Я тебя нарисовал

Кас проснулся от ласкающих его лицо тёплых солнечных лучей, лившихся через приоткрытое окно. Улыбаясь такому хорошему и приятному утру, вспоминая о вчерашнем вечере, он сладко потянулся, не открывая глаз, но сразу же широко распахнул их, понимая, что в кровати совершенно один. Ни Дина, ни его вещей, ни даже намёка на его присутствие, лишь холодная одинокая постель и одежда Бобби, некогда отданная Касу в пользование, сложенная аккуратно на стуле. Паника ледяными иглами ужаса сковала Кастиэля, вызывая в голове тысячи мыслей по поводу случившегося… Или НЕ случившегося накануне. Неужели всё это было лишь сладким сном, нездоровой фантазией его вконец двинувшегося мозга, и он был прав, считая, что подсознание подкидывает ему такие прекрасные образы, чтобы позже ударить больнее тяжёлой дланью реальности? Если это действительно так, и Дин снова всего лишь приснился ему, то это чересчур жестоко, ведь его слова, прикосновения, поцелуи и то, что случилось у них в ванной… Всё было слишком хорошо и при этом настолько реально, что теперь одни только мысли о том, что это вовсе не так, способны раздавить, растоптать, уничтожить всё то светлое, что ещё теплилось в душе Каса. Или Дин и правда приезжал, и произошедшее было на самом деле? Но затем он… передумал? Понял, что совершил ошибку и на самом деле не хочет быть с ним? Просто ушёл на рассвете не прощаясь, избавив себя от лишних слов и объяснений? И это казалось не менее болезненным и жестоким, чем плод собственного больного воображения. Кас не хотел верить в то, что Дин мог поступить так бессердечно и эгоистично с ним, но, тем не менее, его не было сейчас здесь, и можно было лишь продолжать терзать себя догадками, одна ужаснее другой. Сидя посреди разворошённой кровати, он задыхался, хватаясь за горло, готовый разодрать его ногтями, лишь бы дать больший доступ кислороду, который никак не хотел полноценно проникать в его лёгкие на пике испуга, страха быть снова обманутым своим же подсознанием или тем хуже – любимым человеком. Слёзы начали медленно катиться из его глаз по щекам, стекая по шее на голую грудь, и Кас совершенно не хотел задумываться, почему на нём нет футболки. Возможно, Бобби снял её зачем-то с него или он сам на автомате скинул перед сном. Сейчас это уже не имело смысла. Все мысли Каса, как и его взгляд, были устремлены в полураспахнутое окно, за которым прямо сейчас мог скрываться ответ на самый главный интересующий его вопрос: стоит ли у крыльца чёрная раритетная Шевроле или нет? Боясь увидеть пустую, залитую светом поляну, Кас всё же преодолел себя и постарался для начала просто сесть на край кровати и свесить ноги. Сердце в груди трепыхалось загнанной птицей, а расстояние до окна казалось непреодолимым. Если Дин уехал на рассвете, на земле должны остаться следы шин Импалы, а если Кас всё придумал сам, то и вовсе ровная, непримятая трава. Но стоило ему всё же сделать над собой титаническое усилие и, пересиливая страх, почти ползком подобраться к окну, как в его глаза солнечным зайчиком попал яркий лучик света, отражённый от чёрной блестящей поверхности стоящей внизу Детки. Не успел Кас даже ахнуть от удивления, как услышал чьи-то шаги за дверью, после чего та отворилась и в проёме появился улыбающийся и довольный Дин. Встретившись с Касом взглядом, он громко и задорно поприветствовал его: - Доброе утро, чудо моё! Уже встал? - Дииин! Кастиэль в считанные мгновения оказался возле него, крепко обнимая, с силой притягивая к себе обеими руками за шею. - Эй, ну ты чего? – растерялся Дин, всё же аккуратно обнимая его, полностью обнажённого и, кажется, на грани истерики. - Я проснулся, а тебя нет. Думал мне всё приснилось или ты ушёл, потому что понял, что совершил ошибку, - пробубнил Кас в шею Дина. - Господи, Кас, что за мысли? Я просто услышал, что Бобби не спит и решил поболтать с ним немного, заодно и позвонить брату с Габриэлем, сказать, что у нас всё хорошо и поблагодарить Сэма, потому что вчера… Эм… Мне не особо удалось это толком сделать, - Дин вспомнил свой ночной звонок этим двоим, и то, как попал совершенно не в нужное время для своих личных откровений. – Прости, что напугал, - он погладил его по голове, чувствуя, как Кастиэль расслабляется в его руках и начинает дышать ровнее. – Куда ж я от тебя уйду? Я же только что тебя, наконец, нашёл, счастье ты моё. Люблю тебя, слышишь? Дин стал медленно и нежно целовать Каса, начиная с влажных щёк и заканчивая тёплыми губами, которыми невозможно было насытиться. Тот млел, окончательно расслабляясь и начиная довольно улыбаться, понимая, что Дин действительно здесь, рядом с ним, совсем не плод его воображения, и по-прежнему его любит. Окончательно растаяв в руках Дина, Кас совсем не ожидал, что не менее довольный, но более коварный возлюбленный, улыбаясь до ушей, как сытый кот, в один прекрасный момент возьмёт и просто хлопнет его своей ладошкой по голой заднице. - Дин? - Одевайся, Кас. Бобби любезно предложил нам позавтракать перед дальней дорогой. Ты вообще в курсе, как далеко улетел? Отсюда до Лоуренса двенадцать часов на машине! Мы приедем домой ближе к ночи. - Прости. Я просто не думал, что смогу когда-нибудь вернуться, - виновато опустил голову Кас, но всё же поплёлся искать свою одежду. - Не говори так, Кас, - Дин начал помогать ему одеваться. – Я всё равно нашёл бы тебя рано или поздно. Не знаю как, но я сделал бы это! Мы оба были дураками, но теперь всё в прошлом. Знаешь, о чём мы говорили с Бобби? О тебе! Я благодарил его за то, что он спас тебя, приютил, и позвонил, в конце концов, мне! Он клёвый мужик, хоть и пытается казаться строгим. - Он правда хороший человек, и мне очень жаль, что его личное счастье так и не сложилось. Он выглядит одиноким, живёт в хижине посреди леса, а единственный друг даже разговаривать по-человечески не умеет, - вздохнул Кас, наконец, полностью одетый. На нём были всё те же джинсы и футболка, в которых он был два месяца назад, когда превратился в голубя и улетел из дома. Застиранные, заношенные, выцветшие и сидящие на нём сейчас свободнее из-за потери веса. - Когда приедем домой, нужно будет прикупить тебе новых вещичек. Эти очень милые, но знаешь, они скоро просто рассыплются на тебе, - прыснул Дин, критично оглядывая Каса с ног до головы. – И, к слову о Бобби и об одежде… Знаешь, я сегодня утром случайно увидел, как он гладил руками какие-то рубашки, висящие у него в шкафу. Там ещё была ковбойская шляпа и сапоги. - Бобби был когда-то ковбоем? – вздёрнул бровью Кастиэль, с трудом представляя старика в этом образе. - Не уверен, что это вообще его вещи. Вчера он говорил, что потерял кого-то, но, знаешь, эта одежда вовсе не выглядит женской… - Думаешь, Бобби…? - Это всего лишь предположения, возможно, шмотки и правда его… Хотя мне, если честно, верится в это с трудом, уж больно нежно он их касался. Вероятно, они принадлежали кому-то, кто был ему действительно очень дорог. - Печально. Я знаю, каково жить без человека, которого когда-то любил, но потерял… - Возможно, поэтому он так и беспокоится о нас, даже встал пораньше, чтобы приготовить завтрак. Который, к слову, уже, наверное, остыл, - Дин чмокнул Кастиэля в щёчку, не желая в такое прекрасное утро думать о грустных вещах. Взявшись за руки, они направились вниз. Бобби дома не оказалось, но на столе действительно стояло блюдо, накрытое полотенцем, под которым обнаружилась целая горка оладий. Стикс, привычно сидящий на спинке стула, громко приветственно каркнул, но улетать не стал, даже когда Кас слегка подвинул его, чтобы сесть. В конце концов, пришлось угощать и чересчур дружелюбную птицу, которая, как выяснилось, совершенно не брезгует сладкой стряпнёй хозяина. - Если выедем в ближайший час, успеем в Лоуренс до двенадцати, - макая в варенье оладушек, сказал Дин. - Думаю, Сэм и Габриэль не станут укладывать детей спать ради твоего возвращения. Когда я звонил им около часа назад, девчонки визжали от радости, только услышав, что их папочки возвращаются. - Поверить не могу, что Мира и Лис так соскучились по мне, - засмущался Кас. - Ты даже не представляешь как! - Но тогда… Они ведь убежали, когда услышали о поцелуе. - Они растерялись. Им просто нужно было немного помягче преподнести всё это. Я поговорил с ними позже и всё объяснил. - Папочка, хм? – улыбался Кастиэль от мысли о том, что дети так легко приняли его как отца. – Но ведь, выходит, что это не совсем так… - нахмурился он, вспоминая то, что Кассандра рассказала Дину. - Это так, Кас. Как бы там ни было, эти тонкости уже не имеют значения. Ты – их отец так же, как и я. Они знают правду и от всей души рады, что у них такие необычные родители. Во всех смыслах этого слова, - подмигнул Кастиэлю Дин. Они услышали шаги и шуршание пакетов, которые Бобби только что поставил на тумбочку в гостиной. - Я вам там гостинцев набрал: всё свежее, с собственного огорода, плюс яйца и разное лесное мясо. Когда ещё поедите чего-то натурального… - Спасибо, Бобби! – удивлённые такой заботой почти хором поблагодарили парни. - Так это что же, у вас и детишки, выходит, есть? – спросил тот, видимо, услышав их разговор. Он и до этого слышал имена девочек, но не предполагал, что это дети именно Дина и Кастиэля. – Всё настолько серьёзно, а вы, балбесы, умудрились разругаться в пух и прах и разбежаться кто куда? - У нас близняшки: Алисия и Мирабель. Им по шесть лет… - Почти по семь, - поправил Каса Дин. - Ну и что вы за родители такие? Эх… Я бы своих ни за что не бросил… Если бы они у меня были, - как-то грустно произнёс Бобби и отвернулся. Кастиэль почувствовал стыд, потому что именно он улетел от дочерей, глупо посчитав, что без него им будет лучше. - Ты был бы хорошим отцом. Почему у тебя нет детей? - Не сложилось как-то… Но знаете что? – вдруг воодушевился Бобби. – Просто приезжайте ко мне в гости! Все вместе, с дочерьми. Свежий воздух, продукты без всякой химии. Я бы научил их охотиться, сходили бы на рыбалку. Стикс вот тоже был бы рад. Правда, приятель? Ворон согласно каркнул, при этом чуть растопырив в стороны крылья. Дин и Кас смотрели на Бобби широко раскрытыми глазами, одновременно понимая, что старику реально скучно тут одному и он словно хватается за этот шанс, чтобы хоть немного внести красок в свой мир. - Это очень заманчиво, Бобби, - ответил Дин. – Мы обязательно приедем к тебе погостить, но боюсь это будет только следующим летом. Через пару недель Лис и Мире исполняется по семь, а ещё через неделю после этого они идут в школу. Первый класс и всё такое… - он увидел, как Бобби меняется в лице, видимо, решив, что молодёжь так ненавязчиво пытается от него отвязаться. – Но есть встречное предложение, - тут же решил исправить ситуацию Дин. – Что если тебе самому приехать в гости к нам? Это, конечно, не курорт, как у тебя тут, но уверен, что девочки будут тебе чертовски рады. У них никогда не было дедушки… Дин знал, на что надавить, но и вовсе не лукавил, потому что Бобби и правда оказался хорошим человеком, который сделал очень многое для них с Касом, хоть – Дин был уверен – никогда ничего и не попросит за это взамен, да и вовсе не признает особо своей заслуги в этом деле. Своей собственной теплотой, а ещё знакомством с Мирой и Лис – было меньшее, чем они могли отплатить ему, тем самым обещая не забывать старика. К тому же, у девочек действительно никогда не было дедушки: Джон умер, едва успев познакомиться со своей будущей невесткой, а родители Кассандры никогда не интересовались семьёй своей дочери. - Дедушки, говоришь… Ха! – снова развеселился Бобби, обрадовавшись, что Дин и Кас действительно хотят поддерживать отношения с ним, практически чужим им, но на самом деле довольно одиноким человеком. Его знали многие в ближайших к Блэк Хилу городах, у него были довольно тёплые отношения с шерифом Джоди Миллс из Рапид-Сити, но при всём при этом он всё равно ощущал себя одиноким и никому не нужным. С личной жизнью как-то не сложилось, детей не нажил, да и вообще родственники все куда-то растерялись со временем. А тут ему предлагают сменить обстановку и повозиться с детьми, о которых он всю жизнь мечтал. Почему бы и нет? - Через две недели у Мирабель и Алисии день рождения, так что, если решишь – уверен, они будут тебе очень рады. Все мы. Ты спас нашего папочку, - усмехнувшись, Дин мотнул головой в сторону Каса, - и вообще оказался клёвым мужиком. Я рад, что имел честь познакомиться с тобой. - Ой, ну ты и надул мне в уши сладкого сиропа, - смущённо заворчал Бобби. – Давайте, валите уже подобру-поздорову, а я приму к сведению ваше предложение. Дин и Кас рассмеялись, но действительно поспешили с отъездом: путь предстоял долгий, а дома их давно ждали. Вещей ни у кого из них практически не было, так что, просто покидали в багажник Импалы сумки с гостинцами, тепло попрощались с Бобби, ещё раз поблагодарили за всё, пообещали не терять с ним связь и напомнили о приглашении в гости. Лесник сказал, что сами они отсюда выберутся вряд ли, поэтому снова подрядил им в провожатые Стикса. Ворон рванул сразу же в глубь леса, как только услышал рокот машины, так что Дину пришлось только успевать за ним, снова ругаясь на ненормальную птицу и жалея из-за такого обращения бедную Детку. Кас довольно посмеивался над ним и чувствовал себя донельзя счастливым и умиротворённым, несмотря на тряску машины и ворчание её водителя. Стикс довёл их до границы леса и как только Импала коснулась ровной глади асфальта, тот, взмахнув на прощание крылом, устремился обратно в чащу. Дин облегчённо выдохнул и посмотрел на Кастиэля, встречая его улыбку и расплываясь такой же в ответ. Им обоим было плевать, сколько времени займёт дорога, ведь они возвращались домой. Вместе. *** В Лоуренс они въехали уже ближе к полуночи, уставшие от долгой дороги почти без остановок. Дин не раз предлагал Касу вздремнуть хотя бы пару часиков, но тот упрямо отказывался спать, пока они не приедут. Всю дорогу они болтали о всякой ерунде, вспоминали их посиделки и разговоры в ночи, обсуждали Сэма с Габриэлем и их планы на собственное жильё, Дин делился с Касом разными незначительными моментами, что случились с ним, девочками и сладкой парочкой за время его отсутствия, а тот рассказывал о том, как помогал Бобби по хозяйству. К тому моменту, когда они подъехали к дому, оба уже откровенно клевали носом и мечтали поскорей завалиться в кровать и уснуть. Но мечтам их не суждено было сбыться так быстро. Как только под колёсами Импалы зашуршал гравий подъездной дорожки их дома и Дин выключил мотор, из дверей высыпали две взъерошенные маленькие фигурки в пижамах и с визгом бросились к машине. - Папа Кас! - Папочка! - Ты нашёлся! - И вернулся! Лис и Мира облепили готового расплакаться от счастья Кастиэля и повисли на нём, как ёлочные игрушки. Дин тоже вышел из машины и был удостоен, пусть и менее жаркого, но всё же тоже приятного приветствия. - Хей, папашки! С возвращением! – на крыльцо вышел Габриэль, а за ним и Сэм, оба они так же спустились вниз, чтобы обнять Каса, ещё раз доказывая, как ему здесь все рады. - Итак… - улыбаясь своими ямочками, решил начать интересующую всех тему Сэм, как только все дружно зашли в дом и убрали сумки с гостинцами в холодильник. – Вас можно поздравить? Дин и Кас сидели на диване довольно близко друг к другу, счастливо улыбаясь и обнимая детей. От такого вопроса все взгляды присутствующих стали обращены на них в ожидании ответа. Кас немного смущённо посмотрел на Дина, ещё крепче обнимая Алисию, которая находилась на его коленях и обнимала за шею. Мирабель точно так же, только зеркально, сидела на коленях Дина, который тоже не сводил взгляда с Кастиэля. Широко улыбнувшись он протянул ему руку для того, чтобы уже через секунду в неё легла ладонь Каса. - Да, - хором ответили они оба и рассмеялись, когда дети радостно завизжали, а Габриэль с Сэмом заулюлюкали, давая друг другу «пять». - Ну наконец-то! – простонал Гейб. - Наши папы любят друг друга? Правда-правда? – любопытно рассматривая обоих родителей спросила Мира. - Очень, - кивнул Кас. - И вас тоже любим, наши принцессы, - подтвердил Дин, не забыв о возможной ревности дочерей, как в прошлый раз. - Папочка, а ты больше никогда от нас не улетишь? – спросила Кастиэля Лис. - Никогда, милая, обещаю, - Кас чмокнул дочку в висок. Они ещё с полчаса просидели в гостиной, рассказывая вкратце о том, где и с кем Кастиэль прожил эти два месяца, упуская самые неприятные моменты. Дин также коротко поведал, как ему удалось вытащить Каса из депрессии. А когда Лис и Мира услышали, что мистер Сингер, возможно, скоро приедет к ним в гости, то очень обрадовались и сказали, что будут звать его дедушкой Бобби. В конце концов, Сэм и Габриэль ушли к себе, сказав, что раз отцы оба дома, то пусть сами укладывают своих чад по постелям. Кас тут же вызвался на это ответственное задание и увёл девочек в их комнату, Дин же отправился в душ. Когда он чуть позже спустился вниз, то в гостиной находился лишь Кастиэль. Он рассматривал стопку бумаг, в которую были собраны все картинки девочек и рисунки Дина. Кас улыбался, видя, как старательно дети вырисовывали их необычную семью, а на зарисовках их отца и вовсе ненадолго зависал. Всё-таки Дин был хорошим художником и даже его черновики или наброски выглядели так реалистично, что Кас очень гордился своим парнем. - Я же говорил, что Мира и Лис часто рисовали нас вместе, - Дин подошёл к Касу сзади и обнял его, кладя подбородок на его плечо. - Здесь и твои рисунки тоже, - усмехнулся тот, с большим любопытством рассматривая свой портрет, нарисованный простым карандашом. - У меня не было твоей фотографии, так что… - Ты оправдываешься? – рассмеялся Кас. – Он прекрасен! - Не так, как тот, над которым я сейчас работаю, - кивнул на закрытый тканью мольберт Дин. Кас покинул уютные объятия возлюбленного, чтобы подойти к его рабочему месту и скрытому от всех холсту. Картина явно была меньше чем та, что стояла здесь раньше, которую Дин рисовал для Лизы, и уж тем более портрета, благодаря Кассандре, обретшему собственную жизнь. И всё же, отбросив в сторону ткань, Кастиэль ахнул от того, что та закрывала от него. На полотне был нарисован он сам, сидящий здесь же, в полумраке гостиной, на мягком ковре у камина, с зажатым в руке бокалом красного вина. Его лицо, открытые руки и голые ступни освещали блики огня, глаза смотрели точно в фокус, а на губах играла тёплая улыбка. - Я запомнил тебя таким: расслабленным, нежным… влюблённым, - руки снова обвили Каса, а шею тронул едва ощутимый поцелуй. – Прости, что был таким дураком и не замечал этого раньше. Ты всегда смотрел на меня так, практически с самого первого дня, как только появился. - Я понял, что люблю тебя, когда Сэм однажды попытался объяснить мне, что это за чувство. Я тогда был совершенно растерян и так много чего не понимал, но уже чувствовал непреодолимую тягу к тебе и такое приятное тепло внутри, когда ты рядом. Я до сих пор так и не знаю, было ли это моими собственными чувствами или я полюбил тебя, потому что Кассандра любила. - Думаю, она лишь зародила это чувство в тебе, а всё остальное ты сделал сам. Ты не обязан был привязываться ко мне, я мог начать раздражать тебя однажды, потому что знаю, как бываю порой невыносим, - усмехнулся Дин. – Но ты всё равно полюбил меня, - ещё один поцелуй. – И боролся за свою любовь до конца, пока в итоге не сумел-таки пробить абсолютно глухую стену к моему сердцу. И я вечно буду благодарен тебе за это. Прикосновения губ стали более ощутимы, Дин подобрался к самому уху и прикусил мочку. Кас тихо простонал и откинул голову, открывая больший доступ для этих лёгких ненавязчивых ласк. - Я просто не узнаю тебя, Дин. Ты так сильно изменился, - почти шёпотом проговорил он. - Благодаря тебе. - Такие резкие перемены… Ты так долго отрицал свои чувства, а теперь обрушиваешь их на меня просто водопадом. Я вовсе не жалуюсь! Я счастлив! Просто пытаюсь привыкнуть к тебе такому. Мне иногда кажется, что я всё ещё сплю… - Это не сон, Кастиэль, - и от этого полного имени у Каса мурашки побежали по коже. – И ты прав: я был полным дураком, что потратил столько времени впустую, не принимая самого себя. Но теперь я перешагнул эту черту и нисколько не жалею об этом! Я люблю тебя! Ты ведь прекрасно знаешь, что если я берусь за что-то, то отдаю этому себя целиком. - Да, это так. И именно благодаря твоей полной отдаче я ожил тогда… И жив теперь… Кас развернулся в кольце рук Дина и, наконец, поцеловал его в губы: не требовательно, не страстно, а нежно и благодарственно. Он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете благодаря ему: Кас был дома, в окружении любимых людей, в объятиях возлюбленного, у него есть друзья, а дети приняли его, как настоящего родителя. Но больше всего он, наверное, был благодарен Кассандре за то, что она подарила ему этот второй шанс, ведь теперь он знал кто и зачем вернул его к жизни. Спать они легли спустя какое-то время, когда поняли, что, несмотря на желания понежиться в объятиях друг друга, они всё же чертовски устали. На этот раз идти в душ была очередь Кастиэля, а когда он вернулся Дин уже крепко спал на кровати в своей комнате. Недолго задумываясь о том, куда отправляться ему самому: в гостиную на диван или лечь рядом, Кас выбрал последнее. В конце концов, последнюю ночь они тоже провели вместе на одной кровати, так что это уже не будет новым и чем-то, выходящим за рамки дозволенного. Уже забираясь под одеяло, он вспомнил ту ночь на день рождения Дина, когда Сэм притащил пьяное тело и завалил на кровать ему под бок. Теперь, в отличие от той ночи, Кас совершенно не думал о недопустимости подобного, а напротив, вполне мог позволить себе всё, о чём только мечтал. И воспользовавшись этим правом, он пододвинулся ближе к Дину и нежно поцеловал его в щёчку, желая таким образом ему спокойной ночи. Дин на это только что-то сонно промычал и закинул на Кастиэля руку, сгребая его в объятия, словно плюшевого медвежонка. Что ж, Кас совершенно не был против такого обращения и, прижавшись к груди любимого человека тоже отправился в царство снов. *** Утро наступило для Дина с Касом довольно резко и неожиданно, когда в их комнату двумя маленькими ураганами ворвались Лис и Мира, сразу же залезая с ногами на кровать и мёртвой хваткой вцепляясь в родителей. По всей видимости, встали те уже давно, потому что обе оказались одеты не в пижаму, а их волосы были заплетены в виртуозные причёски. - Доброе утро, папа! - Доброе утро, папочка! Дин на это только ворчливо завозился в постели, а Кастиэль радостно обнял детей, целуя в нежные щёчки и тоже желая приятного утра. В уже настежь распахнутой двери их спальни появились и Сэм с Габриэлем, также приветствуя, но при этом ещё и хитровато оглядывая парней. - Неужели я дожил до того времени, когда вижу вас обоих одновременно в одной постели? – не смог удержаться от ехидного комментария Габриэль, за что тут же чуть не получил брошенной наугад Дином подушкой. - Уже скоро полдень, хватит спать! – сказал Сэм. - Мы едем смотреть новый дооом! – весело загомонили Лис и Мира, прыгая на кровати вокруг своих отцов. - Что? – всё ещё не желая просыпаться, сонно пробурчал Дин. - Мы вчера вам ничего не сказали – как-то не до того было, но нам позвонила риелтор, она нашла домик по нашим запросам и недалеко отсюда, так что сейчас мы собирались поехать и посмотреть его. - Мира и Лис едут с нами, - подмигнул Дину с Касом Габриэль. - У дяди Сэма и дяди Гейба будет собственное жилище, - закивала в подтверждение Алисия. - А мы будем ходить к ним в гости, - поддержала сестру Мирабель. - Так быстро, - улыбаясь, качал головой Кас. - Почему же? У вас теперь своя большая семейка, а мы подумываем о собственной. Ну, знаешь: уютное гнёздышко, барбекю на заднем дворе, зелёный газончик… А в будущем, может даже заведём собаку… - Или кошку, - судя по тону, Сэм не был согласен с Габриэлем и, по все видимости, они до этого уже спорили на эту тему. - Главное, своё мохнатое чудовище отсюда заберите, - пробурчал Дин, ни в какую не желая расставаться с подушкой. - Альфред обязательно переедет с нами! Габриэль только застонал на эти слова Сэма. Все прекрасно знали, как он недолюбливал пауков, особенно конкретно того, что жил в просторном аквариуме, занимающим чуть ли не треть их комнаты. - Ладно, поехали уже! – махнул девочкам Гейб и те, весело припрыгивая и смеясь, побежали на лестницу. – Ах да, чуть не забыл! – он подошёл к Кастиэлю и плюхнул какой-то красиво запакованный длинный предмет ему на колени, прижимая рукой и прошептав в лицо: - Удачи, друг! - а затем слишком хитро ухмыльнулся, подмигнул и отправился за детьми и Сэмом.