R.I.P. to my youth.

      Наконец наша остановка была следующей. Эти полчаса показались вечностью. В хорошем смысле. — Держись как можно ближе ко мне, — сказал Карл на подходе к Слатс. — Там полно разных ублюдков.       Я лишь молча кивнула.       Зайдя в стрип-клуб, в котором я тоже была впервые, первое, что привлекло моё внимание — огромное количество охраны и молоденьких стриптизёрш. — Оливера позови, — обратился Галлагер к одному из охранников. Тот проговорил что-то в рацию и сказал, куда нам идти.       На втором этаже было много комнат, как мне объяснил Карл, для «продолжения вечера». Одна из последних дверей выделялась: она была железная, новая, с охраной — двое мужчин и женщина. — Оливер тут? — спросил Карл. Охранники лишь открыли дверь и пропустили нас внутрь. — Ах! Галлагер! — мужчина в пёстрой рубашке встал из-за стола и развёл руками в знак приветствия. — Много о тебе слышал. Самый юный курьер у старшого, — он говорил помпезно. — Загремел в тюрьму, говорят. На сколько? — Год, — раздражённо ответил Галлагер. — То-о-очно. На год.       По-моему, у этого Оливера не все дома. — И не сдал никого! — он поднял указательный палец вверх, как бы ставя парня в пример, и стал расхаживать по комнате. — Вот! — он резко развернулся и указал на Карла. — Вот наше будущее. Будущее, где дети будут торговать оружием, наркотиками, — он перевёл взгляд на меня, — телами?.. — Она не шлюха, — резко ответил Карл. — Не суть! — он помахал руками перед лицом, будто разгоняя мысли. — Главное то, что вы. Ты, — он подошёл к нам вплотную и указал пальцем на Карла, — И ты, — он плавно перевел палец на меня.       Он точно псих. От того, что расстояние между нами было мизерным, мне стало ужасно не по себе. — Вы все — потерянное поколение! — он все повышал голос и размахивал руками, придавая своей речи театральности. — Вы — дети, торгующие тем, чем взрослые торговать боятся! Где ваш инстинкт самосохранения?! — он развёл руками в недоумении. — Нет! — Оливер стукнул по столу, а потом вдруг притих и сел на стул. — Это мы. Наше поколение заставляет детей заниматься таким! Наше поколение изменило эту страну так, что это становится нормой! Наше поколение приходит поглазеть на моих малышек! — он поставил руки на стол и оперся о них лбом. Его резкий и истерический смех заставил всех вздрогнуть от неожиданности. — Это мы пропащее поколение! — Оливер вскинул руки вверх от безысходности. — Простите нас, ребята, — он поправил выбившиеся пряди кудрявых волос. — Самое страшное не то, что вы торгуете чем-то запрещенным, а то, что мы покупаем у вас всё, что вы предлагаете, — он снова рассмеялся, но через несколько секунд сделался серьёзным.       Я взглянула на Карла. Он был в таком же шоке, как и я. — Это надо прекращать! Надо прекратить покупать у детей наркотики, перестать трахать молодых девок за деньги! Надо. Вернуть. Детям. Детство. — после каждого слова он тыкал пальцем в стол, а после замолчал на пару секунд и пригладил волосы. — Делать я это, конечно, не буду, — сказал он, бесшумно хлопнув в ладоши и поджав губы. — Но, в любом случае, извините, деточки, — он немного крутанулся на стуле. — Это всё до пизды интересно и познавательно, но может уже заплатишь за товар? — не выдержал Карл. — Ах, да! Товар! Совсем забыл! — Оливер сделал измученный вид и приложил ладонь ко лбу. — Что ты принёс? — Ствол и экстази. — Давай скорее сюда, — улыбнувшись во весь рот сказал ненормальный. Карл достал ствол и пакет с экстази так, как и говорил старшой — чтобы он заметил. — А что это у нас, — привстав со стула спросил Оливер. — Это в два раза дороже. — Сколько всего? — 1500 $. — Цены всё растут и растут! Прямо как вы! — сказал мужчина и полез в сейф. — Тысяча, тысяча сто, тысяча две- Стоп, — он резко вернулся к столу, на котором лежал товар. — В прошлый раз одна порция была больше! Принесите весы! — крикнул он.       «Мы попали…» — У нас цены и партии меняются, сам же сказал, — попытался выкрутиться Карл. — Не-е-ет. Я сегодня разговаривал с Майклом. Он сказал, что килограмм — пятьсот баксов. Где весы?! — через секунду весы стояли у него на столе. Он аккуратно взвесил каждый пакет. — Пятьсот грамм… И ещё столько же!       Внезапно он затрясся и стал медленно поднимать голову, твердя: — Ты хотел меня обдурить! Взять с меня двойную цену! — когда он наконец поднял голову, я заметила, что он красный, как помидор. Вдруг он резко скинул всё со стола и схватил пистолет, который принёс Карл. — Вот как вы хотели отблагодарить меня за мою доброту! — кричал Оливер. Тем временем Карл, оглядев комнату, понял, что у охранников нет оружия. — Серьёзно?! — он ухмыльнулся. — У охраны в клубе нет оружия?!       От этого замечания Оливер лишь сильнее разозлился. — Да как ты смеешь, сукин сын!       «Что Карл творит?! Он ведь псих, к тому же со стволом».       Оливер снял затвор и стал целиться. — Не бойся, — прошептал Галлагер, — у меня всё схвачено.       Через мгновение Оливер нажал на курок, и от страха я закрыла глаза. Но ничего не произошло. Я открыла глаза, услышав смех Карла. — Он не заряжен, идиот! — смеялся парень. — Ты думал, я дебил, чтобы давать заряженный пистолет таким, как ты?! Видел бы ты свое лицо, — продолжал Галлагер. — Хватит! — завизжал Оливер. — Схватите их. — Ты прав, — Карл успокоился, — Хватит, — он достал из-за спины пистолет.       «Я совсем о нём забыла». — Детки будут играть по-взрослому, — сказал парень и снял предохранитель. — Ты блефуешь! — сказал Оливер. Было видно, что он напуган. — Уверен? — спросил Карл и выстрелил в стену. Оливер завизжал, как девчонка. Впрочем, это нормально для психов. — Как я уже сказал, цены изменились. Ты мне должен полторы штуки баксов. Я жду.       Оливер судорожно отсчитал нужную сумму и протянул их Карлу. Парень быстрым и уверенным шагом, держа в одной руке ствол, а в другой — мою руку, подвёл меня и жестом указал мужчине, чтобы он отдал деньги мне. Я быстро схватила деньги и Галлагер направился к выходу. — Можете не провожать, мы найдем выход, — сказал он, сделав пафосное лицо. — Я тебе ещё отомщу, Карл Галлагер! — Буду ждать, — бросил Карл прямо перед тем, как выйти.       Мы быстро вышли из клуба и побежали на остановку. — Ууухууу! — крикнул парень с улыбкой до ушей. — Ты что, совсем идиот?! — била я Галлагера в грудь, когда мы остановились, чтобы перевести дыхание. — Дурить такого психа, как этот Оливер?! Ты, видимо, тоже сумасшедший! — Только сейчас поняла?! — Карл раскинул руки в стороны. — Да, я сумасшедший! Но в этом-то и смысл! — вновь рассмеялся парень. — Адреналин. Вот, ради чего стоит жить, блять! — Я тебя убью… — выдохнула я и вновь закатила глаза. — Не закатывай глаза, — сказал Галлагер и начал двигаться в сторону остановки. — У меня странные ассоциации с закатыванием глаз.       Я недоумевающе нахмурилась. — Девушки обычно закатывают глаза от удовольствия, когда я их трахаю, -усмехнулся он, на что я непроизвольно закатила глаза. — Да. Именно так. Только еще стонут. — Галлагер застонал. — «Да, давай, Карл, быстрее, Карл, продолжай, ты лучший, ммм». — Прекрати! — я толкнула его в плечо, и он рассмеялся. — Ладно, ладно, — сквозь смех проговорил он и медленно наклонился к моему уху. — Я бы послушал, как ты стонешь подо мной, — прошептал он.       «Что это за чувство?» — Адреналин в голову ударил? — спросила я, вздёрнув бровь. — Ага, — рассмеялся Карл. — Правду начал говорить.       Я пропустила последнее мимо ушей. Такой уж Карл. — Ладно, пошли, а то опоздаем на твой балет. — А сколько времени? — Около пяти. Без десяти, — сказал Галлагер, посмотрев на телефон. — Сколько длится тренировка? — Часа два, не меньше. — Пиздец. Два часа на танцульки…       Я снова закатила глаза.       «Чёрт!» Но Карл лишь усмехнулся. — Это наш? — спросила я, увидев подъезжающий поезд. — Да. Смотри-ка, выучила! — улыбнулся парень. — Пошли, — он пропустил меня вперёд и остановился заплатить за проезд.       «Надо будет вернуть деньги». — Значит, наш план, — заговорил Галлагер. — Сейчас я провожаю тебя до дома, ты берёшь вещи для своих танцулек и я отвожу тебя. Потом иду в магазин и покупаю все для вечеринки… — Вечеринки? — Конечно! А ты, блять, че думала?! Галлагеры закатывают лучшие вечеринки в Чикаго. Но сегодня будет скромно. В тесном семейном кругу, так сказать. Тебе понравится моя родня. Они ебанутые, но в целом классные.       «Мило». — Так вот, — продолжал он. — Я иду в магазин и покупаю еду. Потом отношу это домой, и телки суетятся-готовят. Потом забираю тебя, мы заходим в Алиби, покупаем алкашку; Ви, Кева и Светлану надо будет тоже позвать. И наконец идем ко мне. Пьём, тусуем, веселимся. Как тебе? — Наверное, круто, — ответила я, робко улыбнувшись. — Че это, наверное? — Меня всё ещё не радует перспектива напиться. — Впервые слышу «перспектива» и «напиться» в одном предложении, — ухмыльнулся Карл. — Тебе понравится. Не обязательно нажираться. Просто повеселимся и всё. Я же всё контролирую, помнишь? — подмигнул мне Галлагер. — Да, именно поэтому нас чуть не убил какой-то психопат. — Но не убил же! А почему? Потому что Карл продаёт патроны отдельно! И денег больше, и безопаснее. Какой же я умный, — Карл покачал головой и сделал выражение лица а-ля «как же сложно быть умным», из-за чего я усмехнулась.       Пол дороги мы ехали молча. Я всё думала о предстоящей попойке и о том, что впервые приду в школу без выполненного домашнего задания. — Я потом всё верну, — проговорила я. — Че? — Деньги. За проезд, за продукты и за…«товар». — Ебанутая? — Карл посмотрел на меня и вскинул бровь. — Прелесть ол инклюзива в том, что за него не платят. — Платят, но заранее, и строго оговоренную сумму. — Блять, не порти всё.       Похоже, я начинала его раздражать. — Ты потратил не мало денег и потратишь ещё. — Блять, че именно во фразе «за мой счет» тебе не понятно?! — Карл начал злиться и говорил на повышенных тонах, отчего пассажиры обернулись на нас. Он быстро взглянул на меня. Я ненавидела, когда на меня кричали, поэтому отвернулась к окну и надулась, как ребёнок. «Только не плачь». — Эс?       Я не реагировала. — Эс?!       Снова ничего. — Серена, блять! — он взял меня за руку и повернул к себе лицом. — Не выебывайся! — вкрадчиво сказал он.       Я резко вырвала руку из его хватки и отвела взгляд. Карл провел рукой по лицу, а затем пригладил волосы, сплетенные в тугие косички. — Бля, ну извини. Сорвался. Ничего возвращать не нужно. — Хорошо, — обижено сказала я. — Не дуйся, — ласково прошептал Карл. — Я тебя сейчас защекочу, и ты волей-неволей рассмеёшься. — Не посмеешь, — я нахмурилась. — О-о-о! Ты правда думаешь, что не посмею? Попахивает вызовом.       Я рассмеялась. — Ты че? — Попахивает вызовом, говоришь? — спросила я и указала на искавшего место отшельника, источавшего «прекрасный аромат». — Фу, — рассмеялся Карл. — Ну, слава Богу мы выяснили, кто воняет. А то я думал, что это ты. — Иди-ка ты! — рассмеялась я и закатила глаза. — Блять. Глаза не закатывай, — Карл немного поёрзал на месте. В его глазах читалось желание. Это было приятно. — А мне нравится, — сказала я ему на ухо и положила руку на его ногу.       «Почему я это делаю?» — Блять, прекрати! Серена! — он схватил меня за руку, которая гладила его ногу. — Я же тебя прям тут щас трахну, — процедил Карл. — Не посмеешь, — с самодовольным видом ответила я и облокотилась на спинку сиденья. — Снова вызов? Я люблю вызовы. Только вот я обещал не лезть тебе в трусы… Что же делать? — с наигранным переживанием сказал он. Через секунду Карл наклонился, чтобы поцеловать меня, но в этот раз я себя полностью контролировала и с легкостью увернулась от поцелуя. — Значит, не судьба, — сказала я и подошла к двери. — Наша остановка, пошли. — Вот сучка, — ухмыльнулся Галлагер и последовал за мной.       Когда Карл догнал меня, я разговаривала с мамой по телефону. — Да? Хорошо. А что случилось? И когда все починят? А нельзя найти другое место?       Карл не понимал о чем идет разговор. — Блин. Ну ладно. Ах, да, мам, я сегодня иду к однокласснице, нам проект задали, вернусь поздно. Если будете дома — не ждите, ложитесь спать. Да. Даа. Хорошо. Целую, пока. — «Целую, пока», — передразнил Галлагер, я снова закатила глаза, а он сделал вид, будто не заметил. — Что-то случилось? — Да, ты будешь рад, наверное. Балета не будет. — Я, конечно, рад, но че так? — Трубу прорвало и зал затопило. А времени найти новый уже нет. Неизвестно еще насчет завтра. — Расстроилась? — Угу, — призналась я. — Обнять? — Что? — Обнять? — Да, — не задумываясь ответила я, под предлогом «а что здесь такого?». Карл подошел ближе и обнял меня. Я обвила его руками и уткнулась лицом в шею. Такой знакомый запах сигарет и Карла, который невозможно спутать ни с чем другим. — Спасибо, — сказала я, когда наконец отпустила его. — Да пожалуйста, мне не сложно, — улыбнулся он.       «Ему тоже понравилось». — Значит планы немного меняются. Пошли в магазин, я позвоню Кеву, приглашу их и попрошу взять выпивку. Идёт?       Я кивнула в знак согласия. — …и Мальборо, — мы уже стояли на кассе. — А не маловат ты для сигарет? — спросила продавщица. — Спасибо за комплимент, я молодо выгляжу. Дам 10$ сверху. — 35 долларов ровно.       Карл отдал деньги, и мы пошли к нему домой. — Пока не пришли, — заговорил Карл, — есть несколько «заповедей»: не наливай Фрэнку, не спорь с Липом, не доставай Йэна, не буди Дэббс, не давай Лиаму сладкое и не упоминай бывших Фионы. — А для тебя какая заповедь? — Для меня много. И ты их уже все нарушила. — Да? — ухмыльнулась я. — Да. Не соблазнять, не влюблять, не отказывать, не говорить о чувствах, не трогать и не бесить. И у тебя по всем пунктам стоит галочка. — Так значит, я нарушительница? — усмехнулась я, делая вид, что не заметила «не влюблять». — А то! Гроза всей школы. Если будут проблемы — поможешь? — Ещё бы, — рассмеялась я. — Кстати. Насчет проблем. Если что — обращайся. Помогу. — Угу, — мысленно я закатила глаза. — Я серьёзно, Эс.       Я посмотрела на него и поняла, что он и правда не шутит. — В любое время. Хорошо? — уточнил он. — Хорошо. А к чему такая забота? Что-то не так? — Да нет, но мало ли. Это мой дом. Заходи.