Непростая любовь

Утро начинается не с кофе. Оно начинается с маленьких и сладких поцелуев по спине. Начинается довольно рано, но Алека это не волнует. Его волнуют только короткие, сводящие с ума толчки, болезненные царапины по чувствительной спине и оглушительный оргазм. Тело Магнуса поверх его. Горячее и хриплое ото сна дыхание в самое ухо и табун горячих мурашек по всему телу. — Ненавижу тебя, — хрипит Алек, скидывая его с себя и переворачиваясь на спину. Магнус смеется, утягивая его в страстный, мокрый поцелуй. — Врешь и не краснеешь, — шепчет в самые губы. Он быстро отстраняется и поднимается с теплой постели. Алек переводит на него хмурый взгляд. — Куда ты так рано? Магнус на секунду зависает, он разворачивается к парню лицом и нежно улыбается. — Работа, — только и говорит Бейн. Алек знает, как он не любит говорить о своей работе, так что больше вопросов не задает. Он широко зевает и снова зарывается носом в теплую подушку. Его-то работа точно подождет, хотя бы до обеда.

***

Проклиная всех вокруг, Алек медленно открывает глаза. Голова гудит, будто от жестокого похмелья. Он тянется к прикроватной тумбочке и забирает телефон, чья трель разбудила его минутой раньше. Он недовольно морщится, когда видит на экране скрытый номер. Блядская работа. — Да. Гидеон слушает. — Гидеон, мальчик мой, у меня для тебя работа, — грубый голос режет слух. — Вернее не у меня, у моего старого друга, он даже готов заплатить за этого парня десять миллионов. — Алек невольно хмурится. Ему даже интересно, кто этот бедняжка, за убийство которого заплатят аж десять миллионов. — Он наркодилер, из-за него умер единственный сын моего друга и много, очень много, молодых, да и не очень, людей, — зачем-то уточняет шеф. — Это твой последний заказ. Убьешь его и ты навсегда на свободе. Нет, значит, или продолжаешь работать, или мотаешь свой срок в тюрьме строгого режима. Сколько тебе там сидеть? — Алек стискивает зубы, чтобы ничего не ответить. — Фотографию отправлю через несколько минут. Они обговаривают все детали. Алек так же отправляет ему свой новый банковский счет и сообщает, что, как только деньги поступят, объект будет устранен. Он оставляет телефон на кровати, поднимается с нее и сразу же топает в ванную. Холодные капли воды смывают с него прикосновения Магнуса. Алек улыбается, вспоминая утреннее пробуждение, и довольно стонет, представляя, как будет мстить Магнусу за это всю ночь. Про телефон он вспоминает уже после горячего кофе. Он улыбается уголком губ, когда видит новое сообщение от Магнуса. Эти рабочие меня достали, — гласит текст, а под ним прикреплена фотография, где его парень закатывает глаза, изображая самого Алека. Лайтвуд быстро печатает ответное сообщение и открывает следующее. Сердце пропускает удар, а комната начинает вращаться. Алек плотно закрывает глаза и снова открывает их, смотрит на телефон и ничего. Фотография не исчезает. Голова идет кругом и парень садится, чтобы не рухнуть. Он мотает головой. Нет, нетнетнет, черт возьми, нет. Это просто дурацкий сон. Кошмар. Надо проснуться Алек. Ну, же, давай. Просыпайся. Давай! Он снова переводит взгляд на фотографию. Магнус. Господи, Магнус. Как так вышло? Черт возьми! Сердце барабанит о грудную клетку. Слова шефа стучат в голове тяжелым молотком, и Алек швыряет телефон в стену. Он разбивается на мелкие осколки, прямо как его сердце, но в отличие от него не кровоточит. Алек проводит ладонями по лицу и все-таки поднимается с места. Открывает шкаф и вытаскивает оттуда коробку, где хранит пистолет.

***

Магнус возвращается домой поздно вечером. У него почему-то плохое предчувствие, но это скорее всего из-за того, что телефон Алека был отключен целый день, а к домашнему он не подходил вообще. Он открывает дверь, прислушиваясь к звукам. Тишина. Она давит на черепную коробку, угрожая взорвать ее. Магнус слышит какой-то шорох и в доли секунды оказывается в комнате. В темноте он замечает сгорбленный силуэт Алека. Он тянется к включателю и когда в комнате загорается свет, Магнус тут же упирается взглядом на дуло пистолета. Ореховые глаза смотрят на него холодно, отчего у Магнуса по спине пробегают холодные мурашки. Он пытается сделать шаг вперед, но Алек мотает головой, да и ноги, кажется, срослись с полом. — Александр… — Почему ты не говорил мне об этом? Почему ты врал мне все эти месяцы, Магнус? Бейн облизывает губы и снова переводит взгляд на пистолет. Рука Алека не дрожит, будто это не первый раз, когда он держит человека на мушке. — А почему ты молчал? — задает он ответный вопрос. — Я не хотел… не хотел… — Не хотел, чего? — Я любил тебя. Я не хотел, чтобы ты думал, что я монстр, который может убить человека, не моргнув глазом. За деньги, за свою свободу, — шепотом добавляет он. Магнус кусает губу и делает шаг к нему навстречу. Дуло пистолета упирается в его грудь, прямо над сердцем. — Я тоже люблю тебя, Александр. Так, как не любил никогда в жизни. Алек мотает головой, сжимает пистолет так, что пальцы белеют. — Теперь я должен убить тебя. Ты последний объект. Если я тебя не убью, они посадят меня в тюрьму на всю жизнь. Я должен… Магнус улыбается уголками губ и кивает. — Стреляй, — шепчет он одними губами. — Стреляй. Если ты не убьешь меня сейчас, они отправят другого и так каждый раз, пока я не умру. Но вместе со мной они уничтожат и тебя тоже. — Он тянется рукой к лицу Алека, касается нежно, одними подушечками пальцев, вытирает слезы. — Стреляй. Алек закрывает глаза и вдыхает воздух полной грудью. Магнус отсчитывает удары своего сердца.