Сизая цекропия

      03:20.       «Срочная тревога! На юго-западе обнаружена еще одна группа оборотней, порядка пяти-шести особей. Движутся также в центр Ошлена. Восьмому, десятому и двенадцатому отрядам направляться к заброшенной церкви на тридцать пятой улице и готовиться к операции "Круговой сектор". Повторяю, восьмому…» Рик убавил звук приемника и завел двигатель. — Ну вот, с нашей стороны тоже полезли, — вздохнул парень и бросил беглый взгляд на пассажиров через зеркало заднего вида. — Алекс, растормоши там Джену… Алекс?.. Она чё, с открытыми глазами спит? Ник оторвался от экрана смартфона и развернулся к напарнице. — Эй, ты в порядке? Алекс, наконец, заметила обращенное к ней внимание и вопросительно приподняла бровь. — Мм? — Всё нормально? — переспросил Ник. — Ты весь день какая-то… в себе. Что-то случилось? — Нет. Просто с утра мигрень мучила. Сейчас я в норме. — Слышала, что передали по рации? — Да. Оборотни, «Круговой сектор». Принцип отлова такой же, как при охоте на стайных монстров или рейде на ведьмовской шабаш, я помню. Джена резко распахнула глаза и, положив руку на кобуру, обеспокоенно оглядела ребят. Рик не сумел сдержать усмешки. — Что, про сородичей услышала и сразу проснулась? Прости, но встречи с подружками сегодня не будет: готовься к свиданию с проблемными псинами. — Одна из них говорящая и сидит за рулем? — хрипло проворчала Джена, и по салону тут же пронеслось громкое радостное «Ваф!». — Придурок, — беззлобно буркнула Джена и стала поправлять растрепавшиеся волосы. Между тем автомобиль плавно свернул в переулок и остановился между рядами запустелых четырехэтажных зданий из рыжего кирпича. Фары погасли, и окружение мигом погрузилось во тьму. Этот недолгий момент тишины вновь затянул Алекс в не дающие покоя размышления. Когда Алекс очнулась в тайном хранилище стражей, она думала, что вернувшиеся воспоминания буквально разорвут ей голову. Почти восемь лет жизни, считай, разом влились в ее сознание и грубо, с остервенением принялись искать свое место. Впитать такую дозу оказалось сложно, и пока заново пережитые годы не сплелись в единую цепь, прыгая по памяти как сверхзвуковые люминесцентные блохи, Алекс дважды стошнило. Хоть процесс восстановления и занял от силы минут десять, переварить всё до конца Алекс не смогла до сих пор. Этот тяжелый, ощутимый груз, что был сродни появившемуся в голове огромному гниющему наросту, не только давил на мозг и черепную коробку, но и отравлял сердце. Причем Алекс понимала, что фактически собственноручно сковырнула на нем еще один десяток незаживающих ран. От подобной боли было не сбежать и не скрыться: она неизбежно напоминала о себе, разъедала, изолировала. Алекс словно оказалась заперта в незримом для остальных коконе, где в одиночку варилась в едкой злотворной желчи, убивающей остатки ее воли. И когда дух ослаб, им быстро овладел страх. Алекс боялась, что теперь даже смерть не избавит ее от страданий. Что, если, подписав контракт с демоном, она навечно лишила свою душу покоя?.. Стражи не знали, что́ представляла собой душа и что ждало ее «после», а демоны, скованные правилами Ада, попросту не могли ответить. И эта неизвестность пугала сильнее приближающегося часа расплаты. Ведь если душа непосредственно связана с сознанием человека и не может быть от него отделима, значит ли, что человек вообще может не узнать, что его час уже давно наступил? Помимо этого, поводом для беспокойства служила обрывочность воспоминаний. Несмотря на то, что бо́льшая их часть вернулась, в памяти по-прежнему оставались пробелы. Особенно это касалось того дня, когда на Прометьево напали последователи Соаната. Алекс никак не могла вспомнить, как именно она сбежала из городка. Вернее, не могла вспомнить целиком. Обрывки прошлого подтвердили, что сестра помогла ей выбраться из дома, а после в лесу, убегая от преследователей, Алекс по неосторожности упала в реку, из которой, как писали в газетах, ее выловили рыбаки. Однако было и то, о чем Алекс даже не догадывалась: в воспоминаниях о побеге всплыли секундные кадры с какими-то детьми. И это озадачило, ведь Алекс всегда думала, что сбежать удалось только ей. Но если бы спасся кто-то еще, об этом определенно сообщили бы СМИ, она бы знала. А значит, тех детей всё же поймали. Но почему Алекс этого не помнила? Поначалу слепые зоны в памяти, будто вырезанные сцены из фильма, не давали Алекс покоя, но постепенно она пришла к выводу, что у подобного расстройства могло быть вполне логическое объяснение. Например, естественная блокировка воспоминаний из-за пережитой в юном возрасте травмы, а быть может, закономерный сбой или последствия того, что Ранта пыталась сдержать часть воспоминаний, чтобы Алекс и в самом деле не сошла с ума. Только вот спросить об этом у самой Ранты пока не вышло: внутренний демон снова по какой-то причине залег на дно и не откликался. Хотя долго игнорировать хозяина у него всё равно не получится, потому что в скором времени, как только выдастся случай, Алекс собиралась провести обряд призыва и, наконец, столкнуть лбами двух демонов: одного, которому продала душу, и второго, которому отдала тело. А уж от исхода этой схватки станет ясно, сто́ит ли вообще пытаться убить Соаната. Из раздумий девушку вывел настойчивый стук в стекло. Стражи разобрали лежавшее в багажнике оружие и вручили Алекс оставшееся двуствольное ружье и светозвуковую гранату, после чего разбились по парам — Рик с Дженой, Ник с Алекс — и расположились в засаде по обе стороны улицы. Освещение на окраине города не радовало: из ближайших фонарных столбов в лучшем случае работала лишь половина, так еще и свет от них был тусклым и рассеянным. Но, безусловно, даже это было лучше, чем ничего, и глаза мало-помалу привыкли к полутьме. Вдалеке слышался одинокий лай собаки и редкий шум проезжавших машин, но в поле зрения кирпичное окружение по-прежнему оставалось неподвижным и безжизненным. Пока в один момент Алекс не заметила мотылька, одиноко кружившего в блеклом свете мигающего фонаря. После каждого непредсказуемого мерцания лампы мотылек начинал метаться всё быстрее и хаотичнее, словно он попал в воображаемую бурю… или боролся с чем-то невидимым; с чем-то, что пыталось им завладеть и подчинить. От подобных мыслей, невольно пришедших в голову, Алекс испытала необъяснимое чувство тревоги. Тем не менее, будто завороженная, она продолжала смотреть, не в силах отвести взгляд от беспомощного насекомого, чьи бесполезные трепыхания только усиливали ее переживания и страхи. «Что это? Дурное предчувствие?» — спрашивала себя Алекс, ощущая, как в теле нарастает напряжение, а на ладонях проступает противный липкий пот. Внезапно острая боль прострелила ей виски — Алекс схватилась за голову и, стиснув зубы, крепко зажмурилась. В глазах зарябили яркие вспышки, а слух оглушил громкий звенящий гул, от которого сперва закружилось и поплыло сознание, а потом повело в сторону и тело. Алекс прислонилась к прохладной стене, наконец смогла сделать вдох и вдруг поняла, что звон в ушах резко стих, а вместе с ним угасла и боль. Алекс в растерянности посмотрела на напарника. Ник, как и прежде, стоял у дома напротив и следил за обстановкой. Он был спокоен и сосредоточен. Следовательно, загадочное недомогание коснулось только ее. «Твою мать, и что это было? — недоумевала Алекс. — Надеюсь, меня постоянно так колбасить не будет? Это как-то не вовремя… Может, и вправду не следовало открывать этот "ящик"?..» Алекс смахнула с лица прилипшую прядь волос и несмело окинула взглядом один фонарный столб за другим. Но искомый мотылек бесследно исчез. Лишь мигающий свет нарушал статичную гармонию пригородной летней ночи. Как вдруг тишину разорвал яростный треск пишущей печатной машинки — впереди, в соседнем квартале, сверкнули огненные трассы пулеметных очередей, следом прогремели раскатистые выстрелы из дробовиков и помповых ружей. Алекс подняла оружие и устремила взор к озарившим тьму сполохам света. От пугающего грохота и прорывающегося сквозь него — не менее пугающего — звериного рева ее сердце забилось сильнее, а мышцы живота неконтролируемо напряглись. — Будь наготове, — велел Ник, направив снайперскую винтовку к крышам зданий, над которыми появились длинные лучи мощных прожекторов. Алекс сжала деревянное цевье и спросила: — Мы не пойдем на подмогу? — Нет, в самое пекло мы не полезем. Будем здесь отлавливать сбежавших собачек. Как ни странно, но действительно слышалось, будто травили диких собак. Но, несмотря на внушительный военный потенциал потери, были с обеих сторон. Даже нескончаемый шквал выстрелов не мог заглушить ужасающие человеческие крики, от которых замирало сердце, а тело охватывала предательская дрожь. Спустя невероятно долгие минуты сражения огонь, наконец, прекратился. Вместе с ним смолк и звериный вой — остался только человеческий. Перебивая друг друга, стражи отчаянно и исступлённо звали на помощь раненым товарищам, прекрасно понимая, что не всех из них удастся спасти. Неожиданно Ник нажал на спусковой крючок и произвел одиночный выстрел, после чего достал из кармана рацию и связался с Риком. — Подбил одного, движется к вам. — Понял, постараемся выманить его на проезжую часть. — Нашел. Они здесь, — вдруг вклинился в разговор чей-то посторонний голос, такой неразборчивый и хриплый, что Алекс сперва решила, что рация перехватила чужой сигнал. Но когда Ник в спешке убрал устройство и схватился за винтовку, Алекс поняла, что голос звучал извне. — Займись охотниками, — последовал от кого-то оперативный приказ, — остальное беру на себя. — Ник? — Алекс насторожилась. — Да, рядом еще один. От его ответа Алекс пришла в замешательство. «Еще один… оборотень? А чей тогда?..» Но размышления оборвал гулкий выстрел из дробовика. Стражи замерли — всё на миг затихло, а затем в переулке, где засели Рик и Джена, началась пальба. И чем короче становились промежутки между выстрелами, тем яростнее и свирепее ревел разозленный зверь. — Алекс, прикрой! — скомандовал Ник и, выглянув из-за угла, рванул к мусорным бакам, стоявшим у обочины. Через секунду из переулка выскочили Рик с Дженой. Они разделились и побежали в разные стороны, чем вынудили бросившегося вдогонку оборотня ненадолго замешкаться. Этого времени хватило, чтобы Ник успел прицелиться, однако… — Назад! — только и успела прокричать Алекс, прежде чем в мусорные баки со звоном разбившегося стекла влетел перевернутый «Мини Купер». Алекс вышла из укрытия и открыла огонь по второму оборотню, успевшему подобраться к ним с тыла. Но тот, несмотря на внушительный рост и крупное телосложение, двигался крайне резво и проворно и, миновав обе пули, скрылся за домом. — Дерьмо! — выругалась Алекс и второпях опустила руку в поясной подсумок, чтобы достать патроны и перезарядиться, но вдруг почувствовала, как под ногами задрожала земля. К тому времени подбитый оборотень выбрал себе жертву и тяжелыми, но быстрыми прыжками помчался за Риком. Алекс перекинула «пустое» ружье за спину, выхватила из кобуры пистолет и вместе с Дженой атаковала зверя, ограничивая его маневренность. Рик выждал подходящий момент и выстрелил — дробь полетела в пустоту. Оборотень увернулся от опасного снаряда, но попал под шальную пулю, угодившую в его раскрытую окровавленную пасть. От боли оборотень зажмурил сверкающие в полумраке глаза и отвел морду в сторону; при этом, не сбавляя скорости, он продолжил бежать. Прогремел второй выстрел — оборотень вновь успел среагировать и отпрыгнул, но на сей раз с запозданием, стоившим ему задней лапы. Свинцовая дробь поразила левое колено и раздробила сустав. Заскулив, зверь с грохотом рухнул на бок — от такого удара старая тротуарная плитка под ним треснула и проломилась. Оборотень предпринял несколько попыток подняться, но пока не смог: оставшиеся в теле частицы свинца мешали ему регенерировать с привычной для их вида быстротой. Рик между тем перезаряжал дробовик, а девушки, не питая особых надежд на то, что второй оборотень скрылся, прикрывали товарищу спину. Вместе с тем, сохраняя бдительность, Алекс потихоньку стала продвигаться к Нику, неподвижно лежавшему на земле под опрокинутым железным контейнером. — Сверху! — внезапно прокричала Джена и открыла огонь. Алекс судорожно обвела взглядом пространство впереди себя, но, не отыскав ни врага, ни какого-либо движения, тут же обернулась, посчитав, что речь, возможно, шла о недобитом оборотне. Однако не успел ее взор сфокусироваться на чем-либо, как до слуха долетел раскатистый металлический лязг. В следующий миг Рик уже был без сознания, а возле него на дороге валялся разбитый светлый ящик, оказавшийся наружным блоком кондиционера, которым парня и сбили с ног. Алекс подняла голову и обомлела. «Настолько "сверху"?!» — заметила на крыше соседнего здания узнаваемый массивный силуэт. Не мешкая, Алекс направила на него дуло пистолета и, не столько с целью попасть, сколько спугнуть, разрядила всю обойму. Как только оборотень скрылся, Алекс подбежала к Нику и забрала его оружие, понимая, что в сложившейся ситуации без винтовки не справится, после чего схватила Ника за портупею и, в сердце надеясь, чтобы в них тоже что-нибудь не прилетело, оттащила напарника под козырек дома. Краем глаза она видела, как Джена в это время поступала так же и помогала Рику, а раненый оборотень уползал обратно в переулок, по всей видимости, отказавшись от затеи добраться до стражей. Когда Алекс прислоняла Ника к стене, она придерживала парня за голову и невольно почувствовала на его затылке слипшиеся пряди волос, оставившие на ее ладони красноватые пятна. Алекс вытерла кровь о край футболки и проверила у Ника пульс — отчетливый, учащенный. В попытке привести парня в чувство она похлопала его по щекам, как вдруг уловила тот самый приглушенный хриплый голос. — Похоже, помех больше нет, — донеслось из ближайшего переулка. — Осталось захватить ее прежде, чем она призовет эту тварь. Алекс опешила. «Какого хрена? Кто это? Оборотнями кто-то руководит? Что ему нужно?.. Стоп, а если его убить, стая разбежится?» — плотно засело в мыслях ничем не обоснованное предположение. Принимая тот факт, что столкновения в любом случае не избежать, Алекс оставила возле Ника свое ружье и патроны, наспех проверила и настроила прицел снайперской винтовки и, настороженно прислушиваясь, подкралась к углу дома. — Можешь не прятаться, — не заставил себя ждать обладатель таинственного голоса. — Я всё равно слышу, как испуганно бьется твое сердце... Но ты ведь не сбежишь? Ха, конечно нет. Ты не бросишь своего друга, не оставишь его одного, без защиты. «Вот же хрен собачий!» — внутренне злилась Алекс на чрезмерную самоуверенность неизвестного врага. — Ну же, выходи. Давай, наконец, потанцуем: только ты и я. «Ага, и как минимум еще один оборотень, — мысленно добавила Алекс. — Черт, может, не рисковать? — раздумывала она. — Но выпускать здесь Ранту тоже рискованно… Ладно, для начала попробую отогнать этого танцора подальше, а там посмотрим». Алекс опустила рычажок предохранителя и, не до конца представляя, с кем намеревалась вступить в бой, покинула укрытие. Прямо за домом никакая тварь ее не поджидала, поэтому Алекс воспользовалась ночным прицелом и осмотрела переулок, в особенности стоявшие по периметру мусорные контейнеры, сваленный в кучу строительный хлам и «башни» из сложенных друг на друга деревянных поддонов, которые, разумеется, не могли скрыть или спрятать за собой триста фунтов жилистого волчьего мяса, но вот его говорливого хозяина — вполне. Однако пока ни один из врагов обнаружен не был. Алекс включила подствольный фонарь и стала продвигаться вглубь переулка. Она старалась держаться ближе к зданию на случай, если оборотень всё же затаился на крыше, но вместе с тем приходилось обходить и осматривать встававшие на пути препятствия. Сначала Алекс успешно миновала несколько мусорных контейнеров, затем проверила шалаш из старых досок, профилированных листов и других строительных обломков; мельком окинула взглядом проржавевшую пожарную лестницу и приблизилась к установленным за ней массивным отводным трубам, одна из которых была неисправна и выпускала клубы плотного серого пара. Алекс направила ствол в густое дымчатое облако и с опаской стала его обходить, то и дело поглядывая на крышу. Вдруг с резким шипением из лопнувшего сварного шва вырвался поток воздуха, из-за чего Алекс испуганно дернулась и чуть не нажала на спусковой крючок. «Долбаные трубы», — одними губами проворчала Алекс и пошла дальше, но, не проделав и двадцати шагов, вынужденно остановилась. С середины переулка начинался самый открытый и «пустой» участок, где не было ничего, за чем можно было бы укрыться, а примерять на себя роль совсем уж легкой мишени Алекс не планировала. Поэтому она вернулась к маршевой пожарной лестнице, встала за ней, выключила фонарь и, присев на одно колено, поставила винтовку на подходящую по высоте ступень. Заняв боевую позицию, Алекс медленно выдохнула, а затем до предела наполнила легкие теплым, безжизненным воздухом. — Ну где же ты, танцор?! Не заставляй даму ждать! — прокричала она и сразу прильнула к ночному прицелу, в окуляре которого довольно быстро поймала движение. — Так и знала! — гневно процедила Алекс, выстрелив в здоровую ушастую морду, показавшуюся из-за внедорожника стражей. Пуля попала оборотню в шею, но этого оказалось мало, чтобы убить его. Зверь на миг взвизгнул и попятился, а потом, несмотря на усилившееся кровотечение, утробно зарычал и бросился на противника. — Решил натравить на меня своего пса, гондон?! Получай! — Алекс отстегнула от пояса светозвуковую гранату и швырнула ее. Оборотень заметил упавший перед ним снаряд, резво затормозил и, в надежде получить как можно меньший урон, настолько сильно оттолкнулся задними лапами, что наверняка покинул бы зону поражения, если бы устройство всё-таки сработало. Алекс не выдернула чеку, вместо нее она осознанно схожим движением сняла карабин, и, когда оборотень оказался в воздухе, она легко смогла прицелиться в его открытую грудь, не боясь в любую секунду ослепнуть от вспышки гранаты. Прозвучал выстрел — зверь с болезненным рыком сжался в прыжке и огромным косматым комом бухнулся на бок, проехавшись по щербатому асфальту еще пару футов вперед. Алекс навела прицел на неподвижное тело, намереваясь произвести контрольный в голову, но в нынешнем положении угол обзора оказался неудачным, и в окуляре был виден только изогнутый волчий хребет. С хрустом в колене Алекс поднялась на ноги и спустя пару неуверенных шагов ощутила в кармане вибрацию телефона, от которой чуть погодя отвлек уже знакомый ей голос. — Почти, — прохрипел он совсем близко, буквально в двадцати футах. И не успела Алекс о чем-либо подумать, как в металлическую опору рядом с ней влетел увесистый осколок кирпича. Алекс в страхе отскочила назад, а затем, уловив звериный рык, не мешкая устремилась вверх по пожарной лестнице, на которую стремглав запрыгнул и оборотень. Крепления и болты не выдерживали и один за другим начали ломаться и отлетать — нижние площадки со скрежетом отделились от фасада и накренились. От сильного толчка Алекс едва не сорвалась вниз, но высокие ограждения не дали ей вывалиться. Однако подобный исход становился вероятным, если оборотень продолжит карабкаться следом. Чтобы спугнуть его, Алекс перекинула винтовку через перила и вслепую выстрелила. Но в момент, когда палец нажимал на спусковой крючок, дуло резко подняли, и пуля пробила окно дома напротив. Когтистая рука схватила винтовку и мощным, необратимым рывком дернула в сторону. Алекс почувствовала, как ее ноги оторвались от твердой поверхности; увидела, как за секунду одна чернота сменилась другой — беззвездной, темно-синей, а потом… спину пронзила сильная боль. От удара об землю легкие выпустили из тела последний воздух, а затем неприступно сжались, не позволяя вдохнуть. И пока Алекс насилу пыталась вернуть контроль над собственным телом, оборотень между тем спрыгнул с лестницы; за ним с грохотом отвалилась нижняя часть конструкции, о поручень которой незамедлительно была разломана винтовка. Оторвавшийся от нее подствольный фонарь упал возле ног Алекс, и в мигающем свете треснувшей лампы та увидела нерасторопно идущего к ней зверя. Правда, его вертикальное передвижение выглядело слегка неестественным и даже нелепым: скромные задние лапы явно уступали мощной, широкой, развитой грудной клетке и крупным, мускулистым рукам с большими когтистыми ладонями, внимание от которых настойчиво перетягивали длинные, словно изогнутые лезвия, клыки, торчащие из полураскрытой пасти на сморщенной, скорее крысиной, нежели волчьей, морде. К великой своей досаде Алекс заметила, что рана на шее оборотня полностью затянулась, а единственная свежая была лишь на правом предплечье, которым, по видимости, он и остановил пулю, летевшую в его сердце... «Всё же их способности впечатляют, — безотчетно восхитилась Алекс, поняв, что по скорости реакции и восстановлению оборотни ничуть не уступали демонам, а возможно, даже превосходили их. — И похоже, сейчас выдался шанс это проверить». — Не вырубилась? Жаль. Придется приложить еще раз, — услышала она низкий, утробный голос и теперь убедилась наверняка, что исходил он от оборотня, хоть разум до последнего отказывался в это верить. — Не советую, — пригрозил зверь, опустив взгляд на бедро девушки, куда потянулась ее рука за тактическим пистолетом. Алекс отвела правую руку, за которой пристально следили сверкающие волчьи глаза, а левой в это время поддела цепочку на шее. — Ран… — Не смей! — рявкнул оборотень и прыгнул на Алекс. Она закричала, когда острые зубы, точно раскаленные зубья капкана, вонзились в ее изуродованную кисть. — Отпусти-и! — зарычал оборотень, сверкая огненными искрами из озлобленных желтых глаз. — Только попробуй выпустить этого мерзкого аморфа, и я тотчас оторву тебе обе руки. Алекс оцепенела: как от страха, так и от услышанных слов. «Он знает? Как это возможно?.. И почему просто не убьет?» — пребывала она в полном замешательстве из-за странного поведения зверя, которое не только не поддавалось логике, но и напрочь противоречило их сущности. Неожиданно оборотень быстро успокоился: хищный оскал пропал, взгляд смягчился. Однако руку Алекс он по-прежнему держал в пасти, из глубин которой отчетливо донеслось: — Судя по твоему выражению, ты понимаешь, что́ я говорю. Это из-за нее. Из-за нее от тебя уже смердит смертью. Скоро она перестанет подчиняться. Поэтому не выпускай, пока это еще возможно. — Увидев в глазах Алекс проблеск осознанности, оборотень разжал челюсти и отстранился. — Пойдем со мной, я знаю, кто сможет… — он резко смолк, его заостренные уши дернулись, а затем громыхнул выстрел. В лицо Алекс хлестнула кровь — веки самопроизвольно сомкнулись, и в глазах нещадно защипало. Сквозь звон в ушах от близкой стрельбы Алекс слышала, как свирепо выл зверь, а потом почувствовала, как его сильная колюче-мохнатая рука обхватила ее за талию и с необычайной легкостью перекинула себе на плечо. — Нет, нет, оставь меня! — кричала Алекс куда-то уносящему ее оборотню, на спине которого она болталась и подпрыгивала под звуки выстрелов и возгласы преследовавших их стражей. Алекс отчаянно пыталась очистить глаза от ослепившей ее крови, но слишком нервничала, слишком спешила и в этой суматохе слишком поздно поняла, что терла лицо и без того грязными, окровавленными ладонями, из-за чего глаза продолжали жечь и слезиться. Оборотень пролетел переулок за считанные секунды и на бешеной скорости выскочил на перекресток, где резко вильнул в сторону и развернулся, едва не сломав Алекс хребет; но та успела уцепиться за его короткую жесткую шерсть, от которой пахло кисловатым дымом и угольной гарью… Раздался громкий хлопок, и под волчьими лапами, словно от взрыва, разлетелся асфальт. — Арр, опять он! — прорычал оборотень и рванул назад. Однако теперь он замедлился, его зигзагообразные прыжки стали короче и тяжеловеснее, а дыхание — учащенным и глубоким. В один момент оборотень оттолкнулся от земли с чуть бо́льшим усилием, на миг завис в воздухе, а затем переулок вновь охватил уже знакомый Алекс скрип деформируемого металла: оборотень карабкался вверх по пожарной лестнице. Очередной выстрел прошел совсем рядом, и у Алекс снова заложило уши. Лишившись одновременно и зрения, и слуха, она оказалась несколько дезориентированной, но из-за того, что живот свело характерным спазмом, Алекс быстро догадалась, что направление их движения сменилось на противоположное: они падали. Сила притяжения давала о себе знать, и Алекс чувствовала приближение к земле. В те секунды панического страха в голове билась одна-единственная мысль: «Лишь бы успеть сорвать». Но сорвать цепочку с шеи Алекс не смогла, вернее, ей не позволили это сделать. Ее руки и всё ее тело крепко прижал к себе оборотень, а затем последовал удар… Глухой звук отдачи и хруст разом ломающихся костей так и застыл у Алекс в сознании. «Только бы это была не шея», — в смертельной панике молилась она, боясь пошевелиться и даже вздохнуть. Боль запутанно носилась по всему телу, перебегая от одной ее части к другой, а сердце в это время так бешено гоняло кровь, словно ее где-то не хватало, и это ощущение страшно напоминало то, что Алекс уже испытала… когда она умирала, будучи сброшенной с обрыва. Из-под закрытых век снова просочились слезы, но на сей раз причиной им послужила не боль. В тот миг Алекс поняла, что очень устала, и, возможно, даже хотела бы, чтобы всё, наконец, закончилось. — Не выпускай ее, — вклинился в мысли слабый, затухающий голос. — Она уже не твоя. Она — создание… Но договорить оборотень не успел: короткий одиночный выстрел навсегда заставил его замолчать. «Алекс, ты цела?», «Она в сознании?», «Аккуратно-аккуратно» — сквозь звенящий вакуум Алекс слышала стражей; чувствовала, как они прощупывали ее пульс и высвобождали из объятий оборотня, чьи тяжелые руки придавили ее спину, будто неподъемная цементная плита. Алекс всё осознавала, но совершенно ничего не хотела делать: ни говорить, ни двигаться. Пока Джена ее осматривала и вытирала с лица кровь, пытаясь понять, кому та принадлежала, Алекс думала о том, что пытался донести до нее оборотень. И главное, почему ее вообще должно было заботить, кем на самом деле была эта «она»? — Ты совсем спятил?! Она могла умереть! — ругался Рик. — О, так значит, живая? Какая удача, поздравляю, — язвительно протянул Дюк. — И поздравляю с успешным устранением цели. Надеюсь, не первой и единственной? — бросил он многозначительный взгляд в сторону Рика, который мигом прикусил язык и потупился. — Чего и следовало ожидать. Что ж, в таком случае можете записать этого оборотня на свой счет, оспаривать его мы не будем. Всё равно не хотелось бы, чтобы другие отряды узнали, что у нас есть филонщики, — сказал Дюк напоследок и вместе со своими людьми отправился обратно к припаркованному на перекрестке грузовику, на котором они возвращались с задания. — Вот же ублюдок, — фыркнул Рик. — Для него это ёбаное соревнование или что?.. Еще и Алекс явно пытался угробить. — Не преувеличивай, — возразил Ник. — Разве можно предугадать подобное заранее? — Нет. Но если выпал шанс, чего им не воспользоваться? Дюк «своими» не разбрасывается, а значит, Алекс его точно бортанула. — Если бы Дюк был настолько мстительным, ты бы еще три года назад шальную пулю поймал. — Ребят, — позвала Джена и приподняла кисть Алекс, — ее укусили. Парни подошли ближе, подсветили фонарем рану и осмотрели хорошо различимые следы от зубов. — Хм, тогда это многое объясняет, — Ник в задумчивости перевел взгляд на убитого оборотня, к тому моменту уже сбросившего волчью личину. — Скорее всего, это был альфа, и он решил похитить одного из наших, чтобы обратить. Возможно, на поле боя он уже пытался провернуть нечто подобное, поэтому Дюк и стрелял без особых опасений, зная, что инстинкты альфы вынудят его защищать новую особь. — Но только в том случае, если процесс обращения уже запущен, — подметил Рик. — А Дюк не мог этого знать. — Тоже верно, — согласился Ник и достал мобильный телефон. — Но нам сейчас не поисками правды нужно заниматься, а постараться помочь Алекс. Чтобы дело пошло быстрее, я отправлю заявку для курьера вместе с докладом. — В смысле? А как обычно связаться не вариант? — Нет, это не наш курьер, а из главного офиса; он первым делом выполняет заявки, перенаправленные от руководства, а потом уже все остальные. Мы, конечно, заказали достаточно шприцов с антидотом, проблем с этим быть не должно, но… вероятность оказаться за бортом у нас есть всегда. Алекс приоткрыла глаза — несмотря на слипшиеся от крови ресницы, тяжесть с век спала, и в рассеянном свете нескольких фонарей взгляд упал на лежавшего рядом парня. Его спортивное загорелое тело покрывало множество татуировок, которые пытались перекрыть еще большее количество шрамов, оставленных не только охотниками, но и собственными собратьями. Алекс сразу признала оборотня и, то ли не до конца осмыслив, что тот мертв, то ли посчитав, что она по-прежнему ведет монолог внутри себя, пробормотала: — Кто она? Стражи услышали Алекс, проследили за ее взглядом и озадаченно переглянулись. — Так, — неуверенно начал Рик, — вроде мне по голове досталось, но я отчетливо вижу, что это он, — с хмурым прищуром покосился на голого парня. — Дай ей отойти от шока, — сказала Джена, а затем мягко коснулась плеча напарницы. — Алекс, ты меня слышишь? Постарайся не двигаться. Ты упала с высоты, видимых ран нет, но могут быть скрытые травмы, поэтому нужно дождаться приезда медиков, чтобы тебя осмотрели. Потерпи, они с… — Джена запнулась. Слово «скоро» так и застряло у нее в горле. Хотя озвучить его тогда не осмелился бы никто из ребят. Каждый из них подозревал, что в ближайшее время они вряд ли увидятся с полевыми врачами, ведь — без прикрас — этой ночью Горихвостки легко отделались, и срочная помощь им была не нужна. В другой ситуации этому можно было бы даже порадоваться, но не тогда, когда давило понимание, что залогом их сохранности послужили чужие жизни. — Тебе что-нибудь ответили? — обратилась Джена к Нику. — Какие мы в очереди? — Заявка просмотрена, но, очевидно, будет помечена как неприоритетная. — И что будем делать? — Надеяться, что нам одобрят запрос на посещение частных клиник. Но курьера и «Труповозку» в любом случае придется дождаться. — А если, — Джена стала говорить тише и медленнее, — если ей станет хуже, мы ведь можем?.. — Нет, — категорично отказал Ник, — не можем. — Расслабьтесь, я в норме, — просипела Алекс и стала подниматься на ноги. — Ты не можешь этого знать. Даже если боли нет, это не значит… Алекс, не надо, не вставай, — попыталась остановить ее Джена, но Алекс оказалась настойчивее. — Успокойся, смерть мне пока не грозит, это я точно знаю, — приблизилась к человеку-оборотню, полголовы которого превратилось в бесформенную кровавую массу. — Он принял весь удар на себя. — Всё-таки «он», — ухмыльнулся Рик. — Значит, реально пришла в себя. — Но на КТ, пожалуй, запишу нас обоих, — сухо добавил Ник, не отрываясь от экрана смартфона. — Троих, — поправила Джена. — Рика тоже вышибли каким-то ящиком. — Так ты не шутил про голову? — Ник в изумлении перевел взгляд на напарника. — Опять, что ли, сотряс заработал? Рик неловко пожал плечами. — Может быть, — не стал он отпираться, а потом с некой грустью посмотрел на убитого парня. — А из него получился бы неплохой питчер, да? Хотя был, вероятно, паршивеньким рэпером. — Ты так решил из-за наколок? — с долей порицания спросила Джена. — Скорее, из-за того, каким он был говорливым. Алекс вздрогнула: по коже словно прокатилась холодная волна, от которой волосы встали дыбом. Возможно, если бы оборотень не рычал, стражи не успели бы найти их так быстро. А еще — если бы она не оставила Нику свое оружие… Алекс отвела взгляд от размозженной черепной коробки и уставилась на ствол опущенного ружья, на котором виднелись свежие капли крови. В тот момент Алекс испытала противоречивое чувство — смесь из размытого отвращения и примиримого сожаления. Ружье шелохнулось, вынуждая Алекс вернуться в реальность: Ник подошел к телу убитого и сделал несколько снимков. Их требовалось отправить в службу зачистки, чтобы те знали, где и кого следует забирать. Обычно на место выезжали две бригады, но сегодня Горихвостки ожидали только одну — бригаду, отвечающую за сбор мертвых оборотней. Рассматривая получившиеся фотографии, Ник вдруг нахмурился. — Хм, занятно, — немного погодя произнес он, привлекая внимание остальных. — Подсвети-ка, — попросил он Джену, и та без лишних расспросов направила фонарь на бездыханное тело. — Ничего не напоминает? — с загадочным видом обратился Ник к Алекс. Не до конца понимая, о чем идет речь, Алекс вновь опустила глаза и внимательнее присмотрелась к татуировкам: на окровавленной шее щерился неизвестный ей рогатый монстр; под ключицами расправил облезлые крылья скелет птицы, внутри которого копошился клубок красных червей; почти весь торс, так же усыпанный малоприятными картинками, занимало большое иссохшее дерево с десятками висельников на нем. И вот, на груди оборотня, между набитым автомобилем, горевшим вместе с запертыми людьми, и безликим человеком, вышибающим себе мозги, Алекс заметила знакомые очертания, проглядывавшие сквозь ветви мертвого дерева. На некогда простреленной грудной клетке, перекрывая рваные края шрама, тянулись извилистые лучи черного солнца, по своему виду совпадающего с тем, что было на кулоне Алекс. Но главная странность заключалась в другом: внутри черного круга была изображена бабочка. Бабочка, у которой не хватало одного крыла. Как будто того самого, что болталось у Алекс на шее вместе с «солнцем». От увиденного Алекс в растерянности застыла, на время позабыв, как дышать, и только сердце, в которое вонзилась острая, как игла, тревога, продолжило гулко стучать по ребрам. Все мысли разбежались, оставив одно сплошное, подлинное непонимание. — Что вы там нашли? — с нетерпением выпалил Рик, не горя особым желанием рассматривать парня (ни живого, ни уж тем более покойного). Алекс максимально бесшумно сделала глубокий вдох-выдох, чтобы снизить избыток адреналина в крови, а затем, скорее для самой себя, сказала: — Просто совпадение, и только. — И только? — переспросил Ник таким тоном, словно уличил ее в недосказанности. — О чем вы? — вмешалась в разговор Джена, обратив на ребят взор, полный беспокойства и недоумения. Проигнорировав ее, Алекс скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на Ника. — Ты на что-то намекаешь? — Нет. Всего лишь поделился интересной находкой. — Всего лишь? — ответила ему тем же угрюмым, испытующим тоном, и от этого напряжение только возросло. В воздухе повисла тяжелая натянутая пауза. И если Джена даже не догадывалась, чтó заставило ребят метать друг в друга снопы гневных искр, то Рик, видевший кулоны Алекс, сообразил, в чем обстояло дело. Однако чрезмерную настороженность напарника Рик не разделял, поэтому попытался мягко и ненавязчиво сгладить углы. — О, а тут «головастик» почти такой же, как у нас в машине, — указал он на предплечье парня, где был изображен злой курящий смайл. — А еще кресты с пушками и черти с бухлом — почти всё, что так или иначе можно привязать к нашим трудовым будням. Угадал? — Что вообще происходит?! — начала злиться Джена. А вот Ник, напротив, охладил пыл. — Ничего, — сдался он, вернув прежнее самообладание. — Если что, это был не наезд. Просто решил вас чем-нибудь отвлечь. — Заставив нас разглядывать труп? — с неприкрытым возмущением высказалась Джена. — Голову проверь, организатор, блин, развлекательных мероприятий. — Проверю. Сегодня, в десять. — Вот и отлично. Всех записал? — Всех, — измученно выдохнул Ник, после чего разблокировал телефон и, вернувшись к работе, отошел в сторону. Джена закатила глаза и цокнула языком. — Не обращай внимания, Алекс, — сказала она, немного успокоившись. — У него иногда бывают заскоки. Впрочем, как и у всех нас. После короткого молчания, позволившего всем привести мысли в какой-никакой порядок, стражи направились к внедорожнику, устав бесцельно переминаться с ноги на ногу возле того, кто уже никуда не сможет убежать. Отдыхая в машине, Рик по привычке поглядывал в зеркало заднего вида и невзначай заметил, как Джена то и дело бросала пытливые взгляды в сторону Алекс, по всей видимости, в надежде на то, что та расскажет о причине их небольшой с Ником ссоры. Сама Джена не решалась спросить: она боялась как показаться чересчур любопытной, так и ненароком затронуть неприятную или даже болезненную для Алекс тему. Зато этого не боялся Рик. Вернее, он даже не думал, что простым вопросом можно кого-то задеть или обидеть, поэтому спокойно поинтересовался вместо подруги. — Кстати, а из-за чего был конфликт? А то я немного не догнал. — Если не хочешь, можешь не рассказывать, — тут же добавила Джена. — Но… это ведь не что-то, ам-м… — замялась она, сомневаясь, как лучше сформулировать. — Не знаю, — честно ответила Алекс. — Я сама удивилась, когда увидела татуировку, сильно напоминающую… хм, одну мою вещь. Возможно, поэтому оборотень не убил меня, а попытался забрать с собой. Но даже если так, разве это не сыграло нам на руку? Почему тогда он?.. Неужели Ник думает, что я?.. Не знаю, не хочу сейчас об этом думать, — Алекс прикрыла глаза и сделала вид, будто страдает от разыгравшейся мигрени, лишь бы закончить разговор. — Забей, — сказал Рик. — Главное, что все живы, остальное — дело десятое. А Ник… Он просто устал. Еще и по голове получил, так что… — Парень махнул рукой, как бы говоря: не зацикливайся на этом. — Ты тоже получил, — припомнила Джена. — Только, на удивление, начал говорить правильные вещи. — Подожди, — усмехнулся Рик, — скоро всё встанет на свои места. Спустя сорок минут в переулок на служебной машине приехал курьер-помощник, выделенный главным офисом на время проведения операции. Полноватый мужчина средних лет в деловом костюме и с кожаным портфелем сфотографировал руку Алекс, на которой был укус, нерасторопно заполнил бумажную форму заявки, попросил Алекс расписаться и только после этого достал из портфеля футляр со шприцем и ввел девушке антидот. Еще через час на место прибыла бригада зачистки, так называемая «Труповозка». Из кабины грузового фургона выскочили трое молодых ребят. Один из них сфотографировал убитого оборотня и наскоро стал заполнять какие-то бланки, пока двое других в это время грузили труп в машину. Но перед этим они написали на его левом запястье и левой голени, прямо поверх татуировки баскетбольного мяча, число «18». Это невольно всколыхнуло в памяти Алекс старые, но уже освеженные воспоминания: именно под таким номером Джеймс Ховардов играл в школьной баскетбольной команде. Тот самый Джеймс Ховардов, который подарил ей «солнце» и «крыло бабочки». «Но это не может быть он. Точно не может», — убеждала себя Алекс, несмотря на то, что лица оборотня она так и не видела.

***

      «07:00. Удачный день, но не поутру. Возможна встреча со старыми знакомыми и возвращение долгов».       Убедившись, что никому из них не требуется срочная медицинская помощь, Горихвостки направились в противоположном от места бойни направлении в поисках дешевого местного мотеля. Они знали, что в этом месяце их бюджет сильно урежут, так как все деньги пойдут отрядам, находившимся в эпицентре сражения. Но расстраиваться ребята даже и не думали: дополнительные несколько тысяч не скрасят похороны товарищей. Только по предварительным данным в операции погибли шесть человек и с десяток направлены в подготовленный стражами лазарет. Но все прекрасно знали, что жертв больше. Ведь кому какое дело до гребаной отчетности, когда у тебя на руках умирает напарник? Когда его разодранное, обезображенное тело лежит как мусор на асфальте? Когда ты истязаешь себя мыслями, что мог спасти его, а теперь лишь остается смотреть на перекошенное грязное лицо с пустым взглядом, которое с этой минуты безвозвратно будет преследовать тебя до самой смерти? Но как больно бы ни было, как бы ни хотелось выть и кричать, все осознавали, что это неизбежность. Мерзкая, реальная, давящая неизбежность. Они все обречены.       Однако и побираться Горихвосткам не придется, ведь дело с Ламией выгорело: стражи впервые в этом году получили премиальные, да и подготовленный Ником отчет уже красовался в архиве. И как же он старался, составляя его! Хоть внешне Ник и выглядел совершенно спокойным и равнодушным, передавая документы о проделанной работе Робу, но напарники знали, как же он был горд, ведь не каждый день их отряд попадал в папку «РНД-01» — «Раскрытые необычные дела 1-го уровня».       После нескольких часов езды, за которые Джена успела привести находившуюся в прострации Алекс в более-менее человеческий вид, вытерев с ее лица кровь и одолжив куртку на замке, скрывшую впитавшиеся красные пятна на одежде, ребята в итоге нашли подходящее место для отдыха. Трехэтажный кирпичного цвета мотель с большой стоянкой находился недалеко от главной дороги из города, что было еще одним поводом остановиться именно там. Прослушивая в пути общую радиостанцию, они узнали от других стражей, что полиция перекрыла дорогу в Ошлен со стороны церкви, поэтому, если они серьезно примутся за расследование, в спешке придется покинуть город. Но сейчас главной задачей для них было дать Алекс отдохнуть, тем более что она сама попросила об этом.       — Хэй, представляете, у них даже лимонного пирога нет! — возмущенно крикнул Рик, вернувшись с покупками в номер. Промокший от неожиданно начавшегося дождя, он начал ерошить свои потемневшие у корней волосы и стряхивать капли с куртки.       — Наши разгромили вчера полгорода, а тебя беспокоит пирог? Какая же безмятежная жизнь у простака, — упрекнул его Ник, не отрываясь от ноутбука.       — Так, это сейчас был наезд? — Рик ничего не понял, но уже был готов к драке.       — Ох, только не начинайте. И чего вы такие бодрые? — лениво буркнула Джена и, взяв брошенные у входа пакеты, отнесла их к небольшому кухонному столу, дабы заняться распаковкой. — Алекс еще не выходила?       — Нет, — ответил Ник. — Когда я к ней заходил, она через дверь сказала, цитирую: «Веснушка, отстань».       — Ха, теперь не я один тебя подъёбывать буду. — Мокрыми ладонями Рик потрепал волосы напарника. Несколько капель попало на монитор, за что он тут же получил по рукам и был спроважен гневным испепеляющим взглядом. — А вообще, странная она какая-то: на грудена в одиночку поперла, а от одного ма-а-аленького оборотня впала в депрессию.       — Этот ма-а-аленький оборотень уделал твою псевдо-крутую задницу, — с невозмутимым лицом отметила Джена, поедая салат из пекинской капусты с кукурузой.       — Слышь, да если б не я, фиг знает, что потом с твоей задницей случилось бы, — задиристо проговорил он, плюхнувшись в кресло и приготовившись насладиться банкой темного пива.       — Вот что-что, а с ней было бы все в порядке, увалень. Ты больше не…       — Так, теперь вы прекратите, — остановил их Ник. — Лучше сходите к Алекс и отнесите ей поесть.       Ребята, недовольно переглянувшись, все же взяли со стола по коробке готовых обедов из местного супермаркета и молча вышли из номера. Но так просто передать паек, как они планировали, не удалось.       — Она нас игнорит? Открывай давай! — Рик уже ногой стучал в дверь.       — Да тише ты! — прикрикнула Джена, угрожающе замахнувшись на него рукой. — Не хватало еще, чтобы нас опять выгнали из-за тебя.       — Эй, но тот мелкий сам нарывался, вот я и…       — Доставай уже отмычку, — приказным тоном скомандовала она, пихнув напарника в бок. — Будешь делать единственное, что у тебя хорошо получается.       — Засовывать свой инструмент… Ай-ай, только не по голове! — Зря он решил шутить с невыспавшейся раздраженной барышней. — Да открываю уже… — Ловкость рук, немного времени и звучный щелчок не заставил себя ждать. — Вуаля. Прошу, миледи. — Рик наигранно поклонился, делая приглашающий жест.       — Алекс, мы входим, — предупредила Джена, нагло вторгаясь на чужую территорию. Она открывала дверь медленно, словно проникала на место преступления, где не хотела ничего нарушить. Но, сделав всего шаг через порог, вдруг остановилась.       — Чё встала, иди уже. — Рик начал толкать ее внутрь, словно упрямое животное в стойло.       — Ш-ш, — Джена прикрыла ладонью его рот, — смотри.       Прямо у двери чем-то рассыпчато-песочным была нарисована пентаграмма. И не какая-нибудь «детсадовская», а одна из высших уровней. Картину дополняли разбросанные по номеру вещи, которые в кромешной темноте походили на болотные кочки.       — У тебя оружие с собой? — тихо спросила Джена, и тут же возле ее лица оказался ствол.       — Я всегда готов.       Стражи медленно и осторожно вошли в комнату. Послышался шорох из ванной.       — Чур, я первый пойду, — мигом оживился Рик.       — Ну ты и…       Резко открывшаяся дверь — девушка в одном полотенце, два ствола и три ошарашенных взгляда. Повисла гнетущая тишина. Лишь тяжелое асинхронное дыхание нескольких людей разносилось по комнате. Каждый, не понимая, что происходит, чувствовал себя канатоходцем, боявшимся сделать неверный шаг. Особенно страшно было Алекс: она только что нежилась в горячей ванне и вот уже оказалась под дулом пистолетов. Но, оторвав взгляд от оружия, она наконец обратила внимание на «взломщиков», которые почему-то тоже были растеряны.       — Вы ошалели, что ли? — спокойно, без резких движений, на медленном выдохе прошептала Алекс.       — Это ты? С тобой все хорошо? — так же шепотом спросила Джена, все еще не опуская пистолет.       — Будет, если вы перестанете в меня целиться.       — Почему здесь так темно? — подал голос и Рик.       — Выключатель справа у двери, — сухо ответила Алекс и, поняв, что они начали выпутываться из этого недоразумения, добавила: — Я пойду оденусь. Надеюсь, когда выйду, не застану вас здесь. — Она неспешно вернулась в ванную комнату. Причем нарочито громко хлопнув дверью.       Однако первым делом Алекс потянулась не к одежде, а к моющему средству, чтобы как можно скорее скрыть с зеркала другую пентаграмму, предназначенную для призыва Соаната. Пусть ритуал и не сработал, но лишних вопросов не хотелось. И без того предстояло накропать объяснительную... Кто ж знал, что защитные символы, которые она приготовила на случай неудачной атаки Ранты, не пригодятся?       Пока Алекс уничтожала кровавые улики, Джена успела собрать с пола вещи, а Рик — заценить черный кружевной бюстгальтер размера «D». За что опять-таки получил по рукам. Как ни странно, но возвращаясь в комнату, Алекс знала, что стражи не ушли. Это точно было бы на них непохоже. Но все равно посчитала себя обязанной наградить их демонстративным недовольством, посыпанным щепоткой презрения.       — Хм, вот не думала, что кроме защиты от демонов нужно еще ловушки и на вас ставить, — сидя в большом кресле, шипела она, пытаясь в десятый раз заколоть непослушные влажные волосы, отчего раздражалась еще больше.       — Ну прости-и, — приобняла ее Джена. — Мы просто как-то не ожидали увидеть пентаграмму и разбросанные вещи.       — Ха, то есть из-за неряшливости и инстинкта самосохранения в людей уже и стрелять можно, да?       — Так нахера тебе символ нужен? — недоумевал Рик.       — Уж извините, но до этого я работала одна и специально для таких случаев вот эта штука, — указала она на разрисованный пол, — очень пригодилась бы.       — В смысле, «таких»? — озадаченно спросил Рик, но, бросив взгляд сперва на полотенце, затем на дверь ванной комнаты, вскоре сам обо всем догадался. — Погоди, так к тебе наведывались, когда ты… Ха-ха! — Парень громко засмеялся, согнувшись почти пополам. Вскоре он чуть ли не пол целовал.       — Эй, что с ним? — Подобное поведение напарника очень удивило Ника, которому надоело дожидаться этих двоих и он сам решил наведаться в комнату девушек.       — Он представил, — процедила сквозь зубы Алекс, смотря на угорающего придурка.       Джена и Ник переглянулись, все еще не понимая, о чем речь.       — Ха-ха, ой не могу, сча сдохну! — вовсю хохотал Рик, держась за живот руками.       — Сука, я его сейчас убью. — Алекс потянулась к сумке, валявшейся возле кровати, и достала один из клинков.       — Ладно, ладно, успокойся, — остановил ее Рик и, переведя дыхание, громко выдохнул: — Фух, никогда бы не подумал, что нам попадались «культурные» демоны, любезно предоставлявшие время на все наши банные дела.       — Пошел вон! — предостерегающе крикнула Алекс, замахнувшись.       — Эх, вот так всегда. — Рик досадливо нахмурил брови. — Хочешь помочь человеку, беспокоишься за него, еду приносишь, а тебе в ответ: «Пошел вон». Во люди пошли, да? — приобняв Джену, он настойчиво начал выводить ее из номера. — Ну мы и пошли. У нас тоже есть гордость.       Дождавшись, пока цирк одного актера покинул помещение, Ник с неожиданно грозным видом подошел к Алекс.       — Послушай, это же мощная пентаграмма. Откуда ты ее взяла? — начал он сверлить ее ледяным взглядом, отчего ей стало не по себе. — Не из тайного ли архива?       «Что? — глаза Алекс непроизвольно раскрылись от удивления. — Все, попалась девка. Или нет? Может, попробовать выкрутиться? — быстро начала она придумывать оправдательную речь.       — Как ты туда попала? — продолжил Ник почти шепотом, будто бы напарники могли стоять за дверью и подслушивать их разговор.       Страж излучал неподдельный интерес, но вместе с тем и беспокойство, поэтому Алекс, не выбрав дальнейшую тактику, решила немного потянуть время.       — Ну, скажем, случайно, — виновато улыбнулась она.       — А-а, вот как. — Ник отошел на пару шагов назад. Разочарование так и читалось на его лице. — То есть ты не знаешь, как туда попасть. — Прозвучало это как утверждение, а не вопрос.       «Печаль в его глазах так заметна, — отметила Алекс, хищно наблюдая за парнем. — Почему-то эта тема важна для него… Может, помочь?»       — А если скажу, как туда попасть, ты не сдашь меня Робу? — Она испытующе смотрела на него лисьими глазами и покусывала нижнюю губу. Нервишки все же шалили.       Ник молча подошел ближе и, протянув руку, твердо произнес:       — Договорились.       — Ага, — согласилась Алекс, закрепив все рукопожатием, которое почему-то затянулось. Она уже открыто, с силой, пыталась вырвать руку из крепкой хватки, но парень все никак не хотел отпускать ее.       — Попалась, — бесцветным тоном сказал он, словно вынося приговор. — Это была проверка. Теперь все об этом узнают.       — П-погоди, что? Но как же?.. — Ее самообладание начало трещать по швам.       Алекс начала запинаться, ее ладони вспотели, сердцебиение ускорилось, а в голове воцарил полный хаос. Тревога стремительно нарастала, тем самым неумолимо приближая приступ паники. Атмосфера стала предельно наэлектризованной.       — Шутка, — миролюбиво улыбнулся Ник, всего за секунду меняясь в настроении. Затем он отпустил ее руку и добавил: — Это твое наказание за «Веснушку». Прости, я злопамятный. Но если серьезно, ты действительно думала, что сможешь скрыть ту вылазку? Дюк мне все рассказал. Не знаю, чем ты ему понравилась, но как увидишь, поблагодари. Именно он убедил меня не сдать тебя Робу.       Ник одарил ее напоследок колким взглядом серых глаз и покинул комнату, оставляя девушку наедине со своими мыслями.       «И как это понимать? — все еще пребывала она в полном замешательстве. — Если меня заметили, то почему… почему не отправили под трибунал? И что Дюк сказал Нику? Какую игру он ведет? Ха, чувствую, что не только я ищу выгоду от общества стражей. Но почему тогда Дюк до сих пор не связался со мной? Почему не шантажирует или еще что? Хотя и предположить не могу, что ему могло понадобиться от меня. Это странно. Блин, аж голова разболелась. Ник, паскудный ты гиёныш, не мог помягче? Мне и без того не везет в последнее время».       Алекс стянула одеяло с кровати и устроилась поудобнее в большом мягком кресле. На бежевой обивке красовались мелкие узорчатые цветочки, за счетом которых ее начало клонить в сон.       — Ох, пусть хоть во сне не будет твориться полный трындец.       Усталость, буря эмоций и переживаний сделали свое дело: Алекс снилось нечто странное и… неожиданно красочное, что до этого редко замечала в сновидениях. Она оказалась в прекрасном саду с необычайно сложными, но интересными фигурными кустарниками. Пока она шла по широкой белой каменной дороге, на пути встречались образы огромных райских птиц, бабочек, стрекоз, пегасов и даже драконов. Их размашистые, устремленные ввысь крылья усеивали пестрые цветы, что, отрываясь, медленно летели вперед. Вскоре над головой образовался рыхлый шлейф из цветов, который… будто что-то притягивало.       Пройдя «зеленый лабиринт», Алекс вышла к большому белоснежному фонтану. Он имел форму кубка, и именно туда слетались цветы. Вода в нем переливалась радужным калейдоскопом, словно ее подсвечивали множеством огоньков. И она, как живая, искрилась и играла в лучах яркого солнца. Но подойдя ближе, девушка поняла, что вода, падая с вершины, действительно окрашивалась в яркие разноцветные цвета, забирая их у растений. А на нижнем уровне, смешиваясь, превращалась в странную тягучую жидкость, покрытую переливающейся пленкой. Алекс почему-то стало не по себе.       Внимание вдруг привлекло едва заметное движение: что-то крохотное пыталось выбраться наружу, но плотная пленка, словно корка льда, не давала этого сделать. Алекс, схватившись одной рукой за край фонтана, нагнулась вперед, пытаясь помочь чему-то выбраться. Она уже почти дотянулась до нужной точки, как нечто пулей пронеслось перед глазами, забрызгав лицо вязкой жидкостью. Крепко зажмурившись, девушка отскочила в сторону. Как она ни пыталась, но «очистить» взгляд ей не удалось: все виделось размытым, мутным, мрачным… и даже пугающим. Прекрасный сад цвел уже далеко отсюда. Теперь, в кромешной темноте, лишь слышались одинокие взмахи крыльев, они звучали все громче и громче, словно их обладатель увеличивался в размерах. Но Алекс стало еще страшнее, когда крылатое «нечто» начало биться об стены, целенаправленно и беспощадно. Глухой удар справа — хрустнула кость; удар сзади — визг, сменившийся тяжелым хрипом; удар о потолок — звук разрывающейся плоти и ручьем стекающей крови… Что-то разрушало себя, пыталось сломать, уничтожить, раз за разом, удар за ударом…       — Алекс, ты там живая?! — стучал в дверь Рик. — Если через две секунды не откроешь, придется снова вломиться!       Девушка торопливо выпуталась из одеяла-кокона и побежала открывать. Распахнув широко двери, она сразу заметила появившееся недоумение на лице стража, взгляд которого был устремлен на ее голову.       — Я вздремнула, — хрипло пояснила Алекс, зевая и прилизывая опять растрепавшиеся волосы.       — Ой, прости, что разбудил, но мы уже собираемся отчаливать. Та-а-ак, — сладко потянувшись и заразившись от нее зеванием, Рик обратился к вышедшим из соседнего номера ребятам: — Я пойду сдам ключи и подгоню машину.       — О’кей, только мне еще нужно в магазин электротехники заскочить, так что встретимся в городе, — сообщил Ник напарнику, не отводя взгляда от телефона. По-видимому, искал необходимый товар поблизости.       — О, и мне нужно, — подхватила его под руку Джена. — А то опять наушники где-то посеяла.       — Вы, конечно, вовремя решили по городу прогуляться: у нас копы вообще-то на хвосте, — напомнил Рик, одарив их недовольным взглядом. Но по равнодушному виду напарников понял, что и без него уже все порешали. Поэтому в итоге надумал и себе выудить пользу. — Тц, ладно, тогда и я быстро метнусь. Нужно купить пару запчастей для «красотки».       После чего все, чуть ли не синхронно, уставились на полусонную Алекс, словно наступила ее очередь в какой-то увлекательной игре.       — А, ну, я тогда пойду поем, — нудно произнесла она, указав на большую желтую вывеску в форме стеклянной банки от закусочной, расположившейся на соседней улице.       — Хих, — усмехнулась Джена, — обычно эту фразу произносит Блонди.       — И тем же тоном, — подметил Ник.       — Не сравнивайте нас! — одновременно возмутились «пищевые близнецы» и, переглянувшись, разошлись по разные стороны.       — Закажи и на нас столик! — крикнули ей вдогонку. — Там и встретимся!       Алекс стремительно перепрыгивала через несколько ступеней, стараясь как можно быстрее покинуть затхлый, пахнущий ржавчиной и блевотиной мотель, из-за которого, как она полагала, ей и стало плохо. Выскочив на улицу, она начала глубоко дышать. Вдох — выдох, вдох — выдох. Но ожидаемого облегчения от утренней свежести так и не получила: яркое обеденное солнце уже успело прогреть все вокруг, нещадно припекало голову и обжигало открытые участки кожи. Из-за полного отсутствия желанного ветра воздух был сухим и душным, отчего мгновенно пересохло во рту.       Не без труда перейдя на удивление оживленную улицу, Алекс уже успела вспотеть. Поэтому, открыв белую дверь «Меда», очень надеялась, чтобы там работал кондиционер. И это желание исполнилось. Алекс аж заулыбалась, когда на входе ее обдало прохладным воздухом. Как мало человеку нужно для счастья.       Хоть «Мед» и был дешевой придорожной забегаловкой с простеньким интерьером, состоящим из серых столов, стульев и парочки натюрмортов на бледно-зеленых стенах, однако народу толкалось там предостаточно. Поэтому, наслаждаясь прохладой, Алекс мирно дожидалась своей очереди, попутно слушая старое хрипящее радио, висевшее на стене.       «Сегодня ночью между тридцать пятой и тридцать шестой улицей Ошлена произошло столкновение двух бандитских группировок. Погибли двадцать восемь человек. Сейчас эксперты устанавливают их личности. По опросу мирных жителей…»       — Что для вас, мисс? — повторно обратился администратор к девушке, которая, отвлеченная новостями, не заметила, как уже подошла ее очередь.       — Можно заказать столик на четверых?       — Конечно, вот только освободился. Ваш третий возле окна, располагайтесь.       — Хорошо, спасибо.       Вернувшись в реальность, Алекс поняла, что чувствовала себя некомфортно. И дело было вовсе не в плохом физическом состоянии. Она знала это ощущение: будто кто-то настойчиво сверлил тебя взглядом. Пока она шла к нужному столику, осторожно разглядывала посетителей, пытаясь найти источник беспокойства.       Не приметив никого подозрительного, Алекс постаралась отбросить дурные мысли прочь и сосредоточиться на меню. Но дочитать состав фирменного «Чили кон карне» так и не удалось — взгляд будто магнитом притянуло к соседнему столику, за которым сидел симпатичный брюнет в огненной, ярко-красной сорочке. И даже после того, как Алекс его заметила, он все равно внаглую продолжил на нее пялиться.       «Вот только этого мне еще не хватало, — девушка мысленно закатила глаза. Но увидев, как парень начал расплачиваться, спокойно выдохнула. — Ох, он уходит. Слава богу».       Только очаровательный нахал не прошел мимо, как она ожидала, а, обойдя ее со спины, неожиданно подсел на соседний стул.       — Добрый день. — Улыбка растеклась по его лицу, образуя милые ямочки на щеках.       — Угу, что-то нужно? — отрешенно спросила Алекс, всем видом показывая, что сейчас она больше заинтересована салфетками на столе, нежели им.       — Просто увидел красивую девушку и решил составить ей компанию. Винс, приятно познакомиться, — протянул он загорелую руку, на которой болтался плетеный кожаный браслет.       — Вообще-то у меня уже есть компания, — сказала она, подчеркнуто убрав руки со стола. — И я бы не хотела, чтобы вы занимали здесь место.       — Но кто? — Парень резко сменил тон, но через секунду снова появилась та же милая улыбка. — Вроде такая взрослая, а врать все не умеешь.       «Что? Почему у меня такое чувство, будто мы знакомы?»       — Алекс, все в порядке? — К столику подошел Рик и, вопросительно подняв одну бровь, окинул взглядом незнакомца.       — Да, просто вышло некоторое недоразумение, — спокойно ответила она.       — О-о, — удивленно протянул Винс, — так вишенка не соврала. Все понял, ухожу. Приятного вам дня. — Подмигнув, он встал с места и медленно направился к выходу, собирая на себе заинтересованные взгляды посетительниц закусочной.       — Эй, подруга, что с тобой? — поинтересовался Рик, видя, как девушка нахмурилась, о чем-то глубоко задумавшись. — Опять в ступор впала, что ли? Смотри, вишенка, — начал он вертеть у нее перед глазами декоративными цветами со стола, которые спутал с ягодами.       «Вишенка… Вишенка?! — почувствовав болезненный укол в сердце, она с ужасом подскочила, вынуждая напарника рефлекторно отступить назад. — Твою ж мать!»       — Мы уезжаем отсюда, — мрачно бросила Алекс, собираясь.       — Что? А как же еда?       — Так возьми что-нибудь! А я пойду искать остальных.       Она выбежала на улицу и, озираясь, направилась в сторону магазинчиков. Однако темная фигура, стоявшая за углом соседнего здания, заставила ее остановиться. Недовольно цокнув языком, Алекс не спеша направилась к незнакомцу в ярко-красной сорочке.       — Значит, догадалась. — От той милой дружелюбной улыбки мало что осталось: она сменилась дьявольски надменной ухмылкой. — Ты что, меня уже нутром чуешь? — прошептал парень ей на ухо.       — За словами следить нужно было, — хмуро ответила Алекс и отошла в сторону, сохраняя дистанцию.       — Эх, — досадливо опустил он голову, — столько времени прошло, а привычка все осталась.       — Что ты здесь делаешь? А еще меня больше интересует, чье оно? — окинула взглядом его тело.       — А, это? — Парень похлопал себя по крепкой подкачанной груди. — Да так, позаимствовал у местного работничка какой-то клиники. Не волнуйся, он жив. Все еще трепыхается, не понимая, в чем дело. Хотя, думаю, ему тоже понравилось, когда я трахал ту медсестричку из… Стоять! — преградил он путь девушке, пытавшейся тихонько смыться. — Что я все о себе, да о себе. Лучше ты расскажи, как поживаешь. И начни, пожалуй, со своих новый друзей.       — Это тебя не касается, — огрызнулась Алекс.       — Да? — Не-Винс злобно оскалился. — Просто интересно, с каких пор ты связалась со стражами? Ты хоть знаешь, чем это может закончиться? Особенно когда на тебе это? — указал он на белый браслет, который едва был виден из-под рукава ее рубашки.       — Конечно нет, я же полная идиотка и вообще не отдаю отчет своим действиям! — возмутилась она не без иронии. — Слушай, ты лучше расскажи, что вчера произошло?       — В смысле? Ты про обычную охоту на блохастых? Сама прекрасно должна об этом знать.       — Я не о том. Оборотни явно кого-то или чего-то ждали. Один из них сказал, что кто-то под ником «Она» скоро придет в наш мир. Что-то вроде этого… Что это значит? И только не нужно мне заливать, что ты не в курсе.       — Эм, да с чего мне быть в курсе? — Не-Винс лениво пожал плечами, открыто демонстрируя минимум заинтересованности. — Я просто от одной «змеюки» удирал, а тут вот наткнулся на нашу Вишенку. — Плутовато улыбнувшись, он было хотел сократить дистанцию между ними, но Алекс снова отступила на безопасное расстояние.       — Да ладно, шестерка высших служителей и не в курсе?       — Как ты?.. — Его недоумение неожиданно сменилось беспокойством.       — Говори, — неотступно гнула она свое. — Я ведь все равно узнаю. Но могу подставить кое-кого другого.       На лице у парня заиграли желваки — он напрягся и чуть сгорбился. Явно колебался. Внутри него происходила яростная борьба с самим собой, и это позабавило Алекс. Повезло, что трудности мелкий демон терпеть не мог, поэтому и решил поделиться кое-какой информацией.       — А, ладно, — сдавшись, он небрежно потрепал густые волосы своей очередной шкурки. — Я и сам не уверен, но ходят слухи о появлении сильного демона, который может перевернуть все к чертям собачьим. Кстати, собачки-то и знали кое-что. По этой причине я и заглянул сюда. Хотя нашел дьяволицу и похлеще, — отметил он уже без прежнего игривого настроения.       — Это случайно не Соанат? — задумчиво поинтересовалась Алекс.       — А ты уже откуда о нем знаешь? — растерянно и с неким испугом посмотрел он на нее.       — Теперь я еще знаю, что и ты в курсе, так что не соскочишь с темы. Итак, кто это? Где его найти? Есть ли у него другое имя?..       — Воу-воу, понятия не имею, зачем тебе это, но советую притормозить. Этот чокнутый демон опасен. Он игнорирует все установленные правила, и даже наши жнецы не смогли найти на него управу. Так что можешь и не пытаться его призвать: после того, как он пошел против «отца», все демоны сами хотят его найти и прикончить. Может быть, кому-то это уже и удалось: за столько-то времени ищейки точно бы его нашли. В общем, не знаю, что у тебя на уме, но брось эту затею. Поняла?       — Ага, конечно… А что Соанат такого сделал?       — Не твоего ума дело, завязывай.       — Ладно, тогда я пошла, — сухо ответила Алекс, поняв, что большего выудить не сможет. Она была расстроена таким мелким уловом. Это определенно ее не устроило.       — Эй, погоди, — протянув руку, парень попытался ее остановить.       — Даже и не думай! — резко обернувшись, прикрикнула Алекс. — Если еще раз подойдешь, я расскажу стражам, кто ты такой и где тебя найти, — озвучив свою угрозу, она постаралась как можно скорее скрыться за близстоящим домом.       — Пф, про себя сперва не забудь, — тихо хмыкнув, демон осмотрелся, а затем нырнул вглубь переулка.       Следуя за потоком людей, спешивших на работу после обеда, Алекс погрузилась в размышления. Она знала, что этот демон преследовать ее не будет: кажется, у него и вправду были серьезные проблемы, положившие конец беззаботному существованию. Это, конечно, не могло не радовать, но… ее заметили. Это плохо.       «Гребаный подхалим уже наверняка доложил. Нужно поскорее убираться отсюда, иначе он точно найдет меня… Черт, похоже, с побегом придется повременить. Пока что мне будет безопаснее со стражами: не думаю, что он посмеет к ним сунуться. Надеюсь, следующее дело будет на другом конце штата!»       Прямо на переходе мимо Алекс пронесся черный внедорожник, заставив ее сердце замереть от страха. Неприятные воспоминания настойчиво начали вылазить наружу, словно черви после дождя.       — Вот ты где! — Из опустившегося окна показалась голова Ника. — Запрыгивай давай!       Не мешкая, Алекс исполнила сказанное. Ребята сразу заметили не только ее взволнованность и нервозность, но и то, как она побледнела, хоть на улице и стояла тридцатиградусная жара. Однако все решили промолчать, давая ей немного времени успокоиться.       — Так что случилось? — первой поинтересовалась Джена, когда они уже выехали из города. — А то этот оболтус нас так перепугал, что мы тебя уже спасать ехали.       — Да ничего такого, — спокойно ответила Алекс, пытаясь скрыть дрожащие руки в карманах.       — Ничего такого?! — встрепенулся Рик. — Да ты рванула из кафешки, будто всемирный потоп начался. Это ведь из-за того парня, да? Я сразу вижу такие вещи.       — Какой парень? — В глазах Джены сверкнул огонек неподдельного интереса.       — Из-за парня, но не того, — начала объяснять Алекс, осознав, что так просто ей не соскочить с темы. — Просто заметила старого знакомого, с которым встреча была бы нежелательна. Ну, у меня небольшие проблемы с преступным миром…       — Что?! — перебил ее уже в печенках сидящий басистый голос. — Обычно у нас проблемы с законом, но уж никак не с бандами! Из-за тебя только поесть нормально не смогли.       — Но ты, как погляжу, все равно не растерялся, — усмехнулась Джена, указывая на пакеты с едой, после чего обеспокоенно обратилась к подруге: — Так, дорогая, это не очень опасно, надеюсь?       — Нет-нет, — отрицательно затрясла она головой. — Это так давно было, что, возможно, «кредиторы» уже и не помнят меня. Так что, думаю, все в порядке.       — И что же ты сделала?       — Ничего нового: просто немного деньжат задолжала, а так и не вернула.       — Прекрасно, теперь не только от копов скрывайся, но и бойся, чтоб тебя в переулке не зарезали, — все никак не унимался Рик.       — Я тебя сама скоро зарежу, — рыкнула Алекс.       — Не, вы только посмотрите, приютили маньячку и ждем, пока она нас всех порешит!       — Думаю, желание тебя резать не только у маньяков появляется, — улыбнулся Ник.       — Эй! И с кем я только работаю?!       — Да, мы всего лишь жалкие смертные, которым не дозволено и слово молвить «магу пятьдесят второго уровня», — указал он на смартфон напарника, на котором высветилось уведомление об обновлении игры.       — Так ты еще и задрот? — язвительно проговорила Алекс.       — Да что вы понимаете…       Раздавшийся потрескивающий звук рации мигом заставил всех стать серьезнее: «Прием. На связи отряд Ястребов из Порте. Есть тут кто поблизости?»       — Горихвостки на связи, — ответил Рик, оперативно схватив передающее устройство. — Едем в вашу сторону из Ошлена. У вас какие-то проблемы?       — Да, срочно нужна помощь с одним делом, но для реализации плана не хватает пару человек. Уровень отряда не важен. Сможете добраться до мотеля «На холме» к завтрашнему полудню? Он сразу же при въезде в город, не пропустите.       — Хорошо, постараемся. Ждите черный внедорожник на стоянке.       — Принял. До связи.       Ребята поняли, что завтрашний день будет насыщенным, поэтому постарались максимально отдохнуть, дабы восполнить силы. Рассчитав каждому одинаковое время на сон, они по очереди садились за руль. Алекс выпал лучший вариант: бодрствование днем и сон ночью. Дремать в светлое время суток для нее было из ряда фантастики, ибо даже сильная усталость не могла ее вырубить до наступления сумерек. Вырубить однажды смогла только черепно-мозговая травма. Больше случаев не зафиксировано.       Алекс заснула около часа ночи, но из-за волнения и тревоги нормально выспаться не удалось. Снова приснилось нечто странное и пугающее, что заставило ее проснуться в холодном поту. Но больше всего удивило то, что она ничего не помнила. Совершенно. Будто сон тут же стерли из памяти, оставив лишь неприятное, давящее, мерзкое чувство в груди. Единственное, что засело в голове, — шелестение крыльев крупного насекомого. «Это не случайность. Что-то произойдет», — закралась внезапная мысль о грядущей опасности.       Алекс чувствовала изменения, протекающие внутри нее, как понемногу трансформируется ее душевное состояние, будто кто-то перестраивает его. Внешне это было малозаметно, особенно окружающим, но она сама ведь прекрасно знала, что ей свойственно, а что — нет. Многие ее действия и поступки, многие принятые решения и сказанные слова казались неестественными для нее прошлой.       «Возможно, это знак, что конец близок. Возможно, меня заранее подготавливают к этому. Ведь с момента заключения сделки я уже не принадлежу себе. Может, стоило бы забиться в угол и ждать смерти, размышляя, что же меня ждет «после»? Да, возможно, раньше я бы так и сделала, но сейчас… сейчас не хочу. Справиться с отчаянием мне помогает эта проклятая работа, вернее, она скрывает его, прячет за другими эмоциями. Это все равно лучше моей прошлой жизни. Ха, не верю, что признаю это. Но все же жаль, что я не связалась со стражами раньше. Я потратила слишком много времени впустую. И теперь вряд ли смогу что-то изменить. Полная лажа… — Алекс злилась из-за того, что ощущала себя ничтожной и слабой. — Почему, когда осознаешь близость конца, начинаешь задумываться о собственной значимости? Почему хочешь что-то сделать, оставить после себя? И ради кого? Ради общества, которое ненавидишь, которое сделало тебя озлобленной, равнодушной, эгоистичной сукой? Понимая это, все равно ищешь одобрения?.. Да. Да. Какая же ты все-таки дура», — на ее губах мелькнула тень улыбки, с которой она вскоре и заснула.