То, что остаётся с нами

      — Проклятье! — всхлипывала Магна, рухнув на колени напротив дуба. — Волчица-Матрона умерла, скоро умрет Ривер. Без нее мне никак не найти Тейна!       — Воин никогда не унывает, — поддержал Бран Магну.       — Да знаю я! Но что теперь делать? Я подвела свою миледи, подвела свою подругу, подвела своего принца. И теперь одна мертва, другая при смерти, а третий неизвестно где. Я просто не могу поверить!       — Магна, успокойся, — встряла Сана, — паникой и слезами ты ничего не решишь. Соберись!       — Тише! — прошипел Гхор. — Вы слышите?       Издали доносился какой-то шум, и его источником, вероятно, было некое скопление зверей... в чаще леса.       — Надо проверить! — Отчаявшаяся Магна вскочила с места. — Может быть Тейн там!       Медведи не выронили словечка против, потому что действительно стоило проверить. Бран поднял задремавшую на мягком мхе Ривер и последовал за Гхором, шедшим на шум. Сзади плелись Магна и Сана. Они подходили все ближе: шум усиливался. На опушке они обнаружили разбойничий лагерь. Это была огромная удача, если не повеление Сил Природы, потому что это были знакомые разбойники. Среди них Магна узнала одного зверя — поэта Горация. Командующая направилась к нему, а за ней осторожной поступью последовали медведи. Барсук, заметив гиганта, радостно приветствовал ее:       — О благородства дева, рад видеть тебя снова! Чего желаешь ты найти в разбойничьем притоне этом? Чем взволнована ты так, о дева, девам всем пример?       — Тейн здесь? — спросила Магна.       — Ах, волчий принц! Да, здесь он. Только в печали он из-за королевы нашей. Иль королева наша в печали из-за него. Сложно истинный ответ узнать. Но неважно это. Найти его ты сможешь у палатки пестрой той.       — Спасибо тебе.       — Не надо благодарностей в адрес мой бандитский от благородной девы. Не достоин я того.       Около палатки, указанной Горацием, Магн нашла Тейна. В десяти шагах от него стояла надутая Скарлет, орущая на всех подряд, в том числе и на выдру Сайласа и белку Твисс. Королева разбойников не обратила никакого внимания на гостей, хотя и заметила их.       — Мой принц! — радостно воскликнула Магна и упала на колено, склонив голову.       — Магна! — Тейн подбежал к ней и обхватил ее широкую шею. — Как же я рад тебя видеть! — Волк отпустил гиганта, и обеспокоенно посмотрел на нее. — А где Ривер?       Магна молчала, и тут Тейн увидел охотницу на лапах Брана. Черная кровь продолжала растекаться по венам волчицы, дойдя до шеи и груди и лишив ее в тех местах шерсти. Волк подбежал к медведю, который аккуратно переложил нагую волчицу ему на лапы.       — Что с ней?! — испуганно спросил Тейн.       — Гниль, — ответил Бран.       — Ее... ее можно исцелить?       — Мы пытались, — решила рассказать Сана, — но сделали только хуже…       — Боюсь, что мы, смертные, бессильны. Она скоро умрет, — заключил Гхор.       Тейн ничего не ответил, он, погрузившись в угрюмые раздумья, просто ушел прочь с дремавшей на лапах Ривер. Он понес ее вглубь леса, подальше от лагеря. Никто не смел спросить, куда он идет и зачем.       ***       Сзади послышалось три голоса: чрезмерно веселый, чрезмерно угрюмый и чрезмерно интеллигентный. Это были три кролика, из них двое знакомых — странный Барнаби и напыщенная Элиссия — а третья, крольчиха, оказалась незнакомкой. Она была в желтом платье, на поясе висел чехол со свитками, и в лапе она держала желтый сложенный зонтик и тоненький клинок в ножнах. Звали ее Эмбер*. Эта крольчиха не сидела в каменных чертогах, несмотря на то, что была наследницей одного знатного кроличьего лорда, — она была знаменитой искательницей приключений, за что сыскала дурную славу в своем Клане: где это видано, чтобы благородная леди лазила по темным подземельям да грязным развалинам?!       — Магна! — Радости Барнаби не было предела, когда он заметил самую лучшую самку. Кролик подпрыгнул к гиганту и попытался обнять то, до чего достал, то есть ее заднюю лапу. — Теперь я, Элиссия и Эмбер разбойники! Будем воевать против чокнутого Короля! А еще мы сейчас искали блестящие штуки в самом жутком подземелье, и Эмбер нашла крутой панцирь. Он в самый раз принцу! Он в моей сумке, давай покажу!..       — Привет, коротышка, — перебила его командующая, печально улыбнувшись.       — А чего ты такая грустная? И где самочка принца? А что это за медведи? Друзья твои? Вот этот со шрамами сто пудов подружился с тобой!       — Тише, — остановила его Магна, — пойдем, присядем куда-нибудь и тогда поговорим. Ты ответишь на все мои вопросы, а потом — я на твои.       — По лапам! Заодно все познакомимся. И еще я знаю, как достать отличный эль.       — Эль не помешает, — угрюмо пробасил Бран.       — Он мне уже нравиться! — выкрикнул кролик.       И все они: волчица-гигант, три медведя и две крольчихи — последовали за странноватым кроликом. Барсук-поэт решил присоединиться к этой компании, да и никто не был против него. Никто, кроме Элиссии, которая подозрительно смотрела на всех окружающих. На окраине лагеря, на берегу небольшого лесного озерка, они присели на мягкую весеннюю траву. Барнаби с Горацием куда-то исчезли, но вскоре вернулись с целым бочонком эля, и за кружкой этого напитка начались рассказы о случившемся.