Глава вторая
27 октября 2016 г., 13:33
Приземление хоть и пришлось на твёрдые ноги, но ощущения были ещё теми: желудок неимоверно скручивало, голова словно превратилась в квадратную коробку, которая была готова вот-вот разорваться на части, а в глазах темнело, стоило сделать хоть малейшее движение.
Гермиона отпустила Малфоя и рухнула на землю практически без чувств. Он, последовав её примеру, опустился рядом, тяжело дыша. Сердца обоих бились сильно и громко. Наверное, только сбитое дыхание и удары сердец расходились гулом меж кронами высоких деревьев. Сильно пахло хвоей. Чувствовался ярко выраженный запах, что Драко даже поморщился и осмотрелся. Тёмное, затянутое тучами небо возвышалось над ними, как потемневшие от времени доспехи воина, который вот-вот занесёт ржавый меч и промахнётся — дождя не обещали.
Над ними разрослось внушительных размеров дерево пихты. Одна из её шишек опустилась рядом с ладонью Гермионы с тихим стуком. Дыхание Грейнджер восстанавливалось, но глаза ещё были прикрыты, в голове без конца прокручивалось ощущение страха.
Взгляд Малфоя впился в маленького чёрного паука, лапы которого вытянулись и с ловкостью пробирались к тонким бледным пальцам. Драко сел, отряхнул иссохшие листья, хаотично налипшие на его плотную чёрную мантию. Он посмотрел на Гермиону и хмыкнул.
— Так и будешь валяться? — спросил, окончательно поднимаясь на ноги. — Расскажи, где мы, и?..
— Отстань от меня, — быстро ответила Грейнджер, по-прежнему не раскрывая глаз.
Драко недовольно вздохнул, засунул руки в карманы мантии и не спеша, осматриваясь, прошёл метров десять по прямой. Он постоянно оборачивался, дабы не потерять Грейнджер из виду. Ему не хотелось, чтобы назойливая девчонка оставила его одного невесть где.
Высокие стволы деревьев окружали Малфоя, а верхушки можно было разглядеть, лишь задрав голову, как можно выше. Под ногами трескались ветки, и Драко показалось, что этот звук напоминает треск угля и сожжённой бумаги в камине. Он остановился и перенёсся на много месяцев назад, когда отец присылал письма, а мысли о неверном пути в его жизни подогревали душу всё сильнее. Казалось, что Драко вновь стоял возле камина, сложив руки в карманы, и наблюдал за тем, как надежды Малфоя-старшего рушились раз за разом. Воздух на секунду стал прогретым, а нос больше не чувствовал приторного запаха хвои. Малфой снова был в Хогвартсе, и не было ничего того, что произошло немного раньше, буквально десять минут назад. Всё как раньше, но…
— Малфой!
Он обернулся. Грейнджер стояла в несколько метрах от него и выжидающе смотрела. Резинка с её волос исчезла, и поэтому причёска а-ля «я расчёсываюсь, но всё без толку» вернулась в свои владения.
— Куда ты нас притащила? — вскрикнул он в ответ, идя навстречу.
Драко остановился в паре шагов от Гермионы, смотря в её глаза. Она молчала, с упрямством глазея на него в ответ. Ей бы самой хотелось знать, где они. Тяжко вздохнув, она ответила:
— Я не знаю.
— Прекрасно, — пожал плечами, а затем обошёл её и устремился в противоположное направление.
— Видимо, я плохо сконцентрировалась, — она направилась вслед за ним. — Но если ты желаешь избавиться от такой компании, как я, то я не буду против, — невинно улыбнулась, обогнала Драко и встала перед ним.
Он остановился в шаге от Гермионы, просовывая руки в карманы, пытаясь согреться.
— Где мы должны были оказаться?
— В нашем лагере. И проблема в том, что я не помню, как выглядит место хотя бы поблизости.
— И что делать? Слоняться чёрт-те где? Ты хоть знаешь, куда идти?
— Я не очень-то хочу идти с тобой, Малфой, — недовольно произнесла она. — Думаю, что ты помнишь о наших личных отношениях…
— Я помню, Грейнджер, — и вновь усмешка, — но мне нужно скрыться от отца. Вдруг посреди дороги ко мне в голову придёт прекрасная мысль, и я избавлю тебя от своего общества?
— Хорошо, — прикрыла глаза, — я знаю, в какую сторону идти и примерно помню места. Я проведу тебя, но только при условии, что ты прекратишь вести себя так, как ведёшь всегда. В противном случае скину как ненужный балласт и даже о содеянном не пожалею.
Их взгляды соприкоснулись на губах, поднялись к щекам, прошлись по крыльям носа, медленно очертили скулы и вернулись сначала к серым, а затем к карим глазам. Этот неловкий жест заставил Гермиону встрепенуться, развернуться и поднять с земли рюкзачок. Она села на сухую траву, расстегнула замок и принялась снимать мантию.
— Не стесняешься? — надменно произнёс Малфой, наблюдая за ней.
— Не думаю, что ты придёшь в ужас при виде свитера и джинсов, так? — без эмоций сказала Гермиона, не отвлекаясь от своего занятия.
Она бросила мантию в рюкзак, сменила её на куртку, достала ещё одну, только мужскую, и протянула её Драко. Он нахмурился, а она устало произнесла:
— Ты хочешь замёрзнуть?
Малфой всё же надел куртку с привычной на лице брезгливостью. Гермиона только покачала головой, улыбаясь.
Через несколько минут на плечах Грейнджер уже был привычный рюкзак. Она приняла привычный воинственный вид и ускорила шаг, направляясь в глубь леса. Малфой постоял ещё с пару секунд, а вскоре выдвинулся за ней.
***
Бескрайние просторы уже давили на сердце и голову. Идти с каждым шагом становилось всё сложнее из-за усталости и боли в ногах, которая снималась лишь остановкой, и то на пару секунд. Гермиона нередко отставала от Драко и порой даже кричала ему вслед, чтобы он подождал её. Сам Малфой сначала был окрылён идеей о скором «очищении» от отца и всех его грязных дел, в которых он и вправду был по самые уши, но когда усталость приливом ударила в ноги, всё вдохновение испарилось, и захотелось рухнуть прямо под деревом и поскорее заснуть. — Когда стемнеет, нам нужно устроиться на ночлег, — еле произнесла Грейнджер, хватаясь за очередной ствол ели. — Может, сделать это чуть раньше? Ты, я смотрю, через пару мгновений воспрянешь духом и двинешься в путь. — Мы же договаривались, что ты прекратишь так себя вести, — прошипела она и выпрямилась, словно злость помогла «воспрянуть духом». Малфой собирался было сказать пару слов в своё оправдание, но Гермиона буквально пролетела мимо него. Они снова двинулись в путь. Взгляд Драко пробежался по силуэту Гермионы. Мешковатая куртка выглядела на ней забавно, но как-то по-домашнему. Её волосы частыми волнами расходились по спине. Их порой приподнимали порывы холодного ветра, из-за чего в кончиках пальцев Малфоя расходилось неприятное покалывание. Он не понимал, почему ладони хотелось дотянуться до этих самых кудрей. Взгляд плыл ниже, достигая потерянной в куртке талии, не особо приметных бёдер и худощавых ног. Вдруг глаза задержались на руке, а точнее на пальцах, по которым сочилась кровь, оставляя следы на земле. — Грейнджер. — Если ты хочешь оскорбить меня снова, то простите, слушать не стану, — пробурчала она в ответ. — У тебя кровь идёт, идиотка. Это заставило её остановиться и поднять руку, а затем удивлённо вскрикнуть. Малфой закатил глаза и поравнялся с ней. Грейнджер быстро стянула с себя куртку и закатала рукав свитера. Царапина, которую приметил Малфой, была совсем не царапиной: слишком сильно кровоточила и выглядела, как глубокий порез. Кожа руки побледнела, впрочем, как и сама Гермиона, а вены начали проступать чуть больше. — Может, в твоём рюкзачке найдётся что-то, что может остановить кровь? Вдруг надменный тон Драко куда-то исчез, и он с интересом начал рассматривать рану, которая с каждой секундой кровоточила всё больше. Грейнджер присела у ближайшего дерева, раскрыла сумку и попыталась что-то достать оттуда. Покряхтев, она отбросила её и прижала ладонь к ране. Малфой, поразмыслив, опустился рядом с ней и залез в рюкзак. Вытянул оттуда бинт и поднял его вверх, спрашивая. Она пораженно, но всё же кивнула. — Есть чем обеззаразить? — Там маленький флакончик, — еле произнесла Грейнджер, смотря на рану. — Думаешь, смогу найти маленький флакончик в твоей дамской сумочке? Он прошерстил рукой внутри, пытаясь ухватить нужный предмет. — А как же акцио, Малфой? Или ты пропустил четвёртый курс? — проговорила она, усмехаясь. Драко замер, не смея поднимать глаз. До него вдруг дошло. Дошло то, что он чёртов идиот, пытающийся заигрывать с грязнокровкой. — Хотелось повеселить тебя, грязнокровка, — привычный тон вернулся и мигом избавил Гермиону от усмешки. Он бросил в её руки флакон, применив заклинание перед этим, швырнул сумку под дерево и поднялся на ноги. — Надеюсь, ты не истечёшь кровью. Я не хочу блуждать тут один, как сумасшедший. С этими словами Малфой двинулся вперёд. Кулаки сжались и побелели, а сердце забилось в стократ сильнее из-за злости и смущения, которое покрыло его бледные щёки. — Идиот. Он повторил это десять раз вслух, а на одиннадцатый остановился, обернулся и понял, что ушёл слишком далеко. Грейнджер нигде не было видно. Это кольнуло под рёбрами, заставляя Драко сделать маленький и неуверенный шаг вперёд. «Без неё дороги не найду. А куда мне ещё податься?» — рассуждал он, делая ещё шаг. — Ох, Мерлин, — устало прошипел Малфой и уверенно и быстро направился к тому самому дереву, где должна сидеть Грейнджер. Он дошёл до места, на котором оставил Гермиону, и собирался было высказать ей всё, но быстро захлопнулся, когда никого не увидел. Взгляд заметался. Он стал искать её, осматривая все близлежащие пихты. Драко даже заглянул наверх, словно Гермиона могла добраться до верхушек. Он трусцой побежал вперёд, всё так же внимательно осматриваясь. Драко только собирался позвать её, как вдруг раздался крик откуда-то снизу. Ни секунды не раздумывая, Малфой бросился на визг. Совсем недалеко был спуск, по которому Драко проехал коленками, но быстро поднялся и оказался на берегу озера. На камнях, недалеко у воды, сидела Грейнджер и весело смеялась, смотря вниз. Злость и облегчение одновременно легли на грудь Малфоя. Он опустил глаза и зашагал к Гермионе, собираясь выпустить пар и яд. — Какого?!.. Грейнджер шикнула, останавливая его. Драко проследил за её взглядом. Её ладонь была опущена в воду, совсем недалеко от песка, вокруг неё кружили мальки рыб. — Неужели им всё ещё тепло? — совсем тихо произнесла она, вытягивая руку дальше. Рыбки последовали за ней и создали небольшое кольцо, чем рассмешили Гермиону вновь. И опять. Опять эта искренняя улыбка, которая опять была адресована не ему. Захотелось залететь в воду и разогнать этих чёртовых рыб. Драко досчитал до десяти, а затем совершенно спокойно и холодно сказал: — Может, приобщимся к природе в другой раз? Я думал, мы ищем лагерь шрамоголового вождя. Грейнджер лишь фыркнула и поднялась, разгоняя стаю рыбок. Они уплыли вверх по течению, вызывая у неё печально-мечтательный взгляд. Но как только она повернулась к Малфою, он пропал и осталась лишь неприязнь. — Мы шли практически весь день. Я уже ног не чувствую, — пожала плечами, подхватила рюкзак и направилась дальше от воды. — Тем более уже темнеет. Разобьём лагерь, поужинаем. У меня есть немного еды. Драко проследовал за ней. — Ты разведи пока костёр, а я достану еду. У меня есть лишь плед, так что придётся спать практически на голой земле. — Я не буду спать. — Я не задушу тебя во сне, Малфой, и не сообщу твоему папочке. Мне не нужно, чтобы ты завтра тащился где-то позади. Чем быстрее мы доберёмся до Гарри, тем лучше. — Ты намекаешь на то, что мне не надо тащиться позади, как тебе сегодня? — сложил руки на груди. — Умно, — она хмыкнула и опустилась на колени, открывая рюкзак. За короткое время Малфой соорудил огонь, применив Инсендио, а Гермиона достала пару свёртков с едой и расстелила плед, который, к сожалению, был один, зато немалых размеров. — Скудный ужин, Грейнджер, — заметил он и уселся на самый край пледа, подальше от Гермионы. — У меня есть ещё пара, но оставлю на завтра. Это лишь половина пути. — Так ты вспомнила? Может, перенесёшь нас ближе? — с надеждой в голосе спросил Малфой. — Я помню лишь это место, — отрицательно покачала головой и раскрыла свёрток. Гермиона отломила небольшой кусочек хлеба и медленно разжевала его, пытаясь насытиться. Малфой наблюдал за её шеей и пальцами, на которые уже осели крошки. Её пухлые губы медленно раскрывались, а затем медленно закрывались, вводя его в оцепенение. «Хватит. Хватит на неё смотреть», — подумал он, покачав головой. Драко оторвал взгляд от Грейнджер. Он резко схватил свёрток, раскрыл и принялся быстро есть. Ему ужасно хотелось просто поесть и уснуть, чтобы хотя бы на несколько часов забыться. — Почему ты ушёл от отца? Что тебя побудило к этому? Драко с трудом удержался, чтобы не закатить глаза. Он не стал смотреть на неё, чтобы снова не встрять и не выставить себя круглым идиотом. — Я не буду изливать тебе душу. Думаешь, раз я пошёл на твоём поводу… — На моём? — возмущённо прервала она. — Я спасла твою дорогую малфоевскую шкурку и ничего за это не попросила. — Я тоже спас тебя, если ты не забыла, — гаркнул он, сминая бумагу и бросая её в огонь. — А я спасла тебя трижды. Так что ты мне должен, Малфой. Прекрати так себя вести. — Пошла к чёрту. Не смей наставлять меня. — Я же просила тебя! Неужели так сложно попытаться стать нормальным человеком? — вскрикнула, взмахивая руками. — Да? А какой человек нормальный, по твоему мнению? Поттер? Или этот рыжий придурок? А, может, ты считаешь себя нормальной? Заучка, которая вечно таскается за Поттером и вытягивает его из говна. Ты идиотка, а не спасительница, Грейнджер. И порой ты меня так бесишь, что я готов тебя задушить. Гробовое молчание провисело лишь пару секунд. Гермиона вдруг схватила его за запястье, резко рванула на себя и прижала руку Малфоя к своему горлу. Его глаза округлились. — Давай, — твёрдо произнесла она, сжимая запястье всё сильнее, — если пойдешь по прямой и свернёшь лишь один раз, то выйдешь к лагерю. Давай, Малфой. Покажи, что ты такой же, как и вся твоя семейка. Чёртовы убийцы, не знающие любви и тепла. Я… Он больше не мог это слушать. Жгучая ярость, дымом проникающая сначала в лёгкие, затем в низ живота, поднялась опять и остановилась у кончиков пальцев. Малфой сжал её горло сильнее, а потом рванул на себя и вниз, уложив Грейнджер на плед. Он сел сверху и нагнулся так близко, что его нос соприкасался с её щекой. Сердце билось в такт его мыслям – яростно и дико. Казалось, ещё несколько секунд, и он сделает то, чего... Он не обещал. И в мыслях не было задушить её. Сдавить её горло руками, смотря в глаза, из которых утекает жизнь. Нет. Это не его удел. Это не он. Точно не он. Он видел её запуганный взгляд. Каштановые волосы местами растрепались по песку. Пухлые губы были приоткрыты и заманивали к себе, словно это был лакомый кусочек из свёртка. Малфою хотелось надавить на них, раскрыть. — Я – не мой отец, Грейнджер. Я не стану марать о тебя свои руки. Я буду мучить тебя всю твою жизнь. В твоём сознании, понимаешь? — его голос сорвался и перешёл на хрип. — Больной псих. Тебе лечиться надо, Малфой. Чем тебя в детстве пытали? Это должна была быть насмешка. Это не должно было быть уколом в самое сердце. Его выражение лица поменялось. Злость отступила и осталось лишь отчаяние, заполняющее его всего. — Круциатусом, Грейнджер. Он отпустил её и отполз назад. Гермиона лежала, тяжело дыша. Она сжимала ткань пледа. Её пальцы побелели. Малфой поднялся, отряхнул брюки и пошёл прочь.***
Драко раскрыл глаза. Он обещал себе не спать, но заснул недалеко от воды. Вот почему ночью было безумно холодно. Даже чёртова куртка не согрела его, и все кости ломило. Малфой поднялся с земли. Вся одежда и волосы забились песком. Промычав, он направился к воде. Зачерпнув в ладони ледяной воды, он быстро умылся, пытаясь раскрыть глаза. «А может, она уже ушла?» — пронеслась мысль в его голове, и он неосознанно ускорил шаг. Он дошёл до их ночлега и остановился в нескольких метрах. Грейнджер, завернувшись в плед, спала у потухшего огня. Были видны лишь её спутанные волосы и длинный нос, который она немного прикрывала ладонями. — Кто-то в тепле, положив ручки под голову, а кто-то на холодной земле, в чёртовом песке. Утречка, Грейнджер. Он нагнулся и небрежно потормошил Гермиону за плечо, отчего та недовольно покряхтела. Он потормошил её вновь, а затем с силой спихнул с пледа и укрылся сам. Гермиона сначала удивленно раскрыла глаза, а затем, увидев обидчика, недовольно покосилась на него. — А я уже обрадовалась… Подумала, ты ушёл. Она поднялась на ноги, отряхнула одежду и поправила волосы. Драко усмехнулся и на мгновение прикрыл глаза из-за блаженной теплоты пледа. — Не надейся. Нам пора выдвигаться в путь. Если ты сказала, что это половина пути, то осталось пройти столько же? — Возможно, — пожала плечами и направилась к воде. Вскоре они покинули реку и отправились в путь. Тишина сопровождала их долгое время. Гермиона уверенно шла вперед, порой спотыкаясь, чем вызывала у Малфоя усмешку. Сам Малфой порой глубоко уходил в свои раздумья, перемещаясь на многие месяцы, а порой годы назад. Он всё размышлял о своей семье, в частности о Люциусе. Когда он разочаровался в нём из-за невыполненного задания Тёмного Лорда. Когда он запер его, схватив за шкирку рубашки, потому что Драко захотел отречься от всего того, что творил отец. Люциус так разочаровался в нём, что в глазах угасла даже та самая неприязнь, сопровождающая Драко долгие годы. Теперь Люциус не был похож даже на того Люциуса. Он стал чем-то более тёмным. Пустым. Солнце давно вышло из-за горизонта и теперь надоедливо светило Малфою в глаза. — Хоть бы грело, — недовольно пробурчал он и переступил через ветку. — Хоть бы дождь не пошёл, Малфой, — пробурчала Гермиона и прошла мимо него. — А то твоя шёрстка намокнет, и ты будешь походить на крысу. — Смотрю, мы разговорились, Грейнджер? Ты бы лучше свою мозговую деятельность направила на воспоминания. — Я стараюсь, Малфой. — Я вижу, — гаркнул он. Опять тишина. Вверху пролетали птицы. Приземляясь в свои гнёзда, они запевали то печальную, то весёлую мелодию. — Как думаешь, здесь есть кто-то, кроме нас? — раздался вдруг голос Малфоя, нарушивший часовую тишину. — Конечно, — она повернулась и остановилась, — твоё самолюбие и эго. — Ох, как смешно. Сразу видно – подружка Поттера. Гермиона скривилась в ответ и зашагала вновь. Через несколько минут они вышли на пустую поляну. Грейнджер села посередине, подставляя лицо под тёплые лучи, и принялась разминать ноги. Малфой присел рядом, выдохнув. — У тебя есть вода? Она сбросила с плеч рюкзак и кинула его Малфою. Он раскрыл его и собирался прошептать заклинание, как вдруг раздался чей-то рык, а затем заливистый смех. Их руки и ноги словно вросли в землю, а сердца забились с небывалой от страха силой. Гермиона подскочила, собираясь бежать, но Драко утянул их обратно. Он достал палочку и указал на приближающихся пожирателей. Гермиона схватила парня за запястье и прошептала: — Каве Инимикум. Малфой в точности повторил сказанное. Они оба старались не дышать, когда пожиратели ступили на поле. Но это были не совсем пожиратели. Егеря. Мерлин, ещё круче. Сивый и Струпьяр. Уже ледяные пальцы Грейнджер сжимали такие же ледяные пальцы Малфоя. Они смотрели лишь прямо, совершенно позабыв о разногласиях. Теперь они точно были в одной упряжке. Весёлые и беззаботные егеря приближались прямо к Гермионе и Драко, переговариваясь о том, как будут убивать волшебников. Малфой готовился уже отвечать самыми болезненными заклинаниями, а Грейнджер сжимала его руку всё сильнее. — Как же раздражает то, что мы должны искать щенка Люциуса, — сквозь скрежет зубов произнёс Струпьяр. Драко вздрогнул. Гермиона, осторожно повернув голову, посмотрела на него. — Говорят, он ушёл вместе с грязнокровкой. Представь, каким будет куш, — усмехнулся Сивый, почесав запястье. Струпьяр рассмеялся и сел в нескольких метрах от них. Гермиона заметила, как кадык Малфоя задвигался. — Мне кажется, что они совсем близко. Вот-вот и мы схватим их за горло. Кровь в жилах застыла от ужаса. Все краски вдруг перестали существовать. Стало страшно и жутко холодно. — Я уже представил, как буду сжимать шею вонючей грязнокровки, а затем сверну её. Струпьяр буквально брызгал слюной от нахлынувших картин. Из глаз Гермионы полились слёзы. Она плотно сжала зубы, дабы не издать ни звука. Внезапно пальцы Малфоя переплелись с её. Ветер. Грёбаный ветер, который приподнял локоны Грейнджер. Запах учуял лишь Струпьяр и подозрительно присмотрелся вдаль. Драко, заметив это, раскрыл губы и приготовился шептать заклинание. Струпьяр вскочил на ноги и побежал вновь в глубь леса, а за ним и Сивый. Гермиона и Малфой, не теряя времени, бросились вперёд. Они спустились с поляны и побежали в лес. В это время Струпьяр остановился посреди дороги и принюхался к дереву. Запах исчезал, и исчезал он в другом направлении. Закричав, Струпьяр ринулся обратно и остановился на поляне. Всё сошлось. — Они были здесь! — заорал он. — Прямо перед нашим носом! Егеря ринулись вслед, следуя запахам. Малфой бежал без остановки, выжимая из себя все силы. Он постоянно оборачивался, а когда видел Грейнджер, которая бежала чуть позади него, поворачивался обратно и бежал, и бежал. Картинки быстро мелькали перед глазами. Подошва обуви ломала ветки под ногами. Всё слилось воедино, пока полувскрик Гермионы не вернул реальность обратно. Заклятие от егеря пролетело прямо под её ногами. Но она достала палочку и бросила отражающее заклинание. Ещё одно. Грейнджер закрыла голову руками. Драко остановился, схватил её за капюшон и толкнул вперёд. Всё произошло само собой, он даже не задумывался. Малфой поднял палочку, когда увидел егеря совсем близко, и закричал: — Экспульсо! Мимо. Мерлин. Но и заклинание Сивого пролетело мимо и попало в сосну рядом с Грейнджер. Впереди был овраг и развилка, ведущая глубже в лес. Грейнджер бежала ко второму. Малфой повернулся, и заклятие попало прямо в цель – в него. Он успел лишь вскрикнуть, а затем отлетел к оврагу и сжался. Гермиона шокировано остановилась и подбежала к нему и опустилась рядом. Егеря приближались. Совсем близко. — Беги, Грейнджер, — еле произнес Драко, прежде чем она его не послушала. — Конфринго, — грозно сказала Грейнджер, и огонь отбросил Сивого, а вместе с ним и Струпьяра. Она шокировано уставила на последствия взрыва, пытаясь осознать, что только что сделала, но потом быстро переключилась на Малфоя. — Малфой! У тебя рука… Запястье!.. В общем, у тебя что-то сломано, — быстро проговорила Грейнджер. — Что? Мерлина ради. Сделай что-нибудь, пока эти уроды не вернулись. — Будет больно. Не обзывай меня… — Гермиона! — вскрикнул он, перебивая. Её лицо мгновенно покраснело. Гермиона прошептала кроткое «эпискеи» и вызвала громкий крик. — Зато рука в порядке. Вставай, Драко, нам нужно идти, — его имя как-то неровно легло на её язык. Он покряхтел, поднялся и обернулся. Сивый и Струпьяр пластом лежали на земле. Только первый подавал какие-то признаки жизни. Драко и Гермиона помчались в глубь леса, пару раз взглянув на егерей, а когда поняли, что те точно не погоняться за ними, скрылись в темноте сосен.
