Do You Love Me? I Want You

Юнги избегает Чонгука пуще прежнего, последний думает, что сделал что-то не так. Но уж что младший понял наверняка — Юнги режется и причем уже давно. Чонгук не имел привычки осуждать таких людей, он всегда придерживался принципа, что у человека могут быть свои причины делать, и Чон не имеет права влезать или осуждать, не его это дело. Но с Юнги иначе. Может любопытство, может дешевая жалость, может сочувствие или ещё что-то, но Чонгук не отцепляется. — Хён, — он ловит старшего на большой перемене на лестничном пролёте. Тот искренне недоумевает, смотрит на Чона, не понимая, что происходит, когда его прижимают к ледяной стене. А после пытается вырваться, но опять же, Чонгук гораздо сильнее. — Ты совсем страх потерял? — шипит Юнги, вырываясь, краснея от подступающей злости. — Живо отпусти! — Хён, пожалуйста, — Чонгук сильнее сжимает плечи Юнги и смотрит умоляюще, — я никому не расскажу… — Ну да, конечно, будешь, как все, — Мин сразу понимает, о чем идёт речь, — выбивать у меня из рук лезвие и истерить, что я поехавший мазохист, может, даже отведёшь к психиатру? — Нет, — не раздумывая, выпаливает Чонгук, — я не думал тебя останавливать, просто я хотел сказать, что это не повод избегать меня… — Высокого ты о себе мнения, однако, — Юнги усмехается криво, стряхивая руки Чона с себя. — Я ненавижу, когда за мной снуют малолетки, ты мне тысячу лет не нужен, а теперь будь добр, съебись. Юнги отталкивает от себя опешившего Чонгука и идёт дальше по своим делам. Младшему снова обидно, только вот слова хёна въелись противно в мозг, не давая покоя весь оставшийся день. **** — «Привет, как ты? С тобой все хорошо, ты что-то редко в сеть заходишь… Я волнуюсь, Куки, с тобой там все в порядке?» — пишет Тэхён в полвторого ночи, Чонгук, разумеется, не спит. — «У меня проблемы с успеваемостью, ничего не успеваю, прости», — отвечает Чон, вырубаясь. На самом деле Чонгук просто начал медленно забывать о Тэхёне, его выталкивал из сознания кое-кто другой…