Двадцать пять кадров в секунду

      Тот факт, что у меня возникла симпатия к Арсению, меня совсем не обрадовал. Нет, ну, в самом деле — зачем оно мне сейчас? Я должна работать, я хочу новых проектов. Всякие увлечения романтические мне на данный момент совершенно ни к чему, потому что я тогда буду думать лишь о предмете своего обожания. Уже думаю! Ох, это так отвлекает. Да и предыдущий мой роман закончился, скажем так, не совсем удачно. Но не будем о грустном.       В то же время мне было любопытно узнать про Арса чуточку больше, и поэтому в один из вечеров я не удержалась и вбила его имя в «Гугл» — уж слишком сильным было искушение. Поисковик выдал кучу ссылок, и я надолго залипла в Интернете, вычитывая факты из жизни коллеги. Лучше бы я этого не делала, потому что в итоге он стал нравиться мне еще больше. К тому же фоток насмотрелась. Молодец, Верон. Не желаешь переключать свое внимание с работы на мужчину, однако делаешь все для того, чтобы именно так и было. Теперь нужно все это забыть и заниматься своим делом дальше. Только я не понимаю каждый раз — когда человек успевает так понравиться? Еще вчера тебе было на него пофигу и вы ссорились, а сегодня ты глупо улыбаешься, стоит лишь едва о нем подумать. И даже его шутки в твою сторону не кажутся уже такими идиотскими, а подколки злыми. Химия, чтоб ее. Такое ощущение, что мне снова пятнадцать, и я втюрилась, как в первый раз в своей жизни. Он ведь такой… такой кла-а-ассный! Как он там про себя пишет? Высокий, голубоглазый! Действительно — не могу налюбоваться его глазами, когда вижу на крупном плане. Да и при общении сложно оторвать взгляд. Ой, Верон, только не влипни по самые помидоры, прошу тебя. Ты ведь знаешь, что потом будет больно…

***

      Итак, последний съемочный день. Дождались, что называется. Почему время летит так быстро? Только я приработалась и подружилась со всеми, а теперь нам придется прощаться на все лето. А возможно, и насовсем, если за эти три месяца я найду что-то поинтереснее. Чем ближе был конец мая, тем больше я задумывалась о том, что дали мне недели работы над проектом ТНТ. Ну, наверное, самое главное — это то, что, во-первых, я научилась действовать более организованно, чем раньше, а также организовывать большую группу людей. Во-вторых, я научилась быстро действовать при форс-мажоре — это тоже очень ценный навык и в дальнейшем пригодится мне как в жизни, так и на работе. И не важно, на этой или в каком-то другом месте. В-третьих, я нашла новых друзей. Да, если мне придется уйти, то я буду очень скучать и по ребятам, и по нашим замечательным техникам. Но я мечтаю немного о другом и продолжаю искать то, что придется мне по душе.       Сегодня по окончании съемок состоится «летучка», где Вячеслав скажет всем пару слов перед долгим перерывом. Я уже морально подготовилась к тому, чтобы тоже обратиться к коллективу и тепло попрощаться. Придя сюда, я психовала и хотела поскорее свалить, но теперь мечтала, чтобы вечер наступал как можно медленнее. С другой стороны, разве не этого я хотела? Я заработала немного денег и теперь имею возможность поискать выездные съемки. Не вечно же мне сидеть в студии. Приободрив себя таким образом, я решила заняться насущными делами…       …День обещал быть насыщенным: утром сдача смонтированного выпуска, потом съемки, после них перерыв, после перерыва снова съемки и, как итог, собрание. Я пришла пораньше, чтобы сделать одно каверзное дело — повесить наконец-то GoPro в рабочем кабинете Ксюши. Должны же у меня остаться на память съемки хотя бы с одного дня в гримерке. Настроение, несмотря на скорое расставание, прекрасное — любимая музыка в плеере, всеобщее летнее настроение перед долгим отдыхом, все успели вовремя! Оглядев комнату и найдя хорошее место (точка над полками прямо напротив двери — прекрасный угол обзора, который охватывает всю комнату), я подставила стул к стене и забралась на него, принявшись закреплять мини-кронштейн с камерой… Готово! Какая же я молодец. Довольная своей маленькой победой, я вынула наушники из ушей. — И что ты тут делаешь?! — послышался строгий голос Арсения прямо у меня за спиной.       От неожиданности и испуга я, ойкнув, покачнулась, потеряла равновесие и, наверное, полетела бы вниз, но он опрометчиво обхватил меня руками и, приподняв со стула, опустил на пол. Блин, поймана с поличным. Нехорошо-то как. Я вытаращилась на Арсения, не зная, что сказать, а он смотрел на меня испытывающе, крепко прижимая к себе. Эти объятия… Не хочу, чтобы он меня отпускал. — Может, отпустишь? — выпалила я вопреки своему желанию.       Шикарно, Вероника. Устроила тут «ромашку» — хочу-не хочу… — И не подумаю, — покачал головой Попов. — Пока ты не объяснишь, что здесь происходит. — Так надо… — Это что, скрытая камера? — Типа того… — проблеяла я. — Для чего, Верон? — нахмурился он. — Это для дела! Не переживай, ничего неприличного. — Это отвратительно! Не ожидал от тебя такого. — Да ты даже не знаешь, что я задумала! — попыталась оправдаться я. — Говори.       Ой, ёпт, так не по себе, когда он абсолютно строгий и серьезный. Даже страшно стало. Но… Мне это даже нравится. — Арс, я не могу. — Почему?! — Это сюрприз. — Ты чё, ёбу дала?! Хорош сюрприз! Мы тут все-таки гримируемся, разговоры личные ведем. — Блин, да об этом не знает никто кроме меня! — ну как мне его убедить?! — Авдеева, либо ты немедленно мне все объяснишь, либо я прямо сейчас иду и рассказываю все парням. — Ладно-ладно. Короче, это для видео для Диминого канала…       И я начала свой долгий и подробный рассказ о том, как мне пришла в голову идея снять закулисную жизнь шоу «Импровизация» и вырезать потом из этих съемок все самое смешное и использовать для ролика, который мы все вместе обсуждали. Арсений смотрел на меня сначала с подозрением и явным недоверием, но постепенно взгляд его просветлел, а на лице расползлась фирменная улыбка. — Всего-то и делов! — заключила я рассказ и невинно развела руками. Просто мать Тереза, ни дать, ни взять. — Что же ты сразу не сказала? — поднял брови Арс. — Интересно, а как бы тогда сработала моя идея, если бы вы были в курсе, что вас снимают? Мне нужно было ваше естественное поведение, вы же такие уморительные за сценой. А теперь ты все знаешь. Скажешь остальным — убью тапком. — Хочешь, я ребят специально подзадорю, когда они сюда придут, чтобы все живенько получилось? — Ну, попробуй. Может, чего смешное и выйдет из этого, — вздохнула я. — А теперь… Будь добр…       Я осторожно взяла его руки и медленно убрала их со своей талии. Только не трясись, дурочка! Но упрямый Попов не спешил уходить, нависнув надо мной сверля меня взглядом. Я в ответ тоже пристально посмотрела на него снизу вверх. — Ну и чего ты тут встал?! — не вытерпела я наконец. — Ничего, — быстро ответил он. — Я пойду в монтажку. И ты тоже подгребай, там сейчас Вячеслав придет выпуск смотреть.       Он скрылся за дверью, а я задержалась в гримерке, чтобы успокоиться и перевести дыхание. Нет, так не пойдет, накал собственных эмоций начинает меня напрягать... Постараюсь впредь не жалеть о том, что я ухожу. Заявление на увольнение пока писать не буду — мало ли что? Тем более все равно все лето не увидимся. Но искать новую работу начну очень усиленно. Такого испытания мое сердечко не выдержит — у меня вон коленки дрожат! Воды мне! Хорошо, что у Ксюши в кабинете есть кулер… Все, теперь я человек. А теперь остается собраться с духом и идти на отсмотр!       Когда я пришла в монтажку, там в ожидании продюсера уже сидели участники шоу в полном составе и кое-кто из технической команды. — Внимание, господа, красная тревога! К нам присоединяется леди! Яйца под столом не чесать! — воскликнул Арсений.       Проигнорировав его выпад, я села в широкое кресло. — Что-то мне узко на этом стуле сидеть… — поерзав, пожаловалась я. — Чего? Да на него можно усадить тебя, Ксюшу и еще место останется! — не унимался он. — Боже мой, если я останусь в этой комнате в обществе одних мужчин еще хоть на минуту, то у меня от такого количества маскулинности вырастет член! — не вытерпев, я в отчаянии возвела руки к потолку. — На лбу! — вырвалось у Арсения. — Брехня! Вот Шастун с Ксюшей много времени проводит. Да и с фанатками мы часто на гастролях фотографируемся и обнимаемся. По твоей логике у него должна была давно отрасти грудь или другие подозрительные части тела, но я что-то ничего на нем не вижу, — возразил Матвиенко. — Если честно, я просто не решался показать… — ответил тот с наигранным стыдом. — Надо глянуть! — Арс съехал со стула со смеху. — Кошмар, и с этими людьми я работаю, — я прикрыла лицо рукой. — Так! Из монтажки катись! — продолжил веселиться Попов. — А ну цыц! — шикнула я. — Вероника, а ты почему вообще так долго? — поинтересовался Антон. — Извините, что опоздала. Все из-за этого!.. — я замахнулась на Арсения. — Но-но-но! Ручки-крючки прочь от меня! — Ручки-крючки — это у тебя, дурачина!       Если честно, мне будет не хватать их забавного незатейливого юморка. Парни сидели и о чем-то весело переговаривались между собой, а я по очереди рассматривала их, словно хотела получше запомнить перед уходом. — Ну где там начальник-то наш? — подпрыгивал на стуле от нетерпения Арс. — Знаете, пойду-ка ему звякну, — я поднялась и вышла в коридор, чтобы шум в комнате не мешал мне говорить по телефону.       Но звонить Вячеславу не пришлось, так как едва я собралась набрать его номер, как он появился из-за угла собственной персоной. Супер. Если он сейчас еще и выпуск примет, то уже ничто не испортит этот день. Вернувшись в комнату, я увидела, что Арсений пересел поближе, и теперь мне не было видно монитор. — Свали отсюда, я не вижу ничего! — возмутилась я. — И не подумаю! Не видишь — пересядь! — Так, ребята, ну хватит! — заволновался за нас Сережа.       Пока запускали программу, в кабинет тихонечко вошла скромная Ксения и села рядом с Антоном. Мы молча досмотрели до конца готовую программу и выслушали комментарии Вячеслава. Положительные, между прочим. Выпуск был принят, продюсер ушел, и можно было расслабиться. Я с облегчением облокотилась на высокую спинку кресла. — Гляди, Ксюша, Антон и Арсик отсмотрели монтаж, выполненный под моим руководством, и их даже не тошнит! — ехидно подметила я. — Балда! Радуйся, что начальство довольно! — насупился Попов. — Порадуйся ты за меня! — А пойдемте-ка в павильон, пора к съемкам готовиться, — вовремя перебил нас Дима, иначе наш диалог грозился развернуться до очередного спора с подъебками.       Какое облегчение. Будет что в портфолио отправить. Эх, любимый павильончик… Буду скучать по нему. Пока Ксюша гримировала парней, а остальные настраивали камеры и свет, я слонялась по залу, трогала руками оборудование, чтобы лучше запомнить, посидела в зрительном зале. Постепенно возвращались участники шоу. Интересно, кстати, что там в гримерке сейчас было? Выполнил ли Арс свое обещание? Не терпится глянуть. — Верон, слушай, а Тоха-то с Ксюшей мутят или нет? — неожиданно поинтересовался Дима, когда мы болтали с ним на сцене. — Сама пока не знаю. Надо вообще с Шастиком это перетереть… Шастун! — Чего? — вприпрыжку подбежал он — А ну-ка пойдем, — я схватила его за локоть и потащила в сторонку. — Ну что там с Ксюшей? — Все на мази! — показал он поднятые вверх большие пальцы. — А вы уже пара или еще нет? — Пока нет, но вот скоро… — он мечтательно посмотрел вверх. — Угу. Смотри только, если обидишь мне ее — шкуру спущу! — Да что ты, как можно! — отпрянул он. — Вот и умница. Свободен! — отпустила его я, с улыбкой похлопав по спине. — Иди на сцену. — Зачем? — Сейчас узнаешь.       Я поднялась в аппаратную к своей технической команде. Оборудование было практически готово к работе. — Антон, на вас микрофоны повесили уже? — высунулась я. — Ага. — Скажи что-нибудь, давайте звук проверим. — Дим, а Дим? — позвал Шаст. — Чего? — обернулся тот с другой стороны сцены. — Пошел на хуй. Прием! — Я на месте, как слышно? — подыграл Позов.       Абсолютно все засмеялись. — Я введу налог на мат в этом зале и поставлю сюда копилку, в которую вы будете класть по пять рублей за каждое сказанное вами бранное слово, — пригрозила я им. — Я же так разорюсь, ты что! — схватился за голову Шастун. — Вот именно, вы с Позом самые ругающиеся. — Ой, можно подумать, ты не материшься! Знаем мы, как ты у нас поешь, когда у тебя что-то не получается.       Что верно — то верно. Ай, ладно, что с них взять. Все равно люблю всех. Тем временем, к ним присоединились загримированный Арсений и Паша Воля. После небольшого разогрева парни ушли за кулисы, а в зал запустили зрителей. Мы в последний раз все проверили — можно было начинать. Признаться, мне даже стало жалко давать команду, так как это означало, что совсем скоро все закончится. Но время, к сожалению, от меня не зависит. Мы начали последние в этом сезоне съемки. И я даже не была сегодня настолько строга и требовательна. Я позволила расслабиться себе и парням и решила дать им волю — пусть творят на сцене абсолютно все, что хотят, они заслужили. Мы все вместе это заслужили. Побуду тоже зрителем! Откинувшись в кресле я с удовольствием наблюдала за импровизацией и смеялась от души, лишь переключая планы на свое усмотрение.       Крупные планы Арсения… Какой же он веселый… Артистичный… Раньше я как-то даже и не замечала этого, для меня он ничем не отличался от тысяч других мужчин, которых я ежедневно вижу в метро и в автобусе. А тут словно переклинило. И так, что не избавишься. Кто бы подсказал, что делать в подобной ситуации? Мне нельзя влюбляться на работе — я не хочу повторять прошлых ошибок…       Спустя два с половиной часа объявили перерыв. Что очень кстати, потому что хотелось курить и есть. Да и проветрить помещение не мешало бы. Весь персонал высыпал на любимый пятачок у черного входа. Мы со смехом обсуждали то, как прошла первая часть съемок, что следует из этого убрать, а что оставить. А еще наши планы на лето — многочисленные сотрудники то и дело делились друг с другом, кто куда поедет отдыхать или какую халтурку подобрал себе на время затишья на ТНТ. Ну, и конечно же, мы без конца фотографировались на телефоны то с одними коллегами, то с другими. Мои ребята заграбастали меня в охапку и заставили сделать с ними несколько селфи, которые мигом отправились в «Инстаграм». До сих пор не понимаю этого болезненного увлечения Арса и Шастуна данной соцсетью. И я высказала им это вслух. — Это же весело! — пытался объяснить мне Арсений всю прелесть ведения фотоблога. — Звучит неубедительно, — фыркнула я в ответ.       Ксюша, парни и я шли по длинному коридору после того, как надышались свежим воздухом (и сигаретным дымом). — Но ведь ты сама иногда фотки выкладываешь, — недоумевал Попов. — И что дальше? Я не соревнуюсь ни с кем количеством фолловеров и лайков. К тому же, у меня аккаунт закрытый и виден только друзьям. — А жаль, я люблю твой «Инст», — признался он неожиданно. — В самом деле? — я замедлила шаг. — Да. У тебя очень жизнерадостные фотографии, — Арс тоже сбавил ход. — Господа, если мы с вами не поторопимся, то в кафе займут все места, и мы не успеем нормально похавать до завершения перерыва! — начал подгонять всех Позов.       Мы вшестером резко остановились и тупо переглянулись в полной тишине. — Кто последний — тот Киркоров! — закричал Антон.       Нас всех снесло с места. Топот по коридору — и вот заветные двери. Мы, толкаясь, протиснулись в зал корпоративного кафе. Первая влезла Ксюша. Ну, правильно, самый тихий всегда пропихнется быстрее всех. Мне было радостно и смешно. Эх, помню, как я впервые оказалась здесь с ребятами, когда мы только познакомились. Как вчера было… Так, стоп, не надо сейчас об этом думать, а то мне от таких воспоминаний резко становится грустно — ребята подозрительно смотрят. Сейчас, не дай Бог, еще вопросы ненужные задавать начнут. Улыбка, только улыбка и ничего более.       Я старалась запомнить каждую минуту, проведенную сегодня в обществе друзей. Черт, атмосфера была настолько теплая, что в некоторые моменты у меня в горле вставал комок, стоило мне лишь представить, что наши пути, скорее всего, разойдутся. Когда я успела так привязаться к этой компании? Я не узнаю себя — пришла сюда после затяжной депрессии, резко на все реагировала и расстраивалась… А косяков-то сколько было поначалу — мама дорогая! А теперь мне казалось, что все это было не со мной и очень-очень давно! Конечно, никто не просил меня увольняться, но остаться с «Импровизацией» — значит, забыть про свои мечты и стремления. А я хотела еще многое узнать и попробовать…       После обеда мы вернулись в рабочую часть здания. Ксения ушла в гримерку подготовить материалы для нового грима, а мы с ребятами ненадолго остановились в комнате отдыха, чтобы налить себе по чашке кофе. Я в полной мере наслаждалась жизнью и была уверена, что ничего не испортит мне настроения. Но Арсений же не может жить спокойно, если не цепанет меня хоть в чем-то! Не ожидая ничего плохого, я безмятежно присела со своей кружкой кофе на диван, и Попов тут же с разбегу плюхнулся рядом со мной. — Аккуратно! — воскликнула я. — Я устал! — Я кофе облилась! А на мне белая толстовка! — Ты ж такая неуклюжая, ну какое тебе белое?!       Вот блин! Толстовку жалко. Ну почему все время со мной такое происходит? Ладно, это мелочи жизни. Пришлось отправиться в гримерку — наверняка там есть какие-нибудь резервные шмотки. — Ксюша! — влетела я. — Чего? — подорвалась она.       Ничего не говоря, я подошла к гардеробу и судорожно начала перерывать одежду. Фигня, фигня, все мужское… — Есть женское что-то? Что угодно! — взмолилась я. — Ну, платья есть для вечеринок, но они коктейльные и в другой комнате. — Не, это мне не подходит. — Ты сказала: что угодно! — засмеялась подруга. — Футболка нужна, толстовка. Окей, пусть не женская, ЛЮБАЯ! — Возьми какую-нибудь из тех, что ребята для шокеров надевают. — Точно!.. — я распахнула дверцы второго шкафа и начала примерять по очереди все, что в нем было.       Через пятнадцать минут я пришла в соседнюю комнату в одной из футболок Арсения. Учитывая, что он был мужчиной шире меня в плечах и гораздо выше ростом, вещь свободно висела на мне, как мешок. Я дома так хожу. — Ты что за хрень напялила?! — хозяин майки согнулся пополам и заржал на истерике, заразив смехом остальных. — Это твоя хрень, между прочим! — Ой, точно! А какого фига именно мою футболку? — Потому что я из-за тебя облилась! — Эта черная футболка моя любимая. Смотри, снова не изгваздайся, а то стирать заставлю. — Тогда держись от меня подальше, — я налила новую порцию кофе. — Сейчас она и эту чашку прольет, — хихикал Арсений. — Тебе же на голову теперь, — огрызнулась я и наконец уселась за стол.       Даст он мне расслабиться в обед или нет? Попов принялся строить из себя обиженку великую. Ну, окей, мне-то что? Я думаю о видеоролике. И об Арсе… С хрена ли мне он нравится вот такой невыносимый? Хотя он остроумный и живой, вот и зацепило. А видеоролик… Ё-моё, там же GoPro висит, а я переодевалась! Какое счастье, что никто не знает про камеру. Кроме Арса. Но Арс будет молчать. Во всяком случае, я надеюсь на это. Иначе его попросту не найдут потом. Но этот фрагмент видео я в любом случае вырежу и уничтожу при первой возможности. — Ну что, мы идем рвать публику?! — подскочил Шастун.       Мы дружно переместились обратно в душный зал. По лицам ребят вижу, что они хотят уже побыстрее все закончить и готовиться к отъезду на гастроли. Мальчики, родные мои, как я вас понимаю. Стоя в дверях, я по очереди обняла Диму, Антона и Сережу. Все-таки не известно, когда я смогу сделать это в следующий раз и смогу ли вообще. Парни ушли на сцену. Рядом со мной остался стоять только Арсений. В полумраке коридора я увидела, что его взгляд из озорного сделался каким-то ожидающим. Он нерешительно распахнул объятия и слегка кивнул. — Удачи вам! — растроганно произнесла я и буквально повисла на нем, встав на мысочки.       Ненавижу чувствовать себя коротышкой рядом с ним — меня это косвенно унижает. Но, что удивительно, Арсения это, кажется, наоборот умиляет. Он шумно выдохнул мне в волосы и спустился к остальным, а я, в свою очередь, направилась в аппаратку. Верон, что это было сейчас? Ты пожелала им вслух удачи?! Поверить не могу, что сказала это. И что это за фигня с Арсом? Не много ли я себе позволила? Господи, на что отвлечься?..       Знаю! Можно подумать о вечеринке «Стендап Камеди», на которую мы все приглашены. Потому что она уже послезавтра, и у меня, как у настоящей девушки, встала проблема под названием «Нечего надеть». Реально нечего, потому что я не особенно-то посещаю гламурные пати, тем более телевизионные. А тут все-таки соберется часть ТНТ-шного бомонда — нужно выглядеть соответствующе. Придется ехать в магазин, причем в сопровождении Ксюхи, потому что мне нужен взгляд со стороны. К тому же, она не даст выбрать то, что мне не подходит. А может, не идти туда? Что я там буду делать? Я и танцевать-то не умею… Но в то же время, жутко интересно, как веселятся телевизионщики. Хоть на стендаперов вживую посмотрю, а то видела всего пару раз мельком в течение месяца. Да и развлечься не помешает, все-таки у меня был такой трудный период.       Я залезла в «Инстаграм». Ничего нового. Из-за парней проверять соцсети каждые пятнадцать-двадцать минут становится дурной привычкой. Так, глядишь, и правда начну сама фотки постить одну за другой. Я лениво вытянула руку с телефоном и щелкнула селфач — должно же у меня остаться на память фото в этой аппаратной. Красиво… Теперь в «Инстаграм». Может, приколоться? Припишем к посту: «#АрсенийПопов велел почаще выкладывать фотки». И сделаем аккаунт открытым. Все. А теперь ждем… Фига себе, фанатки быстрые! Потихоньку закапали лайки. Я заблокировала телефон и отложила его в сторону, но экран тут же засветился снова от всплывающих баннеров. Капец, сколько же парням этого добра приходит?!.       Время неумолимо бежало вперед, и я наконец объявила традиционное: «Съемочный день окончен, всем спасибо!». Паша Воля вышел на середину сцены и обратился к зрителям с благодарностью. После этого начались долгие прощания. Сперва он и участники. Потом операторы. Потом остальные сотрудники технической службы. После них редакторы, Ксюша, еще много людей, имеющих отношение к созданию нашей программы. И последняя вышла я… Не очень хотелось привлекать к себе столько внимания, но поскольку все коллеги стояли на сцене, пришлось из вежливости показаться и выйти на поклон к зрителям. Прямо как в театре. Ну, от меня не убудет. Надеюсь, что в свете софитов никто не увидел, что в глазах у меня блестят слезы от понимания того, что только что все действительно закончилось…