Имитация личности

Пилоты заканчивали свою тренировку на симуляторах быстрее и в оставшееся время подключались по очереди к общему заданию, водили тяжелую технику, да и просто подставить плечо не ленились. Начальники смен координировали действия групп, наблюдали из «рубки» за работой коллег, карабкающихся по выстроенным макетам, выносящих муляжи раненых, нашпигованные датчиками состояния и программами, позволяющими куклам живописно и непредсказуемо «умирать» на руках у спасателей от внутренних кровотечений, кровопотерь и отеков легких. Сегодня отрабатывали крушение пассажирского лайнера с разгерметизацией на бескислородной планете. Работали в легких скафандрах, и теперь отличать машины от людей стало еще сложнее. Стрелок замечал, что с новыми киборгами тренировка шла поживее, и медики отправляли «в госпиталь» куда больше муляжей, чем обычно в таких условиях. Киберспасатели стремительно и точно взлетали на макеты, только мелькали в проемах яркие жилеты. Тяжелые и капризные муляжи они поднимали легко, как младенцев, аккуратно грузили на гравиносилки или выносили на плечах. — Как думаешь, жулят? — усмехнулся Береговой, начрезерва четвертой смены, закуривая и кося глазом на снующих киборгов поверх ладоней с зажигалкой. — Мне все кажется, они с муляжами сконнектились и отключили тем режим подыхания. — Сказочник! — отмахнулся Стрелок. — Миша, в отличие от твоей хитрой морды, машины не склонны мухлевать за работой, — подключилась Анна. — И на лишние движения не размениваются. А ты опять маневрируешь в атмосфере так, словно тебе за виражи премию выпишут. Точность, Миша, точность и скорость! Что это ты такое новенькое куришь? Дай одну, — требовательно потянулась она. — О господи, какая отрава!.. Анне Смит было уже под пятьдесят, хотя выглядела она моложе. Трижды Анна выходила замуж, и все три мужа не выдерживали полугодовых космических вахт, а работу Анна Смит менять не хотела, так как выбрала ее еще в шесть лет, когда впервые сняла с дерева чужую кошку, перепуганную и царапучую, но все равно любимую хозяйкой. Хозяйке тогда было пять, и они с кошкой плакали дуэтом. Их таких было здесь большинство, одиноких людей и гуманоидов, оставивших родные планеты ради того, чтобы спасать кого-то из веток далеких созвездий, не обращая внимания на свои житейские проблемы, травмы, раннюю седину. «Филантропичные выродки» — однажды дала им определение Анна. — Как думаешь, история со срывами не повторится? — спросил ее Стрелок, давя окурок в карманной пепельнице. — Их тестировали перед списанием из магазина, и наши шаманы тоже еще покопаются, — ответила она. — Можешь сам поговорить, поглядеть на реакции. Кого в свою смену забираешь? Учти, мне остро не хватает брутальных парней с хорошей дисциплиной! — Возьму мальчика и девочку, на расплод, — пошутил он. — Кстати, скажи мне, мудрая женщина, у киберов бывает страшный зверь ПМС? — Откуда? Они же полностью стерильны. Не бойся, кибердевочка — это тот же идеальный солдат, только в лифчике. — Это хорошо. А то как психанет эта девочка-белочка, и все, выноси экипаж вперед ногами! — Угу. Ты знаешь, Сережа, присматривай там за своими мужиками, — попросила она, глядя куда-то под ноги. — Все-таки это не игрушки с «релакса», а ценное оборудование. Да и, в конце-то концов, им этими ртами потом еще искусственное дыхание людям делать. Ферштейн? — Яволь, майн женераль! А ты своих теток бешеных тоже придержи в узде, чтоб не заездили мальчишек, — подпустил шпильку Стрелок. Тут следует сказать, что у Стрельцова и Смит в экипажах налицо был гендерный перекос, и в смене первой из женщин числились только психолог и одна из медиков, а в четвертой — аж вся стартовая команда, два медика, оба психолога и одна дама в спасательной группе. Четвертую смену звали «Бабьим батальоном» и все грозились переформировать, но повода не находилось — работали они не хуже прочих. Когда прозвучала сирена, оглашающая конец занятия, голограммы погасли, остались только причудливые лабиринты каркасов. Шеф подписал зачетную ведомость смен и отпустил спасателей отдыхать и обедать. К вечеру запись занятия будет разобрана с указанием всех ошибок, и следующую тренировку построят с тем расчетом, чтобы эти ошибки проработать и больше не допускать. До пяти часов люди были свободны, а киборги снова выстроились цепочкой и утопали по служебному коридору на обещанную диагностику. Стрелок спохватился, что не успел выбрать себе пару, но в любом случае потом можно с Анной махнуться. Впрочем, едва ли так уж сильно они различаются, эти DEXʼы.

***

Через два дня, в среду, Стрелок впервые отправился на патрулирование квадрата GI-10. На это дело станция выделила пару разведывательных катеров-«невидимок», не самых новых, со старенькой версией бортового компьютера, даже без голосового режима искина, но зато с нормальными пушками. Будет чем отплеваться, если в самом деле у аномалии крутятся пираты. В патрулирование заступали по двое, плюс боевая единица киборга. В напарники к Стрелку вызвался Лоот, навигатор первой смены. Лоот был альфианином, но к «Солярису» прибился так давно и прижился так прочно, что никто уже и не задумывался над тем, что их напарник принадлежит к странной расе, живущей в симбиозе с желудочными червями и при этом не образующей брачных союзов. О степени ассимиляции Лоота можно было судить по его симбионту, охотно лопающему в столовой человеческие супы-борщи, а о привычке людей — по тому, что никого не смущал регулярно отрыгиваемый и заглатываемый обратно червь, под шумок норовящий влезть в чужую тарелку. Еще Лоот научился курить табак, так как фица на «Солярисе» была под запретом, а не иметь ни одной вредной привычки на вредной работе было бы странно даже для альфианина. Третьим в экипаже был киборг из новой партии, лично выбранный Стрелком и уже окрещенный Рафом. Киборг был смуглым, со смолянисто-черными волосами и темными глазами, наводящими на мысль о всяких Синдбадах-мореходах и коврах-самолетах. Еще в киборге в первый же день обнаружился дефект: старая травма правого плечевого сустава. Но Стрелок не захотел менять DEXʼa, велел ему выполнить несколько упражнений, проверяя замах и подвижность руки, и признал того годным. Хотя ворчать на подлость поставщика и жадность Фредди Крюгера не перестал. Катер вышел из станционного порта, и пилот начал постепенный разгон до прыжковой скорости. Лоот уже перебросил расчет прыжка на его пульт. При необходимости любой из экипажа спасательного судна мог провести его до базы или хотя бы до ближайшей станции, узких специализаций в космическом МЧС не было. Но профиль и мастерство давали о себе знать, и сам Стрелок всегда предпочитал уточнить, как была получена навигатором та или иная цифра. — В записи предыдущего вылета вот здесь и здесь, — коснулся он строчек в вирт-окне, — три секунды и шесть, а ты даешь шесть и двенадцать. Что поменялось? — Изменилась солнечная активность Эты, видишь, вихрь идет? Лучше отойти на полшага, чем влететь прямо в нашу аномалию. Кстати, она дрейфует к своей звезде. — Быстро? — Не слишком. На тридцать суток еще хватит этой трассы, а дальше надо будет прокладывать заново. — Если она дрейфует к звезде, то это значит, скоро пожеванные лайнеры будут выпадать из нее прямо в корону? — невесело ухмыльнулся пилот. — Минута до прыжка, Раф, пристегнись! — Есть пристегнуться, — откликнулся киборг от орудийного пульта. Конечно, до живого собеседника хваленая ИЛ «шестерок» не дотягивала, но хотя бы громоздких фраз вроде «приказ принят к исполнению» они уже не выдавали. Огневая панель дублировалась и у пилота с навигатором, но раз уж им выдали для укрепления военной мощи аж целого DEXʼа, спасатели поручили пушки ему. Это было уже третье по счету дежурство «Соляриса» в проблемном квадрате, и до сих пор никаких происшествий там не случилось. Хотя это ни в коем случае не означало, что не случится именно с ними и именно сейчас. Космос на обзорных экранах сжался в белую точку, людей придавило привычной тяжестью прыжка, зазвенело в ушах. Стрелок не сразу различил за этим звоном тревожный писк лидара и пока соображал, они уже вышли из червоточины или еще находятся в зоне гиперпространства, огневая панель мигнула и увеличилась на пол окна. — Раф, что случилось?! — Прямо по курсу обнаружен крупный объект, предположительно метеоритного происхождения. Угроза столкновения восемьдесят три процента, угроза повреждений от столкновения… — Возьми его на прицел и пли! — рявкнул пилот, одновременно выворачивая штурвал вправо и вниз, чтобы осколки расстрелянного метеорита не посекли рубку. «Невидимка» точно и коротко обстрелял неожиданную помеху, частью раздробив, частью сбив с курса метеорит. Что-то скрежетнуло в динамиках, но аварийного сигнала не последовало. Осколки метеорита, попадающие в поле зрения камер, испарялись на глазах. — Ледяно-ой! — У Лоота вдруг прорезался родной альфианский акцент, казалось бы, давно уже изжитый. — А вот тебе и первое преимущество, Стрелок! — Вот тебе и первая выгода! — усмехнулся пилот, вчитываясь в таблицы диагностики состояния судна, выведенные на экран немым искином. — В чем разница? — не понял напарник. — В происхождении. Про выгоду — это из старой земной сказки о плюшевых зверях, цитата о пользе пустого горшка. — Ваш фольклор меня иногда пугает, — сморщил нос Лоот. — Но я жа-ажду подробностей! — Ну, если вкратце, то в пустом горшке можно хранить разные вещи. Вот взять, к примеру, нашего «невидимку», засунуть в него пилота, навигатора и DEXʼа… Слушай, а ведь уже начало для анекдота вырисовывается! — Однажды пилот, навигатор и киборг вышли из червоточины… — подхватил Лоот. Киборг внимательно слушал диалог экипажа и приходил к выводу, что с заданием он справился, условия эксплуатации для него приемлемые, а еще он только что вошел в профессиональный фольклор как герой анекдота.

***

Если не считать истории с метеоритом, сутки патрулирования для Стрелка прошли обыденно, без приключений. Спасательский катер обменивался сообщениями с встречными судами, дважды разминулся с полицией, перебросив тем стандартный рапорт: станция такая-то, экипаж такой-то, время заступления на дежурство, время отчета, без происшествий. К середине смены они вышли к государственной станции гашения и долго препирались с оператором о праве на бесплатное обслуживание. Суда типа «Дельфин» были оборудованы встроенной «гасилкой», и двое спасателей-попрошаек на обшарпанном катере стали для здешней станции новостью. А может, их просто попытались надуть, ведь предыдущие патрули уже гасились в этом квадрате. Или — разыграть со скуки. За пультом в тот момент сидел Лоот, и для парня со станции он был просто ксеносом, без поправок на старое знакомство, совместную работу и общую сигаретную заначку. Приключения начались уже по окончании смены, когда Стрелок шел сдавать в арсенал табельный станнер. Раф, вооруженный, как и положено «машине смерти», еще и бластером, шел следом. Сдав отчет и разоружившись, человек и киборг двинулись к жилому сектору, где ближе к техническому отделу находились ячейки для отдыха биотехники, а дальше по коридору — человеческие каюты. Быть может, это глубокий космос так обостряет слух, когда по четыре часа кряду ты вслушиваешься в радиопомехи и писк зуммера, пока напарник отдыхает в пассажирском отсеке. Голос Сэма Глана Стрелок услышал издалека, хотя звучал тот негромко. И, распахивая дверь, он уже знал, что там увидит. Жилой бокс для киборгов был устроен по принципу старинных капсульных отелей на Земле, только, понятное дело, имел по минимуму сервиса. Полсотни ячеек для отдыха с номерами на дверцах открывались из стены как соты. Внутри была простая постель, термодатчики поддерживали постоянную температуру плюс девятнадцать по Цельсию, свет выключался через минуту после закрытия дверцы. Для человека с клаустрофобией этот гроб никак не подошел бы, но киборги не были ей подвержены. —…Ну, давай, крошка, сделаем это по-быстрому, и я пойду, — растекался в тишине липкий шепоток Сэма. — Стань на колени, вот так… — Отставить! DEX, встала и отошла от него! — громыхнул голос Стрелка так, что по полупустому киберстойлу прокатилось эхо. Пойманный на горячем инженер вздрогнул и торопливо дернул застежку своего комбинезона, одновременно пытаясь принять вид оскорбленной добродетели: — Какого черта, Стрелок?! Это просто проверка оборудования… Глазастая DEXʼочка смотрела перед собой ничего не выражающим взглядом, комбез ее был расстегнут донизу, и простое казенное белье выставлено на всеобщее обозрение. — Ты, гнида, венерологу свое оборудование показывать будешь! — прошипел Стрелок, подойдя вплотную к Сэму и сгребая его за ворот. — Еще раз увижу, что ты мне киберов мараешь, ты у меня вылетишь с базы быстрее поноса! Ясно?! Глан вывернулся из его хватки, зло сверкнул глазами, ничего не ответил, только сморщился, словно хотел плюнуть под ноги противнику, но не решился. И выскочил прочь, громко хлопнув дверью. Стрелок повернулся к несостоявшейся жертве хозяйского произвола. Живой блеск в ее глазах, привлекший его внимание в первый день, угас. Девушка стояла манекеном и едва ли вообще понимала, что происходило здесь минуту назад. — Поправь свою одежду. Ты и ты, Раф, иди сюда! Слушайте мое распоряжение. Неуставные манипуляции сексуального характера с оборудованием типа DEX-6 запрещены. О нарушениях со стороны хозяев второго и третьего порядков докладывать мне или Микулису. — Будет исполнено, хозяин, — откликнулись киборги хором. Это словечко, «хозяин», отчего-то было сейчас не к месту, царапало слух. Словно подразумевалось, что он, хозяин первого порядка, может делать с данным оборудованием все, что в голову взбредет. — Ты, — указал он на девушку, — отправляешься на очередное патрулирование со мной и Лоотом. — Есть! — ответила она все тем же ровным тоном, без малейшего признака какой бы то ни было индивидуальности. — Вольно! Отдыхайте пока, — махнул рукой Стрелок и вышел, чувствуя себя донельзя глупо и паршиво.

***

Проснулся он точно к обеду, повалялся какое-то время на койке, прислушиваясь к шагам в коридоре. Свободные от дежурств сотрудники собирались в столовую, но Стрелок не чувствовал голода и сначала пошел в душ, коротая время до чая. Перед глазами все еще маячили расхристанный боевой киборг и перекошенное лицо Глана. Было бы с кем закусываться! А зная Сэмов язык без костей, можно ожидать, что по базе уже пошли слухи о жадном начальнике смены, который ни себе ни людям, а может — и очень даже себе, ведь на халяву и DEX сойдет за Irienʼa. — Побриться, что ли? — пробормотал он, трогая шершавый подбородок. Помятый серолицый мужик в зеркале слабо напоминал голографию Стрелка в паспортной карточке, и побриться все же стоило.

***

Когда он подошел к любимому столу у голографического окна, где сегодня был курортный город с белыми пляжами и морским причалом, Анна уже покончила с основной трапезой и макала гренок в чашку с кофе. — У-у-у! Что за мрачный Дон Кихот идет ко мне, громыхая медным тазом? Привет, борец за мораль и инструкцию! — улыбнулась она. — Ни одна центаврианская межпланетка не заменит старого доброго радио ОБС. Все уже в курсе, что я застолбил себе самую смазливую куклу и не даю честным инженерам делать ей техосмотры? — Ты отстал от жизни, — фыркнула Анна. — Народ делает ставки, что теперь куклы будут отрывать честным инженерам и будет ли это считаться срывом. — А Фредди Крюгер? — А что Фредди Крюгер? Если на ковер не вызывает, значит, его все устраивает. Клички уже всем своим роздал? — Нет, девчонка пока осталась безымянной. Надо получше присмотреться. Хочу как-то так назвать, чтобы сразу с работой ассоциировалось, а не с сиськами. — Пусть будет Стрелой, — предложила Анна. — Раз уж она твоя «крестница». — Нет, не то. Я еще подумаю, понаблюдаю. — Ну, думай-думай. Ты почему не ешь ничего? Или на диету сел? — хитро подмигнула Анна. — Да ну, выдумала! Просто не голодный. На тренировке раскачаюсь, ужин возьму двойной.