Я тебя нарисовал

Как только за Сэмом захлопнулась дверь, в кухню, на запах кофе пришёл босой и полусонный Дин. Он был слегка помят, взъерошен и одет всего лишь в футболку и боксёры, что заставило Каса жадно изучать его открытые и обтянутые тканью участки тела. Этот любопытный взгляд совершенно не остался незамеченным самим Дином, но зацикливаться на нём ему совершенно не хотелось. И всё же он поспешил налить себе кофе и сесть за стол, спрятав за ним большую часть себя. - Чего не спится? – видя смущённый взгляд Каса и разливающийся румянец на его щеках, пробурчал Дин. - Мне приснился сон, - ответил тот, объясняя свой ранний подъём и желая поделиться увиденным. - Ммм, надеюсь не кошмар. - Вроде нет. Сэм сказал, что это снова моя фантазия. - Вот как. Что-то интересное? – напрягся Дин, вспоминая их с Сэмом недавний разговор о воспоминаниях Каса. - Я был женщиной. Сэм и Джессика - девушка, которую я никогда не видел прежде, но во сне почему-то считал своей подругой - рассказывали о тебе, а потом ты принёс кофе и пирожные, - вкратце пересказал свой сон тот. - Женщиной? – зацепился за главное Дин. - Да. Кажется, мне приснилось, что я Кассандра, - смущённо сказал Кас. – А до этого было ещё одно странное видение: я видел тебя на выставке, ты рассматривал большую картину и пил вино из бокала. Но это был не сон, просто я это увидел, как будто наяву, когда Мира и Лис рассказывали мне о вас с Кассандрой. - Вот чёрт, - выругался Дин, испуганно прыгая взглядом с одного предмета на другой. Он понял, что одним разом это не обошлось, и Кас действительно вспоминает прошлое его жены. Как надолго затянется этот процесс и как скоро Кас вспомнит ВСЁ и поймёт, кто он и кто для него Дин и дети? Скоро они не смогут сваливать всё на фантазии и сны, и тогда придётся рассказать Касу всё, как есть, а Дин не был готов к подобному разговору, потому что совершенно не представлял, как себя вести со своей вновь ожившей женой, когда эта самая жена даже не женщина. Всё это время Дин всеми силами старался разделить эти два образа, оставив один из них далеко в прошлом, а ко второму пытаясь привыкнуть, как к абсолютно новому в его жизни человеку. Да и к тому же, одно дело, когда о том, кто такой Кас знают только они с Сэмом, а совсем другое, когда тот сам узнает о себе всю правду. Это усложнит и без того не лёгкие отношения между ним и Дином. Судя по взгляду Каса несколькими минутами ранее, не только у Дина возникают неподобающие мысли по отношению друг к другу. И то ли это подсознание и дремлющая память Касс говорит в нём, то ли Кас сам по себе заинтересован в Дине куда больше, чем просто в друге, потому что на просто друзей ТАК не смотрят. О том, что он сам залипает порой на Касе, Дин, естественно, задумываться не хотел, не желая копаться в собственных ощущениях, отвечая на тот же вопрос: связанно ли это с Кассандрой, на которую Кас похож или этот ангелок привлекает его сам по себе? Сейчас его мысли целиком и полностью были забиты случившимся. И Дин снова терялся в том, как поступить. Судя по всему, Сэм уже сказал Касу, что это всего лишь сон и не стоит волноваться, хоть это и была очередная ложь. Ничего это был не просто сон, и волноваться очень даже стоило бы, особенно Дину! Так и не найдя слов, чтобы продолжить разговор в том же русле, он решил перевести тему, лихорадочно подыскивая, на что переключить внимание Каса. И в скором времени у него появилась, как ему показалось, гениальная идея, как убить несколько зайцев сразу: избежать неловкости, да ещё и извлечь из этого выгоду, и занять Каса, отвлекая его от щекотливой темы, надеясь, что тот к вечеру уже и вовсе не вспомнит о своём сне. - Кас, у меня для тебя есть одно очень ответственное задание, - напустил важности в голосе Дин. – Я хочу доверить тебе самое дорогое в своей жизни, и я очень надеюсь, что ты меня не подведёшь. - Д-дин? – сразу же разволновался Кас. - Посидишь с девочками? Сэм ушёл на работу, а я думал смотаться в центр, в магазин для творчества. Мне нужно много чего купить для будущей картины: холст, кисти, краски… Ну, ты понимаешь. Справишься тут один с ними? Дин осознавал, что это действительно довольно серьёзный шаг: доверить Касу собственных детей, даже всего на пару часов, ведь с двумя неугомонными егозами, да ещё и в компании с этим наивным чудиком может случиться всё, что угодно. Он даже довольно живо представил, как возвращается назад и застаёт вместо собственного дома одни лишь развалины. Но ему правда нужно было купить всё необходимое для будущей картины, а ждать Сэма – только время терять. Дин мог бы уже сегодня приступить к подготовке холста, и у него безумно чесались руки это сделать, как можно скорей. Да и Кас уже не раз доказал, что вполне способен провести время с Лис и Мирой без посторонней помощи. Правда, Дин или Сэм всё же всегда были где-то поблизости, на случай непредвиденных обстоятельств, но пока таких не случалось, и он очень надеялся, что обойдётся и в этот раз. - Я справлюсь, Дин, - пообещал Кас, а в его голосе слышалась лёгкая гордость за оказанное ему доверие. - Спасибо, чувак. Ты меня просто нереально выручишь, - Дин подскочил на месте, одним залпом допил кофе, поставил кружку в мойку и побежал собираться, радуясь, что ему всё-таки удалось увести их разговор от опасной темы. *** После отъезда Дина прошло совсем немного времени, когда проснулись девочки. Кас услышал лёгкий топот детских ножек, а потом в гостиной оказались два взъерошенных урагана в пижамах, с растрёпанными волосами и плюшевыми игрушками в руках. - Дядя Кас, а где папа? – удивлённо хлопала ресницами Мирабель, точно так же, как и её сестра. По всей видимости, перво-наперво они побежали в комнату Дина, чтобы поздороваться с ним, но никого там не обнаружили. - Папа уехал в магазин за всем, что нужно для картины, которую он будет рисовать. Скоро вернётся, - объяснил Кас. - Ух ты! Значит, мы совсем одни? – хитро улыбнулась Алисия. Видимо, самого дядю Каса они воспринимали не слишком серьёзно. - Ну, выходит, что да. Но вы ведь будете вести себя хорошо? – уже не слишком уверенно спросил Кас. - Конечно, - на лице Миры расплылась не менее лукавая улыбочка, отчего тот уже начал сомневаться, что всё действительно пройдёт гладко, как он обещал Дину. Дети убежали наверх умываться и переодеваться, а Кас направился на кухню готовить им завтрак, всё ещё озадаченный и немного испуганный, не знающий, чего же ожидать от девочек, пока их отца нет дома. Спустились они минут через двадцать, уже умытые и переодетые, но совершенно не причёсанные. В руках Миры был целый набор всяких расчёсок, а Лис несла чемоданчик, полный заколок и разноцветных резиночек. - Ты ведь нас заплетёшь? – обратились дети к Касу, отчего тот испуганно стал переводить взгляд с волос девочек на все те приспособления, что они притащили и разложили на всей поверхности кухонного стола. - Дядя Кас, ты умеешь делать причёски? – поинтересовалась Мира. – Дядя Сэм нам часто заплетает волосы красиво. Мы и тебя научим, если что. - Л-ладно, - заикаясь, сказал Кас, понимая, что ему всё равно уже не отвертеться, - только давайте после завтрака. Несите всё в гостиную. Дети радостно подхватили всё принесённое и утащили из кухни, а когда вернулись, то сразу же сели за стол, а перед ними появились тарелки с едой. *** Дин вернулся домой с огромной сумкой, полной различных вещей, предназначенных для живописи. Он купил всё необходимое и готов был как можно скорей приступить к подготовке холста к будущей картине. На его удивление и радость, дом всё же не превратился в руины в его отсутствие, не сгорел и даже не стал похож в пристанище хаоса, судя по порядку, всё ещё творившемуся здесь. Лишь только детский тихий смех и разговоры были слышны из гостиной, куда он прошёл и сразу же остановился, разглядывая происходящее. На табуретке в самом центре сидела Алисия, улыбаясь до ушей, а за её спиной Мира и Кас о чём-то тихо спорили, при этом руки последнего были погружены в золотистые кудряшки Лис, явно что-то делающие с ними. Не сказать, что волосы у девочек были длинными, но, тем не менее, на голове Мирабель была создана довольно виртуозная и вполне аккуратная причёска, а волосы Алисии были заплетены лишь наполовину. - Кас, ты что тут открыл собственный салон красоты, пока меня не было? – усмехнулся Дин, подходя ближе. - Папа, мы учим дядю Каса заплетать нам волосы! Смотри! – Мира покрутилась вокруг своей оси, демонстрируя модную причёску. - Вот это да! – рассмеялся Дин. – Даже лучше, чем у дяди Сэма. - Это очень интересное занятие. Я и не знал, что из волос можно сделать столько всего, - улыбаясь, поделился впечатлениями Кас, по-настоящему наслаждаясь процессом плетения непослушных золотистых прядей. - Зря ты это сказал. Теперь придётся заплетать их каждый день, когда нет Сэма, - заговорщически, но довольно громко прошептал Дин. - Я не против, - продолжая улыбаться, сказал Кас. - Ура! У нас каждый день будут новые крутые причёски! – захлопали от радости в ладоши девочки. - Лис, не крутись, а то криво получится. Мира, я правильно делаю? Как дальше? – продолжал своё занятие тот. Дин ещё немного посидел с ними, наблюдая за счастливыми детьми и не менее довольным Касом, пока и у Алисии на голове не была завершена причёска. Они радостно поблагодарили дядю, поочерёдно крепко обняли его и убежали к себе, громко обсуждая тот факт, что теперь им нужны ещё и красивые наряды, чтобы выглядеть настоящими принцессами. - Как вы тут? Ты молодец, Кас, и правда справился, - продолжая улыбаться, обратился к тому Дин. - Я накормил их блинчиками с вареньем, так что они не голодные. Там ещё осталось немного, если ты хочешь. Это действительно оказалось очень вкусно, как и было написано в книге с рецептами. - Спасибо, я перекусил по дороге, может позже. Даже интересно, что ты приготовил на этот раз, - усмехнулся Дин. - А ты всё купил, что хотел? – спросил Кас, собирая заколки и расчёски, которые были разбросаны по всему журнальному столику и стоящему рядом дивану. - Да. Думаю, я снова расположусь в гостиной. Картина будет большой и мне нужно много места. Надеюсь, тебя это не стеснит, - как-то неуверенно закончил Дин. - Почему это должно меня стеснить? – не понял Кас. - Ну, у тебя и так нет своей комнаты и ты вынужден ночевать здесь, на диване, а теперь ещё и я буду постоянно мешать тебе своим присутствием. Знаешь, я люблю рисовать допоздна. Муза – капризная барышня, она всегда приходит либо слишком рано с утра, либо слишком поздно вечером. Так уж у меня всё получается. - Я совершенно не против, если ты будешь работать здесь. В конце концов, это вообще ваш дом, и я только благодарен за то, что разрешили мне жить с вами всеми. Это я должен чувствовать, что стесняю тебя своим присутствием, ведь ты до сих пор не слишком рад тому, что я появился на свет, - с грустью в голосе закончил Кас. - Не говори глупостей. Мы с Сэмом рады, что ты здесь. Девочки очень любят тебя. И мне даже немного стыдно за то, что не сразу поверил тебе и выгнал на холод, что нам пришлось пройти через это всё в самом начале. - Но я испортил твою картину… - Ты оживил её. Это другое. Да, всё это немного странно, но я правда не сержусь, сам не могу объяснить почему, ведь должен по идее, - усмехнулся собственным словам Дин. - Спасибо, - тихо прошептал Кас, с безмерной благодарностью и даже нежностью во взгляде смотря в глаза Дина. Тот только кивнул в ответ, сам не в силах оторваться от синевы напротив, понимая, что снова тонет в ней с головой. До чего же нереальный цвет у них был! Даже у Кассандры он казался не таким насыщенным и сочным, как эта небесная лазурь. - Дин, - еле слышно позвал его Кас. - Да? – как заворожённый спросил тот. - Можно теперь мне уйти ненадолго? - Ч-что? – замотал головой Дин, словно приходя в себя после гипноза. - Я хотел снова сходить в церковь, если ты разрешишь. Быть может сегодня Габриэль согласится показать мне колокола. - Габриэль? Это тот бомж, да? – припомнил Дин рассказ Каса о его официальном знакомстве с тем бородатым мужичком из супермаркета. - Да. Так ты не против? - А почему я должен быть против? – не понял Дин. – Это твоя жизнь, чувак, ты уже большой мальчик, так что вперёд. Дин поднялся с дивана и вернулся в прихожую, где оставил свою сумку с покупками. Он не хотел снова думать о том, что произошло в очередной раз, всеми силами стараясь выкинуть это из головы. Его уже конкретно напрягали все эти переглядки с Касом, но зацикливаться на них он по-прежнему не собирался. Уходя к себе, он только махнул рукой, видя, что Кас и правда начал собираться на улицу. Что ж, этому ангелочку тоже не помешает проветриться, а у Дина в планах целая гора дел, так что ему совершенно не до мыслей о синих, словно небо глазах. *** Кас услышал колокольный звон на этот раз уже когда подходил к церкви. Он сразу же поднял глаза, но ничего не увидел, лишь только понял, что этот очень громкий, но не менее прекрасный, чем издалека звук исходит откуда-то с крыши здания. Постояв немного, Кас прикрыл глаза и улыбнулся, наслаждаясь таким близким и красивым переливом. Он так и простоял бы ещё очень долго, если бы в один момент всё не закончилось, и лишь только лёгкое послезвучие ещё оставалось в воздухе, еле ощутимым шлейфом оглушающего звона. Немного расстроившись, что всё закончилось так быстро, Кас направился ко входу в церковь. Зайдя внутрь, он сразу же заметил Габриэля. Тот крутился почти у самого возвышения, задувал маленькие, оплавившиеся свечки, вытаскивал их из подставки и скидывал в небольшую мисочку, стоящую рядом. К нему подошёл тот мужчина в белом одеянии и что-то тихо сказал, на что Габриэль кивнул и продолжил своё занятие. Кас стал медленно подходить ближе, пока он не заметил его и не улыбнулся тепло и приветливо. - Привет, Кас-Кастиэль, - помахал он рукой. - Здравствуй, Габриэль, - кивнул ему Кас, улыбаясь до ушей. – Я только что слышал колокольный звон, и это было просто удивительно, и так громко! - О да, звонарю приходится затыкать уши, чтобы не оглохнуть. Он ведь в самом эпицентре этой какофонии, - тоже расплылся в улыбке тот. - Звонарь – это тот, кто играет на колоколах? – наклонил вопросительно голову Кас. - Играет? – рассмеялся Габриэль. – Да, что-то вроде того. Всё ещё хочешь увидеть их поближе? – его улыбка стала хитрой, а взгляд забегал вокруг, будто ища кого-то. - А можно? – не поверил своему счастью Кас. Неужели сейчас ему покажут самые настоящие колокола? - Нет. Но это ведь не важно, правда? – Габриэль подмигнул ему. – Пошли. Он схватил Каса за рукав и потянул куда-то за возвышение, где оказался проход в просторный, но не глубокий коридор, заканчивающийся аркой, за которой виднелась винтовая лестница. Именно на неё Габриэль и потащил Каса, торопя и подталкивая, пока они, в конце концов, не оказались на широкой площадке с узкими, но высокими окошками. Колоколов оказалось больше, чем три: в самом центре возвышалась огромная, похожая на перевёрнутую воронку железная «кастрюля», как окрестил её Габриэль. Она была размером почти в человеческий рост, но при этом подвешена под потолком на массивный крюк. По бокам от неё были похожие штуки, только чуть поменьше, тоже крепко прикреплённые к потолочной балке. Сбоку же стояла рамка, на которой висели ещё три колокола, один меньше другого. Самый маленький был не больше головы человека. - Ну, как тебе? – толкнул Каса в бок Габриэль. - Это просто невероятно! – восхищённо прошептал тот, обводя помещение взглядом. – Такие огромные! - Ага, на ногу упадут – считай калека, - рассмеялся Габриэль, видя, как Кас отходит чуть в сторону, будто колокола и правда могли рухнуть в любой момент. - Спасибо тебе, Габриэль! За то, что показал мне их. - Да не за что, пустяки. И, если ты уже налюбовался, то пошли уже вниз, пока нас тут не застукали, - стал подталкивать обратно к лестнице его тот. Они спустились обратно в церковный зал и уселись на одну из скамей ближе к стене. - Итак, ты пришёл снова. Теперь ты видел колокола, но всё ещё здесь, - усмехнулся Габриэль, подталкивая Каса к разговору. - Я прочёл Библию и посмотрел фильм, но Сэм сказал, что не стоит верить в это всё до конца. Он считает, что люди переврали со временем события, случившиеся слишком давно, чтобы быть уверенным, что они истинные. Но мне нравится в церкви. Здесь тихо и уютно. - Ага, а ещё тепло, - усмехнулся Габриэль. – Так кто же такой этот Сэм? – это имя из уст Каса он слышал уже не в первый раз. - Это брат Дина. Он тоже очень хороший человек. Они оба помогают мне привыкнуть к той жизни, в которой я оказался. - Когда вышел из картины, - вспомнил тот. - Да, - абсолютно серьёзно ответил Кас. - Расскажешь эту удивительную историю? – стало очень любопытно Габриэлю. Он всё ещё считал, что у того немного не хватает винтиков в голове, но от захватывающей сказки отказываться не собирался. А то, что она будет именно захватывающей – Габриэль не сомневался. И Кас рассказал ему всё от самого начала, вплоть до их последнего разговора с Дином: как он оказался в доме Винчестеров; как Дин сначала выгнал и его, а потом забрал из странного здания с решётками; как он познакомился с Сэмом, Мирой и Лис и как позже они все дружно учили его ежедневным процедурам с его телом; как он научился готовить и делает это почти каждый день с огромным удовольствием; как Сэм помог понять ему, что он влюбился в Дина и как тот совершенно не заинтересован в нём, хоть порой и ведёт себя странно. Кас также рассказал, что умеет оживлять картины Дина и что иногда видит странные вещи про людей и события, в которых он никогда не принимал участие. Габриэль очень внимательно слушал рассказ Каса, посмеивался над некоторыми моментами, комментировал и задавал вопросы, но ни в коем случае не показывал, что не верит тому, хоть вся эта ситуация и казалась ему безумной фантазией воспалённого мозга этого чудика. С одной стороны, всё это выглядело так, будто у Каса явно прохудился чердак, но с другой - парень не выглядел безумным или помешанным. У Габриэля были кое-какие знания и небольшой опыт, чтобы поставить ему хотя бы приблизительный диагноз, но он не видел ни одного симптома, говорящего о том, что тот действительно болен. Речь Каса была чёткой и ясной, он не путался в своих же рассказах и выглядел вполне здоровым и адекватным как в физическом, так и в психологическом смысле. И Габриэль не мог объяснить самому себе, откуда же этот чудик черпает вдохновения на подобного рода фантазии. - Ты мне не веришь, да? – перебил его поток мыслей Кас, понуро опуская голову, чтобы уставиться на свои сложенные на коленях ладони. - Я этого не говорил, - тут же встрепенулся Габриэль. - Но всё это и правда выглядит чересчур необычным. Я уже понял, что в этом мире нет места волшебству, как в сказках. Но я говорю правду! - Воу, воу! Я тебе верю! Ну, может, не совсем, но что-то из этого вполне реально, знаешь. Вот вы с Дином, например, - хитро улыбнулся Габриэль. - Я не понимаю, - склонил в привычном жесте голову Кас. - Ну, с тобой-то всё ясно: ты влюблён и хочешь быть с ним. Правда, я уверен, что не совсем знаешь зачем… Ну, там, на месте разберёшься что куда. А вот с твоим Дино дело мутное. Посуди сам: мужик всю свою жизнь любил исключительно девушек, на одной даже женился. И тут бац! и ты: горячий синеокий ангелочек, да ещё и точная копия самой важной женщины в его жизни. Что он должен чувствовать? - Он разозлился, - припомнил Кас первые минуты их знакомства, отвечая на, по всей видимости, риторический вопрос Габриэля. - В начале – да. Ты испортил его картину, да ещё и доска два соска и сосиска между ног. К такому повороту он точно не был готов, я бы тоже, наверное, был в ярости. Хотя нет, я бы не разозлился, я бы сделал кое-что другое, но это уже другая история, - ухмыльнулся Габриэль, подмигивая Касу. - И что же он по-твоему чувствует? – нахмурился тот. - Он растерян, - пожал плечами Габриэль. – Он, вроде как, похоронил её, а тут ты. Он видит в тебе свою жену, его тянет к тебе, но глупые стереотипы не дают полностью расслабиться и принять ситуацию как есть. То есть, я хочу сказать, что если бы Дина не душила внутренняя гомофобия*, вы оба были бы давно счастливы. Было бы у тебя побольше опыта… Эм… Был бы он у тебя вообще хоть какой, то здесь было бы, где разгуляться и придумать пару фокусов, как выманить Дино из шкафа. Но так могу только посочувствовать тебе, Касси, и пожелать огромного терпения. В конце концов, рано или поздно у одного из вас оно лопнет и тогда… БУМ! – Габриэль вскинул руки вверх и рассмеялся. Кас понял далеко не всё из им сказанного, но главную суть уловил: нужно было подождать и тогда, возможно, будет шанс на ответные романтические чувства со стороны Дина. Хотя он, откровенно говоря, не был до конца уверен, что Габриэль вообще понял правильно всю их ситуацию, а потому не слишком-то доверял его мнению, но надежда в душе всё же зародилась. - Спасибо тебе, Габриэль, ещё раз. - За что на этот раз? – приобнял его тот, крепко прижимая в дружеском захвате. Кас впервые смог ощутить запах этого мужчины. Он предполагал, что Габриэль будет пахнуть чем-то противным, ведь выглядел он довольно неопрятно и местами даже не слишком чисто, да и, насколько Кас понял из рассказа Дина, бомжи - это люди, не особо следящие не только за своим внешним видом, но и за гигиеной. Но, несмотря на это, от Габриэля пахло конфетами, а ещё немного мылом, что заставляло лёгкую улыбку расплываться на лице Каса. - За то, что выслушал меня, не счёл сумасшедшим, да ещё и помогаешь, - проговорил он. - Ну, вообще-то, немного тронутым я тебя считаю. Уж без обид – вся эта твоя история немного попахивает безумием, согласись, - Кас кивнул, будучи немного расстроенным, что Габриэль всё-таки не поверил его словам. – Но знаешь, при всём при этом ты хороший парень и чертовски милый. Я даже немного завидую твоему Дино, что отхватил себе такого ангелочка. Он просто дурилка картонная, что до сих пор держится за какие-то свои принципы и стереотипы, вместо того, чтобы разрешить себе быть счастливым. - Ты тоже хороший человек, Габриэль, - тепло улыбнулся ему Кас. Они ещё просидели так, обнявшись какое-то время, пока он не понял, что ему пора возвращаться домой. Кас был рад, что Габриэль, хоть и не до конца, но поверил ему, как и Дин и Сэм, а это значит, что теперь у него появился ещё один друг. Перед уходом Кас пообещал ему, что придёт снова, как только будет возможность. Габриэль расплылся в улыбке, махая тому на прощание, снова называя «Касом-Кастиэлем» и «Касси». *** Вернулся Кас домой уже затемно, как и в прошлый раз, в отличном настроении, и снова прямо с порога стал рассказывать Дину и собирающим рядом с ним пазлы девочкам о том, как провёл время с Габриэлем и о колоколах. Он был так сильно увлечён своим рассказом, что не сразу заметил изменения в обстановке, лишь только чувство, что чего-то не хватает, заставили его поумерить свой пыл и посмотреть по сторонам. При более тщательном взгляде вокруг гостиная показалась Касу довольно пустой и унылой: стены больше не украшали весёленькие растяжки с поздравлениями с Рождеством, выступы и перила не обволакивал шлейф гирлянд, а у дальней стены не стояла пушистая ель, окутанная разноцветными огоньками и наряженная милыми игрушками. Вместо неё на Каса смотрел выложенный из кирпича зев камина, окружённый низким кованым заборчиком. Справа от него, на безопасном расстоянии от предполагаемого огня, и расположился Дин со своим мольбертом, на который тот уже водрузил подрамник с натянутым на него холстом. Сам художник сейчас сидел в кресле неподалёку, внимательно слушая Каса и помешивая что-то бесцветное в стеклянной миске. - Вы убрали ёлку, - расстроенно констатировал очевидное тот. - Рождество давно уже прошло, не до весны же ей стоять, - хмыкнул Дин. - Весны? – не понял Кас. - Это время года, которое следует за зимой. Уже скоро на улице станет теплее, снег растает и появится трава и цветы, а на деревьях начнут расти листья, - терпеливо и как-то умиротворённо объяснил тот. Дин был очень рад снова приступить к любимому делу и получал удовольствие уже только от подготовки холста к будущей картине, а потому настроение у него было на высоте. - Оу, цветы – это красиво, - Кас видел их только на картинке и очень хотел однажды лицезреть вживую. - Да, а ещё они очень вкусно пахнут, - стали хихикать Лис и Мира, поддерживая воодушевление и эмоциональный подъём взрослых. - И из них можно собрать букет. - Или сплести венок. - А ещё украсить одежду. - И причёску. - Баста, телепузики! – шутливо прикрикнул на них Дин и рассмеялся. – Цветочки, блёстки, украшения… Вам только повод дай. - Ну, пап, мы же девочки, - дружно рассмеялись те. - Маленькие принцессы, - умиляясь, произнёс Кас, как обычно принимая сторону детей. - Дядя Кас, иди к нам. Тут такая сложная картинка, без тебя никак, - позвали его близняшки, и тот с удовольствием уселся рядом, сразу же приступая к поиску недостающих деталей. Так их и застал Сэм получасом позже, проходя с порога в гостиную и наблюдая эту идиллическую картинку: Кас с девочками собирали пазлы, шутя и болтая без умолку, обсуждая сюжет получающегося изображения, а Дин тонким слоем покрывал холст на мольберте специальным клеем без запаха, поглядывая за ними и умиротворённо улыбаясь. Насколько же по-семейному они все сейчас выглядели, несмотря на то, что совершенно не задумывались над тем, как это смотрится со стороны. Сэм даже почувствовал себя чуточку лишним в этой уютной атмосфере, и поэтому ещё больше убедился в том, что собирался сделать. Он никогда раньше не замечал за собой стремления к сводничеству, но этих двоих всё же хотелось подтолкнуть чуть ближе друг к другу, а потому он смело шагнул из прихожей в гостиную и приветливо поднял вверх руку с зажатым в ней бело-голубым конвертиком. - Всем привет! Смотрите, что я вам принёс! – помахал он конвертом в воздухе. - Что это, дядя Сэм? – сразу заинтересовались дети. - Это билеты. Я купил целых четыре штуки на эти выходные на мюзикл «Холодное сердце»! А? как вам? – гордо расплылся в улыбке он. - УРА!!! – радости девочек не было предела. – Мы пойдём в театр! - Ого! Как ты умудрился их достать? Говорят, туда попасть почти не реально, - удивлённо вскинул брови Дин. - У одного моего пациента оказались связи… - почти не соврал Сэм. Он просто не стал упоминать, что это был не совсем простой пациент. - Чудненько! Уверен - детям понравится. И Каса прихватите, ему тоже будет интересно и полезно выбраться куда-нибудь. Сам Кас на это только непонимающе сощурился и наклонил голову в бок в своём излюбленном жесте. - Эм, Дин, я думал ты пойдёшь с ними сам, - сделал жалостливое лицо Сэм. - Старик, прости, но ты ведь знаешь, как я отношусь к такого рода вещам, - взмахнул руками тот и повернулся обратно к мольберту. - И всё-таки тебе придётся. Джо устраивает что-то вроде прощальной вечеринки перед уходом в декрет. Я обещал, что буду там. Извини. Дин замер, так и не донеся кисть, обмазанную в клее до холста, а потом как-то понуро опустил плечи, уронил голову на грудь и глубоко вздохнул, всем своим видом давая понять, что выбора у него действительно не осталось. - Чёрт. Ладно. Я схожу на этот… мюзикл, - не стал выражаться при детях и Касе Дин. Он был уверен, что просто умрёт от скуки от всего этого «веселья» или просто уснёт прямо в зале, пока актёры на сцене будут петь заученные до зубного скрежета песенки. - Ура! Мы пойдём с папой и дядей Касом! – захлопали в ладоши дети и бросились обнимать отца и дядю Сэма. Кас всё ещё непонимающе смотрел на Сэма, будто ждал объяснение всему происходящему. - Тебе понравится, Кас, я уверен. Вам всем просто нужно почаще выбираться куда-то вместе. И пока Дин не решил вставить свои пять копеек, Сэм задорно подмигнул Касу и поспешил наверх, скрываясь в своей комнате и молясь, чтобы его брат не успел заметить ничем не сходящую с его лица самодовольную улыбочку с долей хитринки. Ему всё же удалось вытащить этих двоих из дома. Вместе. *** В этот вечер девочек вызвался укладывать Кас. Те были в диком восторге и утащили дядю к себе в комнату, не желая засыпать слишком быстро, чтобы провести как можно больше времени с ним. В конце концов, переодетые в пижамы и с заплетёнными в простые косички волосами, с лёгкой руки Каса, они смогли угомониться и в итоге уснуть сладким сном, как обычно на середине очередного рассказа, захватившего как их самих, так и дядю. С чувством выполненного долга и удовлетворённый таким тёплым отношением с детьми, Кас спустился в гостиную, думая о том, что и ему пора было уже отходить ко сну. Он совершенно позабыл о предупреждениях Дина по поводу его поздней работы над картиной, а потому застал того, склонившегося над холстом с какой-то губкой в руках, натирающего ранее проклеенную поверхность. Над мольбертом горела довольно яркая лампа, но в самой гостиной был полумрак. - Что ты делаешь? – тихо спросил Кас, заинтересованно наблюдая за действиями Дина. - Натираю холст пемзой, - ответил тот, сдувая образовавшийся от трения порошок. - А когда ты уже начнёшь рисовать? – Касу не терпелось увидеть Дина в действии, представить, как когда-то точно так же он трудился и над картиной с ним самим. - Когда как следует отшлифую и покрою грунтовкой. Ты, наверное, хочешь спать. Я мешаю тебе? - Нет, - замотал головой Кас. – Звук от этой штуки… Он скорей успокаивает. Он отступил назад от мольберта и подошёл к дивану, начиная раздеваться. Дин слышал шорох снимаемой одежды, но не решался повернуться и посмотреть на действия Каса. Ему вспомнился их первый день, когда тот стоял абсолютно обнажённый посреди гостиной в точно таком же полумраке, разбавленном огнями от ёлки. Тогда Дину показалось всё это странным, но теперь атмосфера вокруг навевала скорее романтические нотки, что не столько удивляло, сколько казалось неправильным, ведь за его спиной раздевалась не красивая девушка, а мужчина. Да, красивый. Дин этого уже не отрицал. Да и как так не считать, когда это было творение его же собственных рук, созданное по образу и подобию его возлюбленной, которую он считал самой прекрасной женщиной на свете. Но и без этого насыщенный синий омут глаз, тёмное кружево ресниц, коралловая улыбка слегка обветренных губ и симпатичная ямочка на подбородке превращали Каса в самого настоящего ангелочка, чей образ, словно выжженный, отпечатался в голове Дина. И он порой боялся признаться даже самому себе, когда ловился на мысли, что постепенно стираемый из памяти с годами образ Кассандры теперь и вовсе утратил свои краски, почти полностью заменившись на мужские черты её нового обличия. - Спокойной ночи, Дин, - услышал он за своей спиной и всё-таки обернулся. Кас как раз нырял под плед и Дин увидел, что он в одних боксёрах и белой футболке. Диван был достаточно мягок и широк, и он сразу же откинул запоздалые мысли о том, что Касу может быть на нём неудобно. И всё же это место было открыто для всех и полностью лишало того личного пространства, особенно по утрам, когда Сэм собирался на работу и гремел посудой на кухне, или просыпались ранние пташки Мира и Лис. А вот теперь ещё и Дин засиживался допоздна, шурша и тоже не давая Касу долгожданного за день покоя. Хоть тот и отмахивался, говоря, что Дин вовсе ему не помешает, но он понимал, что это всё же не совсем так. Нужно было как-то решать эту проблему либо переставая работать так долго, либо искать этому ангелочку другое место для ночлега. Первое, к сожалению, зависело совершенно не от него, а от его капризной музы. А вот насчёт второго у него была одна идея, над которой Дин решил подумать завтра. - Спокойной ночи, Кас, - улыбаясь, тихо ответил он. И, несмотря на хоть и не громкий, но всё же шум, издаваемый Дином при полировке, тот довольно быстро засопел, демонстративно доказывая, что он ему действительно ни капли не мешает. Дин на это только улыбнулся и продолжил натирать холст. Спустя примерно полчаса работа была выполнена, оставалось покрыть холст ещё одним слоем клея, а затем наложить грунтовку, но это были планы уже точно на следующий день, поэтому Дин поспешил убрать всё лишнее во вновь извлечённый из шкафа и принесённый вниз чемоданчик художника. Прежде, чем выключить лампу и подняться к себе, он вновь обернулся и посмотрел на безмятежно спящего Каса, который лежал на боку, поджав ноги и подложив обе ладони себе под щёку. Улыбка снова начала трогать лицо Дина, несмотря на уже довольно сонное состояние. Кас выглядел таким умиротворённым и уютным, что путь на второй этаж по лестнице, клюя на ходу носом, показался Дину просто восхождением на Эверест. Больше всего на свете сейчас ему захотелось погасить свет и забраться под бочок к этому сонному и наверняка тёплому ангелочку, прижаться всем телом и отдаться во власть Морфея, чувствуя рядом чужое размеренное дыхание. Подобные мысли пугали его, но уже не так сильно, как в самом начале их знакомства. В конце концов, просто друзья ведь тоже иногда спят в одной кровати, в зависимости от обстоятельств. Это ведь совершенно ничего не значит, кроме того, что Дину просто напросто лень идти к себе. Глубоко вздохнув, он решил всё же сделать над собой усилие и отправиться в свою комнату. Как бы уютно ни выглядел Кас сейчас, Дин не был уверен, что утром тот сильно обрадуется, обнаружив рядом с собой кого-то ещё. В конце концов, это ведь привилегия Дина ценить своё и чужое личное пространство, поэтому даже не стоит думать о нарушении собственных принципов. Он погасил, наконец, свет и поднялся, разминая затёкшую спину и одновременно отпихивая ногой свой чемоданчик в угол, чтобы никто не споткнулся об него утром. Последний раз взглянув в темноту на размытый силуэт на диване, Дин отправился спать в свою собственную постель. На завтра у него было запланировано ещё много дел, в бОльшей степени связанных с будущей картиной и продолжению её подготовки к работе.