам подхватил вёдра. Теперь он понял, почему не заметил её. Девушка просто стояла, а не шла, видимо устав нести воду.       - В-виконт! Что вы делаете? – совсем перепугалась Эмили. – Да как же это? Вы же не можете!.. Виконт, поставьте немедленно! Да что же это такое? Вам же…       - Успокойся, егоза, - засмеялся молодой человек. – Мне не тяжело. Но впредь, если ты не хочешь, чтобы я таскал вёдра с водой, зови кого-нибудь в помощь. Договорились?       - Д-да, я поняла.       - Куда их нести?       - Туда, виконт.       Девушка практически побежала следом за ним, чтобы поспеть. Заметив это, виконт сбавил шаг. Новая помощница Анжелы ему нравилась. Найти замену Кейт долго не мог, пытаясь подобрать девушку, способную не попасть под влияние графа и сдружиться не только с подозрительным племянником, но и с ещё более подозрительным Ларо, и с Юни, и, конечно же, с самой Анжелой.       Поиски закончились там, где они совсем не ожидали.       В тот день солдаты втроём патрулировали город. Мутанты не появлялись уже несколько месяцев, что уже само по себе было подозрительно. Поэтому они и взялись за патрулирование, оставив дом на попечение Патрика и мистера Брукса. Потратив два дня на прочёсывание леса, они, в конце концов, вышли на большую брешь. Место походило на поле битвы. Деревья повалены на многие километры во все стороны от эпицентра, на уцелевших стволах и поломанных брёвнах видны следы от неизвестного оружия. Кроме этого больше ничего не было. Абсолютно ничего: ни трупов монстров, ни следов от тех, кто сражался, ни одного клочка ткани.       - Что же здесь произошло? – удивлённо спросил Кейт.       - Что бы здесь не произошло, - ответил Ларо, – монстров можно пока что не бояться. Эти твари исчезли надолго. По крайней мере, мы успеем поднатаскать нашу армию и набрать новичков. А заодно и укрепить стены.       - Откуда такая уверенность? – усмехнулся Франкенштейн, всё больше убеждаясь в том, что бывший учитель, а теперь командир, что-то знает.       - Чуйка, - легко отмахнулся мужчина. – Как насчёт пообедать в деревне? Я тут таверну одну неплохую знаю. Кстати говоря, там есть одна девчушка расторопная, если Кейт всё ещё не нашёл новую помощницу Анжеле.       До деревни дошли без приключений, в таверне сытно пообедали и собрались в обратный путь, когда услышали переговоры за соседним столом.       - Сиротку-то нашли, говорят, - заговорщицки говорил один из мужчин. – В канаве, говорят, лежала. Надругались ней, конечно, бедняжкой, едва дышала!       - А сейчас-то она где? – спросил другой.       - У лекаря местного, говорят, отлеживается. Но он говорит, что не жилец девчонка.       - А что, хорошая девушка? – спросил Франкенштейн.       - Прекрасный человек! – хором ответили все за столом. – Скромная, труда не чурается, считай, только так и выживала. Здесь поможет, там поможет, а там ей и платили, кто едой, а кто деньгами.       Кивнув, юноша поднялся и решительно вышел из таверны. Где находился лекарь, он знал.       Девушка лежала на кровати, в дальнем углу. У неё был жар, начавшийся после ночи, проведённой в холодной воде канавы. Голова металась из стороны в сторону.       - Она, что ли? – спросил Франкенштейн, глядя, как Ларо смотрит на пострадавшую. Тот коротко кивнул.       - Симпатичная девка, - проговорил лекарь. – Синяки сойдут, снова мужики таскаться будут. Если выживет.       - Ларо?       - Я надеюсь, её аккуратно перенесли сюда? – спросил мужчина.       - Да, наш кузнец и притащил на руках.       - На руках?! – возмущённо переспросил Ларо. – У неё же явно с позвоночником что-то! А если перелом?       Лекарь удивлённо смотрел на солдата, явно недоумевая, что тот от него хочет. Резко вздохнув, Ларо посмотрел на виконта.       - Вылечу, тащи носилки.       Франкенштейн осторожно поставил вёдра на пол и, коротко кивнув на россыпь благодарных слов, ушёл дальше по своим делам. Сейчас Эмили не была похожа на ту девушку, что они принесли домой и, под охи и ахи графини и виконтессы, унесли в больничное крыло.       Изначально девушка, конечно, боялась. Шугалась от всех, жалась к Анжеле – единственному человеку, которому смогла довериться.       Ровно до того момента, когда её отправили в город за покупками, где на неё снова напали. Девушка не успела даже испугаться, когда её утащили в тёмный переулок, потому как в то же мгновение была выдернута обратно. Под защиту Патрика.       - Эта девушка служит дому графа, - холодно проговорил он, поигрывая огромным двуручным мечом. – Вы наверняка наслышаны о нас.       Разбойники дружно икнули и сделали шаг назад, чтобы натолкнуться на остриё орудий ещё нескольких солдат, во главе с Ларо.       - Эта девушка теперь под нашей защитой, - с доброжелательной улыбкой проговорил он. – Надеюсь, что об этом узнает вся шваль, что околачивается в этом городе, ну, пожалуй, и в окрестных деревнях.       Клятвенно заверив, что все всё узнают, разбойники под бдительным надзором помощника капитана оплатили покупки и исчезли так быстро, словно никого и не было.       - А ты, - обратился к ней Ларо. – Не ходи больше одна. Наши солдаты не посягнут на твоё тело без твоего разрешения. С этим строго. Ясно?       - Д-да, - пролепетала девушка, густо покраснев от непривычной прямоты солдата.       Доверять с той же секунды она, конечно, не стала, но первое зерно уже было заброшено на весьма плодородную землю.       - Виконт!       - А? – тут же затормозил Франкенштейн. – Что случилось? Спина?       С того момента, как Ларо позволил девушке работать в полную силу, прошло не так уж и много времени, и практически все следили за тем, чтобы девушка не угодила снова на больничную койку. Солнечная Эмили никого не оставляла равнодушным.       - Нет, всё хорошо. Скажите, - девушка немного помялась, но продолжила. – А это правда, что предыдущая помощница госпожи Анжелы была изгнана в царство тьмы?       - Что? – переспросил Франкенштейн, ошеломлённо глядя на помощницу и ощущая острое желание проверить её температуру.       - Мне солдаты рассказывали, что якобы вы… изгнали её в ц-царство Тьмы.       Дворянин не выдержал и засмеялся так громко, что стёкла задрожали. Ему пришлось вцепиться в перила, чтобы удержать равновесие, однако всё равно опустился на ступеньки, утирая слёзы.       - Я? Изгнал Карли? – выдавил он. Вот что о нём говорят теперь? Отсмеявшись, молодой человек поднялся, всё ещё хихикая, и посмотрел на служанку.       - Нет, Эмили, не переживай. Я действительно выгнал предыдущую горничную, но тебе это не грозит. Ты прекрасно справляешься с возложенными на тебя обязанностями.       - Благодарю, виконт! – зарделась девушка, поспешно поклонившись. Счастливо засмеявшись, она взялась за оттирание пола.       Обряд по изгнанию из дома демона в лице Карли Франкенштейн провёл спустя несколько дней после свадьбы, после того, как женщина попыталась соблазнить его прямо на глазах молодой жены. Решив, что он давал ей множество различных шансов жить себе спокойно под крылышком у графа и не трогать никого более, юноша перешёл к активным действиям. Просто выгнать её не получалось, Джозеф не позволял. Пришлось действовать так, чтобы Карли сама захотела уйти. Поэтому он и завалил её работой. Сослав Патрика вместе с Анжелой «отдохнуть», он неустанно следил за чистотой особняка, нещадно гоняя горничную, впрочем, как и Юни, и Офелия. Очень скоро кудряшки выпрямились, а волосы потускнели без ухода, в глазах появилась усталость, а руки потеряли нежность. Тогда юноша перешёл к активным действиям.       Ночью он пришёл к ней в комнату, присев на кровать и ласково проведя ладонью по тёплой ото сна коже. Женщина тут же проснулась, сонно глядя на неожиданного гостя.       - Карли, - прошептал дворянин. – Вы прошли все мои проверки. Теперь, когда вы доказали, что достойны этого, я готов принять вас в нашу семью. Я не хотел такого для вас, но вы были упрямы в своём решении. Прошу вас, следуйте за мной.       Взяв её за руку, виконт повёл женщину по коридору. Было тихо. Полная луна освещала им путь. Карли дрожала то ли от страха, то ли от сквозняка.       - Куда мы идём, виконт? – всё-таки осмелилась спросить женщина.       - Тсс, - Франкенштейн улыбнулся так, что горничная невольно отпрянула. – Сейчас вы всё узнаете. Осталось недолго.       Они прошли дальше, к прачечным, спустились в подвал и продолжили путь, пока не вышли в большую залу, едва освещённую тусклыми фонарями. Прямо посередине стоял большой каменный алтарь, на котором сидела Офелия, вся в белом и с распущенными волосами. Девушка повернула к ней голову, глядя немигающими зелёными глазами.       - Я рада, что вы решили присоединиться к нам, Карли, - глухим и каким-то загробным голосом проговорила она. – Но, на правах жены, обряд пройду сначала я.       - Об-бряд? – переспросила горничная.       - Обряд посвящения в нашу семью, Карли, - прошелестел Франкенштейн, медленно подходя к алтарю и помогая жене улечься на холодный камень. В его руке блеснул кинжал.       - Что с вашим лицом? – едва слышно спросила женщина, глядя на мертвенно-бледное лицо виконта. Юноша снова повернулся к ней, и Карли, вскрикнув, отступила на шаг. Вся левая сторона была залита кровью, волосы слиплись, а под глазами залегли глубокие тени.       - Вы видите моё истинное лицо? – без каких-либо эмоций спросил он. – Хорошо, значит, вы уже почти присоединились к нам. Офелия!       Это было сказано неожиданно и громко, словно гром загремел в небе и эхом пронёсся по подземелью. Карли подпрыгнула от испуга и, прижавшись спиной к стене, с ужасом смотрела на поднявшийся кинжал, и как виконт что-то говорил на каком-то незнакомом ей языке.       Непонятное заклинание звучало всё громче, Офелия извивалась, словно от боли, цепляясь за холодный камень, за брюки юноши до тех пор, пока Франкенштейн резко не оборвал свою речь и не вонзил кинжал прямо в сердце жены. Из-под оружия фонтаном хлынула кровь, окропляя алтарь, попав на лицо дворянина, который медленно выпрямился и посмотрел на Карли.       - Теперь вы, - с каким-то опасным блеском глаз проговорил он.       - Нет! - закричала женщина, буквально врезаясь в дверь. – Нет!       Дверь распахнулась, и Карли побежала по подземелью, намериваясь вырваться наружу и отправиться к графу, чтобы рассказать о случившемся.       - Вам не скрыться, Карли! – проговорил Франкенштейн, выходя прямо из стены. Истошно завизжав, женщина метнулась в сторону, обходя виконта и продолжая сумасшедший бег.       - Вы уже почти что с нами, - рыкнул юноша, снова появляясь совсем рядом. Ледяная ладонь скользнула по её руке, но не успела поймать. Распахнув дверь подвала, горничная, не переставая визжать, побежала по коридорам, мимо прачечных, мимо бального зала.       - Карли, что с вами? – встревожено спросила Юни, выбегая к ней в оборванном платье, с растрепавшейся причёской и такая же мертвецки-бледная, как и её сын.       - Изыди! – возопила женщина, выхватывая крест.       - Нет! – героически закрыл собой мать Франкенштейн, зажмурившись и застонав от боли. Трясущимися руками вытащив цепочку из-за корсета, Карли оставила крест на виду, продолжив свой путь.       - Карли, дорогая, зачем же так орать? – держась за голову спросил Джозеф. Мужчина вышел из комнаты. Отметив, что он был в целой одежде и шатался только от алкоголя, горничная крепко обняла его, захлёбываясь слезами.       - Джозеф, вы не представляете, ваш сын! Он…       Неожиданно она осознала, насколько мокрая была одежда графа. Подняв лицо, женщина встретилась с глубоко запавшими глазами мужчины, синими губами и бледным лицом.       - У-утопленник! – заверещала горничная, отшатываясь в сторону. Оттолкнув ошеломлённого мужчину от себя, женщина выскочила на улицу, как была, в одной белой сорочке и босая. В лунном свете, разбавленным ярким костром, на неё смотрели бледные лица солдат в оборванных мундирах.       - Карли, что же вы бежите? – раздался звонкий голос прямо за её спиной. Подпрыгнув, женщина резко развернулась, глядя на Офелию, которая так же была в одной лишь сорочке, на которой красным пятном растеклась кровь. – Вы не представляете, насколько это замечательная жизнь! Я ощущаю себя настолько лёгкой! Будьте же с нами, Карли!       - Будьте с нами, Карли, - появился словно из ниоткуда Франкенштейн, обхватывая плечи женщины пальцами. – И вам больше не надо будет ни о чём думать. Ни о чём.       - В костёр её, - холодно приказала Офелия. – Если она отказалась принять металл, значит, она примет огонь. В костёр!       - Как пожелаешь, дорогая, - чуть поклонился Франкенштейн, подхватывая извивающуюся женщину на руки и таща её к огню.       - Читай! – весело закружилась виконтесса. – Читай заклинание!       Карли с ужасом смотрела, как костёр сменил свой цвет под непонятные слова. Потом снова. Снова. Завизжав, женщина не выдержала и потеряла сознание.       - Так, - проговорил Ларо, до этого молча наблюдавший за всем происходящим. – А теперь, взрослые и серьёзные дворяне, объясните нам, что происходит? И зачем ты приказал нам обрядиться в… это?       - О, просто изгнание, - весело улыбнулся Франкенштейн, передавая бессознательную женщину на руки одному из солдат. – Отнесите её, пожалуйста, в её комнату.       На следующий день ей хватило нескольких улыбочек и якобы случайно брошенной фразы: «Сегодня попробуем ещё раз провести обряд с Карли». Подхватив все свои вещи, горничная сбежала из дома, и охранник, которого Франкенштейн послал, как тайную охрану женщине, сказал, что она вернулась в свой, как он понял, дом, где-то в глуби города.       Только граф в ту ночь не понял, что случилось, и отчего он был весь мокрый и замёрзший. Офелия и Франкенштейн постарались на славу, вылив на него три ведра воды. Как он не проснулся, оставалось загадкой.       Пройдя в свою комнату, молодой человек быстро высушил волосы и вытерся, улыбаясь воспоминаниям. Это было весело, и он был весьма рад, что не только Офелия, но и Юни, и остальные согласились нарядиться так, даже не особо понимая, зачем.       Потянувшись, дворянин упал на кровать, раскрыв один из свитков и внимательно изучая формулы. Он долго думал над тем, как испытать полученные препараты. Параллельно с этим Франкенштейн продолжал высчитывать всё новые пропорции, выводить новые формулы: регенерация, сила, ускоренная реакция, улучшенное зрение – всё это уже было почти готово. Однако, решив двухлетнюю дилемму, юноша взялся все перепроверить. Так и не сумев уговорить себя ставить опыты даже на разбойниках, он выбрал лучшую кандидатуру, организм которой знал идеально – себя. И, чтобы не умереть после первого же раза, он решил проверить всё снова.       Мысли плавно переметнулись на неожиданную передышку, позволившую ему вплотную заняться не только экспериментами, но и семьёй, приводя в порядок всё то, что успел запустить отец. Кто уничтожил всех монстров? Да ещё таким грандиозным методом? Кто? Франкенштейн возвращался потом на новообразовавшуюся полянку среди леса один. Он видел как уже знакомые царапины, так и более глубокие – уже не кинжал, а словно меч.       Что же, чёрт возьми, тогда произошло?!       Он хотел было вернуться к особняку Ларкиных, чтобы посмотреть, были ли там другие царапины, но теперь никак не мог этого сделать. Развалины принадлежали теперь Джеймсу.       Красивые губы изогнулись в улыбке. Это была лучшая сделка в его жизни.       Джеймс Ларкин пришёл вместе с отцом буквально на следующий день. Граф выглядел недовольным, видимо, не единожды пытаясь отговорить сына от этого поступка или хотя бы повременить несколько дней.       Франкенштейн вместе с Офелией, матерью, дядей и Ларо сидел в тот день в гостиной.       - Я пришёл получить своё! – гордо произнёс Джеймс, распахивая двери и едва не сбивая с ног Анжелу. Женщины вздрогнули, мужчины, как один, лениво посмотрели на нежданного гостя. Граф Ларкин чуть виновато посмотрел на виконта, вздохнул и закатил глаза. Франкенштейн лишь чуть улыбнулся, показывая, что всё в порядке.       - Что же «своё» вы хотели получить, виконт? – спросил юноша, одним плавным движением садясь прямо.       - Вы читали завещание тётушки? – спросил Джеймс, плюхаясь в кресло. – Там сказано, что, как только Офелия выходит замуж, то особняк графини Ларкиной, как её земли и титул, переходят ко мне. Я бы хотел получить его.       - Но, Джеймс, - подала голос девушка, явно пытаясь сказать, что дома-то уже почти и нет.       - Не перебивай! – рыкнул юноша. Франкенштейн легко улыбнулся.       - То есть, теперь Офелия полностью принадлежит только лишь нашему роду, правда? – спросил он, разливая вино. – Вы получаете наследство графини, а кому же достанется наследство вашего отца?       - Как? – всплеснула руками Офелия, неосознанно перебивая брата. – Я тебе до сих пор не сказала? Нет, отец, ты говори!       - Простите, виконт, за то, что я не высылал приглашения, - улыбнулся мужчина. – Я не приглашал гостей, лишь семью. Уже год прошёл, как я обвенчался с моей нынешней женой. И совсем недавно снова стал отцом прекрасного сына.       - Великолепно, - едва слышано прошептал Франкенштейн и тут же рассыпался в поздравлениях.       - Итак, как я понимаю, вы отказываетесь от наследства отца, в пользу младшего брата, и довольствуетесь огромными и богатыми землями тёти? – немного погодя спросил юноша.       - Именно так! – чуть менее уверенно проговорил Джеймс, явно не рассчитывая на то, чтобы отдавать хоть какую-то часть наследства.       - В таком случае поехали, сделаем всё сегодня, - решительно поднялся Франкенштейн. – Поехали!       - Но…       - Да, точно, вы не желаете посмотреть особняк? Мало ли, вдруг претензии к поломкам? – тут же развернулся к виконту Франкенштейн, пока его жена не сказала ничего лишнего.       - Нет, давайте уже закончим с этим!       - Только личная охрана Офелии останется с ней, - уже по дороге предупредил его виконт. – Не беспокойтесь, всего один человек – мистер Брукс.       - Он мне не нужен, шевелитесь!       Счастливый граф Ларкин последовал за ними, явно испытывая облегчение от того, что не пришлось оставлять младшего сына без наследства.       Фыркнув, виконт вспомнил выражение лица Джеймса, когда он приехал к ним в особняк, разве что слюной не брызжа. Как он пытался избить Франкенштейна, но в итоге сам был вывалян в песке.       - Ты сам согласился, - улыбнулся тогда виконт. – Думай, прежде чем что-то делать. Основа там хорошая, нарастишь стены, да и ладно. И не пытайся что-то изменить. Наследство графа уже твёрдо держится за малышом. И я не позволю тебе снова хоть как-то пытаться влиять на Офелию. Она теперь принадлежит нашей семье, ты сам так сказал, и ты больше не имеешь никаких прав на мою жену.       Хотя теперь, спустя два года, Джеймс имел неплохой особняк на том месте.       Перевернувшись на спину, юноша закрыл глаза. Не так давно снова начали появляться монстры. Надо успеть вырезать их до того, как они опять размножатся до неимоверного количества. И уничтожить нового колдуна.       А заодно и новых монстров поймать. Старые погибли не так давно.