Избранный?! И в этом?! Снова?!!!

Глава 43. Первый Камень. Для заседания по делу Дамблдора была выбрана страна, где собственно и располагался штаб МКМ — Швейцария. Магическая Швейцария, так же, как и магловская, практически никогда не встревала в вооружённые конфликты магов. Единственная страна, которая во времена противостояния с Гринденвальдом в магическом спектре и Мировой войны против Гитлера в магловском практически не пострадала. Конечно, отголоски той войны и тут оставляли свой след, но всё же именно здесь было не в пример спокойнее, чем где бы то ни было. Альбус к такому стремительному развитию был совершенно не готов, хотя и провёл бессонную ночь, пытаясь распланировать свою защиту, но он был уверен, что от ареста до суда пройдёт как минимум неделя, как это обычно бывало. Тем более, что изначальное обвинение-то в оставлении школы в момент проникновения туда преступников с недобрыми намереньями, смехотворно. В противовес тому, что он сам на себя наговорил под действием сыворотки правды. Но теперь эти слова ещё нужно доказать, а значит… Время. Только не знал Альбус, что расследование по его грешкам ведётся уже несколько месяцев и у магов уже есть доказанные статьи обвинения, касающиеся не только того случая, который и послужил для его ареста. Об этом он совсем не думал, так как предвестников такому развитию событий не было никаких. И когда магические антибраслеты на его руках, по его подсчётам, где-то в полдень следующего дня после допроса, неожиданно загорелись и его потащило сквозь пространственный «шланг» принудительной портации, весьма удивился. Как представитель власти он прекрасно знал об этих браслетах то, что они, помимо блокировки его личной магии и невозможности подключиться к внешнему источнику магии, служат ещё и порталом-вызовом в зал суда на заседание, обеспечивая таким образом присутствие обвиняемого на скамье подсудимых. Так же это говорило о том, что заседание будет проходить не в привычных для него залах Визенгамота Англии, которые находились тут же в министерстве Магии на нижних этажах, а в каком-то другом месте. Там, куда авроры не могли с гарантией доставить объект, чтобы не «потерять» его по дороге. Мало ли что может случиться во время транспортировки своим ходом — недовольные арестом своего кумира, например, нападут, чтобы отбить? Об этом он знал и предполагал такое развитие событий, так что его удивило не само действо, сколько скорость этого действа. Арест поздним вечером позавчера, допрос вчера, а суд уже сегодня? Этого не может быть! Это невозможно! Они совершенно не дают ему времени на подготовку! Но душевные метания старика мало волновали бездушные артефакты и они исправно доставили его прямо в клетку, которая находилась посередине своеобразной арены. Клетка была маленькая и тесная, да так, что достаточно высокому Альбусу пришлось сгорбиться, чтобы его макушка не упиралась в острые штыри, торчащие по всему пространству этой клетки и были направлены на подсудимого. Авроров рядом не наблюдалось, да и зачем? Куда из этой прочной клетки с антимагическими наручниками, то есть без магии, может деться подсудимый? Помнится, именно в такие клетки на заседаниях Визенгамота по делам Пожирателей в восьмидесятых годах Альбус и приказывал заточать «преступников»* на время этих «потешных» заседаний. Потешных? А как их по другому назвать, если реального разбирательства и не было?! Просто собранный неполный, ещё раз стоит подчеркнуть — неполный состав Визенгамота, состоящий из самой низшей прослойки этой структуры, гнусно глумился над несчастными, а потом без разбирательства отправлял их в Азкабан. Признавая единственным доказательством всех их злодеяний наличие метки на руках. А кое-кто из этих самых Пожирателей и этой клетки не удостоился, просто сразу после поимки оказавшись в застенках, как те же Лестранджи. Единственные, кто избежал этой позорной участи, оказались некоторые аристократы, которых ещё при аресте моментально взяли в свои цепкие лапы их адвокаты, которые же и следили за полным проведением процессуальных норм и правил, включая сбор членов всех слоёв Визенгамота и нормальное отношение к подсудимым, грозясь выйти на международный уровень, всё тот же МКМ. Вот таких-то впоследствии и пришлось отпустить к вящей досаде Дамблдора. А теперь вот сам оказался в такой клетке — насмешка судьбы. Теперь всё предстоящее заседание он будет вынужден стоять в неудобной и ломающей позе, а стоит только распрямиться или попытаться откинуться, как шипы мгновенно начнут впиваться в плоть. Альбусу с трудом из-за шипов удалось оглянуться. Этот зал ему тоже знаком — он не в Англии и уж тем более не в Министерстве. Это зал заседаний МКМ. Вокруг этого импровизированного амфитеатра, посередине которого и располагалась его клетка, уже собирались маги-присяжные. Более двух сотен магов, представителей различных стран, входящих в состав МКМ. И естественно часть состава Визенгамота родной Англии. Только тут присутствовали не подконтрольные Альбусу представители низшей палаты, а как раз ненавистная ему аристократия, которая в своё время удачно отмежевалась от Волдеморта и была признана Нейтральной. Был кое-кто из так называемых Светлых. Этих и сам Альбус уже не первый десяток лет не наблюдал на собственно Английских заседаниях, хотя они и числились в составе суда. Лорд Огден, старший брат того непутёвого и смешного до нелепости мистера Огдена, который приходил в хижину Мраксов, Лорд Дредвуд и мистер Ричард Олливанндер, старший брат Гаррика Олливандера мастера волшебных палочек. «Жив ещё, гад. А я уже и думать о нём забыл! И Гаррик ничего не говорил, предатель!» — со злобой подумал Альбус, вперив именно в этого мага свои очи. Прямо перед клеткой располагался длинный стол, за которым стояло три кресла — места непосредственно состава суда. Центральное — сам судья, справа от него — представитель обвинения, слева — защиты. Чуть в стороне от этого монументального сооружения был небольшой столик для Основного секретаря. Так же по сторонам от самой клетки располагались две трибуны. Боком к подсудимому, лицом к судье, обвинителю и защите. Соответственно напротив защиты — трибуна для свидетелей защиты, напротив обвинения трибуна для свидетелей обвинения. Над каждой трибуной на длинной витой цепи были подвешены уже знакомые «Шары Правды». Альбусу с его ракурса не было видно, но он знал, так как раньше имел возможность посещать этот зал, правда в качестве обвинителя, защитника или вовсе судьи, как член МКМ и глава одного из существующих Визенгамотов, что на «столешнице» каждой из трибун были характерные выемки, как отпечатки вдавленных ладоней. Свидетели, не важно какой стороны, выходя к трибунам, укладывали свои ладони в эти выемки и давали присягу Магии говорить правду. Их ладони приклеивались к трибуне и за каждый ложный ответ они получали откат — сильнейший ожог. Но вырваться из капкана не могли, пока суд не посчитает допрос свидетеля оконченным. Альбусу припомнилось, как они тут судили одного международного преступника, промышляющего торговлей детьми, и кто-то из защитников отчаянно старался оправдать его, упорно давая ложные показания. Тогда ещё над свидетелями не висели эти шары. К окончанию допроса руки этого «свидетеля» были сожжены по плечи, а показания не приняты к рассмотрению в виду их ложности. Помимо антимагических браслетов для подсудимого, в этом зале вообще блокировалась любая магия. Даже магия судей. И только Мать могла проявлять здесь своё волеизъявление. С находящихся в этом зале слетали все чары мешающие вести дознание: империо, гламура, иллюзий. Альбус насколько смог обернулся, чтобы посмотреть, что творится у него за спиной, там, где располагались места для вольных слушателей, и заскрипел зубами. В креслах, по мере прохождения в Зал, спокойно располагались Малфои (Люциус с Нарциссой), Нотт, Гринграсс, Мальсибьер, Эйвери, МакЛагенн, Боунс и многие другие совсем не простые члены магического общества Англии, Шотландии и Ирландии. Ну, и пресса, куда ж без неё-то. Рита Скиттер собственной персоной. Наконец, все входящие в двери маги расселись на свои места: члены Международного Визенгамота, просто слушатели, на своём месте появился секретарь. Установил кристалл записи, тоже новшество, которого Альбус на своём веку ещё не видел, кроме как вчера в допросной Аврората у Скримджера. Так же им были установлены: огромное зеркало, на треногу водружен думосброс и, повинуясь нажатию рычага, из потолка выехала восьмиугольная конструкция огромных магэкранов. Это для того, чтобы на них проецировать в увеличенном виде доказательства и воспоминания из думосброса для присяжных и прочих присутствующих в зале магов. Вот он вернулся на своё место, приготовил, помимо кристалла записи, пергаменты и самопищущее перо, потом встал и зычно огласил: — Встать! Суд идёт! Акустика в этом зале была такая, что никакого «Сонорус» не потребовалось. Дверь позади стола судьи открылась и оттуда вышли ещё три мага в традиционных мантиях, париках и шапочках. Сам судья ещё и был с непроницаемой повязкой на глазах, как дань Фемиде, которая закрывала его лицо практически полностью, так что узнать этого мага становилось довольно сложно в обычное время, если встретить его в коридорах МКМ. Кто будет председательствовать на суде МКМ всегда решалось магическим жребием. И не факт, что судьёй будет выступать именно кто-то из МКМмовцев. Это мог быть любой другой маг, однако, работающий в сфере магического и международного магического правопорядка. То бишь, любой из членов местечковых Визенгамотов. Обвинением всегда в таких случаях выступало МКМ, точнее кто-то из этой структуры, а защита… А вот с защитой тоже приходилось поступать по жребию. Просто потому, что если уж маг попадал в суд МКМ, то его вина считалась априори доказанной и защищать преступника никто не рвался. Конечно, могли возникнуть казусы не досконально проведённого расследования, открыться какие-то новые факты и обстоятельства, но на памяти Альбуса их не происходило, а по истории существования МКМ таких случаев насчитывается один на тысячу. Альбус начал нервничать. Неужели Скримджер раздобыл доказательства его вчерашних откровений?! Только этим он мог объяснить всё тут творящиеся. Как?! Откуда?! Судья и обвинитель с защитником прошли к своим местам и остановились за спинками кресел. — Объявляется состав суда! — снова громко и чётко проговорил секретарь. — Председательствует «Фемида»! Всё правильно, имя председателя никогда не называлось во избежание мести всяких там родственников и прочих оскорблённых по их мнению неправильно вынесенным приговором, обвинительным ли, оправдательным ли. Всегда находятся недовольные. Судья вышел из-за центрального кресла и встал перед ним, но не садился. — Со стороны обвинения выступает член Международной Конфедерации Магов, член Особого Отдела по расследованию особо опасных преступлений — Гровер даст Штайн! Этот маг тоже занял исходную позицию. Альбус дёрнулся. Особый Отдел! Мордред! И этот бульдог! Дело пахнет керосином. Значит, тут его судить будут не только по уже предъявленному обвинению. Сложно себе представить, что ОО занимались столь незначительными делами, как оставление директором школы в ответственный момент нападения неких преступных элементов. Мелковато это для них. Даже намёки на то, что Альбус собирался проводить ритуал «Вторая жизнь» — это не их уровень. А вот преступления против Магии, которых Альбус совершил великое множество — это да. Это всё они. Но как?! Откуда?! Почему?! — Со стороны защиты выступает член Международной Конфедерации Магов, член адвокатской гильдии при Международной Конфедерации Магов — Франсуа Ле Блэн. Многие в зале и Альбус в том числе заметили, что Ле Блэн едва заметно поморщился. Ясно, он не сомневается в виновности подсудимого, а, значит, не будет «рвать жилы» на его защите. А ведь так мило улыбался ему, Альбусу, ещё месяц назад, когда они как раз встречались в коридорах этого самого МКМ. Тем временем секретарь продолжал: — Суд проводится с заседанием присяжных! Приговор выносится большинством голосов! Напоминаю, что вердикт присяжных может быть не принят к сведению «Фемидой», ибо «Фемида» выступает как проводник воли Матери Магии! Протокол заседания ведёт Старший секретарь суда — Александр Кравц! Секретарь, на секунду прервав свою речь, приложил свою ладонь к груди и коротко поклонился залу. — Ваша честь! — обратился Кравц к троице, всё ещё стоящей за столом. — Все свидетели по делу были оповещены и их явка обеспечена. Метки о получении и фиксации писем порт-ключей всеми причастными зафиксированы. Они ожидают Вашего вызова. О правах и обязанностях, как и о правилах проведения заседаний они оповещены теми же письмами. «Фемида» кивнул головой, показывая, что высказывание секретаря было услышано. — Прошу садиться! — голос «Фемиды» был гулким и каким-то потусторонним, но никто ничего удивительного в этом не увидел. «Фемида» действительно на протяжении всего заседания находится в своеобразном трансе, как бы на одной волне с магией. Он её голос. Он её аватар. А многие из присутствующих в настоящем суде присутствовали на таких заседаниях и раньше, чтобы удивляться. Суд МКМ — это не «местечковое» Визенгамотное разбирательство по месту «приписки», и дела, рассматриваемые этим судом, редко когда заканчиваются простым засаживанием за решётку. Тут с наказанием разбирается сама Магия, предварительно посредством своего аватара «Фемиды» выслушав и оценив обвинение и защиту. Одно дело прямо нарушить Закон Магии и получить за это справедливый откат, как это было с Джинни Уизли и её семьёй уже не раз за всю историю существования этого Проклятого Рода. И уже не подлежать в связи с этим юрисдикции любого из Визенгамотов. Другое дело, когда маг настолько умен и хитёр, что находит лазейки для избегания такого прямого и грубого отката. Вот тут-то и вступает в силу воздействие уже судов человеческих — Визенгамотов. Совершать преступления можно и не нарушая прямых запретов от Магии, в следствие чего остаться не подверженным откатам, но по всем законам человеческим — быть, однако, преступником. Мошенничества, кражи, взятки, шантаж, приворот и даже убийства с применением Магии, но не нарушая её законов, и много чего ещё, на что сама Магия уже не очень-то и обращает внимание. Иначе бы преступников и преступности не было вовсе. А они есть. К большому сожалению, но они есть. Взять хотя бы то сонмище ритуалов и ритуальчиков, зелий, чар, изобретённых магами именно с целью избежать отката за совершённое преступление. То же зелье «Разрыв-отскок». Прямое нарушение Закона Магии — разрыв уз Назначенных, но зелье тем не менее существует и даже каким-то невообразимым способом обманывает Магию. Раз неоднократно применялось в прошлом, когда представителей пола Оми-Ра было несоизмеримо больше и на них тоже велась охота. Никто же из тех «покусителей» так не страдал, если только не попадался именно следователям, которые бы раскрыли это преступление. Оми-Ра — чистый магией, многие хотели их заполучить в свои семьи. Многие, рассчитывающие на то, что Выберут ИХ, оставались недовольными Выбором, который в конечном итоге делал Оми-Ра. И если бы у Джинни не было ещё и Долга Жизни перед Гарри, если бы Северус чуть-чуть тогда не успел и жгут связи всё-таки обнаружил бы свою жертву, то Джин могла легко отделаться. Её бы не поразило так сильно откатом, если бы он вообще возник. Другое дело, что и Северус бы молчать не стал и естественно обратился бы в суд или через ритуал напрямую к Магии. Магия — это определённая сила, энергия, чей разум пребывает где-то там, в высших сферах. И разум этот мыслит совсем другими категориями нежели люди, эльфы, оборотни, русалки. Если уж к ней обращаются напрямую с некоей просьбой, то ответ может быть совсем не таким, на какой рассчитывают. Джин из бутыли — самое точное определение. У него попросишь воды, а он тебя выбросит посреди океана — вода же. Даже непреложный, самый страшный из обетов, скреплённых магией, можно обойти. Нужно просто найти как. Поклялся не рассказывать, но при этом взял пошёл и нарисовал комикс, описывающий запретные события. Ты не рассказал, обет не нарушен, отката нет, но ты показал. Как-то так. Так вот, как правило, все эти неурядицы и преступления рассматривают и регулируют именно местные Визенгамоты согласно своим светским законам, обычаям и традициям. А сколько стран, столько и различий и нюансов в понимании вроде бы одной и той же статьи. Суд МКМ же — это суд самой Магии, когда обвинения настолько серьёзны, что местный Визенгамот не в состоянии решить дело, когда именно что требуется - решение Магии. Преступления против Магии с применением лазеек по откатам входят в их компетенцию. После высказывания «Фемиды» все расселись на свои места, как и сам судья, обвинитель и защитник. «Фемида» взял в руки ритуальный молоток. — Заседание по делу Альбуса Персивала Вулфрика Брайана Дамблдора объявляется открытым! — всё тот же гулкий безликий голос и удар молотка по подставке. — Магия вас слушает! Теперь никто не сможет покинуть этот зал суда до завершения процесса приговором, а то и моментально исполненным наказанием. Бывали прецеденты. В воздухе послышался лёгкий перезвон, а над головой троицы за председательским столом проявились призрачные аптекарские весы. Они были разделены по цветам точно пополам. Одна половина, половина обвинения — красная, вторая — бирюзовая. — Суд приступает к заслушиванию обвинения! Даст Штайн встал со своего места рядом с «Фемидой» и, раскрыв внушительную папку с пергаментами, приступил к чтению. — Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор, подданный Министерства Магии** Англии, Шотландии и Северной Ирландии обвиняется в причинении тяжкого вреда здоровью и магии подопечного. Мошенничестве в особо крупных размерах. Причинении тяжкого вреда здоровью и магии прочих лиц. Покушении на убийство подопечного, покушении на убийство прочих лиц. Убийстве. Превышении своих должностных полномочий как директора школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Превышении должностных полномочий вверенных ему гражданами магической Великобритании, как главы Визенгамота Министерства Англии, Шотландии, Северной Ирландии. Укрывательстве и выгораживании преступных лиц, отведение от них длани Закона. В проведении незаконных черномагических исследований и экспериментах над магами. В создании нестабильной и военной обстановки на территории Европы в период с 1930 по 1945 годы. В создании нестабильной и военной обстановки на территории Великобритании в период с 1930 по сегодняшний день. В преступлениях совершённых против Матери нашей Магии, путём её сознательного уничтожения на отдельно взятой территории с умыслом о распространении этого действа на территорию Европы в дальнейшем. _________________________________ *Клетка — не по книге, но по фильму. В ГП и Кубок Огня, там, где Гарри провалился в думосброс Дамблдора и увидел заседание над Каркаровым, и «арест» Барти-Крауча-младшего были именно такие клетки. **Маги в своих статусах различают понятия подданный королевы Великобритании и подданный Министерства Магии, именно потому что они подданные Магической части Англии, которой управляет Министерство, а не королева Великобритании. Хотя границы их зон влияния совпадают, почти всегда совпадают с политической картой магловских государств. По сути, магическое общество образует государство в государстве. Этакое дифузное взаимопроникновение, однако маглы не несут ответственности в магическом суде, как и маги в магловском. Кто-нибудь по канону «увидел», чтобы магловские суды судили магов за причинённый вред маглам? Или маглов в Визенгамоте? Думаю, тут есть нюансы, кто, когда и за что несёт судебную ответственность и кто эту ответственность вменяет, но вдаваться сильно детально в этом фике… Зачем?