Learning to love

Мягкие, чуть бледноватые губы коснулись красных пухлых, вовлекая в нежный, полный любви поцелуй. Руки прижимают к себе маленькое, хрупкое тело и обнимают крепко. Чимин прикрывает глаза, поддаваясь на встречу. Сильные руки Тэхёна покоятся на его талии, а чиминовы обнимают рыжего за шею. Они не используют языки, не кусаются, просто целуются. Чимину не хватает воздуха, поэтому Тэхён всего на пару секунд отстраняется и снова целует, ещё нежнее, чем в первый раз, поглаживает спину, считает позвонки пальцами. Чимин то сгорает в пепел, то возрождается, подобно фениксу. Позабытые давным-давно чувства вновь вспыхнули ярким пламенем, опаляя все тело изнутри приятным теплом. Поцелуй вышел недолгим. У парней краснеют щеки — может у Чимина чуть больше. — Эм, — Тэхен избегает взгляда черноволосого, не зная, что ответить. Он ведь поцеловал его не просто так, а из-за чувств, которые к нему испытывает. Тэхён не знает, когда успел сменить ориентацию. Возможно ещё в первые годы своей жизни. Чимин тогда показался ему таким маленьким, с пухлыми щечками и бегающими глазками. Тогда им было годика четыре с небольшим — Тэ на пару месяцев младше — и они быстро привязались друг к другу. Ви! Тэхён до сих пор помнит этот тоненький голосок, который обращался к нему с детским счастьем и беззаботностью. Маленькие ручки, которые то и дело, что тянули его в сторону песочницы или протягивали игрушки. Темные глазки-щелочки с озорными искорками. Черные, постоянно растрепанные волосы, но такие чудные и мягкие. Тэхён помнил его именно таким до своего отъезда. Но, когда вернулся, его удивлению не было предела. Чимин похорошел во всем, разве что пальчики так и остались крохотными и пухленькими. Он заметно подрос, но для Кима навсегда останется маленьким гномиком, которым его так любил называть в детстве. А главное, принадлежащим только ему. — Тэ, — Чимин прячет лицо, уткнувшись в его грудь. — Ты… — Я люблю тебя, — шепчет Тэхён, прикрывая глаза. — Минни, пожалуйста, будь со мной, будь только моим. Я не хочу, чтобы ты страдал и плакал. Обещаю, что защищу тебя, чего бы мне это не стоило, — берет покрасневшее лицо Пака в свои ладони и целует в лоб. Чимин обвивает его шею руками и сияет, мысленно распадаясь на клеточки и собираясь снова в единое целое. Он снова ощущает на своих губах поцелуй, не противится, потому что знает, что любит также, как Тэхён любит его. Сейчас его любят одними лишь губами и руками. И нет в них той власти и превосходства, какая есть в чонгуковых пальцах, что так любят сминать бедра Чимина, оставляя после себя красные следы, постепенно приобретающие фиолетовый оттенок. Нет этих сексуальных шепотов на ухо, покусываний кожи, болезненных поцелуев и связанных запястий. Тэхён с легкостью подхватывает Пака под ягодицы, счастливо улыбаясь. Чимину нравится его квадратная улыбка, черноволосый приподнимает уголки губ, но потом они опускаются, и Тэ не на шутку пугается. — Минни, ты чего? Не надо плакать, — он сцеловывает прозрачные слезинки, скопившиеся в острых уголках глаз, смотрит обеспокоенно, и от его взгляда Чимину становится спокойнее. Черноволосый, шмыгнув носом, отвечает: — Просто я счастлив, что у меня есть ты, что ты заботишься обо мне, любишь. Я…я тоже люблю тебя, Тэхён-а, — тихо и искренне. — Минни, — Тэ даже не знает, что сказать, а надо ли? Его чувства взаимны, и вся эта прежняя любовь к покинувшей мир Сохён окончательно исчезла, растворилась в воздухе. У Чимина бабочки острыми крылышками все внутри кромсают, но совсем не больно. — Люблю, — шепчет Тэхён. — Мой. Только мой. — Да, — Чимин кивает, беря лицо Кима в свои ладони, целует его в щечку, и Тэ, наконец, опускает его на землю. — Уже стемнело, давай вернёмся. Чонгук, наверняка, волнуется. — Хорошая идея, — Тэхен берет черноволосого за руку и улыбнулся, когда лицо Чимина приобрело красный оттенок. — Ты ведь не против? — Н-нет, — смущенно пролепетал Пак. Шли они обратно молча. У Чимина забавно покраснели кончики ушей, и сейчас он походил на гномика больше, чем когда-либо. Тэхён же копировал солнышко, потому что его счастью не было предела, рыжие волосы казались ещё больше рыжими. Их взгляды периодически сталкивались друг с другом. Дыхание учащалось. И, как и ожидалось, Чонгук ждал их в коридоре, нервно постукивая ногой. — И куда это, позвольте узнать, вы пропали до темноты? — Чонгук почему-то смотрит осуждающе на Чимина, но тот даже не посмотрел на него, виновато улыбаясь. — Я звонил тебе раз двадцать, но ты не отвечал, — обратился он к черноволосому, следя за тем, как тот начинает теребить пальчиками краешек кофты, которую ему он и купил через три дня после их знакомства. — Прости, Чонгук-а, я не взял с собой телефон. — Мог мне позвонить, — буркнул в ответ Тэхён. — Тебе все равно бесполезно звонить, хён. Ты никогда не отвечаешь на мои звонки, — Чон приобнимает оказавшегося между ним и Кимом Пака за талию. Тэ сжимает кулаки, готовясь смахнуть руку макнэ, но Чимин его останавливает его добрым взглядом, мол, я все улажу, и уходит вслед за Чонгуком. — Мне нужно кое-что тебе сказать, — начинает говорить старший, но Чонгук прикладывает к его губам палец, остановив. — Позже, — макнэ зарывается рукой в черные волосы, прижимаясь к губам Чимина. — Гукки, подожди, — парень упирается ладонями в его плечи. — Послушай меня. Чон нехотя отстраняется, изогнув в ожидании бровь. — Я наконец понял все, Чонгук-а, — Чимин уверенно смотрит на него. — Я люблю его. — Кого? — Тэхёна. Для Чонгука это был удар в самое сердце. У младшего губы задрожали, и глаза забегали. — П-подожди, Чимин, я же… — Прости, но если бы не ты, я бы никогда не смог встретиться с Тэ. Поверь, я очень благодарен тебе. Ты спас меня, показал другую сторону жизни. Чонгук лишь кивнул в ответ, понимая, что битву проиграл. Тэхён снова забрал все себе, оставив его ни с чем. Младший чувствует себя неудачником, но почему-то рад за Чимина, хотя в нем все еще живут те чувства к маленькому Паку. Получается, все это время он любил неправильно. Макнэ осознал, что настоящее проявление любви отличается от принадлежащей ему. Дело не в том, чтобы просто любить и целовать, когда захочется. Нужно ещё и заботиться о своём любимом, защищать. — Тогда позволишь мне подарить тебе кое-что? — внезапно спрашивает Чонгук, улыбнувшись. Чимин неуверенно кивает. Чонгук расставляет свои руки по обе стороны от его головы, берётся за острый подбородок и целует на удивление очень даже нежно, без привычной власти и страсти, какой раньше был окутан с головой. Пак стоит в шоке, как статуя, и, когда Чон наклоняется к его уху, слышит: «Запомни его. Это последний раз, когда мы целуемся.» Младший уходит, чуть понурив голову, оставив на припухших губах Чимина чувства, которые никогда не были взаимными, и извинения за свои действия.

***

— Ты долго, — протянул Тэхён, когда Чимин зашел в комнату, но увидев, что того гложет чувство вины, не смело спросил. — Ты как? Все в порядке? — Со мной да, но вот Чонгук, — Пак плюхается на диван, потирая виски. — Если честно, мне было больно смотреть на него, когда отказал. Он выглядел таким…побитым. — Ты был таким же, пока не встретился со мной, — ответил Тэ, сев рядом с черноволосым и положив руку ему на плечо. — Но я не хочу, чтобы он страдал, — возразил Чимин. — К тому же все произошло лишь благодаря Чонгуку. Ким поцеловал Чима в уголок губ, притягивая к себе за талию. Пак кладет голову к нему на плечо, и Тэхён переплетает с ним пальцы. — Он поймёт, — шепчет. — Чонгук не из тех людей, кто будет находится в депрессии, — нажимает на хрупкие плечи черноволосого, заставляя того лечь, и нависает сверху. — Ой, а чем это вы тут занимаетесь? — внезапно раздается удивленный голос Хосока. Чимин и Тэхён тут же поворачивают головы в сторону стоящего в проходе растерявшегося Чона-старшего, которого спустя пару секунд толкнул в комнату недовольный Юнги со словами: «Че, как баран, впёрся?» — Эээ, я что-то пропустил? — из-за двери показалась голова широко улыбающегося Джина (прим. Автора: опять падла чё-то замышляет!). — Ммм, у кого-то будет секс, — ухмыльнулся Намджун, повторив действия Сокджина, только голова его располагалась чуть выше. Чимин, залившись краской, оттолкнул Тэхёна от себя, подправив съехавшую так не вовремя кофту. — Н-ничего у нас не было, — воскликнул он. — П-просто Тэ упал на меня. — Ага, и каким же образом? К тому же как его рука оказалась у тебя под кофтой? — неверующе произнес Джей-Хоуп. — Э? Хоби-хен, не придумывай, — встрял рыжий Ким. — У меня руки по обе стороны от его головы были. — Хо, отстань от младших, — Рэпмон хлопнул парня по плечу, проходя в комнату вслед за Мином, а за ним и Джин, таращась на смутившуюся парочку, а именно, на Чимина, из последних сил старающегося не упасть в обморок, и Тэхёна, чьё лицо сливалось с цветом волос. — А где Чонгук? — спросил Юнги, оглянувшись, Чимин закусил губу. — Меня ищем? — откуда ни возьмись появляется макнэ. К удивлению Чимина и Тэхёна, Чонгук выглядел, как обычно, разве только глаза были покрасневшими, будто макнэ несколько минут назад молча пустил слезу. — А я тут напитки принёс, — улыбнулся самый младший, держа в руках семь стаканов с вишневым соком. — Ты вовремя, Чонгук-и, у меня как раз в горле пересохло, — радостно воскликнул Хосок, и все остальные засомневались в его возрасте, мысленно дав ему десяток, вместо двадцати двух лет. Чимин неспешно попивал сок из своего стакана, изредка смотря то на Чонгука, то на Тэхёна. Последний тоже смотрел на макнэ, которому от пристальных взглядов 95-лайн стало не по себе. — Я вот тут подумал, никто не хочет сходить в дом ужасов? — усмехнулся Юнги, посмотрев на вздрогнувшего Хосока. — О, я хочу! — ответил Тэхён. Намджун и Джин также согласились. С Чонгуком тоже все понятно, младший любит подобные развлечения, с выбросом адреналина в кровь. А вот Чимина такая идея совсем не обрадовала, ровно как и Чона-старшего. — Эээ, р-ребят, я не думаю… — хотели было возмутиться Пак и Чон, но их прервал громкий голос Намджуна. — Ну вот и отлично! Тогда курс на дом ужасов! — Да! — радостно воскликнули все. — Неееет! — жалобно протянули где-то забившиеся в угол комнаты Чимин и Хосок.

***

У Чимина сердце в пятки готово было уйти при виде внешнего вида здания, больше похожего на заброшенное. Хосок нервно посмеивался рядом с ним, облокотившись о плечо черноволосого. — Чим, давай сбежим, — тихо молвил Хоуп парню на ухо, чуть не плача. Пак молча кивает, соглашаясь. — В общем, — появляется из ниоткуда аниматор, отвечающий за дом ужасов. — Вы можете разбиться на пары, если хотите. Ваша задача — пройти все комнаты и найти выход. Постарайтесь не упасть в обморок. Удачи, — и исчез так же, как и появился. — Чур я с Чимином, — воскликнул Тэхён, в мгновение ока оказавшись позади Пака и схватив его за руку. — Я с Джуном, — сказал Сокджин. — В случае, если на меня прыгнет какой-нибудь монстр, Намджун защитит меня. — Я пойду один. А Чонгук пусть с Хоупом, — зевнул Юнги. — Если никто не против, то давайте решим, кто пойдёт первым? — Мы, — поднял руку Рэпмон и, набрав побольше воздуха в лёгкие, отправился вместе с Джином в дом. Остальные прислушались. У Чимина немного руки замерзли от страха, но Тэхён начал греть их своими, вызвав у всех удивленные взгляды. Чи прячет лицо за волосами и слышит первые крики Джина, громкий возглас Намджуна и, кажется, треск (прим. Автора: надеюсь, не костей). Спустя пять минут, Рэпмон выходит из комнаты с дергающейся бровью, за ним такой же, только с двумя бровями, Сокджин. — Ну как? — спросил дрожащим голосом Хоби. — Будет не интересно, если расскажу, — сказал Сокджин, улыбнувшись. — Окей, мы пошли, — Чонгук потянул остолбеневшего Чона за рукав кофты в дом. — Неееет, я не хочу! А если меня Кондратий хватит?! — начал сопротивляться Хосок, но макнэ все-таки затолкал его в дом, заливисто смеясь. Все прислушались. Крики Хосока раздались по всему городу. Чонгук, наверняка, потерял слух, однако его криков не было слышно. Хо буквально выбежал из дома, напугав своим видом мертвеца остальных. — Я жив! — воскликнул парень, бросившись со слезами на Чимина, который чуть не упал на землю. — Это было так страшно! — Хосок-хен, слезь с меня, пожалуйста, мне тяжело. Юнги спокойно зашел в дом и быстро вернулся, зевнув. — Вообще не страшно, — ответил Мин, а затем посмотрел на оставшуюся парочку. — Идите. Только аккуратнее, в доме достаточно темно и можно упасть. — Оу, это так мило, Юнги-хен заботится о нас, — съехидничал Тэхён. Парни зашли в дом и тут же огляделись. Как Шуга и говорил, здесь было темно. — Держись ближе ко мне, — произнес Тэхен, прикрывая собой Чимина. — Х-хорошо. — Боишься? — Немного, — признался Пак, прижимаясь к его спине. — Никогда такого не любил. Пойдём быстрее. Парни двигались не спеша, потому что все время натыкались на выскакивающих из мрака монстров, которые, вместо того, чтобы пугать Тэхёна, хватали Чимина то за руки, то за ноги. А это, кстати, совсем не нравится Тэхёну, ведь Чимин — действительно лёгкая мишень — пугается всего, что движется. Черноволосый пусть и не кричал, как Хосок, но, когда пугается, то зажмуривает глаза, что выглядит со стороны очень мило. Особенно, если в уголках глаз скопились слезинки. Правда в темноте этого не было видно, но Тэхён нутром чувствовал, что что-то произойдёт. Они прошли уже половину дома, и тут рыжий заметил, что его рука уже не держит ладонь Чимина, и оглянулся. Черноволосого нигде не было. — Минни?

***

Чимин шёл позади Тэхёна, как вдруг его привлек внимание свет в конце коридора, мимо которого они проходили. Парня обрадовало, что хоть где-то в тёмном помещении есть освещенный уголок. К тому же, вероятнее всего, здесь может быть выход из здания, поэтому Пак двинулся туда, уверенный, что находится в шаге от спасения. Но за дверью оказалась другая дверь, за которой находится место, похожее на чердак. Чимин зашел в пыльную комнату, оглянувшись. — Душновато тут. Дверь за парнем захлопнулась. Чимин ещё раз огляделся и, не найдя никаких потайных входов, решает вернуться. Но, вот незадача, дверь не открывается. — Что такое? Почему? — воскликнул Чи, пару раз пнув ногой дверь. Свет на чердаке внезапно замигал, а потом выключился, и комната погрузилась в кромешную тьму. — О нет, кто-нибудь! Тэхён, Тэхён! Вытащи меня отсюда! Чимин всегда скрывал, что до жути боится темноты. Пак продолжает кричать, барабаня в дверь, и оседает на пол. — Кто-нибудь…пожалуйста… — Чимин всхлипывает, вытирая рукой слезы. Он не хочет быть снова один. — Чимин? — дверь открывается, и вбегает в комнату Тэхён, тут же стискивая плачущего парня в объятиях. — Тихо, это я, все в порядке. Не плачь, малыш. — Дверь, Тэхён, дверь держи! Ким вопросительно посмотрел на Чи, но, как только до него дошло, дверь захлопнулась. — Ой. — Ты нас запер! — прокричал Чимин. — Теперь нам не выбраться. — Минни, не кипятись, я что-нибудь придумаю, — виновато улыбнулся Ким, ловко перехватив кулаки черноволосого, целившиеся в его грудь. Чимин обиженно шмыгнул носом, сложив руки на груди, но услышав, как что-то треснуло рядом с ним, вздрогнул, и прилип к груди рыжего, случайно запутавшись в собственных ногах и повалив на пол Тэхёна. — Вай, Чимин, ты тяжёлый, — Тэхен откинул голову назад и попытался убрать руку парня со своего паха, но только усугубил свое положение, потому что Чимин как раз опирался на нее и, потеряв опору, утыкается носом парню в шею, болезненно простонав. Ким попытался двигаться. — Тэ…колено, — охнул Пак, зажмурившись. И вправду, острое колено рыжего упиралось черноволосому в промежность, а это, кстати, у всех парней, как минное поле. Одно неосторожное движение, и произойдёт взрыв. — Ой, прости. Черт, Чимин, ты тоже не двигайся. — Что такое? И тут Чи чувствует, как что-то в бедро упирается ему, твердое. — Эм, Тэхён-а, это случайно не то, о чем я думаю? — неуверенно предположил Пак. — Д-да, прошу тебя, не двигайся, — взмолился Тэхён. — Тогда что нам делать? — Эм, сидеть так. — Но мне неудобно. Тэхён лишь фыркает. Да, не вовремя же он возбудился. И это вовсе не от похода в дом ужасов, а потому что Чимин сейчас к нему близко-близко и такой беспомощный. Но, учитывая, в каком положении сейчас Ким, то можно сказать, что оба парни беспомощны.

***

— Что-то младших не видно и не слышно, — задумался Намджун. — Потерялись что ли? — Но там только прямо надо идти, — опроверг его предположения Сокджин. — Остальные комнаты так, для вида. — Но там и пораниться можно, — добавил Чонгук. — Когда Хоби-хен кричал мне в ухо и отвлекал, я все время натыкался ногами на выпирающие палки. — Если они в ближайшие пять минут не выберутся, то я пойду за ними, — проговорил Юнги.

***

Блеск. Мы заперты, находимся в абсолютной темноте, не можем двигаться. Что дальше по очереди? Внезапная остановка сердца или смерть от недостатка кислорода? — Тэхён-а, у меня тело затекло, — Чимин решил поиграть в маленького ребёнка. — Сделай что-нибудь, или я сам все сделаю, только по своему! А Тэхёну и плохо, и хорошо одновременно. Плохо, что тело болит, и хорошо, что Чимин ему подходил по всем параметрам. Он нашёл его маленький рост подходящим для себя. Эти широко раскрытые глазки напротив, как омут бездонный, завлекают к себе, и противиться им как-то не хочется. — Черт, я даже себя в этой кромешной тьме не вижу, — хмыкнул Чим. — Тэхён-а, не молчи! Вот только Ким был полностью окутан собственными мыслями. — Тэ, — Чимин испуганно копошится, пытаясь встать. И ему это удаётся, вот только споткнувшись о что-то, лежащее на полу и похожее на кирпич, парень падает снова, в этот раз приземлившись на пятую точку. — Ай! — Минни, ты в порядке? — громкий возглас Чимина вывел Тэхёна из раздумий. — Ты куда пропал? — Паук! Тэхён-а, сними его с меня! Рыжий легко нащупывает в темноте тушку Пака, заливисто смеясь и притягивая к себе вопящего паренька. — Тэхён-а, он мне под кофту залез! — Успокойся, это моя рука. — А что она там делает? — Изучает, — Ким наваливается на Пака сверху, облизнувшись. — Минни, я очень хочу попробовать…можно? — Сначала паука убери! — Нету его, и с чего ты взял, что он на тебе? — Что-то ползало по моей руке… — от этих слов Тэхён прыснул. — Эй, что смешного?! Чимин приподнимается на локтях, собираясь укусить хохотущего парня за плечо, но рыжий, среагировав быстрее, внезапно чмокает его в губы, продолжая смеяться, и черноволосый резко меняет свое решение смущенно отведя взгляд. И пусть в темноте этого не видно, можно было услышать участившееся дыхание, обычно когда Чимин смущается. — Так что ты хотел попробовать? — облизнув губы, неуверенно спросил Чимин. — Ммм, тебя, немножко. Всего лишь шейку, — невинно улыбнулся Ким. — Э? Я тебе что…ах! Тэхён прикусывает нежную кожу чиминовой шеи, вырвав у того удивленный вздох, а потом зализывает место укуса. Чимин жмурится, вздрогнув всем телом, и вцепился пальцами Тэхёну в плечи. — Прости, я, кажется, слишком сильно укусил... — Все в порядке, — качнул головой Чимин, шумно выдохнув. — Так вот что ты имел ввиду под словом «попробовать». — Тебе не понравилось? — Что? Нет, просто это немного неожиданно. Можешь повторить? — Без проблем, но знай, я еле сдерживаюсь, чтобы не зацеловать тебя. — Сейчас ты очень похож на Чонгука, — фыркнул Пак, ощущая, как Тэхён начинает водить носом за ушком, постепенно спускаясь ниже. — Чонгук тоже хороший парень, но он ещё ребёнок и толком не разбирается во всем этом, беря пример со всяких фильмов и книжек, — ответил Тэхён, зарываясь пальцами в черные волосы. — У меня уже есть опыт, поэтому я всегда буду защищать тебя, — Чимин задерживает дыхание, чуть склонив голову набок и подставив шею. — Ммф...ах! — черноволосый сжался. Он никогда не возбуждался от подобного, уже отвык от поцелуев, но сейчас, кажется, у него повысилась чувствительность. Чимин всегда был личностью, имеющей немало эрогенных зон. А Тэхён нашёл ещё одну под подбородком, кусает несильно, и парень под ним начинает дрожать. И рыжий бы сделал так ещё раз, но дверь идеально так вышибают с ноги, и на пороге, сложив руки на груди и с видом, а-ля кто-то сейчас получит в ебало лицо, стоит никто иной как Мин Юнги. — Значит вот как. Мы тут волновались, места себе не находили, а вы тут, оказывается, недетскими играми занимаетесь, — зарычал Шуга. — Хён, все не так! — испуганно пролепетал Пак. — Дверь захлопнулась, и мы не могли её открыть! — А с ноги не пробовали, или вы такие неженки? — продолжал Юнги, насупившись. — Целые полчаса! Хоупа чуть инфаркт не взял, когда вы пропали. — Но нашлись же, — улыбнулся Тэхён, а зря, подзатыльник получил. И, когда трое вышли из злосчастного дома, было принято решение, что на сегодня приключений хватит. Особенно для Чимина, прикрывающего ладонью алеющее пятно на шее.