Глоточек воздуха

Звоню в дверь и прислушиваюсь. За дверью тихо. Звоню ещё раз, но уже настойчивее, и через несколько секунд слышу по ту сторону двери шаги. Дверь резко открывается, и появляется сонный и явно злой историк в одних черно-красных боксерах. — Здрасте, — машу рукой я и улыбаюсь, залипая на накачанной груди мужчины. — Князева? — удивлённо спрашивает историк. — Ты что тут делаешь? — Ну вы вчера сами сказали, что я могу в любой день к вам прийти. Вот я и пришла. — Да, но не в шесть часов утра! — восклицает историк. Фыркаю и отпихиваю мужчину в сторону, входя в квартиру. Спать мне хотелось жутко, но ради удивленной моськи учителя я была готова пожертвовать сном. — Я у вас посплю, хорошо? — спрашиваю я, смотря на офигевшего мужчину. — Что? — переспрашивает он. — У вас лицо сейчас забавное такое, — улыбаюсь я. — Дайте мне одеяло, и я пойду спать на диван. Я ж в пять утра проснулась, между прочим. — Зачем? — все еще тупил Михаил Иванович. — Чтобы вас разбудить, — фыркаю я. — Так дадите мне одеяло или нет? Пока учитель доставал из шкафа одеяло и подушку, я офигевала от своей наглости. Вот так взять и припереться в 6 утра к незнакомому (ну почти незнакомому) мужчине домой. Забрав у учителя подушку и одеяло, кинула их на диван и следом за ними упала на диван сама, почти моментально засыпая.

***

Сладко протягиваюсь на кровати, но, не услышав привычного скрипа, понимаю, что кровать не моя. Резко сажусь на… диване? Оглядываюсь и замечаю уже знакомую игровую приставку возле телевизора. Мой разум немного проясняется, и я вспоминаю, что я у историка дома. Ещё раз потягиваюсь и встаю с дивана, направляясь туда, где по моим расчетам находится кухня. По пути натыкаюсь на приоткрытую дверь, ведущую в ванную. Открываю дверь шире и вижу историка, который стоит перед зеркалом и бреется. Деликатно кашляю, и мужчина поворачивает голову в мою сторону. — Проснулась уже? — спрашивает историк, а на меня накатывает волна смеха. С пеной для бритья на лице мужчина выглядел очень забавно, о чем я ему сказала. Историк возмущённо фыркнул, а потом, убрав со щеки немного пены, обмазал половину моего лица. — Вы офигели? — возмущённо заорала я под хохот историка. — Не смешно вообще-то! Оттолкнув мужчину, я включила воду и принялась умываться. Все это сопровождалось хохотом историка. — Фу, какая она невкусная, — кривлюсь я, когда немного пены попадает мне в рот. Вытерев лицо полотенцем, оборачиваюсь к историку. Он стоит возле двери в тех же боксерах и улыбается. Внезапно он подходит ко мне и, протянув руку, касается моей щеки. Рука исчезает так же внезапно, как и появилась. — У тебя щека была в пене, — улыбается историк. — Иди на кухню и приготовь нам чаю.  — Я вам в прислуги не нанималась, — возмущённо фыркаю я. — Хорошо, — закатывает глаза мужчина. — Пойди и приготовь себе чай. — Так-то лучше, — хмыкаю я и выхожу из ванной. Нахожу кухню и, порывшись в шкафчиках, чай. Кидаю по пакетику в две кружки и включаю чайник. Историк возвращается через 5 минут, когда чай уже готов. Удовлетворённо хмыкнув, он садится за стол. — А теперь, может, нормально объяснишь, зачем ты пришла ко мне в 6 утра? — спрашивает Михаил Иванович, делая глоток горячего чая. — Не знаю, — пожимаю плечами я, вставая и направляясь к холодильнику. — Мне была интересна ваша реакция. — Я, надеюсь, не разочаровал? — насмешливо спросил учитель. — О нет, — улыбаюсь я. — Превзошли мои ожидания. — Ведешь себя так, как будто ты у себя дома, — произносит учитель, наблюдая, как я делаю яичницу. — Ну простите, — фыркаю я. — Делайте тогда завтрак сами. — Да пошутил я. Чувствуй себя как дома… только не забывай, что ты в гостях, — пробурчал историк.

***

— Чем займёмся? — спрашиваю я, лениво потягиваясь на кровати. — Меня начинает смущать твоё присутствие здесь, — недовольно произносит историк. — Можете уйти, — фыркаю я. — Ты забываешься, Князева, — начинает Михаил Иванович. — Ладно, ладно! Я поняла, — поднимаю руки в знак примирения. — Давайте опять в приставку поиграем? — Я собирался сегодня тетради проверять, — начинает мужчина, как я его перебиваю. — Так давайте вместе проверим? — с энтузиазмом заявляю я. — Я сам потом проверю. Давай уж лучше в приставку. — Идём гулять, — решительно заявляю я. Михаил Иванович заказывает глаза и поднимается с дивана, в то время как я звоню маме и сообщаю ей, что приду аж вечером.

***

— Лучше бы мы в приставку играли, — недовольно бурчит учитель. — Вы сами согласились, — напоминаю я. — Я думал, мы в парк пойдём, а не в заброшенный завод! Чего ты тут не видела? — Вообще-то в интернете написано, что здесь есть призраки. — Да-да, вот один прямо передо мной стоит, — бормочет учитель и получает толчок локтем по ребрам. Мужчина пытается поймать меня за рукав куртки, но я со смехом несусь прочь от него. Слышу сзади себя шаги и начинаю бежать ещё быстрее, заворачивая по разным коридорам. — Да стой ты! — слышу прямо над ухом, и в следующий миг сильные руки хватают меня за плечи. — Попалась! Вырываюсь из хватки мужчины и тяжело дыша опираюсь спиной о стену. Оглядываю помещение, в котором мы находимся, и нервно хихикаю. Улавливаю на себе взгляд историка, который так и кричит «Дура, что ли?», и объясняю: — А мы, кажется, заблудились. Михаил Иванович громко вздыхает и проводит ладонью по лицу. — Князева, вот скажи, ты дура? — серьёзно спрашивает он, с укором смотря на меня. — Теперь я не уверена, — отвечаю ему, пытаясь скрыть улыбку. — Хочешь сказать, что думала, что ты умная? — Обидно ведь! — Хорошо-хорошо, но что делать теперь? — Искать выход, — неловко улыбаюсь я. — Да ты что? — всплескивает в ладони учитель. — И как я раньше-то не догадался? — Ваш сарказм сейчас не совсем уместен, — замечаю я, проходя мимо мужчины. — Куда пошла? — доносится мне вслед. — Искать выход! — весело отвечаю я, стараясь вспомнить, по какому коридору я шла.

***

— И какой чёрт тебя дёрнул идти сюда? — кричал мужчина. — Могли в парк пойти! Но не-е-ет, нам нужно идти на какой-то заброшенный завод! Вздыхаю в ответ на его тираду и снова смотрю на коридор, что расходится в двух направлениях. — Думаю, этот, — решительно говорю я, указывая на левый коридор. — А почему не другой? — Просто. Решительным шагом иду вперед, слыша позади себя шаги мужчины.

***

— И где мы сейчас? — спрашивает историк, пока мы идём по темному коридору. — Не знаю, но ещё чуть-чуть. — Напомнишь мне, если мы когда-нибудь выберемся отсюда, никогда больше не общаться с тобой, — пытается пошутить историк и улыбается, но через пару секунд улыбка вянет на его губах. Мы уже два часа ходим по коридорам этого завода и не нашли выхода. Казалось, что это не завод, а лабиринт какой-то. У меня ужасно болели ноги, и я хотела есть. И чувствую, что Михаил Иванович испытывает те же чувства, что и я. Внезапно мужчина хватает меня за плечо и восторженно кричит: — Там свет! Поворачиваю голову в ту сторону, куда смотрит мужчина, и замечаю слабый лучик света. — Наконец-то! — верещу я и, схватив мужчину за руку, тяну туда. Добегаем до места, куда сворачивает коридор, и видим выход. С радостным «ура» выбегаем на свежий воздух. Сзади меня выходит не менее радостный учитель. — Круто да? — улыбаюсь я, смотря на часы. — Очень, — фыркает Михаил Иванович, смотря через моё плечо в телефон. — Мы пробыли здесь целых 4 часа! — И что? Весело же было! — смеюсь я. На мои слова мужчина лишь качает головой, направляясь по дороге в город. — Меня подождите! Еле-еле успеваю за историком, который решил побить рекорд по самой быстрой ходьбе. В таком темпе мы доходим до ближайшего кафе и проходим внутрь. Выбираем самый дальний столик у окна и, подозвав официанта, заказываем кучу еды. — Кстати, — говорю я, попивая сок через трубочку, — у меня денег нет. Историк косо смотрит на меня и вздыхает. — Отработаешь потом, — в шутку говорит мужчина. Хочу сказать ему что-то колкое в ответ, но мой телефон начинает вибрировать, оповещая меня о входящем вызове. «Мама» пишет на дисплее телефона. — Да, мам. — Позволь поинтересоваться, когда ты придёшь домой? — слышится недовольный голос на том конце, а историк садится ближе и наклоняет голову ко мне, пытаясь услышать слова мамы. — Сегодня приду, — отвечаю я и шикаю на улыбающегося историка. — Ты даже уроки не сделала! — Успею, — быстро говорю я. — В семь вечера ты должна быть дома! — недовольно говорит мама и отключается. — Коротко и ясно, — вздыхаю я. — Ещё три часа полностью в твоём распоряжении, — говорит учитель, расплачиваясь с официантом. *** Оставшиеся три часа я благополучно играла с учителем в приставку в его квартире. Он предусмотрительно скачал туда ещё несколько новых игр, что было нам только на руку. Когда на улице начало темнеть (ну осень же!), я засобиралась домой. — Завтра у нас есть ваш урок? — спросила я, открывая дверь в подъезд. — Ты не знаешь свое расписание? — удивленно спросил Михаил Иванович. — Да нет, просто решила проверить, знаете ли вы, — фыркнула я, выходя на лестничную площадку. — Я тебя спрошу завтра! — донеслось мне в спину, и дверь закрылась. С глупой улыбкой я спускалась по лестнице и шла к себе домой. Этот день удался! Но мои веселые и радужные мысли сразу же улетучились, как только я вспомнила, что завтра география, и историк будет спрашивать меня домашнее задание.