R.I.P. to my youth.

      Следующим и, кстати, одним из моих любимых уроков была литература. Она обычно проходила у нас в актовом зале. Сегодня мы обсуждали письмо Татьяны к Онегину, а домашним заданием было выучить его наизусть и уметь красиво рассказать. Не могу не упомянуть, что девушки в нашей школе были достаточно дисциплинированы, и потому домашнее задание выполняли поголовно все. — Здравствуйте, девушки, а теперь ещё и молодые люди, — улыбнулась нам миссис Фитц, учительница литературы. — Кто выполнил домашнее задание?       Все подняли руки, за исключением парней, которые не знали о нём. — Значит, делимся на пары! Девушки рассказывают, а юноши читают. С выражением! Так-с, первая девочка в списке — с первым мальчиком. Хлои! Очнись! Ты с Калебом. Жанна и Лойд, Кайли и Джо, Серена и… «Только не Карл, господи, только не Карл», — звучало у меня в голове. — …Карл, — закончила фразу миссис Фитц. — Чёрт, — прошептала я, но Галлагер, судя по всему, всё-таки услышал. Мы и близко в списке не стоим, чёртовы отсутствующие… — Репетируйте, а я пока распечатаю для юношей текст, — сказала Фитц и удалилась в учительскую. — Не рада? — вкрадчиво проговорил Карл.       Я и не заметила, как парень приблизился ко мне. — От тебя зависит моя оценка, — я решила, что лучшим решением будет перевести тему. — Не подведи уж.       Галлагер кивнул в ответ. — Так, всё готово, — вбежала в класс миссис Фитц и, по своему обыкновению, уронила бумаги на пол. Она была очень неуклюжей, но это не мешало ей быть прекрасным педагогом. Я бросилась ей помогать. — Спасибо, Серена, — поблагодарила она меня. — Что ж, начнём.       Я огляделась в поисках Карла. Парень сидел на сцене. — Кто первый? Ну же! — подбадривала нас учительница. — Первому на балл выше!       «Хм, с Галлагером мне это понадобится». — Мы, миссис Фитц, — я подняла руку. — Хорошо. Так, Арджент и… — Галлагер, — закончил за неё парень. Он снова как-то оказался рядом со мной, а я и не заметила. Двигается бесшумно, словно ниндзя! — Хорошо. Начинайте. — «Я к Вам пишу — чего же боле? Что я могу еще сказать? Теперь, я знаю, в Вашей воле Меня презреньем наказать.       Я читала с выражением, с паузами: в общем, так, что придраться было не к чему. Разве что к Карлу. — Галлагер? — Фитц всё ещё ждала. Парень, прочитав текст, засмеялся. Но, посмотрев на меня, успокоился.       «Чёрт! Ну же! Не молчи! Всё пропало», — уже начала паниковать я. Однако, к моему огромному удивлению, Карл начал читать, притом с выражением. Он, конечно, иногда запинался, но было видно, что он старался. Действительно старался! — Боюсь, в мольбе моей смиренной Увидит ваш суровый взор Затеи хитрости презренной — И слышу гневный ваш укор. Когда б вы знали, как ужасно Томиться жаждою любви, Пылать — и разумом всечасно Смирять волнение в крови; Желать обнять у вас колени И, зарыдав, у ваших ног Излить мольбы, признанья, пени, Всё, всё, что выразить бы мог, А между тем притворным хладом Вооружать и речь и взор, Вести спокойный разговор, Глядеть на вас весёлым взглядом!.. — Какой замечательный дуэт! — воскликнула учительница. — Может, запишитесь в театральный кружок? — Нет, спасибо, — самодовольно ухмыльнулся парень. — Извините, у меня времени нет, — ответила я. — Жаль. Очень жаль. В любом случае, вам по пятёрке, — она опустила глаза в журнал, ища наши фамилии.       Я посмотрела на Карла, которому нелегко далось чтение с выражением, да и к тому же на публике. — Спасибо, — одними губами сказала я. Весь оставшийся урок он сидел в телефоне, а я разговаривала с Ви. — Так, признавайся, что у тебя с Галлагером? — девушка развернулась ко мне. — Ничего. — Снова это «ничего»! Ты что, не доверяешь мне? — воскликнула Ванесса. — Просто между нами реально ничего нет. — Всё ещё ненавидишь его? — девушка нахмурилась. — Уже меньше, — вздохнув, сказала я. — Он извинился. — Так что он сделал? — Ви драматично прикрыла рот рукой. — Что-то неприличное? — Можно и так сказать. Сначала дал мне свою куртку… — Так это же мило! — …взамен на то, что я переоденусь при нём. — Оу… — А потом пытался забрать. Выдвинул условие, что оставит куртку, если я ему отсосу, либо идти топлесс, — я закатила глаза. — А потом угрожал стволом. — Что?! Вот урод! — вскрикнула Ви, отчего все, в том числе и Галлагер, повернулись на нас. — Тише, Ванесса! — Как он мог! Гадёныш! Мою подругу просто так портить нельзя! Я ему яйца оторву. — Да успокойся, Ви! — пыталась я хоть как-то умерить гнев подруги.       Сейчас мне было легко об этом говорить. Не знаю, что изменилось, но я не ненавидела Карла. Скорее считала его поступок неимоверно тупым. — Господи, так ты же в его куртке ушла… — девушка была шокирована моим рассказом. — Да, но яйца отрывать ему не за что. — В смысле? Почему ты тогда злилась на него? У него что, не встал?! — предположила она и мы рассмеялись. — Или… Не говори, что тебе понравилось… — Не говорю, потому что ничего не было. Спасибо моим истерикам! — я вскинула руки, «благодаря Бога». — Когда я пыталась расстегнуть его штаны, у меня началась истерика, и он остановил меня. — Какой благородный, гад! — А потом было просто что-то непонятное. Когда он остановил меня, то обнял и стал извиняться, как в первый вечер нашего знакомства. А потом заговорил о чувствах. — Он что, больной? — Больной или нет, но он действовал по советам одной моей подруги, -ухмыльнулась я. — Я такая дура, — Ви закрыла лицо рукой от стыда. — Да ладно, — я пожала плечами, — на дураков нельзя обижаться.       «К тому же на беременных». — Значит, на него ты тоже не обижаешься? — Ви вздернула бровь. — Не знаю. Мы должны поговорить после уроков. «Чёрт, осталась только физ-ра». — Потом обязательно мне всё расскажешь! — потребовала подруга.       После литературы ученики столкнулись с небольшой проблемой: в школе только женская раздевалка. Пришлось переодеваться по очереди, но и тут не обошлось без проблем. Большинство девушек занимаются в лосинах и майках, но иногда, в жаркие дни, как сегодняшний, в топах. Я, брав форму, — черные лосины и черный топ — совсем не подумала о мальчиках.       На физре занимались только девочки. Парни же либо были без формы и сидели на трибунах, либо находили занятие поинтереснее — глазеть на девушек. Галлагер умудрялся выполнять двойную «работу».       Моя одноклассница, Мередит, занимается балетом со мной, и поэтому мы частенько просим освободить нас от различных эстафет и дать нам потренироваться самим.       Сегодня мы решили отработать новый танец. Это была моя любимая хореография. Видимо, Карлу она тоже понравилось, раз он даже от телефона оторвался, чтобы посмотреть на нас.       После физкультуры мы очень долго переодевались, и я совсем забыла о встрече с Галлагером. Из раздевалки мы с Ви вышли вместе. — Поскорее бы получить подтверждение беременности, чтобы на физ-ру не ходить, — рассуждала она вслух. Я рассмеялась.       На лавочке я увидела парня в знакомой куртке.