MiniMini

      Чимин просыпается довольно рано - часов в 6 утра, замечает переплетённые пальцы и смущается. Он вообще первый раз в своей жизни держится с кем-то за руки, - времена, проведённые в детском саду и начальной школе, когда их заставляли ходить парами, не считаются, - поэтому считает это чем-то сокровенным, тем, что обязательно надо сохранить в тайне, тем, что надо вспоминать холодными вечерами, чтобы хотя бы на душе было тепло. Сердце стучит как бешеное, бабочки, порхающие где-то в районе живота, так и норовят вырваться наружу и заполнить его комнату полностью.       Как бы то ни было, у Пака всё ещё оставались планы, которые нужно осуществить именно сегодня, поэтому он садится на кровати, попутно пытаясь высвободить свою руку так, чтобы не разбудить хёна. Он встаёт, подходит к окну, стараясь идти тихо, отодвигает тёмные шторы, - в самый раз, чтобы свет не мешал, если захочется проспать до полудня, - и выглядывает на улицу. Солнце только начинает подниматься из-за горизонта, освещая еле заметные верхушки зданий, небо сменяет окрас с практически чёрного на оранжевый с примесью жёлтого. Чимин осторожно закрывает окно и отправляется на кухню, чтобы позавтракать. По пути он захватывает из шкафа любимые серые джинсы с дырками на коленях и чёрную, явно размера на три больше, чем надо, худи; заходит в ванную и около пятнадцати минут принимает холодный душ. Дойдя, наконец, до кухни, парень ставит чайник с водой на огонь и пытается соорудить себе бутерброды. Он думает, что четырёх ему хватит, достаёт чашку и заваривает чай, - некрепкий, как и любит. Чимин проходит в гостиную, как только заканчивает с простым завтраком, подхватывает поношенный рюкзак, складывая туда телефон и деньги. Некоторое время уходит на то, чтобы надеть пуховик и найти ботинки. Он зашнуровывает обувь, берёт сумку и выходит. Дверь захлопывается с чуть слышным щелчком.       Юнги просыпается спустя несколько часов после ухода тонсена. Он лежит лицом к стене, открывая то правый, то левый глаз, иногда снова проваливаясь в дрёму - здесь, у Чимина дома, он не хотел вставать, осознавая, что это его единственные дни, когда он может выспаться. В голову приходят воспоминания вчерашнего вечера. Мин прижимает к себе руку, в которой держал ладонь Пака, приподнимает уголки губ в улыбке, прикрывая глаза и вновь засыпая.       Старший пробуждается лишь тогда, когда стрелки часов приближаются к полудню, переворачивается на другой бок и застывает, не обнаруживая Чимина в соседней кровати. Он прислушивается, понимает, что того нет и в квартире, но паниковать не спешит, - мало ли, ушёл на встречу с друзьями. Мин отправляется на кухню в поисках воды, так как пить ему хочется ужасно, и находит на столе листок, вырванный из тетради. Ровным Паковским почерком на нём выведена записка:

"Юнги-хён! Я ушёл, нужно кое-что сделать. Думаю, ты проснёшься поздно, так что пообедай чем-нибудь из холодильника."

      Юнги выпрямляется, не понимая, какие дела могут так затянуться, когда видит снизу мелкие дату и время, - Чимин всегда ставил их под каждой записью, а старший недоумевал, откуда взялась такая привычка.

12.31 7:43

      Мин открывает холодильник, видит там пакет молока, несколько яиц и майонез с кетчупом, но ничего из того, что можно съесть на обед, и решает сходить в магазин, находящийся неподалёку, чтобы купить продукты. Заодно прихватит что-то вроде мандаринов и курицы, которую приготовит на праздничный стол.       Парень чистит зубы пастой со вкусом мяты, купленной Чимином специально для него, споласкивает лицо тёплой водой и думает, что обойдётся без душа. В спальне он роется в шкафу на полке, соседствующей с вещами тонсена, берёт оттуда свои джинсы и чёрную мятую рубашку и переодевается; из-под подушки вытаскивает телефон с тридцатью процентами зарядки, а из спортивной сумки выуживает кошелёк. Пройдя в прихожую, Юнги надевает зимнее коричневое пальто, повязывает длинный шарф поверх капюшона и выходит, предварительно разложив по карманам необходимые вещи.       Он спешит дойти до магазина, передёргивая плечами от холода. Двери супермаркета раскрываются в тот момент, когда Мин хватается за ручку, и чуть не ударяют его по носу. Мужчина, только что вышедший, даже не извиняется и идёт дальше. Юнги проходит внутрь и проводит там не так много времени - складывает в корзину пачку печенья с вишнёвым джемом, упаковку курицы, приправы и всё, что нужно для приготовления отменного ужина, несколько штук заварной лапши, в отделе с алкоголем подхватывает бутылку шампанского. Он оплачивает покупку карточкой и возвращается домой.       Чимин закрывает дверь, заходя в квартиру, лишь ближе к вечеру и даже из прихожей чувствует запах запечённой в духовке курицы; от него веет зимними улицами и он старается быстрее снять верхнюю одежду, слишком холодную, чтобы оставаться в ней ещё хоть несколько минут. Юнги выходит из гостиной с чашкой кофе, обжигающей руки, чтобы встретить Пака.       - Ты чего так долго? Я думал, что ты скучал по мне, - и добро усмехается. Младшему хочется утонуть в его голосе.       Вместо ответа он снимает последнюю часть гардероба, которая согревает его в холодное время года, - шапку, - и Мин чуть не разбивает любимую чашку, потому что перед его глазами Чимин с серебряными, мать его, волосами, блестящими под светом одной единственной лампочки, и да, в этом образе он чертовски похож на принца. Юнги, всё ещё держа кофе в одной руке, запускает пятерню в его волосы и завороженно наблюдает, как серые пряди проскальзывают между его пальцев. Пак улыбается, подхватывает подбородок друга двумя пальцами:       - Хён, рот-то закрой!        Остаётся несколько часов до момента, когда люди под окнами будут пускать салюты и выкрикивать поздравления, и эти двое не находят ничего лучше, чем посмотреть какой-нибудь фильм. В самом начале Мин пытается уследить за сюжетом, разворачивающимся на экране телевизора, а потом плюёт на это и засыпает, роняя голову на плечо тонсена. Чимин ставит на своём телефоне будильник и тоже проваливается в сон.        Друзья просыпаются за полчаса до полуночи от трели какой-то птицы, доносящейся из телефона, и не сразу понимают, что происходит. А потом, спохватившись, тащат с балкона стол, кладут туда тарелки с едой и бутылку шампанского. Они решают не одеваться как-то торжественно, - всё равно отмечать будут только вдвоём, берут приготовленные друг для друга подарки и, успокоившись, садятся на диван. До главного праздника многих стран остаются считаные минуты.       Наконец, начинается отсчёт, из телевизора слышны поздравления ведущих шоу. Чимин и его хён обмениваются подарками с уговором не открывать их до наступления нового года.       Как говорится, как новый год встретишь, так его и проведёшь, поэтому Пак, открыв чёрную коробочку и заметив там золотое кольцо с выделяющейся на нём надписью "MiniMini", сразу бросается к Юнги и, отбросив все страхи, касается его губ своими. Будто очнувшись, он отодвигается назад, потупив взгляд, но его за руку тянут обратно, - так, что Чимин чуть ли не падает, и целуют, будто в последний раз - кусая пухлые губы и зализывая ранки, целуют так, что младший забирается к хёну на колени в желании быть ближе. Оторвавшись, Пак прячет горящие щёки в плече у Юнги, а тот протягивает ему на ухо хриплым голосом:       - Может... Давай встречаться?