Se vere: Вырезанные сцены.

Эту ночь ну никак нельзя было назвать спокойной. Выбрав, наконец, день, когда у них свободно все утро до обеда, в час перед рассветом, когда Филч, по всеобщему убеждению, уходил к себе в норку, оставляя дежурить одну кошку, Анжелика и Ариадна решили наведаться в коридор третьего этажа. Освещая себе путь палочками, они крались по школе. Полностью одетые и причесанные волосок к волоску, в спортивной одежде и обуви, целиком принявшие к сведению свои прошлые ошибки. На третьем курсе их засекли, когда они слишком громко хлопнули дверью коридора. На четвертом их ловили из-за поднявшего шум Пивза. Потом вычислили по клоку волос Анжелики, зацепившемуся за дверь. Разумеется, далеко не все вылазки кончались столь плачевно. А последние годы и вовсе приходилось ходить с оглядкой – сунувшись как-то в кухню за продуктами для импровизированного ночного пикника, они носами к носам столкнулись с близнецами Уизли. *** Вылетев из запретного коридора через полчаса и захлопнув за собой дверь, девушки переглянулись. И наконец-то позволили себе начать дышать. - Ничего себе, - прошептала Ари, вслушиваясь в удрученное сопение за спиной. – Хорошо хоть не разбудили. - Цербер прям, - Анжелика облизала губы. – Пушистый. Вислоухий… - Что он там делает? - Сидит! - Да нет, зачем он здесь? - Охраняеет ворота в Ад. - Тогда его поставили бы около учительской. Или Запретного леса. Анжелика рассмеялась. - Вот в чем плюс быть слизеринцами. А другие ученики сказали бы, что в таком случае его поставили бы возле кабинета зельеварения. - Снейп и сам неплохо справляется. Поставь в одной стороне коридора этого песика, а в другой – нашего декана, и еще неизвестно, в чью сторону они побегут, - хмыкнула Ари. Анжелика тяжело вздохнула. - Слушай, - задумчиво протянула она, - как его сюда приволокли? Он же весит целую тонну. И за ним надо ухаживать. Кормить. И все такое… он же в закрытом помещении. Ариадна изобразила на лице глубокую комическую задумчивость. - Вот и я думаю, - протянула она, - есть ли среди наших знакомых некто, кто был бы в состоянии припереть на третий этаж здоровенную зверюгу, сюсюкаясь при этом с ним, как с хомячком, и регулярно его кормить? - Думаю, есть, - просияла Анжелика. *** Тыквы, которые к Хэллоуину должны были раздуться до размеров целой золушкиной кареты, пока что напоминали небольших свернувшихся клубками лис и радостно подставляли оскорбительно рыжие бока лучам рассветного солнца. Анжелика поморщилась – тыквенная продукция наводила на нее тошноту. Присев за деревьями у грядок рядом с хижиной Хагрида, девушки держали палочки наготове. - О, вот и он. Давай я! И, направив палочку на витые тыквенные стебли, Энжи прошептала заклинание Ножниц. Упругие зеленые веревки лопнули и взвились над грядками. - Ох, ты! – ахнул Хагрид. – Ох… Пока лесничий копошился вокруг своих детищ, девушки скрылись в зарослях. - Нет, это совсем не дело… - и Хагрид, всплеснув руками, побежал в свою хижину. - Ага… щас склеит, - удовлетворенно потерла ладошки Анжелика. И действительно, через несколько секунд Хагрид снова показался у грядок, придерживая вдоль тела что-то, что пытался нести незаметно. Затем, опасливо оглядевшись, достал из-за бока розовый зонтик. - Попался, - радостно пискнула Ари. Твердой рукой направив зонтик на тыквы, Хагрид произнес заклинание. - Хагрид, привет! – радостно воскликнула Энжи, подходя к нему со спины. Подпрыгнув, тот выронил зонт и обернулся. Почти животный испуг в его глазах сменился облегчением. - А, это ты… привет. Что ты здесь… то есть… я тут… - А, у меня свободное утро, - беззаботно махнула рукой Анжелика. – Я гуляла. Хотела было выспаться после того, что произошло ночью, да вот не удалось. - А что произошло? – всполошился Хагрид. - Я… эээ… ходила по школе. Понимаешь, одна из моих одноклассниц иногда страдает лунатизмом, и может куда-нибудь забрести, - на ходу придумывала Анжелика, - я искала ее по всему замку. И подумала – вдруг она пошла на третий этаж, и с ней что-то случилось? Лицо Хагрида заметно побледнело. - К счастью, ее там не было. Но я нашла там кое-что другое, - глаза девушки сузились и в них промелькнули торжествующие смешинки. - Ох, - только и сказал Хагрид. - Ты же мне расскажешь, что это за пушистое чудо живет в коридоре? - Это… эээ… тебя не касается, то есть, - твердо сказал Хагрид. – Ученикам туда ходить запрещено. С какой стати я должен тебе того… говорить все? Анжелика подняла растопыренные пальцы. - Во-первых, я староста. Я должна знать, с чем столкнутся мои дети, если у них окажется достаточно мало мозгов, чтобы туда сунуться. Во-вторых, я будущий мракоборец, и мне интересно, какие еще существа обитают в этом мире и на что они способны. В-третьих, тебе явно не с кем больше о нем поговорить. В-четвертых, Хагрид, мне интересно, почему у тебя в руках зонтик, в то время как на небе не видать ни облачка, - нежно закончила она. Лесничий какой-то время хлопал себя по бокам и пыхтел, глядя на застывшую в позе Цезаря с загнутыми пальцами и ликующе улыбающуюся Анжелику. Потом вздохнул. - Одно слово – слизеринцы! – махнул он рукой, - рожденный ползать везде пролезет! Не здесь. Заходи. Дождавшись, когда Хагрид отвернется, Анжелика показала зарослям два больших пальца. А потом приложила руку к карману, поправив в нем миниатюрную плетеную колбочку. - Пушок он… то бишь это, мирный, - неспешно вещал Хагрид. – Я его еще совсем щеночком купил. Три головы! Да и кушает он хорошо. Такой милый был. – Клык обиженно скульнул в углу. – Да и ты ничего, - поспешно обернулся к нему Хагрид. – Дамблдор его у меня, видишь ли, попросил. - Для чего? – мило улыбнулась Анжелика. Хагрид насупился. - Это… тайна. То есть… я вообще об этом говорить не должен. Я не знаю! Не спрашивай даже. О, чайник! Стоило Хагриду отвернуться, рука Анжелики, молниеносно вынырнувшая из кармана, опрокинула в полупустую чашку лесничего содержимое плетеного пузырька. Повернувшись, Хагрид задумчиво отхлебнул из чашки и сел за стол. - О чем бишь я… - А Пушок действительно очень опасен? - Нет, конечно, - махнул рукой Хагрид. – Тебе-то он точно ничего не сделает… надо ему только спеть, ну или мелодию какую сыграть. Он сразу и засыпает. Глаза Анжелики сверкнули, как два бриллианта. - А для чего он вообще там поставлен? – аккуратно напомнила девушка. - Дамблдор попросил же, - удивленно повторил Хагрид, - для охраны Философского камня. Анжелика ахнула. Глаза полувеликана на секунду расфокусировались. - Ты… что… - Последний вопрос, - мгновенно взяв себя в руки, пропела Энжи. – Тыквенным печеньем он питается? Или только человечинкой? - А он вообще всем питается, - кивнул Хагрид. – Всем вкусным, что ни принесешь. И шерстка у него такая мягкая, шелковая… ох! – он вдруг глянул на свою чашку. – Ну зачем, зачем ты… ты что сделала? - Врать нехорошо, Хагрид, - мягко сказала Анжелика. В глазах великана засветилась вселенская обида. - Вот уж от тебя… не ожидал! Одно слово, Слизерин… а ну вон из моего дома! – взревел он. – И чтоб духу… и только скажи кому! Анжелике дважды повторять не требовалось. Подобравшись, она пулей вылетела за дверь. Обогнула дом и заглянула в распахнутое окошко. Хагрид чуть ли не рвал на себе волосы. - Эх я… эх, я! Дамблдор мне так доверял! А я… эх! Одно слово слизеринцы! И как я теперь ему в глаза посмотрю? Как я скажу… - Ну, эта проблема, по крайней мере, решаема, - хмыкнула Анжелика, доставая палочку. – Обливэйт! Голова лесничего дернулась. Обернувшись и выйдя на открытое место возле грядок, Анжелика придала лицу удовлетворенное выражение. К ней в секунду подскочила Ари. - Ну? В ответ Энжи приложила палец к губам. - Эй! Они обернулись на окрик. - Что вы обе… тут делаете? - Классные тыквы, Хагрид! – одобрительно крикнула Анжелика. – Лучше бы из них ничего не готовили, - мрачно добавила она. Хагрид хохотнул. - Да уж, знаю, как ты не любишь… да это все только для украшения. Вот погодите, они такие вымахают! - Я в нетерпении, - расплылась в улыбке Ариадна. - Ну, нам пора. Хагрид помахал рукой девушкам, которые, перепрыгивая через грядки, удалились в сторону замка. - Ну? – прижала Ариадна Анжелику к первому же дереву, - что там? - Он не знает, - с досадой твердо проговорила Энжи. – Знает только про собаку. Его зовут Пушок. Он у Хагрида давно, души не чают друг в друге. Всеяден. Засыпает от музыки, - добавила она с ухмылкой. Глаза у Ариадны загорелись. - О, тогда мы подружимся! – и, не дожидаясь одноклассницу, она радостно поскакала в замок. Анжелика проводила ее тяжелым взглядом и потерла лоб. - Философский камень, - задумчиво протянула она. – Неплохо. Молодец, Энжи. Папа бы тобой гордился. Жаль, что тебе теперь нужно сделать все, чтобы он об этом не узнал.