Я тебя нарисовал

Стрелки часов уже давно перевалили время ужина, но парни с огромным удовольствием наворачивали предложенную им пищу, словно не ели до этого целые сутки. В принципе, это было не так уж и далеко от правды. Дин перекусил только кофе с парой блинчиков в кафе на одной из бензозаправок по пути сюда, где останавливался, чтобы заправить Детку. И то это было ещё чуть ли не утром. Ну а Кас и вовсе плохо питался последнее время, так что теперь пытался наверстать упущенное с вернувшимся ему на радостях аппетитом. Бобби, отправивший Стикса на ночную охоту, стараясь не показывать своего довольного вида, исподтишка наблюдал за парочкой, даже за столом сидящей очень близко друг к другу, и радовался, что эта история, наконец, разрешилась хорошо. Кастиэль был сам на себя не похож: активный, весёлый, слегка румяный, с припухшими губками и искорками счастья в глазах. Бобби даже и не знал, что парень может быть таким живым, ведь всё то время, что Кас прожил у него, он больше напоминал зомби, нежели человека. Дин весь ужин что-то рассказывал Кастиэлю, и хоть Бобби не знал тех людей, о ком шла речь, но понял главное – Каса все искали, переживали за него и теперь ждут с нетерпением его возвращения. Оказывается, у него есть семья и друзья, но, как понял Бобби из их разговора, из-за стечения некоторых обстоятельств, Кастиэль решил, что им всем будет лучше без него. Он не знал, что конкретно и в какой последовательности там произошло, но был уверен, что они с Дином просто недопоняли друг друга. Казалось бы – мелочь: чуть больше слов тут, чуть настойчивее здесь и всего бы этого можно было избежать. Но жизнь распорядилась иначе, и Дину с Касом пришлось многое пережить, чтобы осознать свои ошибки и понять, что они не могут друг без друга. Когда-то Бобби тоже был молод и влюблён, но судьба долгое время испытывала их обоих на прочность, а в итоге его история завершилась совсем не счастливым концом, какой, он надеялся, будет у этих парней. Люди порой бывают чересчур жестоки. * - Бобби, почему ты живёшь один, да ещё и в такой глуши? – словно подслушал его мысли Дин. - А тебе не кажется, сынок, что ты немного бестактен? – хмыкнул Бобби и оборонительно скрестил руки на груди. Он никогда и никому не рассказывал, что с ним случилось, хоть и прекрасно знал, что прошло слишком много времени и теперь уже никто не осудит его за произошедшее. - Прости, - стушевался Дин, понимая, что, по всей видимости, затронул какую-то чересчур личную тему лесника. - За каждым отшельничеством, как правило, стоит какая-то не слишком весёлая история, - нехотя, всё же решил немного поделиться тот. - Ты кого-то потерял? – на этот раз поинтересовался у него Кас. - Скорей у меня кое-кого отняли, - проворчал Бобби, решив, что всё же ещё не готов к откровениям и это максимум, что он может рассказать. – Но, знаете, времена меняются, и я рад, что на вашу долю, скорей всего, не выпадет тех страданий, что пришлось пережить мне, - он глубоко вздохнул и поднялся со стула, спеша избежать очередных вопросов пронырливой молодёжи. – Спокойной ночи, - пожелал он Дину и Кастиэлю и направился на выход из кухни. - Пока, Бобби и спасибо! За всё. Эм… Я так понимаю, что мы сегодня спим здесь? – обратился он уже к Касу. - А ты собрался ехать в Лоуренс на ночь глядя? – вздёрнул бровью тот. - Я… Что ж… Ладно, ты прав. Поедем утром. А этот Бобби клёвый мужик, - усмехнулся Дин. – Что бы там у него ни случилось на личном фронте, он всё-таки не растерял своей доброты, хоть и прячет её за ворчанием. Он ведь действительно сильно помог тебе. И я правда благодарен ему за это. Они доели свой ужин и стали собирать всё со стола. Кас отправился мыть посуду, а Дин встал рядом, чтобы вытирать её. Когда всё было чистым и сухим, Кас выключил воду и услышал лёгкий смешок Дина рядом с собой. - Что смешного? – не понял Кас, поворачиваясь к нему, чтобы вытереть руки о полотенце. - Я просто вспомнил то, с чего всё началось, каким ты был странным в тот день, как пытался соблазнить меня и как поцеловал… - Не смешно, - насупился Кас и попытался отвернуться, но почти сразу оказался в крепких объятиях отбросившего на столешницу полотенца Дина. - Тшшш, Кас, ну чего ты? Я просто хотел сказать, что очень рад, что теперь могу сам сделать так же. - Как, так же? – развернулся обратно он в руках Дина и сразу оказался прижатым спиной к столешнице, а его губы по-хозяйски оккупированы в жарком поцелуе, без всяких нежных вступлений на этот раз. Кас сразу же забыл, что только что обижался на него из-за воспоминаний о прошлом, растворяясь в приятных ощущениях настоящего, чувствуя руки Дина, блуждающие по спине. Он заметил, как тот смелеет с каждым разом и даже задумался о том, что однажды им всё же придётся дойти и до чего-то серьёзного, раз они теперь вместе. И вот здесь уже начинал беспокоиться сам Кас. Он смутно помнил отдалённые, размытые воспоминания о том, как это было у Кассандры, но теперь он мужчина, а у них и вовсе всё немного иначе, и знания о том, как это происходит в подобных парах, у Каса были довольно скудные и абстрактные. Оставалось только надеяться, что Дин не причинит ему слишком много боли в первый раз. О том, что она будет, тот не сомневался, как и в том, что в близости с Дином ему будет отведена исключительно пассивная роль. Кас не был против такого расклада, но всё же не ждал от их первого секса слишком многого. Тем временем Дин, уже медленнее и нежнее, целовал его шею, чуть прикусывая мочку уха, вызывая этим у Каса непроизвольный стон удовольствия. Руки Дина блуждали по его бокам, то и дело опускаясь ниже линии пояса, но тут же, словно боясь зайти дальше, поднимались обратно. Спешить он действительно не пытался, аккуратно пробуя почву, изучая новые и для него тоже ощущения – в конце концов, Кас был не изящной барышней в его руках. Подумав о том, что когда-то он всё же, кажется, являлся женщиной, Кастиэль попытался вспомнить, каково это было тогда и насколько по-другому теперь, сравнить эти ощущения, но… Так и не смог особо этого сделать. Он уже не раз ловил себя на мысли, что ему доступны далеко не все воспоминания Кассандры, а вот эта интимная часть и вовсе, словно в тумане, закрыта от него. Ещё раньше, до ссоры с Дином, Кас несколько раз копался в своей голове, желая ощутить хотя бы мысленно всё то приятное, что у них было, но, как ни старался – у него ничего не выходило. И это казалось странным, потому что другая информация лежала словно на виду, в отличие от этой. Воспоминания о Кассандре также привели Каса к размышлениям о том, что ощущает сам Дин, находясь сейчас рядом с ним, и что в целом послужило ему основным стимулом для принятия решения вернуться: действительно ли какие-либо чувства к нему, как к Кастиэлю, или всё-таки ощущения, что он по-прежнему, в некотором роде, его жена? Дин ведь с ним не потому, что просто-напросто, наконец, принял её новый образ? Это было бы немного обидно и выглядело бы самообманом, ведь Кас никогда особо не ощущал себя ею до конца. - Кас, всё в порядке? – уловил изменения в настроении Дин, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть ему в глаза. - Дин… скажи мне, кто я теперь для тебя? - Ммм… Мой… бойфренд? – нехотя и немного неуверенно проговорил тот. Он привык считать таковым Габриэля по отношению к Сэму, но вешать ярлыки на них с Касом, да к тому же произносить это в слух, оказалось немного… странным. - Но ведь… Ты говорил, что не гей, и мужчины даже не нравятся тебе, - осторожно стал подходить к интересующей его теме Кас, попутно разбираясь в других, более мелких вопросах. - Они по-прежнему не интересуют меня, Кас. Никто, кроме тебя, - Дин чмокнул его в кончик носа и улыбнулся, считая разговор об этом законченным, а потому удивился следующему вопросу. - Ты собираешься прятать меня от других? - Что? Нет! Благодаря Сэму и Габриэлю я уже прекрасно понял, что однополые пары – не проблема для современного общества. Эти двое вообще не заморачиваются мнением окружающих, но при этом довольно редко натыкаются на людей, высказывающихся негативно об их отношениях. Я не собираюсь ничего и ни от кого скрывать, Кас. Я полностью принял свою эм… бисексуальность? – опять замялся он с терминологией. - Почему ты это делаешь? Потому что я всего лишь мужской вариант твоей жены? – убитым голосом спросил Кас, боясь услышать ответ. Дин же на это ответил не сразу, нежно смотря на него и улыбаясь так, будто вопрос этот был детским и задан несмышлёным ребёнком. Ни грамма раскаяния на лице, ни тени смущения. - Ты – не она, Кас. И никогда ею не был. С самого начала это был только ты – Кастиэль. - Почему ты так думаешь? Я помню себя Кассандрой, Сэм говорил, что у нас с её детьми одинаковое ДНК, я выгляжу, как она! – приводил доводы Кас. - Во-первых, выглядишь ты всё-таки немного иначе, - хмыкнул Дин, отходя на шаг и жадно ощупывая его взглядом. Касу стало даже немного жарко от этого, но он не собирался сейчас отвлекаться. – Во-вторых, ты не похож на неё ни характером, ни большинством привычек, ни взглядами на некоторые вещи. А в-третьих… Она сама сказала мне об этом. - Как? Когда? – непонимающе уставился на него Кас, склоняя на бок голову и прищуриваясь. Вот уж эта привычка у них с Кассандрой точно была одна на двоих. - Ты не поверишь, но… во сне. И, предугадывая твой скептицизм по этому поводу, сразу скажу, что это был вовсе не просто сон. Кас всё же вздёрнул на это неверяще бровью. Он хоть и сам был существом отчасти сверхъестественным, но всё же понимал, что мёртвые обычно не приходят просто так поболтать. К тому же, Дин как-то слишком уж легко говорил о женщине, которую когда-то сильно любил и желал вернуть. - И что же ещё она сказала тебе? - Сначала я не поверил, что это было на самом деле, но скажи мне, Кас: там… за кустами орешника, что напротив хижины Бобби, и есть тот самый утёс? - Да… - не понял тот, куда клонит Дин. - Я видел её на краю обрыва этой ночью и предполагаю, что это было именно там. Это не могло быть обычным совпадением! К тому же, во сне Касс сказала мне, что ты скоро найдёшься и что тебе очень плохо. Бобби позвонил мне через десять минут после моего пробуждения и сообщил, что тебе нужна помощь. - Это всё очень странно, - задумался над его словами Кас. - Не то слово, но ещё она рассказала откуда ты взялся и почему именно такой, какой есть, - счастливо улыбался Дин, желая, наконец, поделиться этим с Кастиэлем. - Почему я ожил и почему я мужчина? - Да! После смерти её душа не отправилась в мир иной, а осталась со мной, здесь, на Земле. Шесть лет она была просто наблюдателем, а потом я нарисовал тебя, ну то есть ту картину. Оказывается, не просто так говорят, что в Рождество случаются чудеса! Касс сказала, что в эту ночь возможно невероятное. Это она оживила портрет, отдав ей свою сущность! Внутри тебя – её душа, её жизнь, - Дин прислонил ладонь к груди Каса, почувствовав под ней лёгкий трепет живого сердца. - Но почему я не стал снова ею? Ведь ты рисовал женщину, - всё ещё не до конца всё понимая, спросил тот. - Потому что мне не нужна была женщина, - опять подходя вплотную, тихо проговорил Дин, не отводя взгляда от глаз напротив. – Мне необходим тот, кого я не буду бояться потерять вновь. Мире и Лис желателен равноценный второй родитель, ведь они сами близнецы. Касс знала, что рано или поздно я смогу принять тебя, и что именно с тобой мне будет намного лучше и спокойнее, чем с кем-либо другим. - Выходит, я – вовсе не она? – даже расстроился от такой мысли Кас. Он восхищался мудростью Кассандры и её поступком ради счастья любимого человека, но он был уверен, что они с ней похожи намного больше, чем выяснилось. - В тебе её душа, а вместе с ней и память, ты похож на неё, у вас даже одинаковое ДНК, но при этом ты – не она, хоть я и бесконечно благодарен ей за этот бесценный дар. И всё же, это я тебя нарисовал, Кас, и очень рад, что в итоге ты так же приобрёл и свои личные, индивидуальные черты. Мне бы не хотелось воспринимать тебя, как новый сосуд Кассандры, потому что почти с самого начала я стал разделять вас, как двух абсолютно разных людей. И именно ты, Кастиэль, помог мне, наконец, загасить мою боль по ушедшей жене, а вместо неё зажечь новое чувство, светлое и нежное. И мне очень жаль, что нам обоим пришлось чуть не потерять друг друга, чтобы я, в конце концов понял, что испытываю к тебе. Прости меня, Кас. Я обещаю, что больше никогда не сделаю тебе больно, потому что не смогу больше без тебя ни дня прожить. Я люблю тебя, моё самое невероятное и прекрасное чудо! Последние слова Дин едва слышно прошептал в самые губы Кастиэля, но тот расслышал каждый звук и навсегда запечатлел их в своём сердце, которое сейчас готово было просто выпрыгнуть из грудной клетки от счастья и ответных чувств. И как бы Дин ни планировал поступить с Касом нежно и трепетно, сам он не собирался ждать больше ни секунды, всей душою желая стать как можно ближе к нему. Поцелуй получился чувственным и жарким, но при этом без доли пошлости или намёка на продолжение. Танец губ, сплетение языков и крепкие руки, прижимающие податливое тело. Дин словно снова и снова повторял свои слова о любви на языке тела, а Кас отвечал ему взаимностью, стараясь прижаться ещё сильнее, врасти в него, слиться в единое целое. *** Наверх они пошли уже глубоко за полночь, нацеловавшись так, что стали побаливать губы. Никто не хотел первым выпускать из объятий второго, наслаждаясь каждой секундой, проведённой вместе. И всё-таки это был слишком длинный и трудный день как для Дина, так и для Кастиэля, усталость заявила о себе, напоминая, что пришла пора всё же отправиться спать. Уже подходя к комнате Каса, Дин впервые задумался о том, что в хижине Бобби всего две спальни, и одну из них явно занимает сам хозяин. По всей видимости выходило, что ночевать им с Касом этой ночью придётся вместе… На одной кровати. Не то чтобы Дин сильно переживал на этот счёт, но он всё-таки ещё не задумывался о том, к чему однажды могут привести их только начинающиеся отношения. А, видимо, стоило. Нет, он не ассоциировал совместно проведённое время на одной кровати исключительно с сексом, но всё-таки не исключал этот вариант вовсе. В конце концов, они оба мужчины, при этом здоровые, так что будет совершенно не удивительно, если их организм начнёт реагировать на лежащее рядом тёплое, привлекательное тело. Особенно это будет актуально с утра - уж в этом Дин точно не сомневался. Он и без Каса под боком не раз просыпался со стояком всего лишь от снов о нём, а тут настоящий физический контакт! Да даже сейчас, прямо в эту минуту, только от одних мыслей об этом у Дина в штанах начиналось заметное оживление. Сам же Кастиэль тем временем прошёл мимо застывшего напротив вполне широкой кровати Дина и только прыснул на его задумчивый взгляд. Он догадывался, о чём тот думает, поэтому решил просто оставить его наедине с этими мыслями, а самому пойти в душ. Кас тоже раздумывал о последствиях совместной ночёвки со своим – теперь уже точно - парнем, и откровенно переживал о них, особенно в свете последних известий о его личности. Уже стоя под душем в небольшой, но уютной ванной комнатке, он пытался осознать сам факт того, что он с самого начала не являлся полностью Кассандрой. В нём была всего лишь её душа и воспоминания… Часть воспоминаний, как он со временем понял, вероятно, только тех, что сама Касс позволила ему увидеть. По крайней мере, это объясняло, почему он почти ничего не мог вспомнить о чём-то интимном, связанном с ней и Дином. По всей видимости, Кассандра просто не пожелала делиться с ним слишком личным и сокровенным, и Кас ни в коем случае не осуждал её за это. И всё же, полностью разобравшись в своих отношениях с Дином, он задумался о том, что не просто почти не обладает нужной информацией для дальнейшего их развития, но и является хозяином совершенно иного тела, нежели Касс, так что даже имей он все её воспоминания, вряд ли они чем-то ему помогли бы. Выходило, что он, несмотря на наличие генетически их с Дином совместных детей, да ещё и вкупе с полным отсутствием каких-либо знаний, всё ещё является самым натуральным девственником. И даже поцелуй с Дином, благодаря скрытым Кассандрой воспоминаниям, был для него совершенно новым ощущением. Решив выкинуть все терзающие его мысли из головы до того времени, когда они станут актуальными, Кас полностью расслабился под тёплыми струями воды. Пока он хотел просто помыться, надеть чистое бельё и завалиться в кровать. О том, что, а точнее кто его там будет ждать он подумает позже, когда это время придёт. *** Тем временем Дин, оставшись в комнате один, решил воспользоваться моментом и позвонить Сэму, несмотря на столь поздний час. Он знал, что его брат любит засиживаться допоздна, а уж если всё же и шёл спать, то полностью выключал звук у своего телефона, так что в худшем случае Дину просто никто не ответит. Он собирался рассказать ему о том, что у них с Касом всё в порядке и поблагодарить за помощь, а ещё сообщить, что домой они вернутся только завтра вечером. Дин был уверен, что и Сэм, и Габриэль, и Алисия с Мирабель переживают за них и с нетерпением ждут их возвращения. К телефону, на удивление, подошли довольно быстро, вот только вместо своего брата, Дин услышал в трубке знакомый вечно весёленький голосок. - Дино! Ночки, приятель! Как оно? Как там наш Касси? - И тебе привет, Гейб. Я на самом деле хотел поговорить с Сэмом, он там далеко? – растерялся Дин. - Не особо, но он немного занят. Ну, ты рассказывай, а я ему передам, не сомневайся. Или тебе нужна ещё одна консультация доктора Винчестера? В принципе, несмотря на всё своё редкостное остроумие и чрезмерную пошлость, Габриэль был вполне неплохим малым, ответственным и честным, так что Дин довольно быстро стал относится к нему достаточно дружелюбно и доверительно. Просто он не ожидал, что к телефону подойдёт не Сэм, вот и всё. - Нет, помощь мне больше не нужна. На самом деле я хотел сказать Сэмми спасибо, но, пожалуй, сделаю это позже и лично. У нас с Касом всё хорошо. Мне удалось его растормошить, но мы задержимся здесь до утра, так что не ждите нас завтра рано. Собственно, это всё, о чём я хотел сказать, - закончил Дин, слыша в трубке какие-то странные звуки и отдалённое бормотание, словно её закрыли рукой или к микрофону приложили подушку. – Эм… Гейб? - Ох, Дино, прости, - как-то немного запыхавшись ответил тот. – Я всё понял и передал: Кас в норме, приедете завтра. Ок. - И даже не станешь ехидничать и задавать глупых вопросов? – усмехнулся Дин его незаинтересованности такой щекотливой темой. Это было очень странно для Габриэля - упускать такой шанс поглумиться над методами «лечения» Каса или спошлить об их совместной ночёвке в какой-то там глуши. - Обязательно! Только не сейчас, ох… - как-то прерывисто вздохнул Гейб. - С тобой всё в порядке? – забеспокоился Дин. - Просто прекрасно, да. - Что, и Сэм ничего сказать не хочет? - Оу, он бы с удовольствием много чего сказал, но видишь ли, Дино… У Сэмми в данный момент немного занят ротик. - Придурки! – Дин услышал прерывающийся стонами смех на том конце и резко сбросил звонок. Уму непостижимо: он нарвался на эту сумасшедшую сладкую парочку в самый разгар их постельных игрищ! Да ещё и пытался что-то им рассказать… Он бросил на постель телефон так, словно тот был шипящей ядовитой змеёй, а потом завалился на неё и сам, раскинув руки и ноги на манер морской звезды. В комнате едва было слышно, как журчит вода в ванной напротив, где в данный момент плескался Кас. Мысли сами полезли в голову Дина, стремясь акцентировать его внимание на том, что всего за парой дверей находится очень волнующий его мужчина: полностью обнажённый, мокрый и расслабленный. И как бы он ни пытался гнать от себя эту картинку, его тело упрямо реагировало на эти фантазии, развеивая напрочь последние крупицы гетеросексуальности. Дин понимал, что ему и самому не мешало бы ополоснуться перед сном, ведь последний раз он мылся ещё в Лоуренсе, а это было почти сутки тому назад. И снова появились мыслишки о том, что они с Касом могли бы сэкономить время и воду и принять душ вместе. Тёплая волна сопутствующих образов сладкой патокой потекла к нижнему полюсу. Подумав на эту тему ещё немного, Дин вспыхнул негодованием: какого хрена? Кас оказался настолько горяч, что даже его хвалёное отрицание радужной темы на личном фронте дало в итоге абсолютный сбой, и теперь он повязан отношениями с этим МУЖЧИНОЙ! Он считает его привлекательным, более того – сексуальным! Он признался ему в любви, потому что на самом деле испытывает к нему это чувство. Они целовались! Взасос! Не единожды! И не лапали при этом друг друга только что в самых сокровенных местах! И при всём при этом у Дина не возникало даже капли сомнений или мыслей о том, что это неправильно или неприятно. Так почему возможный вариант более серьёзных последствий нахождения вместе в душе полностью обнажёнными должен теперь его пугать? Дин решительно поднялся с кровати и направился в сторону ванной, мечтая лишь о том, чтобы не растерять свой запал по дороге. Как он и ожидал, дверь оказалась совершенно не заперта: то ли Кас и сам ожидал его появления, то ли Бобби из принципа не делал нигде замков, так как всю жизнь прожил здесь один… Зайдя внутрь небольшой комнатушки, бóльшую часть которой занимала обычная чугунная ванна, Дин закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиною. - Д-дин? Это ты? – услышал он слегка напряжённый голос Кастиэля. - Да, Кас, это я, - совершенно не собирался пугать его Дин. - Что ты здесь делаешь? Что-то случилось? – из-за занавески выглянуло мокрое, раскрасневшееся от горячей воды лицо Каса, который в итоге оказался больше удивлён, чем напуган. - Нет. Я просто подумал… Может ты хочешь... Эм… - Дин? - Мы могли бы принять душ вместе… Если ты не против, - всё-таки выпалил Дин, вспомнив, наконец, что он мужик и не должен смущаться, как девчонка. Глаза Каса широко раскрылись, а лицо вытянулось в растерянном выражении, но ни намёка на приглашение Дин там всё-таки не увидел. Впрочем, как и желания выгнать его вон из ванной. И всё же он расценил это как несогласие, поэтому поспешил тут же извиниться и уйти, но был остановлен, как только дотянулся до ручки, окликом в спину: «Дииин!» Повернувшись обратно, он встретился с на этот раз всё-таки испуганым глазами Каса. - Не уходи! – прошептал тот и чуть отодвинулся, приглашающе указывая на ванну, а затем отошёл вглубь зашторенного пространства, пропадая из виду. Дину хватило всего нескольких секунд, чтобы справиться с удивлением и осознанием того, что ему и правда дают зелёный свет. Сняв с себя почти всю одежду, он слегка поколебался на последней детали гардероба, но всё же стянул боксёры, понимая, что со своим неуместным приступом стеснительности будет выглядеть довольно глупо в них под душем. Осознавая, ЧТО именно может произойти дальше, Дин глубоко вдохнул и шагнул за занавеску. Кас стоял к нему спиной, расслабившись, подставляя тело под тонкую струю воды. В конце концов, это была хижина лесника, а не загородный особняк, так что о сильном напоре здесь не могло быть и речи. Впрочем, как и о роскошной и просторной ванной комнате, так что приходилось ютиться в том, что было и благодарить Бобби, что и вовсе предоставил им крышу над головой. Тело Каса показалось Дину немного худощавым по сравнению с тем, каким он его запомнил с последнего раза, но он сделал скидку на всё, что с ним произошло за последнее время, после чего дал себе обещание: во что бы то ни стало вернуть ему былую форму. Но даже сейчас Дин не мог оторваться от разглядывания ровной спины с чуть выпирающими лопатками, линии поясницы, упругих ягодиц и крепких бёдер Кастиэля. Все эти формы просто завораживали взгляд и заставляли Дина, как творческого человека и ценителя красоты, пребывать в эстетическом восторге. Подойдя ближе, он коснулся выступающего позвонка на шее Каса и медленно повёл пальцем вниз по позвоночнику. Кас наклонил голову и слегка выгнулся, при этом шумно выдохнув. Дин счёл это за хороший признак и подошёл вплотную, обнимая его со спины, сам попадая под воду. - Поможешь мне вымыться? – прошептал он ему на ушко таким тоном, будто просил вовсе не о помощи в мытье. Тем не менее, Кас потянулся за мочалкой, налил на неё немного геля для душа, после чего развернулся в кольце рук Дина и стал тщательно его намыливать. Кас сосредоточенно тёр его шею с лёгкой щетиной, плечи и грудь, покрытые россыпью веснушек, и руки, крепкие, несмотря на образ жизни и профессию Дина, не связанную с физическим трудом. Он настолько увлёкся разглядыванием тела напротив, что едва услышал смешок Дина. - Кас, ты так серьёзно подошёл к этому делу… - Прости, - засмущался тот, поднял, наконец, взгляд и немного пристыженно посмотрел в его глаза. - Продолжай… - всё ещё улыбался Дин. Напор Кастиэля заметно ослаб, и движения мочалкой стали больше напоминать нежные поглаживания, нежели попытки содрать заживо кожу. Дин стал расслабляться и даже получать удовольствие, прикрыв глаза и нежась под ласковыми прикосновениями. Когда Кас по второму кругу - теперь медленно и аккуратно - прошёлся по его груди, Дин с шумом втянул в себя воздух, осознавая, что, кажется, начинает заводиться, потому что его соски стали довольно чувствительными. Кас снова поднял на него взгляд, на этот раз наполненный долей тревоги. Дин не сразу понял, что его так взволновало, но сам посмотрев вниз, громко хмыкнул. У него, в прочем, как и у самого Кастиэля, член действительно начинал наливаться кровью и медленно подниматься. - Д-дин… - Всё хорошо, Кас, - прошептал тот, успокаивая не только его, но и самого себя, ведь если ситуация наберёт полную силу, назад дороги уже не будет и остановиться они оба просто не смогут. Впрочем, Дин и не собирался, скорей именно с этой целью он и шёл в душ к Касу, борясь с последними крохами своей гетеросексуальности. Нет, он ещё не был готов заходить слишком далеко. По крайней мере, не сейчас, и уж точно не здесь: в тесной полутёмной ванной комнате в хижине лесника. Но кто мешает им просто немного продвинуться дальше и поиграться друг с другом? Кастиэль, тем временем, размазывал пену от геля по его бокам, тазовым косточкам и внешней стороне бёдер, аккуратно обходя волнующий его орган, и медленно перешёл на ноги. Дину определённо не понравился такой расклад, и он снова тихо позвал Каса, привлекая его внимание. - Не бойся, - прошептал он ему на ушко, одновременно с этим нежно беря его руку в свою и направляя на неохваченный участок. Кас охнул, но отстраняться не стал, при этом не отрываясь смотря в глаза Дина своим почти почерневшим от возбуждения взглядом. Спустя несколько секунд он всё же немного осмелел и медленно повёл намыленной мочалкой по всей длине уже вовсю стоящего члена Дина, начиная от основания и заканчивая головкой. Дин аж задохнулся от ощущений, но не стал долго раздумывать, резко сократил разделяющие их сантиметры и впился поцелуем в приоткрытый рот Кастиэля, при этом подходя вплотную и слегка толкая его назад. Кас прижался спиной к стене, с удовольствием отвечая – целоваться с Дином ему безумно нравилось. Проведя ещё несколько раз мочалкой по его эрекции, Кас завёл руки за спину Дина, начиная растирать и её. Сам Дин тоже зря времени не терял, покрывая шею Каса поцелуями, при этом оглаживая его руки, грудь, бока и живот. Когда он коснулся головки члена, Кас снова ахнул, и Дину определённо понравилась такая его реакция, поэтому он тут же повторил своё прикосновение, после чего нежно обвил ствол всей ладонью, большим пальцем растирая выделившуюся смазку. Кас издал первый стон, при этом опустив обе руки на ягодицы Дина и рефлекторно прижал его к себе ближе. Их члены соприкоснулись друг с другом и Дин тут же воспользовался ситуацией, возвращаясь к жаркому рту Кастиэля, сам начиная тереться о его возбуждение, не забывая так же стимулировать его рукой, уверенно водя ею вверх-вниз. Кас стонал и сам подкидывал бёдра, пытаясь задать собственный темп, вбиваясь в ладонь Дина, пока тот не догадался обхватить оба их члена одновременно. Мыло придавало только больше скольжения, поэтому движения не доставляли никакого дискомфорта. Мочалка была давно отброшена на дно ванны, а руки Каса хаотично бродили по спине Дина, то опускаясь на его ягодицы, то поднимаясь вверх, пока не оказались на шее, где крепко обвили её. Они стонали в унисон в раскрытые губы друг друга, лишь изредка соприкасаясь ими. Когда Дин ускорил темп, Кас откинул голову назад, открывая ему доступ к своей шее и ключицам. Он тут же прильнул к ним, целуя, почти прикусывая кожу и оставляя засосы, помечая Кастиэля, чтобы все знали, кому он принадлежит. И, по всей видимости, именно это и стало последней каплей, потому что, громко вскрикнув от накрывших его ощущений, Кас широко раскрыл в удивлении глаза и не мигая уставился на Дина, глубоко и часто дыша. Тот почувствовал, как по его руке стекает горячая жидкость, и именно это увело за грань и его самого. - Кааас, - протяжно простонал он и излился следом, снова накрывая рот Каса, чтобы через пару секунд отстраниться и посмотреть в его глаза. – Люблю тебя, моё чудо! Как же я тебя люблю! - Дииин, - разомлел в его руках тот, счастливо улыбаясь и сонно бубня что-то похожее на «люблю» в ответ. Дину пришлось ополаскивать не только себя, но и Кастиэля, а также вытирать последнего и помогать идти ему, чуть ли не на руках относя в комнату. Кас растёкся лужицей после испытанного впервые в жизни оргазма и был похож на маленького котёнка, объевшегося сметаны, у которого на ходу слипались глаза, но довольная улыбка никак не собиралась покидать его мордашку. Он льнул к не менее счастливому Дину, сонно мурлыча и пытаясь ткнуться то ли носом, то ли губами в его лицо и шею. Дин умилённо посмеивался над ним, когда укладывал спать и ложился рядом. Хватило и пары минут, чтобы заснуть крепким сном. При этом он совершенно по-хозяйски обвил Каса руками, а тот притёрся щекой к его груди, действительно напоминая домашнего пушистика. *** Лёжа в своей комнате, Бобби нахмурено покосился на распахнутое окно, где важно восседал Стикс, остервенело клюя что-то, зажатое в лапе, напоминающее трупик мыши. Стоны из ванной прекратились и даже возня в коридоре, наконец, стихла. Лесная хижина была довольно крепко сбита из толстых и крепких брёвен, не пропускающих жару в знойное лето и холод в морозную зиму, но вот её внутренние стены совершенно не были рассчитаны на тепло- и шумоизоляцию, поэтому пропускали каждый звук. Совершенно не желавший становиться невольным свидетелем акустического шоу, устроенного его гостями только что, Бобби глубоко вздохнул, откровенно радуясь наступившей тишине. Уже поворачиваясь на другой бок, надеясь, что одного раунда этим кроликам будет вполне достаточно на сегодня, он сонно что-то пробурчал себе под нос, желая поскорей уснуть. Последним словом в его ворчливой речи стало довольно громко и чётко прозвучавшее в ночи: - Идиоты!