От автобусной остановки до конца жизни...

— Я так и не понял, чего это он тогда выбежал? — на ходу застегивая кофту на молнию, нарушил тишину Тэхен. — Вроде, Чимин не тот человек, что зарыдает из-за наезда, да и не думаю, что он так быстро свалил, потому что утюг забыл выключить… — Гук и Тэ шли снова зависать к парням. И по дороге они не нашли ни одной другой темы для разговора кроме ситуации, произошедшей в классе философии. В тот день перед уроком ребята травили байки (хотя почему же байки, все это правда) о чудовищной и всепоглощающей ненависти Юнги по отношению к опоздавшим ученикам, да и вообще ко всем с утра пораньше. Чимин не верил. Он уже две недели ходит на уроки философии, но видит только спокойного, немного строгого учителя Мина, носящего очки, которые ему действительно идут, придающие авторитет, которого ему, как учителю, так не хватает. Пак решил сам проверить правда ли это, он рискнул опоздать. Нет, ну, а что такого может случиться? И впервые в жизни на него так кричали, он даже о существовании некоторых матов не знал, пока учитель Мин его не просвятил. Чим, не дождавшись конца этой моральной пытки, весь раскрасневшийся, выбежал из класса. Даже Юнги впал в ступор, ведь никто не думал, что Пак вылетит в коридор с таким умирающим выражением на лице. Учитель немного растерялся и продолжил урок, запинаясь на каждом предложении, зарываясь рукой в волосы, нервно поправляя очки, и все время сам у себя переспрашивал «так. о чем я там?». Его бы не волновал обычный ученик, но Чимин его друг, а также близкий человек для Тэхена, а значит и для всех ребят. А вдруг он переборщил? Это было слишком жестко? Ну, конечно, это же ванилька Чим, как можно на него начать орать? А Юнги начал. Но впринципе на следующей же перемене Мин решил, что все ок, ведь Чимин пришел на обед как ни в чем не бывало. — Я не знаю, что там произошло, меня, в отличие от вас, там не было, — и Гуку было жаль, что он ничего не видел и не был в курсе всех деталей. — Но я заметил, что Чимин и Юнги так и не говорили друг с другом. — Да… Похоже, что Чиму плохо, а Юнги извиниться, блин, трудно, — недовольно пробубнил Тэ. — Ему не трудно, ему пофиг, — поправил старшего Чон. — По-моему, он не замечает, что Пак его игнорирует. — Да как такое не заметить? — Тэхен в недовольстве пнул ни в чем не повинный камушек и тот покатился, ударившись и отскочив от бетонных ступенек. — Не знаю, это ж Юнги, — поднявшись по ступенькам и набрав номер квартиры в домофоне, пожал плечами младший. Вдруг дверь запиликала и резко открылась, заставляя парней шарахнуться от нее. — О, а вы во время, — пробубнил Юнги, вышедший из подъезда, перекатывая чупа-чупс во рту за другую щеку. — Чуть не убил! — возмутился Гук. — А мне понравилось, — лыбится довольный Тэ, придерживая за талию чуть не упавшего Чона. — Пусти! — Ути какой, возмущается тут, губки надул, — ткнул пальцем в щеку мелкого Тэхен. — На моем месте должен быть ты! Это я должен был тебя поймать! И издеваться тоже я! — Что за предрассудки? Ты что, фанфиков начитался, где активы всегда дерзкие и крутые? Очнись, детка, это реальность, — Тэ утешающе погладил по голове Гука, но тот недовольно зашипел и отмахнулся от хена. — Ага, так значит Гукки актив, — ухмыльнулся Юнги. — А я знал, Тэ, что ты недотягиваешь. — Иди ты! Он еще не доказал этого на практике, значит ничего еще не решено! — Да забудьте уже, нам всем пора идти, — заметил молчавший все это время Намджун, глянув на время на экране телефона. — Куда Чимин подевался? Сказано же подходить к 19:00… — Я здесь, — раздалось со стороны лавочки, стоящей рядом с подъездом. — Минуту уже сижу, — ну вот, дожили, его теперь вообще не замечают. — Фига ты, — а ведь его и правда никто не заметил, некое чувство вины прочувствовал каждый. — Ну ладно… Пошли что ли, — неуверенно сказал Джун. — А куда хоть идем? — спросил Гук, пристраиваясь рядом с Тэ. — В клуб, — ответил Тэхен, хотя спрашивали у Нама. — Куда? — Гук и Чимин были удивлены. — А почему я не знал? — недовольно спросил у красноволосого Чон. — Ты мне не говорил, — нахмурился мелкий. — Ты не спрашивал, — ухмыльнулся Тэ. — Буду я еще отчитываться перед всякими, — бросил старший, смерив Гука насмешливым взглядом. Младшего это задело. Как это «буду еще отчитываться перед всякими»? Неужели Гук для него какой-то левый? Разве это не нормально отчитываться своему парню? Не нравится этот тон Чону, ох, не нравится. Чтобы не начинать ссору из-за пустяка он промолчал, но потом они обязательно поговорят на эту тему. * * * Они не помнят, почему начали смеяться, но это продолжается уже долго. Парни, кажется лишних кубиков на прессе накачали, пока смеялись. Музыка бьет по ушам, яркий мигающий свет режет глаза, а от выпитого алкоголя уже блевать тянет, но они заказывают еще. — А кто платить будет? — отдышавшись после долгого смеха, спросил Гук, пытаясь сфокусировать взгляд на ребятах. — У меня с деньгами статус «все сложно», — перекрикивает громкую музыку младший. — Да, мы им Чимина в стриптизерши отдадим, все ок, — с серьезным лицом проговорил Тэ, и в следующую секунду все громко заржали. — Ой, — Чим аж позеленел. — Что-то мне плохо, — прикрывая рот рукой, он вскочил с диванчика, на котором сидели ребята и, перешагнув через низенький столик, на котором было много бутылок и банок из-под пива, исчез в толпе. — Это ж не я что-то не так сказал, — Ви скорее не спрашивал, а надеялся на это. — У него пмс? — из уст Намджуна это прозвучало довольно естественно, что очень странно. Три пары удивленных глаз уставились на него, как на взрослого человека, который считает, что 2×2=5. — Не, ну, а что?! За последние три дня он обиделся уже два раза… — Так он все-таки обиделся, — обреченно констатировал Тэ. — Он же сказал, что ему плохо, — заметил Чон. — Не выдумывайте того, чего нет. Тем более Пак не дурак, чтобы обижаться на глупые шутки, — всем это и так понятно, но Гуку хочется уверить в этом и Тэхена, который волнуется о друге. — Ой, блять, все, — закатил глаза Юнги. — Из-за каких-то загонов все веселье коту под хвост! Вот пойду и спрошу у него, обиделся он или нет! Просто спрошу! — он резко поднялся с дивана, отчего перед глазами все поплыло, и он остановился на пару секунд, чтобы сфокусировать взгляд на бутылке пива, которую вследствие прихватил с собой. — И да, — он развернулся лицом к парням. — Мне просто покурить приспичило, ясно? Я туда не психологом подрабатывать иду, — уточнил старший прежде чем исчез толпе. Ребята лишь переглянулись. Незачем было уточнять, они и так все поняли. Или он это не им, а самому себе? Глупый Мин сам не в курсе, что его больше тянет к туалету. Просто покурить, или же поинтересоваться как там Пак. Достигнув другого конца клуба, Юнги поморщился от не самых восхитительных запахов, исходящих от уборных. Он открыл дверь и споткнулся о небольшой выступ кафеля на полу, чуть не упал, но удержался. Зато разбил бутылку, выпустив ее из рук. — Блять, — тихо выругался беловолосый и опустил взгляд на разбрызганное по всему полу пенящееся счастье. Пак стоял у раковины и, видимо, умывался, пока в помещение не ввалился Юнги. Теперь же он с доброй насмешкой смотрел на хена. — Что, перебрал? — поинтересовался младший. — Иди ты, — Юнги подошел к соседней раковине, облокотился локтями на нее и стал всматриваться в свое отражение, щупая и оттягивая кожу на лице. — И это я? — недоверчиво прищурился Мин. — И это учитель Мин Юнги, — уточнил Чимин. — Сфоткать что ли и начать тебя шантажировать? — Пф-ф-ф, я тебя умоляю, нашел кого шантажировать, — отчего-то севшим голосом пробасил старший. — Ты плакал? — прокашлявшись он смотрел в глаза Чима через отражение в зеркале, а тот в свою очередь непонимающе уставился на Юнги. С чего это он взял, что Чим плакал? Да, его глаза немного красные, но это лишь из-за того, что пока он поласкал рот и тер лицо от недавней блевотни, которую вызвал явный перебор с алкоголем, туда попала вода. — Это из-за Тэхена? — «да что он такое говорит?» — не понимал Чимин. — Ты не обращай внимания, это же шутка была, на такое не обижаются. — Да я как-то и не обижался… — неуверенно пожал плечами Чимин. — И меня тоже прости, я не хотел тогда на тебя кричать, — голос старшего давно сошел на хрип. Пак мало понимал, что сейчас происходит, но просто молчал и слушал. Юнги почему-то казалось, что Чимину плохо, и Чим хотел знать, почему он так думает. — Ты в последнее время часто обижаешься… — Мин выключил зря бегущую из крана воду. Хотя Чим бы еще раз хотел прополоскать рот. — Что-то случилось? — «господи, чем я занимаюсь? Я что перефилосовствовал на уроках?» — но Юнги пьян и все, что у него на уме, то и на языке. — Расскажешь? Паку в общем-то нечего рассказывать. По крайней мере Юнги. И по крайней мере не сейчас. — Тебе нравится Ви? — Юнги просто озвучил вдруг появившееся на уме предположение. — С чего это ты взял?! — возмутился Пак. И правда, так неожиданно подобное не спрашивают. — Ты приехал к нему из другого города, остался тут из-за него, а теперь обижаешься по пустякам. Ты явно на нервах… — Да не обижаюсь я, — сколько можно? Все учителя такие невменяемые? — Тем более он говорил, что в том городе у него был парень и… — «значит он говорил им о Хосоке» — для галочки заметил Чимин. — И ты думаешь, что это был я? — А разве нет? — Юнги был процентов на 80 уверен. — Нет, — отрезал Чимин. — Вот как, — облегченно выдохнул Юнги. Стоп. Что? Облегченно? Он рад тому, что Пак не встречался с Тэхеном? Из-за Гука? Или… Чимин призвал на помощь все свои актерские навыки и жалобно всхлипнул. Мин сразу обернулся на звук и удивленно вскинул брови. — Ты это… Чего? — в панике спросил Юнги, боясь даже дотронуться до младшего. У Чимина получилось вогнать в ступор беловолосого. Тот с минуту помялся на месте, обеспокоенно шаря глазами по стенам (что он там хотел увидеть?), но когда Пак представил бездомного котенка и одинокая слеза скатилась по его щеке, Юнги утешающе и как-то неловко обнял Пака. Тот сразу же вцепился в футболку старшего. — Я люблю его, — много сил потребовалось, чтобы не заржать, но оно того стоило. Он прямо почувствовал, как ухнуло сердце Мина, а глаза расширились от шока. План по завоеванию Мина (очевидно уже втюрившегося в Чима), разработанный Паком минуту назад, начал работать. И первым пунктиком было вызвать ревность у Мина. Можно поставить галочку. И никто бы не считал его влюбленным в Тэхена, если бы знали, что в тот день Пак выбежал из класса лишь потому, что от такого «плохого учителя Мина» в штанах у мелкого сразу стало тесно, а сердце забилось предательски часто. И если он и обиделся, то только на свой фетиш к дерзким и жестким (тем более учителям).