От автобусной остановки до конца жизни...

— Дамы вперёд, — язвительно услужливо проговорил Гук, уступая Тэхену право первым войти в автобус. Тэ лишь фыркнул и вошел в транспорт, за ним поднялся и мелкий, довольно улыбаясь. — Думаешь, прогиб засчитан? — ухмыльнулся красноволосый, когда мелкий приземлился на соседнее место. — А разве нет? — Считаешь, что уступил мне, и я сразу закричу «я твой! делай со мной, что хочешь!», так что ли? — Планировалось именно так, — невинно улыбнулся Гук. Он уже неделю ползает перед хеном на коленях, дабы тот смиловался, и у них наконец-то была близость. Но Тэхен по прежнему непреклонен. А старшему только потеха наблюдать за мучающимся Чоном. — Не, ну хочешь, я тебя в кафешку свожу? — Ты видишь на мне табличку «отдамся за дешевую свиданку»? Вот и я не вижу, — ломается как девчонка, честное слово. А сам-то в туалет регулярно ходит из-за Гука пообщаться со своими гормонами. — Ну, хе-е-ен, — проныл Гук и склонился к уху старшего. — Я хочу секса, — неожиданно жарко прошептал Чонгук. Горячее дыхание опалило нежную кожу Тэ, и он непроизвольно дрогнул, а сердце забилось чаще. — Да ну? — сохранял покерфейс Тэхен. Он все-таки старший, негоже ему так быстро уступать всякой мелкотне, намеревающейся ему вставить. Гордость еще имеется. — Что за примитивные животные инстинкты, а? Гук~и, такого нельзя требовать хорошему мальчику, — сладко протянул старший, оказываясь непозволительно близко своими губами к губам Чона. Он «облокатился» рукой на колено Гука, чтобы прислониться как можно сильнее, и его пальцы были очень близко к возбуждению Чона, уже изнывающему от желания, чтобы к нему прикоснулись. Мелкого легко возбудить, особенно из-за его яркого воображения. Он уже успел напридумывать много вариантов развития событий. И все они были +18. Теперь была очередь Тэхена волновать сердечко Гука. — Молодые люди, как не стыдно! Глаза парней расширились от ужаса. Их разговоры не были предназначены для чужих ушей! Они же тихо говорили… Или все-таки недостаточно тихо? — Здоровые, молодые парни, а уступить место старым и немощным не могут! Стыдоба! — скрипела низенькая старушка, помахивая тростью. Фух, всего-то место не уступили, а то уж они подумали… Народа в автобусе уже набралось немало, а парни и не заметили. — Извините, — первым опомнился Чон. — Садитесь, пожалуйста, — он толкнул плечом Тэ, впавшего в ступор от облегчения, что их не застукали, чтобы тот тоже вставал. Парням пришлось стоять у окна всю оставшуюся дорогу, прижатыми другими людьми к стеклу и друг другу. Когда они доехали до их остановки, то состояние было довольно разгоряченным. — Будь проклят, общественный транспорт, — пробубнил раскрасневшийся Чон, вываливаясь из автобуса. — А мне понравилось, — улыбнулся Тэ, который всю дорогу щупал младшего. Закинув руку на плечо Гука и развернув к себе лицом, Тэхен уткнулся носом в его щеку. — Very hot, — кончик языка коснулся кожи на щеке. Старший явно пытался смутить Гука. — Да? Значит «отдаться за свидание», дак мы неприступные, а за пару минут давки в автобусе сразу раскованные и «very hot»? — Гук обхватывает Тэ за талию и прижимает к себе ближе. Настолько, что уже просто ближе некуда. Чонни тоже знает, как нужно ответить хену. Не только Тэ умеет вгонять в краску. — Ой, иди ты, — Тэхен оттолкнул младшего и пошел вперед, пока их кто-нибудь не увидел. Народа у школы еще нет, ведь слишком рано. Эх, чертово расписание автобусов. На их остановку (самую дальнюю, находящуюся на окраине города) с утра приходит только один единственный автобус в 7:00, и ребятам ничего не остается кроме как ехать на нем, и в школе они оказываются уже в 7:15. Остальные же ученики как нормальные люди начинают приходить только без пятнадцати. Видимо, это карма. — Идешь, или нет? — позвал Тэ, открыв большую железную дверь, и Гук очнулся от раздумий. — Рано. — констатировал факт Тэхен, уже сняв с себя куртку и переобувая сменку. — У нас еще время есть, так что идем в туалет. — как-то скомкано намекнул Тэ, развернулся и, не дожидаясь Гука пошел в сторону коридора. Чон намек понял. У младшего был небольшой шок от такого поворота. Глаза загорелись счастьем, а руки и губы уже требовали и предвкушали прикосновения. Нужно поторопиться, а то через 15 минут начнет прибывать народ. Видимо, не так уж и плохо, что автобус с их остановки приходит слишком рано. * * * — И это еда? — Чимин скривил лицо от отвращения. — Вот, вот! И я так же говорю! — поддержал его Тэхен. Ким выглядел, будто только проснулся: волосы взъерошены, клетчатая рубашка выправлена из джинс, движения растерянные. Только вот проснувшийся человек не должен быть таким бодрым и счастливым. Таким может быть только человек, которого недавно целовал Чон Чонгук. — Я не знаю как, но они жрут эту гадость! Мы против морального и физического издевательства! Ты — это то, что ты ешь! Забастовка! — вся столовая уже молчала, один он орал на все помещение. Когда же ученик замолчал, то повисла неловкая тишина, на них устремились насмешливые взгляды. Первым не выдержал Нам Джун и заржал в голос. Его примеру последовали Чимин и Гук, у Юнги лишь наблюдалась улыбка аля «во придурки-то, я не с ними». Вся столовая уже смеялась, девушки хихикали и бросали игривые взгляды на Тэ мол «вот дурашка», который, кстати, тоже уже задыхался от смеха. И добродушные учителя смеялись, но спустя минуту подошел учитель физики, Ю Джи Сон, и посмотрел на ребят буравящим взглядом. — Вы в курсе норм поведения в школе? — спросил он ровным тоном. — Вам дать почитать устав школы? Научить вас вести себя подобающе? В таком случае оставайтесь после уроков, я выделю час специально для вас, — его тон изменился с укоризненного на угрожающий. Ребята резко замолчали и опустили взгляды в свои тарелки. — Да, ладно, Ю, ты же сам только что смеялся вместе с профессором Ли, — немного преукрасив, насмешливо произнес Юнги. — О, учитель Мин! А я вас и не заметил среди группы учеников, может вам поменьше проводить время с ребятами? А то, мне кажется, что вы уподобились их манере поведения, что неприемлимо для учителя, — сказал, будто в лицо плюнул. Сразу бы выдал «одеваешься как чмо, ведешь себя как чмо, и вообще ты — чмо, и на делового человека ты не похож, в общем, гребанный подросток на понтах, понял?». — Ю, иди, поговори со старичком Ли о заумной поебени, твоя темка, — вызывающе бросил Юнги. Его действительно бесил ДжиСон. Выпендрежник. Мин отвел взгляд в сторону, словно увидел что-то интересное в своей тарелке, но неожиданно рванул с места к учителю Ю. Если бы Нам, знающий нрав Юнги, не предвидел такого поведения, то никто бы не спас «делового» ДжиСона. А так, Джун перехватил Мина и дернул обратно на скамейку, и тот больно ударился локтем о стол. Юнги зашипел от боли, а ДжиСон победно усмехнулся. — Смотрите-ка, ученики должны сдерживать своего агрессивного учителя, — «блять, нет, ну он нарывается!» — Мин готов убить его и не прекращает попыток ударить учителя хотя бы ногой. — Иди сюда, гаденыш! — Прекратить немедленно! — гневно сверкающий глазами директор смотрел на все это уже минуту. — Как учителя могут позволить себе такое?! Ю ДжиСон, вы собирались выходить из столовой? Идите, пожалуйста, и готовьтесь к уроку, — он указал на выход из помещения и сверкнул грозным взглядом. — Увидимся, — бросил учитель ДжиСон Мину как можно дружелюбнее. — А вы, — директор перевел взгляд на Юнги. — Еще раз, — его глаза сузились до щелок, а между бровями образовались морщины. — И вы уволены! Юнги только помрачнел еще больше и ничего не сказал. Директор, кинув последний укоризненный взгляд вышел из столовой. — И что это было? — спросил Намджун. — Ты с ума сошел? Он же тебя провоцирует! — Нам отвесил подзатыльник другу. — Ты охренел? Я твой хен и учитель! — И что теперь? Ты почти уволен! — Круто, — все взгляды устремились на Чимина. — Ты учитель? А я не знал… У вас тут каждый день такое? — он выглядел, будто посмотрел интересное кино. — Он что Такой же ограниченный как и Тэхен? У них там в школе все такие? — профейспалмил Гук. — А что не так? — не понял Тэхен. — Эмоции у вас к ситуациям не подходят! — Да? Ну, тогда дома, когда ты будешь приставать со своими «ну, хе-ен», я буду реагировать не сарказмом, а агрессией, понял?! — Да ты так и реагируешь! — Сменим тему? — вмешался Намджун. — А мне нравится, — все давит лыбу Чимин. — Темка отношений — это всегда интересная темка. — А, кстати, как там с отношениями? — поинтересовался Тэхен, все еще зло пялящийся на Гука. — Какая там у тебя по счёту девчонка? — Пятая. — Быстро ты, в прошлый раз было две. — Когда это было то, — такой короткий, лаконичный разговор, какой может состояться только у близких людей, знающих друг друга не первый год. — О чем вы? — раздраженно спросил Гук. Он не любил, когда не понимал общую тему. Вот так все говорят, смеются над общими шутеечками, а он как бы левый. Типо «да, да я здесь, не обращайте внимания, я и так посижу». И тем более это разговаривают его парень и какой-то его друг. В общем не очень то Гуку весело. — Как о чем? Об отношениях, — самодовольно улыбнулся Пак. — Ага, о его УЖЕ ПЯТОЙ девушке в кавычках, — усмехнулся Тэ, сделав акцент на числительном. — А почему в кавычках? — не понял Намджун. — Да не серьезно у нас все, — бросил Чим. — И что, что пятая? — вмешался Юнги. — Знавали таких, у кого и побольше бывало, — усмехнулся старший, намекая на себя. У него за жизнь было двенадцать девушек, и все они его бросали за крутой нрав, мат через слово и посредственное отношение. Ну, что поделать? Не везло ему в личной жизни. А затем втюрился в школьницу, очередная лажа и «ну нахер эту любовь». Прозвенел звонок и парни повскакивали с мест. У четверых из них было ощущение дежавю. — За неделю, — перекрикивая звонок сказал Тэхен. — Что? — не поняли ребята, а спросил за всех Мин. — Говорю, пятая девушка только за неделю, — объяснил Тэхен, когда затих звонок. — За неделю? — недоверяюще переспросили все трое, но им уже нужно было разбегаться по этажам. Почему-то гордость Мин Юнги была словно растоптана голубыми найками Пак Чимина.