Есть кто дома?

— Ну что, хорек, рад? Втерся в доверие? В шепоте Рона отчетливо слышна угроза. Недавнее сотрясение, кажется, только добавило рыжему агрессии. Драко брезгливо морщится. — Точно, Уизли, воспользовался твоим отсутствием. Семь лет дружбы с Поттером низзлу под хвост из-за коварства Малфоя. *** — Думаю, Драко просто закрывает гештальт. Люциус хмыкает, не поднимая взгляда от доски. Два проигрыша подряд порядком испортили ему настроение. — Я не настолько хорошо знаком с магловский терминологией. Поясните. Гермиона с сомнением оглядывает поле боя. Из перспективных начинаний остается только тройной счет слова в нижнем правом углу, но вряд ли Люциусу удастся до него добраться — дома Гермиона считалась безусловным чемпионом по Скрэбблу. — Я имею ввиду, что едва ли ему так уж интересен сейчас сам Гарри. Скорее, Драко просто хочется наконец прекратить за ним гнаться. Люциус собирает пять букв в ладонь и на глазах изумленной Гермионы подстраивает «психоз» к ее «канопу», как раз захватывая тройной счет. — Вы так плохо знаете моего сына, мисс Грейнджер. Это даже обидно. *** — Лорд, по-моему, совсем плох, — бормочет Джинни, почти засыпая. — Перестал ругаться с Роном. Наверное, он скоро превратится в призрака. — Жаль, ему не хватит смелости самоубиться, как Люпину, — бросает Гермиона, с сомнением осматривая в зеркале чуть отросшие пряди. Джинни ворочается в кровати, расправляя одеяло. — Так теперь ты думаешь, что это была смелость? Гермиона хмурится и вздыхает устало. — Как же надоело. Надо бы наложить вето на эти вопросы. *** — Пошел бы и сам спросил. — Джинни в раздражении швыряет грязную посуду в мойку. — Может, ее просто достало, что при первых же сложностях ты тут же сваливаешь? — вода с оглушительным ревом бьет по тарелкам. — Когда Гарри запил, ты тут же от него отвернулся. Рон внезапно оказывается рядом. — То есть Гермиона ушла от меня из-за Гарри? Джинни поднимает усталый взгляд от посуды. — Мерлин, когда же ты повзрослеешь? *** — Ты не поверишь, что я нашел! Драко с трудом разлепляет глаза. — Боже, Поттер, дай хоть проснуться. Бодрый Гарри с резвостью плохо выгулянного щенка нарезает круги по комнате. Драко посещает странное желание бросить придурку палку или мячик. Они поднимаются на чердак, подгоняемые восторженными восклицаниями Избранного. Драко замирает на пороге. — Это что? — Мотоцикл! — энтузиазму Поттера нет предела. — Мотоцикл в доме? Какой от него прок? Будешь по коридорам кататься? Гарри морщится. — Ты не понимаешь. Такой же мотоцикл был у Сириуса. *** Северус слушает ее рассказ с таким странным выражением лица, что Гермиона никак не может понять, то ли ему и правда интересно, то ли он истово старается не заснуть. Она прерывается, стараясь получше уловить его реакцию. Северус вопросительно поднимает бровь. Гермиона решает воспринимать это как поощрение. — Вы ведь ни с кем не общаетесь здесь кроме меня. Северус кивает. Тут, в общем, действительно нечего отрицать. Общение с Драко закончилось в тот же момент, что и эксперименты с зельями, общение с Гарри — в тот же момент, что и Поттеровский запой. Кажется, будто профессор Снейп намеренно отдаляется от всякого, кто живет в доме. Гермиона ежится. — Мне хочется думать, что я вас не раздражаю. Снейп усмехается. — Не раздражаете. *** — Гарри, кажется, совсем оправился. Гермиона протягивает Джинни чашку какао. Джинни кивает, подвигая ближе тарелку с сандвичами. — Вы будете снова вместе? Джинни фыркает. Гермиона невесело усмехается собственному предположению. Пока смерть не разлучит нас. И правда, какие отношения могут быть в аду? *** — Идемте. Они выходят после дежурства из комнаты Лорда. Люциус протягивает ей руку. Во всей его позе столь явно читается вызов, что страх тот час же исчезает. Гермиона покорно семенит следом и лишь при взгляде на дверь библиотеки запоздало соображает, что стоило, наверное, спросить подробности. Люциус командует, не оборачиваясь. — Закройте глаза, — они переступают порог. — Можете открывать. В лицо Гермионе ударяет ветер. Жуткая глупость. Если подумать, ветру в библиотеке взяться неоткуда. Гермиона открывает глаза и едва сдерживает крик. Они на улице. — Как я понял, кроме меня сюда никто не может попасть. Гермиона жадно осматривается по сторонам. Коробка внутреннего двора, со всех сторон подпираемая глухими стенами. Всего пространства — двадцать на двадцать футов. Лавочка, яблоня, свежий воздух и серое небо над головой, слишком светлое для дождя, но достаточное, чтобы скрыть солнце. Гермиона чувствует, как по щекам текут слезы. — Мы с Драко выяснили, что я могу приводить сюда гостей. Но только не вздумайте никому рассказывать — в мои планы не входит делиться этим местом с остальными. Гермиона кивает. В данный момент она согласна на любые условия, лишь бы быть причисленной к этому привилегированному сообществу.