Принц и Маг. Правда и Ложь.

В кабинете лекаря остались только Эрий, с тревогой смотрящий на обессиленного парня, и сам маг с ребенком на руках. Пока юноша был без сознания, Принц рассматривал своего сына. Голубые глаза пока еще невидяще смотрели на свет. Брови были нахмурены, как будто он собрался заплакать. Но пока молчал. Овал лица, прямой носик, губы, одна из которых чуть пухлее другой - все это в совокупности полностью составляло портрет Принца в детстве. Ребенок был вылитой копией самого Эрия. Потому тот с такой любовью и нежностью его рассматривал, нежно прижимая к себе хрупкое тельце малыша. И тут Дарт стал приходить в сознание. Он с трудом открыл глаза и посмотрел на Принца с ребенком расфокусированным взглядом. Но создавалось ощущение, что он смотрел сквозь них, не видя. Эрий встал с кресла, на котором до сих пор сидел и подошел к магу. Сев на краешек стола, где все еще продолжал лежать Дарт, он аккуратно протянул молодому отцу сына и сам же его руками обнял малыша, не отпуская и своих рук. И только тут сознание мага стала постепенно проясняться. Он удивленно посмотрел сначала на сына, потом на Принца, снова на сына и на Принца. - Ты? Вы? Как здесь оказались? - с трудом выдавил он, так как горло все еще саднило непонятно от чего. Губы были пересохшие, искусанные и потрескавшиеся. - Я приехал к тебе и к нашему ребенку, чтобы помочь ему родиться и тебя поддержать морально, - ответил Эрий. - Помог родиться? - с сарказмом спросил маг, - поддержал морально? Теперь с чувством выполненного долга вы можете уезжать обратно. Я только не понимаю зачем вам вообще это было надо. Ребенок незаконнорожденный, так что никаких требований я к вам предъявлять не стану, - от тирады мага у Эрия чуть глаза не вылезли из орбит. Он был поражен и шокирован. - За что ты так со мной? - поинтересовался он у Дарта, - это не я от тебя ушел, а ты от меня, чем причинил мне боль. Если бы я тогда знал, что ты носишь моего ребенка, я бы тебя вообще никуда не отпустил. - А что бы вы сделали? Привязали бы к себе и таскали на поводке, как щенка, которым я по сути и являлся? - не удержался от сарказма Дарт. Он и сам не мог понять, что на него нашло. Откуда эта непонятная злость, раздражение, негодование. Этого не мог понять и Принц. Он еще никогда не видел своего мага таким. Но, как это ни странно прозвучит, Эрию нравился именно такой Дарт, а не тот безропотный мальчишка, который с жадностью ловил каждое его слово. Но каким бы не был юный маг, Принц не хотел расставаться с ним. Без него он не мог ни жить, ни существовать. Но говорить сейчас магу Принц ничего не стал, его бы попросту никто не услышал. Потому он сидел и молча слушал своего взбесившегося парня. А тот, как будто озверина наглотался, его все несло и несло, пока он не высказал все, что думает о холодном, надменном и, думающем всегда только о себе, Принце. Дарта никто не перебивал. Себе дороже выйдет. А, высказавшись, юный маг вдруг резко сдулся. И протянул руки к сыну. Эрий тут же отдал ему ребенка, а сам просто придвинулся еще ближе, только садясь за спиной мага, таким образом он имел возможность обнимать обоих.И если маг изначально и хотел возмутиться, то потом, стоило только Эрию обнять и прижать к себе, все возмущения враз испарились. Осталась только нега и желание прижаться еще ближе. Так они и сидели, ребенок тихонько сопел, давая родителям время насладиться близостью друг друга после долгой разлуки. Но и его терпение оказалось не безграничным. Стоило малышу подать голос, как дверь снова открылась и вошел Зельвегор, неся в руках бутылочку с молоком. С улыбкой Эрий принял смесь из рук магистра и оба парня в две пары рук стали кормить малыша. День пролетел в суете. Дарту в комнату принесли детскую люльку и подвесили ее к потолку. На две недели Эрий остался в комнате мага, не слушая никаких возражений магистров. Ему хотелось провести с ними обоими как можно больше времени. Вечером, уложив Кэрина (так они назвали малыша) спать, оба, не выдержав напряжения и тех искр, которые все время пробегали между ними, готовые воспламениться в любую минуту, потянулись один к другому, сливаясь в страстном и таком долгожданном чувственном поцелуе. Руки ласкали, губы искали, проникновение для Дарта было немного болезненным, что не удивительно, столько времени прошло со дня их последней ночи, но постепенно, с каждым толчком, боль проходила, уступая место возбуждению. Теперь маг уже сам пытался насадиться поглубже, сидя верхом на Принце, и в порыве страсти хватая того за плечи, оставляя на них царапины и синяки. Но Эрий этого не замечал, целуя, лаская, помогая Дарту достигнуть долгожданной разрядки. И вот наконец, оба без сил рухнули на кровать, так и не разжав объятий после оглушительного оргазма. Положив голову Эрию на плечо, Дарт прижался к нему всем телом, обвивая руками и ногами, словно боясь, что стоит того хоть на секунду отпустить и Принц исчезнет. Так они и уснули. * * * Время неумолимо к влюбленным. Так и Эрий с Дартом не успели оглянуться, как две выделенные им недели пролетели слишком быстротечно, как вода. С огромным сожалением Принц покидал мага и сына. Но дела во дворце требовали его присутствия, да и с покушениями не мешало бы разобраться. На пристани, куда Дарт вместе с Зельвегором пришел проводить своего Принца, они очень долго прощались, не в силах оторваться друг от друга. Но капитан катера, который приплыл за Его Высочеством, стал нетерпеливо покашливать и всячески демонстрировать нетерпение. Эрию ничего другого не оставалось, как в последний раз поцеловать мага и сына и вскочить на палубу. После чего катер сразу же отчалил, боясь, чтобы Принц не передумал и снова не стал прощаться. А Дарт с Зельвегором вернулись обратно в Академию. Теперь для мага начались трудовые будни. Усиленная учеба, ребенок не давали времени страдать и сильно скучать. Вот только по ночам, когда глаза не хотели закрываться, он думал о своем голубоглазом айсберге, вспоминая жаркие объятия и тихий, но страстный шепот. Только в такие моменты на мага накатывала тоска и безысходность. И он углублялся в учебу, чтобы отвлечь себя от мыслей о Принце. С лекарем они по-прежнему были отличными друзьями, вот только случались такие моменты, когда маг видел в глазах друга сожаление, разочарование и тоску, но старался не обращать на это внимания, так как изменить что либо все равно не мог. В его сердце был только один человек, без которого он больше не мыслил своей жизни. Королевский дворец. Прошел год. Эрий посылал письма Зельвегору с просьбой снова посетить остров и Дарта с сыном, в частности. Но в ответ получал только кристаллы с изображением малыша и только три слова: "Пока не время". За весь год не было ни одного покушения, пока снова не появилась тетя. Вот только с ее приездом, сам король стал пристально наблюдать за сестрой, чем вводил ее в ступор. Первые два месяца пребывания в замке принцессы с ее извечным магом, ничего не происходило. А вот потом.. .